Решение по делу № 2-138/2025 от 18.09.2025 - о взыскании компенсации морального вреда.

Мотивированное решение изготовлено 18 сентября 2025 года

УИД 51RS0021-01-2024-003621-71

Дело № 2-138/2025

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

04 сентября 2025 года ЗАТО г. Североморск

Североморский районный суд Мурманской области в составе:

председательствующего судьи Петровой О.С.

при секретаре Иргит А.А.,

с участием прокурора Каневой Р.А.,

истца ФИО1,

представителя ответчика ФИО2,

представителя третьего лица ФИО3,

третьего лица ФИО4,

рассмотрев гражданское дело по иску ФИО1 к государственному областному учреждению здравоохранения «Центральная районная больница ЗАТО г.Североморск», Министерству здравоохранения Мурманской области, государственному областному учреждению здравоохранения «Мурманская областная клиническая больница им. П.А. Баяндина» о взыскании компенсации морального вреда,

установил:

ФИО1 обратился в суд с иском, уточненным в ходе рассмотрения дела в порядке статьи 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, к государственному областному учреждению здравоохранения «Центральная районная больница ЗАТО г.Североморск» (далее «ГОБУЗ «ЦРБ ЗАТО г. Североморск»), Министерству здравоохранения Мурманской области, государственному областному учреждению здравоохранения «Мурманская областная клиническая больница им. П.А. Баяндина» (далее ГОБУЗ «МОКБ им. П.А. Баяндина») о взыскании компенсации морального вреда.

В обоснование заявленных требований и в судебных заседаниях истцом указано, что в августе 2023 года он обратился в поликлинику ГОБУЗ «ЦРБ ЗАТО г. Североморск» по месту жительства с жалобами на ***.

10 октября 2023 года осмотрен травматологом ГОБУЗ «МОКБ им. Н.П. Баяндина» ФИО5, проведены исследования: ***, *** выставлен диагноз: ***. Состояние после *** от 2017 г. Показано оперативное лечение в плановом порядке в ГОБУЗ «МОКБ им. Н.П. Баяндина», в рамках ***. ***.

Вместе с тем при подготовке заключения допущена опечатка, неправильно указана сторона лечения: все обследования проводились *** и с жалобами он обратился ***, а в заключении показано ***.

На приеме у лечащего врача терапевта ФИО6 в ГОБУЗ «ЦРБ ЗАТО г. Североморск» он сообщил об ошибке в заключении ГОБУЗ «МОКБ им. Н.П. Баяндина», в связи с чем ею в документ внесены рукописные изменения в части указания стороны вмешательства.

В декабре 2023 года его направили на предоперационную подготовку с целью ***, при этом вновь была перепутана сторона вмешательства, назначили дату госпитализации в ГОБУЗ «МОКБ им. Н.П. Баяндина» на 19 февраля 2024 года. Однако оперативное лечение не проведено ввиду того, что ему было показано ***, а такие операции на базе данного медицинского учреждения не проводятся.

19 февраля 2024 года врачом ГОБУЗ «МОКБ им. Н.П. Баяндина» ФИО7 выдано заключение, согласно которому ему показано ***, в связи с чем необходимо оформление документов для выполнения операции с использованием квоты ВМП (бюджет) в поликлинике по месту жительства.

Истец повторно осмотрен врачом-хирургом ГОБУЗ «ЦРБ ЗАТО г. Североморск», начато оформление пакета документов в рамках ВМП для проведения *** в Федеральное государственное бюджетное учреждение «Национальный медицинский исследовательский центр травматологии и ортопедии имени Р.Р. Вредена» Министерства здравоохранения Российской Федерации (далее ФГБУ «НМИЦ ТО им. Р.Р. Вредена»).

Ввиду отсутствия какой-либо информации относительно поступления его документов в ФГБУ «НМИЦ ТО им.Р.Р. Вредена», он неоднократно обращался к лечащему врачу ФИО4 и заведующему поликлиникой (в мае, июне, июле 2024 года), однако все его вопросы и просьбы были проигнорированы, в связи с чем он обратился в прокуратуру г. Североморска.

В сентябре 2024 года на приеме у врача-хирурга поликлиники ФИО4 ему предложили написать заявление для подготовки направления документов на выполнение *** в рамках ВМП по ОМС в Федеральное государственное бюджетное учреждение «Национальный медицинский исследовательский центр имени В.А. Алмазова» (далее ФГБУ «НИМЦ им. В.А. Алмазова»), дата госпитализации назначена на 08 сентября 2025 года.

Ссылаясь на приведенные обстоятельства и положения ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, истец просил взыскать с ответчиков в равных долях в его пользу денежную компенсацию морального вреда, причиненного ему в результате ненадлежащего оказания медицинских услуг, в общем размере 1 000 000 руб.

В обоснование заявленного к взысканию размера компенсации морального вреда указал, что на протяжении длительного времени он испытывал постоянные выраженные болевые ощущения в ***, принимал сильнодействующие обезболивающие, переживал из-за халатного и невнимательного к нему отношения, в результате которого проведение рекомендованного ему в 2023 году оперативного лечения стало возможным лишь спустя 2 года, при этом он вынужден был неоднократно обращаться к врачам, руководству поликлиники, прокуратуру и суд с целью разрешения вопроса о его дальнейшем лечении. Просил учесть, что он совместно с супругой ухаживает за взрослым сыном инвалидом I группы, которого надо поднимать, переворачивать, купать, в связи с чем несвоевременное лечение существенно осложняло его образ жизни, увеличивало нагрузку на ***, в отношении которого в 2016 году проведено ***, и влекло ***.

Представитель ответчика ГОБУЗ «ЦРБ ЗАТО г. Североморск» ФИО2 в судебном заседании возражала против удовлетворения иска по основаниям, подробно изложенным в письменном отзыве и дополнениях к нему. Полагала, что длительное ожидание плановой операции каких-либо неблагоприятных последствий для пациента не повлекло. Выявленные дефекты ведения медицинской документации носят формальный характер и никак не повлияли на состояние его здоровья, оказание пациенту медицинской помощи, назначение ему лечения, что подтверждается самой экспертной организацией в сопроводительном письме к экспертным заключениям.

Полагала, что вывод экспертов о том, что 28 февраля 2024 года при осмотре истца врачом-хирургом неверно установлен диагноз «***», не подтверждается материалами дела, поскольку запись осмотра врача от 28 февраля 2024 года выполнена от руки и содержит исправления в поставленном диагнозе, в связи с чем достоверно определить что диагноз установлен относительного ***, не представляется возможным. Полагала, что в данном случае врачом допущена описка, исправленная сразу же, которая никак не повлияла на процесс и результат оказания медицинской помощи пациенту, поскольку какие-либо процедуры и манипуляции на *** истцу не проводились ни до 28 февраля 2024 года, ни после.

