Судья: Дюк К.И. № 22-6817/2023

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

28 ноября 2023 г. г. Самара

Суд апелляционной инстанции по уголовным делам Самарского областного суда в составе:

председательствующего – судьи Субботиной Л.С.,

при секретарях Матвиенко Т.А., Степанян О.Х.,

с участием: прокурора Бритвина А.С.,

осужденного ФИО2,

защитника – адвоката Дубовитченко А.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционное представление государственного обвинителя – помощника прокурора Железнодорожного района г. Самары Саяпиной П.А., апелляционную жалобу адвоката Дубовитченко А.А. с дополнениями на приговор Железнодорожного районного суда г. Самары от 07.09.2023 в отношении ФИО1,

заслушав доклад судьи Субботиной Л.С., выслушав прокурора Бритвина А.С., полагавшего необходимым приговор суда изменить, адвоката Дубовитченко А.А., осужденного ФИО2, поддержавших доводы апелляционной жалобы, проверив материалы уголовного дела,

УСТАНОВИЛ:

Приговором Железнодорожного районного суда г. Самары от 07.09.2023

ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженец <адрес>, гражданин РФ, с высшим образованием, холостой, имеющий малолетнего ребенка, работающий водителем, зарегистрированный и проживающий по адресу: <адрес>, не судимый,

осужден по ч. 1 ст. 286 УК РФ к наказанию в виде штрафа в доход государства в размере 20 000 рублей, по ч. 2 ст. 292 УК РФ, с применением ст. 64 УК РФ, к наказанию в виде штрафа в доход государства в размере 75 000 рублей, по ч. 1 ст. 222 УК РФ к наказанию в виде ограничения свободы на срок 1 год 6 месяцев. На основании ч. 2 ст. 69 УК РФ, по совокупности преступлений, путем частичного сложения назначенных наказаний, окончательно назначено ФИО1 наказание в виде ограничения свободы на срок 1 год 6 месяцев со штрафом в размере 80 000 рублей. На основании ч. 1 ст. 53 УК РФ установлены ФИО2 следующие ограничения: не выезжать за пределы МО г. Самара; не изменять место жительства, расположенное по адресу: <адрес>, без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденным наказания в виде ограничения свободы, ФИО2 обязан являться на регистрацию в специализированный государственный орган, осуществляющий надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы, один раз в месяц. Штраф в размере 80 000 рублей постановлено исполнять самостоятельно. Мера пресечения ФИО2 в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, до вступления приговора в законную силу, оставлена без изменения. Приговором разрешена судьба вещественных доказательств.

ФИО2 признан виновным в превышении должностных полномочий, то есть совершение должностным лицом действий, явно выходящих за пределы его полномочий и повлекших существенное нарушение прав и законных интересов граждан и охраняемых законом интересов общества или государства; совершении служебного подлога, то есть внесении должностным лицом в официальные документы заведомо ложных сведений, если эти деяния совершены из корыстной заинтересованности, повлекшие существенное нарушение прав и законных интересов граждан либо охраняемых законом интересов общества или государства; а также в совершении незаконных приобретения, передачи, хранения огнестрельного оружия.

Преступления совершены в период времени и при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

