№ 2-22/2022
УИД: 68RS0003-01-2021-000961-93
РЕШЕНИЕ
ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
«20» июня 2022 года г. Тамбов
Советский районный суд города Тамбова в составе:
председательствующего судьи Макарова А.В.,
с участием прокурора Шишовой Л.А.,
при секретаре Артамоновой С.В.,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ТОГБУЗ «Городская клиническая больница № 4 г. Тамбова» о взыскании компенсации морального вреда и судебных расходов,
УСТАНОВИЛ:
ФИО1 обратилась в Советский районный суд г. Тамбова с исковым заявлением к ТОГБУЗ «Городская клиническая больница № 4 г.Тамбова», в котором просит взыскать с ответчика в пользу истца компенсацию причиненного морального вреда в размере 500 000 руб., а также судебные расходы на оплату госпошлины в размере 300 руб..
Мотивировав исковое заявление тем, что ее отец - ФИО2 "дата" г. бригадой скорой медицинской помощи (далее - СМП) был доставлен в РСЦ ГБУЗ «ТОКБ им. В.Д Бабенко». Дежурным кардиологом был поставлен диагноз - ИБС: острый Q-инфаркт миокарда передней стенки ЛЖ с подъемом сегмента ST (поздние сроки) и было выполнено КТ ОГК - картина двусторонней пневмонии. Был госпитализирован в ОГБУЗ «ТИКБ» с "дата" по "дата". После получения отрицательных результатов на ковид-19 был переведен в отделение пульмонологии ГБУЗ «ТОКБ им. В.Д Бабенко» с диагнозом - внебольничная двусторонняя полисегментарная пневмония средней степени тяжести. "дата" состояние ухудшилось и он был переведен в отделение неотложной кардиологии. "дата" был выписан из отделения неотложной кардиологии с направлением в КХЦ г. Пенза на операцию "дата". Однако, в выписном листе у него был указан диагноз - Двусторонняя полисегментарная пневмония, что не помешало врачам отправить его домой. По месту жительства отец истца пробыл 10 дней, в течение которых емустановилось хуже. В связи с этим "дата" она забрала отца в г. Тамбов и отвезла в клинику «Автомобилист», где ему сделали рентген легких, по результатам которого был поставлен диагноз двусторонней полисегментарной пневмонии крайне тяжелой степени. Из указанной клиники бригадой ГБУЗ «ТОССМП и МК» он снова доставлен в РСЦ ГБУЗ «ТОКБ им. В.Д Бабенко». Выполнено КТОГК - картина двусторонней полисегментарной пневмонии крайне тяжелой степени. Был госпитализирован в ОГБУЗ «ТИКБ» с "дата" по "дата". После получения отрицательных результатов на ковид-19 переведен в отделение терапии ТОГБУЗ «ГКБ № 4 г. Тамбова». Лечение результатов не дало, состояние здоровья продолжало ухудшаться "дата" перевели в ГБУЗ «ТОКБ им. В.Д. Бабенко», но у него уже развился отек легких и он в "данные изъяты" час. умер. Согласно протоколу патологоанатомического вскрытия "номер" выяснилось, что двусторонняя пневмония была вызвана COVID-19. Полагает, что смерть отца стала следствием неправильного лечения и халатного отношения врачей и руководства лечебных учреждений и особенности ТОГБУЗ «ГКБ "номер" г. Тамбова». По факту смерти отца она подала заявление в Следственный комитет по Тамбовской области. В результате проверки "дата" было возбуждено уголовное дело "номер" по признакам преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 109 УК РФ. В рамках проведения проверки согласно заключению Тамбовского филиала АО «Страховая компания «СОГАЗ-Мед» выявлены многочисленные нарушения в действиях врачей. В частности, при анализе оказания медицинской помощи ФИО2 в ТОГБУЗ «ГКБ №4» г. Тамбова, в период с "дата" по "дата", врачами-экспертами выявлено невыполнение необходимых пациенту диагностических и лечебных мероприятий: не получал оксигенотерапию, получал нерациональную терапию по стимуляции диуреза, нет обоснования назначения лоратадина. Не проведены биохимические исследования крови, нет анализа и интерпретации клинических проявлений заболевания. Пациенту было показано проведение консилиума, но он не был проведен. Имеются дефекты оформления медицинской документации: при сборе анамнеза не уточнена терапия на догоспитальном этапе, не представлено описание рентгенологической картины в легких (от "дата" и "дата"), что не позволяет оценить динамику рентгенологической картины. По заключению врачей-экспертов, медицинская помощь оказывалась ненадлежащего качества, что создало риск ухудшения здоровья застрахованного лица и в результате привело к смерти. В последствии она постановлением следователя следственного отдела по Октябрьскому району г. Тамбова "дата" признана потерпевшей по уголовному делу "номер". Также постановлением следователя следственного отдела по Октябрьскому району г. Тамбова "дата" признана гражданским истцом по данному уголовному делу и за нею признано право на удовлетворение гражданского иска в связи с причинением морального вреда. В связи со смертью ее отца при допущенных вышеуказанных нарушениях со стороны работников ТОГБУЗ «ГКБ № 4 г. Тамбова», являющимися условиями наступления его смерти, ей по вине сотрудников ТОГБУЗ «ГКБ № 4 г. Тамбова» причинен моральный вред. Между ней и отцом всегда существовали теплые родственные отношения. В результате его преждевременной смерти она перенесла глубокое потрясение. После его гибели у нее появились проблемы со здоровьем, нарушение сна, постоянно пребывала в депрессивном состоянии. До настоящего времени не может смириться с утратой отца.
