Решение по делу № 2-4622/2023 от 28.12.2023 - о понуждении к исполнению обязательств по договору обеспечительного платежа, признании сделки недействительной, применении последствий недействительности сделки, взыскании неустойки, компенсации морального вреда.

Дело № 2-4622/2023 <***>

66RS0003-01-2023-002474-98

Мотивированное решение изготовлено 28.12.2023

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Екатеринбург 21.12.2023

Кировский районный суд г. Екатеринбурга в составе председательствующего судьи Самойловой Е.В.,

при секретаре Исмаилове Э.Т.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ИП ФИО2, ФИО3 о понуждении к исполнению обязательств по договору обеспечительного платежа, признании сделки недействительной, применении последствий недействительности сделки, взыскании неустойки, компенсации морального вреда

установил:

ФИО1 обратилась в суд к ИП ФИО2 с требованием о понуждении к исполнению обязательств по договору обеспечительного платежа, взыскании неустойки, компенсации морального вреда.

В обосновании иска указано, что 28.02.2023 между ИП ФИО2,, действующим через представителя ФИО4, и ФИО1 заключен договор обеспечительного платежа от 28.02.2023.

По условиям договора ИП ФИО2 принял на себя обязательства принять и оплатить недвижимое имущество - жилой дом с земельным участком, расположенные по адресу: *** ***, кадастровый номер земельного участка: 66:25:2721002:1960.

В соответствии с п. 3.1.1, 4.1 и 4.2 Договора Продавец обязуется подготовить объекты к передаче и передать их в день подписания договора купли-продажи. Срок для заключения основного договора - до 12.04.2023.

Истец со своей стороны добросовестно исполнил обязательства, предусмотренные указанным договором, в том числе внес 28.02.2023 при подписании договора авансовый платеж в размере 375 000 рублей.

Кроме того, истцом предприняты все возможные меры для заключения основного договора во исполнение, в том числе:

-04.04.2023 истцом направлено в адрес продавца уведомление о готовности к сделке, а также о предоставлении документов, необходимых для одобрения объекта сделки в банке (с приложением требований банка к Объекту);

-06.04.2023 истцом адрес продавца направлена претензия с предложением перестать уклоняться от заключения основного договора, предоставить необходимые документы по объектам купли-продажи согласно требованиям банка, а также заключить основной договор купли-продажи объектов в срок до 12.04.2023, выбрав удобное время для сделки и явиться в назначенное время в МФЦ для подачи документе государственную регистрацию сделки;

-11.04.2023 истцом повторно телеграммой направлена претензия с уведомлением о готовности к сделке с предложением явиться в назначенное время на сделку;

-истцом оформлена предварительная запись в МФЦ для подачи заявления и документов на государственную регистрацию перехода права собственности основании договора купли-продажи объектов.

Однако, ответчик данное требование проигнорировал.

Поскольку ответчик перестал выходить на связь и игнорирует все требования по исполнению условий договора от 28.02.2023, истец вынужден обратиться в суд с требованием понудить ответчика исполнить обязательства по договору обеспечительное платежа от 28.02.2023, обязать подготовить объекты продажи (жилой дом с земельным участком) к передаче, в том числе:

-обеспечить соответствие жилого дома характеристикам, указанным в Договоре, путем выполнения соответствующих строительных работ,

-обеспечить соответствие передаваемого жилого дома всем нормам и правилам предъявляемым к жилым домам,

-обеспечить соответствие жилого дома и земельного участка требованиям, предъявляемым банком к объекту ипотеки по программе сельскохозяйственной ипотеки,

-поставить жилой дом на кадастровый учет согласно требованиям действующего законодательства,

-передать документы на жилой дом и земельный участок, необходимые для оформления сделки купли-продажи и государственной регистрации перехода права собственности на них.

Кроме того, просит понудить ответчика заключить договор купли-продажи жилого дома с земельным участком по цене 6 850 000 руб. на условиях, указанных в договоре обеспечительного платежа от 28.02.2023.

Взыскать с продавца в пользу истца неустойку за просрочку передачи товара (жилого дома с земельным участком) в размере 1875 рублей за каждый день просрочки, начиная с 13.04.2023, моральный вред в размере 50 000 рублей, судебный расходы, возникшие в связи с рассмотрением дела (т. 1 л.д. 8-10).

28.08.2023 к участию в деле в качестве соответчика привлечен ФИО3 (т. 1 л.д. 204).

Впоследующем, уточнив требования (т. 1 л.д. 203, т. 2 л.д. 2), истец окончательно просила суд:

1. Признать сделку по отчуждению в пользу ФИО3 объектов недвижимости - жилого дома с кадастровым номером 66:25:2721002:4891 с земельным участком с кадастровым номером 66:25:2721002:1960 недействительной по основаниям ст.ст 10 и 170 Гражданского кодекса Российской Федерации и применить последствия недействительности сделки в виде 2хсторонней реституции.

2. Понудить ответчика исполнить обязательства по договору обеспечительного платежа от 28.02.2023, обязать подготовить объекты продажи (жилой дом с земельным участком) к передаче, в том числе:

- обеспечить соответствие жилого дома характеристикам, указанным в Договоре, путем выполнения соответствующих строительных работ.

- обеспечить соответствие передаваемого жилого дома всем нормам и правилам предъявляемым к жилым домам,

- обеспечить соответствие жилого дома и земельного участка требованиям, предъявляемым банком к объекту ипотеки по программе сельскохозяйственной ипотеки,

- передать документы на жилой дом и земельный участок, необходимые для оформления сделки купли-продажи и государственной регистрации перехода права собственности на них.

