Дело № 2-1272/2025
УИД 37RS0007-01-2025-002152-57
РЕШЕНИЕ
именем Российской Федерации
23 октября 2025 года г.Кинешма Ивановской области
Кинешемский городской суд Ивановской области
в составе председательствующего судьи Шустиной Е.В.,
при секретаре Кругловой И.В.,
с участием истца ФИО1, представителя ответчика ФКУ ИК-4 УФСИН России по Ивановской области, третьего лица УФСИН России по Ивановской области ФИО2,
рассмотрев в открытом судебном заседании в городе Кинешме Ивановской области гражданское дело №2-1272/2025 по исковому заявлению ФИО1 к ФКУ ИК-4 УФСИН России по Ивановской области, ФСИН России о защите трудовых прав,
УСТАНОВИЛ:
ФИО1 обратился в суд с иском к Федеральному казенному учреждению «Исправительная колония № 4 Управления Федеральной службы исполнения наказаний по Ивановской области» (далее – ФКУ ИК-4 УФСИН России по Ивановской области), в котором, с учетом увеличения и уточнения исковых требований в порядке ст. 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, просит:
признать незаконным списание из заработной платы или пенсии суммы в 75% от находящихся на счету в независимости от того, имеются ли исковые требования либо имеется необходимость списания этой суммы за оплату коммунальных услуг, одежды и питания за период трудоустройства с 30.11.2022 по 23.01.2023;
признать незаконным использование неоплаченного труда в период с 30.11.2022 по 23.01.2023;
признать незаконным не предоставление возможности на труд с 23.01.2023 по 22.05.2025;
признать незаконным устройство 30.11.2022 на должность швеи цеха №1;
признать незаконным приказ от ДД.ММ.ГГГГ №-ос-т начальника ФКУ ИК-4 УФСИН России по Ивановской области об увольнении;
признать нарушение права на санитарные и гигиенические условия труда, на охрану жизни и здоровья во время труда;
обязать администрацию ФКУ ИК-4 УФСИН России по Ивановской области выплатить в качестве компенсации морального вреда 140000 рублей (100000 рублей – за незаконное привлечение к труду, невыплату заработной платы и 40000 рублей – за не предоставление возможности на труд с 23.01.2023 по 22.05.2025);
обязать администрацию ФКУ ИК-4 УФСИН России по Ивановской области выплатить материальный вред в размере 610000 рублей (560000 рублей – среднемесячный заработок за период с 23.01.2023 по 22.05.2025, 50000 рублей – заработная плата за период с 30.11.2022 по 23.01.2023) либо установить исполнителя возмещения вреда за действия ФКУ ИК-4 УФСИН России по Ивановской области;
взыскать размер ФСД за период с 20.11.2022 по 23.01.2023 в размере 5671 рубль 77 копеек.
В обоснование иска указано, что 30.11.2022 приказом начальника ФКУ ИК-4 УФСИН России по Ивановской области №-ос от ДД.ММ.ГГГГ истец привлечен к труду на должность швеи цеха № 1 ЦТО ФКУ ИК-4 УФСИН России по Ивановской области; с 23.01.2023 освобожден от занимаемой должности в связи с организационно-штатными изменениями. В ходе трудоустройства истец не был обеспечен администрацией приемлемыми условиями труда. Устройство и увольнение проходило с нарушением его прав, предусмотренных УИК РФ, ПВР ИУ, ТК РФ, Конституцией РФ: образования швеи на тот момент не имел, желания на трудоустройство в виде заявления в администрацию не изъявлял; допуска к швейному оборудованию не имеет; в момент трудоустройства не оценивалось состояние здоровья (являлся инвалидом). Всеми этими нарушениями его и его здоровье, жизнь, а также жизнь и здоровье окружающих ответчик подверг опасности.
Средняя заработная плата швеи 25000 рублей. За два месяца работы ему должны были заплатить 50000 рублей, которые так и не заплатили. Норму выработки он не выполнял из-за отсутствия сырья.
Два месяца истец находился в цехе, где стены, пол и потолок покрыты грибковым налетом; висели обрывки электропроводов (неизвестно отключено в них электричество или нет); отопления было недостаточно; свет недостаточно яркий; душ и туалет в антисанитарном состоянии; коридоры зданий разрушены (краска отслоена, за ней образования болезнетворных микробов).
Истец полагает, что за такое отношение к нему, как к человеку, он имеет право требовать с администрации ФКУ ИК-4 УФСИН России по Ивановской области в качестве компенсации морального вреда 100000 рублей, и в качестве компенсации материального ущерба 50000 рублей.
Приказом №-ос-т начальника ФКУ ИК-4 УФСИН России по Ивановской области, с 23.01.2023 истец освобожден от занимаемой должности в связи с организационно-штатными изменениями. Увольнение истец считает незаконным по следующим основаниям: он не был швеей, т.к. не имел образования и допуска; его трудоустройство проходило с нарушениями прав, указанных выше; состояние здоровья и невозможность без последствий для жизни и здоровья продолжать деятельность швеи; при увольнении не предложили другую работу и не перевели на неё.
Из-за незаконных действий администрации Учреждения, выразившихся в не предоставлении иной работы в период с января 2023 года по май 2025 года (28 месяцев) истец потерял 560000 рублей (по 20000 рублей ежемесячно).
Моральный вред за указанные нарушения истец оценивает в 40000 рублей.
На основании изложенного, истец просит взыскать с ответчика ФКУ ИК-4 УФСИН России по Ивановской области в качестве компенсации финансового вреда 610000 рублей (560000 рублей + 50000 рублей), в качестве компенсации морального вреда – 140000 рублей (100000 рублей + 40000 рублей).
Кроме того, в период трудоустройства ФИО1 с 30.11.2022 по 23.01.2023 ему не выплачивалась ФСД (федеральная социальная доплата), которую он просит взыскать с ответчика.
Определениями суда, занесенными в протоколы судебных заседаний, к участию в деле в качестве соответчика привлечена ФСИН России, в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, - Отделение фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Ивановской области.
Представитель ответчика ФСИН России о месте и времени рассмотрения дела извещен надлежащим образом, в судебное заседание не явился, возражений, заявлений, ходатайств не представил.
Третье лицо, не заявляющее самостоятельные требования относительно предмета спора, начальник ФКУ ИК-4 УФСИН России по Ивановской области ФИО3 в судебное заседание не явился, о времени и месте судебного заседания извещен надлежащим образом, возражений не представил, об отложении рассмотрения дела не ходатайствовал.
Представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, Отделения фонда пенсионного и социального страхования по Ивановской области, в судебное заседание не явился, о причинах неявки не уведомил, об отложении рассмотрения дела не ходатайствовал.
Принимая во внимание, что все участвующие в деле лица надлежаще извещены о времени и месте судебного заседания, в соответствии со ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд полагает возможным рассмотреть настоящее гражданское дело при данной явке лиц.
