Дело № 2-416/2025
УИД 21RS0006-01-2025-000228-74
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
ДД.ММ.ГГГГ <адрес>
Канашский районный суд Чувашской Республики под председательством судьи Кузнецова Д.С.,
при секретаре Лермонтовой Н.А.,
с участием истца ФИО1,
представителя истца – адвоката Купирова А.М.,
ответчика ФИО2,
рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении Канашского районного суда Чувашской Республики гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО3, ФИО2 о взыскании неосновательного обогащения,
установил :
ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО3, ФИО2 о взыскании в солидарном порядке неосновательного обогащения в размере 450 000 руб. В обоснование исковых требований ФИО1 указал, что на основании договора мены от ДД.ММ.ГГГГ они с сыном ФИО3 являлись собственниками квартиры, расположенной по адресу: <адрес>, на праве общей долевой собственности по ? деле в праве за каждым. В данной квартире проживали его сын со своей супругой ФИО2 и их детьми. ДД.ММ.ГГГГ они с сыном по просьбе последнего продали указанную квартиру по цене 900 000 руб. Вырученные деньги в полном объеме ушли на приобретение квартиры, расположенной по адресу: <адрес>, которая была оформлена в равных долях на его сына ФИО3 и его супругу ФИО2 В счет денежных средств, вырученных от продажи его доли в квартире, ответчики обещали приобрести ему комнату в общежитии. Однако, ответчики не исполнили данное обещание и необоснованно удерживают, принадлежащие ему денежные средства в размере 450 000 руб.
Истец ФИО1 в судебном заседании исковые требования поддержал по изложенным основаниям, дополнительно пояснив, что перед продажей квартиры у него была устная договоренность только со своим сыном ФИО3 о том, что последний компенсирует ему стоимость его доли в проданной квартире путем покупки для него в будущем комнаты в общежитии. О компенсации доли в его квартире деньгами либо путем предоставления прописки в квартире сына договоренности с последним у него не было. При этом, условие о сроке покупки комнаты в общежитии ими не был оговорено. ФИО2 также знала об этой договоренности, поскольку перед подписанием договора купли-продажи у нотариуса, она лично присутствовала при их разговоре с сыном и все слышала, но не принимала участия в обсуждении данного вопроса. В ДД.ММ.ГГГГ умерла его сожительница и он приехала в <адрес>, где они с сыном ФИО3 вместе пошли на работу к ФИО2, чтобы последняя дала свое согласие прописать его в их квартире. Однако она не согласилась. Требовать приобретения обещанной комнаты в общежитии он начал лишь в ДД.ММ.ГГГГ. В настоящее время он не имеет собственного жилья и вынужден проживать у своей сестры.
Представитель истца – адвокат Купиров А.М. в судебном заседании также исковые требования поддержал по изложенным основаниям, просил их удовлетворить в полном объеме. При этом полагал, что срок исковой давности по заявленному требованию не пропущен, поскольку с требованием о покупке комнаты в общежитии ФИО3 обратился лишь в ДД.ММ.ГГГГ. Следовательно, его права были нарушены лишь с момента отказа удовлетворения данного требования ответчиками.
Ответчик ФИО2 в судебном заседании исковые требования не признала, указав, что, действительно, денежные средства от продажи квартиры в размере 900 000 руб. были полностью потрачены на приобретение двухкомнатной квартиры, расположенной по адресу: <адрес>, и ее ремонт. Истец ФИО1 никаких денег от продажи квартиры не получал. При этом у нее не было никаких договоренностей с ФИО1 по поводу возмещения последнему использованных на приобретение новой квартиры вырученных средств от продажи его доли в квартире. Была ли такая договоренность между ФИО1 и ФИО3, ей не известно. Об этом она впервые услышала лишь недавно от самого истца и его родственников. Ее бывший супруг ФИО3 о наличии такой договоренности между ним и его отцом ей ничего не говорил. Перед продажей квартиры ФИО3 сказал ей, что его отец ФИО1 просит впустить его пожить в их квартиру, когда он будет находиться в <адрес>. Они оба не были против. Когда ФИО1 приезжал к ним, они с ФИО3 впускали его в свою квартиру, тот у них ночевал. В ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 попросил прописать его в их квартире. До этого с момента продажи однокомнатной квартиры истец ни разу с подобными требованиями, в том числе о покупке комнаты в общежитии и возврате денег к ним не обращался. Однако в настоящее время она разведена с ФИО3 и проживает в указанной двухкомнатной квартире со своими детьми. Впустить ФИО1 жить к себе в квартиру она не может.
