Решение по делу № 2-403/2025 от 22.07.2025 - об исключении из наследственного имущества, признании сделки недействительной, применении последствий ее недействительности.

16RS0051-01-2024-015851-11

СОВЕТСКИЙ РАЙОННЫЙ СУД

ГОРОДА КАЗАНИ РЕСПУБЛИКИ ТАТАРСТАН

Патриса Лумумбы ул., д. 48, г. Казань, <...> тел. <***>

http://sovetsky.tat.sudrf.ru е-mail: sovetsky.tat@sudrf.ru

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

город Казань

08 июля 2025 года Дело № 2-403/2025

Советский районный суд города Казани в составе

председательствующего судьи М.И. Амирова

при секретаре судебного заседания ФИО9

с участием представителя ФИО8 – ФИО10, представителя ФИО7, действующей в интересах несовершеннолетнего ФИО6, – ФИО11, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО8 к ФИО4, ФИО6, ФИО5, ФИО7 об исключении из наследственного имущества, признании сделки недействительной, применении последствий ее недействительности,

установил:

ФИО8 обратилась в суд с иском к наследственному имуществу ФИО3 об исключении имущества из состава наследства, признании сделки недействительной, признании права собственности.

В обоснование иска указано, что истец ранее являлась собственником квартиры с кадастровым номером <номер изъят> по адресу: <адрес изъят>. В последующем ей стало известно, что квартира с 08 августа 2021 года принадлежит другому лицу.

При жизни ФИО3 предложил сдавать истцу квартиру другим лицам, на что истец согласилась. ФИО3 возил истца по учреждениям, где ФИО8 подписывала какие-то документы. При этом все документы находились у ФИО3. Таким образом, истец полагает, что ФИО3, используя состояние здоровья истца, переоформил квартиру на себя. 09 января 2024 года ФИО3 умер, открыто наследственное дело.

ФИО8 просит:

1. исключить из наследственного имущества после смерти ФИО3, умершего <дата изъята>, квартиру с кадастровым номером <номер изъят> по адресу: РТ, <адрес изъят>;

2. признать сделку по отчуждению указанной квартиры недействительной;

3. аннулировать в ЕГРН в запись о регистрации права собственности на квартиру;

4. признать за ней право собственности на квартиру с кадастровым номером <номер изъят> по адресу: РТ, <адрес изъят>.

В ходе рассмотрения дела в качестве ответчиков были привлечены ФИО3, ФИО6, ФИО5, ФИО7.

В ходе рассмотрения дела представитель ФИО8 требования изменил и увеличил, окончательно просил:

1. исключить из наследственного имущества после смерти ФИО3, умершего <дата изъята>, квартиру с кадастровым номером <номер изъят> по адресу: РТ, <адрес изъят>;

2. признать недействительным передаточный акт от 30 июля 2021 года, составленный между ФИО8 и ФИО3;

3. признать недействительными условия пункта 4 договора купли-продажи от 30 июля 2021 года;

4. признать договор купли-продажи от 30 июля 2021 года по отчуждению указанной квартиры недействительной, применить последствия недействительности в виде односторонней реституции;

5. аннулировать в ЕГРН в запись о регистрации перехода права собственности на квартиру ФИО3;

6. восстановить право собственности ФИО8 на квартиру с кадастровым номером <номер изъят> по адресу: РТ, <адрес изъят>.

В судебном заседании представитель ФИО8 – ФИО10 исковые требования поддержал.

Представитель ФИО7, действующей в интересах несовершеннолетнего ФИО6, – ФИО11 в судебном заседании иск не признал, просил назначить по делу повторную судебную психолого-психиатрическую экспертизу, просил применить последствия пропуска истцом срока исковой давности.

Иные ответчики в судебное заседание не явились, извещены.

Третье лицо нотариус ФИО12 в судебное заседание не явился.

Третье лицо Управление Росреестра по РТ в судебное заседание представителя не направило.

Третье лицо Филиал ППК Роскадастр по РТ в судебное заседание представителя не направило.

Исследовав материалы дела, выслушав стороны, оценив доказательства в их совокупности, установив нормы права, подлежащие применению при разрешении данного дела, суд приходит к следующему.

В соответствии с пунктом 2 статьи 218 Гражданского кодекса Российской Федерации право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.

Согласно пункту 1 статьи 454 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену).

Согласно статье 421 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане и юридические лица свободны в заключении договора.

