66RS0008-01-2021-003193-69
Дело № 2а-1383/2022
РЕШЕНИЕ
ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
06 октября 2022 года город Нижний Тагил
Дзержинский районный суд города Нижний Тагил Свердловской области в составе: председательствующего Охотиной С.А.,
при ведении протокола помощником судьи Баржовой А.О.,
с участием административного истца ФИО1,
представителя административного ответчика ФКУ СИЗО № 3 ГУФСИН России по Свердловской области и ГУФСИН России по Свердловской области ФИО2, действующей на основании доверенностей,
рассмотрев в открытом судебном заседании административное дело по административному иску ФИО1 к Федеральной службе исполнения наказаний России, Федеральному казенному учреждению Следственный изолятор № 3 Главного управления Федеральной службы исполнения наказаний России по Свердловской области, Главному управлению Федеральной службы исполнения наказаний России по Свердловской области, Федеральному казенному учреждению Здравоохранения «Медико-Санитарная часть №66 Федеральной службы исполнения наказаний», Федеральному казенному учреждению Исправительная колония №5 ГУФСИН России по Свердловской области и Министерству финансов Российской Федерации о взыскании компенсации за ненадлежащие условия содержания под стражей,
УСТАНОВИЛ:
ФИО1 обратился в суд с исковым заявлением к Министерству финансов РФ, в котором (с учетом измененных требований) просит взыскать за счет средств казны РФ компенсацию морального вреда, причиненного в результате ненадлежащих условий содержания, в размере 3 000 0000 рублей, а также понесенные расходы, связанные с перепиской и подачей жалоб в размере 50 000 рублей.
В обоснование иска указано, что административным ответчиком причинен вред (действиями, бездействиями), а именно тем, что, находясь под арестом в СИЗО города Нижний Тагил в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ год по подозрению в совершении преступления, из-за несоответствующих условий содержания, а именно: не соответствует количество лиц, содержащихся в камерах, койка-местам и стандарту квадратных метров на человека и медицинского обеспечения, заболел туберкулезом легких кавернозно-очаговый туберкулез левого легкого верхней долей. В мае 2000 года был освобожден из туберкулезной камеры СИЗО, где кроме физ.раствора иного лечения не предоставляли. Освобожден был из-за отсутствия в его действиях состава преступления.
Определением суда от 21.12.2021 суд перешел к рассмотрению дела в порядке Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации и привлек к участию в деле в качестве административных ответчиков ФКУ СИЗО-3 ГУФСИН России по Свердловской области, ГУФСИН России по Свердловской области и ФКУ Здравоохранения «Медико-Санитарная часть № 66 ФСИН».
Определением суда от 18.01.2022 к участию в деле в качестве административного ответчика привлечено ФКУ ИК № 5 ГУФСИН России по Свердловской области.
Определением суда от 26.07.2022 к участию в деле в качестве административного соответчика привлечен ФСИН России.
Административный истец ФИО1 в судебном заседании на исковых требованиях настаивал в полном объеме по основаниям, указанным в административном иске. Суду пояснил, что ДД.ММ.ГГГГ был арестован по подозрению в совершении преступления и ДД.ММ.ГГГГ помещен с СИЗО № 3 города Нижний Тагил, где неоднократно переводился из одной камеры в другую. Камеры в СИЗО-3 рассчитаны на 16-18 человек, однако к ней содержалось до 30-40 человек, в связи с чем спальных мест не хватало и спали на полу. После того, как у него поднялась температура, был помещен в медсанчать, где фактически ему не оказывалась медицинская помощь. В начале 2000 года он был этапирован в ФКУ ИК-5 ГУФСИН России, где при поступлении он не был осмотрен врачами. При помещении в ИК-5, в том числе в камеру ПКТ, были нарушены положения закона, т.к. он не имел статуса осужденного и соответственно не мог там содержаться. Плановая флюорография была проведена ПКТ ИК-5. Впоследствии у него был диагностирован туберкулез легких, чувствовал недомогание, была слабость, иных признаков, кашля не было. За весь период времени нахождения под стражей, никакого лечения кроме физраствора ему предоставлено не было. Он был освобожден из-под стражи в мае 2000 года, после чего обратился в Туберкулезный диспансер, где ему подтвердили диагноз: туберкулез легких и назначили лечение. Полагает, что условия содержания под стражей были ненадлежащие, чем нарушены его права, медицинская помощь не оказывалась надлежащая; и в связи с совокупностью этих обстоятельств он получил заболевание, которое вызвало необходимость длительно проходить лечение и в настоящее время препятствует ему в трудоустройстве. За защитой своих нарушенных прав, неоднократно обращался с заявлениями в прокуратуру, в суд, в Европейский суд по правам человека, однако до настоящего времени его нарушенные права не восстановлены. Несмотря на обращения в Европейский суд по правам человека в 2006 году и в 2019 году, в частности через адвоката Качанова, ответа им до сих пор не получено. В связи с чем, полагает, что заявленный им размер компенсации обоснован. Также за весь период времени, он неоднократно обращался в различные инстанции с жалобами, в том числе в Европейский суд по правам человека, в связи с чем, потратил 50 000 рублей, которые он просит взыскать с административных ответчиков в качестве судебных издержек.
