ВЕРХОВНЫЙ СУД УДМУРТСКОЙ РЕСПУБЛИКИ
Судья Салов А.А. УИД: 18RS0003-01-2022-002677-91
Апел. производство: № 33-3372/2023
1-я инстанция: № 2-1256/2023
АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ
13 сентября 2023 года г. Ижевск
Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Удмуртской Республики в составе:
председательствующего судьи Питиримовой Г.Ф.,
судей Шалагиной Л.А., Фроловой Ю.В.,
при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Горбуновой Е.В.,
рассмотрела в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО1 на решение Октябрьского районного суда г. Ижевска Удмуртской Республики от 07 апреля 2023 года по исковому заявлению ФИО1 к ФИО2, ФИО3, ФИО4 о взыскании неосновательного обогащения.
Заслушав доклад судьи Верховного Суда Удмуртской Республики Фроловой Ю.В., объяснения ответчика ФИО4, судебная коллегия
УСТАНОВИЛА:
Первоначально ФИО1 (далее - истец) обратился в суд с иском к ФИО2, ФИО3, ФИО4 (далее - ответчики) о взыскании задолженности с наследников.
Исковые требования мотивированы тем, что 02 июля 2021 года истец перечислил на счет своего отца С. 600000 руб., на которые последний приобрел акции Публичного акционерного общества «С» (далее - ПАО «С»). ДД.ММ.ГГГГ С. умер. Наследниками, принявшими наследство после смерти С., являются помимо истца ответчики. Истец просил суд взыскать с ФИО2 200000 руб., с ФИО3 200000 руб., с ФИО4 200000 руб.
В порядке ст. 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее - ГПК РФ) истец изменил исковые требования до 3 965 000 руб., указав, что им на счет умершего перечислялись денежные средства 30 июня 2021 года в размере 900 000 руб., 01 июля 2021 года в размере 900 000 руб., 20 июля 2021 года в размере 900 000 руб., 21 июля 2021 года в размере 665 000 руб. Истец просил суд взыскать с ФИО2 991250 руб., с ФИО3 991250 руб., с ФИО4 991250 руб. в качестве неосновательного обогащения.
Протокольными определениями от 15 декабря 2022 года и от 15 февраля 2023 года к участию в деле в качестве третьих лиц привлечены ФИО5 и ООО «СК «Сигма».
В судебном заседании суда первой инстанции представитель истца ФИО6 поддержал иск, сославшись на обстоятельства, изложенные в нем, дополнительно суду пояснил, что истец перечислил спорные суммы своему отцу С., поскольку последний должен был приобрести для него акции на льготных условиях. Однако сделать этого не успел, какой-либо договор между ними не заключался.
В судебном заседании суда первой инстанции ответчик ФИО4 исковые требования не признала, пояснила, что перечисленные на счет умершего С. денежные средства, взыскать которые просит истец, являются возвратом денежных средств, переданных ранее истцу от С. для приобретения жилого помещения. Кроме того, ответчик предоставила письменные возражения на иск, в которых указала, что перечисленные истцом денежные средства на счет умершего С. неосновательным обогащением не являются, поскольку истец не доказал наличие у умершего С. каких-либо денежных обязательств перед ФИО1, истец добровольно на протяжении двух месяцев добровольно и намеренно в отсутствие каких-либо письменных соглашений с С. пять раз перечислял неравными суммами денежные средства, зная, что делает это при отсутствии каких-либо обязательств, какого-либо встречного предоставления; об ошибочности платежей истец не указывает.
Ответчик ФИО4 представила письменные пояснения, согласно которым С. обеспечил жильем всех своих детей. Сыну ФИО1 (истцу) в 2010 году С. передал денежные средства в сумме 3 500 000 руб. на покупку и обустройство 2-х комнатной квартиры по адресу: <данные изъяты>. В 2016 году истец для улучшения жилищных условий попросил у отца деньги на покупку трехкомнатной квартиры, однако С. предложил добавить истцу недостающую сумму после продажи двухкомнатной квартиры по адресу: <данные изъяты>. Истец отказался от продажи своей квартиры, а С. отказался дать истцу деньги, в связи с чем истец:
21 апреля 2017 года заключил с АО «К» (далее - АО «К.») договор займа №<данные изъяты> на сумму 1 400 000 руб., предоставив в качестве залога двухкомнатную квартиру по адресу: <данные изъяты>;
31 мая 2017 года заключил договор купли-продажи трехкомнатной квартиры по адресу: <данные изъяты>, по цене 3 880 000 руб..
