Дело № 2-1551/2025
74RS0028-01-2025-001885-81
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
14 октября 2025 года Копейский городской суд Челябинской области в составе председательствующего судьи Абрамовских Е.В.,
при секретаре Белобровко Ю.И.,
с участием представителя истца ФИО1,
представителя ответчика Шишменцева В.В.,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2 к ФИО3 о возмещении ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия,
установил:
ФИО2 обратился в суд с иском к ФИО3 (с учетом уточнения) о взыскании ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, в размере 1 971 100 рублей, расходов на проведение оценки в размере 15 000 рублей, расходов на юридически услуги в размере 68 000 рублей, расходов на оплату государственной пошлины в размере 38 480 рублей (т.1 л.д.6-7, т.2 л.д.60-61).
Исковые требования мотивированы тем, что ФИО2 принадлежит транспортное средство марки МАРКА г/н НОМЕР. 01.02.2025 по адресу: <...> произошло ДТП, в результате которого автомобилю МАРКА г/н НОМЕР причинены механические повреждения. Виновником ДТП является ответчик, который управляя транспортным средством марки МАРКА г/нНОМЕР, нарушив п.13.9 ПДД РФ, не уступил дорогу транспортному средству, приближающееся по главной дороге. Ответчик вину в ДТП признал, о чем свидетельствует запись в извещении о ДТП. Страховщиком произведена выплата страхового возмещения в размере 400 000 рублей.
Истец ФИО2 при надлежащем извещении участия в судебном заседании не принял.
Ранее истец ФИО2 в судебном заседании пояснил, что 01.02.2025 двигался по крайней левой полосе на ТС МАРКА, по пр. Победы в г.Копейске. Двигался со стороны г. Челябинска в сторону дома г. Копейск со скоростью 60 км/ч. Был день, 14.30, отличная видимость, мокрое покрытие дороги. Снега на асфальте не было. По ходу движения в районе <...> загорелся зеленый сигнал светофора для его движения. Смену сигнала светофора он заметил за 5 секунд до приближения к стойке светофора, он видел смену сигнала светофора с желтого на зеленый. Скорость не снижал. Примерно за 100 метров горел желтый, примерно через 3 секунды загорелся зеленый и он продолжил движение, по левой крайней полосе, не меняя скорость. По пр. Победы имеется три полосы движения в каждом направлении. Есть разделительные полосы. По ходу его движения с правой стороны, со стороны ЗАГС, примыкает второстепенная дорога. Машины, находившиеся по отношению к его ТС с правой стороны только начали движение, из-за них он не видел машину ответчика. В результате ДТП его ТС получило повреждения: бампер фары, капот, двери. Первоначальный контакт произошел рядом с местом разрыва дорожной разметки. От удара ТС МАРКА развернуло через сплошную линию на встречную полосу, он врезался в бордюр и дерево на противоположной стороне. ТС МАРКА развернуло в сторону «сцены», на обочину в сугроб.
Представители истца ФИО4, ФИО1 требования, с учетом их уточнения, поддержали, просили удовлетворить.
Ответчик ФИО3 о рассмотрении дела извещен надлежащим образом, просил о рассмотрении дела в его отсутствие.
Ранее в судебном заседании исковые требования не признал, ходатайствовал о назначении по делу судебной экспертизы для установления механизма ДТП, произошедшего 01.02.2025 по пр. Победы, д. 18 г. Копейска Челябинской области с участием ТС МАРКА г/н НОМЕР под управлением ФИО2 и ТС МАРКА г/н НОМЕР под управлением ФИО3, а также о стоимости восстановительного ремонта.
По обстоятельствам ДТП ответчик ФИО3 пояснял, что он двигался на ТС МАРКА с пр. Славы в г.Копейске, остановился перед пешеходным переходом, осмотрелся. На автомобиле горел ближний свет фар. Перекресток «Т-образный». У перекрестка нерегулируемый пешеходный переход. Он остановился перед переходом. Посмотрел налево, за 50 метров стояли машины на красный сигнал светофора, посмотрел слева-направо, убедился, что машин не было и начал движение на середину перекрестка. При пересечении перекрестка скорость была не более 5-10 км/ч. Он смотрел направо и боковым зрением увидел приближение ТС истца, предпринял торможение, но от удара оказался на обочине. С местом столкновением, указанного в схеме, согласен. Он не слышал звука тормозов. Видеорегистратора нет. После ДТП приехал аварийный комиссар, его вызвал истец. Аварийный комиссар показал видео с камеры ИНСИТ, где видно, что когда ТС истца пересекает переход, загорается зеленый сигнал для движения со стороны ответчика. У истца была большая скорость. У него было время завершить маневр. Истец нарушил скоростной режим.
Представитель ответчика адвокат Шишменцев В.В. в судебном заседании исковые требования не признал, поддержал позицию доверителя. После проведенной по делу экспертизы с уточненными требованиями не согласился, пояснив, что нарушение скоростного режима истцом привело к увеличению размера ущерба. Ущерб должен быть взыскан с учетом износа. Более того, полагал, что в настоящее время в связи с введенными санкциями новые запасные части на автомобиль МАРКА из Германии поставлены не будут.
Сторонами в материалы дела представлены письменные пояснения по обстоятельствам ДТП, видео, фотоматериалы.
Представители третьих лиц АО «Тинькофф Страхование», «Альфа Страхование» в судебное заседание не явились, извещены.
Руководствуясь положениями ст.167 ГПК РФ, суд счел возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся участвующих в деле лиц.
Выслушав пояснения, исследовав материалы дела, суд приходит к следующим выводам.
В силу п. 1 ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее по тексту - ГК РФ) лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.