3. Понудить ответчика заключить договор купли-продажи жилого дома с земельным участком по цене 6 850 000 руб. на условиях, указанных в договор обеспечительного платежа от 28.02.2023.

4. Взыскать с продавца в пользу истца неустойку за просрочку передачи товара (жилого дома с земельным участком) в размере 1 875 руб. за каждый день просрочки, начиная с 13.04.2023 по 10.05.2023, в общей сумме 52 500 руб.

5. Взыскать с продавца в пользу истца неустойку в соответствии со ст. 23 Закона РФ от 07.02.1992 № 2300-1 «О защите прав потребителей» в размере 68 500 руб. за каждый день просрочки, начиная с 13.04.2023.

6. Взыскать моральный вред в размере 500 000 рублей.

7. Взыскать с продавца в пользу истца судебные расходы, возникшие в связи с рассмотрением дела.

В судебном заседании истец ФИО1 требования и доводы уточнённого иска поддержала, указав, что предварительный договор, который был заключен между истцом и ответчиком в силу разъяснений п. 8 Постановления Пленума ВАС РФ от 11.07.2011 № 54, является договором купли-продажи будущей вещи (в отношении жилого дома) и договором купли-продажи в отношении земельного участка. Статья 550 ГК РФ закрепляет положение, согласно которому договор следует относить к заключенным при условии согласования всех его существенных условий. Порядок совершения сделки нарушен не был и требования вышеуказанной статьи были соблюдены. Условия данного договора истцом были соблюдены (предоплата внесена). Регистрация договора купли-продажи недвижимости в Росреестре не осуществляется с момента вступления 01.03.2013 в силу закона от 30.12.2012 № 302-ФЗ, в связи с чем данный договор является заключённым. Более того, ответчик достоверно знал о наличии судебного спора о понуждении| исполнении обязательств по данному договору до момента отчуждения объекта недвижимости в пользу третьего лица. Все письма, претензии, уведомления, извещения были направлены ответчику по месту государственной регистрации ИП согласно сведениям ЕГРИП и данным, указанным в договоре (а также неоднократно сообщались его риэлтору). Ответчик; является индивидуальным предпринимателем и несет ответственность за своевременное получение почтовой корреспонденции по адресу регистрации. Ответчик не имел права продавать данные объекты ФИО3, поскольку отчуждаемые объекты являются предметом сделки по договору обеспечительного платежа от 28.02.2023. Сделка, в результате которой произошло отчуждение объектов недвижимости, являющихся предметом договора обеспечительного платежа от 28.02.2023 - жилого дома с кадастровым номером 66:25:2721002:4891 (который на момент заключения договора обеспечительного платежа от 28.02.2023 находился в недостроенном состоянии) с земельным участком с кадастровым номером 66:25:2721002:1960, является недействительной, т.к. совершена с нарушением норм действующего законодательства. Продавец при совершении данной сделки действовал противоправно, недобросовестно, т.к. данные объекты подлежали передаче истцу на основании заключенного 28.02.2023 договора. Также поддержала письменные возражения (т. 1 л.д. 123).

Ответчик ИП ФИО2 в судебное заседание не явился, извещен надлежащим образом, уважительных причин неявки суду не представил, воспользовавшись правом на ведение дела через представителя.

Представитель ответчика ИП ФИО2 – ФИО5 против иска возразила по доводам отзыва (т. 1 л.д. 187). Суду пояснила, что согласно условиям договора в обеспечение принятых на себя обязательств (п. 3.2.1. Договора) по заключению договора в срок до 12.04.2023. Истец передал ответчику сумму в размере 150 000 руб. (обеспечительный платеж) в составе суммы в размере 375 000 руб. - аванса. Из представленной Истцом переписки в мессенджере WhatsApp с риелтором компании «Этажи» (как указано истцом) 19.03.2023 истец выразила готовность расторгнуть договор обеспечительного платежа. При этом, из переписки явно следует что супруг истицы также общался с доверенным лицом ответчика -ФИО4 и в телефонном разговоре ФИО4 уведомлен супругом истицы о намерениях расторгнуть договор, определены условия соглашения о расторжении договора. 06.04.2023 в мессенджере WhatsApp (номер телефона *** указан в договоре под именем Сергей) супругу истицы направлено уведомление о расторжении договора и приглашении 11.04.2023 для заключения соглашения о расторжении договора и возврате денежных средств. Однако, 11.04.2023 ответчику поступила телеграмма, в которой истец снова требовала заключить с ней договор купли-продажи жилого дома с земельным участком на основании ранее заключенного договора. 28.04.2023 ФИО1 письмом ответчиком направлено повторно приглашение явиться за получением денежных средств, либо предложено сообщить реквизиты для осуществления безналичного перечисления возврата денежных средств, с приложением соглашения о расторжении договора для подписания. Истцом ответ не получен и возвращен отправителю. Поскольку ответа от истца не последовало, денежные средства в размере 375 000 руб. переведены ответчиком по номеру телефона истца 11.05.2023. Таким образом, полагает, что ответчик не уклонялся от исполнения договора, не нарушал прав истца как потребителя. Указывает, что ответчик не поручал риелтору ФИО6 произвести поиск покупателей, и не уполномочивал ее на ведение от имени ответчика переговоров. Одновременно, из представленной истцом переписки следует, что супруг истицы имел возможность и общался напрямую непосредственно с доверенным лицом ответчика, и что в результате прямого общения с доверенным лицом достиг соглашения о расторжении договора, определены его условия. После чего мужу истца направлено, в соответствии с достигнутыми договоренностями, соглашение о расторжении договора. Таким образом, еще до наступления срока заключения основного договора стороны пришли к обоюдному согласию о расторжении договора обеспечительного платежа и возврате аванса, уплаченного по нему. В настоящий момент земельный участок с жилым домом ответчику не принадлежит, поскольку право собственности на объекты в связи с заключением договора купли-продажи жилого дома и земельного участка от 17.06.2023 перешли к ФИО3 С учетом изложенного, считает исковые требования не обоснованными и незаконными, в связи с чем, не подлежащими удовлетворению.