В апелляционном представлении государственный обвинитель полагает приговор суда незаконным, необоснованным, подлежащим отмене с направлением уголовного дела на новое рассмотрение в ином составе суда, просит назначить ФИО2 по ч. 1 ст. 286, ч. 2 ст. 292 и ч. 1 ст. 222 УК РФ наказание в виде лишения свободы на срок 5 лет 2 месяца с лишением права занимать должности государственной службы и органов местного самоуправления, а также при осуществлении административно-хозяйственных функций сроком на 2 года, с отбыванием наказания в виде лишения свободы в исправительной колонии общего режима. Полагает, что выводы суда о назначении ФИО2 столь мягкого наказания несостоятельны, судом проигнорированы нормы уголовного закона и правовые позиции Верховного Суда РФ по вопросу назначения наказания. Указывает, что совершенные ФИО2 преступления относятся к категории средней тяжести и представляют повышенную степень общественной опасности, так как в результате их совершения были существенно нарушены охраняемые законом права и интересы неопределенного круга граждан, Свидетель №1, общества и государства, что подрывает авторитет правоохранительных органов государственной власти. Вместе с тем, несмотря на повышенную степень общественной опасности совершенных преступлений, наличие отягчающего наказание обстоятельства, суд назначил осужденному наказание, не связанное с реальным лишением свободы, что противоречит целям и задачам уголовного судопроизводства, а также восстановлению социальной справедливости. Считает, что объяснения ФИО2, признанные судом в качестве активного способствования раскрытию и расследованию преступлений, не содержат какой-либо существенно значимой информации. Полагает необходимым назначить ФИО2 наказание, связанное с изоляцией от общества, без применения положений ст.ст. 64, 73 УК РФ и изменения категории преступлений.

В апелляционной жалобе адвокат Дубовитченко А.А. полагает приговор суда незаконным и необоснованным. В обоснование доводов апелляционной жалобы указывает, что выводы суда не подтверждаются доказательствами, исследованными в судебном заседании, судом не учтены обстоятельства, которые могли существенно повлиять на его выводы.

Отмечает, что материалами уголовного дела не подтверждается, что действия ФИО2 повлекли существенное нарушение прав и законных интересов граждан и охраняемых законом интересов общества или государства, в деле отсутствуют сведения о том, что Свидетель №1 причинен физический, моральный или имущественный вред, поскольку последний ни в ходе предварительного, ни в ходе судебного следствия не сообщал о том, что его права и законные интересы были каким-либо образом нарушены.

Считает, что осуждение ФИО2 по ст. 268 и ст. 292 УК РФ незаконно, поскольку такая совокупность преступлений возможна лишь в случаях, если служебный подлог не входит в объективную сторону превышения должностных полномочий, либо преступления повлекли различные общественно опасные последствия, при этом в обвинении, предъявленном осужденному, приведены идентичные описания преступных деяний.

Полагает, что ОРМ были проведены в отсутствие оснований, предусмотренных ст. 7 ФЗ № 144-ФЗ «Об ОРД», поскольку отсутствуют сведения об информации, послуживших основанием для проведения оперативно-розыскных мероприятий по факту возможного совершения ФИО1 преступления, о регистрации такой информации, о порядке проверки с указанием должностных лиц, которым она поручена. Указывает, что в материалах дела отсутствовало постановление о проведении ОРМ «Обследование помещений, зданий, сооружений, участков местности и транспортных средств», на основании которого ДД.ММ.ГГГГ был обследован гараж осужденного и изъято ружье, которое было признано вещественным доказательством и передано в дело ненадлежащим процессуальным порядком. Изложенные доказательства, по мнению защитника, являются недопустимыми и не могут использоваться в процессе доказывания.

Указывает, что материалами дела и показаниями свидетелей установлено, что ФИО2 добровольно выдал охотничье ружье с нарезным стволом сотрудникам УФСБ России по Самарской области, в связи с чем к нему должны применяться примечания к ст. 222 УК РФ об освобождении от уголовной ответственности по данной статье лица, добровольно сдавшего оружие.