В соответствии со ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.
Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.
По смыслу указанной нормы условиями возникновения ответственности за причинение вреда являются: наличие вреда, виновное и противоправное поведение причинителя вреда, причинно-следственная связь между противоправным действием (бездействием) лица и наступившим вредом.
В соответствии с п. 1 ст. 1079 ГК РФ юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего.
Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).
Согласно п. 63 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 08 ноября 2022 года № 31 "О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств" причинитель вреда, застраховавший свою ответственность в порядке обязательного страхования в пользу потерпевшего, возмещает разницу между страховым возмещением и фактическим размером ущерба только в случае, когда надлежащее страховое возмещение является недостаточным для полного возмещения причиненного вреда (ст. 15, п. 1 ст. 1064, ст. 1072, п. 1 ст. 1079, ст. 1083 ГК РФ).
Таким образом, с причинителя вреда в порядке ст. 1072 ГК РФ может быть взыскана только разница между рыночной стоимостью ремонта автомобиля и суммой страхового возмещения, которая подлежала выплате по правилам ОСАГО.
Судом установлено и следует из материалов дела, что 01.02.2025 в 15 час. 10 мин. у дома № 18 по пр.Победы в г.Копейске Челябинской области произошло ДТП с участием автомобиля МАРКА, государственный регистрационный знак НОМЕР под управлением и принадлежащего ФИО2 и автомобиля МАРКА, государственный регистрационный знак НОМЕР под управлением и принадлежащего ФИО3
ДТП оформлено без участия уполномоченных сотрудников полиции (европротокол НОМЕР).
ФИО3 вину признал, о чем указал в извещении о ДТП.
На момент ДТП риск гражданской ответственности водителя МАРКА, государственный регистрационный знак НОМЕР, ФИО2 была застрахована по ОСАГО в АО «Т-Страхование», водителя автомобиля МАРКА, государственный регистрационный знак НОМЕР, ФИО3 – в АО "Альфа Страхование".
ФИО2 обратился с заявлением о страховом возмещении в АО «Т-Страхование», произведен осмотр поврежденного ТС, составлен Акт о страховом случае, заключено соглашение об урегулировании случая по ОСАГО, на основании которого ФИО2 произведена выплата страхового возмещения в размере 400 000 руб., что подтверждается материалами выплатного дела (т.1 л.д.96-104).
Согласно экспертному заключению ООО «Центурион» НОМЕР, представленного истцом в обоснование заявленного ко взысканию ущерба полная стоимость восстановительного ремонта поврежденного ТС составила 2 748 000 руб. (т.1 л.д.13-60).
В ходе рассмотрения дела ответчиком оспорена вина в ДТП, размер ущерба, заявлено ходатайство о назначении по делу судебной экспертизы для установления механизма ДТП, а также определения стоимости восстановительного ремонта.
На основании определения суда 23.05.2025 по делу назначена судебная экспертиза, проведение которой поручено ИП Б.Н.В.
Согласно выводов, изложенных в заключении НОМЕР, с технической точки зрения, механизм ДТП, произошедшего 01.02.2025, выглядел следующим образом: водитель а/м МАРКА г.н. НОМЕР - ФИО2, подъезжая к перекрестку пр. Победы с пр. Славы со скоростью около 81,8км/ч, превышающей максимально разрешённую скорость на данном участке дороги (60км/ч) - намеревался проехать перекрёсток в прямом направлении. Водитель а/м МАРКА г.н. НОМЕР - ФИО3, выезжал со второстепенной дороги, выполнял маневр поворота налево, не уступив дорогу автомобилю МАРКА. В момент поворота налево автомобиля МАРКА, автомобиль МАРКА въехал на перекрёсток. Водитель а/м МАРКА, увидев а/м МАРКА, для предотвращения столкновения начал смещаться влево, о чем свидетельствует видеозапись. Водитель а/м МАРКА, для предотвращения столкновения начал смещаться вправо и применил торможение. Столкновение автомобилей произошло на пересечении проезжих частей пр. Победы и пр. Славы. После чего, в результате столкновения а/м МАРКА наехал передними колесами на снежный отвал и произвел наезд на дерево. А/м МАРКА, в свою очередь, в результате столкновения выехал за пределы проезжей части.
Водитель а/м МАРКА не располагал технической возможностью предотвратить столкновение как при движении с фактической скоростью (около 81,8 км/ч), так и при движении с разрешенной скоростью (60 км/ч).
Стоимость восстановительного ремонта а/м МАРКА г.н. НОМЕР, в результате ДТП, произошедшего 01.02.2025г., с учетом среднерыночных цен по состоянию на дату проведения экспертизы составляет:
2 371 100 (два миллиона триста семьдесят одна тысяча сто) рублей 00 коп. без учета износа;
1 935 400 (один миллион девятьсот тридцать пять тысяч четыреста) рублей 00 коп. с учетом износа (т.2 л.д.2-58).
В рассматриваемом случае, учитывая предоставленный материал (извещение о ДТП, пояснения участников ДТП) и видеозапись с места ДТП, экспертом сделан вывод о том, что а/м МАРКА двигался по крайней левой полосе по пр. Победы в сторону Коммунистического пр. Пересекал регулируемый пешеходный переход на зелёный сигнал светофора (согласно предоставленным материалам). А/м МАРКА при въезде на перекресток двигался по пр. Славы, осуществлял поворот налево, на пр.Победы. При осуществлении маневра поворота двигался с незначительной скоростью.
В рассматриваемом случае а/м МАРКА двигался по проезжей части главной дороги; а/м МАРКА выезжал на главную дорогу со второстепенной дороги. По ходу движения а/м МАРКА был установлен дорожный знак 2.4 «Уступите дорогу».
