Решение по делу № 2-2290/2023 от 20.10.2023 - о взыскании задолженности по договору займа, процентов за пользование чужими денежными средствами.

Дело № 2-2290/2023

Мотивированное решение изготовлено 20.10.2023

УИД 89RS0004-01-2022-005525-98

Решение

Именем Российской Федерации

18.10.2023 Новоуренгойский городской суд Ямало-Ненецкого автономного округа в составе председательствующего судьи Зыряновой Ж.Л.,

при ведении протокола помощником судьи Максименко С.М.,

с участием старшего помощника прокурора Швадчиной Ю.С., представителя истца ФИО1, ответчиков ФИО2, ФИО3, представителя ответчиков ФИО4, третьего лица ФИО5, представителя МИФНС № 2 по ЯНАО ФИО6,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО7 к ФИО2 к., ФИО3 о взыскании задолженности по договору займа, процентов за пользование чужими денежными средствами,

установил:

Истец ФИО7 обратился в суд с иском к ФИО2, ФИО3 о взыскании задолженности по договору займа, процентов за пользование чужими денежными средствами. В обоснование заявленных требований пояснил, что является единственным наследником после смерти своей супруги ФИО23 После смерти супруги, перебирая ее вещи и документы в октябре 2022 года, истец обнаружил расписки, обязательства по которым не исполнены. Так, 01.11.2017 ответчики ФИО2, ФИО3 получили от супруги истца ФИО24 в качестве займа денежные средства в размере 2 500 000 рублей, в подтверждение чего выдали ФИО25 расписку, в которой подтвердили факт получения денежных средств, обязавшись возвратить указанную сумму в срок до 30.09.2018. Кроме того, 03.02.2019 ответчики ФИО2, ФИО3 получили от супруги истца ФИО43 в качестве займа золотые изделия на общую сумму 1 000 000 рублей, в подтверждение чего выдали ФИО26 расписку, в которой подтвердили факт получения, обязавшись возвратить указанную сумму в денежном эквиваленте в срок не позднее 29.02.2020. Также, 18.11.2019 ответчики ФИО2, ФИО3 получили от супруги истца ФИО28 в качестве займа денежные средства в размере 2 760 000 рублей, в подтверждение чего выдали ФИО27 расписку, в которой подтвердили факт получения денежных средств, обязавшись возвратить указанную сумму в срок до 30.11.2020. Проценты за пользование денежными средствами расписками не предусмотрены. Ответчики задолженность по договорам займа не погасили, как в установленный соглашением сторон срок, так и на момент подачи иска в суд. Учитывая изложенное, истец просит взыскать задолженность по договорам займа в размере 2 500 000 рублей, 1 000 000 рублей и 2 760 000 рублей, соответственно. При этом, несмотря на тот факт, что проценты договором займа не установлены, в соответствии с положениями ст. 811 ГК РФ, в случае, когда заемщик не возвращает в срок сумму займа, на эту сумму подлежат уплате проценты в размере, установленном п.1 ст. 395 ГК РФ, со дня, когда она должна была быть возвращена, до дня ее возврата займодавцу. Указанные проценты по договору займа от 01.11.2017 за период с 02.10.2018 по 07.11.2022, по расчетам истца, составят 737 873 рубля 16 копеек; по договору займа от 03.02.2019 за период с 03.03.2020 по 07.11.2022, составят 192 616 рублей 22 копейки; по договору займа от 18.11.2019 за период с 01.12.2020 по 07.11.2022 - 430 929 рублей 76 копеек.

В судебное заседание истец ФИО7 при надлежащем извещении не явился, воспользовавшись правом на ведение дела через представителя.

Представитель истца ФИО1 исковые требования поддержал по изложенным в тексте искового заявления основаниям. Акцентировал внимание на том факте, что подписание расписок ФИО2 И ФИО3 не отрицается, учитывая, что из расписок от 01.11.2017 и 18.11.2019 следует, что передавались денежные средства, а не золотые изделия, значит так и было. Выразил несогласие с правовой позицией прокурора и представителя налогового органа об отсутствии оснований для защиты нелегитимных интересов, полагая, что легитимность должна устанавливаться соответствующими органами в рамках уголовного производства.

