Решение по делу № 2-244/2025 от 20.05.2025 - о взыскании материального ущерба, компенсации морального вреда, причиненных в результате дорожно-транспортного происшествия, судебных расходов.

УИД: 74RS0041-01-2025-000260-96

Дело № 2-244/2025

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

п. Увельский Челябинской области 13 мая 2025 года

Увельский районный суд Челябинской области в составе:

председательствующего судьи: Гафаровой А.П.,

при секретаре: Семиной Я.А.,

с участием помощника прокурора Увельского района Челябинской области Зырянова Е.А., истцов ФИО2, ФИО3, ответчика ФИО4,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2, ФИО3 к ФИО4 о взыскании материального ущерба, компенсации морального вреда, причиненных в результате дорожно-транспортного происшествия, судебных расходов,

УСТАНОВИЛ:

ФИО2, ФИО3 обратились в суд с иском к ФИО4 о взыскании компенсации морального вреда в пользу ФИО2 в размере 300000 рублей, расходов по оплате государственной пошлины размере 3000 рублей, о взыскании в пользу ФИО3 морального вреда в размере 500000 рублей, материального ущерба в размере 282664 рубля, судебных расходов по оплате государственной пошлины в размере 12840 рублей, на оплату услуг по составлению иска в размере 7000 рублей.

В обоснование иска указано, что 30 июля 2024 года ФИО4, управляя автомобилем «<данные изъяты> государственный регистрационный знак №, в нарушение п.п. 8.1, 8.8 ПДД, не предоставила преимущество для движения автомобилю «<данные изъяты>», государственный регистрационный №, под управлением ФИО5, принадлежащему ФИО3 и являющейся пассажиром, в связи с чем произошло дорожно-транспортное происшествие (далее – ДТП) с участием указанных автомобилей. В результате указанного ДТП, истцам был причинен вред здоровью, в связи с чем истцы просят взыскать компенсацию морального вреда. Кроме того, был причинен ущерб автомобилю, принадлежащему истцу ФИО3, который составил 682664 рубля. Страховая компания АО «Т-страхование» возместило указанный ущерб в размере 400000 рублей, в связи с чем оставшаяся сумма ущерба должно быть взыскная с ответчика. Также истцами были понесены расходы на оплату государственной пошлины, составление искового заявления, которые просят взыскать с ответчика.

При подготовке дела, определением суда от 07 марта 2025 года, к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, привлечено АО «ГСК Югория».

Истцы ФИО2, ФИО3 в судебном заседании настаивали на удовлетворении исковых требований.

Ответчик ФИО4 в судебном заседании не оспаривала свою вину в ДТП, не оспаривала размер материального ущерба, также не возражала против удовлетворения требований о взыскании компенсации морального вреда, однако указала на завышенный размер компенсации, просила снизить его, учесть ее материальное положение.

Представители третьих лиц АО «Т-страхование», АО «ГСК «Югория» в судебное заседание не явились, о дате, времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом.

На основании ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом о месте и времени судебного заседания.

Заслушав стороны, исследовав материалы дела, заслушав заключение помощника прокурора Увельского района Челябинской области Зырянова Е.А., полагавшего, что требования истцом о компенсации морального вреда подлежат удовлетворению с учетом принципа разумности и справедливости, суд приходит к следующему.

В соответствии с п.п. 1, 3 ст. 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации, юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, и т.п.).

Вред, причиненный в результате взаимодействия источников повышенной опасности их владельцам, возмещается на общих основаниях (ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации).

На основании ч. 1 ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда. Законом или договором может быть установлена обязанность, причинителем вреда выплатить потерпевшим компенсацию сверх возмещения вреда.

Статьей 15 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В силу части 4 статьи 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу обязателен для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого вынесен приговор суда, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.

