Дело № 2а-850/2023

УИД 11RS0005-01-2022-007967-04

РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

Ухтинский городской суд Республики Коми в составе председательствующего судьи Изъюрова С.М., при секретаре Сычевой О.В., с участием представителя административных ответчиков ФИО1, рассмотрев в открытом судебном заседании в г. Ухте 18 января 2023 года административное дело по административному исковому заявлению ФИО2 к федеральному казенному учреждению Исправительная колония № 8 Управления Федеральной службы исполнения наказаний по Республике Коми, Федеральной службе исполнения наказаний о присуждении компенсации за нарушение условий содержания в исправительном учреждении,

установил:

ФИО2 обратился с административным иском к Федеральной службе исполнения наказаний России (далее – ФСИН России) о взыскании денежной компенсации за нарушение условий содержания в исправительном учреждении в размере 80 000 руб. В обоснование заявленных требований указал, что по прибытии в ФКУ ИК-8 был помещен в камеру № ...., отряда № .... где содержался с <...> г.. В указанной камере ФИО2 содержался в строгих условиях, а не на условиях карантинного отделения, которые, по мнению административного истца, являлись ненадлежащими. В камере содержался совместно с больными осужденными, отсутствовали приточно-вытяжная вентиляция и горячее водоснабжение, не было доступа к окну, поскольку на них установлены решетки, имела место быть переполненность камеры, в камере было сыро и влажно, на потолке и стенах присутствовали грибок и плесень, в санузлах отсутствовали система слива, кровать крепилась к стене, стол и стулья отсутствовали; кроме того, административный истец не был обеспечен предметами личной гигиены (мылом, зубной щеткой и пастой, бритвенными принадлежностями, туалетной бумагой), имел возможность выйти на прогулку только на 1 час, был лишен возможности вести телефонные переговоры, приобретать продукты питания и предметы первой необходимости, а также газеты и журналы.

Определением суда от 21.12.2022 к участию в деле в качестве административного соответчика привлечено федеральное казенное учреждение Исправительная колония № 8 Управления Федеральной службы исполнения наказаний по Республике Коми (далее – ФКУ ИК-8).

Судебное заседание проводится в соответствии со ст. 150 КАС РФ в отсутствии административного истца, извещенного надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, не просившего о рассмотрении дела с его участием.

В судебном заседании представитель административных ответчиков ФКУ ИК-8 УФСИН России по Республике Коми, ФСИН России по доверенности ФИО1 заявленные требования не признала по доводам письменного отзыва, представленного в материалы дела.

Частью 3 статьи 55 Конституции Российской Федерации определено, что права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства.

Такие ограничения, могут быть связаны, в частности, с применением в качестве меры государственного принуждения к лицам, совершившим преступления и осужденным за это по приговору суда, уголовного наказания в виде лишения свободы, особенность которого состоит в том, что при его исполнении на осужденного осуществляется специфическое воздействие, выражающееся в лишении или ограничении его прав и свобод и возложении на него определенных обязанностей.

В силу части 2 статьи 10 УИК РФ, при исполнении наказаний осужденным гарантируются права и свободы граждан Российской Федерации с изъятиями и ограничениями, установленными уголовным, уголовно-исполнительным и иным законодательством Российской Федерации.

Механизм содержания под стражей или отбывания наказания урегулирован законодательно, реализуется на основании нормативно-правовых актов и соответствующих актов Министерства юстиции Российской Федерации, которыми регламентированы условия содержания, права и обязанности лиц, содержащихся под стражей или отбывающих наказание, и лиц, ответственных за их содержание.

В соответствие с частью 3 статьи 101 УИК РФ администрация исправительных учреждений несет ответственность за выполнение установленных санитарно-гигиенических и противоэпидемических требований, обеспечивающих охрану здоровья осужденных.

Согласно ч. 3 ст. 82 УИК РФ в исправительных учреждениях действуют Правила внутреннего распорядка исправительных учреждений, утверждаемые Министерством юстиции Российской Федерации по согласованию с Генеральной прокуратурой Российской Федерации.

Приказом Министерства юстиции Российской Федерации от 16 декабря 2016 г. N 295 утверждены Правила внутреннего распорядка исправительных учреждений (далее по тексту ПВР), которые действовали в период спорных правоотношений.

Осужденные обеспечиваются всем необходимым в соответствии с Приказом ФСИН России от 27 июля 2006 года N 512 "Об утверждении номенклатуры, норм обеспечения и сроков эксплуатации мебели, инвентаря, оборудования и предметов хозяйственного обихода (имущества) для учреждений, исполняющих наказание в виде лишения свободы, и следственных изоляторов Уголовно-исполнительной системы" (далее Приказ № 512).