Предположила, что допущенная врачом описка связана с опечаткой травматолога ГОБУЗ «МОКБ им. П.А. Баяндина» ФИО5 в указании на тотальное ***, так как при оформлении пакета в рамках ВМП для последующего проведения оперативного лечения на центральных базах врачом хирургом использовались комплексные данные заключений обследований и осмотров других врачей, в том числе и ФИО5

Не согласилась с тем, что отказ ГОБУЗ «МОКБ им. Н.П. Баяндина» в декабре 2023 года от проведения истцу операции был обусловлен неправильным оформлением документов ГОБУЗ «ЦРБ ЗАТО г. Североморск», поскольку протокол заседания врачебной подкомиссии по отбору пациентов на госпитализацию для оказания ВМП в ГОБУЗ «МОКБ им. П.А. Баяндина» №36 от 19 февраля 2024 года не содержит данных о неправильном оформлении медицинской документации и оформлении квоты на ***. Причиной отказа ГОБУЗ «МОКБ им. П.А. Баяндина» в оказании ВМП послужила необходимость направления пациента для оказания ВМП в федеральную медицинскую организацию в соответствии с действующим законодательством. Описка, допущенная 28 февраля 2024 года при записи осмотра пациента, состоялась уже после отказа ГОБУЗ «МОКБ им. П.А. Баяндина» в проведении оперативного лечения.

Другие выявленные экспертами нарушения при оказании медицинской помощи, такие как отсутствие в медицинской документации результатов обследований, осмотров, консультаций обследований специалистов, дневниковых записей, позволяющих оценить динамику состояния здоровья пациента, согласно экспертному заключению не повлияли на состояние здоровья пациента ФИО1

Указала, что комплект документов в ФГБУ «НМИЦ ТО им. Р.Р. Вредена» направлен посредством почтовой связи 27 апреля 2024 года, и ответом данного учреждения подтверждается факт его получения 17 мая 2025 года, в связи с чем полагала необоснованными доводы истца о нарушении сроков направления документов на оказание ему высокотехнологичной медицинской помощи.

При этом просила учесть, что сроки ожидания по виду ВМП ОМС составляют в среднем 1,5-2 года и зависят от выделенных объемов финансирования, в связи с чем вины ГОБУЗ «ЦРБ ЗАТО г. Североморск» в длительном ожидании истцом оперативного лечения не имеется.

С учетом изложенного просила отказать истцу в удовлетворении заявленных требований.

Представитель ответчика ГОБУЗ «МОКБ им.П.А.Баяндина» ФИО3 просила в удовлетворении заявленных требований отказать. Не отрицая тот факт, что медицинским персоналом ГОБУЗ «МОКБ им.П.А.Баяндина» была допущена ошибка при оформлении результатов осмотра пациента в указании стороны вмешательства (левая/правая) и вида оперативного лечения (***), полагала, что указанные действия каких-либо прав истца не нарушили.

Так, неправильное указание в отношении истца стороны оперативного вмешательства само по себе какого-либо значения не имело, поскольку при поступлении в медицинское учреждение проводится предоперационный осмотр пациента, который позволил бы устранить описку. Что же касается вида оперативного вмешательства, то, по мнению представителя ответчика, эта ошибка должна была быть устранена ВВК ГОБУЗ «ЦРБ ЗАТО г. Североморск» при отборе пациента на лечение в ГОБУЗ «МОКБ им.П.А.Баяндина», так как в распоряжении комиссии имелось не только заключение травматолога, но и иные медицинские документы, на основании которых возможно было правильно установить вид необходимого истцу оперативного лечения.

Кроме того, поскольку осмотр травматолога ФИО5 имел рукописные исправления, комиссия не имела права принимать такой документ к рассмотрению.

Представитель ответчика Министерства здравоохранения Мурманской области в письменном отзыве полагал, что основания для удовлетворения исковых требований отсутствуют, поскольку по информации, полученной от ГОБУЗ «ЦРБ ЗАТО г. Североморск», ответчиком надлежащим образом исполняются обязательства по направлению ФИО1 на центральные медицинские базы для оказания высокотехнологичной медицинской помощи. В случае удовлетворения исковых требований не отрицал, что Минздрав России является исполнительным органом Мурманской области, представляющим интересы собственника государственного имущества Мурманской области, и несет субсидиарную ответственность по обязательствам ГОБУЗ «ЦРБ ЗАТО г. Североморск» и ГОБУЗ «МОКБ им. Н.П. Баяндина», связанную с причинением вреда гражданам. С учетом изложенного считал, что основания для привлечения к участию в деле в качестве третьих лиц Правительства Мурманской области и Министерства имущественных отношений Мурманской области отсутствуют.

Третье лицо ФИО4 (врач хирург, член ВК ГОБУЗ «ЦРБ ЗАТО г. Североморск) возражал против удовлетворения заявленных требований по основаниям, аналогичным приведенным ответчиком ГОБУЗ «ЦРБ ЗАТО г. Североморск». Дополнительно пояснил, что 19 февраля 2024 года ФИО1 был направлен в ГОБУЗ «МОКБ им. Н.П. Баяндина» для проведения *** согласно заключению от 10 октября 2023 года. Привел довод о том, что при направлении на оперативное вмешательство указывается соответствующий код, и поскольку в отношении ФИО1 данный код был указан специалистом ГОБУЗ «МОКБ им.П.А.Баяндина» ФИО5, а сам он травматологом не является, оснований не доверять заключению профильного врача у него не имелось.

Третье лицо ФИО8 (зам. главного врача по амбулаторно-поликлинической работе, председатель ВК), участвуя в судебном заседании на стадии объяснений, в судебном заседании с иском не согласился. Полагал, что ГОБУЗ «ЦРБ ЗАТО г. Североморск» предприняты все необходимые меры для оказании истцу медицинской помощи надлежащего качества. Подтвердил, что на ВВК осмотр травматолога ГОБУЗ «МОКБ им. Н.П. Баяндина» от 10 октября 2023 года был представлен с рукописными изменениями, однако просил учесть, что указанный документ был принят комиссией с целью экономия времени и скорейшего оказания медицинской помощи пациенту. При этом также настаивал на том, что неправильное указание стороны оперативного вмешательства могло быть устранено в ходе предоперационного обследования.

Третье лицо ФИО5 (врач травматолог ГОБУЗ «МОКБ им. Н.П. Баяндина») в судебное заседание не явился, о дате времени и месте его проведения извещен надлежаще. Ранее, принимая участие в судебном заседании, не отрицал, что 10 октября 2023 года при записи осмотра ФИО1 была допущена ошибка в указании стороны оперативного вмешательства и вида ***, но при этом указал, что ошибка допущена не им, а медсестрой, оформлявшей данный документ.

Третье лицо ФИО9 (медсестра ГОБУЗ «МОКБ им. Н.П. Баяндина») в судебное заседание не явилась, о дате, времени и месте его проведении извещена надлежащим образом. В письменном отзыве мнения по заявленным требования не высказала, указала, что при осмотре пациента ФИО1 врач травматолог ФИО5 писал заключение сам, а она как медсестра вносила только данные инструментального обследования (***).