Ответчик ФИО3, извещенный надлежащим образом о времени и месте рассмотрения дела, в судебное заседание не явился, в письменном возражении на исковое заявление просил дело рассмотреть без его участия, в удовлетворении исковых требований отказать в связи с пропуском срока исковой давности. Кроме того, указал на несостоятельность и голословность доводов истца о том, что ответчики обещали купить ему в будущем комнату в общежитии, поскольку это ничем не подтверждается.
Выслушав лиц, явившихся в судебное заседание, исследовав и оценив представленные доказательства, суд приходит к следующему.
В силу п. 1 ст. 8 ГК РФ гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности. В соответствии с этим гражданские права и обязанности возникают из договоров и иных сделок, предусмотренных законом, а также из договоров и иных сделок, хотя и не предусмотренных законом, но не противоречащих ему.
Граждане и юридические лица по своему усмотрению осуществляют принадлежащие им гражданские права (п. 1 ст. 9 ГК РФ).
Согласно п. 2 ст. 218 ГК РФ право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.
В соответствии со ст. 1102 ГК РФ лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных ст. 1109 данного кодекса (п. 1).
Правила, предусмотренные главой 60 данного Кодекса, применяются независимо от того, явилось ли неосновательное обогащение результатом поведения приобретателя имущества, самого потерпевшего, третьих лиц или произошло помимо их воли (п. 2).
Согласно п. 4 ст. 1109 ГК РФ не подлежат возврату в качестве неосновательного обогащения денежные суммы и иное имущество, предоставленные во исполнение несуществующего обязательства, если приобретатель докажет, что лицо, требующее возврата имущества, знало об отсутствии обязательства либо предоставило имущество в целях благотворительности.
Обязательства из неосновательного обогащения возникают при одновременном наличии трех условий: факта приобретения или сбережения имущества, приобретения или сбережения имущества за счет другого лица и отсутствия правовых оснований неосновательного обогащения, то есть приобретение или сбережение имущества одним лицом за счет другого лица не основано ни на законе, ни на сделке.
Недоказанность одного из этих обстоятельств является достаточным основанием для отказа в удовлетворении иска.
В силу ст. 12, 56 ГПК РФ правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон. Каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений.
Исходя из особенности предмета доказывания по делам о взыскании неосновательного обогащения и распределения бремени доказывания, на истца, заявляющего требование о взыскании неосновательного обогащения, возлагается бремя доказывания совокупности следующих обстоятельств: факт получения приобретателем имущества, которое принадлежит истцу, отсутствие предусмотренных законом или сделкой оснований для такого приобретения, размер неосновательно полученного приобретателем. Ответчик, в свою очередь, должен представить доказательства правомерности получения имущества либо имущественных прав, либо наличие обстоятельств, исключающих взыскание неосновательного обогащения, предусмотренных ст. 1109 ГК РФ.
Из материалов дела следует, и сторонами не оспаривается, что истец ФИО1 и его сын – ответчик ФИО3 на основании договора мены от ДД.ММ.ГГГГ являлись собственниками по 1/2 доле в праве общей долевой собственности квартиры, расположенной по адресу: <адрес> (л.д. №).
Из договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного между ФИО4, ФИО3 (Продавцы) и М.Ф.Г. (Покупатель) и, удостоверенного нотариусом Канашского нотариального округа И.С.Н., следует, что Продавцы продали Покупателю, принадлежащую им на праве общей долевой собственности по ? доле в праве каждому, однокомнатную квартиру, расположенную по адресу: <адрес>, за 900 000 руб. Из п. 3 Договора следует, что уплаченные Покупателем денежные средства в вышеуказанном размере получены Продавцами полностью до подписания настоящего Договора. Из выписки ЕГРН следует, что право собственности на указанную квартиру было зарегистрировано за М.Ф.Г. ДД.ММ.ГГГГ (л.д. №).
