УИН 77RS0015-02-2024-016960-24
№ 02-1462/2025
решение
именем российской федерации
г. Москва06 марта 2025 г.
Люблинский районный суд города Москвы в составе председательствующего судьи З.И. Шулениной, при помощнике судьи М.И. Корсаковой,
с участием представителя истца по доверенности ФИО1,
представителя ответчика по доверенности ФИО2,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 02-1462/2025 по иску ФИО3, действующей в своих интересах и интересах несовершеннолетних ФИО4, ФИО5 к ФИО5 о взыскании неосновательного обогащения,
установил:
ФИО3 действующая в своих интересах и интересах несовершеннолетних ФИО4, ФИО5 обратилась в суд с иском к ФИО5, в котором просила взыскать неосновательное обогащение в размере 398 310 руб.
В обоснование заявленных требований истец ссылается на то, что 28.07.2012 между истцом и ответчиком был заключен брак, который расторгнут решением Батыревского районного суда ЧР от 11.11.2021. От брака имеются несовершеннолетние дети: ФИО4, паспортные данные ФИО5, паспортные данные.
В период брака сторонами на основании договора купли-продажи квартиры от 08.07.2019 на имя истца приобретена квартира площадью 50,6 кв.м, с кадастровым номером ..., расположенная по адресу: адрес.
Согласно п.п.2.1, 2.2 договора квартира оценена сторонами в 9 700 000 рублей, из которых 5 300 000 рублей - собственные средства. 4 400 000 рублей - кредитные средства, выданные АО «Альфа - банк» по кредитному договору №0050$ 19041600030 от 08.07.2019.
В последующем кредит, полученный в АО «Альфа Банк» на приобретение квартиры, был рефинансирован, что следует из кредитного договора №1026965 от 11.12.2020, заключенного между ПАО Банк «Финансовая корпорация «Открытие» и созаемщиками: ФИО3 и ФИО5 Сумма кредита 3 380 810 рублей, срок кредита-132 месяца с ежемесячными платежами в размере 41 739 руб. 00 коп. В соответствии с п.11.1 кредитного договора в обеспечение исполнения обязательств по договору кредита на жилое помещение установлены ограничения прав и обременение объекта недвижимости обременения в пользу кредитора. Согласно выписке из ЕГРН, право собственности на квартиру зарегистрировано на истца
В настоящее время в производстве Люблинского районного суда города Москвы находится гражданское дело по иску ФИО3 к ФИО5 о разделе совместно нажитого имущества (спорной квартиры), в том числе с требованиями о признании по 1/100 доли за каждым из несовершеннолетних детей, а всего 2/100 доли. Согласно сведениям, выданным Социальным фондом РФ от 20.07.2023, за счет средств материнского капитала в сумме 453 026 рублей был частично погашен по кредитному договору №00505 19041600030 от 08.07.2019. В связи с этим доли истца и ответчика в жилом помещении составляют 98/100:2= 49/100 на каждого.
Ранее истец и ответчик с несовершеннолетними детьми проживали в двухкомнатной квартире по адресу: адрес, принадлежащей истцу на праве собственности.
С 01 октября 2023 года на основании договора найма несовершеннолетние дети проживают с матерью в съемной квартире, так как ответчик в виду злоупотребления спиртными напитками проявляет агрессию в отношение истца и несовершеннолетних детей, выражаясь нецензурной бранью в присутствии детей, в ночное время суток начинает скандалить, оскорблять, тем самым нарушая, в том числе, покой несовершеннолетних детей и соседей. Во время проявления агрессии ответчик неоднократно допускал применение физической силы. В связи с этим выезд на другое место жительства носит вынужденный характер. Более того, ответчик поменял замки от входной двери и отказывается передавать истцу дубликат ключей, что подтверждается копией постановления об отказе в возбуждении уголовного дела. Неоднократные обращения в адрес ответчика с просьбой предоставить доступ в жилое помещение и передачи дубликата ключей не дали положительного результата.
С того периода ответчик пользуется двухкомнатной квартирой единолично, в связи с чем получает неосновательное погашение, которое составляет сумму платы за пользование частью помещения, принадлежащего истцу и несовершеннолетним детям. Размер соответствующей платы рассчитан истцом на основании заключения эксперта. Согласно отчету № Н-2408/209 об оценке рыночной стоимости имущества ставка арендной платы, представленная в месячном выражении, без коммунальных платежей (без счетчиков) по квартире площадью 50,6 кв.м. с кадастровым номером ..., расположенной по адресу: адрес, по состоянию на 25.08.2024 составляет 71 000 рублей в месяц.
В связи с чем неосновательное обогащение ответчика составляет: 71000*(49/1 00-2/100 (доли истца и несовершеннолетних детей) = 36 210 рублей в месяц. За период с 01 октября 2023 по 01 сентября 2024: 36 210 руб. х 11 месяцев=398 310 рублей.
