Решение по делу № 2-863/2025 от 18.08.2025 - о признании травмы производственной о возложении обязанности, о взыскании компенсации морального вреда, судебных расходов.

Дело № 2-863/2025

66RS0001-01-2024-009881-18

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Екатеринбург 01 августа 2025 года

Верх-Исетский районный суд г. Екатеринбурга, в составе председательствующего судьи Весовой А.А.

С участием прокурора Квасовой К.В.

при секретаре судебного заседания Николаевой Т.Е.

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФКУ ИК – 5 ГУФСИН России Свердловской области о признании травмы производственной о возложении обязанности, о взыскании компенсации морального вреда, судебных расходов,

УСТАНОВИЛ:

истец обратился в суд с указанным иском, мотивируя свои требования следующим.

Истец ФИО2, в период с 11.08.2011 по 09.08.2024 отбывал наказание в Федеральном казенном учреждении «Исправительная колония № 5 Главного управления Федеральной службы исполнения наказаний по Свердловской области». Работал у ответчика в должности подсобного рабочего с 09.02.2021.

Во время исполнения своих трудовых обязанностей, 05.06.2024, им была получена производственная травма перелом левой пяточной кости. При обращении в медсанчасть ему пояснили, что помочь ничем не смогут, так у них нет необходимого оборудования. Только через несколько дней сотрудники медсанчасти свозили его в городскую больницу, где сделали рентген. По результатам рентгена был выявлен перелом, наложен гипс. Однако от работы он не был освобожден, и продолжал работать. В связи с этим у него началось смещение костей. Только после освобождения он смог пройти обследование в больнице города Екатеринбурга, где ему было назначено лечение. По данному факту ответчиком проверка не проводилась, акт о несчастном случае на производстве не составлялся.

Указанные выше действия со стороны ответчика стали причиной нравственных страданий истца, в связи с чем он считает, что ему был причинен моральный вред, который подлежит возмещению в полном объеме. Размер компенсации причиненного морального вреда за нарушение трудовых прав истец оцениваю в 1 000 000 руб.

Для разрешения данного спора истцу пришлось обратиться за помощь юридическую компанию, за услуги которой им оплачены денежные сред в размере 125000 рублей, которые являются его расходами и подлежат компенсации в полном размере.

С учетом уточнения исковых требований истец просил признать травму, полученную им 05.06.2024 при исполнении своих трудовых обязанностей, производственной.

Обязать Федеральное казенное учреждение «Исправительная колония № 5 Главного управления Федеральной службы исполнения наказаний по Свердловской области» составить акт о несчастном случае на производстве по форме Н-1 и направить его в Фонд социального и пенсионного страхования Российской Федерации по Свердловской области.

Обязать Федеральное казенное учреждение «Исправительная колония Главного управления Федеральной службы исполнения наказаний Свердловской области» направить документы в Фонд социально пенсионного страхования РФ по Свердловской области для назначения страховых выплат в связи с производственной травмой.

Взыскать с Федерального казенного учреждения «Исправительная колония № 5 Главного управления Федеральной службы исполнения наказания Свердловской области» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда за нарушение трудовых прав в размере 1 000 000 руб., расходы по оплате юридических услуг 125 000 руб.

В возражениях на иск ответчик ФКУ ИК-5 ГУФСИН России по Свердловской области указал, что с исковыми требованиями ФИО1 о признании травмы производственной, компенсации морального вреда в размере 1 000 000 руб. и возмещении расходов по оплате юридических услуг в размере 125 000 руб. не согласен. Считает, что указанные исковые требования не обоснованы. С истцом трудовой договор не заключался. Осужденные принимаются на работу на основании приказов о привлечении к труду. С учетом изложенного ответчик считает, что доводы истца о том, что в момент отбывания им наказания в виде лишения свободы в ФКУ ИК-5 истец мог свободно распоряжаться своими способностями к труду и выбирать род деятельности и профессию в соответствии со ст. 37 Конституции Российской Федерации. При этом истцом не представлено доказательств получения производственной травмы 05.06.2024.