Определением Советского районного суда г. Тамбова от 25.05.2021 г. к участию в настоящем гражданском деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований, относительно предмета спора были привлечены - ГБУЗ «ТОКБ им. В.Д. Бабенко» и ОГБУЗ «ТИКБ».
Истец ФИО1 в судебном заседании свои исковые требования поддержала в полном объеме и просила их удовлетворить по основаниям, изложенным в иске.
В судебном заседании представитель ответчика ТОГБУЗ «Городская клиническая больница № 4 г. Тамбова» по доверенности ФИО3 возражала против удовлетворения исковых требований ФИО1, на основании выводов комиссионной экспертизы "номер" от "дата", выполненной ГУЗ «Липецкое областное бюро судебно - медицинской экспертизы».
Представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельных требования относительно предмета спора, - ГБУЗ «ТОКБ им. В.Д. Бабенко» по доверенности ФИО4 возражал против удовлетворения исковых требований истца, на основании выводов комиссионной экспертизы "номер" от "дата", выполненной ГУЗ «Липецкое областное бюро судебно - медицинской экспертизы», в связи с чем, просил в удовлетворении иска ФИО1 отказать и возложить на нее обязанность по частичной оплате за проведение комиссионной судебно-медицинской экспертизы по делу № 2-22/2022 в размере 19 555 руб. в пользу ГУЗ «Липецкое областное БСМЭ».
Представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, - ОГБУЗ «ТИКБ» в судебное заседание не явился, о дате, месте и времени судебного заседания извещался надлежащим образом, причина неявки суду неизвестна.
Суд, выслушав истца, представителя ответчика, представителя третьего лица ГБУЗ «ТОКБ им. В.Д. Бабенко», заключение прокурора полагавшей, что исковые требования ФИО1 не подлежат удовлетворению, исследовав материалы дела, приходит к выводу об отказе в удовлетворении исковых требований ФИО1 по следующим основаниям.
Статьей 41 Конституции Российской Федерации закреплено, что каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь.
Отношения, возникающие в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, регулирует Федеральный закон от 21 ноября 2011г. N 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» (далее - Федеральный закон «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).
Здоровье - состояние физического, психического и социального благополучия человека, при котором отсутствуют заболевания, а также расстройства функций органов и систем организма (п. 1 ст. 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).
Статьей 4 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» установлено, что к основным принципам охраны здоровья относятся, в частности: соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий; приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи; ответственность органов государственной власти и органов местного самоуправления, должностных лиц организаций за обеспечение прав граждан в сфере охраны здоровья; доступность и качество медицинской помощи; недопустимость отказа в оказании медицинской помощи.
Медицинская помощь - комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг; пациент - физическое лицо, которому оказывается медицинская помощь или которое обратилось за оказанием медицинской помощи независимо от наличия у него заболевания и от его состояния (пп. 3, 9 ст. 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).
В п. 21 ст. 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» определено, что качество медицинской помощи - совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.
Медицинская помощь, за исключением медицинской помощи, оказываемой в рамках клинической апробации, организуется и оказывается: 1) в соответствии с положением об организации оказания медицинской помощи по видам медицинской помощи, которое утверждается уполномоченным федеральным органом исполнительной власти; 2) в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, утверждаемыми уполномоченным федеральным органом исполнительной власти и обязательными для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями; 3) на основе клинических рекомендаций; 4) с учетом стандартов медицинской помощи, утверждаемых уполномоченным федеральным органом исполнительной власти (ч. 1 ст. 37 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).
Критерии оценки качества медицинской помощи согласно ч.2 ст. 64 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» формируются по группам заболеваний или состояний на основе соответствующих порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов лечения) по вопросам оказания медицинской помощи, разрабатываемых и утверждаемых в соответствии с ч. 2 ст. 76 этого федерального закона, и утверждаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.
Медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации (чч. 2 и 3 ст. 98 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).
Исходя из приведенных нормативных положений, регулирующих отношения в сфере охраны здоровья граждан, право граждан на охрану здоровья и медицинскую помощь гарантируется системой закрепляемых в законе мер, включающих в том числе как определение принципов охраны здоровья, качества медицинской помощи, порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи, так и установление ответственности медицинских организаций и медицинских работников за причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.
