Решение по делу № 2А-4659/2022 от 23.11.2022 | Октябрьский районный суд г. Мурманска (Мурманская область)

Дело № 2а-4659/2022

УИД 51RS0001-01-2022-005634-07

Мотивированное решение изготовлено 23.11.2022

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

09 ноября 2022 года г. Мурманск

Октябрьский районный суд города Мурманска в составе

председательствующего судьи Хуторцевой И.В.

при секретаре Бутовой Т.Е.

с участием административного истца ФИО5,

представителя административных ответчиков УФСИН России по Мурманской области, ФСИН России, ФКУ «СИЗО-1 УФСИН России по Мурманской области» ФИО6,

представителя административного ответчика ФКУЗ МСЧ-51 ФСИН России ФИО7,

рассмотрев в открытом судебном заседании путем использования систем видеоконференц-связи административное дело по административному исковому заявлению ФИО5 о взыскании компенсации за нарушение условий содержания в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Мурманской области,

установил:

Административный истец ФИО5 обратился в суд с административным исковым заявлением о взыскании компенсации за нарушение условий содержания в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Мурманской области, в обоснование которого указал, что он отбывал наказание в виде лишения свободы в ФКУ ИК-18 УФСИН России по Мурманской области с ДД.ММ.ГГГГ по приговору Ленинского районного суда г. Мурманска от мая 2016 года и ДД.ММ.ГГГГ был этапирован в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Мурманской области (далее – СИЗО-1) для участия в суде в качестве свидетеля по уголовному делу. Срок его пребывания в СИЗО-1 был установлен 2 месяца.

Находясь в СИЗО-1 в соответствии со статьей 77.1 УИК РФ, он был допрошен в качестве свидетеля по уголовному делу ДД.ММ.ГГГГ, после чего председательствующий сообщил ему об отсутствии необходимости дальнейшего вызова его в судебное заседание по уголовному делу в качестве свидетеля. Полагал, что законный срок пребывания его в СИЗО-1 не мог превышать 2 месяца и его следовало этапировать обратно в ФКУ ИК-18 УФСИН России по Мурманской области не позднее ДД.ММ.ГГГГ, однако из СИЗО-1 он был этапирован в исправительное учреждение только ДД.ММ.ГГГГ, то есть спустя 3 месяца 15 дней.

Полагает длительное содержание в СИЗО-1 по истечение двух месяцев при отсутствии необходимости нарушением положений статьи 77.1 УИК РФ и статьи 109 УПК РФ и его прав, предоставленных осужденному, отбывающему наказание в исправительном учреждении, а именно: на длительные свидания, свободу передвижения, оплачиваемый труд, посещение бани 2 раза в неделю, охрану здоровья в связи с отсутствием в СИЗО-1 специалистов и наличием врачей в больнице при ФКУ ИК-18 УФСИН России по Мурманской области. Он является ВИЧ-инфицированным и перед этапированием в СИЗО-1 ему должны были индивидуально подобрать АРВТ-терапию. Позднее назначение АРВТ-терапии отразилось на состоянии здоровья спадом иммунных клеток.

В СИЗО-1 он содержался в камерах №, №, №, в которых отсутствовал телевизор, в баню его водили один раз в неделю, а следовало выводить два раза в неделю, как осужденного, отбывающего наказание, на прогулку его выводили на один час в соответствии с требованиями ПВР СИЗО, в связи с этим он был ограничен в движении. Просил суд взыскать с административного ответчика компенсацию за нарушение условий содержания в следственном изоляторе в размере 100000 рублей.

Определением судьи от 21.09.2022 к участию в деле привлечены административные ответчики УФСИН России по Мурманской области, ФСИН России.

Протокольным определением от 12.10.2022 к участию в деле привлечены административные ответчики ФКУЗ МСЧ-51 ФСИН России, ФКУЗ МСЧ-10 ФСИН России.

В судебном заседании административный истец на удовлетворении административных исковых требований настаивал, дополнительно пояснил, что нарушением условий его содержания является также отказ воспитательного отдела СИЗО-1 написать на него характеристику для ходатайства в суд о переводе из исправительного учреждения в колонию-поселение, сославшись на то, что характеристику должна писать администрация исправительного учреждения по месту отбывания наказания. По возвращении в исправительную колонию из СИЗО-1 такое ходатайство не подавал, поскольку до освобождения оставался небольшой период времени и на практике суд отказывал в удовлетворении ходатайств при отсутствии поощрений. Он получил поощрение только в марте 2017 года, был освобожден по отбытии срока наказания ДД.ММ.ГГГГ.