Представитель третьего лица ФКУЗ МСЧ-66 ФСИН России письменных пояснения указал, что все медицинские мероприятия по организации оказания медицинской помощи осужденному ФИО1 в оспариваемый в иском заявлении период, осуществлены полном объеме, в соответствии с требованиями Приказа Министерства юстиции РФ от 2812.2017 № 285 «Об утверждении Порядка организации оказания медицинской помощи лицам, заключенным под стражу или отбывающим наказание в виде лишения свободы», а также Порядками, стандартами и клиническими рекомендациями но профилю, установленного истцу заболевания, с учетом его клинической картины и наличием жалоб пациента. В деле отсутствуют доказательства, подтверждающие, что именно в результате действий(бездействия) соответчика, истец испытывал нравственные и физические страдания, что наступил вред и ухудшалось состояние здоровья. Просил в удовлетворении исковых требований ФИО1 отказать.

Представитель третьего лица ОСФР по Свердловской области в отзыве на исковое заявление указал, что в силу требований действующего законодательства истцом не представлено доказательств, что несчастный случай который произошел с ним является несчастным случаем на производстве. В настоящее время у ОСФР не имеется данных о несчастном случае, произошедшем с ФИО1 в ФКУ ИК-5 На основании изложенного просил указанную информацию учесть при вынесении решения по данному делу.

В судебное заседание истец ФИО1 требования иска поддержал, просил удовлетворить. Дополнительно пояснил, что травму получил при следующих обстоятельствах: 05.06.2024 вместо выполнения работ в швейном цеху, он был привлечен к работам на фасаде одного из зданий отрядов. Находясь на лесах совместно с еще двумя лицами, отбывающими наказания, осуществляя молярные работы на фасаде, упал с лесов совместно с еще одним осужденным. После падения почувствовал боль в левой стопе и был доставлен в медико-санитарную часть, расположенную на территории исправительного учреждения, где был осмотрен медиком и проведено исследование на рентген аппарате, которое наличие травмы не показало. 06.06.2025 боль в ноге усилилась, появился отек, в связи с чем ответчиком было принято решение о проведении исследования и получении заключения специалиста в городской больнице г. Нижнего Тагила. 07.06.2024 истец был доставлен в ГАУЗ СО «Городская больница № 4» г. Нижний Тагил, где проведено рентген исследование и получено заключение врача о том, что у него закрытый перелом наружной лодыжки левой голени без смещения. При этом акта о несчастном случае составлено не было, от него и ряда осужденных отобраны объяснения продиктованные сотрудниками колонии о том, что травму истец получил 06.06.2025 в нерабочее время в столовой, подвернув ногу на одном из лестничных маршей.

Представитель истца ФИО3 исковые требования поддержал по предмету основаниям с учетом их уточнений.

Представитель ответчика ФКУ ГУФСИН России по Свердловской области в судебное заседание не явился. Просил рассмотреть дело по существу в отсутствие ответчика (том 1 л.д. 127). Ранее в судебных заседаниях представители ответчика ФИО4, ФИО5, ФИО6, возражали против удовлетворения требований истца, поскольку истцом не представлено доказательств получения травмы на производстве 05.06.2024.

Представитель третьего лица ФКУЗ МСЧ-66 ФИО7 указала, что требуемая истцу помощь была оказано в полном объеме, каких-либо оснований для удовлетворения требований не имеется.

Представители третьего лица Отделения Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Свердловской области в судебном заседании <ФИО>12 указала на отсутствие оснований для удовлетворения иска.

Допрошенный в ходе судебного заседания свидетель <ФИО>13 показал, что отбывал наказание в ФКУ ИК ГУФСИН России по Свердловской области с 2012 по 2024 года. Работал с истцом в одной бригаде с 2019 года. 05.06.2025 в районе 13.00 истец и еще трое осужденных Карен, Вадим, Алексей красили стену барака в жилой зоне. Свидетель видел их, когда в составе группы осужденных ходил проверять в магазин денежный счет. Момент падения истца не видел, но слышал уже вечером этого же дня от других лиц, что истец упал в тот день и сломал обе ноги. 05.06.2025 истец в швейный цех работать не выходил. На вопрос суда о проводимых инструктажах, свидетель пояснил, что ежедневно они расписывались за инструктаж, журнал приносил мастер в районе 10 часов дня.