В судебном заседании истец ФИО1 исковые требования поддержал в полном объёме по изложенным в иске основаниям, дополнительно пояснил, что о его трудоустройстве в должности швеи ему сообщил начальник отряда устно. Числа с 03 декабря 2022 года он стал выходить в промзону на работу каждый день. Но поскольку он не имел допуска к работе на швейном оборудовании, ему ничего не доверяли делать. В цехе находился полный рабочий день. Норма выработки в спорный период была выработана в цехе на 170%, поэтому он, как звено одной цепи в производственном процессе, имеет право на получение заработной платы. Инструктаж по технике безопасности пройти не успел, его уволили. Заработную плату за период трудоустройства не получал. За этот же период не получал ФСД, поскольку был официально трудоустроен. Потом в цехе ему сказали: «Больше сюда не ходи». После увольнения администрация Учреждения должна была пересмотреть вопрос о его переводе на другое место работы. Отсутствие возможности трудоустройства лишало его возможности помогать престарелой матери и несовершеннолетней дочери. Из его пенсии по инвалидности ответчик удерживает 75%, а ему требуются витамины. Помещения швейных цехов не отвечают требованиям, установленным санитарно-эпидемиологическим законодательством: стены покрыты коррозией, краска отслоилась, электрические провода оголены, противопожарная сигнализация не работает, на крыше отсутствуют снегозадержатели. Санузел работает, но он в плохом состоянии (администрация не следит, чтобы его хорошо убирали). Полагает, что срок обращения в суд с заявленными требованиями не пропущен, т.к. он составляет 10 лет. Кроме того, он является инвалидом, не имеет юридического образования, не имеет возможности пользоваться услугами адвоката.
Представители административного ответчика ФКУ ИК-4 УФСИН России по Ивановской области, третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, УФСИН России по Ивановской области ФИО4, ФИО5, ФИО2 в судебных заседаниях возражали против удовлетворения исковых требований ФИО1 по основаниям, изложенным в письменных возражениях, из содержания которых следует, что осужденный ФИО1 отбывает наказание в ФКУ ИК-4 УФСИН России по Ивановской области по приговору Шуйского городского суда Ивановской области от 15.12.2015 года по ч.3 ст.30, п. «б» ч.З ст.228, ч.1 ст.232, ч.1 ст.228 ч.2 ст.69 Уголовного кодекса Российской Федерации с назначением наказания в виде лишения свободы сроком на 11 лет исправительной колонии строгого режима. приказом ФКУ ИK-4 УФСИН России по Ивановской области №245 ос от 01.12.2022 года ФИО1 привлечен к труду на должность швеи цеха №1 с 30.11.2022 года со сдельной оплатой труда.
Сдельная оплата труда — это форма расчёта заработной платы, при которой доход работника зависит от объёма выполненной работы, а не от отработанного времени. Чем больше сотрудник производит товаров, выполняет услуг или операций, тем выше его зарплата.
Из листа - наряда за ноябрь 2022 года цеха №1 следует, что осужденный ФИО1 в установленный день явки (30.11.2022) не вышел на работу, допустил 1 невыход на работу. Из листа - наряда за декабрь 2022 года цеха №1 следует, что осужденный ФИО1 в установленные дни явки (с 01.12 по 31.12.2022) не вышел на работу, допустил 27 невыходов на работу. Из листа наряда за январь 2023 года цеха №1 следует, что осужденный ФИО1 в установленные дни явки (с 01.01 по 22.01.2023) не вышел на работу, допустил 9 невыходов на работу.
Согласно справке бухгалтера ФИО8 следует, что заработная плата не начислялась, т.к. в табелях учета рабочего времени, поступивших в бухгалтерию за время трудоустройства осужденного ФИО1 было указано невыход на работу. Согласно справке бухгалтера ФИО9 следует, что на осужденного ФИО1 в ФКУ ИК-4 УФСИН России по Ивановской области исполнительных листов о взыскании исков и алиментов на исполнении нет, т.е. удержания не производятся по данным видам.
Приказом ФКУ ИК-4 УФСИН России по Ивановской области № ос-т от 23.01.2023 года прекращено привлечение к труду осужденного ФИО1 с 23.01.2023, в связи с оргштатными изменениями с выплатой компенсации за неиспользованный отпуск 2 рабочих дня.
Согласно справке заместителя начальника - начальника центра ФКУ ИК-4 УФСИН России по Ивановской области ФИО10 следует, что в период времени с ноября 2022 года по настоящее время вакансий по профессии «столяр» не имелось.
Согласно справке заместителя начальника - начальника центра ФКУ ИК-4 УФСИН России по Ивановской области ФИО10 от ДД.ММ.ГГГГ осужденные, трудоустроенные в ЦТ АО, имеют возможность обучаться по производственной программе «Швея» в количестве 72 часа непосредственно на производстве учреждения.
Не является обязательным труд для осужденных, достигших пенсионного возраста, а также инвалидов первой и второй группы. Такие лица привлекаются к труду исключительно по их желанию (ч. 2 ст.103 УК РФ).
Согласно справке главного инженера ФКУ ИК-4 УФСИН России по Ивановской области ФИО11 в здании цеха отсутствуют обрывки электропроводов. Температура воздуха в помещении во время отопительного сезона соответствует норме. Освещение швейного цеха соответствует норме. Состояние санитарного узла в удовлетворительном состоянии, следы плесени отсутствуют.
Согласно справке заместителя начальника ФКУ ИК-4 УФСИН России по Ивановской области ФИО12, все здания и сооружения проходят ежегодно осмотр на выявление недостатков и проверку основных конструкций. 07.04.2025 года комиссией, утвержденной приказом от 28.03.2025 был осуществлен весенний осмотр здания швейного участка, технического состояния основных конструкций, оборудования и элементов благоустройства. На основании результатов осмотра и испытаний комиссией было принято решение, что здание находится в удовлетворительном состоянии, капитальный ремонт здания швейного участка не требуется. По мере выделения денежных средств незамедлительно осуществлялись текущие ремонтные работы помещений.
Считают, что доводы изложенные в исковом заявлении осужденным ФИО1 не нашли свое подтверждение. Учреждение предоставило документальное подтверждение, что действия администрации ФКУ ИК-4 УФСИН России по Ивановской области являются правомерными, не нарушающими законодательство Российской Федерации, просят в удовлетворении исковых требований отказать в полном объеме, применить последствия пропуска истцом срока обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора, установленного ст. 392 Трудового кодекса Российской Федерации.
Суд, заслушав лиц, участвующих в деле, свидетеля, исследовав и оценив представленные доказательства, приходит к следующему.
Статьей 19 Конституции Российской Федерации закреплен принцип равенства всех перед законом и судом. При этом ограничения прав и свобод, предусмотренных Конституцией Российской Федерации, могут быть связаны, в частности, с применением в качестве меры государственного принуждения к лицам, совершившим преступления и осужденным за это по приговору суда, уголовного наказания в виде лишения свободы, особенность которого состоит в том, что при его исполнении на осужденного осуществляется специфическое воздействие, выражающееся в лишении или ограничении его прав и свобод и возложении на него определенных обязанностей, целями которого являются исправление осужденных и предупреждение совершения новых преступлений как осужденными, так и иными лицами.
Уголовно - исполнительным законодательством Российской Федерации устанавливаются общие положения и принципы исполнения наказаний, применения иных мер уголовно-правового характера, предусмотренных Уголовным кодексом Российской Федерации, порядок и условия исполнения и отбывания наказаний, применения средств исправления осужденных (часть вторая статьи 2 УИК Российской Федерации), к которым относится и общественно полезный труд (часть вторая статьи 9 того же Кодекса), не имеющий основной целью получение трудового дохода (заработка) (Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 17 июня 2010 года № 805-О-О).
