Председательствующий: Захарова Г.Г. № 33-5815/2023
55RS0006-01-2022-006391-87
АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ
г. Омск 20 сентября 2023 года
Судебная коллегия по гражданским делам Омского областного суда в составе
председательствующего Магденко И.Ю.,
судей Мезенцевой О.П., Сковрон Н.Л.,
при секретаре Нецикалюк А.В.,
с участием прокурора Карачинцевой О.Г.
рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-507/2023
по апелляционным жалобам истца ФИО1, ответчика индивидуального предпринимателя ФИО2,
по апелляционному представлению прокурора Советского административного округа города Омска
на решение Советского районного суда г. Омска от 14 июня 2023 года
по иску ФИО1 к индивидуальному предпринимателю ФИО2 об установлении факта трудовых отношений, взыскании денежных средств, компенсации морального вреда.
Заслушав доклад судьи Магденко И.Ю., судебная коллегия
УСТАНОВИЛ
А:
ФИО1 обратился в суд с иском к индивидуальному предпринимателю ФИО2 (далее – ИП ФИО2), в обоснование указав, что в период с 9 июля по 15 декабря 2022 года он состоял в трудовых отношениях с ИП ФИО2, работал водителем на маршруте регулярных пассажирских перевозок № <...> «Омск-Гвоздевка». В день допуска на маршрут он передал ФИО3 свою трудовую книжку, однако трудовой договор надлежащим образом оформлен не был и на руки ему не передавался. С целью осуществления трудовой деятельности ему была оформлена карта тахографа, выдан путевой лист с указанием маршрута следования. С целью контроля состояния здоровья перед рейсом он проходил медицинское освидетельствование в «Академии Здоровья». Движение по маршруту осуществлял из г. Омска в 17-20 часов, прибывал в село Гвоздевка Москаленского района Омской области в 20-20 часов, где оставался на ночь, а утром следующего дня в 6-20 начинал движение по маршруту в обратном направлении в г. Омск. Помимо движения по маршруту должен был осуществить заправку транспортного средства, а также доставить его на СТОА по адресу: г. Омск, <...>. 15 декабря 2022 года ИП ФИО3 пояснил, что больше в его услугах не нуждается, однако окончательный расчет не произвел, трудовую книжку не выдал. При трудоустройстве был согласован размер оклада 51 000 рублей с уплатой районного коэффициента. В период осуществления трудовых обязанностей имела место быть сверхурочная работа, работа в выходные дни, которая соответствующим образом не оплачивалась.
С учетом уточнения заявленных требований, просил признать факт трудовых отношений между ним и ИП ФИО2, обязать ИП ФИО2 внести в трудовую книжку соответствующие записи о его трудовой деятельности с 9 июля 2022 года, вести трудовую книжку в бумажном и электронном виде, а в случае её уничтожения или утери, восстановить и вести в бумажном и электронном виде, восстановить на работе в должности водителя автомобиля, заключить трудовой договор, издать приказ о восстановлении на работе в прежней должности и допустить к исполнению трудовых обязанностей; взыскать с ИП ФИО2 в его пользу задолженность по заработной плате за период с 9 июля по 15 декабря 2022 года - 203 424 рубля 85 копеек, оплату за сверхурочную работу с 9 июля по 15 декабря 2022 года - 294 252 рубля 84 копейки, задолженность по премиям за пассажиропоток - 98 923 рубля 47 копеек, задолженность по суточным за ночлег вне постоянного места жительства - 43 500 рублей, оплату времени вынужденного прогула с 16 декабря 2022 года по 10 мая 2022 года - 286 644 рублей 20 копеек, компенсацию морального вреда в размере 50 000 рублей за незаконное увольнение и 50 000 рублей за задержку выплаты заработной платы; компенсацию за задержку выплаты заработной платы в размере 17 871 рублей 36 рублей; судебные расходы в размере 17 386 рублей; произвести отчисления страховых взносов в Пенсионный фонд России, в Фонд социального страхования, в Федеральный фонд обязательного медицинского страхования за период с 9 июля 2022 года по день вынесения решения суда (л.д. 84-94 том 3).
В судебном заседании ФИО1 и его представитель ФИО4, допущенный к участию в деле на основании устного ходатайства, исковые требования с учетом их уточнений поддержали. Утверждал, что, когда осуществлял поездки по заданию ФИО2 карточку тахографа по его указанию не использовал. Наличие простоев и не выход в смены связывал с принятием таких решений работодателем. Настаивал на том, что его рабочая смена составляла минимум 10 часов 30 минут, но чаще всего больше. Работа сверх нормальной продолжительности рабочего времени, а также работа в выходные дни, в том числе исполнение дополнительной работы ИП ФИО2 не оплачивалась.
ИП ФИО2 в судебных заседаниях первоначально отрицал наличие трудовых правоотношений с ФИО1 Не отрицал тот факт, что договорился с ФИО1 об осуществлении последним пассажирских перевозок за плату. Впоследствии признал факт трудовых отношений с ФИО1 Просил учесть, что контроль движения транспортных средств осуществляется посредством тахографа, поэтому рабочее время истца просил определять по данным тахографа, согласно которому ФИО1 выходил в смены 77 раз. Согласился, что заработную плату истцу следует исчислять в размере 37 344 рубля, что являлось его окладом, отрицал наличие договоренности о премиях и иных выплат. Ссылаясь на тот факт, что ФИО1 ранее был судим за совершение тяжких преступлений, при этом судимости не сняты и не погашены, указал на отсутствие оснований для удовлетворения требований истца о восстановлении на работе и взыскании заработка за время вынужденного прогула.
Третьи лица Министерство труда и социального развития Омской области, Управление государственного автодорожного надзора по Омской области Федеральной службы по надзору в сфере транспорта, Государственная инспекция труда Омской области, МТУ Ространснадзор, о времени и месте судебных заседаний извещены надлежащим образом, своих представителей для участия в судебном заседании не направили.
Судом постановлено решение о частичном удовлетворении заявленных требований (с учетом определения об исправлении арифметической ошибки): установлен факт трудовых отношений между ИП ФИО2 и ФИО1 в период с 9 июля по 4 декабря 2022 года в должности водителя транспортного средства на маршруте регулярных перевозок № <...> «Омск-Гвоздевка»; увольнение ФИО1 с должности водителя транспортного средства на маршруте регулярных перевозок № <...> «Омск-Гвоздевка» 4 декабря 2022 года признано незаконным, ФИО1 восстановлен в должности водителя транспортного средства на маршруте регулярных перевозок № <...> «Омск-Гвоздевка» у ИП ФИО2 с 4 декабря 2022 года; с ИП ФИО2 в пользу ФИО1 взыскана заработная плата за период с 9 июля по 4 декабря 2022 года – 37 090 рублей 67 копеек, заработная плата за работу в выходные дни 61 688 рублей, заработная плата за время вынужденного прогула с 5 декабря 2022 года по 14 июня 2023 года – 268 688 рублей 84 копейки, компенсация за задержку выплаты заработной платы 9 482 рубля 75 копеек, компенсация морального вреда 15 000 рублей, расходы на оплату услуг представителя 17 386 рублей; на ИП ФИО2 возложена обязанность внести запись о приеме на работу, увольнении и восстановлении на работе в трудовую книжку ФИО1, в том числе в электронном виде, направить указанные сведения в Социальный фонд России произвести необходимые отчисления за ФИО1 из начисленных ему денежных сумм, в том числе в Социальный фонд России; в удовлетворении остальной части исковых требований отказано; с ИП ФИО2 в доход местного бюджета взыскана государственная пошлина в размере 7 269 рублей.