По вине ответчика истец не имеет возможности получить доход от использования собственной доли недвижимого имущества, который с разумной степенью вероятности был бы ей получен, если бы она осуществляла его использование, в том числе по вине ответчика не имеет возможности заключить договоры аренды собственной доли жилого помещения с третьими лицами и получить в результате этого соответствующую прибыль.
В письменных возражениях на исковое заявление ответчик просит в удовлетворении исковых требований отказать, ссылаясь на то, что ответчик не чинит истцу и детям препятствий в пользовании квартирой, доводы истца об обратном доказательствами не подтверждены.
В судебном заседании представитель истца по доверенности ФИО1 заявленные требования поддержала, представителя ответчика по доверенности ФИО2 против удовлетворения исковых требований возражал.
Исследовав письменные материалы дела, оценив представленные доказательства в их совокупности с учетом требований ст. 56 ГПК РФ и ст. 67 ГПК РФ, суд приходит к следующему.
В соответствии с п. 1 ст. 1102 ГК РФ лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение).
Согласно п. 2 ст. 1102 ГК РФ, правила, предусмотренные настоящей главой, применяются независимо от того, явилось ли неосновательное обогащение результатом поведения приобретателя имущества, самого потерпевшего, третьих лиц или произошло помимо их воли.
По смыслу указанной нормы, обязательства из неосновательного обогащения возникают при одновременном наличии трех условий: факт приобретения или сбережения имущества, приобретение или сбережение имущества за счет другого лица и отсутствие правовых оснований неосновательного обогащения, а именно: приобретение или сбережение имущества одним лицом за счет другого лица не основано ни на законе, ни на сделке.
Согласно п. 4 ст. 1109 ГК РФ не подлежат возврату в качестве неосновательного обогащения денежные суммы и иное имущество, предоставленные во исполнение несуществующего обязательства, если приобретатель докажет, что лицо, требующее возврата имущества, знало об отсутствии обязательства либо предоставило имущество в целях благотворительности.
Как установлено судом и следует из материалов дела, 28.07.2012 между истцом и ответчиком был заключен брак, который расторгнут решением Батыревского районного суда ЧР от 11.11.2021.
От брака имеются несовершеннолетние дети: ФИО4, паспортные данные ФИО5, паспортные данные.
В период брака сторонами на основании договора купли-продажи от 08.07.2019 на имя истца приобретена квартира площадью 50,6 кв.м, с кадастровым номером ..., расположенная по адресу: адрес.
Истец указывает, что ввиду конфликтной ситуации в семье она вместе с детьми не имеет возможности пользоваться указанной квартирой и не имеет возможности сдавать принадлежащую ей долю в квартире в аренду, виду чего лишена возможности получать арендную плату.
Однако вопреки утверждению истца, имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью, что усыновлено п. 1 ст. 34 Семейного кодекса РФ (далее – СК РФ)
Ввиду отсутствия соглашения сторон или вступившего в законную силу судебного акта о разделе совместно нажитого имущества, долевая собственность на данное имущество у сторон не возникла.
Согласно п. 1 ст. 35 СК РФ владение, пользование и распоряжение общим имуществом супругов осуществляются по обоюдному согласию супругов.
Таким образом, истец самостоятельно не вправе без согласия супруга распоряжаться совместно нажитым имуществом, в том числе сдавать его (или его часть) в наём другим лицам.
По этим же основаниям не соответствует закону и позиция истца о том, что ответчик, проживая в квартире, пользуется долей истца в праве собственности на указанную квартиру.
Ввиду наличия общей совместной собственности сторон на спорную квартиру ответчик, как и истец, вправе пользоваться всей принадлежащей им квартирой.
С учетом изложенного, пользование одним из супругов всей квартирой не создает на его стороне неосновательное обогащение, так как он пользуется всей квартирой на установленных законом основаниях.
Довод истца о принадлежности 2/100 долей в праве собственности на квартиру их детям, также не свидетельствует о возникновении у ответчика неосновательного обогащения при пользовании всей квартирой, так как долевая собственность также является общей, что предоставляет каждому сособственнику право пользоваться всей квартирой, если иной порядок пользования не установлен соглашением сторон либо судом в соответствии со ст. 247 ГК РФ.
В силу п. 1 ст. 288 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) собственник осуществляет права владения, пользования и распоряжения принадлежащим ему жилым помещением в соответствии с его назначением.
В соответствии с п. 1 ст. 246 ГК РФ распоряжение имуществом, находящимся в долевой собственности, осуществляется по соглашению всех ее участников.
Согласно п. 1 ст. 247 ГК РФ владение и пользование имуществом, находящимся в долевой собственности, осуществляются по соглашению всех ее участников, а при недостижении согласия - в порядке, устанавливаемом судом.
По смыслу статей 244, 246, 247 ГК РФ участники общей долевой собственности имеют равные права в отношении общего имущества пропорционально своей доле.
