Решение по делу № 02-2946/2022~М-1097/2022 от 20.12.2022 | Гагаринский районный суд (Город Москва)

УИД: 77RS0004-02-2022-002049-09

Дело № 2-2946/2022

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Москва 20 декабря 2022 года

Гагаринский районный суд города Москвы в составе председательствующего судьи Кочневой А.Н., при секретаре Осиповой А.П., с участием прокурора Манченко Е.О., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-2946/2022 по иску ФИО1 к ФИО2, ФИО3 о прекращении права пользования жилым помещением, снятии с учета, выселении, иску ФИО2 к ФИО4, ФИО5, ФИО1 о признании договоров недействительными, прекращении права собственности, признании права собственности

УСТАНОВИЛ:

Истец ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО2, ФИО3, просит признать их право пользования жилым помещением по адресу: адрес, прекращенным, снять их с регистрационного учета, выселить ФИО2, ФИО3 из квартиры по адресу: адрес, мотивировав заявленные требования тем, что истец является собственником квартиры по адресу: адрес на основании договора купли-продажи от 23 октября 2020 года. В квартире зарегистрированы и проживают ответчики. В связи с отчуждением права собственности на квартиру их право пользования квартирой прекратилось письменное требование о снятии с регистрационного учета и выселении из квартиры добровольно не удовлетворено.

ФИО2 обратился в суд с иском к ФИО4, ФИО5, ФИО1 (л.д. 49-51 тома 1), уточнив требования (л.д. 224-228 тома 2, л.д. 231-235 тома 2), просит отменить договор дарения жилого помещения, расположенного по адресу: адрес, заключенный 11 марта 2016 года между ФИО2 и ФИО4, уточнив требования (л.д. 231-235 тома 2), признать недействительным договор дарения жилого помещения, заключенный 11 марта 2016 года между ФИО2 и ФИО4, признать недействительным (ничтожным) договор купли-продажи квартиры, расположенной по адресу: адрес,заключенный 12.09.2019 между ФИО4 и ФИО5, признать недействительным (ничтожным) договор купли-продажи квартиры, заключенный 02 ноября 2020 года между ФИО5 и ФИО1, прекратить право собственности ФИО1 право собственности на квартиру, расположенную по адресу: адрес, исключив запись о государственной регистрации права собственности за ФИО1, признать за ФИО2 право собственности на квартиру.

В обоснование требований указал, что 11 марта 2016 года ФИО2 заключил с ФИО4 договор дарения квартиры по адресу: адрес. 02 сентября 2018 года ФИО4 совершил отчуждение квартиры по договору купли-продажи ФИО5, а 02 ноября 2020 года ФИО5 – по договору купли-продажи в пользу ФИО1 23.04.2015 умерла мать ФИО2 и оставила ему в наследство квартиру по завещанию, наследство принято им в установленные сроки. В день вступления в наследство 09.02.2016 истец подписал договор дарения квартиры сыну ФИО4, который ввел ФИО2 в заблуждение, так как в соответствии с устным соглашением владеть квартирой ФИО4 должен был только после смерти ФИО2 Через какое-то время ФИО2 узнал, что ФИО4 продал квартиру. 02 декабря 2021 года сын признался ему, что продал квартиру в сговоре с ФИО5 заложил квартиру, а когда ФИО5 не смог погашать кредит, он потребовал от ФИО4 денежных средств. ФИО4 не смог выплачивать по 500 000 руб. в месяц и ФИО5 продал квартиру ФИО1 ФИО4 уговаривал ФИО2 освободить квартиру, за что он обещал снимать ФИО2 жилье. Все сделки, заключенные после договора дарения квартиры являются мнимыми, доказательства в обоснование этих сделок – подложными. Договор отчуждения с ФИО5 заключен в целях избежать возвращения квартиры ФИО2, после заключения договора дарения отношения с сыном ухудшились, начались конфликты с применением силы. Сделки совершены с нарушением требований закона со злоупотреблением правом, под влиянием обмана, поставили ФИО2 в крайне тяжелое положение. Ни ФИО1 и ФИО5 ни разу не посещали квартиру, не имеют ключей от нее, не несут расходы на содержание квартиры. В договоре купли-продажи от 23 октября 2018 года ФИО5 указывает, что квартира не сдана в аренду. Отчет об оценке квартиры составлен с нарушением требований – в отсутствие осмотра квартиры. Проверить реальность произведенных по договорам купли-продажи квартиры невозможно, так как оплата по договорам осуществлена через банковскую ячейку. Цель создать соответствующие правовые последствия у сторон отсутствовала. ФИО4 нуждался в получении заемных средств у банка, в связи с чем по мнимой сделке передал квартиру ФИО5, который с той же целью передал квартиру ФИО1 Порок воли проявился, когда ФИО4 не погасил задолженность перед ФИО5, который реализовал квартиру ФИО1, которая является номинальным собственником. К сделкам должны быть применены последствия недействительности, стороны возвращены в первоначальное положение.