В апелляционной жалобе истец ФИО1 выражает несогласие с постановленным по делу решением в части размера задолженности по заработной плате, в том числе за сверхурочную работу. Обращает внимание, что при определении продолжительности рабочих смен судом не было учтено время, затраченное на прохождение медицинского освидетельствования. Настаивает на том, что период с 21 сентября по 13 ноября 2022 года должен быть оплачен как простой по вине работодателя, поскольку он не выдавал путевые листы для управления автомобилем и не отправлял его на маршрут. Указывает, что ответчиком в обоснование позиции о том, что указанный период простоя имел место по вине работника, не представил ни путевые листы за указанный период, ни акт о простое по вине работника. Полагает, что указанный период подлежит оплате в полном размере, поскольку он продолжал выполнять распоряжения работодателя, осуществляя ремонт автомобиля, находился в мастерской на рабочем месте в течение рабочего времени. Кроме того, считает, что судом не была дана оценка всем доказательствам, в том числе единственному путевому листу, показаниям допрошенных в ходе рассмотрения дела свидетелей, подтверждающих наличие переработок. С учетом изложенного, приводит расчеты заработной платы за период простоя, определяя ее размер в 74 922 рубля 41 копейку, поэтому с учетом определенной судом задолженности по заработной плате ко взысканию полагается 112 013 рублей 8 копеек. Ссылаясь на продолжительное нарушение его трудовых прав ответчиком, указывает, что размер компенсации морального вреда подлежит увеличению.
В своей апелляционной жалобе ответчик ИП ФИО2 не соглашается с постановленным по делу решением в части размера задолженности по заработной плате и размера заработной платы за время вынужденного прогула. Вновь приводит доводы о том, что за фактически отработанные 77 рабочих дней истцу было перечислено 107 850 рублей, что свидетельствует о выплате ФИО1 заработной платы в полном объеме. Кроме того, полагает, что представленная суду статистическая информация о размере средней заработной платы по должности, соответствующей должности, занимаемой истцом, не подлежит применению при определении размера заработка за период времени вынужденного прогула с 5 декабря 2022 года по 14 июня 2023 года, так как она не содержит необходимых сведений за 2023 год. В данной связи при осуществлении расчетов необходимо руководствоваться размером минимальной заработной платы в Омской области на 2023 год с учетом районного коэффициента.
В апелляционном представлении прокурор Советского административного округа г. Омска просит изменить постановленное решение в части суммы компенсации за задержку выплаты заработной платы. Полагает, что судом в нарушение требований статьи 236 Трудового кодекса Российской Федерации неверно определен период компенсации и соответственно размер ключевой ставки ЦБ РФ, использованный в расчете.
В судебном заседании апелляционной инстанции истец ФИО1 доводы, изложенные в его апелляционной жалобе, поддержал, апелляционную жалобу ответчика просил оставить без удовлетворения.
Ответчик ИП ФИО2, его представитель по доверенности ФИО5, доводы, изложенные в апелляционной жалобе, поддержали.
Прокурор отдела по обеспечению участия прокуроров в гражданском и арбитражном процессе прокуратуры Омской области Карачинцева О.Г. поддержала доводы, изложенные в апелляционном представлении.
Третьи лица, участвующие в деле: Министерство труда и социального развития Омской области, Управление государственного автодорожного надзора по Омской области Федеральной службы по надзору в сфере транспорта, Государственная инспекция труда Омской области, МТУ Ространснадзор, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения дела в апелляционном порядке, в судебное заседание не явились, о причинах неявки суд не уведомили, в связи с чем судебная коллегия, руководствуясь статьями 167, 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, сочла возможным рассмотрение дела в их отсутствие.
Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционных жалоб, апелляционного представления, заслушав явившихся лиц, заключение прокурора, судебная коллегия приходит к следующему.
В соответствии со статьей 327? Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционной жалобе, представлении и возражениях относительно жалобы, представления. Суд апелляционной инстанции оценивает имеющиеся в деле, а также дополнительно представленные доказательства.
Апелляционное производство как один из процессуальных способов пересмотра, не вступивших в законную силу судебных постановлений, предполагает проверку и оценку фактических обстоятельств дела, и их юридическую квалификацию в пределах доводов апелляционных жалоб, представления и в рамках тех требований, которые уже были предметом рассмотрения в суде первой инстанции.
Основаниями для отмены или изменения решения суда в апелляционном порядке, в частности, являются нарушение или неправильное применение норм процессуального и материального права (статья 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации,).
Такие нарушения судом первой инстанции были допущены при рассмотрении части исковых требований.
По сведениям Единого государственного реестра индивидуальных предпринимателей, ИП ФИО2 (ОГРНИП <***>) зарегистрирован в качестве индивидуального предпринимателя 15 января 2020 года, в качестве основного вида деятельности указана деятельность прочего сухопутного пассажирского транспорта, не включенная в другие группировки.
Из материалов дела следует, что ИП ФИО2 на основании свидетельства об осуществлении перевозок по маршруту регулярных перевозок серия <...>№ № <...>, выданная Министерством строительства, транспорта и дорожного хозяйства Омской области на период с 18 января 2021 года по 18 января 2026 года, уполномочен осуществлять регулярные перевозки пассажирским транспортом по маршруту № <...> «Омск-Гвоздевка» (л.д. 177 том 2).
Обращаясь в суд с иском об установлении факта трудовых отношений, ФИО1 указывал, что работал у ИП ФИО2 с 9 июля по 15 декабря 2022 года в должности водителя автобуса по маршруту № <...> «Омск – Гвоздёвка», сначала управлял предоставленным ему ИП ФИО2 автомобилем «Форд-Транзит», государственный номер № <...>, а позже - автомобилем «Форд-Транзит», государственный номер № <...>, письменный трудовой договор оформлен не был, он был незаконно уволен.
Оценив представленные в материалы дела в этой части доказательства, суд первой инстанции с учетом позиции ответчика, признавшего факт трудовых отношений с ФИО1, удовлетворил исковые требования истца об установлении факта трудовых отношений с 9 июля по 4 декабря 2022 года, о восстановлении ФИО1 на работе у ИП ФИО2 в должности водителя транспортного средства на маршруте регулярных перевозок № <...> «Омск-Гвоздевка» и возложении на ответчика обязанности внести соответствующие сведения о трудовой деятельности истца в его трудовую книжку на бумажном носителе и создать и внести аналогичные сведения в электронную трудовую книжку, произвести необходимые отчисления за истца в соответствующие фонды за весь период трудовой деятельности.
Определяя размер заработной платы истца, суд первой инстанции принял во внимание сведения Омскстата о средней начисленной заработной плате водителей автомобилей в Омской области в октябре 2021 года – 37 344 рубля, с размером которой ответчик согласился.
Из указанного размера районный суд определил задолженность по заработной плате истца за работу в выходные дни в период с 9 июля по 4 декабря 2022 год в размере 61 688 рублей.
При этом суд исходил из того, что каких-либо доказательств, свидетельствующих о наличии договоренности между сторонами трудового договора о выплате ежемесячных премий и суточных за ночлег вне постоянного места жительства, в ходе судебного разбирательства не представлено.
