Дело № 2-1434/2025
УИД 74RS0003-01-2025-000573-07
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
07 мая 2025 года г. Челябинск
Тракторозаводский районный суд г. Челябинска в составе:
председательствующего судьи Юркиной И.Ю.,
при секретаре судебного заседания Павлюковой Д.Е.,
с участием прокурора Шафикова Д.М.,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Обществу с ограниченной ответственностью «ЧТЗ-Уралтрак» об оспаривании акта о несчастном случае на производстве, о компенсации морального вреда, причиненного в результате несчастного случая на производстве,
УСТАНОВИЛ:
ФИО1 обратился в суд с иском к ООО «ЧТЗ-Уралтрак», в котором просил признать пункт Акта № о несчастном случае на производстве от 13.01.2012 недействительным в части установления степени вины пострадавшего 20 %, взыскании компенсации морального вреда, причиненного в результате несчастного случая на производстве, в размере 1500000 рублей.
В обоснование требований указал, что с 16.11.2006 по 17.11.2016 ФИО1 состоял в трудовых отношениях с ООО «ЧТЗ-Уралтрак». В период работы 04.01.2012 при исполнении трудовых обязанностей в результате несчастного случая истец получил производственную травму: <данные изъяты>. 13.01.2012 утвержден Акт № о несчастном случае на производстве. Данным Актом установлена, в том числе, вина ФИО1 в размере 20 %, как нарушившего инструкции по охране труда для слесаря-ремонтника № п. 3.26. С данным выводом не согласен, поскольку в Акте отсутствует указание на наличие в действиях ФИО1 грубой неосторожности. Выводы, изложенные в Акте, не соответствуют обстоятельствам несчастного случая. В результате полученной производственной травмы истцу причинен вред здоровью, он испытывает физические и нравственные страдания. Также истцу установлена утрата профессиональной трудоспособности в размере 10 % бессрочно.
В судебном заседании истец ФИО1 доводы иска поддержал, пояснил, что копию Акта № от 13.01.2012 он получил в 2012 году, с результатами расследования несчастного случая на производстве был ознакомлен, и был согласен с установлением в его действиях вины. Данный акт не обжаловал, так как на тот момент еще осуществлял трудовые отношения, а затем по состоянию здоровья. В больницу к нему приходил представитель цеха ФИО10, брал с него объяснения, он с данными им объяснениями ознакомился и подписал их без замечаний. При даче объяснений он ФИО11 не сообщал о том, что мастер ФИО2 отказал ему в предоставлении подъемного механизма, пояснил, что решил не дожидаться пока подъемный механизм освободиться, и решил, что справится самостоятельно. Он мог отказаться от выполнения ремонтных работ в случае непредставления ему подъемного механизма, однако, такого отказа не высказал, так как опасался наложения на него взысканий либо увольнения. Также дополнил, что подобное устранение неполадок требует работы двух слесарей-ремонтников, однако он был один. До настоящего времени испытывает физические и моральные страдания по факту полученной травмы.
Представитель истца ФИО3 требования поддержал в полном объеме, дополнил, что работодатель обязан был предоставить работнику все необходимые безопасные условия для осуществления трудовой деятельности и безопасного выполнения ремонтных работ, чего 04.01.2012 сделано не было, так как ФИО1 не был предоставлен подъемный механизм, в результате чего произошел несчастный случай. Расследование несчастного случая проведено неполно, с обвинительным уклоном в отношении пострадавшего. Грубой неосторожности в действиях ФИО1 не установлено, в связи с чем, в Акте № необоснованно указано на наличие его вины.
Представитель ответчика ООО «ЧТЗ-Уралтрак» - ФИО4 в судебном заседании исковые требования не признал, представил письменный отзыв, дополнил, что срок давности для обжалования акта об установлении несчастного случая на производстве пропущен истцом без уважительной причины. ФИО1 при проведении расследования несчастного случая на производстве признал свою вину и неосторожность.
Представители третьих лиц Государственной инспекция труда в Челябинской области, Территориального Фонда обязательного медицинского страхования по Челябинской области, Отделение фонда Пенсионного и Социального страхования РФ по Челябинской области в судебное заседание не явились, извещены надлежащим образом.
Заслушав пояснения участников процесса, заключение помощника прокурора Тракторозаводского района г. Челябинска Шафикова Д.М., полагавшего исковые требования обоснованными в части взыскания компенсации морального вреда, причиненного в результате несчастного случая на производстве, и необоснованными в части оспаривания акта о несчастном случае на производстве, исследовав письменные материалы гражданского дела, суд приходит к выводу, что исковые требования подлежат удовлетворению в части, по следующим основаниям.