Третье лицо ФИО6 (врач терапевт ГОБУЗ «ЦРБ ЗАТО г. Североморск член ВК ГОБУЗ «ЦРБ ЗАТО г. Североморск), ФИО10 (врач терапевт, член ВК ГОБУЗ «ЦРБ ЗАТО г. Североморск) в судебное заседание не явились, о дате, времени и месте его проведения извещены.

Третьи лица АО «Страховая компания «СОГАЗ-Мед», ФГБУ «НИМЦ им.В.А.Алмазова», ФГБУ «НМИЦ ТО им.Р.Р. Вредена», будучи надлежаще извещенными о дате, времени и месте судебного разбирательства, в судебное заседание представителей не направили, просили рассмотреть дело в их отсутствие.

Заслушав участников процесса, исследовав материалы дела, обозрев медицинские документы истца, выслушав заключение прокурора, полагавшего, что исковые требования подлежат удовлетворению, суд приходит к следующим выводам.

В соответствии с частью 1 статьи 41 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь. Медицинская помощь в государственных и муниципальных учреждениях здравоохранения оказывается гражданам бесплатно за счет средств соответствующего бюджета, страховых взносов, других поступлений.

Отношения, возникающие в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, регулируются Федеральным законом от 21.11.2011 № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» (далее – ФЗ №323).

Согласно пункту 1 статьи 2 ФЗ № 323 здоровье – это состояние физического, психического и социального благополучия человека, при котором отсутствуют заболевания, а также расстройства функций органов и систем организма.

Охрана здоровья граждан – это система мер политического, экономического, правового, социального, научного, медицинского, в том числе санитарно-противоэпидемического (профилактического), характера, осуществляемых органами государственной власти Российской Федерации, органами государственной власти субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления, организациями, их должностными лицами и иными лицами, гражданами в целях профилактики заболеваний, сохранения и укрепления физического и психического здоровья каждого человека, поддержания его долголетней активной жизни, предоставления ему медицинской помощи (пункт 2 статьи 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

В силу статьи 4 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» к основным принципам охраны здоровья относятся, в частности: соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий; приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи; ответственность органов государственной власти и органов местного самоуправления, должностных лиц организаций за обеспечение прав граждан в сфере охраны здоровья; доступность и качество медицинской помощи; недопустимость отказа в оказании медицинской помощи.

Медицинская помощь – это комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг; пациент – это физическое лицо, которому оказывается медицинская помощь или которое обратилось за оказанием медицинской помощи независимо от наличия у него заболевания и от его состояния (пункты 3, 9 статьи 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Каждый имеет право на медицинскую помощь в гарантированном объеме, оказываемую без взимания платы в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи, а также на получение платных медицинских услуг и иных услуг, в том числе в соответствии с договором добровольного медицинского страхования (части 1, 2 статьи 19 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

В пункте 21 статьи 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» определено, что качество медицинской помощи – это совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

Медицинская помощь, за исключением медицинской помощи, оказываемой в рамках клинической апробации, организуется и оказывается: 1) в соответствии с положением об организации оказания медицинской помощи по видам медицинской помощи, которое утверждается уполномоченным федеральным органом исполнительной власти; 2) в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, утверждаемыми уполномоченным федеральным органом исполнительной власти и обязательными для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями; 3) на основе клинических рекомендаций; 4) с учетом стандартов медицинской помощи, утверждаемых уполномоченным федеральным органом исполнительной власти (часть 1 статьи 37 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Критерии оценки качества медицинской помощи согласно части 2 статьи 64 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» формируются по группам заболеваний или состояний на основе соответствующих порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов лечения) по вопросам оказания медицинской помощи, разрабатываемых и утверждаемых в соответствии с частью 2 статьи 76 этого федерального закона, и утверждаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.

Медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации (части 2 и 3 статьи 98 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Исходя из приведенных нормативных положений, регулирующих отношения в сфере охраны здоровья граждан, право граждан на охрану здоровья и медицинскую помощь гарантируется системой закрепляемых в законе мер, включающих в том числе как определение принципов охраны здоровья, качества медицинской помощи, порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи, так и установление ответственности медицинских организаций и медицинских работников за причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.

В соответствии с пунктом 9 части 5 статьи 19 ФЗ № 323-ФЗ пациент имеет право на возмещение вреда, причиненного здоровью при оказании ему медицинской помощи.

Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Согласно статье 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Моральный вред компенсируется лишь при наличии вины причинителя вреда. Исключение составляют случаи, прямо предусмотренные законом.

Согласно пунктам 1 и 3 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 и статьей 151 настоящего Кодекса. Компенсация морального вреда осуществляется независимо от подлежащего возмещению имущественного вреда.

В силу положений статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда, в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Согласно пункту 11 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» по общему правилу, установленному пунктами 1 и 2 статьи 1064 ГК Российской Федерации, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины.

Установленная статьей 1064 ГК Российской Федерации презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Согласно п. 1 ст. 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Для возложения ответственности в виде возмещения вреда должны быть установлены противоправность поведения причинителя вреда и его вина, наличие и размер ущерба, причинно-следственная связь между действиями причинителя вреда и причиненным ущербом. При этом бремя доказывания причинения ущерба и причинно-следственной связи между действиями ответчика и причинением ущерба лежит на истце.

В силу положений статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которых она основывает свои требования или возражения.

Как следует из материалов дела, истец имеет ряд заболеваний: ***. Последствия *** от 2013 г. ***. ***. *** от 2017 г. ***. Состояние после операции от 2001, 2002, 2003 - ***. ***. ***. ***. *** от 19 ноября 2023 года.

В августе 2023 года ФИО1 обратился в поликлинику ГОБУЗ «ЦРБ ЗАТО г. Североморск» по месту жительства с жалобами на постоянную боль в ***.

10 октября 2023 год осмотрен травматологом ГОБУЗ «МОКБ им. Н.П. Баяндина» ФИО5, проведены исследования: ***, выставлен диагноз: ***. *** от 2017 г. Показано оперативное лечение в плановом порядке в ГОБУЗ «МОКБ им. Н.П. Баяндина», в рамках ВМП бюджет, ***. *** (т. 1 л.д. 86).

Вместе с тем при подготовке заключения была допущена опечатка, неправильно указана сторона лечения: все обследования проводились на *** и с жалобами он обратился на ***, а в заключении показано ***.

На приеме у лечащего врача ФИО6 в ГОБУЗ «ЦРБ ЗАТО г. Североморск» истец сообщил об ошибке в заключении ГОБУЗ «МОКБ им. Н.П. Баяндина», в связи с чем ею в документ внесены рукописные изменения в части указания стороны вмешательства.

Согласно этапному эпикризу на ВК от 18 октября 2023 года истец с диагнозом *** (***) нуждается в оформлении пакета документов на ВМП с целью ***.