Истец ФИО1 в судебное заседание не явилась, обеспечила явку представителя, которая в судебном заседании исковые требования поддержал в полном объеме, возражала против требований ФИО2 в полном объеме по доводам письменных возражений (л.д. 94-101 тома 1), в том числе по мотиву пропуска срока исковой давности. Также, представитель истца представила заявление, в котором просит обратить решение об удовлетворении ее требований к немедленному исполнению, указывая, что истец несет бремя содержания квартиры, в которой проживают ФИО2 и ФИО3, что является недобросовестным поведением, замедление исполнения решения может привести к причинению значительного ущерба для ФИО1

Ответчик ФИО2 в судебное заседание явился, возражал против удовлетворения требований иска ФИО1, поддержал доводы и требования иска ФИО2, также заявил ходатайство об отсрочке исполнения решения суда.

Ответчик по иску ФИО2 ФИО4 в судебное заседание не явился, извещался о времени и месте судебного разбирательства, о причинах неявки не сообщил, доказательств уважительности причин неявки не представил, представил письменные возражения, в которых также просил применить срок исковой давности (л.д. 189-190 тома 1).

Ответчик по иску ФИО2 ФИО5 в судебное заседание не явился, извещался о времени и месте судебного разбирательства, о причинах неявки не сообщил, доказательств уважительности причин неявки не представил, представил письменные возражения, в которых также просил применить срок исковой давности (л.д. 147-148 тома 1).

Представитель третьего лица ООО «Национальная Фабрика ипотеки» в судебном заседании возражала против удовлетворения иска ФИО2 по доводам письменных возражений (л.д. 164-165 тома 2), поддержала заявленные ФИО1 требования.

Третьи лица АО КБ «РУСНАРБАНК», Управление Росреестра по г. Москве явку представителей в судебное заседание не обеспечили, о причинах неявки не сообщили, доказательств уважительности причин неявки не представили, ходатайств и возражений не заявляли, извещены о времени и месте судебного разбирательства повесткой.

Руководствуясь ст. 167 ГПК РФ, суд рассматривает дело в отсутствие ответчиков и третьих лиц.

Суд, выслушав объяснения представителя истца, исследовав материалы дела, выслушав заключение прокурора, полагавшего требований о выселении подлежащими удовлетворению, приходит к следующему.

В соответствии с пунктом 1 статьи 209 Гражданского кодекса Российской Федерации собственнику принадлежит право владения, пользования и распоряжения своим имуществом.

В силу ч. 2 ст. 292 ГК РФ переход права собственности на жилой дом или квартиру к другому лицу является основанием для прекращения права пользования жилым помещением членами семьи прежнего собственника, если иное не установлено законом.

Согласно п.1 ст.35 ЖК РФ в случае прекращения у гражданина права пользования жилым помещением по основаниям, предусмотренным настоящим Кодексом, другими федеральными законами, договором, или на основании решения суда данный гражданин обязан освободить соответствующее жилое помещение (прекратить пользоваться им).

Согласно ст.288 ГК РФ собственник осуществляет права владения, пользования и распоряжения принадлежащим ему жилым помещением в соответствии с его назначением.