Судом установлено, что ФИО1 осужден приговором Шуйского городского суда Ивановской области от 15 декабря 2015 года к наказанию в виде 11 лет лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима. Прибыл в ФКУ ИК-4 21.07.2017.
21 декабря 2022 года экспертным составом бюро № 12 филиала ФКУ «Главное бюро медико-социальной экспертизы по Ивановской области» Минтруда России, ФИО1 установлена третья группа инвалидности.
Приказом ФКУ ИК-4 УФСИН России по Ивановской области № ос от 01.12.2022 истец ФИО1 привлечен к труду на должность швеи цеха № 1 с 30.11.2022 со сдельной оплатой труда.
В силу части 2 статьи 9 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации (далее УИК РФ) общественно полезный труд является одним из основных средств исправления осужденных.
Согласно статье 11 УИК РФ, осужденные должны исполнять установленные законодательством Российской Федерации обязанности граждан Российской Федерации, соблюдать принятые в обществе нравственные нормы поведения, требования санитарии и гигиены. Обязаны соблюдать требования федеральных законов, определяющих порядок и условия отбывания наказаний, а также принятых в соответствии с ними нормативных правовых актов. Осужденные обязаны выполнять законные требования администрации учреждений и органов, исполняющих наказания.
В соответствии со статьей 103 УИК РФ каждый осужденный к лишению свободы обязан трудиться в местах и на работах, определяемых администрацией исправительных учреждений. Администрация исправительных учреждений обязана привлекать осужденных к труду с учетом их пола, возраста, трудоспособности, состояния здоровья и, по возможности, специальности, а также исходя из наличия рабочих мест. Осужденные привлекаются к труду в центрах трудовой адаптации осужденных и производственных (трудовых) мастерских исправительных учреждений, на федеральных государственных унитарных предприятиях уголовно-исполнительной системы и в организациях иных организационно-правовых форм, расположенных на территориях исправительных учреждений и (или) вне их, при условии обеспечения надлежащей охраны и изоляции осужденных.
Статья 108 УИК РФ регулирует вопросы профессионального образования и профессионального обучения осужденных к лишению свободы.
Как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, осужденные к лишению свободы привлекаются к труду в рамках уголовно-исполнительных, а не трудовых отношений, не по своему волеизъявлению и самостоятельно, а администрацией исправительного учреждения в порядке, установленном уголовно-исполнительным законодательством (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 25 апреля 2023 г. № 1024-О, от 27 декабря 2023 г. № 3353-О).
Пунктом 418 Правил внутреннего распорядка исправительных учреждений, утвержденных Приказом Минюста России от 4 июля 2022 года №110 (далее - Правила) определено, что осужденные к лишению свободы обязаны трудиться в местах и на работах, определяемых администрацией исправительного учреждения с учетом их пола, возраста, трудоспособности, состояния здоровья и, по возможности, специальности, а также исходя из наличия рабочих мест.
Таким образом, труд осужденных к лишению свободы осуществляется не в рамках трудового договора и трудовые отношения между осужденным, привлекаемым к труду, и администрацией исправительного учреждения в том понимании, которое закреплено в статье 20 ТК РФ, не возникают.
Из приведенных правовых норм следует, что осужденные привлекаются к труду не по своему волеизъявлению, а в соответствии с требованиями уголовно-исполнительного законодательства. Поскольку общественно полезный труд как средство исправления и обязанность осужденных является одной из составляющих процесса отбывания наказания, их трудовые отношения с администрацией исправительного учреждения носят специфический характер.
Закон не связывает исполнение обязанности обеспечения привлечения осужденных к труду, с наличием (отсутствием) заявления осужденного о трудоустройстве, а обстоятельства наличия или отсутствия у ФИО1 необходимой специальности, профессионального образования, трудовых навыков не имеет значения, так как они учитываются при наличии возможности трудоустройства осужденного по его специальности.
Согласно справке заместителя начальника - начальника центра ФКУ ИК-4 УФСИН России по Ивановской области ФИО10 от 10.07.2025 года осужденные, трудоустроенные в ЦТ АО, имеют возможность обучаться по производственной программе «Швея» в количестве 72 часа непосредственно на производстве учреждения (т. 1 л.д. 50).
В материалах дела отсутствуют доказательства, подтверждающие, что ФИО1 по медицинским показаниям (состоянию здоровья) не мог выполнять порученную работу и был от нее освобожден либо направлен для прохождения лечения, а также наличие каких-либо противопоказаний к труду, пенсионного возраста не достиг, в связи с чем не относился к категории осужденных, установленной частью 2 статьи 103 УИК РФ, привлекаемых к труду по их желанию.
ФИО1 с приказом № ос от 01 декабря 2022 года о привлечении к труду был ознакомлен, что подтверждается листом ознакомления с приказом учреждения (т. 2 л.д. 130). Кроме того, как пояснил в судебном заседании истец, о его трудоустройстве и необходимости выхода на работу ему сообщил устно начальник отряда.
Изложенное позволяет придти к выводу, что оснований для признания трудоустройства ФИО1 не законным, не имеется, в удовлетворении исковых требований о признании незаконным устройство 30.11.2022 на должность швеи цеха №1, следует отказать.
Отсутствие у ФИО1 соответствующего образования по профессии «швея» не свидетельствует о незаконности его привлечения к труду, поскольку, согласно информации, представленной инженером ООТиЗ ФКУ ИК-4 УФСИН России по Ивановской области ФИО13, при привлечении осужденных к труду в Центре трудовой адаптации осужденных (далее ЦТАО) ФКУ ИК-4 УФСИН России по Ивановской области по профессии «швея», не имеющих профессионального образования, данные осужденные обучаются на производстве учреждения по программе 72 часа; после обучения таким осужденным присваивается разряд, и им поручаются легкие швейные операции (т. 2 л.д. 149).
Заявляя исковые требования о признании незаконным использования неоплаченного труда в период с 30.11.2022 по 23.01.2023, ФИО1 ссылается на то, что за период его трудоустройства в должности швеи, он не получил заработную плату.
В соответствии с частью 1 статьи 102, частью 1 статьи 104, частью 1 статьи 105 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации на осужденных к лишению свободы законодательство Российской Федерации о труде распространяется лишь в части материальной ответственности, продолжительности рабочего времени (дифференцируется в зависимости от возраста осужденных, их трудоспособности, условий труда и т.д.), правил охраны труда, техники безопасности, производственной санитарии, оплаты труда.
Согласно части 1 статьи 105 УИК РФ осужденные к лишению свободы имеют право на оплату труда в соответствии с законодательством Российской Федерации о труде. Размер оплаты труда осужденных, отработавших полностью определенную на месяц норму рабочего времени и выполнивших установленную для них норму, не может быть ниже установленного минимального размера оплаты труда.
Оплата труда осужденного при неполном рабочем дне или неполной рабочей неделе производится пропорционально отработанному осужденным времени или в зависимости от выработки.