Приказом Минстроя России от 20.10.2017 № 1454/пр. утверждены и введены в действие «СП 308.1325800.2017.Свод правил. Исправительные учреждения и центры уголовно-исполнительной системы. Правила проектирования (в двух частях)» (далее - Свод правил).

Из материалов дела следует, что ФИО2 прибыл в ФКУ ИК-8 УФСИН России по Республике Коми <...> г., где отбывает наказание по настоящее время.

Сторонами не оспаривается, что после прибытия в ФКУ ИК-8 УФСИН России по РК, ФИО2 <...> г. содержался в камере № .... отряда №.... строгих условий, а не в карантинном отделении.

В камеру № .... истец был помещен в связи с отсутствием мест в карантинном отделении и необходимостью раздельного содержания осужденных, где содержался 15 суток.

Согласно положений ПВР, прием осужденных в ИУ осуществляется дежурным помощником начальника ИУ с участием оперативного работника ИУ, представителя отдела (группы) специального учета и медицинского работника. При выявлении у прибывших осужденных инфекционных заболеваний они немедленно изолируются в медицинскую часть (п.5).

В присутствии медицинского работника у осужденных осматриваются имеющиеся пластырные наклейки, протезы, гипсовые и другие медицинские повязки. При обнаружении у осужденного телесных повреждений медицинский работник оказывает ему необходимую медицинскую помощь, вносит соответствующие записи в медицинскую карту амбулаторного больного, письменно информирует о факте выявленных повреждений начальника ИУ либо лицо, его замещающее (п.7).

После личного обыска осужденные проходят комплексную санитарную обработку в соответствии с требованиями Правил и размещаются в карантинном отделении, где в суточный срок проходят медицинское освидетельствование, и за ними устанавливается медицинское наблюдение продолжительностью до 15 суток. При выявлении в карантинном отделении инфекционных больных они немедленно изолируются в медицинскую часть, в ИУ проводится комплекс противоэпидемических мероприятий (п.8).

В соответствии с положениями ч.2 ст. 79 УИК РФ, осужденные, прибывшие в исправительные учреждения, помещаются в карантинное отделение на срок до 15 суток. В период пребывания в карантинном отделении осужденные находятся в обычных условиях отбывания наказания (ч.2).

По смыслу уголовно-исполнительного законодательства нахождение заключенных в карантинном отделении преследует цель предупреждения возможности переноса вирусных заболеваний в исправительное учреждение, изучения в этот период личных дел осужденных и принятия решения о направлении их в соответствующие колонии, тюрьмы, а внутри колонии - в отряд (бригаду) с тем, чтобы обеспечить соблюдение принципа дифференцированного исполнения наказания с учетом личности осужденного и совершенных им преступлений, а также размера назначенного срока лишения свободы.

Помещение осужденного, прибывшего в исправительное учреждение, в карантинное отделение является обязательным.

Как указывает ответчик, истец был помещен в камеру № .... отряда № .... СУОН на условиях карантина.

Истец по прибытии в исправительное учреждение должен был быть изолирован от остального контингента на срок до 15 суток для исключения риска распространения и заражения какими -либо вирусными заболеваниями, что было достигнуто путем помещения истца в одиночную камеру. Также истец находился под медицинским наблюдением, как и осужденные, находящиеся в карантинном отделении.

Пребывание в карантинном отделении вызвано необходимостью установления медицинского наблюдения за вновь прибывшими осужденными из других учреждений для исключения распространения инфекционных заболеваний, поэтому цель подобной изоляции, даже в помещениях, предназначенных для строгих условий содержания, продолжительностью до 15 суток, не повлекло существенных отклонений от требований, установленных законом, которые могут рассматриваться в качестве нарушений условий содержания с учетом режима места принудительного содержания. Данное отклонение не свидетельствует об унижении достоинства истца и причинения такого расстройства и неудобства, степень которых превышала бы неизбежный уровень страдания, неотъемлемый от содержания в режимном объекте и являлась бы необходимостью для взыскания в пользу истца компенсации, предусмотренной ст. 12.1 УИК РФ.

На основании п. 14.2.1 приказа Минюста России от 04.09.2006 № 279 «Об утверждении наставления по оборудованию инженерно-техническими средствами охраны и надзора объектов уголовно-исполнительной системы», п. 17.11 Свода правил, при проектировании карантинов в ИК,ВК и КП, за исключением ИК особого режима для осужденных ПЛС, допускается как комнатная система размещения осужденных так и размещение осужденных в общих спальных помещениях. В карантине ИК особого режима для осужденных ООР 40% осужденных следует размещать в 2-местных камерах, 60% - в 4- и 6-местных комнатах или общих спальных помещениях.