В указанной части выводы суда и постановленное решение сторонами не обжалуется, поэтому проверке судом апелляционной инстанции по правилам статьи 327? Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не подлежит.
Разрешая требования о взыскании задолженности по заработной плате, суд не согласился с правомерностью ее исчисления из заявленного истцом размера должностного оклада в 51 000 рублей, и, исходя из сведений о средней начисленной заработной плате водителей автомобилей в Омской области, определил размер задолженности по заработной плате за июль-декабрь 2022 года в общей сумме 37 090 рублей, а также исчислил оплату времени вынужденного прогула за период с 5 декабря 2022 года по 14 июня 2023 года в сумме 262 265 рублей 30 копеек.
С такой оценкой доказательств и основанными на ней выводами суда, судебная коллегия полагает возможным согласиться.
В соответствии со статьей 21 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право, в том числе, на своевременную и в полном объеме выплату заработной платы в соответствии со своей квалификацией, сложностью труда, количеством и качеством выполненной работы.
Согласно статье 22 Трудового кодекса Российской Федерации, работодатель обязан, в том числе, выплачивать в полном размере причитающуюся работникам заработную плату в сроки, установленные в соответствии с указанным Кодексом, коллективным договором, правилами внутреннего трудового распорядка, трудовыми договорами.
Понятие заработной платы сформулировано в части 1 статьи 129 Трудового кодекса Российской Федерации, согласно которой она определяется как вознаграждение за труд в зависимости от квалификации работника, сложности, количества, качества и условий выполняемой работы, а также компенсационные выплаты (доплаты и надбавки компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, работу в особых климатических условиях и на территориях, подвергшихся радиоактивному загрязнению, и иные выплаты компенсационного характера) и стимулирующие выплаты (доплаты и надбавки стимулирующего характера, премии и иные поощрительные выплаты).
В силу части 1 статьи 132 Трудового кодекса Российской Федерации заработная плата каждого работника зависит от его квалификации, сложности выполняемой работы, количества и качества затраченного труда и максимальным размером не ограничивается.
В статье 135 Трудового кодекса Российской Федерации указано, что заработная плата работнику устанавливается трудовым договором в соответствии с действующими у данного работодателя системами оплаты труда.
В пункте 23 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 мая 2018 года № 15 «О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям» разъяснено, что при рассмотрении дел о взыскании заработной платы по требованиям работников, трудовые отношения с которыми не оформлены в установленном законом порядке, судам следует учитывать, что в случае отсутствия письменных доказательств, подтверждающих размер заработной платы, получаемой работниками, работающими у работодателя - физического лица (являющегося индивидуальным предпринимателем, не являющегося индивидуальным предпринимателем) или у работодателя - субъекта малого предпринимательства, который отнесен к микропредприятиям, суд вправе определить ее размер исходя из обычного вознаграждения работника его квалификации в данной местности, а при невозможности установления размера такого вознаграждения - исходя из размера минимальной заработной платы в субъекте Российской Федерации (часть 3 статьи 37 Конституции РФ, статья 133.1 Трудового кодекса РФ, пункт 4 статьи 1086 Гражданского кодекса РФ).
Таким образом, размер заработной платы работника в случае, если трудовые отношения не оформлены в установленном законом порядке (не заключен в письменной форме трудовой договор, не издан приказ о приеме на работу), может быть подтвержден письменными доказательствами о размере заработной платы такого работника, при отсутствии которых суд вправе определить ее размер исходя из обычного вознаграждения работника его квалификации в данной местности, а при невозможности установления размера такого вознаграждения - исходя из размера минимальной заработной платы в субъекте Российской Федерации.
Из материалов дела следует, что ввиду отсутствия между сторонами письменного трудового договора, в целях определения размера заработной платы истца, районным судом в Территориальный орган Федеральной службы государственной статистики по Омской области (Омскстат) был направлен соответствующий запрос.
В своем ответе Омскстат указал на отсутствие данных о среднем размере начисленной заработной платы по профессиональной группе «Водители легковых автомобилей, такси и фургонов» (включая профессию «Водитель автомобиля») в Омской области за период с июля по декабрь 2022 года, вместе с тем сообщив, что имеются сведения о средней начисленной заработной плате работников организаций по названной профессиональной группе за октябрь 2021 года - 37 344 рубля (л.д. 5 том 2).
В своих письменных возражениях представитель ответчика, не соглашаясь с заявленным истцом размером задолженности по заработной плате, привел свой расчет исходя из вышеприведенных сведений Омскстата, что в соответствии с частью 2 статьи 68 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации было обоснованно расценено судом как признание стороной указанного обстоятельства (л.д. 143, 161 том 3).
Представленные ответчиком в качестве подтверждения выплаты ФИО1 заработной платы в период его работы выписки с банковских счетов в ПАО «Банк ВТБ», АО «Тинькофф Банк», ПАО «Сбербанк», в соответствии с которыми в июле 2022 года ФИО1 были перечислены денежные средства в общей сумме 33 150 рублей, в августе - 42 790 рублей, в сентябре – 31 300 рублей, а всего – 107 850 рублей (л.д. 36-44 том 2), также указывают на установление истцу заработной платы в размере, превышающем минимальный размер оплаты труда.
С учетом изложенного, доводы апелляционной жалобы ответчика о необходимости определения задолженности по заработной платы истца исходя из минимального размера оплаты труда отклоняются за их необоснованностью.
Определяя размер задолженности по заработной плате ввиду отсутствия сведений об установленном режиме рабочего времени истца, суд обоснованно руководствовался сведениями о фактически отработанном истцом времени в соответствии с данными тахографа.
Так, представленными ответчиком отчетами о работе водителя ФИО1 достоверно установлен факт управления автомобилем в периоды с 9 июля по 20 сентября 2022 года и с 13 ноября по 30 ноября 2022 года (л.д. 95-111 том 1).
Указанные периоды также подтверждаются представленной ООО «МЦ Академия здоровья», оказывающего услуги по проведению предрейсового и послерейсового медицинских осмотров водителей ИП ФИО2 на основании соответствующего договор № № <...> от 16 апреля 2021 года, по запросу суда копией журнала предрейсовых, предсменных медицинских осмотров за период с 9 июля по 17 декабря 2022 года (л.д. 21-61 том 1).
Согласно журналу учета движения путевых листов ИП ФИО2, ФИО1 путевые листы оформлялись и выдавались в период с 9 июля по 18 сентября и с 13 ноября по 2 декабря 2022 года (л.д. 55-97 том 2).
Соответственно, судом первой инстанции было установлено, что в период с 21 сентября по 12 ноября 2022 года истец не работал водителем по маршруту регулярных пассажирских перевозок.
Согласно позиции истца, в этот период он не выходил на маршрут по указанию работодателя (в это время работали другие водители), однако согласно его распоряжения в течение всего рабочего дня находился на станции технического обслуживания автомобилей (далее СТОА), занимаясь устранением неисправностей автобусов совместно со слесарями СТОА, в связи с чем настаивал на взыскании с ответчика задолженности по заработной плате и за указанный период.
В обоснование своей позиции, истец ссылался на показания свидетелей Г.В.Г., Т.Ю.И. и С.Д.В,
Однако, из пояснений опрошенных в судебном заседании свидетелей со стороны ответчика – Т.Ю.И. и С.Д.В, не следует, что ФИО1 в период с 21 сентября по 13 ноября 2022 года по указанию работодателя находился на СТОА и осуществлял какие-либо работы по ремонту и обслуживанию транспортных средств.