Оплата данной суммы произведена за счет:
- 1 400 000 руб. - сумма займа, предоставленная истцу АО «К.»;
- 2 000 000 руб. предоставила супруга истца ФИО5 от продажи своей квартиры, а также за счет средств материнского капитала;
- 480 000 руб. – денежные средства, полученные по кредитному договору № <данные изъяты> от 31 мая 2017 года, заключенному между истцом и ПАО С.
В октябре 2017 года С. для компенсации расходов истца на покупку трехкомнатной квартиры предложил выкупить у него за 3 880 000 руб. двухкомнатную квартиру по адресу: <данные изъяты>, без оформления договора купли-продажи, чтобы в дальнейшем истец по первому требованию С. занимался продажей этой квартиры. У самого С. в это время в собственности было две двухкомнатных квартиры по адресам: <данные изъяты> и <данные изъяты>. 13 октября 2017 года истец и его жена выписались из двухкомнатной квартиры по адресу: <данные изъяты> и прописались в трехкомнатной квартире по адресу: <данные изъяты>. 01 ноября 2017 года строительная компания ООО «Сигма» осуществила перевод 2 000 000 руб. на расчетный счет истца в качестве возврата средств за С. (отца истца) по договору займа № 5н от 20 апреля 2017 года. 22 декабря 2017 года истец заключил дополнительное соглашение к договору займа №<данные изъяты>, изменив предмет залога на двухкомнатную квартиру по адресу: <данные изъяты> (квартира матери истца). 22 декабря 2017 года С. снял со своего счета в ПАО «Б» сумму 6 256 843,54 руб. и закрывает счет. 23 декабря 2017 года ФИО7 передал истцу наличными 1 880 000 руб. и потребовал освободить квартиру по адресу: <данные изъяты>. В марте 2018 года С. заселил родителей ответчика ФИО4 (инвалидов <данные изъяты> группы) в квартиру по адресу: <данные изъяты>. 07 марта 2021 года по требованию С. родители ответчика ФИО4 выехали из квартиры по адресу: <данные изъяты>, так как истец принял решение продать ее. 29 мая 2021 года истец получил сумму в размере 4 030 000 руб. от продажи двухкомнатной квартиры по адресу: <данные изъяты>., и начал перечислять на расчетный счет отца суммы, указанные в иске, всего 3 965 000 руб. Истец должен был продать указанную квартиру и передать С. всю сумму от её продажи, но успел выполнить переводы лишь на сумму 3 965 000 руб.. На сегодняшний день истец не погасил договор займа с АО «К.» после получения от С. денежных средств за двухкомнатную квартиру по адресу: <данные изъяты>, потому что потратил их на приобретение квартиры по адресу <данные изъяты>, которую оформил на свою мать или жену, как утверждал С.
В судебное заседание суда первой инстанции истец, ответчики ФИО2, ФИО3, третьи лица ФИО5 и ООО «СК «Сигма» не явились, были надлежащим образом извещена о времени и месте рассмотрения дела.
На основании ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее - ГПК РФ) дело рассмотрено районным судом в отсутствие не явившихся лиц.
Решением Октябрьского районного суда г. Ижевска Удмуртской Республики от 07 апреля 2023 года оставлены без удовлетворения исковые требования ФИО1 (паспорт серии <данные изъяты>) к ФИО2 (паспорт серии <данные изъяты>), ФИО3 (паспорт серии <данные изъяты>), ФИО4 (паспорт серии <данные изъяты>) о взыскании неосновательного обогащения.
В апелляционной жалобе истец просит решение отменить, вынести новое решение, исковые требования удовлетворить.