Представитель административного ответчика ГУФСИН России по Свердловской области и ФКУ СИЗО-3 ГУФСИН России по Свердловской области ФИО2 в судебном заседании с заявленными требованиями не согласилась, считает, что они не подлежат удовлетворению как по существу, так и в связи с пропуском административным истцом срока для обращения в суд. В судебном заседании поддержала свои возражения, данные ранее, в которых указано, что согласно архивной карточке формы № 1, ФИО1, содержался под стражей в ФКУ СИЗО-3 ГУФСИН России по Свердловской области с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. Порядок и условия содержания под стражей, гарантии прав и законных интересов лиц, которые в соответствии с Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации задержаны по подозрению в совершении преступления, а также лиц, подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений, в отношении которых в соответствии с Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации избрана мера пресечения в виде заключения под стражу установлены Федеральным законом от 15.07.1995 № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений». Сведения об условиях содержания административного истца под стражей в выше указанный период, в том числе о размере и оборудовании камер, в которых он содержался, количестве спальных мест и лиц, содержащихся в камере совместно с ФИО1, в ФКУ СИЗО-3 ГУФСИН России по Свердловской области отсутствуют, в связи с уничтожением документов за истечением срока хранения. Административным истцом оспариваются действия (бездействие) должностных лиц ФКУ СИЗО-3 ГУФСИН России по Свердловской области по ненадлежащему содержанию его в учреждении за период с 1999 года по 2000 годы, при этом иск в суд предъявлен только в 2021 году, по истечении длительного периода времени с того момента, когда административному истцу стало известно о нарушении его прав. Административный истец, имея возможность осуществить защиту своих прав, предусмотренных законодательством, на протяжении длительного периода времени в суд с данным иском не обращался. Не обращение в суд в разумные роки привело к невозможности исследования судом вследствие уничтожения за истечением срока хранения документов, которые могли бы подтвердить или опровергнуть юридически значимые действия. Обращение за компенсацией вреда по истечении значительного периода времени после событий, с которыми административный истец связывает причинение ему вреда, может свидетельствовать о недобросовестном поведении заявителя. Отсутствие конкретизации обстоятельств причинения заявленного административным истцом вреда и длительное не обращение за судебной защитой свидетельствуют о низкой степени значимости для административного истца заявленных им обстоятельств причинения ему морального вреда, который определяется субъективным ощущением потерпевшего, а также дает основание полагать наличие злоупотребления административным истцом правом на судебную защиту. Объективных данных, свидетельствующих о том, что перечисленные в административном исковом заявлении нарушения условий содержания административного истца под стражей в ФКУ СИЗО-3 ГУФСИН России Свердловской области, не имеется. Помимо собственных утверждений ФИО1, никаких достаточных и неопровержимых доказательств указанных обстоятельств административный истец суду не представил. Пребывание гражданина в пенитенциарных учреждениях неизбежно связано с личными лишениями и ограничениями, в частности с недостатком личного пространства. Вместе с тем, содержание на законных основаниях лица под стражей, отбывание им наказания заведомо не может причинять физические и нравственные страдания, поскольку такие нормативы создавались именно с целью не только содержание в местах лишения свободы или под стражей, а обеспечить при этом соблюдение прав лиц, оказавшихся в них вследствие реализации механизма государственного принуждения. При таких обстоятельствах само по себе содержание лица под стражей или отбывание им наказания в местах лишения свободы, осуществляемые на законных основаниях, не порождают у него право на компенсацию морального вреда. Учитывая, что ФИО1 содержался под стражей в ФКУ СИЗО-3 ГУФСИН России по Свердловской области в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, административные ответчики считают, что срок для обращения в суд в порядке Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации административным истцом пропущен, поскольку ДД.ММ.ГГГГ административный истец был освобожден из ФКУ СИЗО-3 ГУФСИН России по Свердловской области, то есть с этого времени у должностных лиц административного ответчика прекратилась обязанность совершать какие-либо действия в отношении административного истца. С административным исковым заявлением ФИО1 обратился только в 2021 году (спустя 21 год), то есть с пропуском установленного срока на обращение в суд с административным исковым заявлением. Пропуск срока обращения в суд без уважительной причины, а также невозможность восстановления пропущенного (в том числе по уважительной причине) срока обращения в суд, является основанием для отказа в удовлетворении административного иска. Административный истец не просит о восстановлении пропущенного трехмесячного срока, не подтверждает причины уважительности его пропуска, в силу чего ГУФСИН России по Свердловской области и ФКУ СИЗО-3 ГУФСИН России по Свердловской области полагают, что срок обращения в суд в порядке Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации административным истцом пропущен, а пропуск срока, в свою очередь, является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении иска и взыскания компенсации за ненадлежащие условия содержания. Кроме того, заявленная административным истцом сумма не отвечает принципам разумности и справедливости.
Представитель административного ответчика ФКУ ИК № 5 ГУФСИН России по Свердловской области в судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения дела был извещен надлежащим образом, о чем в материалах дела имеется отчет. О причинах неявки суд не известил.