Из содержания искового заявления ФИО1 усматривается, что основанием ее обращения в суд с требованием о компенсации причиненного ей морального вреда явилось ненадлежащее оказание медицинской помощи (дефекты оказания медицинской помощи) ее отцу ФИО2, приведшее, по мнению истца, к его смерти.
Статьей 38 Конституции Российской Федерации и корреспондирующими ей нормами ст. 1 СК РФ предусмотрено, что семья, материнство, отцовство и детство в Российской Федерации находятся под защитой государства.
Семейное законодательство исходит из необходимости укрепления семьи, построения семейных отношений на чувствах взаимной любви и уважения, взаимопомощи и ответственности перед семьей всех ее членов, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в дела семьи, обеспечения беспрепятственного осуществления членами семьи своих прав, возможности судебной защиты этих прав (п. 1 ст. 1 СК РФ).
Пунктом 1 ст. 150 ГК РФ определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.
Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (ст. 151 ГК РФ).
Из норм Конвенции о защите прав человека и основных свобод и их толкования в соответствующих решениях Европейского Суда по правам человека в их взаимосвязи с нормами Конституции Российской Федерации, Семейного кодекса Российской Федерации, положениями ст. 150, 151 ГК РФ следует, что в случае нарушения прав граждан в сфере охраны здоровья, причинения вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи требования о компенсации морального вреда могут быть заявлены родственниками и другими членами семьи такого гражданина, поскольку, исходя из сложившихся семейных связей, характеризующихся близкими отношениями, духовным и эмоциональным родством между членами семьи, возможно причинение лично им (то есть членам семьи) нравственных и физических страданий (морального вреда) ненадлежащим оказанием медицинской помощи этому лицу.
Законодатель, закрепив в ст.151 ГК РФ общие правила компенсации морального вреда, не установил ограничений в отношении случаев, когда допускается такая компенсация. При этом согласно п. 2 ст. 150 ГК РФ нематериальные блага защищаются в соответствии с этим кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и тех пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (ст.12 ГК РФ) вытекает из существа нарушенного нематериального права и характера последствий этого нарушения.
В абзаце втором п. 2 постановления Пленума от 20 декабря 1994г. N 10 разъяснено, что моральный вред может заключаться, в частности, в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников.
Отсутствие в законодательном акте прямого указания на возможность компенсации причиненных нравственных или физических страданий по конкретным правоотношениям не всегда означает, что потерпевший не имеет права на возмещение морального вреда (абзац третий п. 4 постановления Пленума от 20 декабря 1994г. N 10).
В силу п. 1 ст. 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами гл. 59 (ст. 1064 - 1101 ГК РФ) и ст. 151 ГК РФ.
Согласно пп. 1, 2 ст. 1064 ГК РФ, определяющей общие основания гражданско-правовой ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.
В соответствии с п. 1 ст. 1068 ГК РФ юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.
Статья 1101 ГК РФ предусматривает, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда.
Как разъяснено в п. 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994г. N10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» (в редакции постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 6 февраля 2007 г. N 6) (далее также - постановление Пленума от 20 декабря 1994 г. N 10), суду следует устанавливать, чем подтверждается факт причинения потерпевшему нравственных или физических страданий, при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействием) они нанесены, степень вины причинителя, какие нравственные или физические страдания перенесены потерпевшим, в какой сумме он оценивает их компенсацию и другие обстоятельства, имеющие значение для разрешения конкретного спора. Одним из обязательных условий наступления ответственности за причинение морального вреда является вина причинителя. Исключение составляют случаи, прямо предусмотренные законом.
Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий (абзац второй п. 8 постановления Пленума от 20 декабря 1994 г. N 10).
В п. 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010г. N 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» (далее - постановление Пленума от 26 января 2010 г. N 1) разъяснено, что по общему правилу, установленному ст. 1064 ГК РФ, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. Установленная ст. 1064 ГК РФ презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.
При рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела (абзацы третий и четвертый п. 32 постановления Пленума от 26 января 2010г. N1).
По смыслу приведенных нормативных положений гражданского законодательства и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. Необходимыми условиями для возложения обязанности по компенсации морального вреда являются: наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, наличие причинной связи между наступлением вреда и противоправностью поведения причинителя вреда, вина причинителя вреда.
При этом законом установлена презумпция вины причинителя вреда, которая предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт наличия вреда (физических и нравственных страданий - если это вред моральный), а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.
Судом установлено, что "дата" бригадой скорой медицинской помощи ГБУЗ «ТОСССМП и МК», по направлению ТОГБУЗ «Бондарская ЦРБ», в ГБУЗ «ТОГБ им. В.Д. Бабенко» был доставлен ФИО2, "дата" года рождения. В указанной больнице "дата" ФИО2 провели обследование, в результате которого было установлен диагноз: «Основной: ИБС, острый инфаркт миокарда передней стенки левого желудочка, с подъемом ST (поздние сроки), Фоновый: гипертоническая болезнь 3 стадии, хроническая сердечная недостаточность, пароксизмальная форма фибрилляции предсердий (пароксизм более 48 часов). Сопутствующий: полисегментарная интерстициальная пневмония, вероятно вирусного генеза, малый 2-х сторонний гидроторакс», после чего в этот же день его перевели в ОГБУЗ «ТИКБ», где он находился до "дата".