Находясь на свободе с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, обращался к инфекционисту в центр <данные изъяты> для получения <данные изъяты>терапии, но не успел ее получить, потому что была избрана мера пресечения в виде домашнего ареста, полагал, что <данные изъяты>терапию назначат <данные изъяты>, где по прибытии сдал анализы, и после этого его сразу этапировали снова в СИЗО-1. В исправительном учреждении <данные изъяты>-терапия ему была назначена в ДД.ММ.ГГГГ. Полагал, что пребывание в СИЗО-1 лишило его возможности своевременно назначить <данные изъяты>-терапию. В камерах СИЗО-1, за исключением камеры №, отсутствовали горячая вода, радиоприемник. В камере № условия содержания были надлежащие – телевизор, вентиляция, окно, горячая вода, однако ему приходилось спать на верхнем ярусе. Находясь в СИЗО-1 был лишен права на звонки, приобретение продуктов питания из магазина, парикмахерской.

У него имелась травма ноги, и врачи обращали внимание, что ему полагается нижний ярус спального места. Ему чуть больше месяца приходилось спать на верхнем ярусе, однако после обращения к администрации СИЗО-1 его перевели в другую камеру, где он спал на нижнем ярусе. Не оспаривал, что инспектора обеспечивали ему нижний ярус по возможности. Заявление на <данные изъяты>-терапию в центре <данные изъяты>, СИЗО-1 и ФКУ ИК-18 УФСИН России по Мурманской области не писал. Полагал, что <данные изъяты> в конце ДД.ММ.ГГГГ - начале ДД.ММ.ГГГГ связана с поздним назначением <данные изъяты>-терапии и стрессом, связанным с нахождением в СИЗО-1 более 2 месяцев.

В судебном заседании представитель административных ответчиков УФСИН России по Мурманской области, ФСИН России, ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Мурманской области с административными исковыми требованиями не согласился, в обоснование возражений указал, что по распоряжению суда осужденные находятся в следственном изоляторе без определенного срока до рассмотрения дела судом. Распорядившись доставить административного истца в СИЗО-1, Ленинский районный суд г. Мурманска не установил срок его содержания в следственном изоляторе. Полагает ошибочным довод административного истца о сроке содержания в следственном изоляторе в пределах двух месяцев, поскольку данный срок устанавливается только при нахождении по постановлению следователя.

Он был этапирован в исправительное учреждение, когда необходимость участия в уголовном деле отпала. Обратил внимание, что в камере №, в которой административный истец находился более полутора месяцев, горячая вода имелась, в двух других камерах горячая вода отсутствовала. В следственном изоляторе имеется утвержденный график выдачи питьевой воды. Полагал, что административным истцом пропущен срок обращения в суд. Просил в удовлетворении административных исковых требований отказать.

В судебном заседании представитель административного ответчика ФКУЗ МСЧ-51 ФСИН России с административными исковыми требованиями не согласился, в обоснование возражений указал, что административный истец нарушал режим лечения ВИЧ-инфекции, не являлся на сдачу анализов как на свободе, так и в исправительном учреждении. Анализы на СД4 показывали отсутствие необходимости в назначении АРВТ-терапии. Нарушений прав административного истца при оказании ему медицинской помощи в следственном изоляторе не допущено. Просил в удовлетворении административных исковых требований отказать.

В судебное заседание представитель административного ответчика ФКУЗ МСЧ-10 ФСИН России не явился, о времени и месте судебного заседания извещен, не просил рассмотреть дело в свое отсутствие, представил возражения, согласно которым с ДД.ММ.ГГГГ упразднены филиалы ФКУЗ МСЧ-10 ФСИН России, дислоцированные в Мурманской области. ФКУЗ МСЧ-10 ФСИН России с ДД.ММ.ГГГГ не осуществляет медицинское обеспечение подозреваемых, обвиняемых и заключенных, содержащихся в учреждениях УФСИН России по <адрес>, данные функции переданы ФКУЗ МСЧ-51 ФСИН России, у которого находится вся необходимая медицинская документация. Административным истцом пропущен срок обращения в суд. Административный истец каких-либо исковых требований к ФКУЗ МСЧ-10 ФСИН России не заявлял, поэтому полагает себя ненадлежащим административным ответчиком по делу. Просил в удовлетворении административных исковых требований отказать.

