УИД 62RS0013-01-2022-000413-15 №2-213/2022
РЕШЕНИЕ
именем Российской Федерации
18 октября 2022 года п.Милославское
Милославский районный суд Рязанской области в составе:
председательствующего - судьи Гамзиной А.И.,
при секретаре Медведевой М.А.,
с участием представителя истца ФКУ ИК-1 УФСИН России по Рязанской области ФИО1, действующей на основании доверенности от <Дата>,
ответчика ФИО2,
рассмотрев в открытом судебном заседании в здании суда гражданское дело по исковому заявлению ФКУ ИК-1 УФСИН России по Рязанской области к ФИО2 о взыскании материального ущерба с работника,
УСТАНОВИЛ:
ФКУ ИК-1 УФСИН России по Рязанской области обратилось в суд с исковым заявлением к ФИО2 о взыскании материального ущерба с работника, мотивируя свои требования тем, что на основании трудового договора <Номер> от <Дата> и приказа <Номер>-лс от <Дата> ФИО2 была принята на 0,5 ставки на должность оператора ГСМ.
С ФИО2 был заключен договор о полной индивидуальной материальной ответственности <Номер> по должности 0,5 ставки оператора ГСМ, по которому она приняла на себя полную материальную ответственность за недостачу вверенных ей товарно-материальных ценностей.
12 июля 2021 года поступил рапорт главного бухгалтера о назначении служебной проверки по факту нарушений, выявленных в ходе ревизии финансово-экономической деятельности за период с 01 июля 2020 года по 01 июня 2021 года, а именно: недостачи бензина марки АИ-92 в количестве 1313,96 л на сумму 55881 рубль 28 копеек; дизельного топливо в количестве 140,09 л на сумму 6523 рубля 01 копеек.
03 сентября 2021 года проведена служебная проверка, в ходе которой выявлена недостача вышеуказанного бензина и дизельного топлива.
Согласно п.1 договора о полной индивидуальной материальной ответственности <Номер> работник принимает на себя полную материальную ответственность за недостачу вверенного ему работодателем имущества, а также за ущерб, возникший у работодателя в результате возмещения им ущерба иным лицам.
Ответчик отказалась в добровольном порядке выплатить недостачу по складу ГСМ, выявленную в ходе ревизии.
Таким образом, служебной проверкой установлено, что недостача образовалась в результате ненадлежащего исполнения своих должностных обязанностей ФИО2, что повлекло причинение материального ущерба в размере 62404 рубля 29 копеек.
На основании изложенного, ФКУ ИК-1 УФСИН России по Рязанской области просило суд взыскать с ФИО2 в пользу ФКУ ИК-1 УФСИН России по Рязанской области сумму причиненного материального ущерба в размере 62404 рубля 29 копеек.
В судебном заседании представитель истца ФКУ ИК-1 УФСИН России по Рязанской области ФИО1 поддержала заявленные исковые требования в полном объеме по основаниям, изложенным в исковом заявлении, просила их удовлетворить.
Ответчик ФИО2 в судебном заседании исковые требования не признала, пояснив, что в должности оператора ГСМ проработала более 6 лет. Топливо хранилось в огромных бочках, которые не врыты в землю, не калиброваны, возможно не герметичны. Никогда никакого списания на естественную убыль, испарение не было. Отпуск топлива производился по счетчику, имеющемуся на колонках, 1982 года выпуска. Вела документацию, сдавала отчеты в бухгалтерию. Остаток топлива, переходящий после завоза, измерить невозможно. Никаких формул и способов измерения не было, позже выдан метрошток. В спорный период однажды находилась в отпуске. При этом, подписывался акт о приеме-передачи, но топливо не измерялось. В период работы в должности оператора ГМС никогда не измерялось количество бензина в бочке. Кроме того, заявила о пропуске истцом срока обращения с настоящим иском, поскольку прошло более года.
Изучив исковое заявление, выслушав мнения участников процесса, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему выводу.