Согласно части 2 статьи 7 Конституции Российской Федерации в Российской Федерации охраняется труд и здоровье людей. Право граждан на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, закреплено в части 2 статьи 37 Конституции Российской Федерации. Этому праву работников корреспондирует обязанность работодателя создавать такие условия труда (статья 212 Трудового кодекса РФ).
В силу ст. 230 ТК РФ по каждому несчастному случаю, квалифицированному по результатам расследования как несчастный случай на производстве, оформляется акт о несчастном случае на производстве по установленной форме в двух экземплярах, обладающих равной юридической силой.
На основании пункта 37 Положения «Об особенностях расследования несчастных случаев на производстве в отдельных отраслях и организациях», утвержденного Постановлением Министерства труда и социального развития РФ от 24 октября 2002 № 73, содержание акта формы Н-1 о несчастном случае на производстве должно соответствовать выводам комиссии, проводившей расследование несчастного случая на производстве. В акте подробно излагаются обстоятельства и причины несчастного случая на производстве, а также указываются лица, допустившие нарушения установленных нормативных требований, со ссылкой на нарушенные ими правовые нормы законодательных и иных нормативных правовых актов.
В соответствии со ст. 22 Трудового кодекса РФ, обязанность обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда возложена на работодателя.
Обязанности работодателя по обеспечению безопасных условий и охраны труда определены ст. 212 Трудового кодекса РФ. Так, работодатель обязан обеспечить принятие мер по предотвращению аварийных ситуаций, сохранению жизни и здоровья работников при возникновении таких ситуаций.
В судебном заседании установлено и следует из материалов дела с 01.11.2001 по 17.11.2016 состоял в трудовых отношениях с ООО «ЧТЗ-Уралтрак». 17.11.2016 трудовой договор с ФИО1 был расторгнут по инициативе работника.
Из Акта № о несчастном случае на производстве от 13.01.2012 установлено, что 04.01.2012 в 23-15 часов слесарь-ремонтник плавильного участка ФИО1 был вызван по заявке мастера плавильного участка ФИО9 для устранения неисправности в механизме подъемного электродержателей электропечи ДСТ-5. Осмотрев механизмы слесарь-ремонтник ФИО1 увидел, что на тросовом приводе треьего электродержателя на перегибном ролике произошло перехлестывание тросов. Затем ФИО1 решил (самостоятельно поправить троса) без помощи электромостового крана, который должен был поднять электродержатель вверх для фиксации противовеса. Взяв руками за ветвь троса ФИО1 потянул ее, в результате этого произошло расклинивание механизма подъема электродержателей и противовес, который перемещается в стойке резко пошел вниз под своим весом, при этом, трос натянулся и захватил пальцы рук ФИО1 под направляющий ролик, в результате чего пальцы рук оказались защемлены между направляющим роликом и тросом. Вследствие этого слесарь-ремонтник ФИО1 получил травму. В ходе расследования комиссия установила, что слесарь-ремонтник ФИО1 не воспользовался подъемным механизмом для фиксации противовеса, чем нарушил инструкцию по охране труда для слесаря-ремонтника № п. 3.26 «Установить узлы станка в удобное и безопасное положение с установкой необходимых упоров, предохранителей, подставок, растяжек».
В результате несчастного случая ФИО1 причинена производственная травма: <данные изъяты>. Степень тяжести травмы легкая.
Причинами несчастного случая явились: 1. Нарушение слесарем-ремонтником ФИО1 инструкции по охране труда для слесаря-ремонтника № п. 3.26. 2. Недостаточный контроль за соблюдением работниками участка правил и норм охраны труда, трудовой дисциплины, со стороны мастера по ремонту оборудования ФИО6, который нарушил Положение о функциях по охране труда руководящих работников и специалистов ООО «ЧТЗ-Уралтрак» и его структурных подразделений, а именно, п. 39.1.3 и п. 39.2.18.
Степень вины пострадавшего ФИО1 установлена в размере 20 %. Факта грубой неосторожности в действиях пострадавшего ФИО1 комиссией по расследованию несчастного случая не установлено.
В ходе судебного заседания истец пояснил, что причиной несчастного случая явилось нарушение ФИО9 инструкции по охране труда, который не предоставил ФИО1 подъемный механизм – электромостовой кран, для осуществления ремонта. При этом работодатель грубой неосторожности в действиях истца ответчик не усмотрел.