Ответчик ФИО2, ФИО3 против удовлетворения заявленных требований возражали, пояснили, что заявленные стороной истца обстоятельства не соответствуют действительности. Тот факт, что все три спорные расписки написала лично ФИО2, ответчиками не отрицался. Однако, фактически ответчики в течение длительного периода брали у ФИО29 золотые изделия на реализацию. Указанные золотые изделия не имели никаких товарно-сопроводительных документов и этикеток, по мнению ответчика ФИО2 изделия действительно были золотыми, однако низкокачественными. В качестве индивидуального предпринимателя или самозанятой ответчик никогда не регистрировалась, разрешительных документов на торговлю ювелирными изделиями не оформляла. Золото реализовывала своим землякам, либо ходила по различным организациям и предлагала незнакомым людям его приобрести. Никаких чеков, квитанций, иных документов при продаже изделий ФИО2 покупателям также не давала. После реализации золота часть вырученных денег ФИО2 оставляла себе, остальное возвращала ФИО30 лично, либо через ее сына ФИО5 Если золото не было реализовано в течение месяца, то ответчик также возвращала его ФИО31 Полагала, что задолженность отсутствует, поскольку все расчеты сторонами были произведены.

Представитель ответчиков ФИО4 против удовлетворения исковых требований возражал по основаниям, изложенным в тексте возражений на исковое заявление (том 1, л.д. 191-193), из которых следует, что, как минимум частично, обязательства по распискам были ответчиками исполнены, о чем свидетельствуют надписи на оборотной стороне указанных расписок. Истцу было достоверно известно о возникновении спорных правоотношений в день их возникновения, поскольку ФИО7 каждый раз лично присутствовал при составлении расписок, о чем свидетельствует наличие его подписи в них. Таким образом, срок исковой давности по расписке от 01.11.2017 пропущен и оснований для его восстановления не имеется. В отношении расписки от 18.11.2019 полагал долговые обязательства отсутствующими полностью, поскольку денежные средства по указанной расписке ответчикам не передавались, а были переданы свидетелю ФИО32, которые последняя передала в ломбард. В судебном заседании полагал, что исковые требования не подлежат удовлетворению, поскольку не подлежит правовой защите нелегитимная деятельность. Фактически реализация золотых изделий без разрешительных и товарно-сопроводительных документов представляет собой противоправную деятельность, а именно незаконный оборот драгоценных металлов и образует состав уголовного преступления. Учитывая, что сделки носят противоправный характер и фактически стороны занимались незаконной деятельностью, основания для защиты интересов истца в рамках правового поля отсутствуют.

Изначально допрошенный судом в качестве свидетеля, а затем привлечённый судом к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований на предмет спора, ФИО5 пояснил, что является сыном истца ФИО7 и умершей ФИО33 Действительно родители занимались бизнесом по продаже золотых изделий, против чего ФИО5 возражал, учитывая, что родители находились в преклонном возрасте, а переезды в Новый Уренгой и обратно в Дагестан могли отрицательно сказаться на их здоровье. На вопрос суда и представителя налогового органа относительно происхождения денежных средств пояснял, что занимается предпринимательской деятельностью, является учредителем ООО ЧОП «Монолит». Из своего дохода ФИО5 в период 2014 -2016 годов передавал матери денежные средства в суммах 500, 200, 300 тысяч рублей, в 2017 году передавал 600 тысяч рублей. Передавал наличными, никаких расписок не брал, ввиду родственных отношений. Действительно ФИО2 и ФИО3 передавали через ФИО5 денежные средства для последующей передачи его матери, однако, какие суммы и когда именно передавались, ФИО5 уже не помнит. Никаких расписок при получении от ответчиков денежных средств ФИО5 не подписывал и ответчикам не передавал.

Старший помощник прокурора Швадчина Ю.С. в заключении полагала исковые требования не подлежащими удовлетворению, поскольку отсутствует документальное подтверждение наличия как у ФИО34, так и у ее супруга и третьего лица ФИО5 материальной возможности передачи денежных средств в заявленной сумме займа. Спорные сделки полагала мнимыми, то есть совершенными лишь для вида, без намерения создать соответствующие правовые последствия.