Из протокола врачебной комиссии в составе ФИО8 (председателя зам. главного врача по амбулаторно-поликлинической работе, председатель ВК), ФИО10, ФИО6 (врачи терапевты ГОБУЗ «ЦРБ ЗАТО г. Североморск», члены ВК ГОБУЗ «ЦРБ ЗАТО г. Североморск) №380 от 18 октября 2025 года следует, что пакет документ на ВМП в отношении истца оформлен.

16 февраля 2024 года истцу выдано направление на оперативное лечение 19 февраля 2023 года в ГОБУЗ «МОКБ им. Н.П. Баяндина», но копии направления не сохранилась.

Дата госпитализации в ГОБУЗ «МОКБ им. Н.П. Баяндина» была назначена на 19 февраля 2024 года, однако оперативное лечение не проведено ввиду того, что истцу показано ***, а такие операции на базе данного медицинского учреждения не проводятся.

19 февраля 2024 года врачом ГОБУЗ «МОКБ им. Н.П. Баяндина» ФИО7 выдано заключение, согласно которому ФИО1 рекомендовано ***, в связи с чем необходимо оформление документов для выполнения операции с использованием квоты ВМП (бюджет) в поликлинике по месту жительства.

Согласно действовавшему на момент возникновения спорных правоотношений постановлению Правительства Российской Федерации от 28 декабря 2023 года №2353 «О программе государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи на 2024 год и на плановый период 2025 и 2026 годов с 01 января 2024 года вид ВМП «***» относится к перечню видов ВМП, включенных в базовую программу обязательного медицинского страхования.

Согласно пункту 11 Порядка медицинские показания к оказанию высокотехнологичной медицинской помощи определяет лечащий врач медицинской организации, в которой пациент проходит диагностику и лечение в рамках оказания первичной специализированной медико-санитарной помощи и (или) специализированной медицинской помощи, с учетом права на выбор медицинской организации.

Наличие медицинских показаний к оказанию высокотехнологичной медицинской помощи подтверждается решением врачебной комиссии указанной медицинской организации, которое оформляется протоколом и вносится в медицинскую документацию пациента.

В соответствии с пунктом 14 Порядка при наличии медицинских показаний к оказанию высокотехнологичной медицинской помощи, подтвержденных в соответствии с пунктом 11 настоящего Порядка, лечащий врач медицинской организации, в которой пациент проходит диагностику и лечение в рамках оказания первичной специализированной медико-санитарной помощи и (или) специализированной медицинской помощи (далее - направляющая медицинская организация) оформляет направление на госпитализацию для оказания высокотехнологичной медицинской помощи на бланке направляющей медицинской организации, которое должно быть написано разборчиво от руки или в печатном виде, заверено личной подписью лечащего врача, личной подписью руководителя медицинской организации (уполномоченного лица), печатью направляющей медицинской организации, на которой идентифицируется полное наименование медицинской организации в соответствии с учредительными документами.

Руководитель или уполномоченный руководителем работник направляющей медицинской организации представляет комплект документов, предусмотренных пунктами 14 и 15 настоящего Порядка, в течение трех рабочих дней, в том числе посредством подсистемы единой системы, почтовой и (или) электронной связи в медицинскую организацию, включенную в реестр, в случае оказания высокотехнологичной медицинской помощи, включенной в базовую программу обязательного медицинского страхования (далее - принимающая медицинская организация) (пункт 16.1 Порядка).

Как следует из материалов дела, 28 февраля 2024 года ФИО1 повторно осмотрен врачом хирургом ФИО4, начато оформление документов в рамках ВМП для проведения ***, который рассмотрен ВК ГОБУЗ «ЦРБ ЗАТО г. Североморск» 07 марта 2024 года. Однако документы согласно информации ФГБУ «НМИЦ ТО им.Р.Р. Вредена» (т. 1 л.д. 233) поступили в данное учреждение только 17 мая 2024 года. При этом сроки ожидания высокотехнологичной операции в ФГБУ «НМИЦ ТО им.Р.Р. Вредена» по виду ВМП ОМС 16.00.73.001 составляют в среднем 1,5-2 года и зависят от выделенных объемов по ВМП ОМС.

02 сентября 2024 года в связи с длительным непоступлением вызова ФИО1 на госпитализацию в ФГБУ «НМИЦ ТО им.Р.Р. Вредена» на основании совместного, что не отрицалось истцом в ходе судебного разбирательства, решения врача хирурга ФИО11 и пациента направлена заявка на оперативное лечение ФИО1 в ФГБУ «НИМЦ им. В.А. Алмазова», дата госпитализации назначена на 08 сентября 2025 года.

Ссылаясь на приведенные обстоятельства, истец, полагая, что ответчиками ему оказана медицинская помощь ненадлежащего качества, выразившаяся в несвоевременном проведении оперативного лечения, чем ему причинены физические и нравственные страдания, обратился в суд с настоящим иском.

Разрешая заявленные требования, суд учитывает, что по рассматриваемой категории дел законом установлена презумпция вины причинителя вреда, которая предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт наличия вреда (физических и нравственных страданий - если это вред моральный), а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

По мнению суда, истцом в соответствии со ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации представлены доказательства, подтверждающие факт обращения за получением медицинской помощи, факт оказания ответчиками ГОБУЗ «ЦРБ ЗАТО г. Североморск», ГОБУЗ «МОКБ им. П.А. Баяндина» медицинской помощи.

При таких обстоятельствах, применительно к спорным отношениям, в соответствии с действующим правовым регулированием медицинские организации – ответчики по делу - должны доказать отсутствие своей вины в причинении морального вреда ФИО1, которому, с его слов, оказана медицинская помощь ненадлежащим образом.

С целью установления наличия/отсутствия дефектов медицинской помощи и причинно-следственной связи между действиями ответчиков и неблагоприятными последствиями, возникшими у истца, судом на разрешении поставлен вопрос о проведении судебной экспертизы по делу.

Однако ответчики, ссылаясь на отсутствие у них как у бюджетных учреждений денежных средств, ходатайства о проведении экспертизы по делу не заявили.

На основании статьи 41 Конституции Российской Федерации, пункта 5 статьи 10, пунктов 1, 2 статьи 19 Федерального закона от 21 ноября 2011 года N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации", части 1 статьи 3, части 1 статьи 4 Федерального закона "Об обязательном медицинском страховании в Российской Федерации" медицинская помощь при травмах и других последствиях внешних причин оказывается бесплатно за счет средств обязательного медицинского страхования в пределах территориальной программы обязательного медицинского страхования.

Порядок проведения контроля объемов, сроков, качества и условий предоставления медицинской помощи по обязательному медицинскому страхованию застрахованным лицам, а также ее финансового обеспечения, утвержден Приказом Министерства здравоохранения РФ от 19.03.2021 N 231н (далее - Порядок контроля).