Между тем, как установлено инструкцией по охране труда для слесаря-ремонтника № в п. 3.26 (действовавшей на момент несчастного случая) слесарь-ремонтник при устранении неисправности в механизме подъема электродержателей с тросовым и электромеханическим приводами, обязан установить узлы станка в удобное и безопасное положение с установкой необходимых упоров, предохранителей, подставок, растяжек.
В ходе осмотра места несчастного случая, произошедшего с ФИО1 04.01.2012, нарушений норм охраны труда на плавильном участке не выявлено.
Согласно протоколу опроса пострадавшего ФИО1 от 05.01.2012, пострадавший пояснил, что 04.01.2012 он работал в третью смену, в 23-15 был вызван мастером правильного участка ФИО9 на электропечь ДСТ-5 для устранения неисправности в механизме подъема электродержателей. Осмотрев механизмы подъема, он увидел, что на тросовом приводе 3-го электродержателя троса перехлестнулись, от чего произошло заклинивание механизма, и как следствие остановка перемещения электродержателя. Он решил без помощи электромостового крана самостоятельно поправить троса. Взяв руками за ветвь троса, он потянул ее, в результате произошло расклинивание механизма, и противовес, который перемещается в стойке, резко пошел вниз под весом, при этом, трос пошел вверх, и затянул его пальцы под направляющий ролик, вследствие чего произошла травма. Причиной травмы, произошедшей с ним, считал его грубую неосторожность и торопливость, так как он не зафиксировал противовес. Не дождался электромостового крана, так как решил, что справится без него. Он был в специальной одежде.
Объяснения от 05.01.2012 даны ФИО1 члену комиссии по расследованию несчастного случая – заместителю начальника ЦСЧЛ ФИО7, прочитаны вслух, подписаны ФИО1 собственноручно без замечаний, с протоколом опроса ФИО1 ознакомлен.
Из протокола опроса мастера по ремонту оборудования ЦСЧЛ ФИО6 от 05.01.2012 следует, что при опускании электродов на шихту, должна загораться дуга между двумя электродами, если шахта грязная или со шлаком, то дуга не загорается и автоматика электропривода продолжает подавать сигнал на опускание электрода в шахту. При этом, электрод упирается в падину электропечи и происходит ослабление троса, и как следствие его перехлестывание на перегибном ролике электродержателя. Порядок ликвидации данной аварийной ситуации следующий: во-первых нужно поднять электродержатель вверх электромостовым краном для ослабления тросов. Во-вторых зафиксировать стопором противовес в стойке, и затем поправить трос подручными инструментами (лом, монтировка). Причиной травмы, произошедшей со слесарем-ремонтником ФИО1, по мнению, ФИО6, явилась грубая неосторожность и нарушение ФИО1 техники безопасности при проведении ремонтных работ.
Объяснения от 05.01.2012 даны ФИО6 члену комиссии по расследованию несчастного случая – заместителю начальника ЦСЧЛ ФИО7, прочитаны вслух, подписаны ФИО6 собственноручно без замечаний, с протоколом опроса ФИО6 ознакомлен.
Из протокола опроса мастера плавильного участка ФИО9 от 05.01.2012 следует, что 04.01.2012 около 23-10 часов ему позвонил сталевар ФИО8, и сообщил, что электропечь неисправна по механизмам подъема электродержателей. Он тут же сделал заявку на устранение аварии. Через некоторое время слесарь-ремонтник ФИО1 вышел из мастерской и направился к электропечи. Примерно через 10 минут ему вновь позвонил ФИО8, и сообщил, что произошла травма. Он совместно с ФИО8 отвели ФИО1 в здравпункт. Электропечь была остановлена до утра.
Объяснения от 05.01.2012 даны ФИО9 члену комиссии по расследованию несчастного случая – заместителю начальника ЦСЧЛ ФИО7, прочитаны вслух, подписаны ФИО9 собственноручно без замечаний, с протоколом опроса ФИО9 ознакомлен.
Из протокола опроса сталевара электропечи 4-государственный обвинитель разряда ФИО8 от 05.01.2012 следует, что 04.01.2012 около 23-10 часов электропечь ДСТ-5 перестала работать, по-видимому не отрабатывал механизм подъема электродержателя. Он остановил электропечь и доложил о случившемся ФИО9 Примерно через 5 минут подошел слесарь-ремонтник ФИО1, и начал что-то делать. Он (ФИО8) стоял в стороне. Через 5 минут ФИО1 вскрикнул, он подошел к ФИО1, и увидел, что ФИО1 стоит, прижав к груди руку. Далее ФИО1 был сопровожден в здравпункт.