Ответчик ФИО3 в судебном заседании против иска также возразил, указав, что земельный участок и дом приобретен в июне 2023 года в состоянии, не отвечающем нормам о качестве. При этом, приобретая его, будучи строителем, понимал и осознавал, что необходимо значительное финансовое вложение для приведения его в состояние, пригодное для проживания, поскольку провалился фундамент. О наличии в отношении данного дома притязаний со стороны ФИО1 не знал. Дом сейчас фактически используется по назначению его семьей.

Третье лицо ФИО4 в судебное заседание не явился, извещен надлежащим образом, уважительных причин неявки суду не представил, воспользовался правом на ведение дела через представителя.

Представитель третьего лица ФИО4 – ФИО7 в судебном заседании против иска возразила, указав, что 06.04.2023 от истца получено согласие на расторжение соглашения об обеспечительном платеже. Все условия расторжения согласовывались с супругом истца ФИО12. Ему и было направлено соглашение о расторжении, поскольку его номер телефона указан в договоре. Полагает, что на 06.04.2023 обе стороны утратили интерес к сделке.

Третье лицо ИП ФИО8 в судебное заседание не явился, извещен надлежащим образом, уважительных причин неявки суду не представил, воспользовавшись правом на ведение дела через представителя.

Представитель третьего лица ИП ФИО8 – ФИО9 в судебном заседании разрешение требований оставил на усмотрение суда, пояснил, что между ИП ФИО2 и ИП ФИО8 заключен договор о сотрудничестве № 09/11/22-4/О от 09.11.2022 о представлении интересов заказчика по поиску клиентов и ведению переговоров с ними для заключения договоров купли-продажи между клиентами и заказчиками. В рамках данного договора по продаже спорного дома действовала ФИО6, представляя агентство недвижимости «Этажи».

Третье лицо ФИО6 в судебном заседании разрешение требований оставила на усмотрение суда, пояснив, что действительно показывала данный дом супругам ФИО10. Достигнута договоренность и оформлен 28.02.2023 договор обеспечительного платежа, в этот же день передана сумма, указанная в договоре. 19.03.2023 от ФИО2 поступила информация о том, что стоимость дома и земельного участка увеличивается, о чем сообщено ФИО1 Истец с этим не согласилась, ей были предложены другие варианты, на что также истец ответила отказом. И 19.03.2023 в переписке истец сообщила о необходимости вернуть в полном объеме денежные средства немедленно. Далее не могли согласовать долго формулировки соглашения о расторжения и место встречи. 06.04.2023 составлено соглашение и направлено истцу. После, общение с истцом прекратилось.

Третьи лица ПАО «Сбербанк России», ФИО11, ФИО12 в судебное заседание не явились, извещены надлежащим образом, уважительных причин неявки суду не представили.

Свидетель ***18 в судебном заседании пояснила, что является знакомой ФИО3 По существу поставленных вопросов каких-либо сведений суду не сообщила, кроме того обстоятельства, что знает о проживании ФИО3 с семьей в спорном доме. Сведения об обстановке пояснить не смогла.

В связи с чем, суд определил рассмотреть дело в их отсутствие.

Заслушав лиц, участвующих в деле, исследовав представленные доказательства, суд приходи к следующему.

Договором признается соглашение двух или нескольких лиц об установлении, изменении или прекращении гражданских прав и обязанностей (п. 1 ст. 420 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В п. 2 ст. 1 Гражданского кодекса Российской Федерации закреплен принцип свободы договора, согласно которому граждане (физические лица) и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора.

Согласно п. 3 ст. 421 Гражданского кодекса Российской Федерации стороны могут заключить договор, в котором содержатся элементы различных договоров, предусмотренных законом или иными правовыми актами (смешанный договор). К отношениям сторон по смешанному договору применяются в соответствующих частях правила о договорах, элементы которых содержатся в смешанном договоре, если иное не вытекает из соглашения сторон или существа смешанного договора.

Так, судом установлено, что 28.02.2023 между ИП ФИО2 и ФИО1 заключен договор обеспечительного платежа (т. 1 л.д. 11).

Согласно условиям договора, ИП ФИО2, действующий через представителя ФИО4, с одной стороны, и ФИО1 заключили настоящий договор, согласно которому продавец обязуется передать в собственность покупателя, а покупатель принять и оплатить недвижимое имущество - Жилой дом с земельным участком.

Характеристики объекта установлены в п. 1.2 договора:

Общая площадь жилого дома 128 кв.м +/- 7 кв.м., расположенного по адресу: *** ***, назначение: жилое.

Земельный участок, площадью 992 кв.м., расположенный по адресу: *** ***, категория земель: земли населенных пунктов, с разрешенным использованием: для индивидуального жилищного строительства. Кадастровый номер земельного участка: 66:25:2721002:1960.

Передаваемые объекты - свободные от любых обременений и прав третьих лиц на момент государственной регистрации перехода права к покупателю.

Стоимость объекта согласно п. 2.1 составляет 6 850 000 рублей, НДС не облагается.