В судебном заседании установлено, что 30 июля 2024 года в 15 часов 50 минут на территории Увельского района Челябинской области на 7 километре 10 метрах автодороги в сторону г. Магнитогорска Челябинской области, произошло дорожно-транспортное происшествие с участием автомобиля марки «<данные изъяты>», государственный регистрационный знак №, под управлением ФИО4, и автомобиля «<данные изъяты>», государственный регистрационный знак №, под управлением ФИО2 Водитель ФИО4, совершая маневр «разворот», не предоставила преимущество для движения автомобилю марки «<данные изъяты>», государственный регистрационный знак №, под управлением ФИО2, который двигался в сторону г. Южноуральска Челябинской области, и совершил столкновение на 7 километре 10 метрах автодороги «г. Южноуральск - г. Магнитогорск» на территории Увельского района Челябинской области с автомобилем марки <данные изъяты>» государственный регистрационный знак № под управлением ФИО4 При этом, в автомобиле под управлением ФИО2 находилась пассажир ФИО3, а в автомобиле под управлением ФИО4 находилась пассажир ФИО1 В результате указанного ДТП пассажиру ФИО6 был причинен тяжкий вред здоровью, также повреждение здоровья получили водитель ФИО2 и пассажир ФИО3 При расследовании уголовного дела по обвинению ФИО4 в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 264 УК РФ в отношении ФИО6, в действиях ФИО4 было уставлено нарушение п. 8.1 Правил дорожного движения Российский Федерации, утвержденных Постановлением Совета Министров – Правительства Российской Федерации от 23 октября 1993 года № 1090 (далее – ПДД РФ), согласно которому «перед началом движения, перестроением, поворотом (разворотом) и остановкой водитель обязан подавать сигналы световыми указателями поворота соответствующего направления, а если они отсутствуют или неисправны – рукой. При выполнении маневра не должны создаваться опасность для движения, а также помехи другим участникам дорожного движения» и нарушение п. 8.8 ПДД РФ, согласно которому «при повороте налево или развороте вне перекрестка водитель безрельсового транспортного средства обязан уступить дорогу встречным транспортным средствам…».

Указанные обстоятельства сторонами не оспариваются и установлены постановлением Увельского районным суда Челябинской области от 04 февраля 2025 года, которым прекращено уголовное дело в отношении ФИО4, обвиняемой в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 264 УК РФ, по ст. 25 УПК РФ, в связи с примирением с потерпевшей ФИО1 (л.д. 85-86).

Собственником автомобиля <данные изъяты>, государственный регистрационный знак № с 28 декабря 2023 года является ФИО3, автомобиля <данные изъяты>, государственный регистрационный знак № с 09 июля 2020 года – ФИО4 (л.д. 92-94).

Гражданская ответственность водителя ФИО4 на дату ДТП была застрахована по полису ОСАГО в АО «Тинькофф Страхование», а ФИО2 - в АО «ГСК «Югория»» (л.д. 16, 100).

В соответствии со статьей 1072 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо или гражданин, застраховавшие свою ответственность в порядке добровольного или обязательного страхования в пользу потерпевшего (статья 931, пункт 1 статьи 935), в случае, когда страховое возмещение недостаточно для того, чтобы полностью возместить причиненный вред, возмещают разницу между страховым возмещением и фактическим размером ущерба.

Согласно правовой позиции, изложенной в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 10 марта 2017 года № 6-П «По делу о проверке конституционности ст. 15, п. 1 ст. 1064, ст. 1072 и п. 1 ст. 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с жалобами граждан А.С. Аринушенко, ФИО7 и других» к основным положениям гражданского законодательства относится и ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации, позволяющая лицу, право которого нарушено, требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере (пункт 1). Обязательства, возникающие из причинения вреда (деликтные обязательства), включая вред, причиненный имуществу гражданина при эксплуатации транспортных средств другими лицами, регламентируются главой 59 данного Кодекса, закрепляющей в ст. 1064 общее правило, согласно которому в этих случаях вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред (пункт 1). В развитие приведенных положений Гражданского кодекса Российской Федерации его ст. 1072 предусматривает необходимость возмещения потерпевшему разницы между страховым возмещением и фактическим размером ущерба в случае, когда гражданская ответственность владельца транспортного средства была застрахована и страхового возмещения недостаточно для того, чтобы полностью возместить причиненный вред.

В силу закрепленного в ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации принципа полного возмещения причиненных убытков лицо, право которого нарушено, может требовать возмещения расходов, которые оно произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, компенсации утраты или повреждения его имущества (реальный ущерб), а также возмещения неполученных доходов, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Применительно к случаю причинения вреда транспортному средству это означает, что в результате возмещения убытков в полном размере потерпевший должен быть поставлен в положение, в котором он находился бы, если бы его право собственности не было нарушено, то есть ему должны быть возмещены расходы на полное восстановление эксплуатационных и товарных характеристик поврежденного транспортного средства.