Сдельная оплата труда - это форма оплаты труда наемного работника, при которой заработок зависит от количества произведенных им единиц продукции или выполненного объема работ с учетом их качества, сложности и условий труда. Сдельная оплата труда применяется в том случае, когда есть возможность учитывать количественные показатели результата труда работника, поскольку заработная плата начисляется за фактически выполненную работу (то есть за количество произведенной работником продукции, выполненных работ, оказанных услуг).
Согласно пункту 1.2 Инструкции «О порядке учета времени работы осужденных в период отбывания ими наказания в виде лишения свободы, засчитываемого в общий трудовой стаж», утвержденной Министерством социальной защиты населения Российской Федерации 2 ноября 1992 г. № 1-94-У (далее - Инструкция) (документ утратил силу в связи с изданием Приказа Минтруда России от 14.12.2023 № 872, т.е. распространялся на период рассматриваемых правоотношений), учет проработанного осужденным в местах лишения свободы времени возлагается на администрацию исправительно-трудовых учреждений и производится по итогам календарного года. В общий трудовой стаж включается фактически проработанное время при выполнении трудовых заданий и добросовестном отношении к труду (пункт 1.3 Инструкции). При этом общий трудовой стаж устанавливается по документам, выданным администрацией учреждения (пункт 1.4 Инструкции).
В соответствии с пунктом 3.1 Инструкции сведения о фактически проработанном осужденным в течение календарного месяца времени (сумма рабочих часов переводится в число рабочих дней), уровне выполнения им норм (заданий) и средней заработной плате отражаются по мере обработки его личной карточки с заполнением карты учета.
Исходя из приведенных норм права, допустимыми доказательствами факта осуществления осужденным трудовой деятельности в период отбывания наказания в исправительном учреждении являются приказы начальника исправительного учреждения о привлечении осужденного к работам, карта учета рабочего времени осужденного.
Из листа наряда за ноябрь 2022 года цеха №1 следует, что осужденный ФИО1 в установленный день явки (30.11.2022) не вышел на работу, допустил 1 невыход на работу (т. 1 л.д.52).
Из листа наряда за декабрь 2022 года цеха №1 следует, что осужденный ФИО1 в установленные дни явки (с 01.12 по 31.12.2022) не вышел на работу, допустил 27 невыходов на работу (т. 1 л.д. 54).
Из листа наряда за январь 2023 года цеха №1 следует, что осужденный ФИО1 в установленные дни явки (с 01.01.2023 по 20.01.2023) не вышел на работу, допустил 9 невыходов на работу (т. 1 л.д. 53).
Согласно справке бухгалтера ФКУ ИК-4 УФСИН России по Ивановской области ФИО8 следует, что заработная плата ФИО1 не начислялась, т.к. в табелях учета рабочего времени, поступивших в бухгалтерию, за время трудоустройства осужденного ФИО1 было указано невыход на работу (т. 1 л.д. 51).
Согласно справке бухгалтера ФКУ ИК-4 УФСИН России по Ивановской области ФИО9 следует, что на осужденного ФИО1 в ФКУ ИК-4 УФСИН России по Ивановской области исполнительных листов о взыскании исков и алиментов на исполнении нет, т.е. удержания не производятся по данным видам (т. 1 л.д. 38).
Свидетель ФИО14 – начальник цеха № центра трудовой адаптации осужденных ФКУ ИК-4 УФСИН России по Ивановской области в судебном заседании пояснил, что ФИО1 в период его трудоустройства в швейный цех с ноября 2022 по январь 2023 года на работу не выходил. Это следует из листков – нарядов за указанные месяцы. В швейном цехе в указанный период времени он осужденного не видел ни разу. Вопреки доводам истца, никакую подсобную работу в цехе он не выполнял. Он (свидетель) неоднократно писал рапорты на имя начальника о невыходе ФИО1 на работу, сдавал их в дежурную часть. По какой причине ФИО1 не привлекался к дисциплинарной ответственности за невыход на работу, ему не известно.
Как было указано выше, размер оплаты труда осужденных к лишению свободы определяется нормами статьи 105 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации, предусматривающими, что размер оплаты труда осужденных к лишению свободы, отработавших полностью определенную на месяц норму рабочего времени и выполнивших установленную для них норму, не может быть ниже установленного минимального размера оплаты труда, а при неполном рабочем дне или неполной рабочей неделе оплата труда осужденных к лишению свободы производится пропорционально отработанному времени в зависимости от выработки.
Следовательно, осужденным к лишению свободы, привлеченным к общественно полезному труду в условиях полного рабочего дня или полной рабочей недели и не отработавшим полностью без уважительных причин определенную для них на месяц норму рабочего времени, доплата заработной платы до минимального размера оплаты труда не осуществляется, а в случае невыхода на работу заработная плата не начисляется и не производится.
Истцом не представлено доказательств того, что в спорный период времени он выходил на работу, осуществлял трудовую деятельность полный рабочий день, а невыполнение им нормы выработки связано с недостаточностью сырья на производстве.
В ответ на обращение ФИО1 от 30.01.2025 УФСИН России по Ивановской области дало ответ, что нагрузка швейного участка в декабре 2022, январе 2023 была обеспечена сырьем для производства на 172% и 114% соответственно (т. 1 л.д. 120).
При изложенных обстоятельствах, исковые требования о признании незаконным использования неоплаченного труда ФИО1 в период с 30.11.2022 по 23.01.2023 удовлетворению не подлежат.
По аналогичным основаниям не подлежат удовлетворению исковые требования о взыскании с Учреждения в пользу истца заработной платы за период с 30.11.2022 по 23.01.2023 в размере 50000 рублей.
Кроме того, согласно части 1 статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права.
В силу части 2 статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации за разрешением индивидуального трудового спора о невыплате или неполной выплате заработной платы и других выплат, причитающихся работнику, он имеет право обратиться в суд в течение одного года со дня установленного срока выплаты указанных сумм, в том числе в случае невыплаты или неполной выплаты заработной платы и других выплат, причитающихся работнику при увольнении.
При пропуске по уважительным причинам сроков, установленных частями первой, второй и третьей настоящей статьи, они могут быть восстановлены судом (часть 4 статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации).
В соответствии с разъяснениями Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", при подготовке дела к судебному разбирательству необходимо иметь в виду, что в соответствии с частью 6 статьи 152 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации возражение ответчика относительно пропуска истцом без уважительных причин срока обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора может быть рассмотрено судьей в предварительном судебном заседании. Признав причины пропуска срока уважительными, судья вправе восстановить этот срок (часть 3 статьи 390 и часть 3 статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации). Установив, что срок обращения в суд пропущен без уважительных причин, судья принимает решение об отказе в иске именно по этому основанию без исследования иных фактических обстоятельств по делу (абзац 2 части 6 статьи 152 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).
Если же ответчиком сделано заявление о пропуске истцом срока обращения в суд (части 1, 2 ст. 392 Трудового кодекса Российской Федерации) или срока на обжалование решения комиссии по трудовым спорам (часть 2 статьи 390 Трудового кодекса Российской Федерации) после назначения дела к судебному разбирательству (статья 153 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации), оно рассматривается судом в ходе судебного разбирательства.