Сумма Договора уплачивается покупателем следующим образом: авансовый платеж в размере 375000 рублей вносится при подписании настоящего договора, 6475000 рублей вносятся за счет собственных и кредитных обязательств покупателя в день подписания основного договора, в том числе 475000 за счет средств материнского сертификата.

Обязательства продавца отражены в п. 3.1.1 договора, согласно которому обязанность по передаче объектов установлена до 30.05.2023.

Обязательства покупателя, предусмотренные в п. 3.2.1 договора, сторонами согласованы как заключить основной договор в срок до 12.04.2023.

При этом, судом установлено, что сопровождением сделки со стороны ИП ФИО2 на основании договора о сотрудничестве № 09/11/22-4/О от 09.11.2022 (т. 2 л.д. 42) осуществляла риэлтор ФИО6

Из материалов дела следует, что истец передал ответчику сумму аванса в размере 375 000 руб. Данное обстоятельство сторонами не оспаривается.

Согласно исследованной в ходе рассмотрения дела переписки в мессенджере WhatsApp с риелтором компании «Этажи» ФИО6 (т. 1 л.д. 227-233), подтвержденной в судебном заседании третьим лицом, 19.03.2023 в связи с поступившими от ИП ФИО2 сведениями об увеличении стоимости объекта до 8500000 рублей, ФИО1 сообщено, что собственник хочет вернуть аванс. Истцу предложено подготовить соглашение о расторжении. Согласно переписке, истец выразила готовность расторгнуть договор обеспечительного платежа.

Также, в переписке с 19.03.2023 до 25.03.2023 между истцом и ФИО6 обсуждается условия соглашения о расторжении.

04.04.2023 истцом направлено в адрес ФИО2 уведомление о готовности к сделке, а также о предоставлении документов, необходимых для одобрения Объекта сделки в банке (с приложением требований банка к Объекту) (т.1 л.д. 18).

06.04.2023 в адрес ИП ФИО2 истцом направлена претензия (т. 1 л.д. 15).

06.04.2023 от истца ФИО6 в мессенджере WhatsApp поступает уведомление о необходимости подготовки документов для заключения основного договора.

В этот же день 06.04.2023 в мессенджере WhatsApp на номер телефона ***, принадлежащий супругу истца – третьему лицу ФИО12 направлено уведомление о расторжении договора и приглашение 11.04.2023 для заключения соглашения о расторжении договора и возврате денежных средств (т. 2 л.д. 29-40).

11.04.2023 телеграммой истец уведомляет ФИО2 о необходимости подготовки документов и незаконности одностороннего отказа от обязательств (т. 1 л.д. 17).

28.04.2023 ФИО1 письмом (т. 1 л.д. 190) ответчиком направлено повторно приглашение явиться за получением денежных средств, либо предложено сообщить реквизиты для осуществления безналичного перечисления возврата денежных средств, с приложением Соглашения о расторжении Договора для подписания. Истцом ответ не получен и возвращен отправителю, что подтверждается Отчетом об отслеживании.

11.05.2023 денежные средства в размере 375 000 рублей переведены ответчиком по номеру телефона Истца, что следует из чека Сбербанк (т. 1 л.д. 193).

Согласно материалам реестрового дела земельный участок и дом по адресу ***, *** по договору купли-продажи от 19.06.2023 перешли ФИО3 (т. 1 л.д. 77-78, 86-125).

Между тем, истец полагает, что ответчиком ИП ФИО2 безосновательно не исполнены обязательства по заключению основного договора с ФИО1 на условиях предварительного договора от 28.02.2023, а последующая сделка с ФИО3 ничтожна по основаниям ст. 10, 168, ч. 1 ст. 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Проверяя требования иска в части понуждения ИП ФИО2 к заключению договора по условиям предварительного договора обеспечительного платежа от 28.02.2023, суд приходит к следующему.

Согласно статье 549 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору купли-продажи недвижимого имущества (договору продажи недвижимости) продавец обязуется передать в собственность покупателя земельный участок, здание, сооружение, квартиру или другое недвижимое имущество.

В силу пункта 1 статьи 551 Гражданского кодекса Российской Федерации переход права собственности на недвижимость по договору продажи недвижимости к покупателю подлежит государственной регистрации.

В пункте 2 статьи 8.1 Гражданского кодекса Российской Федерации закреплено, что права на имущество, подлежащее государственной регистрации, возникают, изменяются и прекращаются с момента внесения соответствующей записи в государственный реестр, если иное не установлено законом.

Существом обязательства, вытекающего из договора купли-продажи, является передача продавцом имущества в собственность покупателя.

В соответствии со статьей 429 Гражданского кодекса Российской Федерации по предварительному договору стороны обязуются заключить в будущем договор о передаче имущества, выполнении работ или оказании услуг (основной договор) на условиях, предусмотренных предварительным договором. Предварительный договор заключается в форме, установленной для основного договора, а если форма основного договора не установлена, то в письменной форме. Несоблюдение правил о форме предварительного договора влечет его ничтожность.

Предварительный договор должен содержать условия, позволяющие установить предмет, а также условия основного договора, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение при заключении предварительного договора. В предварительном договоре указывается срок, в который стороны обязуются заключить основной договор. В случаях, если сторона, заключившая предварительный договор, уклоняется от заключения основного договора, применяются положения, предусмотренные пунктом 4 статьи 445 настоящего Кодекса.

Требование о понуждении к заключению основного договора может быть заявлено в течение шести месяцев с момента неисполнения обязательства по заключению договора. В случае возникновения разногласий сторон относительно условий основного договора такие условия определяются в соответствии с решением суда. Основной договор в этом случае считается заключенным с момента вступления в законную силу решения суда или с момента, указанного в решении суда.