В соответствии со ст. 304 ГК РФ собственник может требовать устранения всяких нарушений его права, хотя бы эти нарушения и не были соединены с лишением владения. Аналогичные положения содержатся в ст.30 ЖК РФ, которая предусматривает, что собственник жилого помещения осуществляет права владения, пользования и распоряжения принадлежащим ему на праве собственности жилым помещением в соответствии с его назначением и пределами его использования, которые установлены ЖК РФ. Собственник жилого помещения вправе предоставить во владение и (или) пользование, принадлежащее ему на праве собственности жилое помещение, на основании договора найма, договора безвозмездного пользования или на ином законном основании, а также юридическому лиц на основании договора аренды или на ином законном основании с учетом требований, установленных гражданским законодательством, Жилищном кодексом.

Согласно положениям ст. 178 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел.

При наличии условий, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, заблуждение предполагается достаточно существенным, в частности если:

1) сторона допустила очевидные оговорку, описку, опечатку и т.п.;

2) сторона заблуждается в отношении предмета сделки, в частности таких его качеств, которые в обороте рассматриваются как существенные;

3) сторона заблуждается в отношении природы сделки;

4) сторона заблуждается в отношении лица, с которым она вступает в сделку, или лица, связанного со сделкой;

5) сторона заблуждается в отношении обстоятельства, которое она упоминает в своем волеизъявлении или из наличия которого она с очевидностью для другой стороны исходит, совершая сделку.

Заблуждение относительно мотивов сделки не является достаточно существенным для признания сделки недействительной.

Суд может отказать в признании сделки недействительной, если заблуждение, под влиянием которого действовала сторона сделки, было таким, что его не могло бы распознать лицо, действующее с обычной осмотрительностью и с учетом содержания сделки, сопутствующих обстоятельств и особенностей сторон.

В соответствии с ч. 2 и ч. 3 ст. 179 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего.

Обманом считается также намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота.

Сделка, совершенная под влиянием обмана потерпевшего третьим лицом, может быть признана недействительной по иску потерпевшего при условии, что другая сторона либо лицо, к которому обращена односторонняя сделка, знали или должны были знать об обмане. Считается, в частности, что сторона знала об обмане, если виновное в обмане третье лицо являлось ее представителем или работником либо содействовало ей в совершении сделки.

Сделка на крайне невыгодных условиях, которую лицо было вынуждено совершить вследствие стечения тяжелых обстоятельств, чем другая сторона воспользовалась (кабальная сделка), может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего.

Согласно ст. 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Согласно ч. 1 ст. 168 ГК РФ за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В соответствии со ст. 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом.

Как усматривается из материалов дела, квартира, распложенная по адресу: адрес, принадлежала ФИО2 на праве собственности на основании свидетельства о праве на наследство от 01 февраля 2016 года (л.д. 19 тома 2).

11 марта 2016 года ФИО2 (даритель) заключил с ФИО4 (одаряемым) договор дарения квартиры, на основании которого 11 марта 2016 года было зарегистрировано право собственности ФИО4 на указанную квартиру (л.д. 16-17 тома 2). Сделка заключена между близкими родственниками, между отцом ФИО2 и сыном ФИО4

12 сентября 2018 года между ФИО4 (продавец) и ФИО5 (покупатель) заключен договор купли-продажи вышеуказанной квартиры по цене 6 200 000 руб. (л.д. 14-27 тома 2) с использованием кредитных средств. 12 сентября 2018 года зарегистрировано право собственности ФИО5 на квартиру.

В подтверждение фактического совершения сделки ФИО5 представлена копия договора аренды индивидуального банковского сейфа (для сделок) от 27 августа 2018 года (л.д. 154-158 тома 1), копия расписки от 12 сентября 20218 года о получении ФИО4 от ФИО5 1 436 800 руб. собственных средств, 4 736 200 руб., предоставленных по кредитному договору (л.д. 159 тома 1), копия передаточного акта от 12 сентября 2018 года (л.д. 160 тома 1), копия мемориального ордера от 27.08.2018 о передаче ключей от сейфовой ячейки (л.д. 187-188 тома 1).

27 августа 2018 года ФИО5 заключен кредитный договор с АО КБ «РУСНАРБАНК» <***> на сумму 4 763 200 руб., выдана закладная на спорную квартиру (л.д. 141-143, 161-174 тома 1), выданы денежные средства в размере 4 763 200 руб., что подтверждается расходным кассовым ордером (л.д. 188 тома 1).