Истец ссылается на то, что 31 мая 2017 года он заключил договор купли-продажи со Ш. квартиры по адресу: <данные изъяты>, по цене 3 880 000 руб., данная сумма уплачивается: 3400000 руб. наличными денежными средствами, 480000 руб. кредитными денежными средствами по догоору № <данные изъяты> с «ПАО «С». Указано, что для приобретения квартиры 21 апреля 2017 года ФИО1 заключил с АО «К.» договор займа № <данные изъяты> на сумму 1 400 000 руб., ФИО5 по договору купли-продажи от 28 апреля 2017 года продала за 1480000 руб. принадлежащую ей квартиру по адресу: <данные изъяты>. Данные денежные средства пошли на оплату квартиры по адресу: <данные изъяты>. В апелляционной жалобе указано, что 09 июня 2017 года ФИО1 и ФИО5 нотариально оформили обязательство, согласно которому в связи с намерением воспользоваться правом направить средства материнского (семейного) капитала на погашение основного долга и уплату процентов по кредитному договору № <данные изъяты> от 31 мая 2017 года ФИО1 и ФИО5 принимают на себя обязательства по оформлению в их общую собственность, их детей с определением размера долей в квартире, расположенной по адресу: <данные изъяты>, в течение 6 месяцев после снятия обременения с квартиры. Согласно справке о состоянии финансовой части лицевого счета ФИО5 как лица, имеющего право на дополнительные меры государственной поддержки, 24 июля 2017 года были перечислены денежные средства в размере 453 026 руб. на погашение основного долга и уплату процентов по кредиту на приобретение жилья. По мнению истца квартира по адресу: <данные изъяты> приобретена за счет собственных средств, средств по договорам займа, от С. денежные средства не получались. Кроме того, истец утверждает, что обстоятельства, связанные с перечислением 2000000 руб., не являются доказательством заключения договора займа между ФИО1 и С. Также ФИО1 полагает, что не подтверждает наличие договора займа между ним и С. факт продажи 21 июня 2021 года квартиры по адресу: <данные изъяты>. В апелляционной жалобе указано, что в нарушение ст. 1102, пп. 4 ст. 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) ответчики доказательств не представили.
В письменных возражениях на апелляционную жалобу ответчик ФИО4 просит решение оставить без изменения, апелляционную жалобу истца - без удовлетворения.
В судебное заседание суда апелляционной инстанции истец, ответчики ФИО2, ФИО3, третьи лица ФИО5 и ООО «СК «Сигма» не явились, были надлежащим образом извещены о времени и месте рассмотрения дела.
На основании ст. ст. 167 и 327 ГПК РФ дело рассмотрено судебной коллегией в отсутствие истца, ответчиков ФИО2, ФИО3, третьих лиц ФИО5 и ООО «СК «Сигма».
В судебном заседании суда апелляционной инстанции ответчик ФИО4 с решением суда согласилась.
В соответствии с ч. 1 ст. 327.1 ГПК РФ суд апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционной жалобе, представлении и возражениях относительно жалобы, представления.
Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, возражений на апелляционную жалобу, проверив законность и обоснованность решения суда первой инстанции исходя из доводов апелляционной жалобы и возражений, судебная коллегия находит решение не подлежащим отмене.
Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, ДД.ММ.ГГГГ умер С., его наследниками по закону первой очереди, принявшими наследство, являются сын ФИО1, супруга ФИО4, сын ФИО2, дочь ФИО3
Наследственное имущество, на которое нотариусом выданы свидетельства о праве на наследство, состоит из следующего имущества:
- квартира по адресу: <данные изъяты> (размер доли каждого наследника 1/4);
- 1/2 доли в праве собственности на автомобиль Митсубиши L200 (размер доли каждого наследника 1/4);
- 1/2 долю в праве на денежные средства в ПАО С и Банке В. (размер доли каждого наследника 1/4);
- 1/2 долю в праве на облигации ПАО С (размер доли каждого наследника 1/4).