В пункте 27 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25 декабря 2018 года N 49 "О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса РФ о заключении и толковании договора" разъяснено, что основной договор должен быть заключен в срок, установленный в предварительном договоре, а если такой срок не определен, - в течение года с момента заключения предварительного договора (пункт 4 статьи 429 Гражданского кодекса РФ). Если в пределах такого срока сторонами (стороной) совершались действия, направленные на заключение основного договора, однако к окончанию срока обязательство по заключению основного договора не исполнено, то в течение шести месяцев с момента истечения установленного срока спор о понуждении к заключению основного договора может быть передан на рассмотрение суда (пункт 5 статьи 429 Гражданского кодекса РФ). Ведение сторонами переговоров, урегулирование разногласий в целях заключения основного договора не могут являться основаниями для изменения момента начала течения указанного шестимесячного срока.

В пункте 43 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25 декабря 2018 года N 49 "О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса РФ о заключении и толковании договора" разъяснено, что условия договора подлежат толкованию в системной взаимосвязи с основными началами гражданского законодательства, закрепленными в статье 1 Гражданского кодекса РФ, другими положениями Гражданского кодекса РФ, законов и иных актов, содержащих нормы гражданского права (статьи 3, 422 Гражданского кодекса РФ). При толковании условий договора в силу абзаца первого статьи 431 Гражданского кодекса РФ судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений (буквальное толкование). Такое значение определяется с учетом их общепринятого употребления любым участником гражданского оборота, действующим разумно и добросовестно (пункт 5 статьи 10, пункт 3 статьи 307 Гражданского кодекса РФ), если иное значение не следует из деловой практики сторон и иных обстоятельств дела.

Таким образом, применительно к приведенным выше правовым положениям, а также с учетом предмета и основания иска, обстоятельствами, имеющими значение для разрешения спора, является установление правовой природы и сущности заключенного между сторонами договора, а также оценка фактических действий сторон после его заключения. В данном конкретном случае, независимо от наименования спорного договора необходимо установить и исследовать его действительное содержание, а также существо самой сделки с учетом действительной общей воли сторон, цели договора и фактически сложившихся отношений сторон.

Как указано в абзаце 3 пункта 23 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25 декабря 2018 года N 49 "О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора" разъяснено, что, если сторонами заключен договор, поименованный ими как предварительный, в соответствии с которым они обязуются, например, заключить в будущем на предусмотренных им условиях основной договор о продаже имущества, которое будет создано или приобретено в дальнейшем, при этом предварительный договор устанавливает обязанность приобретателя имущества до заключения основного договора уплатить цену имущества или существенную ее часть, такой договор следует квалифицировать как договор купли-продажи с условием о предварительной оплате. Правила статьи 429 Гражданского кодекса РФ к такому договору не применяются.

В пункте 8 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 11 июля 2011 года N 54 "О некоторых вопросах разрешения споров, возникающих из договоров по поводу недвижимости, которая будет создана или приобретена в будущем" разъяснено, что если сторонами заключен договор, поименованный ими как предварительный, в соответствии с которым они обязуются заключить в будущем на предусмотренных им условиях основной договор о продаже недвижимого имущества, которое будет создано или приобретено в последующем, но при этом предварительный договор устанавливает обязанность приобретателя имущества до заключения основного договора уплатить цену недвижимого имущества или существенную ее часть, суды должны квалифицировать его как договор купли-продажи будущей недвижимой вещи с условием о предварительной оплате.

По смыслу статьи 429 Гражданского кодекса Российской Федерации, заключение предварительного договора обусловливает возникновение у договаривающихся сторон обязанности заключить основной договор на условиях, оговоренных в предварительном соглашении.

Для признания предварительного договора заключенным достаточно установить предмет основного договора или условия, позволяющие его определить. Отсутствие на момент заключения предварительного договора возможности передать имущество, являющееся предметом будущего договора, не может служить препятствием к заключению предварительного договора.

В соответствии со статьей 431 Гражданского кодекса Российской Федерации при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом.

В п. 25 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25 декабря 2018 г. N 49 "О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора" разъяснено, что для признания предварительного договора заключенным достаточно установить предмет основного договора или условия, позволяющие его определить (пункт 3 статьи 429 ГК РФ).

В силу положений пункта 1 статьи 429 Гражданского кодекса Российской Федерации по предварительному договору стороны обязуются заключить в будущем договор о передаче имущества, выполнении работ или оказании услуг (основной договор) на условиях, предусмотренных предварительным договором. Соответственно, предварительный договор не может устанавливать для сторон каких-либо иных обязательств, в том числе обязанности передать имущество или обязанности оплатить его.

Между тем, договор, заключенный сторонами 28.02.2023 и поименованный ими как «договор обеспечительного платежа», предусматривающий обязанность передать имущество (как то следует из п. 1.1), не является предварительным договором по смыслу статьи 429 Гражданского кодекса Российской Федерации. По существу такой договор является договором купли-продажи с условием о предварительной оплате, поскольку обязывает по сути покупателя внести оплату по договору в срок, предшествующий передаче данного объекта в полном объеме, что следует из совокупности условий, предусмотренных в п. 3.2.2, 4.2 договора, а продавца – передать это имущество.

Соответственно, суд полагает, что истцом неверно квалифицированы отношения сторон, и применение последствий, предусмотренных пунктом 4 статьи 445 Гражданского кодекса Российской Федерации, в данном случае не допустимо.

Таким образом, подлежат отклонению требования иска о понуждении ответчика ИП ФИО2 заключить договор купли-продажи жилого дома с земельным участком по цене 6 850 000 руб. на условиях, указанных в договор обеспечительного платежа от 28.02.2023.