По смыслу требований статей 421, 422 Гражданского кодекса Российской Федерации свобода граждан в заключении договора означает свободный выбор стороны договора, условий договора, свободу волеизъявления на его заключение на определенных сторонами условиях. Стороны договора по собственному усмотрению решают вопросы о заключении договора и его содержании.

Согласно пункту 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В силу пункта 1 статьи 177 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

Согласно статье 178 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел (п.1).

При наличии условий, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, заблуждение предполагается достаточно существенным, в частности если:

1) сторона допустила очевидные оговорку, описку, опечатку и т.п.;

2) сторона заблуждается в отношении предмета сделки, в частности таких его качеств, которые в обороте рассматриваются как существенные;

3) сторона заблуждается в отношении природы сделки;

4) сторона заблуждается в отношении лица, с которым она вступает в сделку, или лица, связанного со сделкой;

5) сторона заблуждается в отношении обстоятельства, которое она упоминает в своем волеизъявлении или из наличия которого она с очевидностью для другой стороны исходит, совершая сделку (п.2).

Заблуждение относительно мотивов сделки не является достаточно существенным для признания сделки недействительной (п.3).

В соответствии с пунктом 2 статьи 179 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего.

Обманом считается также намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота.

Сделка, совершенная под влиянием обмана потерпевшего третьим лицом, может быть признана недействительной по иску потерпевшего при условии, что другая сторона либо лицо, к которому обращена односторонняя сделка, знали или должны были знать об обмане. Считается, в частности, что сторона знала об обмане, если виновное в обмане третье лицо являлось ее представителем или работником либо содействовало ей в совершении сделки.

Из материалов дела №2-7630/2020 следует, что ФИО1, <дата изъята> года рождения, умерла <дата изъята>.

ФИО2, <дата изъята> года рождения, является сыном умершей ФИО1.

Согласно свидетельству о смерти IV-КБ <номер изъят> от 28 апреля 2020 года ФИО2 умер <дата изъята>.

ФИО8 и ФИО2 состояли в зарегистрированном браке с 29 апреля 2015 года, что подтверждается свидетельством о заключении брака II-КБ <номер изъят>.

При жизни ФИО1 на праве собственности принадлежало жилое помещение, общей площадью 45,8 кв.м, расположенное по адресу: <адрес изъят>.

После смерти ФИО2 по заявлению ФИО8 нотариусом ФИО13 открыто наследственное дело <номер изъят>.

<дата изъята> ФИО8 выдано свидетельство о праве на наследство по закону на наследство, состоящее из: ? доли в праве собственности на денежные вклады, хранящиеся в ПАО «Сбербанк Волго-Вятский банк Подразделение <номер изъят> на счетах №<номер изъят>, с причитающимися процентами и компенсациями.

Решением Советского районного суда города Казани от 03 декабря 2020 года в удовлетворении заявления ФИО8 об установлении факта принятия ФИО2, умершим <дата изъята>, наследства после смерти ФИО1, умершей <дата изъята>, отказано.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Татарстан решение Советского районного суда города Казани от 03 декабря 2020 года отменено, по делу принято новое решение, которым установлен факт принятия ФИО2, умершим <дата изъята>, наследства после смерти ФИО1, умершей <дата изъята>.

В последующем ФИО8 стала собственником квартиры с кадастровым номером <номер изъят>.

Из реестрового дела на квартиру следует, что 30 июля 2021 года между ФИО8 и ФИО3 заключен договор купли-продажи, на основании которого ФИО3 приобрел у ФИО8 квартиру с кадастровым номером <номер изъят> по адресу: РТ, <адрес изъят>.

Согласно пункту 3 договора цена квартиры составила 2 150 000 рублей.

Пунктом 4 установлено, что расчет между сторонами произведен полностью до подписания договора.

30 июля 2021 года между ФИО8 и ФИО3 подписан передаточный акт.

По сведениям ЕГРН квартира с кадастровым номером <номер изъят> по адресу: РТ, <адрес изъят> принадлежит ФИО3 с 06 августа 2021 года.

<дата изъята> умер ФИО3. Наследниками, принявшими наследство, являются:

– отец ФИО4;

– мать ФИО5;

– сын ФИО6, <дата изъята> года рождения;

– супруга ФИО7.