Представитель административного ответчика Министерства Финансов РФ (филиал УФК по Свердловской области) в судебное заседание не явился, о слушание дела извещался надлежащим образом, о чем в материалах дела имеется отчет. В материалах дела имеется отзыв, в котором указано, что Министерство финансов РФ является ненадлежащим ответчиком по делу, поскольку согласно ч. 4 ст. 227.1 КАС РФ при рассмотрении судом требования о присуждении компенсации за нарушение условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении интересы РФ представляет главный распорядитель средств федерального бюджета в соответствии с ведомственной принадлежностью органа (учреждения) обеспечивающего условия содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении. Согласно пп.6 пункта 7 раздела второго Положения о Федеральной службе исполнения наказаний, утверждённым Президентом РФ от 13.10.2004 № 1314, функции главного распорядителя средств федерального бюджета предусмотренных на содержание уголовно-исполнительной системы и реализации возложенных на нее функций, осуществляет Федеральная служба исполнения и наказания.
Представитель административного ответчика ФКУ Здравоохранения Медико-Санитарная часть № 66 ИК ФСИН в судебное заседание не явился, о слушание дела извещался надлежащим образом, о чем в материалах дела имеется сведения об извещении, отчет. В своих возражениях указали, что являются ненадлежащим ответчиком, поскольку ФКУЗ МСЧ-66 ФСИН России образовалось позже оспариваемого периода. В ФКУ МСЧ-66 ФСИН России не имеется сведений о медицинской документации ФИО1, поскольку он освободился, его медицинская документация находится в архиве учреждения, из которого он освободился. Кроме того, истцом не представлено объективных и неоспоримых доказательств того, что приобретенные им заболевания являются следствием незаконных действий сотрудников ФКУ МСЧ-66 ФСИН России и не были приобретены им до заключения под стражу. Таким образом, истец не представил доказательств, подтверждающих виновные действия со стороны сотрудников ФКУ МСЧ-66 ФСИН России, пояснения истца ни чем не подтверждаются, поэтому не могут быть положены в основу судебного решения.
Представитель ответчика ФСИН России в судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения дела был извещен своевременно и надлежащим образом, о чем в материалах дела имеется отчет, о причинах неявки суд не известил.
Также в судебное заседание не явились представители заинтересованных лиц, извещены надлежащим образом, о чем в деле имеются соответствующие сведения, ходатайств не представили.
Кроме того, в соответствии со статьями 14 и 16 Федерального закона от 22.12.2008 № 262-ФЗ «Об обеспечении доступа к информации о деятельности судов в Российской Федерации» информация о времени и месте рассмотрения дела заблаговременно размещена на интернет-сайте Дзержинского районного суда г. Н.Тагила.
Выслушав участников процесса, допроси свидетеля Е.Е.Н., исследовав представленные суду письменные доказательства, оценив их в совокупности, суд приходит к следующему.
В соответствии со ст. 4 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации (далее по тексту КАС РФ), каждому заинтересованному лицу гарантируется право на обращение в суд за защитой нарушенных или оспариваемых прав, свобод и законных интересов, в том числе в случае, если, по мнению этого лица, созданы препятствия к осуществлению его прав, свобод и реализации законных интересов либо на него незаконно возложена какая-либо обязанность.
В силу ч. 2 ст. 46 Конституции Российской Федерации решения и действия (или бездействие) органов государственной власти, органов местного самоуправления, и должностных лиц могут быть обжалованы в суд.
Согласно ч. 1 ст. 218 КАС РФ гражданин может обратиться в суд с требованиями об оспаривании действий (бездействий) и решений органа государственной власти, органа местного самоуправления, иного органа, организации, наделенных отдельными государственными или иными публичными полномочиями, должностного лица, государственного или муниципального служащего, если полагает, что нарушены или оспорены его права, свободы и законные интересы, созданы препятствия к осуществлению их прав, свобод и реализации законных интересов или на них незаконно возложены какие-либо обязанности.
Статьей 2 Конституции Российской Федерации гарантируется, что человек, его права и свободы являются высшей ценностью, признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства.
В соответствии с частью 1 статьи 17 Конституции Российской Федерации в Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права.
Согласно части 2 статьи 21 Конституции Российской Федерации, статьи 3 Конвенции «О защите прав человека и основных свобод» от 4 ноября 1950 года никто не должен подвергаться пыткам, насилию, бесчеловечному или унижающему достоинство обращению или наказанию.
Статья 45 Конституции Российской Федерации закрепляет государственные гарантии защиты прав и свобод и право каждого защищать свои права всеми не запрещенными законом способами.
В соответствии со статьей 46 Конституции Российской Федерации каждому гарантируется судебная защита его прав и свобод, данному требованию корреспондирует статья 3 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации.
По смыслу части 4 статьи 15 Конституции Российской Федерации, общепризнанные принципы и нормы международного права и международные договоры Российской Федерации являются составной частью ее правовой системы. Если международным договором Российской Федерации установлены иные правила, чем предусмотренные законом, то применяются правила международного договора.
Минимальные стандартные правила обращения с заключенными, принятые проведенным в Женеве в 1955 году первым Конгрессом ООН по предупреждению преступности и обращению с правонарушителями и одобренные Экономическим и социальным советом ООН в резолюциях № 663 С (XXIV) от 31.07. 1957 и № 2076 (LXII) от 13.05.1977, предусматривают, что все помещения, которыми пользуются заключенные, особенно все спальные помещения, должны отвечать всем санитарным требованиям, причем должное внимание следует обращать на климатические условия, особенно на кубатуру этих помещений, на минимальную их площадь, на освещение, отопление и вентиляцию (п. 10).