В соответствии со ст.232 Трудового кодекса Российской Федерации сторона трудового договора (работодатель или работник), причинившая ущерб другой стороне, возмещает этот ущерб в соответствии с настоящим Кодексом и иными федеральными законами.
Согласно ст.233 Трудового кодекса Российской Федерации материальная ответственность стороны трудового договора наступает за ущерб, причиненный ею другой стороне этого договора в результате ее виновного противоправного (действия или бездействия), если иное не предусмотрено настоящим Кодексом или иными федеральными законами. Каждая из сторон трудового договора обязана доказать размер причиненного ей ущерба.
В силу статьи 238 Трудового кодекса Российской Федерации работник обязан возместить работодателю причиненный ему прямой действительный ущерб.
Под прямым действительным ущербом понимается реальное уменьшение наличного имущества работодателя или ухудшение состояния указанного имущества (в том числе имущества третьих лиц, находящегося у работодателя, если работодатель несет ответственность за сохранность этого имущества), а также необходимость для работодателя произвести затраты либо излишние выплаты на приобретение, восстановление имущества либо на возмещение ущерба, причиненного работником третьим лицам.
В соответствии со ст.242 Трудового кодекса РФ полная материальная ответственность работника состоит в его обязанности возмещать причиненный работодателю прямой действительный ущерб в полном размере. Материальная ответственность в полном размере причиненного ущерба может возлагаться на работника лишь в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом или иными федеральными законами.
Основания полной материальной ответственности предусмотрены положениями ст.243 Трудового кодекса РФ.
В силу части 1 статьи 247 Трудового кодекса Российской Федерации до принятия решения о возмещении ущерба конкретными работниками работодатель обязан провести проверку для установления размера причиненного ущерба и причин его возникновения. Для проведения такой проверки работодатель имеет право создать комиссию с участием соответствующих специалистов.
Согласно части 2 статьи 247 Трудового кодекса Российской Федерации истребование от работника письменного объяснения для установления причины возникновения ущерба является обязательным. В случае отказа или уклонения работника от предоставления указанного объяснения составляется соответствующий акт.
В судебном заседании установлено, что <Дата> между ФКУ ИК-1 УФСИН России по Рязанской области и ФИО2 был заключен трудовой договор №451, согласно которому ФИО2 была принята по совместительству на должность оператора ГСМ в объеме 0,5 ставки в ФКУ ИК-1 УФСИН России по Рязанской области.
<Дата> между ФКУ ИК-1 УФСИН России по <Адрес> и ФИО2 был заключен договор о полной индивидуальной материальной ответственности <Номер>, по условиям которого работник принимает на себя полную материальную ответственность за недостачу вверенного ей работодателем имущества, а также за ущерб, возникший у работодателя в результате возмещения им ущерба иным лицам, и в связи с изложенным обязуется: бережно относиться к переданному ему для осуществления возложенных на него функций (обязанностей) имуществу работодателя и принимать меры к предотвращению ущерба; своевременно сообщать работодателю либо непосредственному руководителю о всех обстоятельствах, угрожающих обеспечению сохранности вверенного ему имущества; вести учет, составлять и представлять в установленном порядке товарно-денежные и другие отчеты о движении и остатках вверенного ему имущества; участвовать в проведении инвентаризации, ревизии, иной проверке сохранности и состояния вверенного ему имущества (п.1).
В силу п.2 договора работодатель обязуется создавать работнику условия, необходимые для нормальной работы и обеспечения полной сохранности вверенного имущества; проводить в установленном порядке инвентаризацию, ревизии и другие проверки сохранности и состояния имущества.
04 июня 2021 года врио начальника ФКУ ИК-1 УФСИН России по Рязанской области издан приказ о создании комиссии по проведению инвентаризации.