Истец, оспаривая договор купли-продажи, ссылалась на то, что при заключении договора купли-продажи она не осознавала свои действия и не могла руководить ими. Более того, истец предполагает, что ФИО3 ввел ее в заблуждение, поскольку истец в квартире не проживала, а ФИО3 (наследодатель) предложил сдавать квартиру в аренду, а на вырученные деньги погашать задолженность по коммунальным платежам, образовавшуюся по квартире. При этом все документы находились у ФИО3. Кроме того, сделка была совершена в период судебных разбирательств, связанных с квартирой. О том, что квартира истцу не принадлежит, ей стало известно из налогового уведомления от 10 января 2024 года, поступившего 03 февраля 2024 года, о необходимости оплаты налога на прибыль от продажи квартиры в размере 159 901 рубля 12 копеек.

Согласно ответу РКПБ на запрос суда ФИО8 находится под диспансерным наблюдением врачей-психиатров с 1990 года с диагнозом: «Шизофрения, параноидная форма, непрерывный тип течения, выраженный эмоционально-волевой дефект».

Определением Советского районного суда города Казани от 14 октября 2024 года по делу назначена судебная психолого-психиатрическая экспертиза, проведение которой поручено экспертам ГАУЗ «Республиканская клиническая психиатрическая больница им. акад. ФИО14 Министерства здравоохранения Республики Татарстан», перед экспертами поставлены вопросы:

1. имелось ли у ФИО8 какое-либо психическое, неврологическое, наркологическое или иное соматическое расстройство на момент заключения (подписания) договора купли-продажи квартиры, заключенного 30 июля 2021 года между ФИО8 и ФИО3, в силу которых она не могла понимать значение своих действий и руководить ими?

2. Могла ли ФИО8 понимать значение своих действий и руководить ими в момент заключения (подписания) договора купли-продажи квартиры от 30 июля 2021 года?

Заключением экспертов ГАУЗ «Республиканская клиническая психиатрическая больница им. акад. ФИО14 Министерства здравоохранения Республики Татарстан» даны следующие ответы на вопросы.

При психологическом исследовании были использованы методы ретроспективного анализа ситуации по материалам дела. Поведенчески: внешне неопрятная, в испачканной одежде, манерная, эмоционально обедненная, выражение лица однообразно трагическое. На вопросы отвечает в плане заданного, с плачущими интонациями. Ориентирована в сути гражданского иска, при этом ссылается на инициативу тети в его возникновении. Жалуется, что «ФИО29» отобрал у нее квартиру. Признает, что написала не в его пользу завещание, отрицая подписание договора купли-продажи. Утверждает, что озаботилась только получив уведомление о налоге на продажу этой квартиры, после чего обратилась к тете. В эксперименте пассивно подчиняется инструкциям, собственного интереса не проявляет, легко отказывается от поиска решения. При критике корригируется. Темп работы достаточный. Мнестическая продуктивность на фоне низкой мотивации снижена. Опосредованное запоминание (44%) выполняет адекватными атрибутивными и конкретными образами с трудностями опосредования абстрактных понятий. Рисунки упорядоченные, пониженного качества, небрежные, обедненные. При исследовании мыслительных возможностей обнаруживает проявления нарушения целенаправленности мышления. При исключении 4 лишнего наряду с опорой на значимые признаки отмечаются случаи разнопланового подхода оснований для исключения, случаи актуализации латентных признаков. Не улавливает причинно-следственные связи по серии рисунков средней сложности. В структуре личности: ситуационная реакция тревоги на актуальные затруднения, связанные с ранее совершенными асоциальными действиями с самоупреками и ощущением вины при выраженности черт импульсивности с пренебрежением к принятым общественным нормам, моральным и этическим ценностям, установившимся правилам поведения и обычаям, трудностями планирования и прогнозирования, конфликтностью в отношениях, завышенной самооценкой.