Все помещения, которыми пользуются заключенные, особенно все спальные помещения, должны отвечать всем санитарным требованиям, причем должное внимание следует обращать на климатические условия, особенно на кубатуру этих помещений, на минимальную их площадь, на освещение, отопление и вентиляцию (пункт 10 части 1 Правил).
Каждому заключенному следует обеспечивать отдельную койку в соответствии с национальными или местными нормами, снабженную отдельными спальными принадлежностями, которые должны быть чистыми в момент их выдачи, поддерживаться в исправности и меняться достаточно часто, чтобы обеспечивать их чистоту (пункт 19 части 1 Правил).
Статьей 13 Закона Российской Федерации от 21.07.1993 № 5473-1 «Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы» установлено, что Учреждения, исполняющие наказания, обязаны: 1) обеспечивать исполнение уголовно-исполнительного законодательства Российской Федерации; 2) создавать условия для обеспечения правопорядка и законности, безопасности осужденных, а также персонала, должностных лиц и граждан, находящихся на их территориях; 3) обеспечивать привлечение осужденных к труду, условия для получения осужденными общего образования, а также их профессиональное обучение и получение ими профессионального образования; 4) обеспечивать охрану здоровья осужденных; 5) осуществлять деятельность по развитию своей материально- технической базы и социальной сферы; 6) в пределах своей компетенции оказывать содействие органам, осуществляющим оперативно-розыскную деятельность; 7) обеспечивать режим содержания подозреваемых и обвиняемых, в отношении которых в качестве меры пресечения применено заключение под стражу, а также соблюдение их прав и исполнение ими своих обязанностей в соответствии с Федеральным законом «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений».
Согласно положениям части 1 статьи 10 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации, Российская Федерация уважает и охраняет права, свободы и законные интересы осужденных, обеспечивает законность применения средств их исправления, их правовую защиту и личную безопасность при исполнении наказаний. При исполнении наказаний осужденным гарантируются права и свободы граждан Российской Федерации с изъятиями и ограничениями, установленными уголовным, уголовно-исполнительным и иным законодательством Российской Федерации. Осужденные не могут быть освобождены от исполнения своих гражданских обязанностей, кроме случаев, установленных федеральным законом (часть 2 статьи 10 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации).
Согласно статье 4 Федерального закона от 15 июля 1995 года № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» содержание под стражей осуществляется в соответствии с принципами законности, справедливости, презумпции невиновности, равенства всех граждан перед законом, гуманизма, уважения человеческого достоинства, в соответствии с Конституцией Российской Федерации, принципами и нормами международного права, а также международными договорами Российской Федерации и не должно сопровождаться пытками, иными действиями, имеющими целью причинение физических или нравственных страданий подозреваемым и обвиняемым в совершении преступлений, содержащимся под стражей.
В соответствии со статьей 23 Федерального закона от 15 июля 1995 года № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» подозреваемым и обвиняемым создаются бытовые условия, отвечающие требованиям гигиены, санитарии и пожарной безопасности. Подозреваемым и обвиняемым предоставляется индивидуальное спальное место. Подозреваемым и обвиняемым бесплатно выдаются постельные принадлежности, посуда и столовые приборы, туалетная бумага, а также по их просьбе в случае отсутствия на их лицевых счетах необходимых средств индивидуальные средства гигиены (как минимум мыло, зубная щетка, зубная паста (зубной порошок), одноразовая бритва (для мужчин), средства личной гигиены (для женщин). Норма санитарной площади в камере на одного человека устанавливается в размере четырех квадратных метров с учетом требований, предусмотренных частью первой статьи 30 настоящего Федерального закона.
В силу статьи 24 Федерального закона от 15 июля 1995 года № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» оказание медицинской помощи и обеспечение санитарно-эпидемиологического благополучия в местах содержания под стражей организуются в соответствии с законодательством в сфере охраны здоровья. Администрация указанных мест обязана выполнять санитарно-гигиенические требования, обеспечивающие охрану здоровья подозреваемых и обвиняемых. При ухудшении состояния здоровья подозреваемого или обвиняемого сотрудники мест содержания под стражей безотлагательно принимают меры для организации оказания подозреваемому или обвиняемому медицинской помощи.
Процесс содержания лица под стражей или отбывания им наказания законодательно урегулирован, осуществляется на основании нормативно-правовых актов и соответствующих актов Министерства юстиции Российской Федерации, которыми регламентированы условия содержания, права и обязанности лиц, содержащихся под стражей или отбывающих наказание, а также права и обязанности лиц, ответственных за их содержание. Права и обязанности лишенных свободы лиц регулируются законодательством и международными обязательствами Российской Федерации.