В дополнениях к жалобе адвокат, помимо доводов, изложенных в основной жалобе, указал, что указанные в приговоре нарушения права Свидетель №1 на сдачу принадлежащего ему оружия, а также законных интересов в виде создания препятствий в удовлетворении потребности вывести из оборота оружия являются надуманными. Данное право и интересы не относится к числу гарантированных общепризнанными принципами и нормами международного права, Конституцией Российской Федерации. Так, Свидетель №1 сдал свое оружие ФИО2, и данный факт был оформлен документально, ему была вручена копия протокола изъятия оружия, а ФИО2 внес необходимые сведения в соответствующую базу, в результате чего к Свидетель №1 не было претензий со стороны сотрудников Росгвардии, осуществляющих контроль за оборотом гражданского оружия, что Свидетель №1 подтвердил в суде, при этом потребности в утилизации оружия у Свидетель №1 не было. Указывает, что единственное желание Свидетель №1 заключалось в том, чтобы данное оружие более не было на нем зарегистрировано, что и было в результате реализовано, решение о сдаче на утилизацию принято им после попыток реализовать оружие через специализированные магазины, при этом сам Свидетель №1 не исключал возможности переоформления оружия на иное лицо, при наличии у последнего лицензии на приобретение нарезного оружия, что подтверждается его показаниями в суде.

Считает, что судом не было установлено существенное нарушение охраняемых законом интересов общества и государства, а с учетом того, что состав ст. 286 УК РФ является материальным, суд в приговоре не конкретизировал виды этих интересов, не сослался на законодательные акты, их охраняющие, какие последствия для общества или государства повлекли действия осужденного и в чем выразилась существенность вреда, причиненного его действиями.

Отмечает, что выводы суда в части превышения должностных полномочий, выразившихся в перевозке охотничьего ружья с нарезным стволом от места отстрела в отделение лицензионно-разрешительной работы в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, а также в части внесении ложных сведений в заявление о перерегистрации, датированное ДД.ММ.ГГГГ, в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, являются необоснованными, поскольку суд вышел за пределы периода службы ФИО2 в отделении лицензионной работы отдела лицензионно-разрешительной работы Управления Федеральной службы войск национальной гвардии РФ по Самарской области (с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ).

Указывает на отсутствие в приговоре сведений о том, какие именно факты удостоверяют документы, за подлог которых осужден ФИО2, какие влекут юридические последствия, констатирует, что ФИО2 осужден за подлог документов, изготовление и заверение которых не входит в его должностные обязанности, поскольку заявление на перерегистрацию оружия является прерогативой собственника оружия и не входило в полномочия осужденного, как и составление направления на проведение контрольного отстрела.

Полагает выводы суда о внесении 24.11.2020 ФИО2 в протокол изъятия оружия и патронов заведомо ложных сведений об основании изъятия оружия Свидетель №1 - заявление на переоформление оружия, не соответствует действительности, поскольку указанное основание не являлось ложным, оружие изымалось именно с этой целью. Свидетель №1 был ознакомлен с протоколом изъятия оружия и патронов от ДД.ММ.ГГГГ, получил его копию, что, по мнению защитника, свидетельствует об отсутствии у ФИО2 намерений обмана Свидетель №1

Считает бездоказательными и основанными на предположениях выводы суда о том, что ФИО2 с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ изготовил направление на проведение контрольного отстрела из гражданского огнестрельного оружия с нарезным стволом и подписал его у Свидетель №10, после чего осуществил его перевозку к месту отстрела, где передал его ФИО6, поскольку ФИО2, Свидетель №10 и ФИО6 данные факты не подтвердили.

Указывает также на сомнительное происхождение отсутствующего в материалах уголовного дела и приобщенного в суде по ходатайству стороны обвинения с нарушением порядка предоставления в суд результатов ОРД постановления о проведении ОРМ «Обследование помещений, зданий, сооружений, участков местности и транспортных средств».

Просит приговор суда отменить, вынести в отношении ФИО2 оправдательный приговор в связи с отсутствием в деянии состава преступления, признав за ним право на реабилитацию.

Заслушав стороны, проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционного представления и апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Суд первой инстанции с достаточной полнотой исследовал все имеющиеся доказательства, правильно установил фактические обстоятельства дела и обоснованно постановил в отношении ФИО2 обвинительный приговор.