Допрошенная в качестве специалиста ФИО8 фельдшер МЧ-5 ФКУЗ МСЧ-66 ФСИН России по Свердловской области пояснила, что 06.06.2024 в первой половине дня к ней в медсанчасть в сопровождении сотрудника обратился ФИО1 с жалобами на боль в ноге, со слов истца оступился, упал. Ею был сделан рентгеновский снимок, а после того как была диагностирована травма ГАУЗ СО «Городская больница № 4» г. Нижний Тагил было составлено заключение о медицинском освидетельствовании.

Допрошенный в качестве специалиста <ФИО>15 травматолог ФКУЗ МСЧ-6 пояснил, что у истца врачом ГАУЗ СО «Городская больница № 4» г. Нижний Тагил диагностирован закрытый перелом наружной лодыжки левой голени без смещения. Однако по результатам и кт и представленным снимкам у истца произошел передом пяточной кости, на снимках видна линия перелома и осколки. По прошествии 7 дней перелом будет уже не виден. Причины перелома пяточной кости могут быть разные в основном падение с высоты и с высоты собственного роста с ударом пяткой о твердую поверхность. После перелома возможна опора на ногу, признаки перелома такие как отек и боль могут развиться в интервале от одного часа до суток с момента травматизации.

Заслушав истца, его представителя, представителей третьих лиц, свидетеля, специалистов, заключения прокурора, полагавшего иск подлежащим удовлетворению, изучив материалы дела, суд приходит к следующему.

Правоотношения по обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний регулируются нормами Федерального закона от 24.07.1998 № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» и Трудового кодекса Российской Федерации.

Под несчастным случаем на производстве в силу ст. 3 Федерального закона от 24.07.1998 № 125-ФЗ понимается событие, в результате которого застрахованный получил увечье или иное повреждение здоровья при исполнении им обязанностей по трудовому договору и в иных установленных настоящим Федеральным законом случаях как на территории страхователя, так и за ее пределами либо во время следования к месту работы или возвращения с места работы на транспорте, предоставленном страхователем, и которое повлекло необходимость перевода застрахованного на другую работу, временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности либо его смерть.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 9 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10.03.2011 № 2 «О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», для правильной квалификации события, в результате которого причинен вред жизни или здоровью пострадавшего, необходимо в каждом случае исследовать, указано ли происшедшее событие в перечне событий, квалифицируемых в качестве несчастных случаев (ч. 3 ст. 227 Трудового кодекса Российской Федерации).

В силу положений ч. 3 ст. 227 Трудового кодекса Российской Федерации и п. 12 Положения об особенностях расследования несчастных случаев на производстве в отдельных отраслях и организациях, форм документов, соответствующих классификаторов, необходимых для расследования несчастных случаев на производстве, утвержденного Приказом Минтруда России от 20.04.2022 № 223н, расследование несчастных случаев, происшедших с работниками и другими лицами, участвующими в производственной деятельности работодателя (в том числе с лицами, подлежащими обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний), при исполнении ими трудовых обязанностей или выполнении какой-либо работы по поручению работодателя (его представителя), а также при осуществлении иных правомерных действий, обусловленных трудовыми отношениями с работодателем либо совершаемых в его интересах, при следовании к месту выполнения работы или с работы на транспортном средстве сторонней организации, предоставившей его на основании договора с работодателем (его представителем), проводится в соответствии с требованиями части первой и второй статьи 229 Кодекса и других требований Кодекса.

Специальная комиссия, руководствуясь при расследовании несчастного случая статьями 229, 229.1, 229.2, 229.3, 230, 230.1 Трудового кодекса Российской Федерации устанавливает обстоятельства и причины несчастного случая и определяет были ли действия пострадавшего в момент несчастного случая обусловлены трудовыми отношениями с работодателем либо участием в его производственной деятельности, в необходимых случаях решает вопрос об учете несчастного случая и квалифицирует несчастный случай как связанный с производством или как несчастный случай, не связанный с производством.