31 октября 2018 года права кредитора по закладной перешли к ООО «Национальная Фабрика Ипотеки».

Решением Преображенского районного суда г. Москвы от 09 октября 2020 года по гражданскому делу № 2-4526/2020 по иску ООО «Национальная Фабрика Ипотеки» к ФИО5 взыскана задолженность по кредитному договору <***> от 27 августа 2018 года в размере 4 880 737,76 руб., на квартиру обращено взыскание, что стороны на оспаривали.

23 октября 2020 года между ФИО5 (продавец) и ФИО1 (покупатель) заключен договор купли-продажи квартиры, расположенной по адресу: адрес за 8 558 000 руб. (л.д. 123-126 тома 2). 02 ноября 20202 года зарегистрировано право собственности ФИО1 на спорную квартиру. 07 ноября 2020 года между ФИО5 и ФИО1 составлен акт приема-передачи квартиры. В то же день ФИО1 составлена расписка о получении ключей от квартиры.

Рассматривая требования ФИО4 об отмене договора дарения, от которых истец в установленном порядке не отказывался, лишь уточнив требования, суд учитывает следующее.

В силу ст. 572 ГК РФ по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

Согласно ст. 578 ГК РФ даритель вправе отменить дарение, если одаряемый совершил покушение на его жизнь, жизнь кого-либо из членов его семьи или близких родственников либо умышленно причинил дарителю телесные повреждения.

Даритель вправе потребовать в судебном порядке отмены дарения, если обращение одаряемого с подаренной вещью, представляющей для дарителя большую неимущественную ценность, создает угрозу ее безвозвратной утраты.

Несмотря на указание в первоначальном иске о наличии конфликтов с применением насилия, каких-либо объективных доказательств покушения со стороны ФИО4 на жизнь ФИО2, жизнь кого-либо из членов семьи ФИО2, причинения ФИО4 телесных повреждений, угрозу утраты квартиры вследствие обращения с ней ФИО4, что квартиру представляет для ФИО2 большую неимущественную ценность, суду не представлено, в связи с чем предусмотренных законом оснований для отмены дарения не имеется, в связи с чем суд отказывает в удовлетворении требований.

Доводы заявителя ФИО2 о том, что он заблуждался относительно существа сделки, сделка заключена ввиду обмана, что ФИО2 полагал, что право распоряжения квартирой перейдет к ФИО4 после смерти ФИО2 опровергается содержанием договора дарения, где подробно указано в п. 9 о том, что право собственности ФИО4 возникает после регистрации права собственности. Также, в договоре указано (п. 14) о том, что сторонам сделки содержание ст.ст. 161, 209, 223, 288, 292, 450, 551, 572, 573, 575, 576, 578 ГК РФ, ст.ст. 30, 38 ЖК РФ известно.

Также, п. 15 договора дарения содержит указание на то, что данный договор содержит весь объем соглашений между сторонами в отношении предмета договора, отменяет и делает недействительными все другие обязательства или представления, которые могли бы быть приняты или сделаны сторонами в устной или письменной форме до заключения договора.

В связи с указанным, доводы ФИО2 о наличии между сторонами договора дарения устной договоренности о том, что право распоряжения квартирой возникает у ФИО4 только после смерти ФИО2, суд находит надуманными.

Факт проживания ФИО2 и ФИО3 в квартире после перехода права собственности к ФИО4 не влечет ничтожность и не свидетельствует о мнимости договора дарения, ввиду родственных отношений между сыном ФИО4 и отцом ФИО2

Возражая против заявленных требований ФИО1 и ее представитель не оспаривали то, что при заключении договора купли-продажи осмотр квартиры не проводился, ввиду знакомства супруга ФИО1 с ФИО6 Между тем, доводы стороны ФИО2 о том, что факт не проживания ФИО1 в квартире и отсутствие осмотра квартиры до ее приобретения, с достоверностью не свидетельствуют о мнимости сделки. При этом, суд учитывает, что факт передачи денежных средств подтверждается материалами дела.