Экспертная комиссия пришла к выводу, что на момент заключения (подписания) договора купли-продажи 30 июля 2021 года между ФИО8 и ФИО3 у ФИО8 обнаруживались признаки хронического психического заболевания расстройства в форме параноидной шизофрении, непрерывный тип течения, состояние выраженного эмоционально-волевого дефекта (код по МКБ-10: F20.0) (ответ на вопрос 1). Об этом свидетельствуют материалы гражданского дела, данные представленной медицинской документации и обследования, согласно которым подэкспертная с 1990 г. страдает психическим расстройством, состоит на учете у психиатра в ДПО РКПБ М3 РТ с диагнозом: Шизофрения, параноидная форма, непрерывный тип течения, состояние выраженного эмоционально-волевого дефекта. В клинической картине заболевания имеют место неврозоподобная, параноидная симптоматика, аффективные нарушения, нарастал эмоционально-волевой дефект, социально-трудовая дезадаптация, является инвалидом 2 группы по психическому заболеванию, ранее, в 2022 году проходила амбулаторную судебную психолого-психиатрическую экспертизу для признания договора купли-продажи квартиры от 15 октября 2018 года недействительным с тем же диагнозом. При обследовании выявляются свойственные шизофреническому процессу дефицитарные нарушения психической деятельности в виде аморфности, паралогичности, нецеленаправленности мышления, непоследовательности суждений, эмоциональной уплощенности, трудности планирования и прогнозирования, неспособности улавливания причинно-следственной связи, нарушение критических способностей. Имеющиеся у ФИО8 изменения психики в юридически значимый период мешали ее способности волевого контроля мотивации сделки, самостоятельного принятия решения и регуляции юридически значимого поведения, критически осознавать правильность последствия сделки. В связи с имеющимся психическим расстройством ФИО8 в момент подписания договора купли-продажи квартиры от 30 июля 2021 года, не могла понимать значение своих действий и руководить ими (ответ на вопрос 2).

Оценивая заключение экспертов ГАУЗ «Республиканская клиническая психиатрическая больница им. Ак. Бехтерева М3 РТ» суд исходит из следующего.

Психолого-психиатрическая экспертиза проведена по данному делу в государственном медицинском учреждении квалифицированными специалистами ФИО30 (стаж 23 года), ФИО31 (стаж 28 лет), ФИО17 (стаж 22 лет), ФИО19 (стаж 40 лет), имеющими значительный опыт работы в исследуемой области, на основании представленных им материалов гражданского дела и медицинских документов. Выводы экспертов являются категоричными, мотивированными.

Эксперты, проводившие экспертизу были предупреждены об уголовной ответственности по статье 307 Уголовного кодекса Российской Федерации за дачу заведомо ложного экспертного заключения.

Принимая во внимание изложенное, суд приходит к выводу о том, что указанное заключение является достоверным и допустимым доказательством по делу, соответствующим процессуальному закону.

Доводы представителя ответчика о неполноте экспертного исследования, о том, что в основу было положено ранее проведенное заключение, отклоняются судом, поскольку экспертами дан конкретный вопрос, поставленный судом о том, имелось ли у истца при жизни какое-либо психическое, неврологическое, наркологическое или иное соматическое расстройство, иные заболевания на момент заключения договора, в силу которых она не могла понимать значение своих действий и руководить ими.

Таким образом, ответчиками в опровержение выводов экспертов доказательств не представлено, по существу выводы, указанные в заключении, не оспорены.

Кроме того, судом принимается во внимание следующее.

Ранее ФИО8 обращалась в суд с иском к ФИО18 о признании договора купли-продажи квартиры и расписки недействительными.

Решением Авиастроительного районного суда города Казани от 16 сентября 2022 года по делу №2-234/2022, вступившим в законную силу, исковые требования удовлетворены, признан недействительным договор купли-продажи квартиры по адресу: РТ, <адрес изъят> от <дата изъята>, заключенный между ФИО8 и ФИО18, признана недействительной расписка между ФИО8 и ФИО18, по условиям которой ФИО8 получила от ФИО18 денежные средства в размере 2 500 000 рублей.

В ходе рассмотрения указанного гражданского дела была назначена комплексная судебная психолого-психиатрическая экспертиза.

Согласно заключению комиссии экспертов при подписании договора купли-продажи у истца обнаруживались признаки хронического психического расстройства в форме параноидной шизофрении, непрерывное течение, состояние выраженного эмоционально-волевого дефекта. Установлено, что в момент подписания договора купли-продажи от 15 октября 2018 года ФИО8 не могла понимать значение своих действий и руководить ими.

Допрошенная в суде эксперт ФИО19 (врач судебно-психиатрический эксперт) пояснила, что исследование состояния ФИО8 проводилось опросом, беседой, исследовались материалы дела. Лечение ФИО8 получала стабильно. Психическое заболевание у подэкспертной выявлено задолго до заключения договора купли-продажи. На учете у психиатра состоит с 1990 года. Болезнь у нее прогрессирует. Терапия необходима была для стабилизации ее состояния, исключения психозов и агрессии. На дефекты личности терапия не влияет, эмоционально-волевые дефекты имели место задолго до совершения сделки.