К таким правам и обязанностям, согласно разъяснениям, данным в пункте 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 №47 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания» относятся, в частности, следующие права: на личную безопасность и охрану здоровья; на получение юридической помощи; на обращение в государственные органы и в общественные наблюдательные комиссии; на доступ к правосудию; на получение информации, непосредственно затрагивающей реализацию прав соответствующих лиц, на материально-бытовое обеспечение, включая обеспечение жилищно-бытовых, санитарных условий, питания и прогулок; право на образование и досуг. Любое содержание под стражей, в том числе перемещение в транспортных средствах, должно осуществляться в соответствии с принципами уважения человеческого достоинства и применимыми правовыми требованиями и должно исключать незаконное физическое или психологическое жестокое обращение. Любое нарушение таких требований является нарушением условий содержания под стражей и запрещенное обращение (пункт 3 Постановления).
Согласно пункту 14 указанного Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации судам необходимо учитывать, что о наличии нарушений условий содержания лишенных свободы лиц могут свидетельствовать, например, переполненность камер (помещений), невозможность свободного перемещения между предметами мебели, отсутствие индивидуального спального места, естественного освещения либо искусственного освещения, достаточного для чтения, отсутствие либо недостаточность вентиляции, отопления, отсутствие либо не предоставление возможности пребывания на открытом воздухе, затрудненный доступ к местам общего пользования, соответствующим режиму мест принудительного содержания, в том числе к санитарным помещениям, отсутствие достаточной приватности таких мест, не обусловленное целями безопасности, невозможность поддержания удовлетворительной степени личной гигиены, нарушение требований к микроклимату помещений, качеству воздуха, еды, питьевой воды, защиты лишенных свободы лиц от шума и вибрации.
Судом установлено и материалами дела подтверждено, что в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 содержался под стражей в ФКУ СИЗО-3 ГУФСИН России по Свердловской области по подозрению в совершение преступления. В указанный период переводился (был этапирован) в ПФРСИ при ИК-5 ГУФСИН России по Свердловской области, где содержался в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. Освобожден из ФКУ СИЗО-3 по постановлению прокуратуры ДД.ММ.ГГГГ. В период содержания под стражей, как следует из представленных доказательств и пояснений административного истца, ФИО1 содержался в различных камерах СИЗО-3, а также в помещении, функционирующим в режиме следственного изолятора при ИК-5 (как указано истцом были сформированы экспериментальные бараки). Доводы административного истца о содержании также в камерах ШИЗО, ПКТ в ИК-5 со стороны административных ответчиков не опровергнуты.
Административный истец указывает, что в период содержания его под стражей в СИЗО-3 он заболел туберкулезом легких из-за несоответствующих условий содержания, а именно: не соответствие количества лиц, содержащихся в камерах спальным местам и стандарту квадратных метров на человека, что вызывало необходимость спать на полу; отсутствие надлежащего медицинского обеспечения. При этом истцом указано, что он чувствовал недомогание, слабость, поднималась температура, надлежащая медицинская помощь, по его мнению, сотрудниками указанных выше учреждений (СИЗО-3 и ИК-5) не оказывалась.
Несмотря на направленные запросы, истребованную информацию, судом не получено при рассмотрении дела подробных сведений об условиях содержания административного истца под стражей в выше указанный период, в том числе о размере и оборудовании камер, в которых он содержался, количестве спальных мест и лиц, содержащихся в камере совместно с ФИО1. Сведения об обращении ФИО1 за медицинской помощью и сведения о медицинских манипуляциях в отношении него и предоставленных медикаментов в ФКУ СИЗО-3 ГУФСИН России по Свердловской области и ИК-5 ГФСИН России по Свердловской области не представлены административными ответчиками. Как установлено данные сведения отсутствуют в связи с уничтожением документов за истечением срока хранения, о чем представлены соответствующие акты об уничтожении дел и журналов. Иного по делу не установлено, а доводы административного истца об условиях содержания признать опровергнутыми либо надлежащим образом доказанными не представляется возможным в силу объективных, не зависящих в данном случае, в связи со значительным периодом времени с момента освобождения из под стражи ФИО1, от административных ответчиков обстоятельств.
По ходатайству административного истца в судебном заседании в качестве свидетеля допрошен Е.Е.Н., который пояснил, что в период с ДД.ММ.ГГГГ он отбывал наказание в ИК № 5 ГУФСН России по Свердловской области. В медсанчасти встретил ранее ему знакомого ФИО1, который в то время был подследственным, его привели из ПКТ. Со слов последнего знает, что он болеет туберкулезом, однако никаких признаков заболевания у него лично не наблюдал.
Оснований не доверять показаниям свидетеля у суда не имеется, они не противоречат представленным доказательствам. Также и возможности организовать опрос иных заявленных административным истцом лиц, не представилось возможным по объективным причинам, а именно, в связи с отсутствием достоверных сведений о таких лицах, со смертью, а также возвратами почтовой корреспонденции, направленной по указанным в деле адресам. Ходатайств об истребовании иных доказательств, в т.ч. с указанием иных лиц, сторонами не заявлено; административный истец не указал ходатайств об истребовании дополнительных доказательств при обсуждении вопроса о возможности окончить рассмотрение дела по представленным доказательствам. При этом судом учитывается, что несмотря на категорию спора, сторона административного истца также должна представлять доказательства в обоснование своих требований.
