Председательствующий: Беккер Т.А. № 33-4607/2023

55RS0001-01-2023-001491-33

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Омск 02 августа 2023 года

Судебная коллегия по гражданским делам Омского областного суда в составе

председательствующего Магденко И.Ю.,

судей Мезенцевой О.П., Перфиловой И.А.,

при секретаре Нецикалюк А.В.

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-2288/2023

по апелляционной жалобе представителя истца общества с ограниченной ответственностью «Альянс» КА.вой А. АлексА.ны

на решение Кировского районного суда г. Омска от 19 апреля 2023 года

по иску общества с ограниченной ответственностью «Альянс» к ФИО1 о взыскании материального ущерба.

Заслушав доклад судьи Магденко И.Ю., судебная коллегия

УСТАНОВИЛ

А:

Общество с ограниченной ответственностью «Альянс» (далее – ООО «Альянс») обратилось в суд с иском к ФИО1, в обоснование указав, что с 11 июня 2020 года по 6 сентября 2022 года ответчик состоял в трудовых отношениях с истцом. 12 июня 2020 года между сторонами был заключен договор о полной материальной ответственности, которым на работника возложена обязанность соблюдать на производственном объекте внутреннюю трудовую дисциплину, в том числе запрет на ввоз и употребление на участках спиртных, наркотических и иных токсических веществ, а в случае выявленных нарушений – уплатить штраф в размере 300000 рублей. 21 июня 2022 года в период действия трудового договора ФИО1 обнаружен в состоянии наркотического опьянения на территории производственного объекта ООО «Иркутская нефтяная компания» (далее - ООО «ИНК»), что было зафиксировано в соответствующих актах. За указанное нарушение 30 ноября 2022 года ООО «ИНК» актом взаиморасчета удержало с ООО «Альянс» 300000 рублей.

Просило взыскать со ФИО1 сумму причиненного ущерба в размере 300000 рублей.

Представитель истца ООО «Альянс», ответчик ФИО1, представитель третьего лица ООО «ИНК» надлежащим образом извещенные о месте и времени рассмотрения дела, в судебное заседание не явились.

Судом постановлено решение об отказе в удовлетворении заявленных требований.

В апелляционной жалобе и дополнениях к ней представитель ООО «Альянс» КА.ва А.А. выражает несогласие с постановленным по делу решением. Полагает, что при подписании ответчиком трудового договора и договора о полной материальной ответственности он прямо выразил свое согласие на установление полной материальной ответственности за нанесенный работодателю и третьим лицам ущерб, а также за неисполнение требований, предусмотренных условиями трудового договора. Настаивает на доказанности всех условий наступления материальной ответственности, в том числе причинно-следственной связи между противоправными действиями работника и наступившими неблагоприятными последствиями для истца. Обращает внимание, что положения пункта 4 статьи 243 Трудового кодекса Российской Федерации предусматривают привлечение работника к материальной ответственности, когда ущерб причинен в состоянии алкогольного, наркотического или иного токсического опьянения; ответчик как раз и находился в состоянии наркотического опьянения. Ссылаясь на письмо Роструда от 19 октября 2002 года № 1746-6-1, вновь приводит доводы о том, что взысканный с общества штраф является не упущенной выгодой, а прямым действительным ущербом, в связи с чем подлежит возмещению.

В дополнениях к апелляционной жалобе, которые были направлены в Омский областной суд в электронном виде 1 августа 2023 года, представитель ответчика КА.вой А.А. также просила обеспечить ее участие в судебном заседание посредством видеоконференц-связи на базе Московского районного суда города Казани либо отложить судебное заседание на более позднюю дату для принятия личного участия представителя в судебном заседании.

Как предусмотрено в части 1 статьи 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд апелляционной инстанции извещает лиц, участвующих в деле, о времени и месте рассмотрения жалобы, представления в апелляционном порядке. Суд апелляционной инстанции повторно рассматривает дело в судебном заседании по правилам производства в суде первой инстанции с учетом особенностей, предусмотренных настоящей главой. Лица, участвующие в деле, их представители, а также свидетели, эксперты, специалисты, переводчики допускаются к участию в судебном заседании путем использования систем видеоконференц-связи в порядке, установленном статьей 155.1 настоящего Кодекса.