Выводы о виновности ФИО2 в совершении преступлений являются верными, основанными на исследованных в судебном заседании показаниях свидетелей Свидетель №7, ФИО7, Свидетель №1, Свидетель №2, Свидетель №3, ФИО6, Свидетель №5, Свидетель №4, ФИО8, Свидетель №9, Свидетель №6, Свидетель №10, рапортах уполномоченных лиц, протоколах осмотра места происшествия, осмотра предметов и документов, экспертном заключении и других доказательствах, содержание которых подробно приведено в приговоре.

Из представленных материалов следует, что показания вышеназванных лиц были надлежаще проверены судом, в том числе путем сопоставления их друг с другом, а также с иными материалами дела, оснований для оговора осужденного ФИО2 с их стороны судом первой инстанции установлено не было и по имеющимся материалам дела не усматривается. Указанные и иные доказательства, исследованные судом, бесспорно свидетельствуют о правильности вывода суда. Каких-либо противоречий в доказательствах, сомнений в их достоверности, которые могли бы повлиять на законность и обоснованность приговора, не имеется.

Все обстоятельства, имеющие значение для дела, судом были всесторонне исследованы и проанализированы. Собранным доказательствам в приговоре дана надлежащая оценка с подробным анализом и указанием мотивов, по которым суд принял одни доказательства в качестве допустимых, а другие отверг, как недостоверные.

По ходатайствам участников процесса показания допрошенных лиц, данные при производстве предварительного следствия, были оглашены, имеющиеся противоречия в их показаниях были выяснены и устранены в судебном заседании, а в основу приговора судом были положены показания допрошенных лиц, не противоречащие иным доказательствам, имеющимся в уголовном деле, по значимым обстоятельствам.

Приведенная защитником в апелляционной жалобе собственная оценка показаний допрошенных в суде лиц и их показаний, данных на предварительном следствии, а также доказательств, приведенных судом в обоснование виновности осужденного, не опровергает установленных судом первой инстанции обстоятельств и не свидетельствует о невиновности ФИО2 в совершении преступлений, поскольку его виновность установлена на основании совокупности перечисленных в приговоре доказательств.

Так, судом первой инстанции верно установлено, что ФИО2, не имея соответствующего разрешения, в нарушении Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 150-ФЗ «Об оружии», в нарушение Правил оборота гражданского и служебного оружия и патронов к нему на территории Российской Федерации, утвержденных Постановлением Правительства Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №, решил незаконно приобрести в свою собственность огнестрельное оружие. Для этого он превысил свои должностные полномочия, то есть, будучи должностным лицом, совершил действия, явно выходящие за пределы его полномочий, и совершил служебный подлог. Так, ФИО2, согласно своего должностного регламента, был уполномочен на аннулирование разрешений на хранение и использование или хранение и ношение оружия, подготовку соответствующих материалов. Однако он ввел в заблуждение Свидетель №1, обратившегося к нему с целью сдачи для утилизации принадлежащего ему охотничьего ружья с нарезным стволом, и для безвозмездного завладения оружием ФИО9 внес заведомо ложные сведения в официальные документы: заявление на перерегистрацию оружия о намерении ФИО9 осуществить перерегистрацию оружия на ФИО2, а также протокол изъятия оружия и патронов, указав в качестве основания их изъятия «заявление на переоформление оружия», не предусмотренное ст. 27 ФЗ от ДД.ММ.ГГГГ № 150-ФЗ «Об оружии», подготовив указанные документы, ознакомив ФИО9 с ними и подписав их у последнего, в результате чего незаконно изъял у Свидетель №1 принадлежащее ему огнестрельное оружие и разрешение на его хранение и ношение. Продолжая реализовывать задуманное, ФИО2 оставил хранить по месту службы огнестрельное оружие, принадлежащее ФИО9, внес в «Систему централизованного учета оружия Росгвардии» заведомо ложные сведения о сдаче ФИО9 разрешения на хранение и ношение огнестрельного оружия в связи с его продажей ФИО2, не передав незаконно изъятое оружие на ответственное хранение в территориальный орган МВД России, после чего изготовил направление на контрольный отстрел, в которое внес заведомо ложные сведения о выдаче оружия Свидетель №1 для предоставления на контрольный отстрел, подписав его у и.о. начальника отделения ЦЛРР Управления Росгвардии по Самарской области, передал его специалисту группы тылового обеспечения, после завершения процедуры отстрела поместил протокол отстрела в учетное дело, а оружие вернул к месту хранения – по месту службы. Внеся в заявление на перерегистрацию указанного оружия заведомо ложные сведения о лице его составившим, Свидетель №1, а также о желании последнего переоформить принадлежащее ему огнестрельное оружие на ФИО1, последний представил его в ЦЛРР Управление Росгвардии по Самарской области, через приложение «Госуслгуги» подал электронное заявление в ЦЛРР Управление Росгвардии по Самарской области с целью получения им разрешения на хранение и ношение оружия (перерегистрации оружия с Свидетель №1 на его (ФИО2 имя) – ружья с нарезным стволом, в чем было отказано. Также ФИО2 переместил оружие из отделения лицензионно-разрешительной работы (по городу Самаре и Волжскому району) управления Федеральной службы войск национальной гвардии Российской Федерации по Самарской области в гараж, где незаконно хранил до момента изъятия сотрудниками УФСБ России по Самарской области в ходе оперативно-розыскного мероприятия «Обследование помещений, зданий, сооружений, участков местности и транспортных средств», проведенного ДД.ММ.ГГГГ.