В соответствии с частью 6 статьи 226 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации суд полагает возможным рассмотреть административное дело в отсутствие не явившегося представителя административного ответчика ФКУЗ МСЧ-10 ФСИН России.

Выслушав административного истца, представителя административных ответчиков, допросив свидетелей, исследовав материалы административного дела, обозрев личное дело осужденного, медицинскую карту амбулаторного больного, суд считает административные исковые требования подлежащими частичному удовлетворению на основании следующего.

Статьей 46 Конституции Российской Федерации каждому гарантируется судебная защита его прав и свобод. Решения и действия (или бездействие) органов государственной власти, органов местного самоуправления, общественных объединений и должностных лиц могут быть обжалованы в суд.

Статьей 21 Конституции Российской Федерации установлено, что достоинство личности охраняется государством. Никто не должен подвергаться пыткам, насилию, другому жестокому или унижающему человеческое достоинство обращению или наказанию.

Частью 3 статьи 55 Конституции Российской Федерации определено, что права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства.

В соответствии с частью 1 статьи 4, частью 1 статьи 218 Кодекса административного судопроизводства РФ гражданин, организация, иные лица могут обратиться в суд с требованиями об оспаривании решений, действий (бездействия) органа государственной власти, должностного лица, государственного служащего, если полагают, что нарушены или оспорены их права, свободы и законные интересы, созданы препятствия к осуществлению их прав, свобод и реализации законных интересов или на них незаконно возложены какие-либо обязанности.

В соответствии с частями 9, 11 статьи 229 Кодекса административного судопроизводства РФ, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, при рассмотрении административного дела об оспаривании решения, действия (бездействия) органа обязанность доказывания обстоятельств соответствия содержания оспариваемого решения, совершенного оспариваемого действия (бездействия) нормативным правовым актам, регулирующим спорные отношения, возлагается на орган, принявший оспариваемое решение, либо совершивший оспариваемое действие (бездействие)).

В соответствии с частями 1, 5 статьи 227.1 Кодекса административного судопроизводства РФ лицо, полагающее, что нарушены условия его содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, одновременно с предъявлением требования об оспаривании связанных с условиями содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении решения, действия (бездействия) органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих в порядке, предусмотренном настоящей главой, может заявить требование о присуждении компенсации за нарушение установленных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении.

При рассмотрении административного искового заявления, поданного в соответствии с частью 1 настоящей статьи, суд устанавливает, имело ли место нарушение предусмотренных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, а также характер и продолжительность нарушения, обстоятельства, при которых нарушение допущено, его последствия.

В соответствии со статьей 3 Конвенции о защите прав человека и основных свобод никто не должен подвергаться ни пыткам, ни бесчеловечному или унижающему достоинство обращению или наказанию.

В силу требований, содержащихся в постановлениях Европейского Суда по правам человека, условия содержания должны быть совместимы с уважением к человеческому достоинству. Унижающим достоинство обращением признается, в частности, такое обращение, которое вызывает у лица чувство страха, тревоги и собственной неполноценности. При этом лицу не должны причиняться лишения и страдания в более высокой степени, чем тот уровень страданий, который неизбежен при лишении свободы, а здоровье и благополучие лица должны гарантироваться с учетом практических требований режима содержания. Оценка указанного уровня осуществляется в зависимости от конкретных обстоятельств, в частности от продолжительности неправомерного обращения с человеком, характера физических и психических последствий такого обращения.

Аналогичные положения закреплены и в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10.10.2003 № 5 «О применении судами общей юрисдикции общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров Российской Федерации».

Конституционный Суд Российской Федерации, решая вопрос о приемлемости жалобы об оспаривании части 1 статьи 227.1 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, предоставляющей право лицам, полагающим, что нарушены условия их содержания в исправительном учреждении, заявлять требования о присуждении компенсации за нарушение данных условий, указал, что эта норма является дополнительной гарантией обеспечения права на судебную защиту, направлена на конкретизацию положений статьи 46 Конституции Российской Федерации (определение от 28 декабря 2021 года № 2923-О).

В постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 47 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания» разъяснено, что:

под условиями содержания лишенных свободы лиц следует понимать условия, в которых с учетом установленной законом совокупности требований и ограничений реализуются закрепленные Конституцией Российской Федерации, общепризнанными принципами и нормами международного права, международными договорами Российской Федерации, федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации права и обязанности указанных лиц, в том числе право на личную безопасность и охрану здоровья (пункт 2),

принудительное содержание лишенных свободы лиц в предназначенных для этого местах должно осуществляться в соответствии с принципами законности, справедливости, равенства всех перед законом, гуманизма, защиты от дискриминации, личной безопасности (пункт 3),

нарушение условий содержания является основанием для обращения лишенных свободы лиц за судебной защитой, если они полагают, что действиями (бездействием), решениями или иными актами органов государственной власти, их территориальных органов или учреждений, должностных лиц и государственных служащих нарушаются или могут быть нарушены их права, свободы и законные интересы (пункт 4),

условия содержания лишенных свободы лиц должны соответствовать требованиям, установленным законом, с учетом режима места принудительного содержания, поэтому существенные отклонения от таких требований могут рассматриваться в качестве нарушений указанных условий (пункт 14).

Порядок и условия содержания под стражей, гарантии прав и законных интересов лиц, которые в соответствии с Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации задержаны по подозрению в совершении преступления, а также лиц, подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений, в отношении которых в соответствии с названным Кодексом избрана мера пресечения в виде заключения под стражу, регулирует и определяет Федеральный закон от 15.07.1995 № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» (далее – Федеральный закон № 103-ФЗ).

Содержание под стражей осуществляется в соответствии с принципами законности, справедливости, презумпции невиновности, равенства всех граждан перед законом, гуманизма, уважения человеческого достоинства, в соответствии с Конституцией Российской Федерации, принципами и нормами международного права, а также международными договорами Российской Федерации и не должно сопровождаться пытками, иными действиями, имеющими целью причинение физических или нравственных страданий подозреваемым и обвиняемым в совершении преступлений, содержащимся под стражей (статья 4 Федерального закона № 103-ФЗ).

Статьей 16 Федерального закона № 103-ФЗ предусматривалось, что, в частности, порядок приема и размещения подозреваемых и обвиняемых по камерам; материально-бытового обеспечения подозреваемых и обвиняемых; медико-санитарного обеспечения подозреваемых и обвиняемых; проведения ежедневных прогулок подозреваемых и обвиняемых; проведения свиданий подозреваемых и обвиняемых с лицами, перечисленными в статье 18 настоящего Федерального закона определяется Правилами внутреннего распорядка в местах содержания под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений.

В соответствие со статьей 17 Федерального закона № 103-ФЗ подозреваемые и обвиняемые имеют право, в том числе на свидания с родственниками и иными лицами, перечисленными в статье 18 настоящего Федерального закона; получать бесплатное питание, материально-бытовое и медико-санитарное обеспечение, в том числе в период участия их в следственных действиях и судебных заседаниях (пункты 5 и 9 части 1).

Статьей 151 Федерального закона № 103-ФЗ предусмотрено, что в местах содержания под стражей устанавливается режим, обеспечивающий соблюдение прав подозреваемых и обвиняемых, исполнение ими своих обязанностей, их изоляцию, а также выполнение задач, предусмотренных Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации. Обеспечение режима возлагается на администрацию, а также на сотрудников мест содержания под стражей, которые несут установленную законом ответственность за неисполнение или ненадлежащее исполнение служебных обязанностей.

Согласно статье 23 Федерального закона № 103-ФЗ подозреваемым и обвиняемым создаются бытовые условия, отвечающие требованиям гигиены, пожарной безопасности, нормам санитарной площади в камере на одного человека, установленным Федеральным законом.

Оказание медицинской помощи и обеспечение санитарно-эпидемиологического благополучия в местах содержания под стражей организуются в соответствии с законодательством в сфере охраны здоровья. Администрация указанных мест обязана выполнять санитарно-гигиенические требования, обеспечивающие охрану здоровья подозреваемых и обвиняемых (статья 24 Федерального закона № 103-ФЗ).