Представитель МИФНС № 2 по ЯНАО ФИО6 также считала исковые требования не подлежащими удовлетворению, по основанию отсутствия документального подтверждения материальной возможности передачи денежных средств в заявленной сумме займа.

Привлечённое судом к участию в деле МРУ Русфинмониторинга по УФО в судебное заседание явку представителя не обеспечило, просило рассмотреть дело без участия своего представителя (том 1, л.д. 236-237).

Исследовав материалы дела, заслушав мнение участвующих в деле лиц, свидетеля ФИО19, суд приходит к следующему.

Согласно пункту 2 ст. 1 Гражданского кодекса РФ граждане (физические лица) приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора.

В силу статьи 8 Гражданского кодекса РФ гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности. В соответствии с этим, гражданские права и обязанности возникают, в том числе, из договоров и иных сделок, предусмотренных законом, а также из договоров и иных сделок, хотя и не предусмотренных законом, но не противоречащих ему.

Исходя из положений статей 309, 310 Гражданского кодекса РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований – в соответствии с обычаями делового оборота или иными обычно предъявляемыми требованиями. Односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных законом.

Согласно статье 807 Гражданского кодекса РФ, по договору займа одна сторона (займодавец) передает в собственность другой стороне (заемщику) деньги, а заемщик обязуется возвратить займодавцу такую же сумму денег (сумму займа). Договор займа считается заключенным с момента передачи денег.

В силу пункта 2 статьи 808 Гражданского кодекса РФ, в подтверждение договора займа и его условий может быть представлена расписка заемщика или иной документ, удостоверяющие передачу ему заимодавцем определенной денежной суммы или определенного количества вещей.

Судом установлено, что 01.11.2017 между ответчиками ФИО2, ФИО3 и ФИО7 заключен договор займа денежных средств в размере 2 500 000 рублей, в подтверждение чего заемщики выдали ФИО35 расписку, в которой подтвердили факт получения денежных средств, обязавшись возвратить указанную сумму в срок до сентября 2018 года.

03.02.2019 ответчики ФИО2, ФИО3 заключили с ФИО36 договор, согласно которому получили от последней золотые изделия на общую сумму 1 000 000 рублей, в подтверждение чего выдали ФИО7 расписку, обязавшись возвратить сумму в денежном эквиваленте в срок до конца февраля 2020 года.

18.11.2019 между ответчиками ФИО2, ФИО3 и ФИО37 заключен договор займа денежных средств в размере 2 760 000 рублей, в подтверждение чего ответчики выдали ФИО38 расписку, в которой подтвердили факт получения денежных средств, обязавшись возвратить указанную сумму в срок до конца ноября 2020 года.

Факт написания вышеуказанных расписок лично ответчиком ФИО2 не оспаривается.

Истец ФИО7 и ФИО39. с 31.03.1971 состояли в зарегистрированном браке.

26.12.2020 ФИО40 умерла. Наследником умершей по закону является супруг – ФИО7 (том 1, л.д. 80).

Основными задачами гражданского судопроизводства, сформулированными в статье 2 ГПК РФ, являются правильное и своевременное рассмотрение и разрешение гражданских дел в целях защиты нарушенных или оспариваемых прав, свобод и законных интересов граждан, организаций, прав и интересов Российской Федерации, муниципальных образований, других лиц, являющихся субъектами гражданских, трудовых или иных правоотношений.

Гражданское процессуальное законодательство устанавливает, что в исковом заявлении должно быть указано требование истца к ответчику и обстоятельства, на которых истец основывает свое требование (статьи 131, 151 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации). В связи с этим предметом иска является то конкретное материально-правовое требование, которое истец предъявляет к ответчику и относительно которого суд должен вынести решение по делу. Основанием же иска являются фактические обстоятельства, с которыми истец связывает свое материально-правовое требование к ответчику.

В соответствии с частью 1 статьи 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации истец вправе изменить основание или предмет иска, увеличить или уменьшить размер исковых требований либо отказаться от иска.

Согласно части 3 статьи 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд принимает решение по заявленным истцом требованиям. При этом, суд может выйти за пределы заявленных требований только в случаях, предусмотренных федеральным законом (часть 3).