В обоснование иска ФИО1 сослался на осуществление нескольких денежных переводов на банковский счет отца С. в общей сумме 3 965 000 руб., в подтверждение чего представил следующие документы:
- чек по операции от 30 июня 2021 г. на сумму 900 000 руб., получатель «<данные изъяты> С.», номер карты получателя «**** <данные изъяты>», ФИО отправителя «<данные изъяты> С.», счет отправителя «MIR Gold <данные изъяты>», номер документа <данные изъяты>, код авторизации <данные изъяты>;
- чек по операции от 01 июля 2021 г. на сумму 900 000 руб., получатель «<данные изъяты> С.», номер карты получателя «**** <данные изъяты>», ФИО отправителя «<данные изъяты> С.», счет отправителя «MIR Gold <данные изъяты>», номер документа <данные изъяты>, код авторизации <данные изъяты>;
- чек по операции от 20 июля 2021 г. на сумму 900 000 руб., отправитель «MIR Gold <данные изъяты>», получатель платежа «<данные изъяты> С.», получатель № карты «**** <данные изъяты>», номер документа <данные изъяты>, код авторизации <данные изъяты>;
- чек по операции от 21 июля 2021 г. на сумму 665 000 руб., отправитель «MIR Gold <данные изъяты>», получатель платежа «<данные изъяты> С.», получатель № карты «**** <данные изъяты>», номер документа <данные изъяты>, код авторизации <данные изъяты>.
В выписке по счетам С., открытых в ПАО «С», в период с 30 июня 2021 года по 06 августа 2021 года отражены, в том числе следующие операции:
Дата совершения операции
Наименование операции
Сумма операции
Тип транзакции
Дата транзакции
Номер карты
01.07.2021
Зачисление на банковскую карту наличных денег, внесенных в других филиалах
900 000
Перевод на карту (с карты) через Мобильный банк
30.06.2021
<данные изъяты>
02.07.2021
Зачисление на банковскую карту наличных денег, внесенных в других филиалах
900 000
Перевод на карту (с карты) через Мобильный банк
01.07.2021
<данные изъяты>
03.07.2021
Зачисление на банковскую карту наличных денег, внесенных в других филиалах
600 000
Перевод на карту (с карты) через Мобильный банк
02.07.2021
<данные изъяты>
21.07.2021
Зачисление на банковскую карту наличных денег, внесенных в других филиалах
900 000
Перевод на карту (с карты) через Мобильный банк
20.07.2021
<данные изъяты>
22.07.2021Зачисление на банковскую карту наличных денег, внесенных в других филиалах
665 000
Перевод на карту (с карты) через Мобильный банк
21.07.2021
<данные изъяты>
Перечисление указанных сумм со счета истца на счет С. ответчики не оспаривали, факт перевода истцом на счет умершего С. денежных средств в общей сумме 3 965 000 руб. установлен.
Не представлено каких-либо письменных доказательств заключения между истцом и С. сделок, в связи с совершением которых перечислены указанные суммы. Наличие каких-либо обязательств данных лиц перед друг другом не установлено.
19 апреля 2017 года между С. (займодавец) и ООО «СК «Сигма» (заемщик), в лице директора Р., заключен договор беспроцентного займа, согласно которому С. предоставил заемщику денежные средства в размере 2 000 000 руб. на срок до 30 октября 2017 года.
19 апреля 2017 года ООО «СК «Сигма» выставило С. счет на оплату №<данные изъяты> на сумму 2 000 000 руб.
20 апреля 2017 года указанная сумма перечислена ФИО8 со своего счета, открытого в ПАО «Б», на счет ООО «СК «Сигма», открытый в ПАО «С», с назначением платежа «Плательщик: ФИО7 Оплата по договору № 17 от 19.04.2017 г. Без НДС».
01 ноября 2017 года платежным поручением № <данные изъяты> ООО «СК «Сигма» перечислило 2 000 000 руб. на счет ФИО1, открытый в ПАО «С», с назначением платежа: «Возврат средств за ФИО7 по договору займа б/н от 20.04.2017г. Сумма 2000000-00 Без налога (НДС)».