Из материалов дела следует, что истец ФИО3 обратилась с заявлением о страховом возмещении в АО «Тинькофф Страхование», которое было удовлетворено, и в счет возмещения вреда, причиненного транспортному средству, истцу выплачено страховое возмещение в размере 400000 рублей, рассчитанное на основании экспертного заключения № OSG-24-223932 от 23 августа 2024 года, выполненного ООО «РКГ» по заказу АО «Т-Страхование», кроме того, истцу ФИО3 выплачено в счет возмещения вреда, причиненного здоровью страховое возмещение в размере 85000 рублей, истцу ФИО2 в счет возмещения вреда здоровью - 20250 рублей и в счет утраченного заработка - 121880 рублей 45 копеек (л.д. 30-50, 95-114).

Истцами и ответчиком рассчитанный АО «Т-Страхование» размер ущерба не оспаривается, при этом истец при расчете ущерба, причиненного транспортному средству, руководствовалась выводами экспертного заключения, составленного по заказу АО «Т-Страхование», согласно которому рыночная стоимость автомобиля <данные изъяты> на дату ДТП составила 896914 рублей, то есть ниже стоимости восстановительного ремонта (923100 рублей), в связи с чем экспертом определена стоимость годных остатков, которая составила 214250 рублей, и итоговая сумма ущерба составила 682664 рубля (896914 – 214250), из которой 400000 рублей выплачено АО «Т-Страхование».

В рассматриваемом случае применению подлежит ст. 1072 Гражданского кодекса Российской Федерации, которая применяется с учетом разъяснения п. 65 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 08 ноября 2022 года N 31 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств». С лица, ответственного за причинение вреда, подлежит взысканию в пользу потерпевшего разница между фактическим размером ущерба и надлежащим размером страхового возмещения.

Таким образом, размер ущерба, подлежащий возмещению истцу ФИО3 ответчиком составляет 282664 рублей (682664 – 400000).

Разрешая требования истцов о взыскании компенсации морального вреда, суд приходит к следующим выводам.

Согласно заключению № 236 от 08 октября 2024 года, выполненному ГБУЗ «Челябинское областное бюро судебно – медицинской экспертизы» Южноуральским отделением, у ФИО3 в представленных медицинских документах содержатся объективные данные о наличии у нее на момент обращения за медицинской помощью 30 июля 2024 года телесного повреждения в виде <данные изъяты> Указанные телесные повреждения могли образоваться от воздействия тупого твердого предмета или о таковой, не исключаются в срок, указанный в определении и расценивается как средняя степень тяжести вреда здоровью человека (л.д. 24-25).

Согласно заключению № 248 от 01 октября 2024 года, выполненному ГБУЗ «Челябинское областное бюро судебно – медицинской экспертизы» Южноуральским отделением, у ФИО2 в представленных медицинских документах содержатся объективные данные о наличии у него на момент обращения за медицинской помощью 30 июля 2024 года и 31 июля 2024 года телесного повреждения в виде <данные изъяты>. Убедительных данных за ушиб <данные изъяты> сустава не имеется. Телесное повреждение в виде <данные изъяты> могло образоваться от воздействия тупого твердого предмета или о таковой, не исключаются в срок, указанный в определении и расценивается как средняя степень тяжести вреда здоровью человека (л.д. 26-27).

Из выписного (переводного) эпикриза ФИО3 следует, что она доставлена бригадой СМП в стационар ГБУЗ «Городская больница г. Южноуральск» 30 июля 2024 года и находилась на лечении по 13 августа 2024 года, выписана с диагнозом «<данные изъяты>, рекомендовано наблюдение у травматолога, ЛФК, прием лекарственных препаратов, эластичное бинтование, ходьба с опорой на ходунки (л.д. 56-59).

Из медицинских документов ФИО2 следует, что после полученных трав в ДТП, он обратился в ГБУЗ «Городская больница г. Южноуральск», находился на амбулаторном лечении 30 июля 2024 года по 28 августа 2024 года, установлен диагноз «<данные изъяты>», рекомендовано лечение лекарственными препаратами (л.д. 55).