Согласно договору купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ М.Ф.Г. (Продавец) продала ФИО3, ФИО2, действующей за себя и от имени несовершеннолетних С.А.Р. и С.А.Р., двухкомнатную квартиру, расположенную по адресу: <адрес>, за 1 170 000 руб. В соответствии с п. 3 - 3.2 Договора стороны согласовали, что указанную сумму Покупатели выплатят Продавцу следующим образом: сумма в размере 761 974 руб. уплачена Покупателями Продавцу до подписания настоящего договора; оплата суммы в размере 408 026 руб. будет произведена УПФР в г. Канаш и Канашском районе Чувашской Республики-Чувашии на основании Государственного сертификата на материнский капитал, выданного ДД.ММ.ГГГГ на имя ФИО2 Факт перехода прав собственности на указанную квартиру на ответчиков ФИО3 и ФИО2, а также их детей в праве общей долевой собственности по ? доле в праве на каждого подтверждается выпиской из ЕГРН (л.д. №).
Согласно представленным адресным справкам истец ФИО1 с ДД.ММ.ГГГГ зарегистрирован по месту жительства по адресу: <адрес>, а ответчики ФИО3 и ФИО2 с ДД.ММ.ГГГГ по месту жительства по адресу: <адрес> (л.д. №).
Из представленных записей актов гражданского состояния следует, что истец ФИО1 является родным отцом ответчика ФИО3, который с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ состоял в зарегистрированном браке с ФИО2 У ответчиков ФИО3 и ФИО2 имеются общие дети: С.А.Р., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, и С.А.Р., ДД.ММ.ГГГГ года рождения (л.д. №).
ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 обратился в ОМВД России по г. Канашу с заявлением о привлечении виновных лиц к ответственности, указав, что ДД.ММ.ГГГГ они с сыном ФИО3 продали, принадлежащую им по ? доле в праве общей долевой собственности, квартиру, расположенную по адресу: <адрес>. От указанной сделки он денег не получал, поскольку вырученные деньги в полном объеме ушли на приобретение супруге ее сына ФИО2 квартиры, расположенной по адресу: <адрес>. В счет денежных средств, вырученных от продажи его доли в квартире, ФИО2 обещала ему позже купить комнату в общежитии. Однако комнату в общежитии ему так и не купили, а денежные средства не вернули.
В письменных объяснениях от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 указал, что в ДД.ММ.ГГГГ он проживал со своим сыном ФИО3 по адресу: <адрес>. Данная квартира принадлежала им по 1/2 доле. В ДД.ММ.ГГГГ он переехал жить к сожительнице в <адрес>. Весной ДД.ММ.ГГГГ его сын предложил ему продать вышеуказанную квартиру, на что он согласился. Перед тем, как подписать документы у нотариуса между ним и его сыном была договоренность, что он ему за его долю в квартире купит комнату в общежитии или вернет вырученные денежные средства. При этом он не возместил ему его долю от проданной квартиры ни деньгами, ни покупкой комнаты. При продаже квартиры он сообщил нотариусу, что денежные средства от продажи своей доли квартиры в размере 450 000 руб. он получил.
ФИО3 ДД.ММ.ГГГГ дал письменные объяснения, согласно которым, раньше он жил со своей женой и детьми в однокомнатной квартире по адресу: <адрес>, которая принадлежала ему и его отцу на праве общей долевой собственности по ? доле в праве каждому. В ДД.ММ.ГГГГ он решил приобрести квартиру большей площади, так как у них были дети. В поисках нового жилья они наткнулись на объявление об обмене квартиры с доплатой с их стороны. Продавец предлагала им двухкомнатную квартиру по адресу: <адрес>. Они согласились на это предложение. Однако для продажи их квартиры необходимо было согласите его отца ФИО1, который в то время находился в <адрес>. Он позвонил ему и все объяснил, попросил приехать и дать свое согласие у нотариуса на продажу квартиры. Перед подписанием договора купли-продажи отец ему сказал, что когда он будет приезжать в <адрес>, ему нужно чтобы у него был доступ к их жилью, на что он согласился. Затем он добровольно согласился продать свою долю и подписал все необходимые документы у нотариуса. В конце августа 2024 года его отец приехал и хотел прописаться в их квартире. Однако его супруга ФИО2 была против, поскольку у них в суде идет бракоразводный процесс. Сам он прописать отца не может, так как для этого нужно согласие всех собственников.