Экспертиза качества медицинской помощи - выявление нарушений при оказании медицинской помощи, в том числе оценка своевременности ее оказания, правильности выбора методов профилактики, диагностики, лечения и медицинской реабилитации, степени достижения запланированного результата (п. 27 Порядка контроля).

Согласно п. 28 Порядка контроля экспертиза качества медицинской помощи проводится путем оценки соответствия предоставленной застрахованному лицу медицинской помощи договору по обязательному медицинскому страхованию, договору в рамках базовой программы, порядкам оказания медицинской помощи, клиническим рекомендациям, стандартам медицинской помощи.

В соответствии с п. 29 Порядка контроля экспертиза качества медицинской помощи проводится экспертом качества медицинской помощи, включенным в единый реестр экспертов качества медицинской помощи, по поручению Федерального фонда, территориального фонда или страховой медицинской организации.

Согласно п. 31 Порядка контроля экспертиза качества медицинской помощи осуществляется в форме:

1) плановой экспертизы качества медицинской помощи;

2) внеплановой экспертизы качества медицинской помощи.

При этом внеплановая целевая экспертиза качества медицинской помощи проводится в том числе (при непроведении по данным случаям оказания медицинской помощи плановой экспертизы качества медицинской помощи) в случае получения жалобы от застрахованного лица или его представителя на качество медицинской помощи в медицинской организации (п. 35 Порядка контроля).

Как следует из материалов дела, ФИО1, обратившись в суд с иском, обосновал свои требования доводами о ненадлежащем качестве медицинской помощи в медицинской организации, что, по сути, является жалобой на некачественное оказание медицинской помощи.

Учитывая изложенное, судом поручено Территориальному фонду обязательного медицинского страхования Мурманской области организовать проведение экспертизы качества медицинской помощи, оказанной ФИО1

Согласно представленным в материалы дела экспертным заключениям установлены следующие дефекты оказания медицинской помощи:

в ГОБУЗ «МОКБ им. П.А. Баяндина» (прием травматолога ФИО5 10 октября 2023 года): правильность установленного диагноза оценить не представилось возможным по причине путаницы со стороной процесса *** (инструментальные обследования и анамнез – ***, заключение с диагнозом - ***. Правильность выбранной тактики оценить также не представляется возможным по причине отсутствия информации, по какой причине после выполненного в 2017 году *** в 2023 году требуется *** (данные о нестабильности *** не представлены);

в ГОБУЗ «ЦРБ ЗАТО г. Североморск» (прием 14 августа 2023 года): оценить качество оказания медицинской помощи не представляется возможным, так как протокол осмотра травматолога не содержит данных о Ф.И.О. пациента, данных анамнеза (что в 2017 году была выполнена операция ***), нет данных инструментального обследования, содержащих информацию, что ***, диагноз ничем не подтвержден, так как *** у пациента со стороны *** нет и т.д.;

в ГОБУЗ «ЦРБ ЗАТО г. Североморск» (прием 22 декабря 2023 года): оценить качество оказания медицинской помощи не представляется возможным, так как протокол осмотра травматолога ортопеда не содержит данных анамнеза (что 2017 году была выполнена ***), нет данных общего и локального статуса, протоколов инструментальных методов исследования, содержащих информацию о том, что ***, диагноз ничем не подтвержден, также как не подтверждена и выбранная лечебная тактика (***); в осмотре хирурга не указан анамнез заболевания, не указано, какие операции выполнялись, в описании местного статуса нет описания состояния ***, не указан объем движений. Диагноз указан по МКБ, нет расшифровки клинического диагноза, в назначениях не указано, на каком *** *** 19 января 2024 года.

в ГОБУЗ «ЦРБ ЗАТО г. Североморск» период с 28 февраля 2024 года по 28 марта 2024 года установлен неверный диагноз, так как *** у пациента не оперирован и поэтому *** в нем быть не может; в осмотрах хирурга не указано, когда выполнялось ***, нет описания объективного и местного статуса, нет оценки боли, нет данных, когда была консультация ревматолога, нет информации о проведенной консервативной терапии, нет данных клинического и б/х анализа крови.

Таким образом, по результатам экспертизы качества медицинской помощи, проведенной АО «Страховая компания СОГАЗ-Мед», выявлены нарушения при оказании ответчиками медицинской помощи ФИО1: отсутствие в медицинской документации результатов обследований, осмотров, консультаций специалистов, дневниковых записей, позволяющих оценить динамику состояния здоровья застрахованного лица, а также невыполнение, несвоевременное или ненадлежащее выполнение необходимых пациенту диагностических и лечебных мероприятий в соответствии с порядками оказания медицинской помощи на основе клинических рекомендаций и с учетом стандартов медицинской помощи.

При этом согласно выводам экспертов данные нарушения не повлияли на состояние здоровья ФИО1

Приведенные заключения экспертов суд принимает как одно из доказательств по делу и оценивает их в совокупности и во взаимной связи с другими доказательствами и в системе действующих положений закона, оснований не доверять представленным заключениям у суда не имеется, сторонами данное доказательство не опровергнуто.

Вместе с тем суд учитывает, что в обоснование компенсации морального вреда истец указывал не только на то, что ненадлежащее оказание медицинской помощи повлияло на состояние его здоровья, но и на то, что в результате длительного непроведения ему оперативного лечения он испытывал постоянные выраженные болевые ощущения в ***, принимал сильнодействующие обезболивающие, переживал из-за халатного и невнимательного к нему отношения.

Оценивая представленные доказательства, суд принимает во внимание, что с жалобами на боли *** истец обратился в августе 2023 года, но ввиду допущенной травматологом ФИО5 описки в указании вида оперативного вмешательства, комплект документов был ошибочно оформлен для направления истца на лечение с целью *** в ГОБУЗ «МОКБ им. Н.П. Баяндина», тогда как на самом деле с учетом ранее проведенного *** истцу было показано ***, которое ГОБУЗ «МОКБ им. Н.П. Баяндина» на дату поступление истца (19 февраля 2024 года) не проводило.

Повторное оформление документов для проведения лечения по виду ОМС ОМП начато 28 февраля 2024 года, на ВК ГОБУЗ «ЦРБ ЗАТО г. Североморск» необходимость получения по квоте согласована 07 марта 2024 года. Однако документы в ФГБУ «НМИЦ ТО им.Р.Р. Вредена» направлены ГОБУЗ «ЦРБ ЗАТО г. Североморск» лишь в конце апреля 2024 года), то есть с нарушением трехдневного срока, установленного Порядком организации оказания высокотехнологичной медицинской помощи с применением единой государственной информационной системы в сфере здравоохранения.