В соответствии со ст. 227 Трудового кодекса Российской Федерации расследованию и учету в соответствии с настоящей главой подлежат несчастные случаи, происшедшие с работниками и другими лицами, участвующими в производственной деятельности работодателя (в том числе с лицами, подлежащими обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний), при исполнении ими трудовых обязанностей или выполнении какой-либо работы по поручению работодателя (его представителя), а также при осуществлении иных правомерных действий, обусловленных трудовыми отношениями с работодателем либо совершаемых в его интересах, а также расследуются несчастные случаи, не связанные с производством, в том числе при работе вахтовым методом во время междусменного отдыха.

Расследуются в установленном порядке, квалифицируются, оформляются и учитываются в соответствии с требованиями ст. 230 Трудового кодекса Российской Федерации как связанные с производством несчастные случаи, произошедшие с работниками или другими лицами, участвующими в производственной деятельности работодателя, при исполнении ими трудовых обязанностей или работ по заданию работодателя (его представителя), а также при осуществлении иных правомерных действий, обусловленных трудовыми отношениями с работодателем либо совершаемых в его интересах.

Согласно Положения об особенностях расследования несчастных случаев на производстве в отдельных отраслях и организациях, форм документов, соответствующих классификаторов, необходимых для расследования несчастных случаев на производстве, утвержденного Приказом Минтруда России от 20.04.2022 № 223н, несчастные случаи, квалифицированные комиссией или государственными инспекторами труда, проводившими их расследование, как несчастные случаи на производстве, подлежат оформлению актом о несчастном случае на производстве по форме 2, предусмотренной приложением № 2 к настоящему Постановлению (далее - акт формы Н-1).

Согласно указанного Постановления, содержание акта формы Н-1 (Н-1ПС) должно соответствовать выводам комиссии или государственного инспектора труда, проводивших расследование несчастного случая на производстве. В акте подробно излагаются обстоятельства и причины несчастного случая на производстве, а также указываются лица, допустившие нарушения установленных нормативных требований, со ссылками на нарушенные ими правовые нормы законодательных и иных нормативных правовых актов.

Судом установлено, что ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ г.р. отбывал наказание в ФКУ ИК-5 ГУФСИН России по Свердловской области с 09.07.2012 по 09.08.2024. Согласно справки по личному делу осужденного ФИО1, истец был осужден 10.04.2012 года по приговору Свердловского областного суда г. Екатеринбурга по п. б ч. 4 ст. 132 Уголовного кодекса Российской Федерации на 13 лет лишения свободы в исправительной колонии строго режима, с ограничением свободы на 2 года (начало срока: 11.08.2011, конец срока: 10.08.2024). В ФКУ ИК-5 ФИО1 прибыл 09.07.2012 из ИЗ-66/1 г. Екатеринбург ГУФСИН России по Свердловской области. 09.08.2024 был освобожден по отбытии срока наказания и убыл адресу: <...>.

Согласно справки ФКУ ИК-5 от 02.12.2024 № 68/5-7578 ФИО1 время отбывания наказания в виде лишения свободы в ФКУ ИК-5 16.11.2020 был привлечен к оплачиваемым работам по должности «дневальный отряда №146» в бригаде № 142 с повременной оплатой труда (приказ от 16.11.2020 № 297-ос), с 09.02.2021 переведен в бригаду № 24 в должность «подсобный рабочий» со сдельной оплатой труда (приказ от 12.02.2021 № 49-ос), с 01.12.2021 переведен в бригаде № 24 на должность швея» со сдельной оплатой труда. 08.08.2024 освобожден от оплачиваемых работ по п. а ст.172 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации (окончание отбытия срока наказания).

При этом согласно сведениям представленным отделением социального фонда России по Свердловской области ФКУ ИК-5 ГУФСИН России по Свердловской области не предоставляли сведений о переводе истца 01.12.2021 в швеи.