Выводы экспертов, проводивших исследование по делу №2-234/2022 и по настоящему делу, также подтверждаются показаниями свидетеля ФИО20 (тети истца), которая подтвердила, что истец не отдавала отчет своим действиям при заключении договора и не понимала, что подписывает. При этом о наличии договора истец узнала только после смерти ФИО3 и получения налогового уведомления. Также пояснила, что ФИО3 сдавал квартиру истца в аренду, но при этом денег истцу не давал. Истец является доверчивым человеком. Для истца ФИО3 был человеком, который решал все организационные вопросы. При этом свидетель пояснила, что между истцом и ФИО3 были фактические брачные отношения. Также пояснила, что ФИО8 осуществляет уход за собой самостоятельно. К врачу истца возит дочь свидетеля.

Оценив в совокупности все представленные сторонами доказательства, медицинские документы истца, заключение экспертов, пояснения лиц, участвующих в деле, показания свидетелей, суд полагает, что истец в момент совершения сделки не могла понимать значение своих действий и руководить ими.

В ходе рассмотрения дела представителем ФИО7, действующей в интересах несовершеннолетнего ФИО6, – ФИО11 заявлено ходатайство о назначении по делу повторной судебной экспертизы.

При этом суд оснований для удовлетворения ходатайства представителя ответчика о назначении по делу повторной судебной экспертизы не находит, поскольку ходатайство не мотивированно, отсутствуют основания, предусмотренные частью 2 статьи 87 ГПК РФ о том, что имеются сомнения в правильности или обоснованности ранее данного заключения. Как было указано ранее, заключение экспертов является полным, обоснованным, конкретным.

Дополнительно судом принимается во внимание, что ответчиками подлежащие выплате экспертам суммы на счет Управления Судебного департамента в РТ не внесены (Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 20 июля 2023 года N 43-П). Таким образом, ходатайство представителя ФИО11 о назначении по делу повторной судебной экспертизы подлежит оставлению без удовлетворения.

Ответчиками в ходе рассмотрения дела заявлено о пропуске истцом срока исковой давности.

Согласно пункту 1 статьи 196 Гражданского кодекса Российской Федерации общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 данного кодекса.

В соответствии с пунктом 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

В силу пункта 2 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Договор был заключен 30 июля 2021 года. С иском ФИО8 обратилась 15 июля 2024 года.

Истец, оспаривая договор купли-продажи, указывает, что о наличии договора купли-продажи и о том, что она не является собственником, ей стало известно из налогового уведомления 03 февраля 2024 года.

То обстоятельство, что ФИО8 обращалась с заявлением об отмене судебного приказа 23 января 2023 года о взыскании с нее в пользу МИ ФНС №3 по РТ недоимки по налогам на сумму 149 500 рублей, не свидетельствует о том, что ей было известно о том, что указанная недоимка начислена в связи с продажей именно спорной квартиры. Данные сведения также не содержатся в заявлении об отмене судебного приказа.

Согласно сведениям ЕГРН истцом получена выписка на квартиру 22 июля 2021 года (до заключения сделки) и 16 апреля 2024 года. Таким образом, истец до указанной даты не могла знать о том, что спорная квартира ей не принадлежит.

Со стороны ответчиков доказательств о том, что истцу было известно о договоре купли-продажи ранее, не представлено.

Таким образом, с учетом того, что ответчиками не представлено относимых, допустимых и достоверных доказательств того, что до 03 февраля 2024 года истцу было известно о заключении договора купли-продажи, суд приходит к выводу, что истцом не пропущен срок исковой давности.

Таким образом, суд приходит к выводу, что истец в момент совершения сделки от 30 июля 2021 года не могла понимать значение своих действий и руководить ими, следовательно, исковые требования подлежат удовлетворению – договор купли-продажи подлежит признанию недействительным.

Следовательно, подлежат применению последствия недействительности сделки в виде прекращения права собственности ФИО3 на квартиру с кадастровым номером <номер изъят> по адресу: <адрес изъят> исключения квартиры из состава наследства, открывшегося после смерти ФИО3. При этом настоящее решение является основанием для аннулирования в ЕГРН записи о праве собственности ФИО3 на квартиру с кадастровым номером 16:50:060509:2374, восстановления записи о праве собственности ФИО8 на квартиру.