Таким образом, суд приходит к выводу, что в судебном заседании нашли свое подтверждение факты некачественного оказания истцу медицинской помощи, повлиявшие на сроки оказания ему высокотехнологичной медицинской помощи, а именно: врачом ГОБУЗ «МОКБ им. Н.П. Баяндина» допущена ошибка в указании стороны оперативного вмешательства, которая не устранена ГОБУЗ «ЦРБ ЗАТО г. Североморск» на стадии направления документов, кроме того, ГОБУЗ «ЦРБ ЗАТО г. Североморск» нарушены сроки направления комплекта документов в ФГБУ «НМИЦ ТО им.Р.Р. Вредена» для оказания истцу высокотехнологичной медицинской помощи.

Суд также принимает во внимание и то обстоятельство, что врачом травматологом ФИО5 допущена ошибка при оформлении записи приема пациента в указании стороны оперативного вмешательства (вопреки доводам третьего лица, именно врач отвечает за надлежащее оформление документации по результатам приема пациента), что свидетельствует о некачественно оказанной истцу медицинской помощи, однако в то же время учитывает, что в рассматриваемом случае не эта ошибка послужила причиной для отказа ГОБУЗ «МОКБ им. Н.П. Баяндина» в проведении истцу оперативного лечения.

Иные выявленные экспертами нарушения при оказании ФИО1 медицинской помощи, такие как отсутствие в медицинской документации результатов обследований, осмотров, консультаций специалистов, дневниковых записей не повлияли на состояние его здоровья и сроки направления на оперативное лечение, что должно быть учтено судом при определении размера подлежащего возмещению вреда.

Разрешая требования истца о взыскании компенсации морального вреда, суд учитывает, что ненадлежащее оказание медицинской помощи причинило страдания, то есть причинило вред, что является достаточным основанием для возмещения вреда.

Согласно пункту 1 постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права либо нарушающими имущественные права гражданина.

Из разъяснений, содержащихся в п. 1 и п. 14 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15 ноября 2022 № 33 «О практике применения судами норм компенсации морального вреда», под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции).

При определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (п. 2 ст. 1101 ГК РФ), в связи с этим сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания (ст. 151 ГК РФ), устранить эти страдания либо сгладить их остроту.

Судам следует иметь в виду, что вопрос о разумности присуждаемой суммы должен решаться с учетом всех обстоятельств дела, в том числе значимости компенсации относительно обычного уровня жизни и общего уровня доходов граждан, в связи с чем исключается присуждение потерпевшему чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы, если только такая сумма не была указана им в исковом заявлении.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд учитывает, что истец в возрасте 63 лет (на момент возникновения спорных правоотношений) в августе 2023 года обратился в целях получения медицинской помощи в ГОБУЗ «ЦРБ ЗАТО г. Североморск», врачами которого у истца зафиксирован ***, ***. Ввиду отсутствия в данном учреждении травматолога истец был направлен к специалисту ГОБУЗ «МОКБ им. П.А. Баяндина», которым была допущена грубая ввиду своей очевидности ошибка в указании вида оперативного вмешательства и вида медицинского учреждения, в котором истцу показано лечение. Данная ошибка, несмотря на предпринятые истцом меры (обращения к врачу), устранена ГОБУЗ «ЦРБ ЗАТО г. Североморск» не была, несмотря на имеющуюся в их распоряжении медицинскую документацию, ввиду чего было потрачено время на оформление пакета документов в целях лечения истца не по рекомендованному ему виду оперативного лечения (*** вместо ***) и, соответственно, в ненадлежащее медицинское учреждение. 19 февраля 2025 года ГОБУЗ «МОКБ им. П.А. Баяндина» отказано в проведении оперативного лечения. При повторном оформлении документов ГОБУЗ «ЦРБ ЗАТО г. Североморск» нарушило сроки направления документов, установленные Порядком организации оказания высокотехнологичной медицинской помощи с применением единой государственной информационной системы в сфере здравоохранения, поскольку после состоявшейся ВК 07 марта 2024 года документы были направлены лишь в конце апреля 2024 года.

Суд также принимает во внимание характер перенесенных истцом физических страданий (***; при наличии выраженного болевого синдрома необходимость неоднократного прибытия в медицинские учреждения и участия в повторных медицинских исследованиях ввиду ошибочного направления в ненадлежащее медицинское учреждение и ограниченного срока действия результатов обследований) и нравственных страданий (осознание своей неполноценности ввиду ограничений в движениях (при том, что истец осуществляет уход совместно с супругой за взрослым сыном инвалидом I группы, которого надо поднимать, переворачивать, купать, беспокойство относительно дальнейшего лечения, чувство беспомощности в связи с невнимательным отношением врачей, допустивших и своевременно не устранивших ошибки в медицинских документах, необходимость неоднократного обращения к врачам, в прокуратуру и в суд), период, на протяжении которого истец испытывал физические и нравственные страдания, а также обстоятельства, при которых ответчиками ненадлежащим образом оказана медицинскую помощь.

При определении размера подлежащей взысканию компенсации морального вреда суд учитывает, что обязанность по соблюдению предусмотренных законом требований разумности и справедливости должна обеспечивать баланс частных и публичных интересов с тем, что пострадавшему максимально возмещался моральный вред и чтобы выплата компенсации морального вреда одним категориям граждан не нарушала бы права других категорий и не допускала неосновательного обогащения потерпевшего.

При таких обстоятельствах, исходя из требований соразмерности, справедливости, соблюдения баланса интересов сторон, и с учетом степени вины ответчиков, предпринимавших меры для лечения истца, но не выполнивших свои обязанности в полном объеме, то, что в итоге документы для рекомендованного истцу оперативного лечения были собраны, недостатки ведения ответчиками медицинской документации не повлияли на состояние здоровья истца, принимая во внимание требования разумности и справедливости, фактические обстоятельства, при которых был причинен моральный вред, исходя из характера и глубины перенесенных истцом страданий, суд считает, что денежная компенсация в размере 250 000 рублей является соразмерной характеру и тяжести причиненного истцу морального вреда.

При этом суд учитывает, что ФГБУ «НМИЦ ТО им.Р.Р. Вредена» как медицинское учреждение для оказания высокотехнологичной медицинской помощи ФИО1 было выбрано по согласованию с истцом, в дальнейшем документы также по согласованию с истцом были направлены в ФГБУ «НИМЦ им. В.А. Алмазова».

Сроки оказания ФГБУ «НМИЦ ТО им.Р.Р. Вредена» и ФГБУ «НИМЦ им. В.А. Алмазова» медицинской помощи по виду ВМП ОМС зависят от выделенных объемов финансирования и предметом рассмотрения в рамках настоящего дела не являются, поскольку исковые требования заявлены к иным ответчикам.

В соответствии с частью первой статьи 1080 Гражданского Кодекса Российской Федерации лица, совместно причинившие вред, отвечают перед потерпевшим солидарно.

Вместе с тем данная норма применима лишь при совершении несколькими лицами согласованных действий, результатом которых стало причинение вреда. В иных случаях, когда наступление вреда находится в причинной связи с противоправным поведением (действиями или бездействием) нескольких лиц, ответственность за вред может быть возложена на них только в долевом отношении, с учетом характера такой причинной связи и степени вины каждого.