В ОГБУЗ «ТИКБ» ФИО2 сделали тест на COVID-19, который оказался отрицательным, после чего "дата" он был переведен в отделение пульмонологии ГБУЗ «ТОГБ им. В.Д. Бабенко» с диагнозом «внебольничная двусторонняя полисегментарная пневмония средней степени тяжести». В указанном отделении он пробыл до "дата", где его состояние здоровья ухудшилось, связи с чем, он был переведен в отделение неотложной кардиологии. В указанном отделении ФИО2 проводилось лечение, до "дата", после чего он был выписан на амбулаторное лечение. По месту жительства ФИО2 пробыл 10 дней, после чего он снова был госпитализирован в ОГБУЗ «ТИКБ», где он повторно был обследован на COVID-19, тест которого оказался отрицательным. Затем, ФИО2 был направлен в ТОГБУЗ «ГКБ № 4 г. Тамбова» с диагнозом «двухсторонняя полисегментарная пневмония». В указанной больнице ФИО2 оказывалось стационарное лечение до "дата", однако, в связи с ухудшением его состояния здоровья в указанный день он был переведен в ГБУЗ «ТОГБ им. В.Д. Бабенко». "дата" в 18 часов 00 минут ФИО2 скончался в ГБУЗ «ТОГБ им. В.Д. Бабенко», что подтверждается свидетельством о смерти от "дата" "номер".
Как следует из свидетельства о рождении, паспорта и свидетельства о заключении брака, истец ФИО1 является дочерью умершего ФИО2 (том 1 л.д. 10-15).
Из заключения Тамбовского филиала АО «Страховая компания «СОГАЗ-Мед» "дата" следует, что при анализе оказания медицинской помощи ФИО2 в ТОГБУЗ «ГКБ №4 г. Тамбова» в период с "дата" по "дата" врачами-экспертами выявлено невыполнение необходимых пациенту диагностических и лечебных мероприятий: не получал оксигенотерапию, получал нерациональную терапию по стимуляции диуреза, нет обоснования назначения лоратадина. Не проведены биохимические исследования крови, нет анализа и интерпретации клинических проявлений заболевания. Пациенту было показано проведение консилиума, но он не был проведен. Имеются дефекты оформления медицинской документации: при сборе анамнеза не уточнена терапия на догоспитальном этапе, не представлено описание, рентгенологической картины в легких (от "дата" и "дата" r.), что не позволяет оценить динамику рентгенологической картины. По заключению врачей - экспертов медицинская помощь оказывалась ненадлежащего качества, что, вероятно, создало риск ухудшения здоровья застрахованного лица. "дата" ФИО2 переведен для дальнейшего лечения в пульмонологическое отделение ГБУЗ «ТОКБ-им. В.Д. Бабенко». С учетом развившихся осложнений: острый респираторный дистресс-синдром, на фоне имеющихся заболеваний (ишемическая болезнь сердца, постинфарктный кардиосклероз, хроническая сердечная недостаточность), пациент по тяжести состояния был помещен в отделение реанимации и интенсивной терапии. ФИО2 был обследован "дата" на COVID-19 методом ПЦР - результат получен "дата", положительный. При проведении экспертных мероприятий установлено, что медицинская помощь ФИО2 "дата" в ГБУЗ «ТОКБ им. В.Д. Бабенко» оказана надлежащего качества. Врачами-экспертами установлено, что, несмотря на наличие отрицательных результатов на наличие у ФИО2 новой коронавирусной инфекции, лечение пневмонии проводилось на основании временных клинических рекомендаций по лечению новой коронавирусной инфекции.
Следственным отделом по Октябрьскому району следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Тамбовской области "дата" по заявлению ФИО1 о ненадлежащем оказании медицинской помощи ФИО2 было возбуждено уголовное дело "номер" по признакам - состава преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 109 УК РФ. Поводом и основанием для возбуждения настоящего уголовного дела явилось заявление ФИО1 о привлечении к уголовной ответственности медицинских работников ГБУЗ «ТОКБ им. В.Д. Бабенко», за ненадлежащее исполнение своих обязанностей, что повлекло смерть ФИО2 (том 1 л.д. 15-17).
Постановлением следователя следственного отдела по Октябрьскому району г. Тамбова "дата" ФИО1 признана потерпевшей по уголовному делу "номер" (том 1 л.д. 17-18).
Постановлением следователя следственного отдела по Октябрьскому району г. Тамбова "дата" ФИО1 признана гражданским истцом по данному уголовному делу и за нею признано право на удовлетворение гражданского иска в связи с причинением морального вреда (том 1 л.д. 15-16).