В соответствии с частью 1 статьи 155.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации при наличии в судах технической возможности осуществления видеоконференц-связи лица, участвующие в деле, их представители, а также свидетели, эксперты, специалисты, переводчики могут участвовать в судебном заседании путем использования систем видеоконференц-связи при условии заявления ими ходатайства об этом или по инициативе суда. Об участии указанных лиц в судебном заседании путем использования систем видеоконференц-связи суд выносит определение.

Объяснения сторон и третьих лиц, показания свидетелей могут быть получены путем использования систем видеоконференц-связи в порядке, установленном статьей 155.1 настоящего Кодекса, либо путем использования системы веб-конференции в порядке, установленном статьей 155.2 настоящего Кодекса (часть 1 статьи 55 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Согласно части 1 статьи 35 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации лица, участвующие в деле, должны добросовестно пользоваться всеми принадлежащими им процессуальными правами.

В соответствии с частью 3 статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд вправе рассмотреть дело в случае неявки кого-либо из лиц, участвующих в деле и извещенных о времени и месте судебного заседания, если ими не представлены сведения о причинах неявки или суд признает причины их неявки неуважительными.

Как предусмотрено в части 6 названной статьи суд может отложить разбирательство дела по ходатайству лица, участвующего в деле, в связи с неявкой его представителя по уважительной причине.

Согласно части 1 статьи 168 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации отложение разбирательства дела допускается в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом, а также в случае, если суд признает невозможным рассмотрение дела в этом судебном заседании вследствие неявки кого-либо из участников процесса, возникновения у суда обоснованных сомнений относительно того, что в судебном заседании участвует лицо, прошедшее идентификацию или аутентификацию, либо относительно волеизъявления такого лица, предъявления встречного иска, необходимости представления или истребования дополнительных доказательств, привлечения к участию в деле других лиц, совершения иных процессуальных действий, возникновения технических неполадок при использовании технических средств ведения судебного заседания, в том числе систем видеоконференц-связи либо системы веб-конференции.

Таким образом, Гражданский процессуальный кодекс Российской Федерации допускает участие в судебном заседании путем использования систем видео-конференц-связи лица, которое по объективным причинам не может присутствовать лично в судебном заседании, в случае если его участие необходимо для правильного рассмотрения и разрешения гражданского дела и при наличии технической возможности для этого.

Из материалов дела следует, что в исковом заявлении ООО «Альянс» был указан юридический адрес общества: <...>, а также адрес для почтовых отправлений: <...>.

Судебное заседание судебной коллегии по гражданским делам Омского областного суда по рассмотрению апелляционной жалобы ООО «Альянс» назначено на 2 августа 2023 года на 11 часов 20 минут, о чем общество было своевременно и надлежащим образом извещено: по вышеуказанному почтовому адресу – 21 июля 2023 года, по юридическому адресу – 26 июля 2023 года.

Между тем, ходатайство об обеспечении участия представителя ООО «Альянс» ФИО2 в судебном заседании суда апелляционной инстанции посредством видеоконференц-связи при содействии Московского районного суда города Казани было направлено ею в Омский областной суд в электронном виде 1 августа 2023 года в 9 часов 17 минут по московскому времени.

Поскольку ФИО3 представляет интересы ООО «Альянс» на основании доверенности, оформленной 10 мая 2023 года, подписывала и направляла в суд апелляционную жалобу, то у нее имелась процессуальная и техническая возможность заявить данное ходатайство заблаговременно, что ею сделано не было.

Указанные действия представителя истца судебная коллегия расценивает как злоупотребление своими процессуальными правами, а исходя из существа рассматриваемого спора и имеющихся письменных доказательств, гарантии прав ООО «Альянс» на судебную защиту могут быть реализованы, а цели правосудия достигнуты без личного участия его представителя в судебном заседании, в связи с чем оснований для отложения дела не усмотрела и посчитала возможным рассмотреть дело в отсутствие представителя истца.