Так, С.Д.В,, которого истец знает, как директора СТОА, указал, что в период с июня по сентябрь постоянно видел ФИО1, потом он куда-то пропал, в ноябре опять появился (л.д. 45-46 том 3).
Свидетель Т.Ю.И., работавший у ответчика водителем, в большей части давал показания относительно своего режима работы, пояснив, что видел ФИО1 один раз в июле и потом в сентябре (л.д. 46-47 том 3).
Оснований не доверять показаниям данных свидетелей у судебной коллегии не имеется, поскольку они, с учетом позиции ответчика об отсутствии необходимости привлечения истца к ремонтным работам на СТОА, согласуются с представленным договором на оказание услуг по техническому обслуживанию и ремонту автомобилей № <...> от 15 января 2022 года, заключенным между ИП ФИО2 (заказчик) и ИП С.Д.В. (исполнитель), по условиям которого последний обязался выполнять ремонт и техническое обслуживание предоставленных заказчиком автомобилей, а также осуществлять поставку запасных частей (л.д. 91-94 том 1).
Из имеющихся в деле журнала предрейсовых, предсменных медицинских осмотров, журнала учета движения путевых листов, сведений тахографа следует, что водителями в этот период времени у ИП ФИО2 работали Ч.А.И., Е.А.В., Ш.М.Е., в том числе, двое последних на транспортном средстве, на котором работал истец (л.д. 10-37 том 3).
Согласно сведениям о перечислении денежных средств ответчиком, последний раз в счет оплаты труда истцу был осуществлен перевод 17 сентября 2022 года (л.д. 41 том 2).
При этом, до указанной даты, как следует из информации о движении денежных средств, поступление денежных средств было регулярным (иногда ежедневным) (л.д. 35-44 том 2).
Пояснения истца о том, что после 20 сентября 2022 года в течении 2 месяцев он осуществлял работу на СТОА, не согласуются с его дальнейшими действиями по возобновлению работы на маршруте по указанию работодателя, имеющего задолженность по заработной плате за предыдущий период.
В этот период истец не считал свои права нарушенными, впервые в Государственную инспекцию труда в Омской области обратился после увольнения 8 декабря 2022 года (л.д. 145-146 том 1).
В данной связи более убедительной является позиция ответчика, который пояснял, что истец до середины сентября 2022 года осуществлял работу на маршруте, впоследствии прекратил работу по семейным обстоятельствам в связи с необходимостью оказания помощи болеющей матери, а в ноябре 2022 года вновь приступил к работе.
К показаниям свидетеля Г.В.Г., который указал на совместную работу в гараже с ФИО1 в октябре-ноябре 2022 года, но при этом не смог назвать адрес СТОА, судебная коллегия полагает возможным отнестись критически, поскольку между свидетелем и ИП ФИО2 также имел место быть судебный спор в Первомайском районном суде г. Омска об установлении факта трудовых отношений, в ходе которого ФИО1 был опрошен как свидетель (л.д. 183-185 том 3, 203-210 том 21).
Таким образом, судебная коллегия считает возможным заключить, что доводы истца о том, что он в названный период был отстранен работодателем от управления транспортным средством и по его поручению выполнял работы по ремонту и техническому обслуживанию автомобилей, материалами дела не подтверждаются.
Оценивая все имеющиеся в материалах дела письменные доказательства в совокупности с пояснениями сторон и показаниями свидетелей, судебная коллегия, исходя из заявленных требований об установлении факта трудовых отношений в должности водителя, соглашается с выводами суда о недоказанности осуществления истцом трудовой функции в период с 21 сентября по 12 ноября 2022 года.
Доводы апелляционной жалобы истца о том, что суд первой инстанции не дал надлежащей оценки представленным доказательствам в данной части, во внимание быть приняты не могут.
В соответствии с частями 1 и 3 статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.
Согласно части 4 названной статьи результаты оценки доказательств суд обязан отразить в решении, в котором приводятся мотивы, по которым одни доказательства приняты в качестве средств обоснования выводов суда, другие доказательства отвергнуты судом, а также основания, по которым одним доказательствам отдано предпочтение перед другими.
В силу части 4 статьи 198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в мотивировочной части решения суда должны быть указаны обстоятельства дела, установленные судом; доказательства, на которых основаны выводы суда об этих обстоятельствах; доводы, по которым суд отвергает те или иные доказательства.
Вопреки позиции истца, всем представленным сторонами доказательствам судом первой инстанции дана должная правовая оценка с соблюдением вышеприведенных правил, результаты оценки которых приведены в судебном акте, правила оценки доказательств судом первой инстанции не нарушены, соответственно повода для их иной оценки у суда апелляционной инстанции не имеется.
В апелляционной жалобе истец приводит иную трактовку показаний свидетелей, между тем оценка доказательств по делу находится в компетенции суда, стороны таковым правом не обладают.
На основании оценки имеющихся в материалах дела доказательств, продолжительность фактически отработанного истцом времени, определена судом первой инстанции верно.
Соответственно, доводы истца о необходимости учета при расчете задолженности по заработной плате периода с 21 сентября по 12 ноября 2022 года, отклоняются.
Не подлежат удовлетворению и доводы его апелляционной жалобы о наличии задолженности по заработной плате в части оплаты сверхурочной работы.
Согласно части 1 статьи 91 Трудового кодекса Российской Федерации рабочее время – время, в течение которого работник в соответствии с правилами внутреннего трудового распорядка и условиями трудового договора должен исполнять трудовые обязанности, а также иные периоды времени, которые в соответствии с настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации относятся к рабочему времени.
Нормальная продолжительность рабочего времени не может превышать 40 часов в неделю (часть 2).
Порядок исчисления нормы рабочего времени на определенные календарные периоды (месяц, квартал, год) в зависимости от установленной продолжительности рабочего времени в неделю определяется федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере труда. Работодатель обязан вести учет времени, фактически отработанного каждым работником (части 3,4).
В соответствии со статьей 99 Трудового кодекса Российской Федерации сверхурочная работа – работа, выполняемая работником по инициативе работодателя за пределами установленной для работника продолжительности рабочего времени: ежедневной работы (смены), а при суммированном учете рабочего времени – сверх нормального числа рабочих часов за учетный период (часть 1).
Привлечение работника к сверхурочной работе допускается с письменного согласия последнего за исключением случаев, предусмотренных в части 3 статьи 99 Трудового кодекса Российской Федерации. При этом продолжительность сверхурочной работы не должна превышать для каждого работника 4 часов в течение двух дней подряд и 120 часов в год, а работодатель обязан обеспечить точный учет продолжительности сверхурочной работы каждого работника (часть 6, 7).
Согласно части 1 статьи 104 Трудового кодекса Российской Федерации когда по условиям производства (работы) у индивидуального предпринимателя, в организации в целом или при выполнении отдельных видов работ не может быть соблюдена установленная для данной категории работников (включая работников, занятых на работах с вредными и (или) опасными условиями труда) ежедневная или еженедельная продолжительность рабочего времени, допускается введение суммированного учета рабочего времени с тем, чтобы продолжительность рабочего времени за учетный период (месяц, квартал и другие периоды) не превышала нормального числа рабочих часов. Учетный период не может превышать один год, а для учета рабочего времени работников, занятых на работах с вредными и (или) опасными условиями труда, - три месяца.