В качестве уважительных причин пропуска срока обращения в суд могут расцениваться обстоятельства, препятствовавшие данному работнику своевременно обратиться с иском в суд за разрешением индивидуального трудового спора (например, болезнь истца, нахождение его в командировке, невозможность обращения в суд вследствие непреодолимой силы, необходимость осуществления ухода за тяжелобольными членами семьи).
Как неоднократно отмечал Конституционный Суд Российской Федерации, предусмотренный статьей 392 Трудового кодекса Российской Федерации сокращенный срок для обращения в суд и правила его исчисления направлены на быстрое и эффективное восстановление нарушенных прав работника и по своей продолжительности этот срок является достаточным для обращения в суд (Определения от 12 июля 2005 г. N 312-О, 15 ноября 2007 г. N 728-О-О, 21 февраля 2008 г. N 73-О-О, 5 марта 2009 г. N 295-О-О).
Установив, что несмотря на привлечение ФИО1 к оплачиваемому труду с 30.11.2022 по 23.01.2023 в швейный цех со сдельной оплатой труда, он на работу в указанный период не выходил, обращаясь с настоящим иском в суд просит взыскать причитающуюся ему заработную плату за указанный период, суд приходит выводу об отсутствии оснований для удовлетворения заявленных требований, в том числе, и в связи с пропуском установленного частью 2 статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации годичного срока на обращение в суд по требованиям о взыскании заработной платы, о применении которого было заявлено ответчиком.
При этом истец не представил суду надлежащие и допустимые доказательства уважительности причин пропуска срока обращения в суд. Отсутствие юридического образования и возможности воспользоваться помощью адвоката таковыми не являются, поскольку нормами действующего законодательства не предусмотрено назначение адвоката или представителя сторонам по гражданскому делу, отбывающим наказание за уголовные преступления в местах лишения свободы.
Приказом ФКУ ИК-4 УФСИН России по Ивановской области № ос-т от ДД.ММ.ГГГГ прекращено привлечение к труду осужденного ФИО1 с ДД.ММ.ГГГГ, в связи с организационно - штатными изменениями с выплатой компенсации за неиспользованный отпуск 2 рабочих дня (т. 1 л.д. 34-37).
Увольнение истец считает незаконным по следующим основаниям: он не был швеей, т.к. не имел образования и допуска; его трудоустройство проходило с нарушениями прав, указанными выше; состояние здоровья и невозможность без последствий для жизни и здоровья продолжать деятельность швеи; при увольнении не предложили другую работу и не перевели на неё.
Из приведенных выше норм права следует, что Уголовно-исполнительный кодекс Российской Федерации не содержит норм, обязывающих заключать с осужденными трудовые договоры и, соответственно, издавать приказы о приеме на работу, предусмотренные статьей 68 Трудового кодекса, а также об увольнении осужденных по каким-либо основаниям, предусмотренным трудовым законодательством. Таким образом, решение об увольнении осужденного принадлежит администрации учреждения.
Оценивая доводы истца в совокупности с имеющимися в материалах дела доказательствами, суд приходит к выводу, что трудовой договор с истцом не заключался, ФИО1 привлекается к труду в связи с отбыванием наказания, так что фактически возникшие между истцом и ответчиком правоотношения на трудовом договоре в контексте положений Трудового кодекса Российской Федерации не основаны, на истца не распространяются гарантии, предусмотренные Трудовым кодексом Российской Федерации в части порядка оформления прекращения трудовых отношений, соблюдения самой процедуры увольнения и наличия предусмотренных на то оснований. Прекращение привлечения ФИО1 к труду не является увольнением по основаниям, предусмотренным Трудовым кодексом Российской Федерации, соответственно, в действиях ФКУ ИК-4 УФСИН России по Ивановской области отсутствует незаконное лишение осужденного ФИО1 возможности трудиться. Вопросы привлечения осужденных к работе и прекращения привлечения их к труду не регулируются нормами Трудового кодекса Российской Федерации, а разрешаются администрацией исправительного учреждения на основании Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации и Правил внутреннего распорядка, которые не содержат положений, обязывающих администрацию исправительного учреждения обеспечивать осужденного работой после прекращения правоотношений по привлечению истца к труду.
Доводы истца, на которых он основывает требования о незаконности увольнения, такие как: он не был швеей, т.к. не имел образования и допуска; его трудоустройство проходило с нарушениями прав, указанными выше; состояние здоровья и невозможность без последствий для жизни и здоровья продолжать деятельность швеи, не свидетельствуют о незаконности действий ответчика. Как было установлено выше, привлечение ФИО1 к труду происходило в соответствии с действующим уголовно – исполнительным законодательством; доказательств наличия медицинских противопоказаний к труду не установлено, в том числе при исследовании в ходе рассмотрения дела медицинской документации истца; овладение профессией допустимо в условиях производства лицом, не имеющим профильного образования; ФИО1 не относится к категории осужденных, которые привлекаются к труду исключительно по их желанию (ч. 2 ст.103 Уголовного кодекса Российской Федерации).
При таких обстоятельствах, у суда отсутствуют правовые основания для признания незаконным приказа начальника исправительного учреждения № ос-т от 23 января 2023 года о прекращении привлечения ФИО1 к труду. Приказ вынесен руководителем Учреждения в соответствии с его полномочиями, прав и законных интересов истца при вынесении приказа не нарушено.
Трудовой кодекс Российской Федерации закрепляет право работника на труд в условиях, отвечающих требованиям охраны труда (статья 21 Трудового кодекса Российской Федерации).
Положениями статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации установлено, что работодатель обязан обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда.
Статьей 209 Трудового кодекса Российской Федерации определено, что охрана труда - это система сохранения жизни и здоровья работников в процессе трудовой деятельности, включающая в себя правовые, социально-экономические, организационно-технические, санитарно-гигиенические, лечебно-профилактические, реабилитационные и иные мероприятия (часть 1 названной статьи).
Безопасные условия труда - условия труда, при которых воздействие на работающих вредных и (или) опасных производственных факторов исключено либо уровни воздействия таких факторов не превышают установленных нормативов (часть 3 статьи 209 Трудового кодекса Российской Федерации).
В ходе рассмотрения настоящего дела было установлено, что ФИО1 ни разу не вышел на работу, к исполнению должностных обязанностей по профессии «швея» не приступал, в связи с чем его права, в том числе право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены не нарушены, в удовлетворении исковых требований в части признания незаконным нарушения права на санитарные и гигиенические условия труда и на охрану жизни и здоровья во время труда ФИО1 следует отказать.
Кроме того, согласно справке главного инженера ФКУ ИК-4 УФСИН России по Ивановской области ФИО11 в здании цеха отсутствуют обрывки электропроводов. Температура воздуха в помещении во время отопительного сезона соответствует норме. Освещение швейного цеха соответствует норме. Состояние санитарного узла в удовлетворительном состоянии, следы плесени отсутствуют (т. 1 л.д. 49).