ФИО1 на момент получения травмы состоял в трудовых правоотношениях с ФКУ «ИК №5 ГУФСИН России по Свердловской области» в должности подсобного рабочего бригады 24 (том 1 л.д. 118), что не оспаривалось сторонами в судебном заседании.

Как следует из представленной копии медицинской книжки, имеется запись фельдшера ФИО9 о том, что 07.06.2024 в 11.40 час на прием обратился ос. ФИО1 с жалобами на боль в левой нижней конечности. По обстоятельствам травмы указано, что 06.06.2021 в 18.10 находясь в столовой спецконтингента оступился поскользнулся и повернул ногу. После осмотра был вывезен в травмпункт № 4 для рентгеновского снимка и осмотра врачом травматологом (том 1 л.д. 37, 122, 123).

При это в указанной запись не указана когда производилась данная запись, точно не 07.06.2024 в 11.40 (в момент обращения) поскольку запись содержит в себе сведения констатации факта вывоза после осмотра осужденного ФИО1 в травмпункт № 4 и постановки в травмпункте диагноза.

Согласно постовым ведомостям от 07.06.2024 в 12.00 час. ФИО1 уже был принят под охрану для последующего вывода в травмпункт. 12.05 час убыл из расположения колонии, а в 13.30 час прибыл и передан под охрану в ИК-5 (том 2 л.д. 32-34).

При этом как следует из осмотра врача-травматолога травпункта № 4 истец был осмотрен и ему поставлен диагноз 07.06.2024 в 15.10 час. (л.д. 97, 124-125).

Следовательно, запись от 07.06.2024 в медицинской карте произведена 07.06.2024 после 15.10 час.

При этом самой записи по факту произведенного смотра медицин карта не содержит, как и не содержат такой записи журнал амбулаторного приема осужденных не за 05.06.2024, не за 06.06.2025, не за 07 06.2024.

Следовательно, дата и время травматизации ФИО1, как и факты его обращения за медицинской помощью по факту травматизации надлежащим образом не зафикисированы и не оформлены. В связи с чем с достоверностью определить по медицинским документам дату и время травматизации истца не представляется возможным.

Как указали, представитель ответчика и допрошенная в качестве специалиста фельдшер ФИО9 истцу в условиях медсанчасти ИК-5 производился рентгеновский снимок, который в отсутствие каких-либо уважительных причин не был предоставлен ФКУ ИК -5, тогда как указанный снимок должен был содержать дату и время его производства или его электронная версия дату создания файла снимка. При этом фельдшер ФИО10 в своих объяснения указал, что ФИО1 был доставлен в медсанчасть в сопровождении сотрудника ИК-5 06.06.2024 в первой половине дня.

Как следует из журнала практического инструктажа на рабочем месте истец с 01.06.2024 по 04.06.2024 по списку, оформленному в алфавитном порядке одной рукой расписывался за инструктаж в швейном цеху, при этом 05.06.2024 в списки на инструктаж в швейном цеху он отсутствует, из чего следует вывод, что 05.06.2024 истец на работы в швейный цех не выводился, указанное обстоятельство подтверждает объяснения истца о том, что 05.06.2024 истец привлекался к иным видам работ, и не исключает то обстоятельство, что истец мог выполнять молярные работы на фасаде жилого барака.

С учетом надлежаще оформленных медицинских записей и совокупности исследованных доказательств, суд приходит к выводу о том, что травма ФИО1 получена 05.06.2024.

При этом суд критически относится к объяснениям, отобранным у осужденных <ФИО>18, <ФИО>19, <ФИО>20, поскольку они опровергаются исследованными доказательствами. Допрос указанных осужденных по средствам видеоконференц-связи не был обеспечен ФКУ ИК-5.

Указанными свидетелями в объяснениях описан механизм травматизации истца, при котором как следует из объяснения специалиста <ФИО>15 маловероятно получение травмы виде перелома пяточной кости (необходим удар пяткой о тверды предмет). При этом как указано в публичных источниках и подтверждено специалистом перелом пяточной кости наиболее характерен для падения с высоты. На обстоятельствах получение травмы как падение с высоты настаивает истец.