Согласно части 3 статьи 152 Трудового кодекса Российской Федерации работа, произведенная сверх нормы рабочего времени в выходные и нерабочие праздничные дни и оплаченная в повышенном размере либо компенсированная предоставлением другого дня отдыха в соответствии со статьей 153 настоящего Кодекса, не учитывается при определении продолжительности сверхурочной работы, подлежащей оплате в повышенном размере в соответствии с частью первой настоящей статьи.
В соответствии со статьей 100 Трудового кодекса Российской Федерации особенности режима рабочего времени и времени отдыха работников транспорта, связи и других, имеющих особый характер работы, определяются в порядке, устанавливаемом Правительством Российской Федерации.
Постановлением Правительства Российской Федерации от 10 декабря 2002 года № 877 «Об особенностях режима рабочего времени и времени отдыха отдельных категорий работников, имеющих особый характер работы» установлено, что особенности режима рабочего времени и времени отдыха отдельных категорий работников, имеющих особый характер работы, определяются соответствующими федеральными органами исполнительной власти по согласованию с Минздравсоцразвития России.
Приказом Минтранса России от 16 октября 2020 года № 424 установлены Особенности режима рабочего времени и времени отдыха, условий труда водителей автомобилей, которые применяются с 1 января 2021 года (далее – Особенности режима рабочего времени).
В силу пункта 5 Особенностей режима рабочего времени нормальная продолжительность рабочего времени водителя не может превышать 40 часов в неделю.
В случаях, когда по условиям работы не может быть соблюдена установленная ежедневная или еженедельная продолжительность рабочего времени, водителям устанавливается суммированный учет рабочего времени с продолжительностью учетного периода один месяц.
Согласно пункту 6 Особенностей режима рабочего времени при суммированном учете рабочего времени продолжительность ежедневной работы (смены) водителей не может превышать 10 часов. Увеличение этого времени, но не более чем на 2 часа, допускается при условии соблюдения требований, предусмотренных пунктами 10 - 12 настоящих Особенностей, в целях завершения перевозки и (или) следования к месту стоянки.
Рабочее время водителя включает: время управления автомобилем; время специальных перерывов для отдыха от управления автомобилем (далее - специальный перерыв); время работы, не связанной с управлением автомобилем (пункт 9 Особенностей режима рабочего времени).
Рабочее время водителя, не связанное с управлением автомобилем, включает в себя: а) подготовительно-заключительное время для выполнения работ перед выездом на линию и после возвращения с линии, а при междугородных перевозках - для выполнения работ в пункте оборота или в пути (в месте стоянки) перед началом и после окончания смены; б) время проведения предсменных, предрейсовых и послесменных, послерейсовых медицинских осмотров водителя, а также время следования от рабочего места до места проведения медицинского осмотра и обратно; в) время стоянки в ожидании погрузочно-разгрузочных работ, в ожидании посадки и высадки пассажиров, при оказании технической помощи; г) время простоев не по вине водителя; время проведения работ по устранению возникших неисправностей автомобиля, выполняемых водителем самостоятельно; д) иное время, предусмотренное законодательством Российской Федерации, трудовым договором, заключенным с водителем, и (или) коллективным договором или локальным нормативным актом работодателя, принятым с учетом мнения представительного органа работников (пункт 15 Особенностей режима рабочего времени).
Пунктом 16 Особенностей режима рабочего времени установлено, что время отдыха и перерывов (за исключением специальных перерывов) водителей включает: перерыв для отдыха и питания, предоставляемые в течение рабочего дня (смены); ежедневный (междусменный) непрерывный отдых (далее - ежедневный отдых); еженедельный отдых.
При этом продолжительность ежедневного отдыха вместе со временем перерыва для отдыха и питания в течение ежедневного периода должна быть не менее двойной продолжительности времени работы в предшествующий отдыху рабочий день (смену) (абзац 1 пункта 18 Особенностей режима рабочего времени).
При суммированном учете рабочего времени продолжительность ежедневного отдыха должна быть не менее 11 часов, которые должны быть использованы до завершения ежедневного периода (абзац 2 пункта 18 Особенностей режима рабочего времени).
С учетом отсутствия между сторонами письменного трудового договора судебная коллегия считает необходимым исходить из приведенных Особенностей режима рабочего времени и времени отдыха, условий труда водителей автомобилей.
Судом первой инстанции установлено и сторонами не оспаривалось, что ФИО1 работал у ответчика в должности водителя транспортного средства на маршруте регулярных перевозок № <...> Омск-Гвоздевка.
Согласно утвержденного заместителем Министра строительства, транспорта и дорожного хозяйства Омской области расписания № <...> Омск-Гвоздевка на период с 18 января 2021 года по 18 января 2026 года, являющегося приложением к свидетельству серия 55 № <...> от 18 января 2021 года, маршрут № <...> осуществляет перевозку пассажиров ежедневно с 17-20 часов отправление из г. Омска – в 20-40 часов прибытие в конечную остановку д. Гвоздевка, с 06-30 часов отправление из д. Гвоздевка – в 09-50 прибытие в конечную остановку в г. Омск (л.д. 179 том 2).
При таких обстоятельствах, в данном случае определять продолжительность рабочего времени истца необходимо в соответствии с установленным расписанием маршрута исходя из суммированного учета рабочего времени с учетным периодом один месяц.
Из пояснений истца, данных в суде первой инстанции, следует, что подача автобуса на остановку – место отъезда в г. Омске на площади у Омского автовокзала осуществлялась ежедневно. В 15-45 часов он получал автобус в мастерской, расположенной по адресу: г. Омск, <...>, в 16-00 часов выезжал из мастерской в сторону места отправления в рейс, куда приезжал в 16-40 часов, с 17-20 часов до 20-20 часов следовал по установленному маршруту, по прибытию в д. Гвоздевку он оставался там на ночевку, а утром в 06-00 часов вновь подавал автобус для следования по маршруту в обратном направлении. Отправление с первой остановки происходило в 06-20 часов, со второй остановки – в 06-30 часов, прибытие в г. Омск – не ранее 09-30 часов, после окончания маршрута он направлялся на медицинский осмотр, который проходил с 10-00 часов по 10-45 часов, а к 11-30 часам доставлял автобус обратно на стоянку в мастерскую для осуществления ремонта.
В обоснование своей позиции истцом в материалы дела были представлены путевой лист № <...> на 18-19 сентября 2022 года, а также кассовый чек от 27 августа 2022 года (л.д. 115-116 том 3).
Из путевого листа следует, что ФИО1 прошел предрейсовый медицинский осмотр в 10-50 часов, при этом время выезда указано: 18 сентября 2022 года в 15-40 часов, время возврата: 19 сентября 2022 года 11-30 часов.
В соответствии с представленным истцом кассовым чеком от 27 августа 2022 года смена № <...> была открыта истцом 27 августа 2022 года в 16-36 часов и закрыта 28 августа 2022 года в 09-19 часов.
Из представленных доказательств с достоверностью следует, что рабочее время истца начиналось во второй половине дня при отправлении автобуса из г. Омска в с. Гвоздевку и заканчивалась утром следующего дня по возвращении в г. Омск.
Между тем, данные документы не могут быть приняты во внимание в качестве достаточных доказательств сверхурочной работы истца, поскольку, во-первых, в путевом листе отражены противоречивые сведения относительно времени прохождения предрейсового медицинского осмотра и начало рабочего времени истца, а время работы кассового аппарата свидетельствует о соответствии рабочего времени истца нормальной продолжительности рабочего времени, в-вторых, они не могут быть оценены в отрыве от иных доказательств, имеющихся в деле.