Согласно частям 1, 2, 3 статьи 77.1 Уголовно-исполнительного кодекса РФ при необходимости участия в следственных действиях в качестве свидетеля, потерпевшего, подозреваемого (обвиняемого) осужденные к лишению свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии, воспитательной колонии или тюрьме могут быть оставлены в следственном изоляторе либо переведены в следственный изолятор из указанных исправительных учреждений на основании мотивированного постановления следователя с согласия руководителя следственного органа Следственного комитета Российской Федерации по субъекту Российской Федерации или его заместителя либо приравненного к нему руководителя специализированного следственного органа или его заместителя, руководителя территориального следственного органа по субъекту Российской Федерации следственного органа соответствующего федерального органа исполнительной власти (при соответствующем федеральном органе исполнительной власти) или его заместителя - на срок, не превышающий двух месяцев.

При необходимости участия в судебном разбирательстве в качестве свидетеля, потерпевшего, обвиняемого осужденные могут быть по определению суда или постановлению судьи оставлены в следственном изоляторе либо переведены в следственный изолятор из исправительной колонии, воспитательной колонии или тюрьмы.

В случаях, предусмотренныхчастями первойивторойнастоящей статьи, осужденные содержатся в следственном изоляторе в порядке, установленном Федеральнымзакономот 15 июля 1995 года № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», и на условиях отбывания ими наказания в исправительном учреждении, определенном приговором суда.

В соответствии с частью 3 статьи 74 Уголовно-исполнительного кодекса РФ в колониях-поселениях отбывают наказание осужденные к лишению свободы за преступления, совершенные по неосторожности, умышленные преступления небольшой и средней тяжести, а также осужденные, переведенные из исправительных колоний общего и строгого режимов на основании и в порядке, установленных пунктами "в" и "г" части второй статьи 78 настоящего Кодекса.

Согласно пункту «г» части 2 статьи 78 Уголовно-исполнительного кодекса РФ положительно характеризующиеся осужденные могут быть переведены для дальнейшего отбывания наказания из исправительных колоний строгого режима в колонию-поселение - по отбытии осужденными не менее одной трети срока наказания; осужденными, ранее условно-досрочно освобождавшимися от отбывания лишения свободы и совершившими новые преступления в период оставшейся неотбытой части наказания, - по отбытии не менее половины срока наказания, а осужденными за совершение особо тяжких преступлений - по отбытии не менее двух третей срока наказания.

В соответствии с частью 2.2 статьи 78 Уголовно-исполнительного кодекса РФ осужденный, которому может быть изменен вид исправительного учреждения, вправе обратиться в суд с ходатайством об изменении вида исправительного учреждения. Ходатайство об изменении вида исправительного учреждения осужденный подает через администрацию учреждения или органа, исполняющего наказание, в котором он отбывает наказание в соответствии со статьей 81 настоящего Кодекса. Администрация такого учреждения или органа не позднее чем через 10 дней после подачи ходатайства осужденного об изменении вида исправительного учреждения направляет в суд указанное ходатайство вместе с характеристикой на осужденного. В характеристике должны содержаться данные о поведении осужденного, его отношении к учебе и труду в течение всего периода отбывания наказания, об отношении осужденного к совершенному деянию и о том, что осужденный частично или полностью возместил причиненный ущерб или иным образом загладил вред, причиненный в результате преступления.

подозреваемые и обвиняемые обеспечиваются для индивидуального пользования: спальным местом; постельными принадлежностями: матрацем, подушкой, одеялом (пункт 40);

камеры СИЗО оборудуются телевизором, холодильником (при наличии возможности (пункт 42);

при отсутствии в камере водонагревательных приборов либо горячей водопроводной воды горячая вода для стирки и гигиенических целей и кипяченая вода для питья выдаются ежедневно в установленное время с учетом потребности (пункт 43);

не реже одного раза в неделю подозреваемые и обвиняемые проходят санитарную обработку, им предоставляется возможность помывки в душе продолжительностью не менее 15 минут (пункт 45);

подозреваемые и обвиняемые, в том числе водворенные в карцер, пользуются ежедневной прогулкой продолжительностью не менее одного часа. Продолжительность прогулки устанавливается администрацией СИЗО с учетом распорядка дня, погоды, наполнения учреждения и других обстоятельств (пункт 134).

Как установлено в судебном заседании и следует из материалов административного дела, административный истец ФИО5 содержался в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Мурманской области с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, откуда был этапирован в ФКУ ИК-18 УФСИН России по Мурманской области.