Из справки ГАУЗ СО «Противотуберкулезный диспенсер № 3» следует, что ФИО1 состоит на учете в ГАУЗ СО ПТД № 3 поликлиника № 2. Врачебной комиссией от ДД.ММ.ГГГГ установлен диагноз: <данные изъяты> Ранее также состоял на учете в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ с диагнозом: <данные изъяты>
Учитывая изложенное, а также отсутствие иных представленных сторонами доказательств, суд полагает доводы административного истца о проявлении заболевания - <данные изъяты> и его выявлении после помещения в следственный изолятор, нашедшими подтверждения, и не опровергнутыми со стороны административных ответчиков. Доказательств тому, что ФИО1 поступил в следственный изолятор с наличием признаков заболевания, не представлено.
Вместе с тем, пояснения, данные свидетелем Е.Е.Н., а также сведения ГАУЗ СО «Противотуберкулезный диспенсер № 3» не подтверждают сам факт заражения административного истца при обстоятельствах, указанных в административном исковом заявлении; как и не представлено доказательств ненадлежащей организации медицинской помощи ФИО1 в период нахождения под стражей (сам истец не отрицает, что лечение было, ставили уколы).
Как следует из пояснений специалистов МСЧ-66 в отзыве, момент инфицирования <данные изъяты> достоверно не представляется возможным установить ввиду особенностей данного инфекционного заболевания. В частности указано, что для <данные изъяты> характера возможность инфицирования в детстве, а клинические проявления могут появиться в более позднем (во взрослом) возрасте, а могут не проявиться и в течение жизни. Также из сведений, предоставленных ГАУЗ СО «БСМЭ» следует, что длительность инкубационного периода при туберкулезе зависит от множества факторов и может продолжаться от 2-3 недель до года (и более). В связи с чем, установить точное время заражения (давность возникновения заболевания) крайне затруднительно; более точно можно установить, с учетом представленных медицинских документов, время выявления заболевания.
В данном случае время выявления заболевания не противоречит пояснениям административного истца, и соответственно оснований для проведения такого вида экспертизы судом явно по представленным материалам дела не установлено. Административных истцом также ходатайства о назначении по делу медицинской экспертизы для разрешения вопроса о давности возникновения заболевания не заявлялось. Судом учитывался длительный период времени, прошедший с момента выявления заболевания и находящиеся в деле письменные доказательства, в т.ч. медицинские документы, указанные в них сведения, а также отсутствие медицинских документов до момента помещения ФИО1 в следственный изолятор. При этом как следует из амбулаторной карты, ФИО1 проходил амбулаторное лечение впоследствии (после освобождения из под стражи в мае 2000 года), которое приведено в медицинских документах, а также имеются записи о нерегулярном его проведении, обстоятельствах усугубляющих такое лечение.
Таким образом, фактически со стороны административных ответчиков доказательств в обоснование своих возражений, в части обеспечения надлежащих условий содержания под стражей, выражающихся в надлежащем размещении ФИО1 в следственном изоляторе, соблюдении норм пребывания лиц в камерах и раздельного размещения с лицами, не имеющими заболевания - туберкулез, суду не представлено. В данном случае суд исходит из того, что именно на стороне административного ответчика лежит обязанность доказать указанные обстоятельства, о чем разъяснено и во врученном административным ответчикам определении о подготовке.
Вместе с тем, судом принимаются во внимание доводы административных ответчиков о невозможности представить доказательства по объективным причинам, и о заявлении ходатайства о применении последствий пропуска срока для обращения в суд с данным административным иском. При этом судом также принимается во внимание и изложенное выше о том, что безусловных доказательств заражения ФИО1 <данные изъяты> именно в период содержания под стражей, ненадлежащей организации медицинской помощи не представлено, и из истребованных судом доказательств явно не установлено.
Административным истцом оспариваются действия (бездействие) должностных лиц по ненадлежащему содержанию его в учреждении СИЗО-3 ГУФСИН России по свердловской области, и при переводе в ИК-5 ГУФСИН России по Свердловской области, за период с ДД.ММ.ГГГГ год.
В настоящее время требования ФИО1, в связи с соответствующими изменениями в законодательстве, рассматриваются в рамках административного судопроизводства; положениями которого предусмотрен срок для обращения в суд с требованием о компенсации за ненадлежащие условия содержания под стражей.
Согласно частям 1, 2 статьи 12.1 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации, лицо, осужденное к лишению свободы и отбывающее наказание в исправительном учреждении, в случае нарушения условий его содержания в исправительном учреждении, предусмотренных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации, имеет право обратиться в суд в порядке, установленном Кодексом административного судопроизводства Российской Федерации, с административным исковым заявлением к Российской Федерации о присуждении за счет казны Российской Федерации компенсации за такое нарушение. Компенсация за нарушение условий содержания осужденного в исправительном учреждении присуждается исходя из требований заявителя с учетом фактических обстоятельств допущенных нарушений, их продолжительности и последствий и не зависит от наличия либо отсутствия вины органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих.
В соответствии со статьей 227.1 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации лицо, полагающее, что нарушены условия его содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, одновременно с предъявлением требования об оспаривании связанных с условиями содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении решения, действия (бездействия) органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих в порядке, предусмотренном настоящей главой, может заявить требование о присуждении компенсации за нарушение установленных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении (часть 1).