Приказом Минтранса России от 28 октября 2020 года № <...> утверждены требования к тахографам, устанавливаемым на транспортные средства, категорий и видов транспортных средств, оснащаемых тахографами, правил использования, обслуживания и контроля работы тахографов, установленных на транспортные средства.
В соответствии с Приложением № <...> к указанному приказу оснащению тахографами подлежат, в том числе, транспортные средства категорий M2 и M3, осуществляющие регулярные перевозки пассажиров, определенные Правительством Российской Федерации в соответствии со статьей 20 Федерального закона от 10 декабря 1995 г. N 196-ФЗ "О безопасности дорожного движения».
Так, согласно пункта 1 Правил использования тахографов, установленных на транспортные средства (приложение N 3 к указанному приказу, использование тахографов должно осуществляться: водителями - в целях регистрации и учета времени управления транспортным средством и отдыха, режимов труда и отдыха; владельцами транспортных средств - в целях контроля работы тахографов и обеспечения соблюдения водителями норм времени управления транспортным средством и отдыха, режимов движения, труда и отдыха.
Как предусмотрено в пункте 11 указанных Правил водители транспортных средств обязаны, в частности:
- перед началом движения транспортного средства (в начале смены, рабочего дня) вставить принадлежащую ему карту водителя в левый слот тахографа и ввести PIN-код карты (при экипаже второй водитель вставляет принадлежащую ему карту водителя в правый слот тахографа и вводит PIN-код своей карты после идентификации карты первого водителя);
- осуществить по запросу тахографа ручной ввод данных о своей деятельности с указанием названия места, в котором начинается период времени управления транспортным средством, или проигнорировать данный запрос тахографа (при игнорировании указанного запроса тахографа вид деятельности водителя (второго водителя - в случае экипажа) и место, в котором начинается период времени управления транспортным средством, определяются и регистрируются автоматически);
- изъять карту водителя из слота тахографа при завершении периода времени управления транспортным средством после запроса тахографа о завершении соответствующего периода времени управления транспортным средством и о подтверждении или вводе названия места, в котором завершился период времени управления транспортным средством.
Согласно Требованиям к тахографам, устанавливаемым на транспортные средства (приложение N 1 к указанному приказу), тахограф в рабочем режиме должен обеспечивать, в числе прочего:
- регистрацию следующих видов деятельности водителей: "управление", "работа", "готовность" или "перерыв/отдых";
- расчет и регистрацию времени труда водителя транспортного средства, управление которым входит в его трудовые обязанности, и (или) времени управления транспортным средством водителем (далее - время управления транспортным средством), а также времени отдыха водителя транспортного средства, управление которым входит в его трудовые обязанности, и (или) времени отдыха водителя от управления транспортным средством (далее - время отдыха), в том числе совокупного времени управления транспортным средством и времени отдыха;
- выбор первым или вторым водителем вручную функций: "работа", "готовность" или "перерыв/отдых";
- автоматическую регистрацию функции "управление" для водителя, управляющего движущимся транспортным средством, и "готовность" для второго водителя;
- автоматическую регистрацию функции "работа" при остановке транспортного средства в случае его управления одним водителем (пункт 46 Правил).
Согласно пункту 51 Требований тахограф при вводе данных должен обеспечивать:
- автоматическое предложение водителю осуществить ручной ввод информации после ввода карты водителя, в том числе:
- вывести на дисплей запрос о вводе данных, о виде деятельности ("работа", "готовность" или "перерыв/отдых") с указанием даты и времени начала и завершения.
Тахограф должен обеспечивать хранение следующих данных о деятельности водителя: вид деятельности: "управление", "готовность", "работа", "перерыв/отдых" (пункт 61 Требований).
С учетом изложенного, поскольку ответчиком табели учета рабочего времени в отношении истца не составлялись, судебная коллегия полагает необходимым при определении продолжительности фактически отработанного истцом времени руководствоваться ежемесячными отчетами о работе водителя ФИО1, сформированными на основании данных тахографа, установленного на транспортном средстве, которым он управлял (л.д. 95-111 том 1).
В представленных отчетах зафиксировано ежедневное время по видам деятельности водителя: «готовность», «управление», «работа», «перерыв/отдых», «неизвестное», а также суммарное время по видам деятельности за месяц.
С учетом приведенных Требований к тахографам, время управления транспортным средством фиксируется тахографом в автоматическом режиме, иные данные: «работа», «перерыв/отдых» - водителем в ручном режиме.
Таким образом, к пояснениям ФИО1 в судебном заседании суда апелляционной инстанции о том, что он не знает, каким образом фиксируется рабочее время водителя при использовании им карты тахографа и от него эти данные не зависят, судебная коллегия относится критически, как и к его доводам о том, что при перемещениях по городу Омску, по указанию ответчика, он не использовал карту тахографа.
Так, в июле 2022 года суммарная продолжительность времени управления ФИО1 транспортным средством составила 118 часов 36 минут, время работы, не связанное с управлением – 21 часов 43 минуты, а всего – 140 часов 19 минут, в августе 2022 года: время управления – 190 часов 58 минут, время работы – 44 часа 14 минут, а всего – 235 часов 12 минут, в сентябре 2022 года (с 1 по 20): время управления 102 часа 17 минут, время работы – 26 часов 44 минуты, а всего – 129 часов 1 минута, в ноябре 2022 года (с 13 по 30): время управления – 62 часа 48 минут, время работы – 27 часов 59 минут, а всего – 90 часов 47 минут.
Ввиду отсутствия между сторонами спора относительно количества отработанных дней в декабре 2022 года, судебная коллегия полагает возможным исходить из того, что истцом было отработано 4 дня, 2 дня из которых учтены как работа в выходные дни.
Время прохождении истцом медицинских предрейсовых осмотров дополнительному учету не подлежит, поскольку время, затраченное на прохождение медицинских осмотров в силу пункта 15 Особенностей режима рабочего времени, учитывается как рабочее время, не связанное с управлением автомобилем, и соответственно отображается в отчете тахографа в графе «работа».
Продолжительность времени в отчете тахографа в графе «перерыв/отдых» не подлежат учету в качестве рабочего времени истца на основании следующего.
Как было указано ранее, пункт 9 Особенностей режима рабочего времени предусматривает учет в качестве рабочего времени помимо управления автомобилем и иной работы, поименованной в пункте 15 Особенностей, время специальных перерывов для отдыха от управления автомобилем.
Согласно пункту 13 Особенностей режима рабочего времени не позднее 4 часов 30 минут времени управления автомобилем, после окончания времени отдыха или специального перерыва, за исключением случаев, предусмотренных пунктом 14 настоящих Особенностей, водитель обязан сделать специальный перерыв продолжительностью не менее 45 минут, если не наступает время отдыха или перерыва (пункт 16 настоящих Особенностей), продолжительность которых превышает продолжительность специального перерыва.
Как следует из представленного в материалы дела расписания, продолжительность следования по утвержденному маршруту согласно графика определяется в 3 часа.
Следовательно, поскольку продолжительность непосредственного управления истцом транспортным средством на маршруте составляет менее 4 часов 30 минут, предусмотренных пунктом 13 Особенностей режима рабочего времени, работа истца не предусматривает право на специальные перерывы, которые подлежат учету в рабочем времени.