В пункте 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19.12.2003 № 23 «О судебном решении» обращено внимание судов на то, что заявленные требования рассматриваются и разрешаются по основаниям, указанным истцом, а также по обстоятельствам, вынесенным судом на обсуждение в соответствии с частью 2 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Пунктом 6 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.06.2008 № 11 «О подготовке гражданских дел к судебному разбирательству» предусмотрено, что при определении закона и иного нормативного правового акта, которым следует руководствоваться при разрешении дела, и установлении правоотношений сторон следует иметь в виду, что они должны определяться исходя из совокупности данных: предмета и основания иска, возражений ответчика относительно иска, иных обстоятельств, имеющих юридическое значение для правильного разрешения дела.

Таким образом, суд обязан разрешить дело по тому иску, который предъявлен, исходя из его предмета и основания, возражений ответчика относительно иска. При этом, суд не наделен правом по собственной инициативе изменить предмет заявленных требований. Иное означало бы нарушение важнейшего принципа гражданского процесса - принципа диспозитивности.

Юридическая квалификация судом правоотношений сторон возможна лишь в пределах того основания иска, которое указано истцом исходя из тех фактических обстоятельств, на которых истец основывает свои требования и против которых соответственно приводит свои возражения ответчик в состязательном процессе. Указанная правовая позиция выражена в том числе, в Определении Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 22.11.2022 № 13-КГ22-5-К2, Определении Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 08.11.2022 № 41-КГ22-30-К4, Определении Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 05.04.2022 № 78-КГ22-10-К3 и иным.

В определении от 21.05.2015 № 1119-О Конституционный Суд Российской Федерации отметил, что в силу присущего гражданскому судопроизводству принципа диспозитивности только истец определяет, защищать ему или нет свое нарушенное или оспариваемое право, какое исковое требование и в связи с чем, предъявлять в суд, к кому предъявлять иск и в каком объеме требовать от суда. Соответственно, суд обязан разрешить дело по тому иску, который предъявлен истцом.

Такое нормативное регулирование вытекает из конституционного значимого принципа диспозитивности, который, в частности, означает, что процессуальные отношения в гражданском судопроизводстве возникают, изменяются и прекращаются по инициативе непосредственных участников спорного материального правоотношения, имеющих возможность с помощью суда распоряжаться своими процессуальными правами, а также спорным материальным правом (постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 05.02.2007 № 2-П и от 26.05.2011 № 10-П).

Из приведенных выше норм процессуального права, разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации, позиции Конституционного суда Российской Федерации по их применению следует, что право определения предмета и основания иска принадлежит только истцу, суд таким правом не обладает, в связи с чем, исходя из заявленных требований все иные формулировки и иное толкование данного требования судом, а не истцом означают выход за пределы заявленного истцом к ответчику требования.

Таким образом, рассмотрение дела в пределах заявленных требований означает присуждение истцу не более того, о чем он указал в предмете заявленного иска, и по тем основаниям (фактическим обстоятельствам), которые приведены истцом в обоснование иска, а также по обстоятельствам, вынесенным судом на обсуждение в соответствии с требованиями части 2 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

По настоящему делу истец предъявил требования о взыскании денежных средств по договорам займа. При этом суд не вправе в случае несогласия с доводами истца о возникновении заемных правоотношений квалифицировать данные правоотношения как-то иначе (как возникшие из иного договора, либо внедоговорные обязательства), поскольку, как было указано выше, истец определяет основание иска, указывая фактические обстоятельства, на которых основаны исковые требования, в том числе, основание возникновения спорных правоотношений (договор займа, иная сделка, другие обстоятельства). Истцом заявлено только об одном таком основании – договор займа.

В соответствии с п. 2 ст. 432 ГК РФ договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора.

Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

Согласно ст. 431 Гражданского кодекса РФ при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом.

Если правила, содержащиеся в части первой настоящей статьи, не позволяют определить содержание договора, в том числе, по причине несоблюдения простой письменной формы, должна быть выяснена действительная общая воля сторон с учетом цели договора. При этом принимаются во внимание все соответствующие обстоятельства, включая предшествующие договору переговоры и переписку, практику, установившуюся во взаимных отношениях сторон, обычаи, последующее поведение сторон.