Постановление Ленинского межрайонного следственного отдела г. Тамбова следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Тамбовской области "дата" было прекращено уголовное дело "номер" по основанию, предусмотренному п. 1 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, в связи с отсутствием события преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 109 УК РФ.
Определением Советского районного суда г. Тамбова от "дата" была назначена комиссионная медицинская судебная экспертиза, производство которой поручалось экспертам ГУЗ «Липецкое областное бюро судебно - медицинской экспертизы». Перед комиссией экспертов ставились вопросы: 1. Какова причина смерти ФИО2? 2. Насколько своевременно и правильно проводилась диагностика заболеваний у ФИО2 в ТОГБУЗ «ГКБ № 4 г. Тамбова», ГБУЗ «ТОКБ им. В.Д. Бабенко» и ОГБУЗ «ТИКБ». 3. Насколько своевременно, правильно и в каком объеме оказана медицинская помощь ФИО2 в ТОГБУЗ «ГКБ № 4 г. Тамбова», ГБУЗ «ТОКБ им. В.Д. Бабенко» и ОГБУЗ «ТИКБ»? 4. Какие дефекты имели место в диагностике и лечении заболеваний ФИО2, в каком лечебном учреждении конкретно они были допущены, их причины, роль и причинно-следственная связь с наступившим летальным исходом? 5. Состоят ли выявленные недостатки (дефекты) оказания медицинской помощи ФИО2 в прямой причинной причинно - следственной связи с наступлением его смерти? 6.Были ли предприняты лечащим врачом при нахождении ФИО2 на лечении в ТОГБУЗ «ГКБ № 4 г.Тамбова», а также больницей все необходимые и возможные меры по спасению пациента из опасной для его жизни ситуации? 7. Имелась ли у ТОГБУЗ «ГКБ № 4 г. Тамбов» возможность оказать ФИО2 необходимую и своевременную медицинскую помощь? 8. В каком состоянии находился ФИО2 при переводе из ОГБУЗ «ТИКБ» в ТОГБУЗ «ГКБ №4 г.Тамбова»? 9. Обоснованно ли ФИО2 был переведен "дата" из ОГБУЗ «ТИКБ» в ТОГБУЗ «ГКБ №4 г. Тамбова»? 10. Находился ли ФИО2 в группе повышенного риска по коронавирусу и имел ли отягощенный анамнез при поступлении в ТОГБУЗ «ГКБ №4 г. Тамбова»? 11. Имеются ли при оказании медицинской помощи ФИО2 в ГБУЗ «ТОКБ им.В.Д.Бабенко», ОГБУЗ «ТИКБ», ТОГБУЗ «ГКБ №4 г. Тамбова» врачебные ошибки? 12. К каким негативным последствиям привели врачебные ошибки, допущенные при оказании медицинской помощи в ГБУЗ «ТОКБ им. В.Д.Бабенко», ОГБУЗ «ТИКБ», ТОГБУЗ «ГКБ №4 г.Тамбова», если таковые имели место? 13. Имеется ли причинно-следственная связь между врачебными ошибками, допущенными при оказании медицинской помощи в ГБУЗ «ТОКБ им. В.Д.Бабенко», ОГБУЗ «ТИКБ», ТОГБУЗ «ГКБ №4 г.Тамбова», и смертью пациента, если таковые имели место? 14. У пациента ФИО2 "дата" года рождения, при повторном поступлении в ГБУЗ «ТОКБ им. В.Д. Бабенко», имелась тяжелая кардиальная патология в виде распространенного постинфарктного крупноочагового кардиосклероза, вследствие перенесенного острого инфаркта миокарда от "дата", при трехсосудистом поражении коронарного русла, осложненная хронической сердечной недостаточностью со сниженной фракцией выброса, двусторонняя полисегментарная пневмония, тяжелого течения, острая дыхательная недостаточность 3 степени, сатурация 85, артериальное давление 90/60, крайне тяжелое терминальное состояние, и несмотря на интенсивную терапию в условиях реанимационного отделения, смерть наступила в первые четыре часа после поступления. Возможен ли благоприятный исход при наличии указанной тяжелой сочетанной патологии со стороны дыхательной и сердечно-сосудистой системы? 15. На основании данных патологоанатомического вскрытия установлено, что основной причиной смерти явилось сочетание сердечно-сосудистой патологии и тотальной вирусной пневмонии, вызванной COVID-19. Повлияло ли на исход заболевания присоединение новой коронавирусной инфекции, не выявленной ТОГБУЗ «ГКБ № 4 г. Тамбова» и протекающей без надлежащей терапии? 16. Могло ли несоблюдение рекомендаций по соблюдению водно-питьевого режима, приему выписанных препаратов, наблюдению у участкового терапевта по месту жительства, полученных пациентом при выписке из отделения неотложной кардиологии, привести к ухудшению состояния ФИО2? 17. Своевременно ли осуществлен перевод ФИО2 в ГБУЗ «ТОКБ им. В.Д. Бабенко» на фоне отсутствия положительной динамики, развития терминального состояния, при лечении в ТОГБУЗ «ГКБ № 4 г. Тамбова»?