Согласно пункту 2 статьи 247 ГК РФ участник долевой собственности имеет право на предоставление в его владение и пользование части общего имущества, соразмерной его доле, а при невозможности этого вправе требовать от других участников, владеющих и пользующихся имуществом, приходящимся на его долю, соответствующей компенсации.
По смыслу п. 2 ст. 247 ГК РФ компенсация является, по своей сути, возмещением понесенных одним сособственником имущественных потерь, которые возникают при объективной невозможности осуществления им полномочий по владению и пользованию имуществом, приходящимся на его долю, вследствие действий другого собственника, в том числе тогда, когда этот другой сособственник за счет потерпевшего использует больше, чем ему причитается.
Именно в этом случае ограниченный в осуществлении правомочий участник общей долевой собственности вправе требовать выплаты ему компенсации.
Как разъяснено в подпункте «б» пункта 6 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10 июня 1980 года № 4 «О некоторых вопросах практики рассмотрения судами споров, возникающих между участниками общей собственности на жилой дом» уточняя в процессе подготовки дела к судебному разбирательству фактические обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения дела, и закон, которым они регулируются, следует иметь в виду, что при установлении порядка пользования домом (ст. 247 ГК РФ) каждому из сособственников передается в пользование конкретная часть строения исходя из его доли в праве общей собственности на дом. При этом право общей собственности на дом не прекращается. Выделенное помещение может быть неизолированным и не всегда точно соответствовать принадлежащим сособственникам долям.
Указанное разъяснение применимо и к квартирам, находящимся в общей собственности нескольких лиц.
Таким образом‚ определение порядка пользования имуществом, находящимся в долевой собственности, предполагает конкретизацию части общего имущества, приходящейся на долю каждого участника в праве общей собственности.
Само по себе отсутствие между сособственниками соглашения о пользовании общим имуществом (либо отсутствие соответствующего судебного решения) и фактическое использование части общего имущества одним из участников долевой собственности не образуют достаточную совокупность оснований для взыскания с фактического пользователя по иску другого сособственника денежных средств за использование части общего имущества.
Между тем, порядок пользования квартирой между ФИО5 и ФИО3 на спорный период определен не был, то есть не была конкретизирована часть общего имущества, приходящаяся на долю каждой из сторон, что исключает возможность взыскания, предусмотренной п. 2 ст. 247 ГК РФ компенсации, поскольку без определения конкретного объекта, соответствующего доле в праве, невозможно определить и неправомерное владение и пользование ею ФИО5
Доказательств того, что квартира в спорный период сдавалась ФИО5 в аренду и последний имел доход от использования имущества, находящегося в общей собственности, истцом суду не представлено.
При таких обстоятельствах, причинно-следственная связь между виновным поведением ФИО5 и убытками и(или) финансовыми потерями, упущенной выгоды по причине невозможности сдать свою долю в квартире в аренду ФИО3 отсутствует, тогда как само по себе не проживание истца в спорном жилом помещении не является основанием для взыскания компенсации с ответчика, что согласуется с позицией Верховного суда Российской Федерации приведенной в определениях от 18.07.2023 № 45-КГ23-8-К7, от 11.07.2023 № 16-КГ23-26-К4.
Исчисление дохода от использования имущества, находящегося в долевой собственности, осуществляется на основании ст. 248 Гражданского кодекса Российской Федерации, в соответствии с которой такой доход поступает в состав общего имущества и распределяется между участниками долевой собственности соразмерно их долям, если иное не предусмотрено соглашением между ними.
Применительно к п. 2 ст. 247 ГК РФ, истец не обосновала и не представила доказательств того, что в спорный период по вине ФИО5 она не имела возможности получить тот доход от использования недвижимого имущества, который с разумной степенью вероятности был бы ею получен, если бы она продолжила его использование, в том числе по вине ФИО5 не имела возможности заключить договоры аренды с третьими лицами и получить в результате этого соответствующую прибыль.
При этом сама по себе имеющаяся у собственника доли жилого помещения возможность передать его в аренду при отсутствии доказательств заключенных договоров аренды не может являться основанием для расчета компенсации на основании размера возможно получаемой арендной платы.
Иные доводы, на которые ссылается истец, не имеют правового значения для рассмотрения настоящего спора с учетом заявленного предмета иска.
Законный интерес истца в получении какой-либо материальной выгоды от наличия в ее собственности спорной квартиры подлежит реализации и судебной защите иными способами, в том числе путем раздела совместно нажитого имущества.
С учетом изложенного суд приходит к выводу об отсутствии неосновательного обогащения на стороне ФИО5, в связи с чем в удовлетворении исковых требований отказывает.
На основании изложенного, руководствуясь ст. 194-198 ГПК РФ, суд
решил:
В удовлетворении иска ФИО3, действующей в своих интересах и интересах несовершеннолетних ФИО4, ФИО5 к ФИО5 о взыскании неосновательного обогащения отказать.
Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Московский городской суд в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Люблинский районный суд города Москвы.
Мотивированное решение суда составлено 15 июля 2025 г.
Судья