В силу п. 1 ст. 9 ГПК РФ граждане и юридические лица по своему усмотрению осуществляют принадлежащие им права.

Согласно ч. 2 ст. 35 ГПК РФ лица, участвующие в деле, несут процессуальные обязанности, установленные настоящим Кодексом, другими федеральными законами. При неисполнении процессуальных обязанностей наступают последствия, предусмотренные законодательством о гражданском судопроизводстве.

Как следует из ст. 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями ч. 3 ст. 123 Конституции Российской Федерации и ст. 12 ГПК РФ, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

При этом, исходя из смысла приведенных норм, бремя доказывания факта наличия договорных отношений и их условий лежит на истце.

Согласно ч. 1 ст. 57 ГПК РФ доказательства представляются сторонами и другими лицами, участвующими в деле. Суд вправе предложить им представить дополнительные доказательства. В случае, если представление необходимых доказательств для этих лиц затруднительно, суд по их ходатайству оказывает содействие в собирании и истребовании доказательств.

В соответствии со ст. 60 ГПК РФ обстоятельства дела, которые в соответствии с законом должны быть подтверждены определенными средствами доказывания, не могут подтверждаться никакими другими доказательствами.

Как следует из иска, обязательства по возврату займа со стороны ответчиков не исполнены.

В обоснование требований истец представил суду оригиналы расписок (том 1, л.д. 59а-59в).

Вместе с тем, по мнению суда, указанные доказательства объективно и достоверно не подтверждают факт получения ответчиками денежных средств и иных материальных ценностей в указанном размере, в то время как, договор займа является реальной сделкой, и считается заключенным с момента передачи денег.

Из представленных по запросам суда документов следует, что ФИО41 с 16.05.2006 являлась получателем пенсии по старости. Размер пенсионных выплат в период, предшествующий возникновению спорных правоотношений составил с 01.01.2016 по 31.01.2017 9998 рублей 14 копеек ежемесячно, с 01.02.2017 по 31.03.2017 – 10 538 рублей 01 копейка ежемесячно, с 01.04.2017 по 31.12.2017 – 10 550 рублей 78 копеек ежемесячно, с 01.01.2018 по 31.12.2018 - 10 941 рубль 26 копеек ежемесячно, с 01.01.2019 по 31.12.2019 – 11 712 рублей 83 копейки.

ФИО7 в период, предшествующий возникновению спорных правоотношений, также являлся пенсионером по старости, размер его пенсии составил с февраля 2015 по январь 2016 года 9353 рубля 94 копейки ежемесячно, с февраля 2016 по январь 2017 года – 9728 рублей 34 копейки ежемесячно, с февраля 2017 по июнь 2018 – 10 274 рубля 51 копейка ежемесячно, с июля 2018 по декабрь 2018 - 10 654 рубля 85 копеек ежемесячно, с января 2019 по декабрь 2019 – 11 406 рублей 36 копеек.

Иных подтвержденных легитимных доходов ФИО42 и ФИО7 в спорный период не имели.

В целях проверки доводов третьего лица ФИО5 относительно наличия материальной возможности у последнего передавать родителям денежные средства в суммах, соответствующих или приближенных к декларируемой цене договоров займа, судом предложено как стороне истца, так и ФИО5 представить суду соответствующие доказательства, однако, таковые суду представлены не были.

Судом истребованы из налогового органа сведения о доходах ФИО5, из которых следует, что за 2014 год доход ФИО5 составил 684 000 рублей, до вычета НДФЛ, за 2015 год – 684 000 рублей до вычета НДФЛ, за 2016 год – 702 008 рублей 71 копейка до вычета НДФЛ, за 2017 год – 684 000 рублей до вычета НДФЛ, за 2018 год – 624 000 рублей до вычета НДФЛ, за 2019 год – 564 000 рублей до вычета НДФЛ. Иных подтвержденных легитимных доходов ФИО5 в спорный период не имел.