21 апреля 2017 года между АО «К» (займодавец) и ФИО1 (заемщик) заключен договор займа № <данные изъяты>. По условиям договора займодавец передает заемщику наличные денежные средства в размере 1 400 000 руб. под 0,5% годовых на срок 15 лет для приобретения заемщиком квартиры, расположенной по адресу: <данные изъяты>. Заемщик в целях обеспечения исполнения обязательств по возврату суммы займа предоставил в качестве залога квартиру, расположенную по адресу: <данные изъяты>.
По договору купли-продажи от 28 апреля 2017 года ФИО5 (супруга истца) продала принадлежащую ей квартиру, расположенную по адресу: <данные изъяты>, за 1 480 000 руб.
24 мая 2017 года ФИО5 дано нотариальное согласие супругу ФИО1 на получение суммы кредита на покупку квартиры, расположенной по адресу: <данные изъяты>, а также на покупку указанной квартиры.
31 мая 2017 года между Ш. (продавец) и ФИО1 (покупатель) заключен договор купли-продажи недвижимого имущества, в соответствии с которым ФИО1 приобрел в собственность по цене 3 880 000 руб. квартиру по адресу: <данные изъяты>. Сумма в размере 3 400 000 руб. уплачивается продавцу наличными денежными средствами, а 480 000 руб. - уплачивается за счет кредитных средств ПАО «С». Государственная регистрация права на основании данного договора произведена 05 июня 2017 года.
В этот же день 31 мая 2017 года между ПАО «С» и супругами ФИО1, ФИО5 заключен кредитный договор № <данные изъяты> на сумму 480 000 руб. для приобретения квартиры, расположенной по адресу: <данные изъяты> (п. 11 кредитного договора).
07 июня 2017 года по платежному поручению № <данные изъяты> 480 000 руб. перечислена продавцу Ш. со сберегательного счета ФИО1
09 июня 2017 года ФИО1 и ФИО5 нотариально оформили обязательство, согласно которому в связи с намерением воспользоваться правом направить средства материнского (семейного) капитала на погашение основного долга и уплату процентов по кредитному договору № <данные изъяты> от 31 мая 2017 года ФИО1 и ФИО5 принимают на себя обязательства по оформлению в их общую собственность, их детей с определением размера долей в квартире, расположенной по адресу: <данные изъяты>, в течение 6 месяцев после снятия обременения с квартиры.
Согласно справке о состоянии финансовой части лицевого счета ФИО5 как лица, имеющего право на дополнительные меры государственной поддержки, 24 июля 2017 года были перечислены денежные средства в размере 453 026 руб. на погашение основного долга и уплату процентов по кредиту на приобретение жилья.
Дополнительным соглашением от 01 ноября 2017 года к договору займа № <данные изъяты> от 21 апреля 2017 года, заключенному между АО «К» и ФИО1, предмет залога был изменен на квартиру, расположенную по адресу: <данные изъяты>.
В выписке по счетам умершего С., предоставленной ПАО «Б», отражена, в том числе, операция по снятию 22 декабря 2017 года денежных средств со счета в размере 6 258 352,04 руб.
Квартира, расположенная по адресу: <данные изъяты>, с 24 января 2012 года принадлежит ФИО9, что следует из Единого государственного реестра недвижимости о переходе прав на объект недвижимости.
С 19 апреля 2019 года ФИО1 является собственником квартиры, расположенной по адресу: г<данные изъяты>, что следует из Единого государственного реестра недвижимости о переходе прав на объект недвижимости.
Квартира, расположенная по адресу: <данные изъяты> в период с 01 марта 2010 года до 02 июля 2021 года находилась в собственности ФИО1, с 02 июля 2021 года собственником данной квартиры является О., что следует из Единого государственного реестра недвижимости о переходе прав на объект недвижимости.