Учитывая, что действия ответчиков ГОБУЗ «ЦРБ ЗАТО г. Североморск» и ГОБУЗ «МОКБ им. П.А. Баяндина» не имели согласованного порядка, суд приходит к выводу, что основания для привлечения ответчиков к солидарной ответственности отсутствуют, в связи с чем ответчики должны нести ответственность за причиненный вред в долях, которые в настоящем случае с учетом степени вины каждого из них и всех иных заслуживающих внимания обстоятельств, по мнению суда, являются равными.

Суд принимает во внимание доводы представителя ответчика ГОБУЗ «МОКБ им. П.А. Баяндина» о том, что при оформлении направления на оперативное лечение ФИО1 в ГОБУЗ «МОКБ им. П.А. Баяндина» врачебная комиссия ГОБУЗ «ЦРБ ЗАТО г. Североморск» имела возможность обнаружить и устранить допущенную врачом ФИО5 ошибку, однако в то же время принимает во внимание пояснения ФИО8 и ФИО4 о том, что ФИО1 был направлен для обследования в ГОБУЗ «МОКБ им. П.А. Баяндина» ввиду отсутствия врача травматолога в ГОБУЗ «ЦРБ ЗАТО г. Североморск», оснований не доверять заключению профильного специалиста у врачебной комиссии, в состав которой травматолог не входил, не имелось.

При таких обстоятельствах, с учетом того, что именно врач ГОБУЗ «МОКБ им. П.А. Баяндина» допустил грубую ввиду своей очевидности ошибку в указании вида оперативного вмешательства и вида медицинского учреждения, но в то же время сотрудники ГОБУЗ «ЦРБ ЗАТО г. Североморск», имея в своем распоряжении медицинские документы, не предприняли мер для ее устранения, а в последующем нарушили сроки направления документов, установленные Порядком организации оказания высокотехнологичной медицинской помощи, суд приходит к выводу о возложении на ответчиков ответственности по иску в равных долях.

Кроме того, суд приходит к выводу о наличии оснований при недостаточности имущества ГОБУЗ «ЦРБ ЗАТО г. Североморска», на которое может быть обращено взыскание, для возложения субсидиарной ответственности по обязательству учреждения на Министерство здравоохранения Мурманской области.

При этом суд учитывает следующее.

Согласно п.1 статьи 123.21 Гражданского кодекса Российской Федерации учреждением признается унитарная некоммерческая организация, созданная собственником для осуществления управленческих, социально-культурных или иных функций некоммерческого характера.

Учредитель является собственником имущества созданного им учреждения. На имущество, закрепленное собственником за учреждением и приобретенное учреждением по иным основаниям, оно приобретает право оперативного управления в соответствии с настоящим Кодексом.

Абзацем первым пункта 5 статьи 123.22 Гражданского кодекса Российской Федерации, введенной Федеральным законом от 05.05.2014 № 99-ФЗ, с 01.09.2014 предусмотрено, что бюджетное учреждение отвечает по своим обязательствам всем находящимся у него на праве оперативного управления имуществом, в том числе приобретенным за счет доходов, полученных от приносящей доход деятельности, за исключением особо ценного движимого имущества, закрепленного за бюджетным учреждением собственником этого имущества или приобретенного бюджетным учреждением за счет средств, выделенных собственником его имущества, а также недвижимого имущества независимо от того, по каким основаниям оно поступило. в оперативное управление бюджетного учреждения и за счет каких средств оно приобретено.

В силу абзаца второго пункта 5 статьи 123.22 Гражданского кодекса по обязательствам бюджетного учреждения, связанным с причинением вреда гражданам, при недостаточности имущества учреждения, на которое в соответствии с абзацем первым данного пункта может быть обращено взыскание, субсидиарную ответственность несет собственник имущества бюджетного учреждения. Таким образом, законодателем предусмотрена возможность привлечения к субсидиарной ответственности собственника имущества бюджетного учреждения, но только по обязательствам, связанным с причинением вреда гражданам.

Таким образом, законодателем предусмотрена возможность привлечения к субсидиарной ответственности собственника имущества бюджетного учреждения, но только по обязательствам, связанным с причинением вреда гражданам.

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 10 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 № 1, учитывая субсидиарный характер ответственности собственников имущества унитарных предприятий и учреждений (когда такая ответственность предусмотрена законом), судам следует привлекать таких собственников к участию в деле в качестве соответчиков в порядке, предусмотренном частью 3 статьи 40 Гражданского процессуального кодекса.

При этом необходимо учитывать, что публично-правовое образование, в лице которого выступает администрация, исполняет обязательства за счет средств казны муниципального образования, следовательно, в соответствии с подпунктом 3 части 3 статьи 158, частью 4 статьи 242.2 Бюджетного кодекса Российской Федерации и разъяснениями, данными в пункте 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28.05.2019 № 13 «О некоторых вопросах применения судами норм Бюджетного кодекса Российской Федерации, связанных с исполнением судебных актов по обращению взыскания на средства бюджетной системы Российской Федерации», к участию в деле необходимо привлекать также главного распорядителя бюджетных средств по ведомственной принадлежности.

В соответствии с пунктом 5 статьи 13 Закона Мурманской области от 09.11.2001 № 303-01-3MO «Об управлении государственной собственностью Мурманской области» (далее - Закон Мурманской области от 09.11.2001 № 303-01-ЗМО) имущество государственных областных учреждений закрепляется за ними на праве оперативного управления в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации. Собственником имущества государственного областного учреждения является Мурманская область.

Пунктом 1 статьи 5 Закона Мурманской области от 09.11.2001 № 303- 01-ЗМО предусмотрено, что от имени Мурманской области права собственника могут приобретать и осуществлять органы государственной власти Мурманской области в рамках их компетенции, установленной законодательством Российской Федерации и законодательством Мурманской области. Субъектом, приобретающим и осуществляющим от имени Мурманской области имущественные права и обязанности, является Правительство области.

В соответствии с настоящим Законом субъектами управления и распоряжения имуществом Мурманской области являются Правительство области, уполномоченный исполнительный орган государственной власти Мурманской области по управлению имуществом, уполномоченный исполнительный орган государственной власти Мурманской области по управлению объектами казны Мурманской области, иные исполнительные органы государственной власти Мурманской области, в компетенции которых находятся полномочия по координации и регулированию деятельности в соответствующей отрасли (сфере управления) Мурманской области (пункт 2 статьи 5 Закона Мурманской области от 09.11.2001 № 303- 01-ЗМО).

В соответствии с пунктами 3, 6, 7 статьи 9.2 Федерального закона от 12.01.1996 № 7-ФЗ «О некоммерческих организациях» государственные (муниципальные) задания для бюджетного учреждения в соответствии с предусмотренными его учредительными документами основными видами деятельности формирует и утверждает соответствующий орган, осуществляющий функции и полномочия учредителя. Финансовое обеспечение выполнения государственного (муниципального) задания бюджетным учреждением осуществляется в виде субсидий из бюджетов бюджетной системы Российской Федерации.