15 июня 2021 года на основании приказа <Номер> от 04 июня 2021 года членами комиссии в составе: заместителя начальника <ФИО>1., начальника оперативного отдела <ФИО>2 главного бухгалтера <ФИО>3., проведена инвентаризация склада ГСМ, находящегося на ответственном хранении у ФИО2, в результате которой выявлена недостача ГСМ: бензина АИ-92 в количестве 1313,96 л на сумму 55881,28 рублей, дизельного топлива в количестве 140,099 л на сумму 6523,01 рублей.
Из инвентаризационной описи (сличительной ведомости) <Номер> от 15 июня 2021 года следует, что инвентаризация проводилась с 15 июня 2021 года по 15 июня 2021 года.
Из объяснений ФИО2 от 18 июня 2021 года следует, что недостача бензина произошла из-за хранения бензина в больших нефтеемкостях, которые не калиброваны, не врыты, измерить метроштоком остаток топлива невозможно; недостача дизельного топлива произошла при ошибочном разливе из двухсотлитровых бочек в канистры для заправки машин.
12 июля 2021 года главным бухгалтером ФКУ ИК-1 УФСИН России по Рязанской области <ФИО>3. на имя начальника учреждения подан рапорт о проведении служебной проверки по факту недостачи, выявленной при проведении инвентаризации у материально-ответственного лица оператора ГСМ ФИО2, бензина АИ-92 в количестве 1313,96 л на сумму 55881,28 рублей, дизельного топлива в количестве 140,099 л на сумму 6523,01 рублей.
13 июля 2021 года приказом начальника учреждения назначена служебная проверка. С данным приказом ФИО2 ознакомлена.
20 июля 2021 года в ходе служебной проверки ФИО2 даны объяснения аналогичные объяснениям от 18 июня 2021 года.
03 августа 2021 года на основании приказа ФКУ ИК-1 УФСИН России по Рязанской области <Номер>-лс ФИО2 освобождена от должности 0,5 ставки оператора ГСМ, с 03 августа 2021 года.
Согласно заключению служебной проверки <Номер> от 03 сентября 2021 года установлена сумма недостачи, подлежащая взысканию с ФИО2, как материально-ответственного лица, за бензин АИ-92 в количестве 1313,96 л на сумму 55881,28 рублей, за дизельное топливо в количестве 140,099 л на сумму 6523,01 рублей. Данное заключение подписано членами комиссии 03 сентября 2021 года.
С заключением служебной проверки ФИО2 ознакомлена 03 сентября 2021 года.
В добровольном порядке ответчик ФИО2 от возмещения недостачи по топливу отказалась.
Вышеуказанные обстоятельства подтверждаются: копией трудового договора <Номер> от 03 ноября 2015 года; копией приказа <Номер>-лс от 03 ноября 2015 года; копией приказа <Номер>-лс от 03 августа 2021 года; копией материала служебной проверки по факту выявленных нарушений, проведенной ревизии в период с 01 июля 2020 года по 01 июня 2021 года; копией объяснения от 20 июля 2021 года; копией акта <Номер> о результатах инвентаризации от 15 июня 2021 года; копией инвентаризационной описи (сличительной ведомости) <Номер> от 15 июня 2021 года; копией заявления ФИО2; копией ведомости расхождений по результатам инвентаризации <Номер> от 15 июня 2021 года; копией предписания от 02 июня 2021 года; копией плана ревизии финансово-хозяйственной деятельности от 01 июня 2021 года.
В соответствии с пунктом 4 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 16 ноября 2006 года №52 «О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю» к обстоятельствам, имеющим существенное значение для правильного разрешения дела о возмещении ущерба работником, обязанность доказать которые возлагается на работодателя, в частности, относятся: отсутствие обстоятельств, исключающих материальную ответственность работника; противоправность поведения (действия или бездействие) причинителя вреда; вина работника в причинении ущерба; причинная связь между поведением работника и наступившим ущербом; наличие прямого действительного ущерба; размер причиненного ущерба; соблюдение правил заключения договора о полной материальной ответственности.
Из разъяснений Пленума Верховного Суда РФ следует, что необходимыми условиями для наступления материальной ответственности работника за причиненный работодателю ущерб являются: наличие прямого действительного ущерба, противоправность поведения (действия или бездействия) работника, причинно-следственная связь между действиями или бездействием работника и причиненным ущербом, вина работника в причинении ущерба.
В обоснование заявленных исковых требований истец ссылается на заключение служебной проверки <Номер> от 03 сентября 2021 года.
Правила проведения служебных проверок органов уголовно-исполнительной системы установлены Порядком проведения служебных проверок в учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы Российской Федерации, утвержденным приказом Министерством юстиции РФ от 31 декабря 2020 года №341.
Вышеуказанное заключение служебной проверки не содержит сведений о дате его утверждения врио начальника ФКУ ИК-1 УФСИН России по Рязанской области <ФИО>4., в связи с чем, проверить сроки утверждения данного заключения, предусмотренные п.21 Порядка, не представляется возможным.
Приказом начальника учреждения <Номер> от 13 июля 2021 года установлен срок проведения служебной проверки до 10 августа 2021 года.
Из рапорта сотрудника ФКУ ИК-1 УФСИН России по <Адрес> <ФИО>5 от 07 августа 2021 года следует, что срок проведения служебной проверки, установленный приказом <Номер> от 13 июля 2021 года, недостаточен, в связи с нахождением сотрудника в отпуске и отсутствием информации для составления заключения.
Согласно п.26 Порядка сведения о периодах отсутствия сотрудника на службе, являющиеся основанием для переноса или продления срока проведения служебной проверки, подтверждающие это документы, а также принятые должностным лицом, издавшим приказ (распоряжение) о проведении служебной проверки, решение в части переноса или продления срока проведения служебной проверки.
В нарушение указанной нормы заключение служебной проверки от 03 сентября 2021 года таких данных не содержит.
В описательной части заключения имеется ссылка на письменное объяснение оператора ГСМ ФИО2 от 31 августа 2021 года. Однако, материалы служебной проверки данного объяснения не содержат.
По сути, вывод служебной проверки основан исключительно на объяснениях ФИО2 и <ФИО>1 который указал, что емкости для бензина не калиброваны, не врыты в землю, измерить остаток бензина невозможно, дизельное топливо переливались в канистры, полагает, недостача образовалась из-за невнимательности материально-ответственного лица.
В нарушение п.27 Порядка не проверены доводы ФИО2 об отсутствии возможности измерить метроштоком остаток топлива, а также об отсутствии калибровки в емкостях для ГСМ, их герметичности. Данный довод не опровергнут и представителем истца в судебном заседании.
Приказом Минэнерго России от 16 апреля 2018 года №281 «Об утверждении норм естественной убыли нефтепродуктов при хранении» утверждены нормы естественной убыли нефтепродуктов при хранении. Однако, из представленных материалов и пояснений сторон в судебном заседании следует, что нормы естественной убыли при инвентаризации бензина в ФКУ ИК-1 УФСИН России в спорный период не исчислялись и никогда не исчисляются. Доказательств об обратном стороной истца не представлено.
В подтверждение доказательств наличия прямого действительного ущерба, причиненного ответчиком, размера ущерба, истец представил в материалы дела акт <Номер> о результатах инвентаризации от 15 июня 2021 года, инвентаризационную опись (сличительную ведомость) <Номер> по объектам нефинансовых активов на 15 июня 2021 года, ведомость расхождений по результатам инвентаризации <Номер> от 15 июня 2021 года.
Вместе с тем, факт недостачи может считаться установленным только при условии выполнения в ходе инвентаризации всех необходимых проверочных мероприятий, результаты которых должны быть оформлены документально в установленном законом порядке.
В силу части 2 статьи 11 Федерального закона от 6 декабря 2011 года №402-ФЗ «О бухгалтерском учете» при инвентаризации выявляется фактическое наличие соответствующих объектов, которое сопоставляется с данными регистров бухгалтерского учета.
Согласно части 3 статьи 11 Федерального закона от 6 декабря 2011 года №402-ФЗ случаи, сроки и порядок проведения инвентаризации, а также перечень объектов, подлежащих инвентаризации, определяются экономическим субъектом, за исключением обязательного проведения инвентаризации. Обязательное проведение инвентаризации устанавливается законодательством Российской Федерации, федеральными и отраслевыми стандартами.
В соответствии с часть 4 статьи 11 Федерального закона от 6 декабря 2011 года №402-ФЗ выявленные при инвентаризации расхождения между фактическим наличием объектов и данными регистров бухгалтерского учета подлежат регистрации в бухгалтерском учете в том отчетном периоде, к которому относится дата, по состоянию на которую проводилась инвентаризация.
Приказом Министерства финансов Российской Федерации от 29 июля 1998 г. N 34н утверждено Положение по ведению бухгалтерского учета и бухгалтерской отчетности в Российской Федерации, пунктом 27 которого установлено, что проведение инвентаризации является обязательным, в том числе при смене материально-ответственных лиц, при выявлении фактов хищения, злоупотребления или порчи имущества.
В соответствии с пунктом 26 Положения для обеспечения достоверности данных бухгалтерского учета и бухгалтерской отчетности организации обязаны проводить инвентаризацию имущества и обязательств, в ходе которой проверяются и документально подтверждаются их наличие, состояние и оценка.
Согласно п.п. «б» п.28 Положения выявленные при инвентаризации расхождения между фактическим наличием имущества и данными бухгалтерского учета отражаются на счетах бухгалтерского учета в следующем порядке: недостача имущества и его порча в пределах норм естественной убыли относятся на издержки производства или обращения (расходы), сверх норм - за счет виновных лиц.
Приказом Министерства финансов Российской Федерации от 13 июня 1995 года №49 утверждены Методические указания по инвентаризации имущества и финансовых обязательств.
Согласно Методическим указаниям в соответствии с Положением о бухгалтерском учете и отчетности в Российской Федерации проведение инвентаризации обязательно при смене материально ответственных лиц (на день приемки-передачи дел) и при установлении фактов хищений или злоупотреблений, а также порчи ценностей (пункт 1.5).
До начала проверки фактического наличия имущества инвентаризационной комиссии надлежит получить последние на момент инвентаризации приходные и расходные документы или отчеты о движении материальных ценностей и денежных средств. Материально ответственные лица дают расписки о том, что к началу инвентаризации все расходные и приходные документы на имущество сданы в бухгалтерию или переданы комиссии и все ценности, поступившие на их ответственность, оприходованы, а выбывшие списаны в расход. Проверка фактического наличия имущества производится при обязательном участии материально ответственных лиц (пункты 2.4, 2.5, 2.8 Методических указаний).
Описи подписывают все члены инвентаризационной комиссии и материально ответственные лица. В конце описи материально-ответственные лица дают расписку, подтверждающую проверку комиссией имущества в их присутствии, об отсутствии к членам комиссии каких-либо претензий и принятии перечисленного в описи имущества на ответственное хранение. При проверке фактического наличия имущества в случае смены материально-ответственных лиц, принявший имущество расписывается в описи в получении, а сдавший - в сдаче этого имущества (пункт 2.10 Методических указаний).
Таким образом, из материалов дела не следует, что нормы Федерального закона от 6 декабря 2011 года №402-ФЗ «О бухгалтерском учете», Положения по ведению бухгалтерского учета и бухгалтерской отчетности в Российской Федерации, утвержденного Приказом Министерства финансов Российской Федерации от 29 июля 1998 года №34н, а также Методические указания, предусматривающие основания и порядок проведения инвентаризации имущества и финансовых обязательств в организации, были соблюдены работодателем.
Кроме того, суд учитывает, что истцом не были представлены результаты предшествующей инвентаризации, в том числе после смены материально-ответственных лиц, документы о движении материальных ценностей, которые возможно было сопоставить с данными бухгалтерского учета; из представленных в материалы дела инвентаризационных ведомостей не усматривается за какой период выявлена недостача, каким образом определен размер заявленного ущерба; осуществлялась ли проверка фактического наличия имущества на момент инвентаризации; присутствовало при этом материально-ответственное лицо.
Из пояснений в судебном заседании ответчика ФИО2 следует, что проверка фактического наличия топлива на момент инвентаризации проверялась, однако письменный документ не составлялся, не опровергнут стороной истца и факт проверки не нашел подтверждения в материалах служебной проверки.
Представленные в материалы дела требования-накладные, свидетельствуют о получении ФИО2 материальных ценностей, в отношении которых установлена недостача. При этом факт их получения ответчиком не оспаривался.
Исходя из вышеизложенного, суд приходит к выводу, что достаточных доказательств, подтверждающих вину ответчика ФИО2 в причинении ущерба, наличия причинно-следственной связи между ее действиями и наступившим ущербом в материалах дела не имеется, а стороной истца не представлено, также как и не представлено доказательств надлежащего соблюдения процедуры привлечения работника к материальной ответственности.
Представленные стороной ответчика фотографии суд не принимает в качестве доказательств, поскольку данные фотографии не свидетельствуют о том, что они сделаны на территории исправительного учреждения, не содержат дату фотосъемки.
Рассматривая заявление ответчика ФИО2 о пропуске истцом срока для обращения в суд с настоящим иском, суд исходит из следующего.
Согласно части 4 статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации, работодатель имеет право обратиться в суд по спорам о возмещении работником ущерба, причиненного работодателю, в течение одного года со дня обнаружения причиненного ущерба.
При пропуске по уважительным причинам сроков, установленных частями первой, второй, третьей и четвертой настоящей статьи, они могут быть восстановлены судом (часть 5 статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации).
Судом установлено, что факт недостачи ГСМ, находящегося на ответственном хранении у ФИО2, зафиксирован в акте <Номер> о результатах инвентаризации от 15 июня 2021 года.
Настоящий иск подан 18 июля 2022 года, что подтверждается отметкой на конверте.
При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу о том, что об указанных фактах, явившихся основанием для обращения с настоящим иском в суд, ФКУ ИК-1 УФСИН России по Рязанской области стало известно не позднее 15 июня 2021 года. Поскольку иск подан 18 июля 2022 года, истцом пропущен годичный срок для обращения в суд с требованием о взыскании материального ущерба, причиненного работодателю.
Каких-либо обстоятельств, объективно препятствовавших истцу своевременно обратиться в суд с иском за разрешением трудового спора и позволяющих восстановить пропущенный срок, судом не установлено.
О восстановлении пропущенного срока ФКУ ИК-1 УФСИН России по Рязанской области не заявляло, на уважительность причин его пропуска не ссылалось и доказательств в подтверждение этого суду не представило.
Доводы стороны истца о том, что исчисление срока на обращение в суд в соответствии со статьей 392 Трудового кодекса Российской Федерации следует исчислять с даты заключения служебной проверки, то есть с 03 сентября 2021 года, в связи с чем, истец не пропустил срок обращения в суд, суд отклоняет, поскольку они основаны на неверном толковании и применения норм материального права. Так, ст.392 Трудового кодекса РФ связывает начало течения срока с фактом обнаружения причиненного ущерба, а не днем окончания работодателем служебной проверки.
С учетом приведенных положений закона и установленных по делу обстоятельств, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения требований истца о взыскании материального ущерба с работника.
На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд
РЕШИЛ:
В удовлетворении исковых требований ФКУ ИК-1 УФСИН России по Рязанской области к ФИО2 о взыскании материального ущерба с работника - отказать.
Решение может быть обжаловано в Рязанский областной суд через Милославский районный суд Рязанской области в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.
Судья А.И. Гамзина