Согласно договору купли-продажи от 29 июня 2021 года, заключенному между ФИО1 и О., стоимость квартиры, расположенной по адресу: <данные изъяты>, составила 4 030 000 руб.; между сторонами согласован следующий порядок оплаты квартиры: 150 000 руб. – до подписания договора, 2 450 000 руб. – за счет собственных средств в день подписания настоящего договора, 1 430 000 руб. – в течение пяти дней со дня государственной регистрации перехода права собственности к покупателю на указанный объект недвижимости за счет кредитных денежных средств ПАО «С», перечисленных на счет ФИО1 в ПАО «<данные изъяты>».
Принимая решение, суд первой инстанции руководствовался п. 2 ст. 307, п. 1 ст. 307.1, п. 1 ст. 420, п. 1 ст. 422, п. 1 ст. 435, ст. 1102, п. 4 ст. 1109 ГК РФ.
Районный суд исходил из того, что на стороне С. отсутствует неосновательное обогащение за счет полученных от ФИО1 денежных средств, перечисленные истцом на имя С. денежные средства на общую сумму 3 965 000 руб. являлись возвратом ранее предоставленных истцу для приобретения жилого помещения денежных средств, не являлись неосновательным обогащением С.
Такой вывод суда основан исходя из характера и периодичности перечислений денежных средств на имя С., наличия близких родственных отношений между истцом и С., характера, времени, последовательности и цены указанных выше сделок по переходу прав собственности на недвижимое имущество, имущественного положения ФИО1 и С., перечисления ООО «СК «Сигма» полученных по договору займа денежных средств в сумме 2 000 000 руб. на счет ФИО1
При этом суд принял во внимание, что ФИО1 при жизни наследодателя требования о возврате денежных средств отцу не предъявлял, спор возник после смерти С. и обусловлен определением наследственной массы, разделом наследства между наследниками.
В решении указано, что не подлежат возврату в качестве неосновательного обогащения денежные суммы, предоставленные во исполнение несуществующего обязательства, если приобретатель докажет, что лицо, требующее возврата имущества, знало об отсутствии обязательства либо предоставило имущество в целях благотворительности. В судебном заседании сторона истца утверждала, что перечисленные истцом денежные средства являлись оплатой стоимости ценных бумаг, приобрести которые для истца должен был С., но не успел сделать этого вследствие смерти. При том, что в судебном заседании истец не ссылался на наличие обязательств С. перед ФИО1, возникших вследствие причинения вреда, вследствие неосновательного обогащения, а также из иных оснований, указанных в ГК РФ. Исходя из позиции истца неосновательное обогащение на стороне С. возникло вследствие неисполнения последним обязательств по договору перед ФИО1 Такие доводы истца не нашли подтверждения, не представлено доказательств заключения между ФИО1 и С. какого-либо договора по поводу приобретения ценных бумаг, не указано на какие-либо существенные условия такого договора.
Выводы суда первой инстанции судебная коллегия полагает верными, поскольку они основаны на правильном применении норм материального и процессуального права, соответствуют обстоятельствам дела, подтверждены исследованными доказательствами, оценка которых произведена судом первой инстанции по правилам ст. 56, 67 ГПК РФ.
В соответствии с п. 1 и 2 ст. 1102 ГК РФ лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных ст. 1109 настоящего Кодекса.
Правила, предусмотренные настоящей главой, применяются независимо от того, явилось ли неосновательное обогащение результатом поведения приобретателя имущества, самого потерпевшего, третьих лиц или произошло помимо их воли.
В силу п. 4 ст. 1109 ГК РФ не подлежат возврату в качестве неосновательного обогащения денежные суммы и иное имущество, предоставленные во исполнение несуществующего обязательства, если приобретатель докажет, что лицо, требующее возврата имущества, знало об отсутствии обязательства либо предоставило имущество в целях благотворительности.
В п. 18 Обзора судебной практики Верховного Суда РФ № 3 (2019) (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 27 ноября 2019 года) разъяснено, что по смыслу ст. 1102 ГК РФ в предмет доказывания по требованиям о взыскании неосновательного обогащения входят следующие обстоятельства: факт приобретения или сбережения ответчиком имущества за счет истца, отсутствие установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований для приобретения, размер неосновательного обогащения.