Также, доводы ответчиков подтверждаются договором найма жилого помещения квартиры по адресу: адрес, от 07 ноября 2020 года между ФИО1 и ФИО4 на срок до 05 ноября 2020 года с указанием на проживание с нанимателем ФИО2, ФИО3 за 40 000 руб. в месяц, актом приема-передачи квартиры от 07 ноября 2022 года, расписками ФИО5 о получении денежных средств по 30 000 руб. в месяц от ФИО4 за пользование квартирой по адресу: адрес, расписками ФИО1 в получении ежемесячно 40 000 руб. за пользование квартирой от ФИО4 (л.д. 118-122, 211-249 тома 1), справка налоговой инспекции о внесении налоговых платежей.

Согласно представленному договору найма жилого помещения от 07 ноября 2020 года (п. 4.4.) помимо платы в размере 40 000 руб. Наниматель по договору самостоятельно уплачивает коммунальные услуги, электроэнергию, пользование телефоном, в том числе абонентскую плату, междугородные, международные переговоры и иные услуги телефонной связи.

Также, пунктом 3.3. договора найма предусмотрено, что договор может быть расторгнут без обращения в суд вследствие не внесения платы за жилое помещение более 6 месяцев, при краткосрочном найме более двух раз по истечении установленного срока платежа.

Суд также учитывает, что 21 октября 2020 года при заключении сделки ФИО1 ФИО5 пройдено медицинское освидетельствование, о чем представлены документы в материалы дела (л.д. 115-116 тома 1).

Также, в подтверждение реальности сделки ФИО1 представлены платёжные документы об оплате жилищно-коммунальных услуг от 17 апреля 2022 года, 10 мая 2022 года и последующих периодов (л.д. 123 тома 1, л.д. 236-240 тома 2), подтверждение оплаты по договору и погашения долга ФИО5 перед банком (л.д. 223 тома 2).

ФИО2 сделано заявление о фальсификации доказательств, а именно договора найма от 07 ноября 2020 года, расписок от имени ФИО5, от имени ФИО1 о получении от ФИО7 денежных средств.

Между тем, оценивая данные доказательства в совокупности с иными доказательствами по делу, представленными ответчиками и истребованными судом, в том числе отчетом об оценке квартиры с осмотром 20 августа 2018 года (л.д. 51-56 тома 2), оснований для признания указанных ответчиком доказательств сфальсифицированными суд не находит.

Допрошенная в судебном заседании 09 августа 2022 года ФИО8 показала, что знакома с ФИО2 и ФИО3, приезжает им помогать, ей известно, что квартира принадлежит ФИО2, о сделках с квартирой, кто зарегистрирован в квартире, ей неизвестно. Признаков, что кто-то еще проживает в этой квартире, кроме ФИО2 и ФИО3, нет.

Данные показания согласуются с материалами дела, в связи с чем суд признает их относимыми, допустимыми и достоверными.

Допрошенные в судебном заседании 05 октября 2022 года свидетели ФИО9 и ФИО10 показали, что в марте 2016 года присутствовали при разговоре о том, что ФИО2 «переписал квартиру» на ФИО4, ФИО2 хотел написать завещание, сын возражал против завещания, сын ФИО4 с ФИО2 и его супругой не проживал.

Данные показания суд оценивает критически, так как свидетели точно назвали дату состоявшегося разговора, однако дату смерти матери ФИО2 назвали неверно, иные даты событий указать четко затруднились, в связи с чем данные показания суд оценивает критически и не признает их достоверными доказательствами по делу.

Оценив представленные сторонами доказательства в совокупности, суд приходит к выводу о том, что ФИО2 не представлено достаточных и достоверных доказательств в подтверждение доводов о нарушении требований закона, о злоупотреблении ответчиками правом, о совершении оспариваемых сделок под влиянием обмана, заблуждения, на крайне невыгодных условиях для него, мнимости сделок.

Сам факт отчуждения ФИО2 единственного жилого помещения в пользу сына, не свидетельствует о совершении сделки на крайне невыгодных условиях. При этом, суд учитывает, что в течение длительного времени после совершения сделки он возражений относительно сделки не заявлял.