В соответствии со ст. 432 ГК РФ договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора.
Согласно ст. 60 ГПК РФ обстоятельства дела, которые в соответствии с законом должны быть подтверждены определенными средствами доказывания, не могут подтверждаться никакими другими доказательствами.
В соответствии с п. 1 ст. 161 ГК РФ сделки граждан между собой на сумму, превышающую десять тысяч рублей, а в случаях, предусмотренных законом, - независимо от суммы сделки, должны совершаться в простой письменной форме, за исключением сделок, требующих нотариального удостоверения.
Сделка в письменной форме должна быть совершена путем составления документа, выражающего ее содержание и подписанного лицом или лицами, совершающими сделку, или должным образом уполномоченными ими лицами (п. 1 ст. 160 ГК РФ).
В соответствии с п. 1 ст. 162 ГК РФ несоблюдение простой письменной формы сделки лишает стороны права в случае спора ссылаться в подтверждение сделки и ее условий на свидетельские показания, но не лишает их права приводить письменные и другие доказательства.
Таким образом, исходя из смысла приведенных норм факт заключения устной сделки, для которой законом предусмотрена необходимость соблюдения письменной формы, не может быть установлен на основании свидетельских показаний, а может быть подтвержден лишь письменными и другими доказательствами.
Истцом ФИО1 в подтверждение своих доводов не представлены соответствующие письменные доказательства. Его объяснения относительно обстоятельств заключения устной сделки не являются таковыми и являются недопустимыми (п. 1 ст. 162 ГК РФ). При этом сами ответчики отрицают факт заключения с истцом такого устного соглашения.
С учетом вышеизложенного, оценив представленные доказательства в совокупности, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении заявленных требований, поскольку надлежащих доказательств наличия договоренности между сторонами по обстоятельствам, указанным в исковом заявлении, в материалы дела не представлено. Договоры купли-продажи от 3 и ДД.ММ.ГГГГ не подтверждают факта заключения между сторонами по делу соглашения об обмене доли квартиры истца на комнату в общежитии либо о компенсации ее стоимости деньгами, и соответственно не подтверждают наличия обязательств ответчиков перед истцом.
То обстоятельство, что денежные средства, вырученные от продажи доли квартиры истца в размере 450 000 руб., были направлены на приобретение квартиры ответчиков, само по себе не свидетельствует о достижении между сторонами соглашения о покупке в будущем комнаты в общежитии либо о компенсации в денежной форме.
Оценив все представленные в материалы дела доказательства с учетом доводов и возражений сторон, суд считает, что в данном случае ФИО1 передал денежные средства в общей сумме 450 000 руб. ответчикам в силу личных отношений сторон, добровольно, намеренно (без принуждения и не по ошибке).
При этом доводы истца об отсутствии у него намерений передавать ответчикам денежные средства на безвозмездной основе (в дар), судом отклоняются ввиду недоказанности.
Поскольку бремя доказывания возникновения неосновательного обогащения и наличия оснований для его взыскания лежит на истце, недоказанность указанных обстоятельств является достаточным основанием для отказа в удовлетворении требований истца о взыскании с ответчиков неосновательного обогащения в сумме 450 000 руб.
Кроме того, истец в судебном заседании указал, что перед подписанием договора купли-продажи у нотариуса, непосредственно, с ФИО2 у него не было никаких договоренностей по поводу компенсации ему стоимости его доли от проданной квартиры. Он указал, что ФИО2 стояла в сторонке и слышала его разговор с сыном, когда последний обещал ему компенсировать стоимость его доли в квартире путем приобретения комнаты в общежитии, но в обсуждении данного вопроса участия не принимала.
Как разъяснено в п. 55 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 25 от ДД.ММ.ГГГГ «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», согласие третьего лица на совершение сделки может быть выражено любым способом, за исключением случаев, когда законом установлена конкретная форма согласия, молчание не считается согласием на совершение сделки, за исключением случаев, установленных законом (п. 4 ст. 157.1 ГК РФ).