При этом, суд считает необходимым отметить также то обстоятельство, что даже в случае применения положений о предварительном договоре к возникшим у сторон 28.02.2023 отношениям, то требования иска также не подлежат удовлетворению.

В силу пункта 4 статьи 445 Гражданского кодекса Российской Федерации, если сторона, для которой в соответствии с названным кодексом или иными законами заключение договора обязательно, уклоняется от его заключения, другая сторона вправе обратиться в суд с требованием о понуждении заключить договор. В этом случае договор считается заключенным на условиях, указанных в решении суда, с момента вступления в законную силу соответствующего решения суда.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 38 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25.12.2018 N 49 "О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора" требование о понуждении к заключению договора может быть удовлетворено судом при наличии у ответчика обязанности заключить такой договор. Названная обязанность и право требовать понуждения к заключению договора могут быть предусмотрены лишь ГК РФ либо иным федеральным законом или добровольно принятым обязательством (пункт 2 статьи 3, пункт 1 статьи 421, абзац первый пункта 1 статьи 445 ГК РФ).

Согласно разъяснениям, данным в пункте 39 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25.12.2018 N 49 "О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора" при принятии решения об обязании заключить договор или об урегулировании разногласий, возникших при заключении договора, суд в резолютивной части решения указывает условия этого договора, который считается заключенным на этих условиях с момента вступления в законную силу решения суда (пункт 4 статьи 445 ГК РФ). При этом дополнительных действий сторон (подписание двустороннего документа, обмен документами, содержащими оферту и ее акцепт, и т.п.) не требуется.

В данном случае, фактически в предварительном договоре не согласована сторонами цена подлежащих отчуждению объектов недвижимости, поскольку предварительный договор не содержит условий о цене каждого объекта недвижимости в отдельности, в то время, как к его предмету относятся два объекта: жилой дом, с кадастровым номером 66:25:2721002:4891 и земельный участок с кадастровым номером 66:25:2721002:1960, в связи с чем в данном случае не может быть применено правило, установленное п. 2 ст. 555 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Учитывая, что между сторонами возник спор о цене основного договора, именно факт увеличения стоимости объектов явился причиной не заключения основного договора, а в договоре от 28.02.2023 сторонами цена на каждый объект недвижимости не определена, суд полагает, что в рассматриваемой спорной ситуации у ответчика отсутствует обязанность заключить с истцом основной договор по цене 6850000 рублей за все два объекта недвижимости.

При этом также следует учитывать и тот факт, что при удовлетворении иска о понуждении заключить договор купли-продажи, суд должен изложить в решении условия, на которых он заключается, в частности, цену за каждый объект недвижимости, которая сторонами в предварительном договоре не согласована.

Таким образом, принимая во внимание, что истец, 19.03.2023 фактически согласилась с расторжением договора, данное соглашение со стороны ответчика направлено 06.04.2023 посредством мессенджера WhatsApp на номер телефона +***, принадлежащий супругу истца – третьему лицу ФИО12, что подтверждается соответствующими письменными доказательствами, заверенными нотариально, суд приходит к выводу, что стороны согласились с расторжением договора от 28.02.2023, и возврат денежных средств 11.05.2023 свидетельствует о дате его расторжения в одностороннем порядке в связи с неисполнением продавцом принятых на себя обязательств согласно п. 5.5 договора. В свою очередь, действия истца, направленные на сохранение условий договора после 04.04.2023 (направление претензии), суд расценивает как способ определить размер штрафных санкций. Между тем таких требований в ходе рассмотрения дела истцом не заявлено.

Что касается требования иска в части признания сделки по отчуждению в пользу ФИО3 спорных объектов: жилой дом, с кадастровым номером 66:25:2721002:4891 и земельный участок с кадастровым номером 66:25:2721002:1960, суд приходит к следующему.

Из представленных материалов следует, что 17.06.2023 между ИП ФИО2 и ФИО3 заключен договор купли-продажи жилого дома, площадью 146,1 кв.м. с кадастровым номером 66:25:2721002:4891 и земельного участка 992 кв.м. с кадастровым номером 66:25:2721002:1960 (т. 4 л.д. 89). Стоимость объектов по договору составила 7 060 000 рублей, из которых жилой дом – 5 651 360 рублей, земельный участок – 1 408 640 рублей.

Оплата по договору произведена за счет личных средств в сумме 1 060 000 рублей, и за счет кредитных средств в размере 6 000 000 рублей. Расчеты производятся с использованием номинального счета ООО «Домклик».

Судом установлено, что 17.06.2023 ФИО3 заключил кредитный договор с ПАО «Сбербанк» № 157495 (т. 4 л.д. 77-78) на сумму 6 000 000 рублей.

Созаемщиком по кредитному договору выступила ФИО11, являющаяся супругой ФИО2

Цель получения кредита – приобретение готового жилья.

Согласно представленной выписки, данные обязательства обеспечены ипотекой в пользу ПАО «Сбербанк».

Согласно заключению оценщика, содержащегося в материалах по оформлению кредита, стоимость спорного жилого дома составила 5 266 000 рублей, земельного участка – 1 834 000 рублей, всего – 7 100 000 рублей (т. 4 л.д. 125-144).

Согласно справке ПАО «Сбербанк» ФИО3 осуществляются ежемесячные платежи в размере в среднем по 45 000 рублей, о чем представлены в материалы дела чеки. Размер оплаты основного долга составил за период 17.07.2023 по 18.12.2023 – 41 714,50 рублей, процентов за этот же период – 230 971,34 рублей.