Объяснения от 05.01.2012 даны ФИО8 члену комиссии по расследованию несчастного случая – заместителю начальника ЦСЧЛ ФИО7, прочитаны вслух, подписаны ФИО8 собственноручно без замечаний, с протоколом опроса ФИО8 ознакомлен.
В соответствии со ст. 231 ТК РФ разногласия по вопросам расследования, оформления и учета несчастных случаев, непризнания работодателем (его представителем) факта несчастного случая, несогласие с содержанием акта о несчастном случае рассматриваются федеральным органом исполнительной власти, уполномоченным на осуществление федерального государственного надзора за соблюдением трудового законодательства и иных нормативных правовых актов, содержащих нормы трудового права, и его территориальными органами, решения которых могут быть обжалованы в суд.
В соответствии с п. 1 ст. 392 Трудового кодекса РФ работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права.
Вместе с тем, Акт № о несчастном случае от 13.01.2012, полученный ФИО1 в 2012 году, что истцом в судебном заседании не отрицалось, после его получения ФИО1 не оспаривался, как не оспаривал и установление его вины в несчастном случае в размере 20 %. Давая объяснения по факту произошедшего несчастного случая 05.01.2012, ФИО1 не сообщал о том, что ему в категоричной форме было отказано в предоставлении подъемного механизма для устранения неполадки в электропечи. Наоборот, на вопрос о том, что, по мнению ФИО1 явилось причиной травмы, ФИО1 пояснил, что причиной несчастного случая явилась его грубая неосторожность и торопливость, так как он не зафиксировал противовес, поскольку не дождался электромостового крана, и реши, что справится сам. С данными объяснениями ФИО1 был ознакомлен, подписал их без замечаний. Кроме того, в случае непредставления электромостового крана, ФИО1 мог отказаться от выполнения работ либо сообщить о возможном ущербе. По результатам проведения расследования несчастного случая ФИО1 не обращался в Государственную инспекцию труда Челябинской области для оспаривания акта о несчастном случае либо для оспаривания его вины.
Таким образом, действия ФИО1 по нарушению п. 3.26 инструкции по охране труда для слесаря-ремонтника № находятся в причинно-следственной связи с полученными ФИО1 повреждениями, в связи с чем, своими действиями ФИО1 способствовал увеличению причиненного вреда.
В этой связи у суда нет оснований для признания пункта Акта № о несчастном случае на производстве от 13.01.2012 недействительным в части установления степени вины пострадавшего в размере 20 %.
Между тем, поскольку в действиях истца не усматривается грубой неосторожности, а произошедший несчастный случай находится во взаимосвязи с условиями труда, в которых ФИО1 работал, то суд, в этой связи приходит к выводу, что истец вправе претендовать на компенсацию морального вреда.
На основании статей 21, 220 Трудового кодекса РФ работник имеет право на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном настоящим Кодексом и иными федеральными законами.
В соответствии со ст. ст. 22, 184 Трудового кодекса РФ работодатель обязан компенсировать моральный вред, причиненный повреждением здоровья работника, в порядке и на условиях, предусмотренных федеральными законами.
Согласно ч. 8 ст. 220 Трудового кодекса РФ, в случае причинения вреда жизни и здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей возмещение указанного вреда осуществляется в соответствии с федеральным законом.
В соответствии ч. 3 ст. 1099 ГК РФ, компенсация морального вреда осуществляется не зависимо от подлежащего возмещению имущественного вреда.
Статья 1001 ГК РФ предусмотрено, что компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.
В этой связи в соответствии согласно пункту 3 статьи 8 Федерального закона от 24 июля 1998 г. № 125-ФЗ возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, является обязанностью работодателя
Среди основных принципов правового регулирования трудовых отношений, закрепленных статьей 2 Трудового кодекса РФ, предусмотрены такие, как обязательность возмещения вреда, причиненного работнику в связи с исполнением им трудовых обязанностей, и обеспечение права на обязательное социальное страхование. Кроме того, Трудовой кодекс РФ особо закрепляет право работника на труд в условиях, отвечающих требованиям охраны труда, гарантируя его обязательным социальным страхованием от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний в соответствии с федеральным законом (статья 219 Трудового кодекса РФ).