Таким образом, судом установлено, что между истцом ФИО1 и ответчиком ФИО2 отсутствовало соглашение о компенсации истцу его доли в проданной квартире, а наличие такого соглашения с ответчиком ФИО3 материалами дела не подтверждается.
Явку свидетелей в суд стороны не обеспечили, считали возможным рассмотреть дело без опроса свидетелей, которые не явились по вызову суда, не ходатайствуя об их повторном вызове.
При этом истец не ссылался в обоснование исковых требований на наличие между ним и ответчиками устной договоренности о том, что последние в замен его доли от проданной квартиры, обязуются предоставить ему прописку в их квартире. В судебном заседании истец отрицал наличие такого соглашения, утверждая, что договоренность у него с сыном была исключительно о покупке комнаты в общежитии.
При указанных обстоятельствах, суд приходит к выводу о том, что оснований для удовлетворения исковых требований ФИО1 о взыскании с ФИО3 и ФИО2 неосновательного обогащения в силу главы 60 ГК РФ по заявленным истцом основаниям не имеется, поскольку не доказан факт неосновательного обогащения ответчиков за счет истца.
Суд не находит оснований для признания недобросовестного поведения ответчика ФИО3, поскольку в письменных возражениях он прямо не заявлял о том, что не получал денежных средств от продажи доли отца в квартире, а лишь давал оценку имеющимся в деле доказательствам и ссылался на непредставление истцом доказательств в подтверждение своих доводов.
Ответчиком ФИО3 заявлено о применении последствий пропуска срока исковой давности.
Пунктом 1 ст. 196 ГК РФ предусмотрено, что общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со ст. 200 данного кодекса.
По общему правилу (п. 1 ст. 200 ГК РФ) течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.
Согласно абз. 2 п. 2 ст. 200 ГК РФ по обязательствам с определенным сроком исполнения течение срока исковой давности начинается по окончании срока исполнения. По обязательствам, срок исполнения которых не определен или определен моментом востребования, срок исковой давности начинает течь со дня предъявления кредитором требования об исполнении обязательства, а если должнику предоставляется срок для исполнения такого требования, исчисление срока исковой давности начинается по окончании срока, предоставляемого для исполнения такого требования.
Поскольку по общему правилу при неосновательном обогащении права истца считаются нарушенными с момента неосновательного получения имущества (денег) ответчиком и истец мог и должен был знать об этом, то срок исковой давности начинает течь с даты передачи имущества (денег). Следовательно, в рассматриваемом случае течение срока исковой давности по требованию о взыскании неосновательного обогащения, основанного на договоре купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ, начинает течь с момента передачи денежных средств.
Настоящее исковое заявление подано в суд ДД.ММ.ГГГГ (л.д. №), т.е. с пропуском срока исковой давности (ДД.ММ.ГГГГ).
Начало течения срока исковой давности устанавливается судом в зависимости от того, возникли ли между сторонами по делу какие-либо обязательственные правоотношения либо требования вытекают из положений главы 60 ГК РФ (неосновательное обогащение).
При этом, отклоняя доводы представителя истицы о неверном определении начала течения срока исковой давности, который как он полагает, следует исчислять с момента, когда истец узнал об отказе ответчика от выполнения своих обязательств, суд исходит из того, что доказательств, свидетельствующих о наличии между сторонами каких-либо договорных обязательств, в рамках которых ответчик ФИО3 обязался предоставить истцу ФИО1 компенсацию его доли в проданной квартире, вопреки требованиям ст. ст. 12, 56 ГПК Российской Федерации, в суд не представлено.
Как разъяснил Пленум Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности», истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске (абз. 2 п. 2 ст. 199 ГК РФ).
На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, суд
решил :
В удовлетворении иска ФИО1 (паспорт: №) к ФИО3 (паспорт: №), ФИО2 (паспорт: №) о взыскании неосновательного обогащения в размере 450 000 (четыреста пятьдесят тысяч) рублей отказать.
Настоящее решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Верховный Суд Чувашской Республики через Канашский районный суд Чувашской Республики в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.
Мотивированное решение изготовлено ДД.ММ.ГГГГ.
Судья Д.С. Кузнецов