Рассматривая требования в части отсутствия принудительной вентиляции в помещениях камер карантинного отделения, суд исходит из того обстоятельства, что согласно сведениям, представленных административным ответчиком, вентиляция в отрядах, карантинном отделении и санитарных блоках естественная. Воздухообмен в помещениях осуществляется посредством открывания окон.

Вопреки доводам ФИО2 доказательств того, что отсутствовала возможность открытия окна в камере суду не представлено.

Материалы дела не содержат данных о том, что корпуса колонии по проекту предполагали вентиляцию с механическим побуждением (искусственная), и она не была построена либо пришла в негодность.

Пунктом 19.3.6 Свода правил установлено, что во всех спальных комнатах и спальных помещениях, одноместных помещениях безопасного места, камерах, палатах зданий медицинского назначения следует предусматривать: приточную вентиляцию с механическим или естественным побуждением, при этом естественный приток воздуха обеспечивается через регулируемые оконные створки, фрамуги, форточки, клапаны или другие устройства, в том числе автономные стеновые воздушные клапаны с регулируемым открыванием; вытяжную вентиляцию с механическим или естественным побуждением.

Естественная вентиляция жилых помещений должна осуществляться путем проветривания камеры через окна, что соответствует положениям пункта 4.7 СанПиН 2.1.2.2645-10 «Санитарно-эпидемиологические требования к условиям проживания в жилых зданиях и помещениях», которым закреплено положение о естественной вентиляции жилых помещений путем притока воздуха через форточки, фрамуги, либо через специальные отверстия в оконных створках и вентиляционные каналы.

По мнению суда, отсутствие принудительной вентиляции при наличии естественной вентиляции само по себе не может свидетельствовать о нарушении прав административного истца, поскольку доказательств ненадлежащего микроклимата в помещении либо ненадлежащей работы естественной вентиляции в материалах дела не имеется.

Наличие на оконных проемах решеток вызвано тем, что объект является режимным.

Административный истец ссылается на ненадлежащее оборудование камер, а именно, что в камере спальные места, столы, стулья не соответствуют нормам.

Гл. 4 п. 32 пп. 10 приказа Минюста РФ от 04.09.2006 № 279 «Об утверждении наставления по оборудованию инженерно-техническими средствами охраны и надзора объектов уголовно-исполнительной системы» предусматривает, что в ПКТ и ШИЗО/ЕПКТ, одиночные камеры в исправительных колониях особого режима оборудуются откидными койками, закрываемыми в дневное время на замок, тумбами или скамейками для сидения (по числу содержащихся лиц) и столом, наглухо прикрепленными к полу.

В силу пп. 12.3 приказа Минюста РФ от 27.07.2017 № 407 «Об утверждении Каталога «Специальные (режимные) изделия для оборудования следственных изоляторов, тюрем, исправительных и специализированных учреждений ФСИН России» (далее – Каталог), койка откидная КОД-2 устанавливается в ИУ и СУ в помещениях камерного типа. Подп. 12.4 Каталога не предусматривает оборудование полотна койки КОД-2 столиком или табуретом.

Койка КОД-1 состоит из верхней и нижней койки. Запирание каждой из этих коек в поднятом (вертикальном) положении и отпирание для откидывания их в горизонтальное положение осуществляется с помощью механизмов запора, которые монтируются в стену и управляются со стороны коридора. Расстояние между верхней и нижней койками 760 мм. Полотна верхней и нижней коек имеют каркасы из стального уголка сечением 45х45х4 мм. с решетчатым заполнением из стальных полос сечением 50х4 мм. Габаритные размеры полотен 700х1900 мм.

П. 13.1 каталога предусмотрено, что камеры ПКТ также оборудуются столом камерным СТ-1 скамьей камерной СК-1, которые крепятся к полу, табуретом камерным ТБ-3 и тумбочкой прикроватной.

Суд учитывает, что по обращениям осужденных прокурором неоднократно проводились проверки соблюдения законодательства в ФКУ ИК-8 в части ненадлежащего оборудования камер блока ШИЗО и ОК, по выявленным нарушениям закона внесены соответствующие представления в адрес начальника ФКУ ИК-8.

Тем самым, доводы административного истца о ненадлежащем оборудовании камеры являются обоснованными.