Согласно пунктам 3 и 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

В силу п. 1 ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В случае несоблюдения данного запрета суд на основании пункта 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом.

Как разъяснил Верховный Суд Российской Федерации в пункте 1 Постановления Пленума от 23 июня 2015 года N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", добросовестным поведением является поведение, ожидаемое от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

В пункте 7 вышеуказанного Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 указано, что, если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пункты 1 или 2 статьи 168 ГК РФ).

По смыслу приведенных норм Гражданского кодекса Российской Федерации и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации, для признания сделки недействительной по основаниям ст. 10 и ст. 170 этого же Кодекса необходимо установить, что стороны сделки действовали недобросовестно, в обход закона и не имели намерения совершить сделку в действительности.

При этом под злоупотреблением правом понимается поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации пределов осуществления гражданских прав, осуществляемое с незаконной целью или незаконными средствами, нарушающее при этом права и законные интересы других лиц и причиняющее им вред или создающее для этого условия.

Под злоупотреблением субъективным правом следует любые негативные последствия, явившиеся прямым или результатом осуществления субъективного права.

В соответствии с п. 1 ст. 131 Гражданского кодекса Российский Федерации право собственности и другие вещные права на недвижимые вещи, ограничения этих прав, их возникновение, переход и прекращение подлежат государственной регистрации в едином государственном реестре органами, осуществляющими государственную регистрацию прав на недвижимость и сделок с ней.

Согласно п. 1 ст. 551 Гражданского кодекса Российский Федерации переход к покупателю права собственности на недвижимое имущество по договору продажи недвижимости подлежит государственной регистрации.

Недвижимое имущество признается принадлежащим добросовестному приобретателю (п. 1 ст. 302 ГК РФ) на праве собственности с момента такой регистрации, за исключением предусмотренных статьей 302 настоящего Кодекса случаев, когда собственник вправе истребовать такое имущество от добросовестного приобретателя.

Согласно правовой позиции, изложенной в п. 38 совместного Постановления Пленума Верховного Суда РФ N 10, Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ N 22 от 29.04.2010, приобретатель может быть признан добросовестным, если докажет, что при совершении сделки он не знал и не должен был знать о неправомерности отчуждения имущества продавцом, в частности, если принял разумные меры для выяснения правомочий продавца на отчуждение имущества.

Приобретатель не может быть признан добросовестным, если на момент совершения сделки по приобретению имущества право собственности в ЕГРП было зарегистрировано не за отчуждателем или в ЕГРП имелась отметка о судебном споре в отношении этого имущества.

Применительно к положениям вышеуказанных правовых норм и разъяснениям Верховного Суда РФ суд указал, что переход права собственности к ФИО3 на жилой дом, с кадастровым номером 66:25:2721002:4891 и земельный участок с кадастровым номером 66:25:2721002:1960, прошел государственную регистрацию 19.06.2023, что подтверждается отметкой о регистрации Управления Росреестра по СО на договоре купли-продажи недвижимости от 17.06.2023 с применением ипотечного кредитования (т. 1 л.д. 75-82, т. 4 л.д. 76-198).

Требования закона, предъявляемые к заключению договора купли-продажи недвижимого имущества, ответчиком ФИО3 выполнены в полном объеме, в связи с чем, основания для признания оспариваемого договора купли-продажи от 19.06.2023 недействительным по основаниям ст. 10, ст. 168 Гражданского кодекса Российской Федерации отсутствуют.

Согласно ч. 1, 2 ст. 166 Гражданского кодекса Российской Федерации, сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе. Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия.

Согласно п. 1 ст. 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 86 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна (пункт 1 статьи 170 ГК РФ).

Следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним.

Равным образом осуществление сторонами мнимой сделки для вида государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Из анализа приведенной нормы и разъяснений по ее применению следует, что мнимая сделка характеризуется несоответствием письменно выраженного волеизъявления подлинной воле сторон, в связи с чем сделка является мнимой в том случае, если уже в момент ее совершения воля обеих сторон не была направлена на возникновение, изменение и прекращение соответствующих гражданских прав и обязанностей. Поскольку мнимая сделка совершается лишь для вида, одним из показателей ее мнимости служит несовершение сторонами тех действий, которые предусматриваются данной сделкой.

Для признания сделки мнимой необходимо установить, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, характерные для сделок данного вида. При этом обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения.

Таким образом, при квалификации сделки в качестве мнимой необходимо установить ее фиктивный характер, который заключается в отсутствие у сторон такой сделки цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей.

В то же время для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется. Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной.

Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся.

Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств.

Согласно статье 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений.

Суд, исследуя представленные доказательства оформления договора с применением кредитных денежных средств, сведения о последовательном погашении задолженности согласно графику, сведения о стоимости строительных работ и материалов (т. 2 л.д. 44-75), а также исследуя представленные фото (т. 2 л.д. 76-87) и видеофайлы (приобщены на флэш-карте), где имеются сведения о фиксации факта проживания истца в спорном доме и на земельном участке, имеющуюся вокруг домашнюю обстановку, домашние вещи, наличие животных в доме (кот, собака, попугай), видео летнего периода, свидетельствующие о проживании в доме именно с супругой и ребенком, непосредственно ФИО3, занимавшимися домашними делами, приходит к выводу, что данное жилое помещение и земельный участок получены в собственность ФИО3 для использования им в своих интересах, а не для создания видимости права собственности и фактического использования в своей предпринимательской деятельности.

Указанное, по мнению суда, опровергает доводы иска в части признания сделки от 17.06.2023 между ИП ФИО2 и ФИО3 мнимой.