Преимущественным правом проезда обладал водитель а/м МАРКА, поскольку двигался по главной дороге. Водитель а/м МАРКА в данной дорожно-транспортной ситуации должен был руководствоваться требованиями ч.1 п. 13.9 ПДД РФ, предусматривающего, что на перекрестке неравнозначных дорог водитель транспортного средства, движущегося по второстепенной дороге, должен уступить дорогу транспортным средствам, приближающимся по главной, независимо от направления их дальнейшего движения.
Поскольку водитель а/м МАРКА при выезде со второстепенной дороги создал помеху для движения а/м МАРКА, его действия не соответствовали требованиям ч.1 п.13.9 ПДД РФ.
Действия водителя а/м МАРКА находились в причинно-следственной связи с произошедшим ДТП.
Экспертом отмечено, что для водителя а/м МАРКА возникала опасность для движения в виде выезжающего со второстепенной дороги а/м МАРКА. Следовательно, водитель а/м МАРКА в сложившейся дорожно-транспортной ситуации при возникновении опасности для движения должен был принимать меры к снижению скорости (в соответствии с п.10.1 ПДД РФ: «Водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения. Скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил. При возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства).
В исследуемой дорожно-транспортной ситуации опасность для движения водителю а/м МАРКА возникала в момент, когда а/м МАРКА начал ускоряться, выезжая на проезжую часть пр. Победы (с этого момента у водителя а/м МАРКА отсутствовали основания полагать, что водитель а/м МАРКА уступит ему дорогу).
Экспертом, указано, что даже в случае движения с допустимой в населенных пунктах скоростью (60 км/ч) водитель а/м МАРКА не располагал технической возможностью избежать столкновение путем применения экстренного торможения, так как при такой скорости остановочное время (~5,5 с) больше отрезка времени, прошедшего с момента возникновения опасности до столкновения ТС (~2,1 с).
Из всего вышеизложенного следует, что механизм ДТП выглядел следующим образом: водитель а/м МАРКА, подъезжая к перекрестку пр. Победы с пр. Славы со скоростью около 81,8 км/ч (рассчитано выше), превышающей максимально разрешённую скорость на данном участке дороги (60 км/ч) - намеревался проехать перекрёсток в прямом направлении. Водитель а/м МАРКА выезжал со второстепенной дороги, выполнял маневр поворота налево. В момент поворота налево автомобиля МАРКА, автомобиль МАРКА въехал на перекрёсток. Водитель а/м МАРКА, увидев а/м МАРКА, для предотвращения столкновения начал смещаться влево, о чем свидетельствует видеозапись. Водитель а/м МАРКА, для предотвращения столкновения начал смещаться вправо и применил торможение. Столкновение автомобилей произошло на пересечении проезжих частей пр. Победы и пр. Славы. После чего, в результате столкновения а/м МАРКА наехал передними колесами на снежный отвал и произвел наезд на дерево. А/м МАРКА, в свою очередь, в результате столкновения выехал за пределы проезжей части.
Исходя из механизма произошедшего ДТП, экспертом сделан вывод о том, что конечное положение а/м МАРКА, зафиксированное на фотографиях места ДТП, является результатом столкновения с а/м МАРКА.
В причинно-следственной связи с произошедшим 01.02.2025г. ДТП находились действия водителя а/м МАРКА - ФИО3, не соответствовавшие требованиям ч.1 п. 13.9 ПДД РФ. Действия водителя а/м МАРКА - ФИО2, не находились в причинно-следственной связи с ДТП.
По смыслу положений статей 55, 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации экспертное заключение является одним из видов доказательств по делу, поскольку оно отличается использованием специальных познаний и научными методами исследования.
Порядок получения, исследования и оценки доказательств по гражданскому делу регламентируется положениями главы 6 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации. В силу положений ст.ст.56,59,67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд самостоятельно определяет какие обстоятельства, которые имеют значение для дела, какой стороне их надлежит доказывать, принимает те доказательства, которые имеют значение для рассмотрения и разрешения дела, оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств, никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы.
В соответствии с ч. 2, 3 ст. 86 ГПК РФ заключение эксперта должно содержать подробное описание проведенного исследования, сделанные в результате его выводы и ответы на поставленные судом вопросы. Заключение эксперта для суда необязательно и оценивается судом по правилам, установленным в ст. 67 ГПК РФ.
Проанализировав содержание заключения судебной экспертизы, суд приходит к выводу о том, что заключение эксперта в полном объеме отвечает требованиям ст.86 ГПК РФ, является мотивированным, содержит подробное описание произведенных исследований, полученные в ходе исследований выводы и обоснованные ответы на поставленные вопросы, содержит информацию о способах и методах проведения исследований.
В распоряжение эксперта были представлены материалы гражданского дела, выводы эксперта согласуются с фактическими обстоятельствами дела и представленными доказательствами, эксперт был предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения по ст. 307 Уголовного кодекса Российской Федерации. В заключении эксперт указал исходные данные, которые были им исследованы и проанализированы при выполнении экспертизы.
Приведенное заключение как доказательство обладает свойствами относимости, допустимости, достоверности и объективности, поскольку составлено экспертом, предупрежденным об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного экспертного заключения по ст. 307 УК РФ, имеющим соответствующее образование, квалификацию и стаж работы в данной области; в заключении подробно проанализированы фактические обстоятельства дела, поэтому оснований не доверять заключению эксперта у суда не имеется.
Заключение эксперта не опровергнуто сторонами какими-либо надлежащими и допустимыми доказательствами.