Из выводов комиссионной экспертизы "номер" от "дата" выполненной ГУЗ «Липецкое областное бюро судебно - медицинской экспертизы» следует, что: 1. (ответ на вопрос №1) Смерть ФИО2 наступила от тотальной серозно - фибринозной пневмонии с развитием острого респираторного дистресс- синдрома, на фоне ишемической болезни сердца, хронической сердечной недостаточности, крупноочагового постинфарктного кардиосклероза. На это указывают результаты патологоанатомического и судебно-гистологического исследования. 2. (ответ на вопрос № 2,3) Под «своевременным» и «правильным» оказанием медицинской помощи эксперты понимают такс й объем диагностических мероприятий, выполненный ФИО2, который позволил своевременно установить все протекающие в его организме патологические процессы, причем выполненные обследования должны отвечать современным подходам по диагностике данных состояний в медицине, а также требованиям клинических рекомендаций - в данном случае «внебольничная пневмония у взрослых (2019), «острый инфаркт миокарда с подъемом сегмента ST» (2020). Поскольку проведенные обследования позволили установить сущность течения всех патологических процессов, протекавших в организме ФИО2, проведенные обследования следует считать полными, правильными и своевременна выполненными. Лечение, назначенное на каждом из этапов оказания медицинской помощи (в ТОГБУЗ «ГКБ № 4 г. Тамбова», ГБУЗ «ТОКБ им. В.Д. Бабенко», ОГБУЗ «ТИКБ») было назначено в соответствии с установленными патологическими процессами и соответствовало требованиям вышеуказанных клинических рекомендаций, то есть комплекс лечебных мероприятий, проведенных ФИО2 следует признать «правильным», полным и своевременно выполненным. 3. (ответ на вопрос № 4,5,11) Понятие «врачебной ошибки» не является юридической категорией и не закреплено законодательно, в связи с чем применение данного понятия нецелесообразно в рамках проведения судебно-медицинской экспертизы во избежание различного подхода к трактовке данного термина. Понятие «дефект» в медицине издавна применяется при внутримедицинской оценке оказанной помощи с целью выработки мер для повышения ее эффективности. Цель оценки определяет содержание применяемого при этом термина «дефект», а также подходы к его определению. В частности, на основании ретроспективной оценки событий оказанная помощь может быть признана дефектной, а причиной названа объективная невозможность иного варианта ее оказания. Для судопроизводства такое утверждение парадоксально, между тем, данный подход в определении дефекта позволяет обозначить имеющуюся проблему в медицине и обратить внимание на необходимость поиска путей по ее устранению. Целью судопроизводства повышение эффективности оказания медицинской помощи не является, а потому термин «дефект» (применительно к оценке недостатка медицинской помощи) не следует в нем использовать. В противном случае применение принятых в медицине подходов в судопроизводстве приведет к заблуждениям. В силу этого специалисты полагают необходимым в последующем отвечая на поставленные вопросы вместо слова «дефект» использовать слово «недостаток». В ходе исследования документации выявлены следующие «недостатки» при оказании медицинской помощи ФИО2: в ОГБУЗ «ТИКБ» при осмотре "дата" - при наличии жалоб на ангинозные боли не назначены наркотические анальгетики, болевой синдром купировался введением анальгина и дротаверина, что нецелесообразно; Протокол рентгенологического исследования не соответствует требованиям временных методических рекомендаций по профилактике, диагностике и лечению новой коронавирусной инфекцией (версия 7) - в случае первичного исследования рекомендуется указать вероятность соответствия выявленных изменений пневмонии COVID 19; гепарин не назначен в лечебных дозах (назначен в профилактической дозе 5000Ед 3 р/день); в ГБУЗ «ТОКБ им. В.Д. Бабенко» при осмотре "дата" при наличии болей в грудной клетки нет сведений об адекватном обезболивании; в ТОГБУЗ «ГКБ № 4» не указано, проводился ли мониторинг сатурации на кислороде или вне кислородной поддержки. Указанные недостатки при оказании медицинской помощи ФИО2 не оказали какого-либо негативного влияния на состояние здоровья ФИО2, то есть не находятся в прямой причинно - следственной связи с наступившим летальным исходом. Установить причины допущения указанных недостатков не является целью и задачами судебно-медицинских экспертов. 4. (ответ на вопрос "номер",7) В условиях ТОГБУЗ «ГКБ№ 4» были выполнены все необходимые лечебно-диагностические мероприятия, направленные на установление и купирование патологических состояний, протекающих в организме ФИО2 поскольку все протекающие в организме ФИО2 патологические состояния были своевременно и правильно установленными, меры по оказанию медицинской помощи ФИО2 следует признать «полными» и своевременными. 5. (ответ на вопрос № 8) Согласно дневниковой записи лечащего врача от "дата" в 12.38 состояние ФИО2 было средней степени тяжести, гемодинамические показатели, а так же иные объективные данные свидетельствовали о допустимости его транспортировки в другое лечебное учреждение. 