Постановлением Ленинского районного суда г. Мурманска от ДД.ММ.ГГГГ по уголовному делу № постановлено осужденного ФИО5 перевести из <данные изъяты> в СИЗО-1 для участия в судебном разбирательстве по уголовному делу в качестве свидетеля вплоть до рассмотрения уголовного дела по существу (л.д. 90).

В соответствии с данным постановлением ФИО5 прибыл в СИЗО-1 ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ убыл в <данные изъяты> для дальнейшего отбывания наказания (л.д. 34).

Согласно копии подписки свидетеля ФИО5 ДД.ММ.ГГГГ допрошен в качестве свидетеля по уголовному делу № в отношении ФИО1 (л.д. 100).

Из распоряжения Ленинского районного суда г. Мурманска от ДД.ММ.ГГГГ, направленного в <данные изъяты>, следует, что приговор Ленинского районного суда г. Мурманска от ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО1 вступил в законную силу ДД.ММ.ГГГГ и подлежит немедленному исполнению (л.д. 87).

При поступлении в СИЗО-1 ДД.ММ.ГГГГ ФИО5 был ознакомлен с Правилами внутреннего распорядка следственных изоляторов и пожарной безопасности (л.д. 52).

ФИО5 содержался в камере № с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, в камере № с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, в камере № с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 35).

Доводы административного истца о том, что срок его содержания в следственном изоляторе в качестве свидетеля не должен был превышать 2 месяца, суд считает необоснованными, поскольку в соответствии со статьей 77.1 Уголовно-исполнительного кодекса РФ данный срок установлен в отношении осужденных, привлеченных к участия в следственных действиях в качестве свидетеля, потерпевшего, подозреваемого (обвиняемого).

В случае привлечения осужденных для участия в судебном разбирательстве в качестве свидетеля, потерпевшего, обвиняемого срок содержания их в следственном изоляторе законодателем не установлен, поскольку зависит, в том числе от срока рассмотрения уголовного дела.

Вместе с тем, при отсутствии объективной, документально подтвержденной необходимости участия осужденного в рассмотрении уголовного дела, он не может без достаточных к тому оснований длительное время содержаться в следственном изоляторе и подлежит этапированию в исправительное учреждение для дальнейшего отбывания наказания.

Из ответа Ленинского районного суда г. Мурманска от ДД.ММ.ГГГГ следует, что материалах уголовного дела постановление об этапировании ФИО5 из СИЗО-1 в исправительную колонию отсутствует (л.д. 88).

Таким образом, судом установлено, что Ленинским районным судом г. Мурманска срок пребывания осужденного ФИО5 в следственном изоляторе для допроса в качестве свидетеля определен до рассмотрения уголовного дела по существу.

Приговор в отношении ФИО1 по уголовному делу № вступил в законную силу ДД.ММ.ГГГГ, о чем Ленинским районным судом г. Мурманска сообщено в <данные изъяты> ДД.ММ.ГГГГ.

При этом сведений из Ленинского районного суда г. Мурманска об отсутствии необходимости дальнейшего пребывания ФИО5 в следственном изоляторе и возможности его этапирования в <данные изъяты> для дальнейшего отбывания наказания в СИЗО-1 не направлялось.

Достоверно зная об отсутствии у Ленинского районного суда г. Мурманска необходимости его допроса в качестве свидетеля после ДД.ММ.ГГГГ, административный истец как в суд, так и к администрации СИЗО-1 с заявлением об этапировании его в исправительное учреждение для дальнейшего отбывания наказания не обращался.

Фактически административный истец этапирован из СИЗО-1 в <данные изъяты> ДД.ММ.ГГГГ.

Таким образом, судом установлено, что СИЗО-1 не располагало сведениями о конкретном сроке пребывания ФИО5 в следственном изоляторе для участия в качестве свидетеля по уголовному делу. Нарушений прав, свобод и законных интересов административного истца пребыванием в следственном изоляторе в качестве свидетеля по уголовному делу административным ответчиком СИЗО-1 не допущено.

Судом также не установлено нарушений прав, свобод и законных интересов административного истца при оказании ему медицинской помощи в следственном изоляторе.

Административный истец указывает о том, что по прибытии в ФКУ ИК-16 УФСИН России по Мурманской области ему был взят анализ крови на клетки СД4 и должен быть решен вопрос о назначении АРВТ-терапии, которой он был лишен, находясь в следственном изоляторе, и получил инфекцию грудной клетки.