В связи с изложенным вышеприведенное экспертное заключение принимается судом в качестве достоверного, допустимого и относимого доказательства по делу.
На основании изложенного, суд приходит к выводу о том, что следует основываться на выводах заключения эксперта ИП Б.Н.В. НОМЕР.
Давая оценку доводам представителя ответчика о том, что несоблюдение скоростного режима самим истцом привело к увеличению размера ущерба, суд приходит к выводу об их отклонении, поскольку само по себе нарушение ПДД не свидетельствует о наступлении гражданской ответственности, так как закон связывает данное обстоятельство с наличием причинно-следственной связи между нарушением ПДД и наступившими последствиями, само по себе превышение скоростного режима при том, что преимущественным правом проезда обладал водитель а/м МАРКА, двигавшийся по главной дороге, а водитель а/м МАРКА в данной дорожно-транспортной ситуации должен был руководствоваться требованиями ч.1 п. 13.9 ПДД РФ, предусматривающим, что на перекрестке неравнозначных дорог водитель транспортного средства, движущегося по второстепенной дороге, должен уступить дорогу транспортным средствам, приближающимся по главной, независимо от направления их дальнейшего движения, в нарушение ПДД РФ при выезде со второстепенной дороги создал помеху для движения а/м МАРКА, его действия не соответствовали указанным требованиям, столкновение произошло именно по вине ответчика, допустившего нарушение п. 13.9 ПДД РФ, в связи с чем имеются основания для взыскания с ФИО3 в пользу ФИО2 причиненного в результате ДТП ущерба в заявленном размере, учитывая также и то, что экспертом установлено отсутствие у истца технической возможности избежать столкновения с автомобилем ответчика как при фактической его скорости, так и при максимально допустимой 60 км/ч, действия истца не состоят в прямой причинно-следственной связи с ДТП и не влияют на степень вины в ДТП и на размер ущерба.
Согласно преамбуле Федерального закона от 25 апреля 2002 года № 40-ФЗ "Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств" (далее - Закон об ОСАГО) данный закон определяет правовые, экономические и организационные основы обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств в целях защиты прав потерпевших.
Однако в отличие от норм гражданского права о полном возмещении убытков причинителем вреда (ст. 15, п. 1 ст. 1064 ГК РФ) Закон об ОСАГО гарантирует возмещение вреда, причиненного имуществу потерпевших, в пределах, установленных этим законом (абзац второй ст. 3 Закона об ОСАГО).
При этом страховое возмещение вреда, причиненного повреждением транспортных средств потерпевших, ограничено названным законом как лимитом страхового возмещения, установленным ст. 7 Закона об ОСАГО, так и предусмотренным п. 19 ст. 12 Закона об ОСАГО специальным порядком расчета страхового возмещения, осуществляемого в денежной форме - с учетом износа комплектующих изделий (деталей, узлов и агрегатов), подлежащих замене, и в порядке, установленном Единой методикой.
Согласно п. 15 ст. 12 Закона об ОСАГО по общему правилу страховое возмещение вреда, причиненного транспортному средству потерпевшего, может осуществляться по выбору потерпевшего путем организации и оплаты восстановительного ремонта на станции технического обслуживания либо путем выдачи суммы страховой выплаты потерпевшему (выгодоприобретателю) в кассе страховщика или перечисления суммы страховой выплаты на счет потерпевшего (выгодоприобретателя).
Однако этой же нормой установлено исключение для легковых автомобилей, находящихся в собственности граждан и зарегистрированных в Российской Федерации.
В силу п. 15.1 ст. 12 Закона об ОСАГО страховое возмещение вреда, причиненного легковому автомобилю, находящемуся в собственности гражданина и зарегистрированному в Российской Федерации, осуществляется (за исключением случаев, установленных п. 16.1 указанной статьи) в соответствии с пп. 15.2 или 15.3 данной статьи путем организации и (или) оплаты восстановительного ремонта поврежденного транспортного средства потерпевшего (возмещение причиненного вреда в натуре).
При этом п. 16.1 ст. 12 Закона об ОСАГО установлен перечень случаев, когда страховое возмещение осуществляется в денежной форме, в том числе страховое возмещение в денежной форме может быть выплачено при наличии соглашения об этом в письменной форме между страховщиком и потерпевшим (выгодоприобретателем).
Таким образом, в силу пп. "ж" п. 16.1 ст. 12 Закона об ОСАГО потерпевший с согласия страховщика вправе получить страховое возмещение в денежной форме.
Реализация потерпевшим данного права соответствует целям принятия Закона об ОСАГО, указанным в его преамбуле, и каких-либо ограничений для его реализации при наличии согласия страховщика Закон об ОСАГО не содержит. Получение согласия причинителя вреда на выплату потерпевшему страхового возмещения в денежной форме Закон об ОСАГО также не предусматривает.
В то же время п. 1 ст. 15 ГК РФ установлено, что лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.
Согласно ст. 1072 названного кодекса юридическое лицо или гражданин, застраховавшие свою ответственность в порядке добровольного или обязательного страхования в пользу потерпевшего (ст. 931, п. 1 ст. 935), в случае, когда страховое возмещение недостаточно для того, чтобы полностью возместить причиненный вред, возмещают разницу между страховым возмещением и фактическим размером ущерба.