Указанные нормы введены в действие Федеральным законом от 27 декабря 2019 года N 494-ФЗ "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации" (далее по тексту - Федеральный закон от 27 декабря 2019 года N 494-ФЗ) и применяются с 27 января 2020 года.
Конституция Российской Федерации гарантирует каждому судебную защиту его прав и свобод на основе состязательности и равноправия сторон, а также в соответствии с принципами независимости судей и подчинения их только Конституции Российской Федерации и федеральному закону (статья 46, часть 1; статья 120, часть 1; статья 123, часть 3).
Пунктом 2 части 9 статьи 226 КАС РФ установлено, что при рассмотрении административного дела об оспаривании решения, действия (бездействия) органа, организации, лица, наделенных государственными или иными публичными полномочиями, суд выясняет, соблюдены ли сроки обращения в суд.
Частью 11 названной статьи закреплено, что обязанность доказывания обстоятельств, указанных в пунктах 1 и 2 части 9 настоящей статьи, возлагается на лицо, обратившееся в суд, а обстоятельств, указанных в пунктах 3 и 4 части 9 и в части 10 настоящей статьи, - на орган, организацию, лицо, наделенные государственными или иными публичными полномочиями и принявшие оспариваемые решения либо совершившие оспариваемые действия (бездействие).
Согласно части 1 статьи 219 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, если настоящим Кодексом не установлены иные сроки обращения с административным исковым заявлением в суд, административное исковое заявление может быть подано в суд в течение трех месяцев со дня, когда гражданину, организации, иному лицу стало известно о нарушении их прав, свобод и законных интересов.
Из разъяснений п.12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 года N 47 следует, что проверяя соблюдение предусмотренного частью 1 статьи 219 КАС РФ трехмесячного срока для обращения в суд, судам необходимо исходить из того, что нарушение условий содержания лишенных свободы лиц может носить длящийся характер, следовательно, административное исковое заявление о признании незаконными бездействия органа или учреждения, должностного лица, связанного с нарушением условий содержания лишенных свободы лиц, может быть подано в течение всего срока, в рамках которого у органа или учреждения, должностного лица сохраняется обязанность совершить определенное действие, а также в течение трех месяцев после прекращения такой обязанности.
Положениями части 2 статьи 5 Федерального закона от 27 декабря 2019 года N 494-ФЗ предусмотрено, что в течение 180 дней со дня вступления в силу настоящего Федерального закона лицо, подавшее в Европейский Суд по правам человека жалобу на предполагаемое нарушение условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, в отношении которой не вынесено решение по вопросу ее приемлемости или по существу дела либо по которой вынесено решение о неприемлемости ввиду неисчерпания национальных средств правовой защиты в связи с вступлением в силу настоящего Федерального закона, может обратиться в суд в порядке, установленном законодательством Российской Федерации, с заявлением о присуждении компенсации за нарушение условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении.
В силу части 1 статьи 95 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации лицам, пропустившим установленный данным Кодексом процессуальный срок по причинам, признанным судом уважительными, пропущенный срок может быть восстановлен.
Частью 5 ст. 138 КАС Российской Федерации установлено, что в случае установления факта пропуска указанного срока без уважительной причины суд принимает решение об отказе в удовлетворении административного иска без исследования иных фактических обстоятельств по административному делу.
Судом установлено, что ФИО1 содержался на законных основаниях под стражей в СИЗО-3 и переводился в ПФРСИ при ИК-5 ГУФСИН России по Свердловской области, при этом освобожден из под стражи ДД.ММ.ГГГГ. В связи с чем, с момента освобождения из-под стражи прекратилось исполнение обязанности административных ответчиков по соблюдению надлежащих условий содержания ФИО1 под стражей; а соответственно прекратилось и нарушение прав административного истца. Обратиться за восстановлением нарушенного права административный истец имел возможность в установленном законом порядке и соответственно с момента внесения изменений в КАС РФ в установленные в нем сроки.
Административный иск, учитывая осуществление перехода к рассмотрению дела по данным правилам, в суд предъявлен только в ноябре 2021 года, то есть по истечении длительного периода времени с того момента, когда административному истцу стало известно о нарушении его прав; а доказательств иного суду не представлено. Как следует из вышеприведенного, административному истцу стало явно известно о нарушении своих прав (наличии заболевания) уже в мае 2000 года, когда ему был установлен конкретный диагноз.
При этом также учитывается, что административный истец, имея возможность осуществить защиту своих прав, предусмотренных гражданским законодательством, на протяжении длительного периода времени в суд с данным иском не обращался (более 20 лет). Не обращение в суд в разумные сроки привело к невозможности исследования судом вследствие уничтожения за истечением сроков хранения документов, которые могли бы подтвердить либо опровергнуть юридически значимые действия.
Жалоба в Европейский Суд по правам человека ФИО1 не подавалась, в связи с чем, административный истец с настоящим административным иском обратился также и с пропуском срока, установленного частью 2 статьи 5 Федерального закона от 27 декабря 2019 года N494-ФЗ.