Ответчик ФИО1, третье лицо ООО «ИНК», надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения дела в апелляционном порядке, в судебное заседание не явились, в связи с чем судебная коллегия, руководствуясь статьями 167, 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, сочла возможным рассмотрение дела в их отсутствие.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия приходит к следующему.

В соответствии со статьей 327? Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционной жалобе, представлении и возражениях относительно жалобы, представления.

Нарушений норм материального и процессуального права, являющихся в соответствии с положениями статьи 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основанием для отмены (изменения) судебного постановления, судом первой инстанции не допущено.

Как предусмотрено статьей 22 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель имеет право привлекать работников к материальной ответственности в порядке, установленном данным Кодексом и иными федеральными законами.

Общие положения о материальной ответственности сторон трудового договора, определяющие обязанности сторон трудового договора по возмещению причиненного ущерба и условия наступления материальной ответственности, содержатся в главе 37 Трудового кодекса Российской Федерации.

Согласно статье 233 Трудового кодекса Российской Федерации материальная ответственность стороны трудового договора наступает за ущерб, причиненный ею другой стороне этого договора в результате ее виновного противоправного поведения (действий или бездействия), если иное не предусмотрено настоящим Кодексом или иными федеральными законами.

Работник согласно части 1 статьи 238 Трудового кодекса Российской Федерации обязан возместить работодателю причиненный ему прямой действительный ущерб.

В соответствии с пунктом 4 статьи 243 Трудового кодекса Российской Федерации материальная ответственность в полном размере причиненного ущерба возлагается на работника в случае причинения ущерба в состоянии алкогольного, наркотического или иного токсического опьянения.

Пунктом 4 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 16 ноября 2006 года N 52 "О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю" разъяснено, что к обстоятельствам, имеющим существенное значение для правильного разрешения дела о возмещении ущерба работником, обязанность доказать которые возлагается на работодателя, в частности, относятся: отсутствие обстоятельств, исключающих материальную ответственность работника; противоправность поведения (действия или бездействие) причинителя вреда; вина работника в причинении ущерба; причинная связь между поведением работника и наступившим ущербом; наличие прямого действительного ущерба; размер причиненного ущерба; соблюдение правил заключения договора о полной материальной ответственности.

Из материалов дела следует, что с 12 июня 2020 года по 6 сентября 2022 года ФИО1 состоял в трудовых отношениях с ООО «Альянс», работал стропальщиком, вахтовым методом, место работы: <...> (срочный трудовой договор № <...> от 11 июня 2020 года; приказ о прекращении (расторжении) трудового договора с работником № <...> от 6 сентября 2022 года).

12 июня 2020 года между сторонами был заключен договор о полной индивидуальной материальной ответственности № МО/АЛ0024, в соответствии с условиями которого работник принимает на себя полную материальную ответственность за недостачу вверенного ему работодателем имущества, за ущерб, причиненный работодателю, а также за ущерб, возникший у работодателя в результате возмещения им ущерба иным лицам (л.д. 12).

Так, в абзаце 3 пункта 1.1.3 договора о полной индивидуальной материальной ответственности предусмотрено, что в случае выявления в течение всего времени нахождения на производственной территории факта нахождения работника в состоянии алкогольного, наркотического либо иных видов опьянения, а равно и при обнаружении фактов проноса (провоза) этилового спирта, пищевой или непищевой продукции с содержанием этилового спирта более 1,5 процента объема готовой продукции, наркотических средств и психотропных веществ, на производственную территорию и в пределах территории объектов, работник на основании составленных по данному факту документов, уплачивает штраф в размере 300000 рублей.

В соответствии с заключенным 1 апреля 2020 года между ООО «ИНК» (заказчик) и ООО «Альянс» (исполнитель) договором № <...> исполнитель на основании Производственной программы/заявок заказчика оказывает услуги по перевозке грузов автомобильным транспортом и услуги техникой под управлением эксплуатирующего экипажа исполнителя (л.д. 13-16).