В п. 63 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 08 ноября 2022 года № 31 разъяснено, что причинитель вреда, застраховавший свою ответственность в порядке обязательного страхования в пользу потерпевшего, возмещает разницу между страховым возмещением и фактическим размером ущерба только в случае, когда надлежащее страховое возмещение является недостаточным для полного возмещения причиненного вреда (статья 15, пункт 1 статьи 1064, статья 1072, пункт 1 статьи 1079, статья 1083 ГК РФ). К правоотношениям, возникающим между причинителем вреда, застраховавшим свою гражданскую ответственность в соответствии с Законом об ОСАГО, и потерпевшим в связи с причинением вреда жизни, здоровью или имуществу последнего в результате дорожно-транспортного происшествия, положения Закона об ОСАГО, а также Методики не применяются.
Давая оценку положениям Закона об ОСАГО во взаимосвязи с положениями гл. 59 ГК РФ, Конституционный Суд Российской Федерации в постановлении от 31 мая 2005 года № 6-П указал, что требование потерпевшего (выгодоприобретателя) к страховщику о выплате страхового возмещения в рамках договора обязательного страхования является самостоятельным и отличается от требований, вытекающих из обязательств вследствие причинения вреда. Различия между страховым обязательством, где страховщику надлежит осуществить именно страховое возмещение по договору, и деликтным обязательством непосредственно между потерпевшим и причинителем вреда обусловливают разницу в самом их назначении и, соответственно, в условиях возмещения вреда. Смешение различных обязательств и их элементов, одним из которых является порядок реализации потерпевшим своего права, может иметь неблагоприятные последствия с ущемлением прав и свобод стороны, в интересах которой установлен соответствующий гражданско-правовой институт, в данном случае - для потерпевшего. И поскольку обязательное страхование гражданской ответственности владельцев транспортных средств не может подменять собой и тем более отменить институт деликтных обязательств, как определяют его правила гл. 59 ГК РФ, применение правил указанного страхования не может приводить к безосновательному снижению размера возмещения, которое потерпевший вправе требовать от причинителя вреда.
Согласно постановлению Конституционного Суда Российской Федерации от 10 марта 2017 г. № 6-П Закон об ОСАГО как специальный нормативный правовой акт не исключает распространение на отношения между потерпевшим и лицом, причинившим вред, общих норм Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах вследствие причинения вреда. Следовательно, потерпевший при недостаточности страховой выплаты на покрытие причиненного ему фактического ущерба вправе рассчитывать на восполнение образовавшейся разницы за счет лица, в результате противоправных действий которого образовался этот ущерб, путем предъявления к нему соответствующего требования. В противном случае - вопреки направленности правового регулирования деликтных обязательств - ограничивалось бы право граждан на возмещение вреда, причиненного им при использовании иными лицами транспортных средств.
Взаимосвязанные положения ст. 15, п. 1 ст. 1064, ст. 1072 и п. 1 ст. 1079 ГК РФ по своему конституционно-правовому смыслу в системе действующего правового регулирования и во взаимосвязи с положениями Закона об ОСАГО предполагают возможность возмещения лицом, гражданская ответственность которого застрахована по договору ОСАГО, потерпевшему, которому по указанному договору выплачено страховое возмещение в размере, исчисленном в соответствии с Единой методикой с учетом износа подлежащих замене деталей, узлов и агрегатов транспортного средства, имущественного вреда по принципу полного его возмещения, если потерпевший надлежащим образом докажет, что действительный размер понесенного им ущерба превышает сумму полученного страхового возмещения.
Суд может уменьшить размер возмещения ущерба, подлежащего выплате причинителем вреда, если последним будет доказано или из обстоятельств дела с очевидностью следует, что существует иной, более разумный и распространенный в обороте способ восстановления транспортного средства либо в результате возмещения потерпевшему вреда с учетом стоимости новых деталей произойдет значительное улучшение транспортного средства, влекущее существенное и явно несправедливое увеличение его стоимости за счет причинителя вреда (п. 63 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 08 ноября 2022 года № 31).
Из приведенных положений закона в их совокупности, а также актов их толкования следует, что в связи с повреждением транспортного средства в тех случаях, когда гражданская ответственность причинителя вреда застрахована в соответствии с Законом об ОСАГО, возникает два вида обязательств - деликтное, в котором причинитель вреда обязан в полном объеме возместить причиненный потерпевшему вред в части, превышающей страховое возмещение, в порядке, форме и размере, определяемых Гражданским кодексом Российской Федерации, и страховое обязательство, в котором страховщик обязан предоставить потерпевшему страховое возмещение в порядке, форме и размере, определяемых Законом об ОСАГО и договором.
Реализация потерпевшим права на получение страхового возмещения в форме страховой выплаты, в том числе и в случае, предусмотренном пп. "ж" п. 16.1 ст. 12 Закона об ОСАГО, является правомерным поведением и соответствует указанным выше целям принятия Закона об ОСАГО.
Лицо, к которому потерпевшим предъявлены требования о возмещении разницы между страховой выплатой и фактическим размером причиненного ущерба, не лишено права ходатайствовать о назначении соответствующей судебной экспертизы, о снижении размера возмещения и выдвигать иные возражения.