Вместе с тем, сами по себе эти обстоятельства о нарушении права административного истца не свидетельствуют, поскольку из представленной в материалы дела справки по вопросу коммунально-бытового обеспечения камер следует, что камеры оборудованы в соответствии с приказом Министерства юстиции Российской Федерации от 27.07.2006 № 512 «Об утверждении номенклатуры норм обеспечения и сроков эксплуатации мебели, инвентаря, оборудования и предметов хозяйственного обихода (имущества) для учреждений, исполняющих уголовное наказание в виде лишения свободы, и следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы» следующими предметами мебели: откидная спальная кровать, стол для приема пищи, тумба для сидения, тумбочка, вешалка и умывальник.

Таким образом, администрацией учреждения созданы условия для приема пищи и сна осужденному, содержащемуся в камере карантинного отделения.

Доводы административного истца об отсутствии сливных бочков на унитазах, невозможности смыва в камере ОСУОН в период его пребывания в ней, также не нашли своего подтверждения в суде, органами прокуратуры в указанной части нарушения не выявлялись. Напротив, как следует из пояснений административного ответчика и материалов дела карантинное отделение оборудовано изолированным санитарным блоком и умывальником. В санитарных блоках установлены антивандальные унитазы, которые оборудованы механическим смывом через кран, механизмы смыва находятся в исправном состоянии. Доказательств, свидетельствующих о ненадлежащем микроклимате в санитарных блоках, в материалах дела не содержится.

Относительно довода об отсутствии горячего водоснабжения суд отмечает.

Из положений пунктов 19.2.1 и 19.2.5 Свода правил «Исправительные учреждения и центры уголовно-исполнительной системы. Правила проектирования», утвержденных приказом Министерства строительства и жилищно-коммунального хозяйства Российской Федерации от 20.10.2017 № 1454/пр, следует, что здания исправительных учреждений должны быть оборудованы, в том числе горячим водоснабжением; подводку горячей воды следует предусматривать к санитарным приборам, требующим обеспечения горячей водой (умывальникам, раковинам, мойкам (ваннам), душевым сеткам и т.п.).

Пункт 8.1.1 СанПиН 2.1.2.2645-10 «Санитарно-эпидемиологические требования к условиям проживания в жилых зданиях и помещениях. Санитарно-эпидемиологические правила и нормативы», утвержденных постановлением Главного государственного врача РФ от 10.06.2010 № 64, предусматривает в жилых зданиях хозяйственно-питьевое и горячее водоснабжение.

Требования о подводке горячей воды к умывальникам и душевым установкам во всех зданиях были предусмотрены также Инструкцией по проектированию исправительных и специализированных учреждений уголовно-исполнительной системы Минюста РФ, утвержденной Приказом Минюста РФ от 02.06.2003 № 130-ДСП, которая впоследствии была признана утратившей силу приказом Минюста России от 22.10.2018 № 217-дсп.

Согласно п. 1.1 данной Инструкции ее положения должны были соблюдаться при разработке проектов на строительство, реконструкцию, расширение и техническое перевооружение зданий, помещений и сооружений исправительных и специализированных учреждений уголовно - исполнительной системы, за исключением тюрем.

Обеспечение горячим водоснабжением являлось и является обязательным. Иное применение закона ставит в неравное положение осужденных, отбывающих наказание в исправительных учреждениях, построенных до принятия Свода правил, по сравнению с теми, кто отбывает наказание в исправительных учреждениях, введенных в эксплуатацию после 2003 года.

В силу ч. 3 ст. 101 УИК РФ администрация исправительных учреждений несет ответственность за выполнение установленных санитарно-гигиенических и противоэпидемических требований, обеспечивающих охрану здоровья осужденных.

Доказательств того, что подводку горячей воды невозможно осуществить по обстоятельствам, не зависящим от исправительной колонии, не представлено.

Вступившим в законную силу решением Ухтинского городского суда Республики Коми от <...> г. по делу № .... на ФКУ ИК-8 УФСИН России по Республике Коми, УФСИН по Республике Коми в срок до <...> г. возложена обязанность обеспечить горячим водоснабжением помещения всех общежитий для проживания осужденных, карантинов, ПКТ ОСУОН, всех камер ШИЗО, одиночных камер исправительного учреждения где установлены санитарные приборы (умывальники, раковины, мойки, ванны, душевые, сетки) горячим водоснабжением. В случае недостаточности средств у ФКУ ИК-8 УФСИН России по Республике Коми на проведение указанных мероприятий возложить на ФСИН России обязанность выделить необходимые для их проведения денежные средства. Определением от <...> г. предоставлена отсрочка исполнения решения суда до <...> г.