6. (ответ на вопрос № 9) ФИО2 "дата" был переведен в ТОГБУЗ «ГКБ № 4» в связи с отрицательным результатам исследования на коронавирусную инфекцию, то есть в связи со снятием данного диагноза. Эксперты обращают внимание, что в соответствии с временными методическими рекомендациями «профилактика, диагностика и лечение новой коронавирусной инфекции (COVID-19), версия 7, у медицинских работников имелись все основания исключить данный диагноз. 7. (ответ на вопрос № 10) У ФИО2 имелся отягощенный анамнез - у него имелись ряд хронических заболеваний - Хроническая сердечно-сосудистая недостаточность, гипертоническая болезнь, фибрилляция предсердий, постинфарктный кардиосклероз. По имеющимся литературным данным наличие заболеваний сердечно - сосудистой системы является фактором риска тяжелого течения новой короновиросной инфекции. 8. (ответ на вопрос № 12,13) Эксперты считают целесообразным обратить внимание на некорректную формулировку вопроса в которой действия медицинских работников уже охарактеризованы как «врачебные ошибки, которые допущены при лечении». Выявленные недостатки при оказании медицинской помощи ФИО2 Е - перечислены в п. 3 настоящих выводов и не находятся в причинно-следственной связи с наступлением смерти ФИО2 или ухудшении состояния его здоровья. 9. (ответ на вопрос № 14) При поступлении в ГБУЗ «ТОКБ им. В.Д. Бабенко» "дата". благоприятный исход не наступил, Это обусловлено наличием фоновой патологии сердечно-сосудистой системы, тяжелого (тотального) поражения легких. Но современном этапе развития медицинской помощи не разработано эффективных лекарственных препаратов, которые позволили бы однозначно излечить пациентов от новой короновирусной инфекции. 10. (ответ на вопрос № 15) Присоединение новой коронавирусной инфекции повлияло на исход заболевания ФИО2 Следует отметить, что в настоящее время не разработано способов определения наличие в организм; возбудителя новой коронавирусной инфекции, в связи с чем отрицательный результат тестирования не является дефектом оказания медицинской помощи, а связан с особенностью выполнения данного рода тестирования (мазок берется из зева и носа, где вирус может быть не обнаружен) у живого лица. Эксперты обращают внимание, что у медицинских работников ТОГБУЗ «ГКБ № 4» имелись основания для «снятия» данного диагноза в соответствии с временными методическими рекомендациями «профилактика, диагностика и лечение новой коронавирусной инфекции (COVID-19),версия 7. 11. (ответ на вопрос № 16) К ухудшению состояния ФИО2 привело в первую очередь прогрессирование пневмонии за счет присоединения новой коронавирусной инфекции. 12. (ответ на вопрос № 17) Исходя из дневниковых записей, перевод ФИО2 был осуществлен "дата" в связи с невозможностью произвести внутривенные инъекции, прогрессированием пневмонии. Противопоказаний для его транспортировки в другое лечебное учреждение не имелось. Терминальное состояние развилось у ФИО2 уже в ГБУЗ «ТОКБ им. В.Д. Бабаенко». Решение о переводе пациента принимается консилиумом врачей.
У суда нет оснований, ставить под сомнение заключение комиссионной экспертизы "номер" от "дата", выполненной ГУЗ «Липецкое областное бюро судебно - медицинской экспертизы». Она проведена с соблюдением установленного процессуального порядка, комиссией врачей, обладающих специальными познаниями для разрешения поставленных перед ними вопросов, экспертному исследованию был подвергнут необходимый и достаточный материал, содержащийся как в материалах дела и медицинских картах ФИО2. Методы, использованные при экспертном исследовании, и сделанные на его основе выводы научно обоснованы. Заключение составлено в соответствии с требованиями ст. 86 ГПК РФ, Федерального закона от 31 мая 2001 г. N 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», содержит подробное описание проведенного исследования, сделанные в результате его выводы и ответы на поставленные судом вопросы. Оснований не доверять выводам данного заключения экспертов у суда не имеется. Доказательств, опровергающих выводы экспертов, истцом, третьими лицами и ответчиком в нарушение ст. 56 ГПК РФ не представлено.
Эксперты были предупреждены об ответственности за дачу ложного заключения по ст. 307 УК РФ.
Никаких доказательств заинтересованности экспертов в исходе дела не представлено, оснований для сомнения в объективности заключения у суда не имеется.
В соответствии с действующим законодательством, одним из обязательных условий наступления ответственности за причинение морального вреда является вина причинителя (ст.ст. 151, 1100 ГК РФ).
Обязанность возместить вред является мерой гражданско-правовой ответственности, применяемой к причинителю вреда при наличии состава правонарушения, который включает возникновение вреда, противоправность действий причинителя вреда, наличие причинно-следственной связи между его действиями и возникновением вреда, а также вины причинителя вреда.