Согласно правовой позиции в п. 7 Обзора судебной практики Верховного Суда РФ № 2 (2019) (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 17 июля 2019 года) по делам о взыскании неосновательного обогащения на истца возлагается обязанность доказать факт приобретения или сбережения имущества ответчиком, а на ответчика - обязанность доказать наличие законных оснований для приобретения или сбережения такого имущества либо наличие обстоятельств, при которых неосновательное обогащение в силу закона не подлежит возврату.
В ч. 1 ст. 56 ГПК РФ предусмотрено, что каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.
Судебная коллегия полагает возможным согласиться с выводом суда об отсутствии оснований для удовлетворения иска, поскольку он постановлен в соответствии с требованиями законодательства и добытыми по делу доказательствами.
Доводы апелляционной жалобы повторяют позицию стороны истца в суде первой инстанции, данные доводы были предметом изучения суда первой инстанции, получили надлежащую правовую оценку, с которой судебная коллегия соглашается.
Отказывая в удовлетворении иска, суд первой инстанции, с учетом установленных по делу обстоятельств, правоотношений сторон, а также руководствуясь положениями ст. ст. 1102, 1109 ГК РФ, исходил из того, что истцом не доказан факт возникновения на стороне ответчиков неосновательного обогащения, что является основанием для отказа в удовлетворении исковых требований.
Из приведенных норм материального права следует, что денежные средства и иное имущество не подлежат возврату в качестве неосновательного обогащения, если будет установлено, что воля передавшего их лица осуществлена в отсутствие обязательства.
В соответствии с особенностью предмета доказывания по делам о взыскании неосновательного обогащения на истце лежит обязанность доказать, что на стороне ответчика имеется неосновательное обогащение, обогащение произошло за счет истца и правовые основания для такого обогащения отсутствуют. В свою очередь, ответчик должен доказать отсутствие на его стороне неосновательного обогащения за счет истца, наличие правовых оснований для такого обогащения либо наличие обстоятельств, исключающих взыскание неосновательного обогащения, предусмотренных статьей 1109 ГК РФ.
Позиция стороны истца несостоятельна и направлена на переоценку обстоятельств, установленных в решении суда. Стороной истца не представлены относимые, допустимые, достаточные и достоверные доказательства в подтверждение наличия оснований для взыскания неосновательного обогащения. Доказательства в обоснование заключения какого-либо договора о приобретении ценных бумаг между наследодателем С. и ФИО1 материалы дела не содержат. Истец осуществил перечисление в адрес наследодателя денежных средств добровольно и намеренно, при отсутствии какой-либо обязанности со стороны последнего по возврату спорных денежных средств, на ошибочность перевода денежных средств истец не указывает.
Следовательно, на момент перечисления денежных средств ФИО1 знал об отсутствии какого-либо обязательства и данные денежные средства нельзя отнести к неосновательному обогащению ответчиков.
Разрешая заявленные требования, суд правильно определил обстоятельства, имеющие значение для дела, дал надлежащую правовую оценку собранным и исследованным в судебном заседании доказательствам и постановил решение, отвечающее нормам материального права при соблюдении требований гражданского процессуального законодательства.
Оснований для отмены решения по доводам апелляционной жалобы нет. Иных доводов, которые имели бы правовое значение для разрешения спора и могли бы повлиять на оценку законности и обоснованности обжалуемого решения, апелляционная жалоба не содержит.
Нарушений норм процессуального права, предусмотренных ч. 4 ст. 330 ГПК РФ, судом первой инстанции при рассмотрении дела не допущено.
Решение суда является законным и обоснованным, апелляционная жалоба истца удовлетворению не подлежит.
Руководствуясь ст. 328 ГПК РФ, судебная коллегия
ОПРЕДЕЛИЛА:
решение Октябрьского районного суда г. Ижевска Удмуртской Республики от 07 апреля 2023 года оставить без изменения.
Апелляционную жалобу ФИО1 оставить без удовлетворения.
Мотивированное апелляционное определение изготовлено 29 сентября 2023 года.
Председательствующий судья Г.Ф. Питиримова
Судьи Л.А. Шалагина
Ю.В. Фролова