При этом, несмотря на то, что свидетель ***19 в ходе судебного заседания не смогла дать пояснения относительно обстановки в доме, суд полагает, что данное обстоятельство при наличии видеофайлов не опровергает доводов ФИО3 о приобретении данных объектов с целью их самостоятельного использования по назначению.

Также, суд приходит к выводу о последовательности доводов ответчика ФИО3 о том, что обладая строительным образованием, он, приобретая данный дом и земельный участок, имеет возможность их усовершенствования и реализовывает ее. В частности, ФИО1, оформляя договор от 28.02.2023, обсуждала вопрос о приобретении дома площадью 128 кв.м.+/- 7 кв.м., тогда как при оформлении сделки с ФИО3, площадь данного дома уже составила 146 кв.м. Также, имеющиеся фото и видеофайлы подробно фиксируют обстановку вокруг дома, изменение ландшафта, ремонт оборудования.

Доводы иска относительно наличия у ответчика ФИО2 спора в отношении данных объектов не свидетельствуют о наличии данных сведений у ответчика ФИО3 Между тем, мнимость сделки по ее определению предполагает сокрытие действительного смысла сделки в интересах обеих ее сторон.

Таким образом, суд полагает требования истца в этой части необоснованными и не подлежащими удовлетворению.

В связи с чем, требования о понуждении ответчика исполнить обязательства по договору обеспечительного платежа от 28.02.2023 (в случае оценки его как договора купли-продажи с отсрочкой платежа), обязать подготовить объекты продажи (жилой дом с земельным участком) к передаче, в том числе: обеспечить соответствие жилого дома характеристикам, указанным в Договоре, путем выполнения соответствующих строительных работ, обеспечить соответствие передаваемого жилого дома всем нормам и правилам предъявляемым к жилым домам, обеспечить соответствие жилого дома и земельного участка требованиям, предъявляемым банком к объекту ипотеки по программе сельскохозяйственной ипотеки, передать документы на жилой дом и земельный участок, необходимые для оформления сделки купли-продажи и государственной регистрации перехода права собственности на них, поскольку право собственности на данный дом и земельный участок ответчику ИП ФИО2 не принадлежит.

Поскольку действие договора от 28.02.2023 прекратилось до 30.05.2023 (даты оформления дома и участка к передаче согласно п. 3.1.1), то оснований для взыскания с продавца в пользу истца неустойки за просрочку передачи товара в размере 1 875 руб. за каждый день просрочки, начиная с 13.04.2023 по 10.05.2023, в общей сумме 52 500 руб., у суда не имеется. Требование в этой части подлежит отклонению.

Оценивая требования иска в части взыскания с продавца в пользу истца неустойку в соответствии со ст. 23 Закона РФ от 07.02.1992 № 2300-1 «О защите прав потребителей» в размере 68 500 руб. за каждый день просрочки, начиная с 13.04.2023, суд приходит к следующему.

В силу пункта 1 статьи 23 Закона о защите прав потребителейза нарушение предусмотренных статьями 20, 21 и 22 закона сроков, а также за невыполнение (задержку выполнения) требования потребителя о предоставлении ему на период ремонта (замены) аналогичного товара продавец (изготовитель, уполномоченная организация или уполномоченный индивидуальный предприниматель, импортер), допустивший такие нарушения, уплачивает потребителю за каждый день просрочки неустойку (пеню) в размере одного процента цены товара.

Из разъяснений, содержащихся в абз. 5 п. 32 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 28 июня 2012 г. N 17 "О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей" следует, что в случае, когда продавцом нарушены сроки устранения недостатков товара или сроки возврата уплаченной за товар денежной суммы, сроки возмещения убытков, причиненных потребителю вследствие продажи товара ненадлежащего качества, неустойка (пеня) взыскивается за каждое допущенное этими лицами нарушение.

Между тем, в данных правоотношениях таких нарушений в отношении истца судом не установлено, соответственно, требование в этой части подлежит отклонению.

В абзаце 3 пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

В пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" разъяснено, что обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда.

Потерпевший - истец по делу о компенсации морального вреда должен доказать факт нарушения его личных неимущественных прав либо посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага, а также то, что ответчик является лицом, действия (бездействие) которого повлекли эти нарушения, или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Вина в причинении морального вреда предполагается, пока не доказано обратное. Отсутствие вины в причинении вреда доказывается лицом, причинившим вред (часть 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В пункте 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" разъяснено, что под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции).

Поскольку ни указанных в п. 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года N 33 обстоятельств, на нарушений прав истца как потребителя, являющегося безусловным основанием для возмещения морального вреда по делу не установлено, то требования в части взыскания морального вреда в размере 500 000 рублей подлежат отклонению.

Поскольку требования иска отклонены, то оснований для возмещения судебных расходов не имеется.

На основании изложенного, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении заявленных исковых требований в полном объеме.

В соответствии с ч.3 ст.196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд принимает решение по заявленным исковым требованиям. Иных исковых требований в рамках настоящего гражданского дела сторонами не заявлено.

Суд при вынесении решения оценивает исследованные доказательства в совокупности и учитывает, что у сторон не возникло дополнений к рассмотрению дела по существу, стороны согласились на окончание рассмотрения дела при исследованных судом доказательствах, сторонам также было разъяснено бремя доказывания в соответствии с положениями ст.ст.12,35,56,57 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

исковые требования ФИО1 к ИП ФИО2, ФИО3 о понуждении к исполнению обязательств по договору обеспечительного платежа, признании сделки недействительной, применении последствий недействительности сделки, взыскании неустойки, компенсации морального вреда, - оставить без удовлетворения.

Решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в Свердловский областной суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья: <***> Е.В. Самойлова