Согласно пункту 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Реестровое дело на квартиру не содержит каких-либо документов о передаче покупателем продавцу денежных средств. Сам договор содержит условие о том, что расчет между сторонами произведен полностью до подписания договора.

В ходе рассмотрения дела ответчикам было предложено представить сведения об источнике происхождения денежных средств у наследодателя на приобретение квартиры. Из пояснений ответчика ФИО3 (отца наследодателя) следует, что ФИО3 (наследодатель) познакомился с истцом в 2019 году, он помогал ФИО8 в процедуре вступления в наследство в виде квартиры по <адрес изъят>. В 2021 году истец была намерена продать квартиру. Однако желающих приобрести квартиру не было, в связи с чем истец предложила ФИО3 (наследодателю) приобрести квартиру для сына. ФИО3 (наследодатель) обратился к ФИО3 (ответчику) с просьбой о помощи, в связи с чем родители одолжили ФИО3 (наследодателю) денежную сумму на приобретение квартиры в размере 1 400 000 рублей. Указанные денежные средства были получены от продажи квартиры брата ответчика и хранились у ответчика в наличной форме дома.

В подтверждение данного довода ответчиком представлен договор купли-продажи квартиры от 28 ноября 2017 года, согласно которому ФИО21 приобрел у ответчика ФИО3 квартиру по адресу: РТ, <адрес изъят> стоимостью 2 090 000 рублей.

С учетом большого разрыва во времени и отсутствием доказательств непосредственного перечисления/передачи указанных средств ФИО3 для оплаты по договору купли-продажи, суд приходит к выводу, что ответчиками не представлено доказательств, подтверждающих, что ФИО8 получены денежные средства по договору купли-продажи.

Данные выводы также не опровергаются показаниями свидетеля ФИО22, которая пояснила, что ею были частично предоставлены денежные средства в размере 350 000 рублей на приобретение квартиры сестренке ФИО7, поскольку ответчиками не представлено сведений о том, что ответчик обладал достаточными денежными средствами на приобретение квартиры. При этом квартира была приобретена не ФИО7, а ее супругом.

Учитывая, что ФИО8 в момент совершения сделки от <дата изъята> не могла понимать значение своих действий и руководить ими, факт получения денежных средств ФИО8 не установлен, то применение общих последствий недействительности сделки в виде двусторонней реституции в данном случае невозможно.

При этом оснований для удовлетворения исковых требований о признании недействительным передаточного акта от 30 июля 2021 года и пункта 4 договора купли-продажи от 30 июля 2021 года суд не находит в связи с тем, что судом договор купли-продажи был признан в целом недействительным, применены последствия недействительности сделки.

Руководствуясь статьями 194 – 198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

иск ФИО8 (паспорт <номер изъят>) к ФИО4 (паспорт <номер изъят>), ФИО6 (СНИЛС <номер изъят>), ФИО5 (паспорт <номер изъят>), ФИО7 (паспорт <номер изъят>) об исключении из наследственного имущества, признании сделки недействительной, применении последствий ее недействительности удовлетворить частично.

Признать недействительным договор купли-продажи квартиры с кадастровым номером <номер изъят> по адресу: <адрес изъят>, заключенный 30 июля 2021 года между ФИО8 и ФИО3.

Применить последствия недействительности сделки, прекратить право собственности ФИО3 на квартиру с кадастровым номером <номер изъят> по адресу: <адрес изъят>.

Настоящее решение является основанием для аннулирования в ЕГРН записи о праве собственности ФИО3 на квартиру с кадастровым номером <номер изъят> по адресу: <адрес изъят>, восстановления записи о праве собственности ФИО8 на квартиру с кадастровым номером <номер изъят> по адресу: <адрес изъят>.

Исключить квартиру с кадастровым номером <номер изъят> по адресу: <адрес изъят> из состава наследства, открывшегося после смерти ФИО3, умершего <дата изъята>.

Решение может быть обжаловано в Верховный Суд Республики Татарстан в течение одного месяца со дня принятия решения в окончательной форме через Советский районный суд города Казани.

Судья /подпись/ М.И. Амиров

Мотивированное решение изготовлено 22 июля 2025 года, судья

Копия верна, судья М.И. Амиров