Также, из объяснений ФИО3, данных ею в судебном заседании, следует, что после выписки из медицинского учреждения, она длительное время находилась в обездвиженном состоянии, ей постоянно требовалась посторонняя помощь и уход, при этом она до сих пор испытывает боль, дискомфорт при ходьбе, ее привычный образ жизни существенно нарушился, поскольку она стала очень ограничена в передвижении, при том, что ранее у нее не было проблем с ходьбой, она могла бегать, была активной.

Из объяснений ФИО2, данных им в судебном заседании, следует, что при получении травмы он испытал сильную физическую боль, находился на длительном амбулаторном лечении, в настоящее время травма его не беспокоит, однако в связи с причинением травмы его супруге ФИО3 именно он осуществлял за ней уход в период ее обездвиженности, поскольку их дети находятся за пределами места жительства ФИО3, а органы социального обслуживания могут осуществлять уход лишь в рабочее время, тогда как за супругой требовался круглосуточный уход, в связи с чем ему пришлось оставить работу, то есть он лишился заработка, что также причинило ему моральные страдания (л.д. 136, 137, 138, 142, 143).

Ответчик ФИО4, не оспаривая характер и степень полученных истцами травм, а также свою вину в причинении им вреда здоровью, просила суд снизить размер компенсации морального вреда с учетом ее материального положения, указав на то, что она является в настоящее время безработной, ее единственным доходом является пособие по безработице, у нее нет в собственности недвижимого или иного дорогостоящего имущества (л.д. 145, 146-153, 154-158, 159).

В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В силу п. 1 ст. 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 и статьей 151 настоящего Кодекса.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размера компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Статья 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривает, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда.

Из разъяснений, изложенных в п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

В п. 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 разъяснено, что суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из ст. ст. 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

Размер компенсации морального вреда не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других имущественных требований.

Определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда (пункт 26 названного Постановления).

Тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни (п. 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33).

В соответствии с пунктом 28 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 под индивидуальными особенностями потерпевшего, влияющими на размер компенсации морального вреда, следует понимать, в частности, его возраст и состояние здоровья, наличие отношений между причинителем вреда и потерпевшим, профессию и род занятий потерпевшего.

При определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (п. 2 ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) (п. 30 названного Постановления).

В связи с этим сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания (ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации), устранить эти страдания либо сгладить их остроту.

Ответственность за вред, причиненный деятельностью, создающей повышенную опасность для окружающих, регламентируется нормами ст. 1079 ГК РФ.

В силу п. 3 ст. 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации владельцы источников повышенной опасности солидарно несут ответственность за вред, причиненный в результате взаимодействия этих источников (столкновения транспортных средств и т.п.) третьим лицам по основаниям, предусмотренным п. 1 ст. 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Как следует из разъяснений в п. 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», судам для правильного разрешения дел по спорам, связанным с причинением вреда жизни или здоровью в результате взаимодействия источников повышенной опасности, следует различать случаи, когда вред причинен третьим лицам (например, пассажирам, пешеходам), и случаи причинения вреда владельцам этих источников. При причинении вреда жизни или здоровью владельцев источников повышенной опасности в результате их взаимодействия вред возмещается на общих основаниях (ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации), то есть по принципу ответственности за вину. При этом необходимо иметь в виду, что при наличии вины обоих владельцев размер возмещения определяется соразмерно степени вины каждого.

Таким образом, из положений ст. 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации и разъяснений, изложенных в п. 25 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», следует, что для правильного разрешения дел по спорам, связанным с причинением вреда жизни или здоровью в результате взаимодействия источников повышенной опасности, следует различать случаи, когда вред причинен третьим лицам (например, пассажирам, пешеходам), и случаи причинения вреда владельцам этих источников; при этом при причинении вреда третьим лицам владельцы источников повышенной опасности, совместно причинившие вред, в соответствии с пунктом 3 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации несут перед потерпевшими солидарную ответственность по основаниям, предусмотренным пунктом 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Пунктом 1 ст. 322 ГК РФ определено, что солидарная обязанность (ответственность) или солидарное требование возникает, если солидарность обязанности или требования предусмотрена договором или установлена законом, в частности при неделимости предмета обязательства.