Обозначенные в обжалуемом приговоре существенные нарушения прав и законных интересов граждан и охраняемых законом интересов общества или государства в результате совершения ФИО2 преступлений, а также наличие у него корыстной заинтересованности при совершении служебного подлога, сомнений у суда апелляционной инстанции не вызывают, выводы суда мотивированы надлежащим образом и являются обоснованными, при этом использование судом первой инстанции при описании преступных деяний, совершенных осужденным, предлогов или/либо, а также ссылка защитника на то, что в результате совершенных преступлений ФИО9 не был причинен физический, моральный или имущественный вред, изложенных судом выводов не изменяет и не опровергает.

Вопреки доводам апелляционной жалобы о необоснованной квалификации действий осужденного, как совокупности преступлений, предусмотренных ст. 286 и 292 УК РФ, такой подход согласуется с разъяснениями, данными в абз. 3 п. 17 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 16.10.2009 № 19 «О судебной практике по делам о злоупотреблении должностными полномочиями и о превышении должностных полномочий» о необходимости квалификации как совокупности преступлений действий, связанных с разными действиями и наступившими последствиями.

Существенных нарушений уголовно-процессуального закона при исследовании и оценке доказательств, повлиявших на правильность установления судом фактических обстоятельств дела, а также каких-либо объективных данных, которые бы остались без внимания и свидетельствовали бы о допущенной ошибке, предопределившей исход дела, либо существенно нарушившей права и законные интересы участников уголовного процесса, не усматривается.

У сотрудников полиции были основания полагать, что ФИО2 занимается преступной деятельностью, в связи с чем, имелись основания для проведения в отношении него оперативно-розыскных мероприятий. Все оперативные мероприятия по настоящему уголовному делу были проведены в соответствии с ФЗ РФ от 12.08.1995 № 144-ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности в РФ», в связи с наличием поступившей оперативной информации. Умысел на совершение преступлений у осужденного сформировался еще до производства оперативно-розыскных мероприятий, то есть независимо от деятельности сотрудников правоохранительного органа. Обладая данными о противоправной деятельности осужденного, должностные лица правоохранительного органа, действуя в соответствии с требованиями Федерального закона «Об оперативно-розыскной деятельности», приняли обоснованное решение о проведении оперативно-розыскных мероприятий. При этом каких-либо провокационных действий со стороны сотрудников правоохранительного органа допущено не было. Результаты оперативно-розыскной деятельности отвечают требованиям, предъявляемым к доказательствам Уголовно-процессуальным кодексом РФ, надлежащим образом оформлены, утверждены уполномоченными должностными лицами и предоставлены следователю, а потому правильно положены судом в основу приговора.