Указанные выше положения по смыслу, придаваемому им правоприменительной практикой, не предполагают наступление гражданско-правовой ответственности за причинение вреда при наличии косвенной причинно-следственной связи между действиями виновного лица и наступившим вредом и не предусматривают возможность удовлетворения требований о компенсации морального вреда при наличии косвенной и при отсутствии прямой причинно-следственной связи между установленными дефектами оказания медицинской помощи и развитием неблагоприятного исхода заболевания.
Вместе с тем, в соответствии со ст. 86 ГПК РФ заключение эксперта оценивается судом по правилам, установленным ст.67 ГПК РФ, в соответствии с которой суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств
Таким образом, с учетом всех представленных сторонами доказательств, принимая во внимание, что медицинская помощь ФИО2 в ТОГБУЗ «Городская клиническая больница № 4 г. Тамбова» была оказана своевременно и в полном объеме, все протекающие в организме ФИО2 патологические состояния были своевременно и правильно установлены, лечебно-диагностические мероприятия проведены правильно, отсутствует причинно-следственная связь между качеством лечения и наступившей смертью ФИО2, суд приходит к выводу о том, что отсутствует вина сотрудников ТОГБУЗ «Городская клиническая больница № 4 г. Тамбова» в наступлении смерти ФИО2.
При этом вышеуказанные недостатки при оказании медицинской помощи ФИО2 не оказали какого-либо негативного влияния на состояние здоровья ФИО2, то есть не находятся в прямой причинно - следственной связи с наступившим летальным исходом ФИО2.
С учетом вышеизложенного, суд приходит к выводу, что в ходе судебного разбирательства истцом ФИО1 в силу ст. 56 ГПК РФ не представлено, а судом не установлено объективных доказательств, подтверждающих доводы настоящего иска, в связи с чем, отсутствуют основания для его удовлетворения.
Частью 1 статьи 79 ГПК РФ установлено, что при возникновении в процессе рассмотрения дела вопросов, требующих специальных знаний в различных областях науки, техники, искусства, ремесла, суд назначает экспертизу. Проведение экспертизы может быть поручено судебно-экспертному учреждению, конкретному эксперту или нескольким экспертам.
Судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела (часть 1 статьи 88 ГПК РФ).
К числу издержек, связанных с рассмотрением дела, в силу ст.94 ГПК РФ относятся суммы, подлежащие выплате экспертам.
В соответствии с ч. 1 ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных ч. 2 ст. 96 ГПК РФ. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.
В соответствии с абз. 2 ч. 2 ст. 85 ГПК РФ эксперт или экспертное учреждение не вправе отказаться от проведения порученной им экспертизы в установленный судом срок, мотивируя это отказом стороны произвести оплату экспертизы до её проведения. В случае отказа стороны от предварительной оплаты экспертизы эксперт или судебно-экспертное учреждение обязаны провести назначенную судом экспертизу и вместе с заявлением о возмещении понесённых расходов направить заключение эксперта в суд с документами, подтверждающими расходы на проведение экспертизы, для решения судом вопроса о возмещении этих расходов соответствующей стороной с учётом положений части первой статьи 96 и статьи 98 настоящего Кодекса.
Определением Советского районного суда г. Тамбова от "дата" г. была назначена комиссионная медицинская судебная экспертиза, производство которой поручалось экспертам ГУЗ «Липецкое областное бюро судебно - медицинской экспертизы».
Принимая во внимание, что расходы по проведению вышеуказанной экспертизы не были оплачены сторонами по делу, то, соответственно, требования экспертного учреждения о возмещении понесённых расходов на проведение экспертизы полностью обоснованны и подлежат удовлетворению.
Таким образом, с учетом вышеперечисленных норм закона и того, что истцу отказано в удовлетворении заявленных требований, суд полагает, что подлежит удовлетворению заявление ГУЗ «Липецкое областное бюро судебно - медицинской экспертизы» и представителя третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, ГБУЗ «ТОКБ им. В.Д. Бабенко» о взыскании расходов на проведение комиссионной медицинской судебной экспертизы в сумме 78 220 руб. с истца ФИО1
При рассмотрении дела суд исходил из доказательств, представленных сторонами, иных доказательств суду не представлено.
На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд
РЕШИЛ:
В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ТОГБУЗ «Городская клиническая больница № 4 г. Тамбова» о взыскании компенсации морального вреда в размере 500 000 руб. и судебных расходов, состоящих из государственной пошлины в размере 300 руб. - отказать.
Взыскать с ФИО1 в пользу ГУЗ «Липецкое областное бюро судебно - медицинской экспертизы» судебные расходы за производство комиссионной экспертизы "номер" от "дата". в сумме 78 220 руб.
Решение может быть обжаловано в Тамбовский областной суд через Советский районный суд г. Тамбова в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.
Судья: А.В. Макаров
Мотивированное решение изготовлено «27» июня 2022 года.
Судья: А.В. Макаров