Кроме того, судебная коллегия считает необходимым обратить внимание, что согласно представленным отчетам суммарное время по виду деятельности «перерыв/отдых» в июле 2022 года составляет 126 часов, в августе – 500 часов, в сентябре (неполный месяц) – 267 часов, в ноябре (неполный месяц) 109 часов, а по дням варьируется от 3 до 18 часов, причем приходится, в частности, на временной промежуток с 20-30 часов до 6 часов - время отдыха в с. Гвоздевка между рейсами, которое истец сам также не включает в рабочее время.
При указанных обстоятельствах данная продолжительность, отраженная в сведениях тахографа по виду деятельности «перерыв/отдых», не может быть расценена как время специальных перерывов и перерывов для отдыха и питания, которое подлежит учету в рабочем времени водителя.
Учитывая положения пункта 5 Особенностей режима рабочего времени, которыми установлена нормальная продолжительность рабочего времени водителя не более 40 часов в неделю, при разрешении вопроса о наличии/отсутствии сверхурочной работы, в настоящем случае необходимо руководствоваться нормой рабочего времени при 40-часовой рабочей неделе, определенной производственным календарем на 2022 год для пятидневной рабочей недели.
Расчет продолжительности сверхурочной работы приведен в следующей таблице.
Месяц
Отработано часов
Норма часов
Отработано сверх нормы часов
Из них работа в выходные дни
июль
140
120
20
64
август
235
184
51
64
сентябрь
129
112
17
48
ноябрь
90
104
-
32
декабрь
16
16
-
16
Таким образом, вопреки доводам апелляционной жалобы истца, в спорный период он не привлекался к сверхурочной работе, которая подлежала бы дополнительной оплате, так как продолжительность сверхурочной работы по итогам каждого месяца либо отсутствует, либо не превышает продолжительности работы в выходные дни, за которые судом взыскана оплата в двойном размере, соответственно, оснований для взыскания оплаты за сверхурочную работу не имеется.
Установив отсутствие подлежащей оплате сверхурочной работы, районный суд, принимая во внимание произведенную ФИО1 ИП ФИО2 в период его работы выплату заработной платы в общем размере 107 240 рублей, определил ко взысканию с ответчика в пользу истца задолженность по заработной плате в размере 37 090 рублей 67 копеек исходя из установленного размера заработной платы с учетом районного коэффициента - 42 945 рублей 60 копеек.
Судебная коллегия оснований для изменения размера данной задолженности по заработной плате истца не усматривает, порядок расчета сторонами в этой части не оспаривается,
Признав увольнение истца незаконным и восстановив его на работе в прежней должности, суд в соответствии с положениями статей 234, 394 Трудового кодекса Российской Федерации определил ко взысканию с ответчика в пользу истца средний заработок за время вынужденного прогула с 5 декабря 2022 года по 14 июня 2023 года (128 дней) в общей сумме 262 265 рублей 30 копеек.
Расчет взысканной компенсации судебной коллегией проверен и признан правильным.
Вопреки позиции ответчика при признании в судебном порядке увольнения незаконным и восстановлении работника на работе в прежней должности по правилам части 1, 2 статьи 394 Трудового кодекса Российской Федерации орган, рассматривающий индивидуальный трудовой спор, принимает решение о выплате работнику среднего заработка за все время вынужденного прогула.
Несогласие ответчика с данными выводами суда основано на его позиции о необходимости осуществлении данных расчетов из минимального размера оплаты труда, на необоснованность которой ранее было указано судебной коллегией.
Руководствуясь положениями статьи 236 Трудового кодекса Российской Федерации, суд первой инстанции взыскал с ответчика в пользу истца денежную компенсацию за задержку причитающихся выплат за период с 5 декабря 2022 года по 14 июня 2023 года в размере 9 482 рублей 75 копеек, с чем судебная коллегия согласиться не может.
Согласно части 1 статьи 236 Трудового кодекса Российской Федерации при нарушении работодателем установленного срока соответственно выплаты заработной платы, оплаты отпуска, выплат при увольнении и (или) других выплат, причитающихся работнику, работодатель обязан выплатить их с уплатой процентов (денежной компенсации) в размере не ниже одной сто пятидесятой действующей в это время ключевой ставки Центрального банка Российской Федерации от не выплаченных в срок сумм за каждый день задержки начиная со следующего дня после установленного срока выплаты по день фактического расчета включительно. При неполной выплате в установленный срок заработной платы и (или) других выплат, причитающихся работнику, размер процентов (денежной компенсации) исчисляется из фактически не выплаченных в срок сумм.
Указанная норма направлена на реализацию положений части 1 статьи 142 Трудового кодекса Российской Федерации согласно которой работодатель и (или) уполномоченные им в установленном порядке представители работодателя, допустившие задержку выплаты работникам заработной платы и другие нарушения оплаты труда, несут ответственность в соответствии с настоящим Кодексом и иными федеральными законами.
Таким образом, правовой механизм, предусмотренный положениями статьи 236 Трудового кодекса Российской Федерации, направлен на защиту прав работника при нарушении работодателем установленных законодательством, локальными нормативными актами и трудовыми договорами условий оплаты труда.
В связи с тем, что трудовой договор между сторонами в письменном виде не заключался, а Положение об оплате труда, действующее в спорный период, ответчиком представлено не было, судебная коллегия полагает возможным при расчете денежной компенсации за задержку выплаты заработной платы исходить из следующего.
В соответствии с частью 6 статьи 136 Трудового кодекса Российской Федерации, заработная плата выплачивается не реже чем каждые полмесяца. Конкретная дата выплаты заработной платы устанавливается правилами внутреннего трудового распорядка, коллективным договором или трудовым договором не позднее 15 календарных дней со дня окончания периода, за который она начислена.
В данной связи, поскольку истцу установлен суммированный учет рабочего времени с отчетным периодом месяц, то право на получение денежной компенсации, предусмотренной статьей 236 Трудового кодекса Российской Федерации, у истца возникает с первого числа месяца, следующего за месяцем, в котором не была выплачена заработная плата за фактически отработанное время.
Как было установлено ранее, ИП ФИО2 в счет заработной платы истца было выплачено: в июле – 33 150 рублей, в августе – 42 790 рублей, в сентябре – 31 300 рублей, в ноябре и декабре выплата заработной платы не производилась.
Так, истцу к выплате полагалось:
за июль 2022 года - 30 975 рублей 43 копейки (37 344 рублей ? 1,15 / 21 (рабочих дней в месяце) ? 15 (фактически отработано дней)), выплачено – 33 150 рублей, задолженность отсутствует;
за август 2022 года - 42 945 рублей 60 копеек (37 344 рублей ? 1,15), выплачено – 42 790 рублей, задолженность составила 155 рублей 60 копеек;
за сентябрь 2022 года – 27 329 рублей 02 копейки (37 344 рублей ? 1,15 / 22 (рабочих дней в месяце) ? 14 (фактически отработано дней)), выплачено – 31 300 рублей, задолженность отсутствует;
за ноябрь 2022 года – 26 585 рублей 37 копеек (37 344 рублей ? 1,15 / 21 (рабочих дней в месяце) ? 13 (фактически отработано дней)), поскольку выплаты ответчиком не производились, задолженность составила 26 585 рублей 37 копеек;
за декабрь 2022 года – 3 904 рубля 14 копеек (37 344 рублей ? 1,15 / 22 (рабочих дней в месяце) ? 2 (фактически отработано дней)), поскольку выплаты ответчиком не производились, задолженность составила 3 904 рубля 14 копеек.