Согласно пунктам 64 и 65 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 08 ноября 2022 года № 31 "О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств" при реализации потерпевшим права на получение страхового возмещения в форме страховой выплаты, в том числе в случаях, предусмотренных пунктом 16.1 статьи 12 Закона об ОСАГО, с причинителя вреда в пользу потерпевшего подлежит взысканию разница между фактическим размером ущерба и надлежащим размером страховой выплаты. Реализация потерпевшим права на получение страхового возмещения в форме страховой выплаты, в том числе и в случае, предусмотренном подпунктом "ж" пункта 16.1 статьи 12 Закона об ОСАГО, является правомерным поведением и сама по себе не может расцениваться как злоупотребление правом. Если в ходе разрешения спора о возмещении причинителем вреда ущерба по правилам главы 59 ГК РФ суд установит, что страховщиком произведена страховая выплата в меньшем размере, чем она подлежала выплате потерпевшему в рамках договора обязательного страхования, с причинителя вреда подлежит взысканию в пользу потерпевшего разница между фактическим размером ущерба (то есть действительной стоимостью восстановительного ремонта, определяемой по рыночным ценам в субъекте Российской Федерации с учетом утраты товарной стоимости и без учета износа автомобиля на момент разрешения спора) и надлежащим размером страхового возмещения. Если стоимость восстановительного ремонта поврежденного транспортного средства превышает стоимость данного транспортного средства без учета повреждений на момент разрешения спора, с причинителя вреда может быть взыскана разница между стоимостью такого транспортного средства и надлежащим размером страхового возмещения с учетом стоимости годных остатков.
В случае выплаты в денежной форме с учетом износа заменяемых деталей, узлов и агрегатов страхового возмещения вреда, причиненного легковому автомобилю, находящемуся в собственности гражданина и зарегистрированному в Российской Федерации, к обстоятельствам, имеющим значение для правильного разрешения спора, относятся не только вопросы, связанные с соотношением действительного ущерба и размера выплаченного в денежной форме страхового возмещения, но и оценка на соответствие положениям статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации действий потерпевшего и (или) страховой компании, приведших к такому способу возмещения вреда.
То есть, в случае выплаты страхового возмещения в денежной форме с учетом износа заменяемых деталей, узлов и агрегатов при предъявлении иска к причинителю вреда на потерпевшего возложена обязанность доказать, что действительный ущерб превышает сумму выплаченного в денежной форме страхового возмещения. В то же время причинитель вреда вправе выдвинуть возражения о том, что выплата такового страхового возмещения вместо осуществления ремонта была неправомерной и носила характер недобросовестного осуществления страховой компанией и потерпевшим гражданских прав (злоупотребление правом).
В силу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, обязанность доказать факт злоупотребления потерпевшим права при получении страхового возмещения в денежной форме должна быть возложена на причинителя вреда, выдвигающего такие возражения.
По настоящему делу не установлено каких-либо обстоятельств злоупотребления потерпевшим правом на получение страхового возмещения с учетом того, что реализация предусмотренного законом права на получение с согласия страховщика страхового возмещения в форме страховой выплаты сама по себе злоупотреблением правом признана быть не может.
Принимая во внимание приведенные выше нормы, произведенную страховой компанией на основании соглашения выплату в размере 400 000 рублей, обязанность причинителя вреда возместить в полном объеме причиненный потерпевшему вред в части, превышающей страховое возмещение, суд приходит к выводу о наличии правовых оснований для взыскании ущерба в размере 1 971 100 руб. (2 371 100–400 000) и отклонении доводов представителя ответчика о том, что в настоящее время ввиду санкций невозможно восстановления автомобиля истца оригинальными запасными частями.
Руководствуясь требованиями ст. 15 ГК РФ, п. 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", принимая во внимание, что применение альтернативных (не оригинальных) запасных частей при определении стоимости восстановительного ремонта ТС противоречит п.7.15 Методических рекомендаций для судебных экспертиз (ФБУ РФРЦСЭ при Минюсте России, 2018 год), суд приходит к выводу о том, что восстановление транспортного средства Мерседес, 2019 года выпуска, должно производиться новыми оригинальными деталями, с учетом положений, содержащихся в Постановлении Конституционного Суда РФ от 10.03.2017 № 6-П "По делу о проверке конституционности статьи 15, пункта 1 статьи 1064, статьи 1072 и пункта 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с жалобами граждан А.С. Аринушенко, ФИО5 и других" и правовой позиции, изложенной в пункте 2.2 Определения Конституционного Суда Российской Федерации, законоположения в рамках Закона об ОСАГО относятся к договорному праву и в этом смысле не регулируют как таковые отношения по обязательствам из причинения вреда.
В силу установленного в ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации принципа полного возмещения причиненных убытков лицо, право которого нарушено, может требовать возмещения расходов, которые оно произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, компенсации утраты или повреждения его имущества (реальный ущерб), а также возмещения неполученных доходов, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).
Замена поврежденных деталей, узлов и агрегатов - если она необходима для восстановления эксплуатационных и товарных характеристик поврежденного транспортного средства, в том числе с учетом требований безопасности дорожного движения, - в большинстве случаев сводится к их замене на новые детали, узлы и агрегаты. Поскольку полное возмещение вреда предполагает восстановление поврежденного имущества до состояния, в котором оно находилось до нарушения права, в таких случаях – при том, что на потерпевшего не может быть возложено бремя самостоятельного поиска деталей, узлов и агрегатов с той же степенью износа, что и у подлежащих замене, - неосновательного обогащения собственника поврежденного имущества не происходит, даже если в результате замены поврежденных деталей, узлов и агрегатов его стоимость выросла.
Соответственно, при исчислении размера расходов, необходимых для приведения транспортного средства в состояние, в котором оно находилось до повреждения, и подлежащих возмещению лицом, причинившим вред, должны приниматься во внимание реальные, т.е. необходимые, экономически обоснованные, отвечающие требованиям завода-изготовителя, учитывающие условия эксплуатации транспортного средства и достоверно подтвержденные расходы, в том числе расходы на новые комплектующие изделия (детали, узлы и агрегаты).