В этой связи доводы апелляционной жалобы адвоката о нарушениях, допущенных при проведении ОРМ, и необходимости признания доказательств, полученных в ходе их проведения, недопустимыми, судом апелляционной инстанции отвергаются, указанные доводы защитника, изложенные в жалобе, в том числе доводы о незаконности приобщенного к уголовному делу постановления о проведении ОРМ «Обследование помещений, зданий, сооружений, участков местности и транспортных средств», передачи ружья, признанного вещественным доказательством, ненадлежащим процессуальным порядком, полностью отражают позицию стороны защиты, занятую при рассмотрении уголовного дела по существу, указанные доводы были проверены судом и получили надлежащую и мотивированную оценку, с которой суд апелляционной инстанции соглашается и не усматривает оснований для иной оценки указанных доводов адвоката.

Судом первой инстанции подвергалась тщательной проверке версия осужденного и стороны защиты о том, что ФИО2 не обманывал Свидетель №1, о том, что Свидетель №1 был согласен на переоформление оружия на ФИО2, о том, что ФИО2 отстрел оружия не осуществлял, а также о добровольной выдаче ФИО2 оружия сотрудникам ФСБ. Указанная версия была опровергнута показаниями свидетелей Свидетель №1, ФИО6, ФИО7, Свидетель №7, своего подтверждения не нашла и была обоснованно отвергнута судом.

Ссылка адвоката на нарушение судом пределов периода службы ФИО2 в отделении лицензионной работы несостоятельна, поскольку объективную сторону преступлений осужденный выполнял, будучи старшим инспектором отделения лицензионной работы отдела лицензионно-разрешительной работы г. Самара Управления Федеральной службы войск национальной гвардии РФ по Самарской области.

Оценка доказательств по делу соответствует требованиям ст.ст. 87, 88 УПК РФ. Доказательства, на которые суд сослался в приговоре в обоснование виновности осужденного, получены с соблюдением требований уголовно-процессуального закона, существенных противоречий по значимым обстоятельствам дела, подлежащим доказыванию в соответствии со ст. 73 УПК РФ, не содержат, в связи с чем, обоснованно признаны судом достоверными, допустимыми и относимыми, а в совокупности достаточными для постановления в отношении ФИО2 обвинительного приговора.

Экспертное заключение у суда апелляционной инстанции сомнений не вызывает, поскольку таковое полностью соответствует требованиям уголовно-процессуального закона, выполнено экспертами, квалификация которых сомнений не вызывает, оформлено надлежащим образом, научно обосновано, выводы представляются суду ясными и понятными, поэтому суд первой инстанции обоснованно принял заключение экспертов в качестве доказательств по делу. Не доверять заключению проведенной по делу экспертизы у суда апелляционной инстанции оснований не имеется.

В соответствии с требованиями закона суд раскрыл в приговоре содержание доказательств, изложил существо показаний осужденного, свидетелей, сведения, содержащиеся в письменных доказательствах.

Приговор постановлен в соответствии с требованиями ст.ст. 302-309 УПК РФ.

Судебное разбирательство по делу проведено в установленном законом порядке при соблюдении принципов состязательности и равноправия сторон. Не представляя какой-либо из сторон преимущества, суд создал необходимые условия для исполнения ими процессуальных обязанностей и осуществления прав. Нарушений процессуальных прав участников по делу не допущено.

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции считает, что анализ и основанная на законе оценка исследованных в судебном заседании доказательств в их совокупности позволили суду правильно установить фактические обстоятельства преступлений, совершенных ФИО2, и прийти к выводу о виновности осужденного в их совершении.