Кроме того, как было установлено судом первой инстанции и не оспаривалось сторонами, у ответчика перед истцом имеется задолженность по заработной плате за работу в выходные и праздничные дни: за июль 2022 года – 14 738 рублей 64 копейки, за август 2022 года – 26 256 рублей 64 копейки, за сентябрь 2022 года – 10 184 рубля 70 копеек, за ноябрь 2022 года – 7 113 рублей 12 копеек, за декабрь 2022 года – 3 394 рубля 90 копеек.
Соответственно, с учетом приведенных положений с ответчика в пользу истца подлежит взысканию компенсация за нарушение сроков выплаты заработной платы в размере 11 485 рублей 42 копейки, исходя из следующего расчета.
Расчёт процентов по задолженности зарплаты за июль 2022
Задолженность
Период просрочки
Ставка
Доля ставки
Формула
Проценты
с
по
дней
14 738,64
01.08.2022
18.09.2022
49
8,00 %
1/150
14 738,64 ? 49 ? 1/150 ? 8%
385,17 р.
14 738,64
19.09.2022
14.06.2023
269
7,50 %
1/150
14 738,64 ? 269 ? 1/150 ? 7.5%
1 982,35 р.
Итого:
2 367,52 руб.
Расчёт процентов по задолженности зарплаты за август 2022
Задолженность
Период просрочки
Ставка
Доля ставки
Формула
Проценты
с
по
дней
26 412,24
01.09.2022
18.09.2022
18
8,00 %
1/150
26 412,24 ? 18 ? 1/150 ? 8%
253,56 р.
26 412,24
19.09.2022
14.06.2023
269
7,50 %
1/150
26 412,24 ? 269 ? 1/150 ? 7.5%
3 552,45 р.
Итого:
3 806,01 руб.
Расчёт процентов по задолженности зарплаты за сентябрь 2022
Задолженность
Период просрочки
Ставка
Доля ставки
Формула
Проценты
с
по
дней
10 184,70
01.10.2022
14.06.2023
257
7,50 %
1/150
10 184,70 ? 257 ? 1/150 ? 7.5%
1 308,73 р.
Итого:
1 308,73 руб.
Расчёт процентов по задолженности зарплаты за ноябрь 2022
Задолженность
Период просрочки
Ставка
Доля ставки
Формула
Проценты
с
по
дней
33 698,49
01.12.2022
14.06.2023
196
7,50 %
1/150
33 698,49 ? 196 ? 1/150 ? 7.5%
3 302,45 р.
Итого:
3 302,45 руб.
Расчёт процентов по задолженности зарплаты за ноябрь 2022
Задолженность
Период просрочки
Ставка
Доля ставки
Формула
Проценты
с
по
дней
7 299,04
05.12.2022
14.06.2023
192
7,50 %
1/150
7 299,04 ? 192 ? 1/150 ? 7.5%
700,71 р.
Итого:
700,71 руб.
Сумма основного долга: 92 333,11 руб.
Сумма процентов по всем задолженностям: 11 485,42 руб.
Таким образом, решение в указанной части подлежит соответствующему изменению, а доводы апелляционного представления – удовлетворению.
Не может судебная коллегия согласиться и с решением суда в части размера компенсации морального вреда.
В соответствии со статьей 237 Трудового кодекса Российской Федерации в связи с нарушением прав истца на справедливую и своевременную оплату труда с ответчика в ее пользу подлежит взысканию компенсация морального вреда.
Согласно разъяснениям, данным в пункте 46 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15 ноября 2022 года N 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» работник в силу статьи 237 ТК РФ имеет право на компенсацию морального вреда, причиненного ему нарушением его трудовых прав любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя (незаконным увольнением или переводом на другую работу, незаконным применением дисциплинарного взыскания, нарушением установленных сроков выплаты заработной платы или выплатой ее не в полном размере, неоформлением в установленном порядке трудового договора с работником, фактически допущенным к работе, незаконным привлечением к сверхурочной работе, задержкой выдачи трудовой книжки или предоставления сведений о трудовой деятельности, необеспечением безопасности и условий труда, соответствующих государственным нормативным требованиям охраны труда, и др.).
Из материалов дела следует, что истец просил взыскать компенсацию морального вреда 50 000 рублей в связи с незаконным увольнением и компенсацию морального вреда 50 000 рублей в связи с задержками выплаты заработной платы.
Однако, как следует из мотивировочной части судебного решения, определяя размер компенсации морального вреда суд первой инстанции учел лишь обстоятельства, касающиеся нарушения прав истца в части образовавшейся задолженности по заработной плате.
Из разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации, закрепленных в пункте 47 Постановления от 15 ноября 2022 года N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда", суду при определении размера компенсации морального вреда в связи с нарушением работодателем трудовых прав работника необходимо учитывать, в числе других обстоятельств, значимость для работника нематериальных благ, объем их нарушения и степень вины работодателя. В частности, реализация права работника на труд (статья 37 Конституции Российской Федерации) предопределяет возможность реализации ряда других социально-трудовых прав: на справедливую оплату труда, на отдых, на безопасные условия труда, на социальное обеспечение в случаях, установленных законом, и др.
Согласно разъяснений, содержащихся в пункте 63 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.
Так, учитывая обстоятельства дела, занимаемую ответчиком позицию по настоящему делу, признавшего факт трудовых отношений с истцом и незаконность его увольнения, а также степень всех допущенных ответчиком нарушений трудовых прав работника, исходя из объема и характера нравственных страданий истца, степени вины работодателя, допустившего нарушения конституционного права на труд, требований разумности и соразмерности, судебная коллегия полагает необходимым с учетом указанных обстоятельств определить ко взысканию компенсацию морального вреда 20 000 рублей.
Судебная коллегия считает, что в качестве заслуживающего внимания обстоятельства, которое не позволяет согласиться с заявленным истцом размером компенсации морального вреда, является тот факт, что ответчиком по делу (работодателем) является индивидуальный предприниматель –субъект малого предпринимательства.
Вышеопределенная компенсация, по мнению суда апелляционной инстанции, позволит компенсировать истцу перенесенные им нравственные страдания или, по крайней мере, сгладить их остроту, в то же время будет способствовать восстановлению баланса между последствиями нарушения прав истца и степенью ответственности, применяемой к ответчику, представляя собой такую сумму, которая является реальной для взыскания, что обеспечит эффективность судебного решения.
С учетом изложенного, решение суда в указанной части подлежит соответствующему изменению.
Каких-либо доводов несогласия с решением суда первой инстанции в части распределения судебных расходов апелляционные жалобы, апелляционное представление не содержат, в связи с чем решение в указанной части в силу статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации проверке в апелляционном порядке не подлежит.
Руководствуясь статьями 328-330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации
ОПРЕДЕЛИЛ
А:
решение Советского районного суда г. Омска от 14 июня 2023 года изменить в части взыскания денежной компенсации за нарушение сроков выплаты заработной платы и морального вреда.
Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО2 в пользу ФИО1 денежную компенсацию за задержку выплаты заработной платы 11 485 рублей 42 копейки, компенсацию морального вреда 20 000 рублей.
В остальной части решение оставить без изменения, апелляционные жалобы– без удовлетворения.
Председательствующий
Судьи
Апелляционное определение в окончательной форме изготовлено 27 сентября 2023 года.