Таким образом, из совокупности представленных доказательств следует, что получение травмы истцом произошло в рабочее время, на территории работодателя.

Согласно ст. 212 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель обязан обеспечить, в том числе, безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов; расследование и учет в установленном настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации порядке несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний.

Между тем, работодатель полученную истцом травму как полученную на производстве не оформил, мер к возмещению вреда здоровью, компенсации морального вреда, не предпринял. Обратного ответчиком, как того требует ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, не доказано.

В соответствии с частью 6 статьи 230 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель (его представитель) в течение трех календарных дней после завершения расследования несчастного случая на производстве обязан выдать один экземпляр утвержденного им акта о несчастном случае на производстве пострадавшему (его законному представителю или иному доверенному лицу), а при несчастном случае на производстве со смертельным исходом - лицам, состоявшим на иждивении погибшего, либо лицам, состоявшим с ним в близком родстве или свойстве (их законному представителю или иному доверенному лицу), по их требованию. При невозможности личной передачи акта о несчастном случае на производстве в указанные сроки работодатель вправе направить акт по месту регистрации пострадавшего (его законного представителя или иного доверенного лица) по почте заказным письмом с уведомлением о вручении лично адресату и описью вложения. Второй экземпляр указанного акта вместе с материалами расследования хранится в течение 45 лет работодателем (его представителем), осуществляющим по решению комиссии учет данного несчастного случая на производстве. При страховых случаях третий экземпляр акта о несчастном случае на производстве и копии материалов расследования работодатель (его представитель) в течение трех календарных дней после завершения расследования несчастного случая на производстве направляет в исполнительный орган страховщика по месту регистрации работодателя в качестве страхователя.

Таким образом, подлежат удовлетворению требования истца об установлении факт несчастного случая, произошедшего 05.06.2025 на производстве ФКУ ИК-5 ГУФСИН России по Свердловской области при исполнении ФИО1 трудовых обязанностей; об обязании ФКУ ИК-5 ГУФСИН России по Свердловской области составить и выдать ФИО1 акт о несчастном случае на производстве по форме Н-1, произошедшем с ФИО1 13.10.2022 при выполнении последним трудовых обязанностей в интересах и под управлением ФКУ ИК-5 ГУФСИН России по Свердловской области.

При этом требования о направлении документов в Фонд социального и пенсионного страхования истцом заявлены преждевременно, поскольку судом не установлено нарушений трехдневного срока направления акта после завершения расследования на производстве в исполнительный орган. Поскольку на дату постановки решения суда расследования не проводилось, а обязанность по производство такого расследования возложена настоящим решением суда.

Согласно ст. 220 Трудового кодекса Российской Федерации, в случае причинения вреда жизни и здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей возмещение указанного вреда осуществляется в соответствии с федеральным законом.

Согласно ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда. Законом или договором может быть установлена обязанность причинителя вреда выплатить потерпевшим компенсацию сверх возмещения вреда. Законом может быть установлена обязанность лица, не являющегося причинителем вреда, выплатить потерпевшим компенсацию сверх возмещения вреда.

Ответственность работодателя за вред, причиненный работнику при исполнении трудовых обязанностей, застрахована на основании Закона от 24.07.1998 № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» в объеме, предусмотренном этим законом. В той части, в которой Законом № 125-ФЗ для пострадавшего предусмотрена возможность получения выплаты от страховщика (органов Фонда социального страхования Российской Федерации), ответственность работодателя исключается.

Согласно положений ст. ст. 1099, 151, п.2 ст.1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, п. 3 ст. 8 Федерального закона № 125-ФЗ от 24.07.1998 «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваниях», учитывая, что в результате несчастного случая на производстве истцу был причинен вред здоровью, суд признает за истцом право на компенсацию морального вреда.