Согласно справке заместителя начальника ФКУ ИК-4 УФСИН России по Ивановской области ФИО12, все здания и сооружения проходят ежегодно осмотр на выявление недостатков и проверку основных конструкций. 07.04.2025 года комиссией, утвержденной приказом от 28.03.2025, был осуществлен весенний осмотр здания швейного участка, технического состояния основных конструкций, оборудования и элементов благоустройства. На основании результатов осмотра и испытаний комиссией было принято решение, что здание находится в удовлетворительном состоянии, капитальный ремонт здания швейного участка не требуется (т. 1 л.д. 48).
Истцом ФИО1 заявлены требования о взыскании с ответчика компенсации морального вреда в размере 100000 рублей за незаконное привлечение к труду и невыплату заработной платы и 40000 рублей – за незаконное прекращение привлечения к труду.
В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.
Специальные условия и порядок возмещения вреда, причиненного в результате незаконных действий органов государственной власти или их должностных лиц, регламентированы положениями статей 1069 и 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации.
Так, согласно статье 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.
В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 и статьей 151 данного кодекса.
В соответствии с пунктами 1 и 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.
Согласно пункту 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» (далее по тексту - постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33) под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.
Пунктом 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 предусмотрено, что обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда (статьи 151, 1064, 1099 и 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации).
В пункте 37 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 предусмотрено, что моральный вред, причиненный гражданину в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, подлежит компенсации за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования при установлении виновности этих органов власти, их должностных лиц в совершении незаконных действий (бездействии) за исключением случаев, установленных законом. На основании части первой статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации суд вправе удовлетворить требование о компенсации морального вреда, причиненного незаконными действиями (бездействием) государственных органов, органов местного самоуправления, должностных лиц этих органов, нарушающими личные неимущественные права гражданина либо посягающими на принадлежащие ему нематериальные блага.
Из изложенного следует, что моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. К числу таких нематериальных благ относится жизнь, здоровье (состояние физического, психического и социального благополучия человека), семейные и родственные связи. В случае причинения гражданину морального вреда (физических или нравственных страданий) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.
Поскольку администрация исправительного учреждения не является работодателем по отношению к осужденным, привлеченным к труду, и нормы трудового законодательства, устанавливающие право работников на компенсацию морального вреда (статья 237 Трудового кодекса Российской Федерации), на возникшие правоотношения не распространяются.
Кроме того, в ходе рассмотрения дела не установлено виновных противоправных действий ответчика ФКУ ИК-4 УФСИН России по Ивановской области, свидетельствующих о незаконном привлечении истца ФИО1 к труду и его незаконном освобождении от оплачиваемого труда, в связи с чем, правовых оснований для удовлетворения требований истца о взыскании компенсации морального вреда за вышеуказанные действия администрации исправительного учреждения, у суда не имеется.
Оснований для взыскания компенсации морального вреда, причиненного повреждением здоровья при исполнении им трудовых обязанностей, а равно невыплатой заработной платы в ходе рассмотрения дела не установлено, поскольку в оспариваемый период истец на работу не выходил.
Разрешая исковые требования ФИО1 о признании незаконными действий администрации исправительного учреждения в части не предоставления возможности на труд с 23.01.2023 по 22.05.2025, суд приходит к следующему.
В соответствии с пунктом 1 статьи 17 Закона Российской Федерации от 21 июля 1993 года № 5473-1 «Об учреждениях и организациях, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы» (далее - Закон Российской Федерации от 21 июля 1993 года № 5473-1) учреждения, исполняющие наказания, с учетом трудоспособности и, по возможности, специальности привлекают осужденных к оплачиваемому труду, в том числе, в центрах трудовой адаптации осужденных учреждений, исполняющих наказания.
Согласно статье 18 Закона Российской Федерации от 21 июля 1993 года № 5473-1 центры трудовой адаптации осужденных являются структурными подразделениями исправительных колоний и реализуют требования уголовно-исполнительного законодательства Российской Федерации в части организации профессионального обучения осужденных, привлечения их к труду и закрепления у них трудовых навыков (части 1 и 2).
При осуществлении собственной производственной деятельности учреждения, исполняющие уголовные наказания, обязаны в том числе обеспечивать работающим условия труда в соответствии с законодательством Российской Федерации, иными нормативными правовыми актами Российской Федерации и нормативными правовыми актами федерального органа исполнительной власти, осуществляющего функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере исполнения уголовных наказаний (пункт 1 части 5).
Для ведения собственной производственной деятельности учреждения, исполняющие наказания, имеют право в том числе утверждать штаты рабочих и служащих, занятых в собственной производственной деятельности этих учреждений, а также принимать их на работу и увольнять с работы в соответствии с законодательством Российской Федерации о труде (пункт 5 части 6).
Учреждения, исполняющие наказания, самостоятельно планируют собственную производственную деятельность и определяют перспективы ее развития с учетом необходимости создания достаточного количества рабочих мест для осужденных, наличия материальных и финансовых возможностей для их дополнительного создания, а также спроса потребителей на производимую продукцию, выполняемые работы и предоставляемые услуги (часть 7).
Согласно разъяснениям, данным в п. 2 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25 декабря 2018 года № 47 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания», под условиями содержания лишенных свободы лиц следует понимать, в том числе, создание условий для осуществления трудовой деятельности.
Пунктом 418 Правил внутреннего распорядка исправительных учреждений, утвержденных Приказом Минюста России от 4 июля 2022 года №110 определено, что осужденные к лишению свободы обязаны трудиться в местах и на работах, определяемых администрацией исправительного учреждения с учетом их пола, возраста, трудоспособности, состояния здоровья и, по возможности, специальности, а также исходя из наличия рабочих мест.
Как указано выше, ФИО1 является <данные изъяты>, инвалидность установлена ДД.ММ.ГГГГ; по медицинским показаниям он трудоспособен с ограничениями.
Из медицинских документов осужденного следует, что ФИО1 страдает следующими хроническими заболеваниями: «<данные изъяты>
В личном деле осужденного имеется документ о полученной ФИО1 профессии «столяр» в период отбывания наказания.
Согласно справке, представленной заместителем начальника - начальника центра трудовой адаптации осужденных ФИО10, с 01.01.2023 по 22.05.2025 в ФКУ ИК-4 УФСИН России по Ивановской области имелись свободные вакансии: рабочий по стирке и ремонту спецодежды, кухонный рабочий, парикмахер, дневальный отряда, электромонтер, электромонтер по ремонту и обслуживанию электрооборудования, рабочий по комплексному обслуживаю зданий и сооружений, повар, обувщик, потртной, слесарь-сантехник, электрогазосварщик, слесарь по ремонту оборудования тепловых сетей (т. 1 л.д. 129).
Из объяснений представителей ответчика следует, что привлечение истца к труду в период с 2023 по май 2025 года не представлялось возможным, в связи с отсутствием вакансий по профессии «столяр»; осужденный ФИО1 был привлечен к труду на должность швеи в период с 30.11.2022 по 23.01.2023, однако, обучаться на производстве по программе 72 часа не стал; привлечение осужденного ФИО1 к труду на другие должности, с учетом его профессионального образования и состояния здоровья в указанный период по имевшимся в ЦТАО вакансиям не предоставлялось возможным.
Довод Истца ФИО1 о том, что он обращался к администрации исправительного учреждения с просьбами о трудоустройстве опровергается материалами дела.