Возмещение вреда, причиненного жизни и здоровью застрахованного при исполнении им обязанностей по трудовому договору и в иных установленных законом случаях, предоставляется в порядке обязательного социального страхования. Отношения по данному виду обязательного социального страхования регулируются Федеральным законом от 24 июля 1998 г. № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», вступившим в силу с 6 января 2000 г.
При этом, следует иметь в виду, что компенсация морального вреда в порядке обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний не предусмотрена.
Судом установлено и ответчиком не оспаривалось, что несчастный случай с ФИО1 был признан как несчастный случай на производстве.
Согласно справке МБУЗ «ГКП №» о заключительном диагнозе пострадавшего ФИО1 от несчастного случая на производстве от 26.03.2012, ФИО1 проходил лечение в период с 05.01.2012 по 21.03.2012, выставлен диагноз: <данные изъяты>
Согласно медицинскому заключению о характере полученных повреждений здоровья в результате несчастного случая на производстве и степени их тяжести, выданному МБУЗ «ГКП №» ФИО1 установлен диагноз <данные изъяты> Указанное повреждение относится к категории легкая.
Согласно справке <данные изъяты>, в связи с имеющимися профессиональным заболеванием, истцу 21.03.2012 установлено 10 % утраты профессиональной трудоспособности (УПТ) в связи с полученной травмой.
На основании вышеизложенного, суд приходит к убеждению, что ФИО1 при исполнении трудовых обязанностей получил производственную травму по степени вреда здоровью легкая, установлено 10 % утраты профессиональной трудоспособности. Работодатель ООО «ЧТЗ-Уралтрак» не принял мер к обеспечению безопасности жизни и здоровья работника.
Оценив предоставленные по делу доказательства по правилам ст. 67 ГПК РФ, суд приходит к выводу, что поскольку несчастный случай связан с производством, при использовании трудовых обязанностей, в произошедшем с ФИО1 несчастном случае на производстве имеется вина работодателя, и частичная вина истца, в связи с чем, моральный вред подлежит возмещению.
В соответствии с абз. 2 ст. 151 ГК РФ при определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.
Согласно п. 2 ст. 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.
В судебном заседании установлено, что истец проходил длительное лечение в медицинском учреждении в период с 05.01.2012 по 21.03.2012, не мог вести привычный образ жизни, а после начала трудовой деятельности был временно привлечен к облегченному труду и не мог выполнять подработки, в связи с этим испытывал моральные и нравственные страдания.
При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.
На основании вышеизложенного суд приходит к убеждению, что с учетом всех юридически значимых обстоятельств, в том числе степени вины ответчика, не обеспечивающего безопасные условия труда работника, частичной вины истца в его действиях, а также доказательства подтверждающие физические и нравственные страдания истца, суд, с учетом требований разумности и справедливости, считает необходимым взыскать с ответчика ООО «ЧТЗ-Уралтрак» в пользу истца 350000 рублей. В остальной части иска необходимо отказать, в связи с его необоснованностью.
Согласно части 1 статьи 103 Гражданского процессуального кодекса РФ государственная пошлина, от уплаты которой истец был освобожден, взыскивается с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В этом случае государственная пошлина зачисляется в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством РФ.
Истец при обращении в суд с иском был освобожден от уплаты государственной пошлины.
Так как исковые требования были признаны судом обоснованными, с ответчика подлежит взысканию государственная пошлина в размере 3000 рублей.
Руководствуясь ст.ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд
РЕШИЛ:
Исковые требования ФИО1 к Обществу с ограниченной ответственностью «ЧТЗ-Уралтрак» об оспаривании акта о несчастном случае на производстве, о компенсации морального вреда, причиненного в результате несчастного случая на производстве, - удовлетворить частично.
Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «ЧТЗ-Уралтрак» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда, причиненного в результате несчастного случая на производстве, в размере 350000 рублей.
В удовлетворении исковых требований в остальной части - отказать.
Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «ЧТЗ-Уралтрак» в доход муниципального бюджета государственную пошлину 3000 рублей.
Идентификаторы сторон:
ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ г.р., паспорт гражданина РФ <данные изъяты>.
Общество с ограниченной ответственностью «ЧТЗ-Уралтрак»: <данные изъяты>
Решение суда может быть обжаловано в Судебную коллегию по гражданским делам Челябинского областного суда в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме через Тракторозаводский районный суд г. Челябинска.
Председательствующий И.Ю. Юркина
Мотивированное решение суда составлено 23 мая 2025 года.