10 августа 2021 года между ООО «ИНК» и ООО «Альянс» был согласован Стандарт «Требования заказчика в области производственной, экологической безопасности и охраны здоровья», пунктом 10.14 которого предусмотрено, что в случаях выявления фактов употребления спиртосодержащей жидкости, наркотических, токсических веществ, нахождения персонала подрядчика или субподрядчика на территории заказчика в состоянии алкогольного, наркотического, токсического либо иных видов опьянения, а равно и в случае отказа сотрудников подрядчика или субподрядчика от прохождения приборного контроля и (или) освидетельствования на состояние алкогольного опьянения; при обнаружении фактов проноса (провоза), в том числе попыток такого проноса (провоза) этилового спирта, пищевой или непищевой продукции с содержанием этилового спирта более 1,5% объема готовой продукции, наркотических средств и психотропных веществ, оружия и иных предметов, ограниченных на территории РФ, на территорию заказчика и в ее пределах, подрядчик на основании соответствующего письменного требования уплачивает штраф в размере 300000 рублей (приложение № 3) за каждого сотрудника, выявленного в состоянии алкогольного, наркотического либо иных видов опьянения, а также за каждый выявленный случай иных видов опьянения, а также за каждый выявленный случай употребления, проноса (провоза), в том числе попыток такого проноса (провоза), либо отказ от прохождения приборного контроля и (или) освидетельствования на состояние опьянения.

Согласно акту приборного контроля на состояние опьянения (алкогольного, наркотического или иного токсического) № <...> от 21 июня 2022 года, ФИО1 в 8 часов 40 минут обнаружен в здании межсменного отдыха персонала ООО «ИНК» по адресу: <...> с признаками опьянения (л.д. 108).

В результате проведенных 21 июня 2022 года в 08 часов 40 минут измерений на основании биологического образца, экспресс-тест Креатив МП-6 <...> указал на наличие в организме ФИО1 наркотических веществ <...>.

2 сентября 2022 года ООО «ИНК» направило ООО «Альянс» претензию об уплате штрафа в связи с выявлением работников последнего, в том числе ФИО1, в состоянии наркотического и алкогольного опьянения в общем размере 900000 рублей, который был оплачен последним на основании акта взаимозачета № <...> от 30 ноября 2022 года (л.д. 19, 22).

Обращаясь в суд с иском, работодатель, ссылаясь на причинение ему ущерба виновными действиями работника, полагал, что в этом случае он может быть привлечен к полной материальной ответственности на основании пункта 1.1.1 договора о полной материальной ответственности.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции пришел к выводу о незаконности распространения ответственности за принятые между юридическими лицами в рамках заключенного между ними договора обязательства на работников истца, поскольку указанные меры находятся за пределами материальной ответственности работника перед работодателем, урегулированной нормами Трудового кодекса Российской Федерации.

Судебная коллегия соглашается с данным выводом суда, поскольку он соответствует фактическим обстоятельствам дела и положениям трудового законодательства.

Материальная ответственность работника перед работодателем возникает только по основаниям и в порядке, предусмотренным Трудовым кодексом Российской Федерации, иными федеральными законами, а также трудовым договором и соглашениями к нему, заключаемыми между работодателем и работником.

Из разъяснений, содержащихся в пункте 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 16 ноября 2006 года N 52 "О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю", при определении суммы, подлежащей взысканию, судам следует учитывать, что в силу статьи 238 Трудового кодекса Российской Федерации работник обязан возместить лишь прямой действительный ущерб, причиненный работодателю, под которым понимается реальное уменьшение наличного имущества работодателя или ухудшение состояния указанного имущества (в том числе находящегося у работодателя имущества третьих лиц, если он несет ответственность за сохранность этого имущества), а также необходимость для работодателя произвести затраты либо излишние выплаты на приобретение или восстановление имущества либо на возмещение ущерба, причиненного работником третьим лицам; под ущербом, причиненным работником третьим лицам, следует понимать все суммы, которые выплачены работодателем третьим лицам в счет возмещения ущерба.