Так, в обращении, адресованном в Генеральную прокуратуру Ивановской области от 12 декабря 2022 года, ФИО1, в частности указывал: «…Недавно я узнал, что без моего ведома и волеизъявления меня устроили на производство в ФКУ ИК-4 УФСИН России по Ивановской области….Работать я не отказываюсь, но осознаю, что могу причинить непроизвольно вред окружающим и сырью переработки. Желания трудоустраиваться я не изъявляю, при этом обеспечить меня работой с условиями того, что я прохожу курс лечения, администрация не может…» (т. 2 л.д. 99-117).
В ответ на обращение матери ФИО1 ФИО6 от 31.03.2025 заместитель прокурора Ивановской прокуратуры по надзору за соблюдением законов в исправительных учреждениях Ивановской области сообщает, что из представленных ФКП ОУ № 49 ФСИН России сведений осужденный проходил обучение в указанном образовательном учреждении и получил профессию «столяр» 2 разряда. После окончания обучения осужденный ФИО1 к администрации ФКУ ИК-4 с заявлением на новое обучение по иной профессии не обращался (т. 1 л.д. 129-130).
Таким образом, истцом не представлено доказательств того, что он имел намерение быть привлеченным к оплачиваемой трудовой деятельности, и об отказе ответчика в таком трудоустройстве.
Возможность трудиться для лица, находящегося в местах лишения свободы, связана с наличием рабочих мест и соответствующей специальности, а также состояния здоровья осужденного, которые в ФКУ ИК - 4 УФСИН России в период с января 2023 по май 2025 года отсутствовали.
Исполнительных производств, по которым ФИО1 является должником, в Учреждении не имеется (т. 1 л.д. 38).
При изложенных обстоятельствах, у суда отсутствуют правовые основания для признания незаконными действия ответчика в части не предоставления истцу возможности трудиться с 23.01.2023 по 22.05.2025.
Доводы истца ФИО1 о том, что отсутствие возможности трудиться лишило его возможности помогать престарелой матери и несовершеннолетней дочери, судом отклоняются, поскольку общественно полезный труд, как средство исправления не имеет своей целью в рассматриваемых правоотношениях получение заработка, в силу ст. 105 УИК РФ оплата производится за фактически отработанное время и объем выполненной работы, тогда, как в соответствии со ст. 99 УИК РФ, истец, будучи не трудоустроенным, оплачиваемой трудовой деятельности не осуществлял и находился на государственном обеспечении.
Поскольку труд истца в исправительном учреждении как осужденного лица обусловлен требованиями уголовно-исполнительного законодательства, в связи с чем гарантии, установленные Трудовым кодексом Российской Федерации в части выполнения работодателем обязанности по предложению иной подходящей работы работнику в качестве гарантии при увольнении по некоторым основаниям (сокращение численности или штата; несоответствие работника занимаемой должности или выполняемой работе вследствие недостаточной квалификации, подтвержденной результатами аттестации и др.), на него не распространяются, факт нарушения прав истца в части не предоставления ему возможности трудиться с 23.01.2023 по 22.05.2025 в ходе судебного разбирательства не был установлен, суд не находит оснований для удовлетворения исковых требований о взыскании среднего заработка за период не привлечения истца ФИО1 администрацией учреждения к труду в размере 560000 рублей.
Разрешая требования истца о взыскании с ответчика денежных средств в сумме 5671,77 руб. - недополученная федеральная социальная доплата (ФСД) за период с 30 ноября 2022 года по 23 января 2023 года, суд приходит к следующему.
В соответствии с п. 1 ст. 12.1 Федерального закона от 17.07.1999 № 178-ФЗ «О государственной социальной помощи», общая сумма материального обеспечения пенсионера, проживающего на территории Российской Федерации, не осуществляющего работу и (или) иную деятельность, в период которой он подлежит обязательному пенсионному страхованию в соответствии с Федеральным законом от 15.12.2001 № 167-ФЗ «Об обязательном пенсионном страховании в Российской Федерации», пенсия (пенсии) которому установлена (установлены) в соответствии с законодательством Российской Федерации, не может быть меньше величины прожиточного минимума пенсионера, установленной в соответствии с пунктом 4 статьи 4 Федерального закона «О прожиточном минимуме в Российской Федерации» в субъекте Российской Федерации.
Федеральная социальная доплата к пенсии устанавливается пенсионеру территориальными органами Пенсионного фонда Российской Федерации в случае, если общая сумма его материального обеспечения, определенная в соответствии с частями 2 и 3 данной статьи, не достигает величины прожиточного минимума пенсионера, установленной в соответствии с пунктом 4 статьи 4 Федерального закона «О прожиточном минимуме в Российской Федерации» в субъекте Российской Федерации по месту его жительства или месту его пребывания, не превышающей величину прожиточного минимума пенсионера в целом по Российской Федерации. Федеральная социальная доплата к пенсии устанавливается в таком размере, чтобы указанная общая сумма его материального обеспечения с учетом данной доплаты достигла величины прожиточного минимума пенсионера, установленной в субъекте Российской Федерации (п. 4 ст. 12.1 Федерального закона от 17.07.1999 № 178-ФЗ).
В силу п. 10 ст. 12.1 Федерального закона от 17.07.1999 № 178-ФЗ «О государственной социальной помощи» социальная доплата к пенсии, предусмотренная данной статьей, не выплачивается в период выполнения работы и (или) иной деятельности, в период которой соответствующие граждане подлежат обязательному пенсионному страхованию в соответствии с Федеральным законом «Об обязательном пенсионном страховании в Российской Федерации».
Судом установлено, что 22 ноября 2022 года ФИО1 назначена социальная пенсия по инвалидности в размере 5886 рублей 14 копеек, размер которой с учетом индексации, предусмотренной постановлением Правительства Российской Федерации от 17.03.2023 № 404 «Об утверждении коэффициента индексации с 1 апреля 2023 года социальной пенсии», с 01.04.2023 составил 6080,38 руб., ЕДВ в размере 1219,54 рубля без учета набора социальных услуг, предусмотренных Федеральным законом от 17.07.1999 № 178-ФЗ «О государственной социальной помощи», размер которой с учетом индексации с 01.02.2023 составил 1364,66 рублей, а также с 24.01.2023 ФСД в размере 3077,89 рублей.
До 24.01.2023 истцу не осуществлялась выплата ФСД в связи с осуществлением им трудовой деятельности в период с 30 ноября 2022 года по 23 января 2023 года.
Согласно информации, представленной ОСФР по Ивановской области, сумма федеральной социальной доплаты, которая не была установлена на период трудоустройства ФИО1 с 01.12.2022 по 31.01.2023, составила бы 5671,77 рублей (т. 2 л.д. 161).
Решением Фрунзенского районного суда г.Иваново от 06 декабря 2024 года по гражданскому делу № 2-2904/2024 по иску ФИО1 к Отделению Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Ивановской области о защите пенсионных прав установлено, что в период с 22.11.2022 по 24.01.2023 истцу ФСД не выплачивалась, при этом установлено, что в силу положений п. 10 ст. 12.1 ФЗ № 178-ФЗ, учитывая факт осуществления истцом до 24.01.2023 года трудовой деятельности, оснований для начисления и выплаты ФИО1 до указанной даты ФСД у Отделения не имелось (т.1 л.д. 80-86).