При солидарной обязанности должников кредитор вправе требовать исполнения как от всех должников совместно, так и от любого из них в отдельности, притом как полностью, так и в части долга. Кредитор, не получивший полного удовлетворения от одного из солидарных должников, имеет право требовать недополученное от остальных солидарных должников. Солидарные должники остаются обязанными до тех пор, пока обязательство не исполнено полностью (пп. 1 и 2 ст. 323 ГК РФ).

Пунктом 1 и подп. 1 п. 2 ст. 325 ГК РФ определено, что исполнение солидарной обязанности полностью одним из должников освобождает остальных должников от исполнения кредитору. Если иное не вытекает из отношений между солидарными должниками, должник, исполнивший солидарную обязанность, имеет право регрессного требования к остальным должникам в равных долях за вычетом доли, падающей на него самого.

В соответствии с нормативными положениями данных статей ГК РФ ФИО3 вправе требовать компенсацию морального вреда как совместно от всех солидарных должников - владельцев источников повышенной опасности, при взаимодействии которых (этих источников) причинен вред ее здоровью, так и от любого из них в отдельности

Принимая во внимание характер телесных повреждений, полученных ФИО3 и степень их тяжести, продолжительность лечения, возраст истца, характер и степень физических и нравственных страданий, испытанных истцом в связи с причинением вреда ее здоровью, связанных, в том числе с существенными изменениями в привычном укладе ее жизни, выразившимися в невозможности в полной мере передвигаться, быть активной, сохранение в настоящее время боли в местах травм, ограничения подвижности, учитывая требования разумности и справедливости, размер компенсации морального вреда, подлежащий взысканию с ФИО4 суд считает возможным определить в размере 350000 рублей.

Определяя размер компенсации морального вреда, причиненного ФИО2 характер и степень физических и нравственных страданий ФИО2, выразившиеся, в том, числе в вынужденном уходе за супругой, прекращении трудовой деятельности, последствия причиненного вреда его здоровью, отсутствие в настоящее время последствий полученной травмы, считает возможным определить компенсацию морального вреда в размере 150000 рублей.

В силу ч. 1 ст. 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

В соответствии со ст. 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Истец ФИО8 просит взыскать расходы на оплату услуг по составлению иска, подготовленного адвокатом коллегии адвокатов г. Пласт в размере 7000 рублей.

В подтверждение несения указанных расходов ФИО8 представила квитанцию № 043288 от 26 февраля 2025 года на сумму 7000 рублей (л.д. 17).

Принимая во внимание объем фактически оказанных по данному делу услуг, учитывая степень сложности дела, результат рассмотрения спора, суд считает разумными и обоснованными расходы по оплате услуг по составлению иска в размере 7000 рублей.

Истцом ФИО3 при обращении в суд была уплачена государственная пошлина в размере 3000 рублей по требованиям неимущественного характера и в размере 9480 рублей по требованиям имущественного характера, также истцом ФИО9 была оплачена государственная пошлина в размере 3000 рублей по требованиям неимущественного характера (л.д. 4, 5, 6).

Поскольку требования истцов удовлетворены, взысканию с ответчика подлежат расходы по оплате государственной пошлины в полном объеме.

Руководствуясь ст.ст. 193-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО2 (паспорт гражданина РФ серии №), ФИО3 (паспорт гражданина РФ серии №) к ФИО4 (паспорт гражданина РФ серии №) о взыскании материального ущерба, компенсации морального вреда, причиненных в результате дорожно-транспортного происшествия, судебных расходов удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО4 в пользу ФИО2 компенсацию морального вреда в размере 150000 рублей, расходы по оплате государственной пошлины в размере 3000 рублей.

Взыскать с ФИО4 в пользу ФИО3 материальный ущерб в размере 282664 рубля, компенсацию морального вреда в размере 350000 рублей, расходы по оплате юридических услуг в размере 7000 рублей, по оплате государственной пошлины в размере 12480 рублей.

Решение может быть обжаловано в Челябинский областной суд через Увельский районный суд Челябинской области в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Председательствующий Гафарова А.П.

Мотивированное решение изготовлено 20 мая 2025 года.