Следовательно, истец не подтвердил наличие у него (его умершей супруги) финансовой возможности для передачи в собственность ответчиков столь крупной денежной массы наличными. Между тем, при оценке достоверности факта наличия требования, основанного на передаче должнику наличных денежных средств подтверждаемого только его распиской, надлежит учитывать среди прочего следующие обстоятельства: позволяло ли финансовое положение кредитора (с учетом его доходов) предоставить должнику соответствующие денежные средства, имеются ли в деле удовлетворительные сведения о том, как полученные средства были истрачены должником, отражалось ли получение этих средств в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности.

Кроме того, суд полагает необходимым отметить, что в силу пункта 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны.

По общему правилу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. В этом случае суд при рассмотрении дела выносит на обсуждение обстоятельства, явно свидетельствующие о таком недобросовестном поведении, даже если стороны на них не ссылались.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

По делам о признании сделки недействительной по причине злоупотребления правом одной из сторон при ее совершении обстоятельствами, имеющими юридическое значение для правильного разрешения спора и подлежащими установлению, являются наличие или отсутствие цели совершения сделки, отличной от цели, обычно преследуемой при совершении соответствующего вида сделок, наличие или отсутствие действий сторон по сделке, превышающих пределы дозволенного гражданским правом осуществления правомочий, наличие или отсутствие негативных правовых последствий для участников сделки, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц, наличие или отсутствие у сторон по сделке иных обязательств, исполнению которых совершение сделки создает или создаст в будущем препятствия.

При решении вопроса о наличии в поведении того или иного лица признаков злоупотребления правом суд должен установить, в чем заключалась недобросовестность его поведения при заключении оспариваемых договоров, имела ли место направленность поведения лица на причинение вреда другим участникам гражданского оборота, их правам и законным интересам, учитывая и то, каким при этом являлось поведение и другой стороны заключенного договора (Определение Верховного Суда Российской Федерации от 12.08.2014 № 67-КГ14-5).

Исходя из приведенных нормоположений и фактических обстоятельств, установленных в рамках настоящего дела, суд приходит к выводу о том, что действия сторон не были направлены на заключение и реализацию легитимной сделки в рамках правового поля, и создание соответствующих условиям договора займа гражданско-правовых отношений.

Фактически, из материалов дела, показаний ответчиков, третьего лица и свидетеля следует, что супруги А-вы и супруги Б-вы в течение длительного периода времени, как минимум с 2014 года, вне рамок правового поля вели деятельность по торговле драгоценными металлами без сопроводительных документов, без получения соответствующих лицензий и разрешительных документов, без составления бухгалтерской и налоговой отчетности и без уплаты налогов в доход государства. При этом, стороны фактически договоров займа между собой не заключали и не планировали заключать, а путем составления представленных в материалы дела расписок оформляли действия, направленные на достижение результатов, не соответствующих декларируемым.

Указанные действия, по мнению суда, обладают явными признаками недобросовестности сторон сделки, как участников гражданского оборота.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации безусловным является правовой принцип, в силу которого противоправные интересы правовой защите не подлежат. Иное означало бы защиту злоупотребления правом вопреки существу прав и гарантий (определение от 16.12.2010 № 1650-О-О).

Таким образом, учитывая обстоятельства спора, совокупность представленных и истребованных судом в дело доказательств, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении исковых требований в полном объеме, поскольку истцом не доказаны: факт передачи денежных средств в заявленных суммах по спорным договорам займа, финансовая способность истца и членов его семьи предоставить ответчикам указанную в договоре сумму займа и факт использования займа ответчиками. При таких обстоятельствах, в силу положений п. 1 ст. 224, п. 2 ст. 433, п. 1 ст. 807 ГК РФ, договор денежного займа суд находит незаключенным и обязательства по такому договору не возникшими. Кроме того, суд отказывает в удовлетворении иска и по основанию недопустимости защиты судом противоправного интереса.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-198 Гражданского процессуального кодекса РФ суд

Решил:

Исковые требования ФИО7 к ФИО2 к., ФИО3 о взыскании задолженности по договору займа, процентов за пользование чужими денежными средствами оставить без удовлетворения.

Решение суда может быть обжаловано в Суд Ямало-Ненецкого автономного округа в течение месяца со дня изготовления в мотивированном виде путем подачи апелляционной жалобы через Новоуренгойский городской суд Ямало-Ненецкого автономного округа.

Судья Ж.Л. Зырянова