Представленные ответчиками доказательства подтверждают факт совершения сделок, их оплату, в связи с чем оснований полагать, что оспариваемые сделки купли-продажи или договор дарения совершены без намерения создать соответствующие правовые последствия действия для их исполнения осуществлены лишь для вида, с учетом стоимости квартиры, оснований полгать не имеется.

Кроме того, ответчики ФИО4, ФИО5, ФИО1, возражая против заявленных ФИО4 требований о недействительности сделок просили применить срок исковой давности.

В силу ст. 181 ГК РФ срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки.

Срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

На основании пункта 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

В соответствии с пунктом 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

ФИО2 о нарушении своего права при заключении сделки дарения должен был узнать не позднее даты заключения договора, то есть 11 марта 2016 года, в связи с чем срок исковой давности истек 16 марта 2019 года, тогда как с иском ФИО2 обратился в суд 24 января 2022 года (л.д. 59 тома 1) об отмене договора дарения, а о признании недействительным 09 августа 2022 года (л.д. 180-184 тома 2). Доводы ФИО2 том, что о ему стало известно о недействительности сделок 02 декабря 2021 года какими-либо объективными доказательствами не подтверждены.

Таким образом, суд отклоняет требования ФИО2 о признании договора дарения недействительным, в том числе и ввиду пропуска срока исковой давности. Учитывая изложенное, предусмотренных законом оснований для признания последующих сделок недействительными суд также не усматривает, учитывая, что в отсутствие прав в отношении спорной квартиры ФИО2 не является стороной сделок и не вправе их оспаривать, доводы ФИО2 о мнимости последующих сделок, об обмане опровергаются материалами дела, в полном объеме подтверждающими факт исполнения договоров купли-продажи квартиры.

В соответствии с ч. 1 ст. 209 ГК РФ собственнику принадлежит права владения, пользования и распоряжения своим имуществом.

Согласно ч. 1 ст. 30 ЖК РФ собственник жилого помещения осуществляет права владения, пользования и распоряжения принадлежим ему на праве собственности жилым помещением в соответствии с его назначением и пределами его пользования, которые установлены настоящим Кодексом.

В силу ст. 688 ГК РФ в случае расторжения договора найма жилого помещения наниматель и другие граждане, проживающие в жилом помещении к моменту расторжения договора, подлежат выселению из жилого помещения на основании решения суда.

Учитывая, что ФИО2 ФИО3 не представлено доказательств относительно прав пользования спорным жилым помещением, право собственности ФИО2 прекращено, срок договора найма жилого помещения истец, предусмотренных законом оснований для сохранения права пользования ФИО2 и ФИО3 не имеется, в связи с чем ФИО2 и ФИО3 подлежат выселению и снятию с регистрационного учета из квартиры.

Как установлено в судебном заседании, ответчики ФИО2 и ФИО3 членом семьи истца ФИО1 не являются, соглашение о пользовании спорным жилым помещением между сторонами после истечения срока договор найма (краткосрочного найма) не заключалось, ответчик ФИО2 является бывшим собственником данного помещения. После октября 2021 года ответчиками не представлено доказательств по внесению платы по договору найма, при этом, с учетом указанного в договоре срока, положения ст. 684 ГК РФ к нему не применяются с учетом положений ч. 2 ст. 683 ГК РФ.

При этом в ходе судебного разбирательства судом не установлено обстоятельств, свидетельствующих о сохранении ответчиками права пользования жилым помещением в силу закона либо соответствующего соглашения, в связи с чем ввиду перехода права собственности, истечения срока договор найма и не внесения оплаты по договору более двух раз подряд, право пользования жилым помещением ФИО2 и ФИО3 подлежит прекращению, а ответчики должны быть выселены из жилого помещения.

Таким образом, с учетом установленных по делу обстоятельств, суд приходит к выводу об удовлетворении иска ФИО1 о прекращении права пользования ФИО2 и ФИО3 жилым помещением в полном объеме.

В соответствии с п.п. «е» п. 31 Правил регистрации и снятия с регистрационного учета по месту пребывания и по месту жительства в пределах Российской Федерации, утверждённых Постановлением Правительства Российской Федерации от 17.07.1995 № 713, вступившее в законную силу решение суда о признании утратившим право пользования жилым помещением, является основанием для снятия гражданина с регистрационного учёта по месту жительства.