Таким образом, довод административного истца о нарушении его прав со ссылкой на отсутствие горячего водоснабжении в камере ОСУОН в период его содержания в ней, нашел свое подтверждение, однако, несмотря на допущенное нарушение, суд не усматривает оснований для взыскания денежной компенсации за нарушение условий содержания, поскольку факты бездействия администрации исправительного учреждения в указанный период носили краткосрочный характер.

В соответствии с ч.1 ст. 99 УИК РФ, норма жилой площади в расчете на одного осужденного к лишению свободы в исправительных колониях не может быть менее двух квадратных метров.

Исключений из норматива (не менее 2 кв.м. жилой площади на одного осужденного) мебели и иного инвентаря, санузла не предусмотрено.

Административным ответчиком не представлены сведения о среднесписочном количестве осужденных за спорный период, в связи с уничтожением документов по истечении срока хранения. Из-за отсутствия информации и иных доказательств факт нарушения нормы жилой площади и нормы личного пространства в камере № .... отряда № 5, обеспеченности предметами личной гигиены, возможности выхода на прогулку, возможность осуществления телефонных звонков, приобретения продуктов питания и иных предметов, не может быть проверен судом.

Длительное необращение административного истца за защитой своих прав по истечению сроков хранения номенклатурных дел, журналов, лишает административных ответчиков возможности предоставить суду опровергающие доводы истца доказательства.

Суд в настоящее время лишен возможности проверить обоснованность доводов истца из-за утери ряда доказательств вследствие уничтожения документов за истечением сроков хранения, переоборудованием помещений и камер, проведением в них ремонтных работ либо ликвидацией ряда помещений и пр. и соответственно не может установить то обстоятельство, что материально-бытовое обеспечение истца не соответствовало предъявляемым требованиям.

Материалы дела также не содержат доказательств нарушений санитарных требований, не достаточного отопления, плохого освещения.

Из акта ЦГСЭН ФКУЗ МСЧ-11 ФСИН России от <...> г. следует, что по результатам обследования помещений СУОН, ШИЗО-ПКТ в целом санитарное состояние во всех помещениях, в том числе жилых, в душевых удовлетворительное. Объекты <...> г. были введены в эксплуатацию после капитального ремонта.

Органами прокуратуры <...> г. нарушения в отряде № .... СУОН в части материально-бытового состояния не выявлялись.

Представленные в материалы административного дела доказательства и иные письменные документы, свидетельствуют о допущенных недостатках и нарушениях условий содержания истца в незначительный промежуток времени, что не может быть принято судом в качестве существенного нарушения норм действующего законодательства, повлекшее нарушение прав и законных интересов административного истца, влекущее возможность взыскания в его пользу денежной компенсации. Материалы дела не содержат сведений о том, что административный истец в условиях короткого содержания в ОК (вместо карантинного отделения) не мог удовлетворять свои потребности в гигиене. Поэтому, несмотря на допущенные нарушения, суд не усматривает оснований для взыскания денежной компенсации за нарушение условий содержания, поскольку факты бездействия администрации исправительного учреждения в указанный период носили краткосрочный характер.

Кроме того, суд учитывает, что административное исковое заявление поступило в суд по истечении более 9 лет после событий, с которыми административный истец связывает причинение ему нравственных страданий, влекущих взыскание компенсации. Обращение в суд спустя столь длительный период времени свидетельствует о том, что административному истцу не были причинены нравственные страдания в такой степени, что позволило бы делать вывод о достижении минимального уровня суровости, следовательно, вышеперечисленные в административном исковом заявлении условия содержания не достигли той степени «суровости» и не причиняли административному истцу таких нравственных страданий, которые позволили бы вести речь о взыскании компенсации в испрашиваемом административным истцом размере.

Таким образом, учитывая, что существенных нарушений условий содержания административного истца в ФКУ ИК-8 УФСИН России по Республике Коми в заявленный период не нашли своего объективного подтверждения, либо они имелись, но не являлись существенными отклонениями от таких требований, которые могли бы рассматриваться в качестве нарушений указанных условий, за которые может быть присуждена денежная компенсация, суд не находит оснований для удовлетворения заявленных требований.

Руководствуясь ст.ст.175-177, 227 КАС РФ, суд

решил:

В удовлетворении требований ФИО2 Федеральному казённому учреждению исправительная колония № 8 Управления Федеральной службы исполнения наказаний по Республике Коми, Федеральной службе исполнения наказаний о взыскании компенсации за нарушение условий содержания в исправительном учреждении, отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Верховный Суд Республики Коми через Ухтинский городской суд Республики Коми в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья С.М. Изъюров

Мотивированное решение составлено 31 января 2023 года.