Как следует из разъяснений, содержащихся в п. 13 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" если для устранения повреждений имущества истца использовались или будут использованы новые материалы, то за исключением случаев, установленных законом или договором, расходы на такое устранение включаются в состав реального ущерба истца полностью, несмотря на то, что стоимость имущества увеличилась или может увеличиться по сравнению с его стоимостью до повреждения; размер подлежащего выплате возмещения может быть уменьшен, если ответчиком будет доказано или из обстоятельств дела следует с очевидностью, что существует иной, более разумный и распространенный в обороте способ исправления таких повреждений подобного имущества.
Лицо, к которому потерпевшим предъявлены требования о возмещении разницы между страховой выплатой и фактическим размером причиненного ущерба, не лишено права ходатайствовать о назначении соответствующей судебной экспертизы, о снижении размера подлежащего выплате возмещения и выдвигать иные возражения. В частности, размер возмещения, подлежащего выплате лицом, причинившим вред, может быть уменьшен судом, если ответчиком будет доказано или из обстоятельств дела следует с очевидностью, что существует иной, более разумный и распространенный в обороте способ исправления таких повреждений подобного имущества. Кроме того, такое уменьшение допустимо, если в результате возмещения причиненного вреда с учетом стоимости новых деталей, узлов, агрегатов произойдет значительное улучшение транспортного средства, влекущее существенное и явно несправедливое увеличение его стоимости за счет лица, причинившего вред (например, когда при восстановительном ремонте детали, узлы, механизмы, которые имеют постоянный нормальный износ и подлежат регулярной своевременной замене в соответствии с требованиями по эксплуатации транспортного средства, были заменены на новые).
Установление подобного рода обстоятельств является прерогативой суда, который в силу присущих ему дискреционных полномочий, необходимых для осуществления правосудия и вытекающих из принципа самостоятельности судебной власти, разрешает дело на основе установления и исследования всех его обстоятельств, что, однако, не предполагает оценку судом доказательств произвольно и в противоречии с законом.
Согласно п. 7.14 Методических рекомендации 2018 г. для максимального обеспечения качества ремонта при определении стоимости восстановительного ремонта колесного транспортного средства (КТС) и размера ущерба вне рамок законодательства об ОСАГО применяют ценовые данные на новые оригинальные запасные части, которые поставляются изготовителем КТС авторизованным ремонтникам в регионе. При наличии в регионе нескольких авторизованных исполнителей ремонта определенной марки КТС применяют меньшее ценовое значение оригинальной запасной части. В случае документального подтверждения восстановления КТС или его составной части у авторизованного исполнителя ремонта определенной модели КТС применяют цены на оригинальные запасные части на этом предприятии. При отсутствии авторизованного исполнителя ремонта для исследуемого КТС в регионе следует использовать ценовые данные запасных частей, поставляемых официальными поставщиками изготовителя КТС (шасси). При этом используют цены на запасные части, поставляемые под срочный заказ (кратчайший срок).
Требование потерпевшего (выгодоприобретателя) к страховщику о выплате страхового возмещения в рамках договора обязательного страхования является самостоятельным и отличается от требований по обязательствам из причинения вреда.
Закон об ОСАГО не отменяет действия общих норм гражданского права об обязательствах из причинения вреда между потерпевшим и причинителем вреда, а потому потерпевший при недостаточности страховой выплаты на покрытие причиненного ему ущерба вправе рассчитывать на восполнение образовавшейся разницы за счет лица, противоправное поведение которого вызвало этот ущерб, с предъявлением ему соответствующего требования.
Возмещение вреда в полном объеме означает восстановление транспортного средства до состояния, предшествовавшего причинению вреда, исключая неосновательное его улучшение, устанавливаемое судом в каждом конкретном случае. При этом выбор способа защиты нарушенного права - путем взыскания фактически произведенных расходов либо расходов, которые необходимо произвести, - по смыслу приведенных выше положений статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации принадлежит лицу, право которого нарушено.
В данном применение альтернативных (не оригинальных) запасных частей при определении стоимости восстановительного ремонта ТС противоречит п. 7.15 Методических рекомендаций для судебных экспертиз (ФБУ РФ РЦСЭ при Минюсте России, 2018 год).
Доказательств наличия на автомобиле истца дефектов эксплуатации на поврежденных элементах, как и следов предыдущего ремонта, не представлено.
Согласно п. 7.4 части II экспертной методики, при расчетах расходов на ремонт в целях возмещения причиненного ущерба применение в качестве запасных частей подержанных составных частей с вторичного рынка не допускается. Исключение может составлять восстановление составных частей на специализированных предприятиях с предусмотренным подтверждением качества ремонта.
Иных методов расчета стоимости восстановительного ремонта методика не предусматривает.
Пунктом 7.14 Методики предусмотрено, что для максимального обеспечения качества ремонта при определении стоимости восстановительного ремонта КТС и размера ущерба вне рамок законодательства об ОСАГО применяют ценовые данные на оригинальные запасные части, которые поставляются изготовителем КТС авторизованным ремонтникам в регионе.
В соответствии с пунктом 7.15 части II экспертной методики применение оригинальных запасных частей, поставляемых изготовителем КТС авторизованным ремонтникам в регионе, может быть ограничено в следующих случаях:
а) если замене подлежат неоригинальные составные части, необходимо использовать запчасти соответствующего качества; б) для КТС со сроком эксплуатации, превышающим граничный, возможно применение узлов и агрегатов предусмотренного изготовителем обменного фонда запасных частей. Такие составные части должны быть восстановлены на специализированных предприятиях и поставляться в сеть авторизованных исполнителей. Как правило, такие составные части имеют в каталожном номере литеру "X". Установка реставрированных запасных частей, как правило, требует соблюдения дополнительных условий (например, обмена поврежденной составной части на восстановленную); в) для КТС со сроком эксплуатации, превышающим граничный, допускается использование отбракованных составных частей кузова для изготовления ремонтных вставок в случаях, предусмотренных изготовителем КТС; г) для КТС с граничным сроком эксплуатации допускается применение в качестве конкурирующих запасных частей - запасных частей соответствующего качества. К конкурирующим относят детали и узлы, серийное производство которых может быть налажено на любом специализированном предприятии: прокладки, шланги, детали сцепления и тормозов, амортизаторы, вентиляторные ремни, диски колес, некоторые детали двигателей, топливной и гидравлической аппаратуры, глушители. Особо конкурирующими считают запасные части стандартизированного ассортимента, аналоги которых поставляются на рынки многочисленными производителями. В эту категорию входят такие детали, как свечи зажигания, фильтрующие элементы, стандартные подшипники и т.п.