Порядок формирования государственного (муниципального) задания и порядок финансового обеспечения выполнения этого задания определяются в том числе, высшим исполнительным органом государственной власти субъекта Российской Федерации в отношении бюджетных учреждений субъекта Российской Федерации.

Порядок осуществления исполнительными органами Мурманской области функций и полномочий учредителя государственного областного бюджетного учреждения определен Положением об осуществлении исполнительными органами Мурманской области функций и полномочий учредителя государственного областного бюджетного учреждения, утвержденным постановлением Правительства Мурманской области от 27.01.2011 № 21-ПП (далее - Положение).

В соответствии с подпунктом «м» пункта 3 Положения, исполнительный орган Мурманской области, осуществляющий функции и полномочия учредителя учреждения, осуществляет финансовое обеспечение выполнения государственного задания. Постановлением Правительства Мурманской области от 11.09.2015 № 392-ПП утверждено Положение о формировании государственного задания на оказание государственных услуг (выполнение работ) в отношении государственных областных учреждений и финансовом обеспечении выполнения государственного задания, которым устанавливается порядок формирования и финансового обеспечения выполнения государственного задания на оказание государственных услуг (выполнение работ) областными бюджетными учреждениями (далее - Положение о государственном задании).

Согласно пункту 3 раздела I Положения о государственном задании государственное задание формируется в процессе формирования областного бюджета на очередной финансовый год и плановый период и утверждается не позднее 15 рабочих дней со дня отражения на лицевом счете главного распорядителя бюджетных средств, открытом соответствующему главному распорядителю средств областного бюджета лимитов бюджетных обязательств на финансовое обеспечение выполнения государственного задания.

В отношении областных бюджетных учреждений главным распорядителем средств областного бюджета являются исполнительные органы государственной власти, осуществляющими функции и полномочия учредителя в отношении областных бюджетных учреждений.

Согласно пункту 2 Г раздела II Положения о государственном задании финансовое обеспечение выполнения государственного задания областным бюджетным учреждением осуществляется путем предоставления субсидии.

В соответствии с пунктом 2.5 раздела II Положения о государственном задании предоставление областному бюджетному учреждению субсидии в течение финансового года осуществляется на основании соглашения о порядке и условиях предоставления субсидии, заключаемого органом, осуществляющим функции и полномочия учредителя в отношении областных бюджетных учреждений, с областным бюджетным учреждением.

Согласно приложению к Положению о Министерстве здравоохранения Мурманской области, утвержденному постановлением Правительства Мурманской области от 11.02.2011 № 54-ПП, ГОБУЗ «ЦРБ ЗАТО г. Североморск» и ГОБУЗ «МОКБ им. П.А. Баяндина» находятся в ведомственном подчинении Министерства здравоохранения Мурманской области.

В соответствии с Положением о Министерстве здравоохранения Мурманской области, Министерство осуществляет функции и полномочия учредителя подведомственных организаций, в том числе автономных учреждений, в порядке, определенном законодательством Российской Федерации и законодательством Мурманской области (подпункт 2.2.3.51), утверждает государственные задания в порядке, установленном законодательством (подпункт 5.5.4), осуществляет функции главного распорядителя и получателя средств областного бюджета, предусмотренных на содержание Министерства и реализацию «возложенных на него функций (подпункт 2.2.3.60), осуществляет функции главного администратора (администратора) доходов бюджетов бюджетной системы Российской Федерации в соответствии с бюджетным. законодательством Российской Федерации (п. 2.2.3.61). На основании подл. 12.1 л.1 ст. 158 Бюджетного кодекса Российской Федерации главный распорядитель бюджетных средств обладает следующими отвечает соответствен от имени Российской Федерации, субъекта Российской Федерации, муниципального образования по денежным обязательствам подведомственных ему получателей бюджетных средств.

Принимая во внимание приведенные положения, суд приходит к выводу о том., что исполнительным органом Мурманской области, представляющим собственника государственного имущества Мурманской области по вопросам несения субсидиарной ответственности при недостаточности имущества учреждений здравоохранения Мурманской области является орган, осуществляющий функции учредителя и главного распорядителя и получателя средств областного бюджета, главного администратора доходов – Министерство здравоохранения Мурманской области.

С учетом доводов ответчиков ГОБУЗ «ЦРБ ЗАТО г. Североморск» и ГОБУЗ «МОКБ им. П.А. Баяндина» о недостаточности у них денежных средств как у бюджетных учреждений, суд приходит к выводу о наличии оснований для возложения субсидиарной ответственности по установленным судом обязательствам ответчиков перед истцом на Министерство здравоохранения Мурманской области.

В соответствии с частью 1 статьи 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации с ответчиков в доход местного бюджета подлежит взысканию государственная пошлина в связи с рассмотрением дела, от уплаты которой истец в силу подпункта 4 пункта 2 статьи 333.36 Налогового кодекса Российской Федерации освобожден.

Суд рассматривает спор на основании представленных сторонами доказательств, с учетом ст. 56 ГПК РФ и в пределах заявленных требований.

Руководствуясь статьями 56-57, 194-197 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

иск ФИО1 к государственному областному учреждению здравоохранения «Центральная районная больница ЗАТО г.Североморск», Министерству здравоохранения Мурманской области, государственному областному учреждению здравоохранения «МОКБ им. П.А. Баяндина» о взыскании компенсации морального вреда удовлетворить частично.

Взыскать с ГОБУЗ «Центральная районная больница ЗАТО г.Североморск» (ИНН <***>) в пользу ФИО1 (паспорт *** №***) компенсацию морального вреда в размере 125 000 рублей.

Взыскать с государственного областного учреждения здравоохранения «МОКБ им. П.А. Баяндина» (ИНН <***>) в пользу ФИО1 (паспорт *** №***) компенсацию морального вреда в размере 125 000 рублей.

При недостаточности имущества государственного областного бюджетного учреждения здравоохранения «Центральная районная больница ЗАТО г. Североморск» и государственного областного учреждения здравоохранения «МОКБ им. П.А. Баяндина», на которое может быть обращено взыскание, субсидиарную ответственность по обязательствам учреждений возложить на Министерство здравоохранения Мурманской области.

В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО1 – отказать.

Взыскать с государственного областного бюджетного учреждения здравоохранения «Центральная районная больница ЗАТО г. Североморск» (ИНН <***>) государственную пошлину в доход местного бюджета в размере 1 500 рублей.

Взыскать с государственного областного учреждения здравоохранения «МОКБ им. П.А. Баяндина» (ИНН <***>) государственную пошлину в доход местного бюджета в размере 1 500 рублей.

На решение может быть подана апелляционная жалоба в Мурманский областной суд через Североморский районный суд Мурманской области в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Председательствующий О.С. Петрова