Оснований для взыскания указанной социальной выплаты в размере 5671,77 руб. за период с 30 ноября 2022 года по 23 января 2023 года с ответчика ФКУ ИК-4 УФСИН России по Ивановской области суд также не усматривает.
Как установлено в ходе рассмотрения дела, истец в период с 30 ноября 2022 года по 23 января 2023 года, будучи в установленном законом порядке привлеченным к труду в швейном цехе, на работу не выходил, задания последнему не выдавались, соответственно, им работа на производстве не выполнялась и, следовательно, заработная плата не начислялась и не выплачивалась. Не выход ФИО1 на работу обусловлен исключительно его личным желанием; нарушений, связанных с незаконным привлечением истца к труду со стороны администрации исправительного учреждения, не установлено.
При установленных обстоятельствах, у суда отсутствуют основания для удовлетворения заявленных требований в части взыскания с ФКУ ИК-4 УФСИН России по Ивановской области размера ФСД за период с 30.11.2022 по 23.01.2023, в том числе, и в связи с тем, что выплата ФСД производится не ответчиком, а Отделением Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Ивановской области, а в удовлетворении аналогичных требований к ОСФР по Ивановской области истцу отказано вышеуказанным решением Фрунзенского районного суда г.Иваново от 06 декабря 2024 года по гражданскому делу № 2-2904/2024.
Частью 1 статьи 107 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации установлено, что из заработной платы, пенсий и иных доходов осужденных к лишению свободы производятся удержания для возмещения расходов по их содержанию в соответствии с частью четвертой статьи 99 настоящего Кодекса.
Согласно части 4 статьи 99 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации осужденные, получающие заработную плату, и осужденные, получающие пенсию, возмещают стоимость питания, одежды, коммунально-бытовых услуг и индивидуальных средств гигиены, кроме стоимости специального питания и специальной одежды. С осужденных, уклоняющихся от работы, указанные расходы удерживаются из средств, имеющихся на их лицевых счетах. Возмещение стоимости питания, одежды, коммунально-бытовых услуг и индивидуальных средств гигиены производится ежемесячно в пределах фактических затрат, произведенных в данном месяце. Осужденным, освобожденным от работы по болезни, осужденным беременным женщинам и осужденным кормящим матерям на период освобождения от работы питание предоставляется бесплатно. Осужденным, содержащимся в воспитательных колониях, а также осужденным, являющимся инвалидами первой или второй группы, питание, одежда, коммунально-бытовые услуги и индивидуальные средства гигиены предоставляются бесплатно (часть 5 статьи 99 названного Кодекса).
В силу статьи 107 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации из заработной платы, пенсий и иных доходов осужденных к лишению свободы производятся удержания для возмещения расходов по их содержанию в соответствии с частью четвертой статьи 99 настоящего Кодекса (часть 1).
Возмещение осужденными расходов по их содержанию производится после удовлетворения всех требований взыскателей в порядке, установленном Федеральным законом от 02 октября 2007 года № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве» (часть 2).
В исправительных учреждениях на лицевой счет осужденных зачисляется независимо от всех удержаний не менее 25 процентов начисленных им заработной платы, пенсии или иных доходов, а на лицевой счет осужденных, достигших возраста, дающего право на назначение страховой пенсии по старости в соответствии с законодательством Российской Федерации, осужденных, являющихся инвалидами первой или второй группы, несовершеннолетних осужденных, осужденных беременных женщин, осужденных женщин, имеющих детей в домах ребенка исправительного учреждения, - не менее 50 процентов начисленных им заработной платы, пенсии или иных доходов (часть 3).
Таким образом, возмещение осужденными расходов по их содержанию производится в соответствии с требованиями части 4 статьи 99 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации с учетом установленных статьей 107 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации ограничений.
Согласно правовым позициям Конституционного Суда Российской Федерации, установление в части 4 статьи 99 и статье 107 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации удержаний из заработной платы, пенсий и иных доходов осужденных к лишению свободы для возмещения расходов по их содержанию - стоимости питания, одежды, коммунально-бытовых услуг и индивидуальных средств гигиены ежемесячно в пределах фактических затрат, произведенных в данном месяце, - не противоречит целям Российской Федерации как социального государства (Определения Конституционного Суда Российской Федерации от 17 июня 2008 г. № 552-О-П, от 17 декабря 2009 г. № 1647-О-О, от 27 мая 2010 г. № 661-О-О, от 23 декабря 2014 г. № 2912-О, от 27 октября 2015 г. № 2369-О, от 28 мая 2020 г. № 1334-О, от 20 июля 2021 г. № 1420-О). При этом, часть 3 статьи 107 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации, предусматривающая удержания денежных средств из заработной платы, пенсий и иных доходов осужденных к лишению свободы для их материально-бытового обеспечения (часть первая), является юридической гарантией недопущения зачисления на лицевой счет осужденных, вне зависимости от сумм затрат на их питание, одежду, индивидуальные средства гигиены, а также коммунально-бытовые услуги, менее 25 процентов начисленных им заработной платы, пенсии или иных доходов (Определения Конституционного Суда Российской Федерации от 28 мая 2009 г. № 637-О-О, от 29 сентября 2020 г. № 2072-О).
Из справки, представленной в материалы дела ответчиком ФКУ ИК-4 УФСИН России по Ивановской области за подписью главного бухгалтера Учреждения, следует, что на лицевой счет истца ежемесячно поступает пенсия, ЕДВ, ФСД. Пенсия, ЕДВ, ФСД за период ноябрь, декабрь 2022 года не выплачивалась, была выплачена за указанные месяцы в январе 2023 года. Ежемесячно (за исключением периода временного отсутствия истца в Учреждении, например нахождение в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Ивановской области, в ФКУ ИК-5 на лечении) с лицевого счета истца производятся удержания в пределах фактических затрат, произведенных в данном месяце. С сумм ЕДВ удержания не производятся.
Как указано выше, ФИО1 является <данные изъяты>, в связи с чем удержания на его содержание могут составлять не более 75% от суммы пенсии (ст. 99,107 УИК РФ).
Из содержания вышеуказанной справки следует, что удержание в счет возмещения стоимости питания, гигиенических наборов, коммунальных платежей, вещевого довольствия, произведено исправительным учреждением с учетом установленных законом ограничений, с сохранением ФИО1 более 25% поступивших денежных средств, в связи с чем, оспариваемые действия исправительного учреждения в виде удержаний из дохода истца для его материально-бытового обеспечения, соответствуют требованиям, установленным законом.
При изложенных обстоятельствах, у суда отсутствуют правовые основания для удовлетворения требований истца ФИО1, в связи с чем, суд отказывает в удовлетворении иска в полном объеме.
На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд
РЕШИЛ:
В удовлетворении исковых требований к ФКУ ИК-4 УФСИН России по Ивановской области (ИНН <***>), ФСИН России (ИНН <***>) о защите трудовых прав ФИО1 (СНИЛС №) отказать.
Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Ивановский областной суд в течение месяца с момента принятия решения в окончательной форме через Кинешемский городской суд Ивановской области.
Председательствующий: подпись Е.В.Шустина
Мотивированное решение составлено 07 ноября 2025 года.