В материалах дела отсутствуют сведения о том, что на момент дорожно-транспортного происшествия в автомобиле истца имелись не оригинальные запасные части, как и отсутствуют доказательства тому, что истец, восстанавливая автомобиль, использовал неоригинальные запасные части (аналоги и дубликаты). В этой части доводы ответчика являются лишь предположениями и не нашли своего подтверждения в ходе судебного разбирательства.
В силу ч.1 ст.88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.
Согласно ст.94 ГПК РФ к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся, в том числе расходы на оплату услуг представителей; связанные с рассмотрением дела почтовые расходы, понесенные сторонами; другие признанные судом необходимыми расходы.
По общему правилу, установленному ч.1 ст.98 ГПК РФ, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных ч.2 ст.96 указанного кодекса. В случае если иск удовлетворен частично, указанные в этой статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.
Из материалов дела следует, что истцом понесены расходы по оплате услуг оценки в размере 15 000 руб. (т.1 л.д. 62-66), государственной пошлины в размере 38 480 руб. (т.1 л.д.5), которые подтверждены и в силу приведенных положений закона подлежат возмещению.
При этом в силу положений пункта 10 части 1 статьи 333.20 Налогового кодекса Российской Федерации при уменьшении истцом размера исковых требований сумма излишне уплаченной государственной пошлины возвращается в порядке, предусмотренном статьей 333.40 настоящего Кодекса, следовательно государственная пошлина в размере 34 711 руб. подлежит взысканию с ответчика в пользу истца, а излишне уплаченная государственная пошлина в размере 3 769 руб. подлежит возврату.
Разрешая требования истца о взыскании расходов на составление экспертного заключения, суд исходит из того, что обратившись к эксперту для установления размера ущерба, истец воспользовался своим правом на представление доказательств в обоснование заявленных требований.
Фактически произведенные истцом расходы по оплате экспертизы, являются расходами по сбору доказательств, они признаются судебными расходами, то есть издержки, связанные с рассмотрением дела. По смыслу ст.94 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации к таким издержкам могут быть отнесены любые признанные судом необходимыми расходы.
В соответствии с ч.1 ст.100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.
Правоотношения, возникающие в связи с договорным юридическим представительством, по общему правилу, являются возмездными.
Понесенные истцом расходы по оплате услуг представителя в размере 68 000 руб. подтверждены (т.1 л.д.67-69).
В п. 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 г. № 1 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела" (далее также - постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 г. № 1) разъяснено, что, разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов (часть 3 статьи 111 АПК РФ, часть 4 статьи 1 ГПК РФ, часть 4 статьи 2 КАС РФ). Вместе с тем в целях реализации задачи судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон (статьи 2, 35 ГПК РФ, статьи 3, 45 КАС РФ, статьи 2, 41 АПК РФ) суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер.
Разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства (п. 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 г. № 1).
Из приведенных положений процессуального закона следует, что обязанность суда взыскивать расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах является одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных против необоснованного завышения размера оплаты услуг представителя. Критерии оценки разумности расходов на оплату услуг представителя определены в разъяснениях названного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации.
Следовательно, суду в целях реализации одной из основных задач гражданского судопроизводства по справедливому судебному разбирательству, а также обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон при решении вопроса о возмещении стороной судебных расходов на оплату услуг представителя необходимо учитывать, что если сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов, то суд не вправе уменьшать их произвольно, а обязан вынести мотивированное решение, если признает, что заявленная к взысканию сумма издержек носит явно неразумный (чрезмерный) характер.
Суд, установив факт несения истцом расходов на оплату услуг представителя в сумме 68 000 руб., и принимая во внимание категорию спора, длительность судебного разбирательства, фактическое участие представителя в судебных заседаниях, требования разумности и справедливости, доводы представителя ответчика о чрезмерности заявленной суммы, приходит к выводу о взыскании с ответчика в пользу истца расходов на услуги представителя в размере 50 000 руб., что будет соответствовать установленным законом критериям.
Руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, суд
РЕШИЛ:
Взыскать с ФИО3 (ИНН НОМЕР) в пользу ФИО2 (СНИЛС НОМЕР) ущерб, причиненный в результате дорожно-транспортного происшествия, в размере 1 971 100 руб., государственную пошлину в размере 34 711 руб., расходы на оценку в размере 15 000 руб., расходы на услуги представителя в размере 50 000 руб.
В соответствии со статьей 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации, излишне уплаченную государственную пошлину в размере 3 769 руб. на основании пункта 10 части 1 статьи 333.20 Налогового кодекса Российской Федерации возвратить ФИО2 (СНИЛС НОМЕР), чек по операции от 24.03.2025.
Решение может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам Челябинского областного суда через Копейский городской суд Челябинской области в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.
Председательствующий
Мотивированное решение изготовлено 16.10.2025 года.
Председательствующий