В соответствии с пунктом 2 статьи 307 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательства возникают из договоров и других сделок, вследствие причинения вреда, вследствие неосновательного обогащения, а также из иных оснований, указанных в настоящем Кодексе.

По правилам пункта 3 статьи 308 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательство не создает обязанностей для лиц, не участвующих в нем в качестве сторон (для третьих лиц). В случаях, предусмотренных законом, иными правовыми актами или соглашением сторон, обязательство может создавать для третьих лиц права в отношении одной или обеих сторон обязательства.

Таким образом, по смыслу приведенных положений выплату работодателем штрафа третьему лицу – своему контрагенту нельзя отнести к сфере материальной ответственности сторон трудового договора.

Как следует из пункта 1 статьи 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

По правилам пункта 1 статьи 1081 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, возместившее вред, причиненный другим лицом (работником при исполнении им служебных, должностных или иных трудовых обязанностей, лицом, управляющим транспортным средством, и т.п.), имеет право обратного требования (регресса) к этому лицу в размере выплаченного возмещения, если иной размер не установлен законом.

Соответственно, необходимым условием для возникновения у работодателя право регрессного требования к работнику является первоначальное возмещение работодателем вреда, причиненного работником третьему лицу, только в этом случае работник впоследствии может быть привлечен к материальной ответственности своим работодателем.

ФИО1 как работником ООО «Альянс» какой-либо вред ООО «ИНК» причинен не был.

Штраф, уплаченный работодателем на основании договора, заключенного между организациями, стороной которого работник не является, и предусмотренный к уплате при установлении факта нарушения работником каких-либо правил, согласованных сторонами гражданско-правового договора, по своей правовой природе не является прямым действительным ущербом данного работодателя, так как в данном случае возникновение указанного обязательства у работодателя зависело исключительно от его воли.

Действующим трудовым законодательством установление такого рода штрафных санкций не предусмотрено, само по себе нарушение работником трудовой дисциплины и правил, установленных на территории объекта, связанных с хранением, перевозкой, употреблением наркотических средств в местах проживания персонала в период междусменного отдыха, не причиняет материального ущерба работодателю, представляет собой дисциплинарный проступок, за совершение которого работодатель имеет право применить к такому работнику один из видов дисциплинарного взыскания, предусмотренных статьей 192 Трудового кодекса Российской Федерации.

Как следует из материалов дела, данное право работодателем было реализовано: приказом от 6 сентября 2022 года № <...> трудовой договор со ФИО1 расторгнут по подпункту «б» пункта 6 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации (появление работника на работе в состоянии алкогольного, наркотического или иного токсического опьянения).

На основании изложенного суд при разрешении спора пришел к обоснованному выводу о правовой природе ответственности истца перед третьим лицом, которая относится к гражданско-правовым последствиям неисполнения принятого обязательства, и не отвечает признакам материальной ответственности сторон трудового договора в понимании положений трудового законодательства.

Вопреки позиции подателя апелляционной жалобы, само по себе нахождение работника на режимном объекте работодателя в состоянии алкогольного, наркотического или иного токсического опьянения не является основанием для привлечения работника к полной материальной ответственности по правилам пункта 4 статьи 243 Трудового кодекса Российской Федерации, поскольку в нем предусмотрены случаи причинения ущерба в состоянии алкогольного, наркотического или иного токсического опьянения.

Не ведет к иным выводам и тот факт, что условиями договора о полной материальной ответственности, заключенного со ФИО1, предусмотрена возможность привлечения его к материальной ответственности в случае обнаружения работника в состоянии алкогольного, наркотического, токсического или иных видов опьянения в виде уплаты штрафа в размере 300000 рублей (пункт 1.1.3).

В силу статьи 244 Трудового кодекса Российской Федерации письменные договоры о полной индивидуальной или коллективной (бригадной) материальной ответственности (пункт 2 части первой статьи 243 настоящего Кодекса), то есть о возмещении работодателю причиненного ущерба в полном размере за недостачу вверенного работникам имущества, могут заключаться с работниками, достигшими возраста восемнадцати лет и непосредственно обслуживающими или использующими денежные, товарные ценности или иное имущество (часть 1).