Исследовав представленные доказательства, суд правильно квалифицировал действия ФИО2 по ч. 1 ст. 286, ч. 2 ст. 292 и ч. 1 ст. 222 УК РФ.

Вместе с тем, указание судом в описательно-мотивировочной части приговора на внесение ФИО2 исправлений в официальные документы, искажающих их действительное содержание (заявление на перерегистрацию оружия, протокол изъятия оружия), при совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 292 УК РФ, является излишним, поскольку совершение таких действий ФИО2 не вменялось. В связи с изложенным, указание на внесение ФИО2 исправлений в официальные документы, искажающих их действительное содержание, подлежит исключению из описательно-мотивировочной части приговора.

Кроме того, вывод суда о совершении ФИО2 незаконной передачи огнестрельного оружия сделан судом первой инстанции ошибочно и своего подтверждения не нашел.

Так, по смыслу закона, под незаконной передачей огнестрельного оружия следует понимать его незаконное предоставление лицом, у которого оно находятся, другому лицу для временного использования или хранения. Как следует из материалов уголовного дела, ФИО2 было передано огнестрельное оружие для проведения контрольного отстрела с целью его легализации и последующего документального оформления на свое имя, и такая передача была осуществлена другому лицу не с целью временного использования или хранения им, то есть цель в контексте данного диспозитивного признака преступления (незаконная передача огнестрельного оружия) у осужденного отсутствовала, в связи с чем его действия по передаче оружия для контрольного отстрела охватывались умыслом на незаконное приобретение огнестрельного оружия.

При таких обстоятельствах совершение ФИО2 незаконной передачи огнестрельного оружия подлежит исключению из его осуждения по ч. 1 ст. 222 УК РФ, а наказание, назначенное за данное преступление – снижению.

Оснований для иной квалификации действий осужденного суд апелляционной инстанции не усматривает.

При назначении наказания осужденному ФИО2 суд учел обстоятельства смягчающие наказание, к которым, в соответствии с п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ отнес активное способствование раскрытию и расследованию преступлений, в соответствии с п. «г» ч. 1 ст. 61 УК РФ – наличие малолетних детей у виновного, в соответствии с ч. 2 ст. 61 УК РФ – частичное признание осужденным фактических обстоятельств дела, положительную характеристику его личности по месту жительства, месту прежней работы, а также от близких, состояние его здоровья и его близких и родственников, в том числе имеющих инвалидность и находящихся в преклонном возрасте, оказание им помощи, в том числе несовершеннолетним детям ФИО10, наличие грамот, наград, благодарностей за трудовую, общественную и благотворительную деятельность, а также за активную гражданскую позицию и оказанную помощь раненным и пострадавшим в ходе специальной военной операции, проходящим лечение в госпитале, совершение преступлений впервые, в молодом возрасте, наличие высшего образования, устойчивых социальных связей, а также отсутствие отягчающих наказание обстоятельств.

Оснований для признания каких-либо иных обстоятельств в качестве смягчающих наказание осужденного суд апелляционной инстанции из материалов уголовного дела не усматривает.

В приговоре суд первой инстанции убедительно мотивировал необходимость назначения ФИО2 за преступление, предусмотренное ч. 1 ст. 222 УК РФ, наказания в виде ограничения свободы, а за преступления, предусмотренные ч. 1 ст. 286 и ч. 2 ст. 292 УК РФ – в виде штрафа, входил в обсуждение вопроса об изменении категории преступлений на менее тяжкую, в соответствии с ч. 6 ст. 15 УК РФ, оснований для чего не усмотрел, не усматривает таких и суд апелляционной инстанции.

Однако при назначении осужденному наказания по ч. 2 ст. 292 УК РФ судом первой инстанции не в полной мере соблюдены требования Общей части УК РФ.