С учетом удовлетворения исковых требований, ФИО2 и ФИО3 подлежат снятию с регистрационного учета по спорному адресу.

В силу ч. 1 ст. 212 ГПК суд может по просьбе истца обратить к немедленному исполнению решение, если вследствие особых обстоятельств замедление его исполнения может привести к значительному ущербу для взыскателя или исполнение может оказаться невозможным. При допущении немедленного исполнения решения суд может потребовать от истца обеспечения поворота его исполнения на случай отмены решения суда. Вопрос о немедленном исполнении решения суда может быть рассмотрен одновременно с принятием решения суда.

Учитывая, что суду не представлен доказательств, что замедление исполнения решения может привести к значительному ущербу или оказаться невозможным, оснований для обращения решения к немедленному исполнению суд не находит.

В силу ст. 203 ГПК РФ суд, рассмотревший дело, по заявлениям лиц, участвующих в деле, судебного пристава-исполнителя либо исходя из имущественного положения сторон или других обстоятельств вправе отсрочить или рассрочить исполнение решения суда, изменить способ и порядок его исполнения.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда РФ, изложенной в Определении N 104-О от 18.04.2006, основания для отсрочки или рассрочки исполнения решения суда должны носить действительно исключительный характер, возникать при серьезных препятствиях к совершению исполнительных действий. Вопрос о наличии указанных обстоятельств должен оцениваться и решаться судом в каждом конкретном случае с учетом того, что в силу статей 15 (часть), (17 часть 3), 19 (часть 1 и 2) и 55 (часть 1 и 3) Конституции РФ и исходя из общеправового принципа справедливости, исполнение вступившего в законную силу судебного постановления должно осуществляться на основе соразмерности и пропорциональности, с тем, чтобы был обеспечен баланс прав и законных интересов всех взыскателей и должников, возможная же отсрочка исполнения решения суда должна отвечать всем требованиям справедливости, быть адекватной и не затрагивать существо конституционных прав участников исполнительного производства.

Согласно разъяснениям, данным в п. 25 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от дата N 50 "О применении судами законодательства при рассмотрении некоторых вопросов, возникающих в ходе исполнительного производства" вопрос о наличии оснований для предоставлении отсрочки или рассрочки решается судом в каждом конкретном случае с учетом всех имеющих значение фактических обстоятельств, к которым, в частности, могут относиться тяжелое имущественное положение должника, причины, существенно затрудняющие исполнение, возможность исполнения решения суда по истечении срока отсрочки.

При предоставлении отсрочки или рассрочки судам необходимо обеспечивать баланс прав и законных интересов взыскателей и должников таким образом, чтобы такой порядок исполнения решения суда отвечал требованиям справедливости, соразмерности и не затрагивал существа гарантированных прав лиц, участвующих в исполнительном производстве, в том числе права взыскателя на исполнение судебного акта в разумный срок.

Изучив доводы заявления ответчиков об отсрочке исполнения решения. Документы о состоянии здоровья ФИО3, с учетом периода рассмотрения дела, срок, истекшего после прекращения внесения платы за пользование квартирой, заключения договора дарения, исходя из баланса интересов сторон, предусмотренных законом оснований для оторочки исполнения решения суд не находит.

Исходя из изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении иска ФИО2 к ФИО4, ФИО5, ФИО1 о признании договоров недействительными, прекращении права собственности, признании права собственности - отказать.

Перекатить право пользования ФИО2, ФИО3 жилым помещением, расположенным по адресу: адрес.

Выселить ФИО2, ФИО3 из жилого помещения, расположенного по адресу: адрес.

Настоящее решение является основанием для снятия ФИО2, ФИО3 с регистрационного учета по адресу: адрес.

В удовлетворении ходатайства об обращении к немедленному исполнению, об отсрочке исполнения решения отказать.

Решение суда может быть обжаловано сторонами в апелляционном порядке в Московский городской суд через Гагаринский районный суд г. Москвы в течение месяца со дня изготовления решения в окончательной форме.

Решение в окончательной форме изготовлено 27 декабря 2022 года.

Судья А.Н. Кочнева