Перечни работ и категорий работников, с которыми могут заключаться указанные договоры, а также типовые формы этих договоров утверждаются в порядке, устанавливаемом Правительством Российской Федерации (часть 2).

Ответчик работал у истца стропальщиком – профессии, не предполагающей непосредственно обслуживание или использование денежных, товарных ценностей или иного имущества.

Данная профессия, как и виды выполняемых по ней работ, не поименованы в Перечне должностей и работ, замещаемых или выполняемых работниками, с которыми работодатель может заключать письменные договоры о полной индивидуальной материальной ответственности за недостачу вверенного имущества, утвержденном Постановлением Минтруда Российской Федерации от 31 декабря 2002 года N 85.

Соответственно, предусмотренных Трудовых кодексом Российской Федерации оснований для заключения с ответчиком договора о полной материальной ответственности не имелось.

Как следует из части 4 статьи 57 Трудового кодекса Российской Федерации в трудовом договоре могут предусматриваться дополнительные условия, не ухудшающие положение работника по сравнению с установленным трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, в частности, об уточнении применительно к условиям работы данного работника прав и обязанностей работника и работодателя, установленных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права.

В то же время основными задачами трудового законодательства являются создание необходимых правовых условий для достижения оптимального согласования интересов сторон трудовых отношений, интересов государства, а также правовое регулирование трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений, в том числе, по материальной ответственности работодателей и работников в сфере труда (часть 2 статьи 1 Трудового кодекса Российской Федерации).

К ведению федеральных органов государственной власти в сфере трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений относится принятие обязательных для применения на всей территории Российской Федерации федеральных законов и иных нормативных правовых актов, устанавливающих, в том числе, порядок и условия материальной ответственности сторон трудового договора, в том числе порядок возмещения вреда жизни и здоровью работника, причиненного ему в связи с исполнением им трудовых обязанностей (часть 1 статьи 6 кодекса).

В соответствии с частью 2 статьи 9 Трудового кодекса Российской Федерации коллективные договоры, соглашения, трудовые договоры не могут содержать условий, ограничивающих права или снижающих уровень гарантий работников по сравнению с установленными трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права. Если такие условия включены в коллективный договор, соглашение или трудовой договор, то они не подлежат применению.

Следовательно, в трудовой договор, договор о полной материальной ответственности, заключенный с работником, в любом случае не могут быть включены основания/условия, ухудшающие его положение по сравнению с нормами трудового законодательства, поэтому положения пункта 1.1.1 договора о полной индивидуальной материальной ответственности, заключенного с ответчиком, применению не подлежат.

Письмо Роструда от 19 октября 2006 года № 1746-6-1, на которое имеется ссылка представителя истца в апелляционной жалобе, как раз и подтверждает выводы судебной коллегии, поскольку в нем особо указано, что письменные договоры о полной материальной ответственности могут заключаться только с теми работниками и на выполнение тех видов работ, которые предусмотрены Перечнем должностей и работ, замещаемых или выполняемых работниками, с которыми работодатель может заключать письменные договоры о полной индивидуальной материальной ответственности за недостачу вверенного имущества, утвержденным Постановлением Минтруда России от 31 декабря 2002 года N 85. Названный перечень должностей и работ является исчерпывающим и расширительному толкованию не подлежит.

На основании изложенного, судебная коллегия в полной мере соглашается с приведенными в решении суда выводами, поскольку при разрешении возникшего спора суд первой инстанции верно определил обстоятельства, имеющие значение для дела, дал им надлежащую правовую оценку и постановил решение, основанное на правильном применении норм материального и процессуального права, регулирующего возникшие спорные правоотношения, следовательно, оснований для его отмены не имеется.

Руководствуясь статьями 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛ

А:

решение Кировского районного суда г. Омска от 19 апреля 2023 года оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Председательствующий

Судьи

Апелляционное определение в окончательной форме изготовлено 3 августа 2023 года.