Так, в силу ч. 1 ст. 64 УК РФ, при наличии исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступления, ролью виновного, его поведением во время или после совершения преступления, и других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступления, а равно при активном содействии участника группового преступления раскрытию этого преступления наказание может быть назначено ниже низшего предела, предусмотренного соответствующей статьей Особенной части УК РФ, или суд может назначить более мягкий вид наказания, чем предусмотрен этой статьей, или не применить дополнительный вид наказания, предусмотренный в качестве обязательного.

Вместе с тем, применяя положения ст. 64 УК РФ к наказанию, назначенному за преступление, предусмотренное ч. 2 ст. 292 УК РФ, суд первой инстанции не изложил суждения о том, каким образом установленная совокупность смягчающих наказание обстоятельств свидетельствует о существенном уменьшении степени общественной опасности преступления, совершенного ФИО2, доводы апелляционного представления в части необходимости назначения осужденному наказания без применения ст. 64 УК РФ, заслуживают внимания.

При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции считает необходимым на основании ст. 389.24 и п. 2 ч. 1 ст. 389.26 УПК РФ приговор суда изменить, исключить из приговора указание суда на применение положений ст. 64 УК РФ при назначении ФИО2 наказания за преступление, предусмотренное ч. 2 ст. 292 УК РФ, тем самым усилив осужденному наказание за данное преступление, а также по совокупности преступлений, для достижения целей, предусмотренных ст. 43 УК РФ, которое будет способствовать исправлению осужденного, предупреждению совершения им преступлений впредь.

Доводы апелляционной жалобы адвоката сводятся к несогласию с выводами предыдущей судебной инстанции, и не содержат фактов, которые не были проверены и не были учтены судом, имели бы юридическое значение для вынесения приговора, влияли на его обоснованность и законность, либо опровергали выводы суда. Изложенные в жалобе доводы направлены на переоценку установленных судом первой инстанции обстоятельств, которым была дана надлежащая оценка, не согласиться с которой у судебной коллегии оснований не имеется.

Нарушений норм уголовного и уголовно-процессуального законов, безусловно влекущих отмену судебного решения, не допущено.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 389.20 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

Приговор Железнодорожного районного суда г. Самары от 07.09.2023 в отношении ФИО1 изменить:

- исключить из описательно-мотивировочной части приговора указание на внесение ФИО2 исправлений в официальные документы, искажающих их действительное содержание (заявление на перерегистрацию оружия, протокол изъятия оружия), при совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 292 УК РФ (Том 4, л.д. 111);

- исключить из осуждения ФИО2 за преступление, предусмотренное ч. 1 ст. 222 УК РФ, незаконную передачу огнестрельного оружия;

- снизить ФИО2 наказание в виде ограничения свободы, назначенное за преступление, предусмотренное ч. 1 ст. 222 УК РФ, до 1 года 5 месяцев;

- исключить применение положений ст. 64 УК РФ при назначении ФИО2 наказания в виде штрафа за преступление, предусмотренное ч. 2 ст. 292 УК РФ:

- назначить ФИО2 за преступление, предусмотренное ч. 2 ст. 292 УК РФ, наказание в виде штрафа в размере 100 000 (сто тысяч) рублей;

- на основании ч. 2 ст. 69 УК РФ, по совокупности преступлений, путем частичного сложения назначенных наказаний, назначить ФИО2 окончательное наказание в виде ограничения свободы на срок 1 год 5 месяцев со штрафом в размере 105 000 (сто пять тысяч) рублей.

В остальной части указанный приговор оставить без изменения, апелляционное представление государственного обвинителя – помощника прокурора Железнодорожного района г. Самары Саяпиной П.А. – удовлетворить частично, апелляционную жалобу адвоката Дубовитченко А.А. – оставить без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в Шестой кассационный суд общей юрисдикции в порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ, в течение шести месяцев со дня его вынесения.

В случае подачи кассационной жалобы, осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий: /подпись/ Л.С. Субботина

Копия верна. Судья: