Дело № 2-8629/2022
УИД 78RS0023-01-2022-007739-96
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
Санкт-Петербург 27 октября 2022 года
Фрунзенский районный суд Санкт-Петербурга в составе:
председательствующего судьи Кривилёвой А.С.,
при секретаре Петуховой В.Д.,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о признании договора недействительным,
УСТАНОВИЛ:
Истец указала, что она являлась собственником квартиры <адрес>. После смерти супруга и сына в её окружении появилась ответчик, которая окружила её заботой, покупала лекарственные препараты, говорила, что её не бросит, будет ей помогать. После чего в 2003 году был заключен договор дарения этой квартиры. Ответчик предложила истцу переоформить право собственности на квартиру, пообещав ей полное материальное содержание, надлежащий уход до конца дней. Однако вместо договора ренты, пожизненного содержания с иждивением, заключился договор дарения. Между сторонами имелась договоренность о том, что истец будет проживать в квартире, а ответчик будет оплачивать коммунальные платежи, заботиться о ней, осуществлять уход в случае необходимости, а также выплачивать денежные средства на её содержание. С конца 2021 года ответчик стала плохо относиться к истцу, в апреле 2022 ответчик отвезла истца в больницу и забирать её отказалась, забрала ключи от квартиры, не отдала личные вещи истца. До настоящего времени истец скитается по знакомым и дальним родственникам. Оспаривая указанный договор дарения, истец указывает на то, что она никогда не имела намерения дарить ответчику квартиру, была убеждена, что передает квартиру взамен на выполнение обязательств по осуществлению за ней ухода и содержанию, заблуждалась в отношении природы сделки и последствий её заключения, кроме того, считает, что сделка совершена под влиянием обмана со стороны ответчика. Истец заблуждалась относительно природы заключаемого договора, поскольку не предполагала, что лишится жилья. На основании, просила признать договор дарения от 22.02.2003 недействительным, применить последствий недействительности сделки, прекратить право собственности ответчика на указанную квартиру, признать за истцом право собственности на указанную квартиру.
Истец в судебное заседание не явилась, о дате и месте судебного заседания извещена надлежащим образом, доверила представлять свои интересы в суде представителям ФИО11 которые в судебное заседание явились, исковые требования поддержали, дополнив, что считают оспариваемую сделку мнимой, срок исковой давности не пропущен, поскольку о том, что заключен договор дарения истец узнала только после, того, как не смогла попасть в свою квартиру после больницы весной 2022 года.
Ответчик и её представитель ФИО12 в судебное заседание явились, с иском не согласились. Представили письменные возражения, в которых указали на то, что идея дарения квартиры ответчику у истца возникла давно, поскольку после смерти супруга и сына дальние родственники истца не проявляли интерес к ней, заботилась о ней только ответчик, являющаяся дочкой близкой подруги истца. Ответчик покупала лекарственные средства ей, заботилась о её здоровье на протяжении всего времени. Сначала истец написала в 1997 завещание на ответчика, потом они решили сходить к нотариусу и заключить всё-таки договор дарения, что и было сделано 22.02.2003. После этого истец ещё составила в 2006 завещательное распоряжение. Поскольку спорная квартира являлась единственным жильем для истца, поэтому после сделки она осталась там проживать. В октябре 2021 истец попала с инсультом в больницу, в этой связи активизировались дальние родственники истца (семья племянника), которые и забрали истца к себе домой, не дав это сделать ответчику, вывезли личные вещи из квартиры истца, а узнав, что квартира дарена ответчику стали внушать истцу о недобросовестности ответчика. Истец ДД.ММ.ГГГГ года рождения и в силу возраста в настоящее время может быть подвержена внушению. Ответчик не против продолжать ухаживать за истцом и не против того, чтобы истец продолжала жить в подаренной квартире. На основании чего просили в иске отказать.
Представитель ответчика в судебном заседании заявил о пропуске срока исковой давности.
Исследовав и изучив материалы дела, выслушав участников процесса, суд приходит к следующему выводу.
В соответствии с пунктом 2 статьи 209 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия.
Согласно статье 218 ГК РФ право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.
В соответствии с пунктом 1 статьи 421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора.
В силу статьи 572 ГК РФ по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.
Согласно пункту 1 статьи 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).
Из материалов дела следует и судом установлено, что истец ФИО1 и ответчик ФИО2 22.02.2003 года заключили договор дарения квартиры <адрес>. Договор нотариально заверен, переход права собственности зарегистрирован в Управление Росреестра Санкт-Петербурга.
По устной договоренности истец осталась зарегистрированной по указанному адресу, продолжила проживать в этой квартире, в свою очередь, ответчик за истцом ухаживала, по мере необходимости приобретала лекарства, возила в больницу.
Близких родственников у истца после смерти её супруга (умер ДД.ММ.ГГГГ) и сына (умер ДД.ММ.ГГГГ) не было, а семья племянника близко с ней не общалась, очень редко её навещала.
Как пояснила в суде ответчик, она знает истца очень давно, её мать была близкой подругой истца, поэтому они часто приходили к ней в гости и на протяжении последних тридцати лет находились в близких доверительных отношениях, поэтому у истца ещё в 1990-х годах возникла идея оставить свою квартиру ответчику. Наличие такой воли у истца подтверждается наличием завещания от 16.07.1997 года, в котором указано, что всё имущество, в том числе спорную квартиру, она завещает ответчику (л.д. 38). Кроме того, 12.10.2006 истец в Сбербанке оформила завещательное распоряжение на денежные средства, находящиеся на банковских счетах, также на ответчика (л.д. 39).
Чтобы никто не смог оспорить завещание, стороны решили всё-таки оформить договор дарения квартиры, который был нотариально заключен 22.02.2003 года.
В подтверждение позиции ответчика в судебном заседании была допрошена свидетель ФИО13 которая после предупреждения об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний свидетеля сообщила, что она является соседкой истца по дому, знает её более тридцати лет, близко общается на протяжении последних десяти лет. За всё это время родственников истца (семья племянника) в адресе проживания истца свидетель видела раза три. Ответчика знает около восьми лет. Как-то раз истец попросила свидетеля из почтового ящика принести квитанцию по оплате ЖКХ, из которой свидетель увидела, что плательщиком является не истец. На вопрос свидетеля истец сообщила, что она отписала свою квартиру ответчику, поскольку она за ней ухаживает, привозит лекарства, возит по врачам, поддерживает её. Ответчик предлагала ей переехать к ней, но истец отказалась, поскольку хотела проживать в этой квартире. Истец всегда находилась в здравом уме, помогала соседям считать пенсию. Осенью 2021 года истец попала в больницу с инсультом, в квартиру не вернулась. Приезжала как-то машина, вывозилась мебель из квартиры истца. До болезни истец не часто вспоминала своих родственников (семью племянника).
В свою очередь, истцовая сторона по делу ссылалась на то, что истец была введена в заблуждение относительно природы заключаемой 22.02.2003 сделки и последствий её заключения, поскольку она продолжила проживать в квартире, а ответчик ухаживала за ней. Также представители истца ссылались на то, что сделка совершена под влиянием обмана со стороны ответчика, а также является мнимой.
В подтверждении указанной позиции со стороны истца в судебном заседании допрошены следующие свидетели, предупрежденные об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний свидетеля.
Свидетель ФИО14 сообщил, что является председателем ЖСК дома, в котором проживает он и проживала истец. С истцом был всегда в хороших отношениях, знает, что после смерти её сына и супруга она проживала в квартире одна. Задолженности ЖКХ по квартире нет, оплата производится постоянно и без задержки. Кто является собственником квартиры не знает. Ответчика знает только из-за такой ситуации, что прошел слух, что она не пускает истца в квартиру, а также ответчик звонила ему узнать, имеется ли место на парковке, поскольку планирует переехать в квартиру.
Свидетель ФИО15 сообщила, что является дочерью близкой подруги истца, знает её более 25 лет. С мамой приходила в гости к истцу, знает, что после смерти сына и супруга истец проживала одна. После смерти матери свидетеля с истцом свидетель созванивалась часто, осенью 2021 истец пропала, через некоторое время сама перезвонила свидетелю и сообщила, что с ней всё в порядке, она проживает у племянника. Потом истец ей сообщила, что её не пускают в свою квартиру, стали выяснять, выяснилось, что истец по ошибке переписала квартиру ответчику. Ранее более десяти лет назад мама свидетеля ей рассказывала, что истец описала свою квартиру какой-то женщине. Когда договор дарения подписывался истец была в плохом состоянии, поскольку у неё умер супруг, ей было 74 года, по всей видимости ответчик воспользовалась ситуацией и доверием истца, чтобы заполучить квартиру.
Иных доказательств в соответствии со ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороной истца суду не представлено.
В силу пункта 1 статьи 178 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел.
Существенное значение имеет заблуждение относительно природы сделки либо тождества или таких качеств ее предмета, которые значительно снижают возможности его использования по назначению. Заблуждение относительно мотивов сделки не имеет существенного значения.
Согласно п. 1 ст. 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.
Исходя из смысла приведенной нормы, для признания сделки мнимой необходимо установить, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, характерные для сделок данного вида. При этом обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из её сторон.
Оценивая добытые по делу доказательства, показания допрошенных свидетелей с обеих сторон, суд, отвергая доводы истцовой стороны о заблуждении относительно природы и последствий договора дарения, полагает, что из оспариваемого договора явно следует, что стороны совершили дарение, неоднозначного толкования не допущено. Все существенные условия заключенного между сторонами договора дарения изложены четко, ясно и понятно, возражений по вопросу заключения данного договора истец не высказывала, стороны добровольно подписали указанный договор, понимая его содержание, условия и суть сделки, истец согласилась со всеми условиями. Заблуждение относительно последующего поведения одаряемого по отношению к дарителю не предусмотрено законом в качестве основания для признания сделки недействительной по основаниям статей 178, 179 ГК РФ.
Доказательств того, что договор заключен под давлением либо в результате обмана, либо что дарение квартиры было обусловлено иными обязательствами, истец в нарушение ст. 56 ГПК РФ в материалы дела не представила.
Фактические обстоятельства дела и совокупность представленных доказательств не дают правовых оснований для вывода о наличии порока воли как у истца, так и у ответчика при заключении оспариваемого договора дарения.
Наличие признаков злоупотребления правом со стороны ответчика судом не установлено. Само по себе принятие ответчиком квартиры в дар и распоряжение ею по своему усмотрению не является противоправным поведением и не свидетельствует о намерении ответчика причинить вред истцу.
При таких обстоятельствах суд исходит из того, что при заключении оспариваемой сделки воля сторон была выражена и направлена на достижение именно того результата, который был достигнут подписанием договора дарения конкретной квартиры. Сделка совершена в установленной для данного вида сделок форме, содержит все существенные условия договора дарения, подписана сторонами, зарегистрирована в установленном законом порядке.
В судебном заседании представителем ответчика заявлено ходатайство о пропуске срока исковой давности, что является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении заявленных истцом требований.
Согласно ст. 196 ГК РФ общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 настоящего Кодекса.
В соответствии со ст. 200 ГК РФ, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.
Согласно ст. 181 ГК РФ срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения.
Срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка, либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.
Судом установлено, что договор дарения заключен сторонами 22.02.2003 года, а рассматриваемый иск подан в суд 11.07.2022 года (со дня заключения договора прошло более 15 лет).
В соответствии с п. 2 ст. 199 ГК РФ исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.
Каких-либо доказательств того, что истец более 15 лет не имела возможности по уважительным причинам обратиться в суд за защитой своих прав, суду не представлено и в материалах дела не имеется.
Ссылка представителей истца о том, что истец не знала о природе заключенной сделки до момента инсульта (осень 2021) и не возможности попасть в квартиру после выписки из больницы, опровергается добытыми доказательствами по делу. Так свидетель ФИО16 сообщила суду, что еще более десяти лет назад мама свидетеля ей рассказывала, что истец отписала свою квартиру какой-то женщине, о чем ей сообщила сама истец. Свидетель ФИО17 аналогично пояснила, что истец сообщала свидетелю о том, что она отписала свою квартиру ответчику, поскольку та за ней ухаживает, привозит лекарства, возит по врачам, поддерживает её.
Ходатайств о восстановлении срока исковой давности истцом суду заявлено не было, доказательств уважительности причин пропуска срока, судом также не установлено.
Учитывая положения вышеуказанных норм, суд полагает, что на момент обращения в суд с настоящим иском 11.07.2022 срок исковой давности для предъявления требований о признании договора дарения от 22.02.2003 недействительной сделкой истек.
На основании вышеуказанных положений законодательства в соответствии с представленными по делу доказательствами, оценка которых произведена по правилам ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд приходит к выводу о том, что исковые требования удовлетворению не подлежат.
На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд
РЕШИЛ:
В удовлетворении исковых требований ФИО1, - отказать.
Решение может быть обжаловано в Санкт-Петербургский городской суд в течение месяца со дня изготовления мотивированного решения путем подачи апелляционной жалобы через Фрунзенский районный суд Санкт-Петербурга.
Судья
Мотивированное решение изготовлено 03.11.2022