Обратного при рассмотрении дела не установлено. Административным истцом не оспаривается, что лично он с жалобой в Европейский суд не обращался, доказательств иного не представлено; возможности получения указанной информации не имеется ввиду отсутствия достоверных сведений о дате и номере обращения
Довод административного истца о том, что для обращения в Европейский суд по правам человека он обращался к адвокату К.Р.Е. не нашел своего подтверждения в судебном заседании. Так, согласно сведений ФКУ ИК № 12 ГУФСИН России по Свердловской области, сведения о посещении осужденного ФИО1 в период времени с ДД.ММ.ГГГГ год адвокатом К.Р.Е. не представляется возможным в виду срока давности. Согласно сведений, предоставленных адвокатом К.Р.Е. в ДД.ММ.ГГГГ годах к нему обращался осужденный ФИО1 с целью решения его медицинских вопросов, подачи иска в суд, в том числе, при помощи технических устройств пересылал фотокопии своих медицинских документов с целью их изучения. Поскольку соглашений на юридическую помощь с ФИО1 не заключалось, то ни одного юридически значимого действия в его защиту он не осуществлял. В настоящее время фотокопии его документов не сохранены.
Иных доводов, которые могли бы опровергнуть указанные выше обстоятельства, и являлись бы проверяемыми в данной части, административным истцом не представлено.
Каких-либо объективных и уважительных причин пропуска срока ФИО1 не указано, из материалов дела явно не следует, в том числе к таким причинам судом не может быть отнесено последующее содержание ФИО1 под стражей. В данном конкретном случае своевременность подачи административного искового заявления зависела исключительно от волеизъявления административного истца, наличия у него реальной возможности осуществления таких действий с июня 2000 года и не была обусловлена причинами объективного характера, препятствовавшими или исключавшими реализацию им права на судебную защиту; в частности и с октября 2020 года (л.д.34, освобожден из под стражи в связи с последующим осуждением) в установленный законом срок.
Наличие фактов обращения ФИО1 в различные органы в течение периода с ДД.ММ.ГГГГ год не свидетельствуют безусловно о соблюдении срока и порядка обращения с данными требованиями, в установленном порядке жалоба в Европейский суд, либо административный иск поданы и соответственно приняты к рассмотрению не были.
Довод о нахождении на изоляции непосредственно сразу после освобождения в связи с наличием у него заболевания туберкулез является голословным, какими-либо доказательствами не подтверждается, противоречит сведениям содержащимся в амбулаторной карте, о чем в том числе указано выше.
Учитывая, что ФИО1 обратился с настоящим административным иском за пределами установленного в законе трехмесячного срока, уважительных причин пропуска срока административным истцом не указано и не установлено по представленным доказательствам, суд приходит к выводу, что в удовлетворении административного иска надлежит отказать.
Суд принимает во внимание, что временной критерий приемлемости жалоб, в частности, на ненадлежащие условия содержания в местах лишения свободы, используется и в практике ЕСПЧ. Так, по аналогичным делам ЕСПЧ сформулировано правило о шестимесячном сроке для обращения с жалобой, который начинает течь с момента окончания последнего нахождения заявителя под стражей в одном и том же исправительном учреждении при одних и тех же нарушающих его права условиях (Постановления от 16 января 2007 года по делу "Солмаз против Турции", от 10 января 2012 года по делу "А. и другие против Российской Федерации").
Аналогичные сроки обращения в суд были установлены и главой 25 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, регламентировавшей производство по делам об оспаривании решения, действия (бездействия) органа государственной власти, органа местного самоуправления, должностного лица, государственного или муниципального служащего до введения в действие Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации.
На основании изложенного, суд приходит к выводу о наличии оснований для отказа в удовлетворении требований ФИО1 о взыскании компенсации за ненадлежащие условия содержания, в размере 3 000 0000 рублей в связи с пропуском срока для обращения в суд с данными требованиями. При этом судом также учитывается, что фактически рассмотрены требования ФИО1 о компенсации за ненадлежащие условия содержания под стражей; сторона административного истца не лишена возможности осуществлять защиту своих прав и в ином порядке при наличии установленных законом оснований.
Кроме того, истцом заявлено требование о возмещении понесенных им судебных расходов в размере 50 000 рублей, что озвучено в судебном заседании. Однако доказательств несения таких расходов не представлено, заявление не обосновано. При этом учитывая отказ в удовлетворении административного иска, судом не усматривается оснований и для удовлетворения требования о взыскании судебных расходов.
Руководствуясь статьями 175-180, 227, 228 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, суд
РЕШИЛ:
В удовлетворении административного искового заявления ФИО1 к Федеральной службе исполнения наказаний России, Федеральному казенному учреждению Следственный изолятор № 3 Главного управления Федеральной службы исполнения наказаний России по Свердловской области, Главному управлению Федеральной службы исполнения наказаний России по Свердловской области, Федеральному казенному учреждению Здравоохранения «Медико-Санитарная часть №66 Федеральной службы исполнения наказаний», Федеральному казенному учреждению Исправительная колония №5 ГУФСИН России по Свердловской области и Министерству финансов Российской Федерации о взыскании компенсации за ненадлежащие условия содержания под стражей в размере 3 000 000 рублей и судебных расходов – отказать.
Решение может быть обжаловано в Свердловский областной суд путем подачи апелляционной жалобы через Дзержинский районный суд города Нижнего Тагила в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме.
Судья: С.А. Охотина
Решение изготовлено в окончательной форме 18.10.2022.
Судья: С.А. Охотина