При этом суд учитывает, что в силу ст.1079, 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации в данной ситуации моральный вред подлежит компенсации и при отсутствии какой-либо вины ответчика в причинении такого вреда, как вред, причиненный источником повышенной опасности, поскольку истцом производились работы с использованием механизмов, представляющих повышенную опасность.

Принимая во внимание, что каждый имеет право на справедливое и соразмерное возмещение вреда, в том числе и морального, причиненного фактом причинения вреда здоровью вследствие не обеспечения работодателем безопасных условий труда, а также с учетом степени и характера физических и нравственных страданий истца, характера полученных телесных повреждений, степени вины ответчика и самого истца в получении травмы, длительности лечения и периода восстановления, суд приходит к выводу, что сумма в размере 500 000 рублей будет являться справедливым возмещением тех страданий и переживаний, которые понес истец в связи с полученной в результате несчастного случая на производстве травмой.

Согласно разъяснениям, данным в пунктах 11, 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» в целях реализации задачи судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон (статьи 2, 35 ГПК РФ, статьи 3, 45 КАС РФ, статьи 2, 41 АПК РФ) суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер.

Разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства.

Анализируя состав и размер заявленных к взысканию судебных расходов на оплату услуг представителя, суд находит, что они были необходимы для реализации права истца на защиту своих интересов в суде, а также что факт их несения надлежащим образом документально подтвержден представленными в материалы дела доказательствами.

Суд отмечает, что согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Определении от 21.12.2004 № 454-О, реализация права по уменьшению суммы расходов судом возможна лишь в том случае, если он признает эти расходы чрезмерными в силу конкретных обстоятельств дела.

Взыскание расходов на оплату услуг представителя и юридических услуг, понесенных лицом, в пользу которого принят судебный акт, с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах является элементом судебного усмотрения, направленного на пресечение злоупотреблений правом и на недопущение взыскания необоснованных или несоразмерных нарушенному праву сумм.

С учетом изложенного, определение разумности остается на усмотрение суда, так как только суд, рассматривающий спор, имеет возможность оценить сложность дела, необходимость затраченных стороной средств правовой защиты, а также адекватность стоимости услуг представителя с учетом проработанности правовой позиции и квалифицированности ее представления в судебном заседании.

Принимая во внимание объем и сложность дела, длительность его рассмотрения, количество судебных заседаний с участием представителя стороны истца, их продолжительность, объем выполненной представителем истца работы (в том числе, объем составленных документов), его процессуальные действия в ходе судебного разбирательства, учитывая, что степень соразмерности услуг представителя является оценочной категорией и суд вправе дать оценку указанному критерию, внутреннего убеждения и обстоятельств конкретного дела, степени разумности и справедливости, суд полагает возможным взыскать с ответчика в пользу истца расходов на оплату услуг представителя в сумме 50 000 руб.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 12, 56, 194-198, 209 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

иск ФИО1 к ФКУ ИК – 5 ГУФСИН России Свердловской области о признании травмы производственной о возложении обязанности, о взыскании компенсации морального вреда, судебных расходов, удовлетворить частично.

Установить факт несчастного случая, произошедшего ДД.ММ.ГГГГ на производстве ФКУ ИК – 5 ГУФСИН России Свердловской области при исполнении ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, трудовых обязанностей.

Обязать ФКУ ИК – 5 ГУФСИН России Свердловской области составить и выдать ФИО1 акт о несчастном случае на производстве по форме Н-1, произошедшем с ФИО1, 05.06.2025 при выполнении ФИО1, трудовых обязанностей.

Взыскать с ФКУ ИК- 5 ГУФСИН России Свердловской области в пользу ФИО11, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, компенсацию морального вреда в размере 500 000 руб., судебные расходы в размере 50 000 руб.

В остальной части иска отказать.

Решение может быть обжаловано сторонами в апелляционном порядке в Свердловский областной суд через Верх-Исетский районный суд г. Екатеринбурга в течение месяца с момента изготовления решения суда в окончательной форме.

Мотивированное решение изготовлено 18.08.2025.

Судья Весова А.А.