В медицинской карте амбулаторного больного ФИО5 имеются сведения о том, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО5 поставлен на диспансерный учет и наблюдение <данные изъяты>, ему рекомендован анализ крови на имунный статус 4 раза в год. В следственном изоляторе ему произведен анализ крови на <данные изъяты>, уровень которых составил <данные изъяты>. Терлецкий ДД.ММ.ГГГГ в собственноручном заявлении отказался от сдачи анализов крови по причине их сдачи в мае и августе, ДД.ММ.ГГГГ осмотрен врачом-<данные изъяты> согласно записям которого <данные изъяты> не получает, стадия <данные изъяты>, ремиссия вне <данные изъяты> <данные изъяты> не подлежит, обследование и наблюдение согласно приказу Министерства здравоохранения РФ от 24.12.2012 № 1511 «Об утверждении стандарта медико-санитарной помощи при болезни, вызванной вирусом иммунодефицита человека ВИЧ-инфекция)» (л.д. 57-64).

В судебном заседании свидетель ФИО3 – <данные изъяты>, имеющий сертификат врача-<данные изъяты>, будучи предупрежденным об уголовной ответственности по статьям 307, 308 Уголовного кодекса РФ, показал, что согласно записям в медицинской карте административный истец не подлежал <данные изъяты>-терапии, поскольку ДД.ММ.ГГГГ при первичном осмотре врач-<данные изъяты> и ДД.ММ.ГГГГ <данные изъяты> указали <данные изъяты> стадия <данные изъяты>, стадия <данные изъяты> вне <данные изъяты>-терапии установлена ДД.ММ.ГГГГ врачом-<данные изъяты> ФИО2. Ею рекомендовано обследование и наблюдение, <данные изъяты> не назначено. Согласно анализу крови от ДД.ММ.ГГГГ имелось <данные изъяты> клеток, вирусная нагрузка низкая, то есть иммунитет справлялся. Согласно клиническим рекомендациям по <данные изъяты> ДД.ММ.ГГГГ жизненно важных показаний по назначению <данные изъяты>-терапии у административного истца не имелось. В медицинской карте отсутствуют указания медицинского работника на рекомендацию административному истцу первого яруса спального места.

В судебном заседании свидетель ФИО4 – врач-<данные изъяты> ГОАУЗ «<данные изъяты>», будучи предупрежденным об уголовной ответственности по статьям 307, 308 Уголовного кодекса РФ, показал, что ФИО5 состоял на диспансерном учете с ДД.ММ.ГГГГ с диагнозом ВИЧ-инфекция третья субклиническая стадия. Впервые обратился в ДД.ММ.ГГГГ, ему рекомендована повторная консультация через 2 недели. Прибыл на амбулаторный прием в ДД.ММ.ГГГГ, ему установлена <данные изъяты> стадия <данные изъяты> без <данные изъяты>, имелся <данные изъяты>, затем появился в ДД.ММ.ГГГГ, ему было рекомендовано явиться через неделю.

В ДД.ММ.ГГГГ в марте установлена <данные изъяты> стадия <данные изъяты> вне <данные изъяты>, в ДД.ММ.ГГГГ – начало приема <данные изъяты>терапии, в августе установлена фаза нестойкой ремиссии, предложено продолжить <данные изъяты>-терапию.

В соответствии с клиническими рекомендациями по <данные изъяты> за 2014 год (пункт 2.2) <данные изъяты>-терапия показана всем пациентам при количестве клеток <данные изъяты> менее <данные изъяты> с клиническим проявлением прогрессирования <данные изъяты>, а также при наличии <данные изъяты>. В связи с тем, что у административного истца не был выявлен <данные изъяты>, <данные изъяты>-терапия ему не была показана. Из анализа крови от ДД.ММ.ГГГГ следует, что у административного истца была <данные изъяты>, в связи с чем возможно было отложить назначение <данные изъяты>-терапии, поскольку она назначается при наличии клеток менее <данные изъяты>

<данные изъяты>-терапия рекомендуется при сниженном иммунном статусе и вирусной нагрузке менее <данные изъяты> по жизненным показаниям. <данные изъяты> является основанием полагать, что у пациента наступила другая стадия <данные изъяты>, поскольку он активизируется при сниженном иммунном статусе, существенном ослаблении иммунитета. Оснований назначать <данные изъяты>терапию до ДД.ММ.ГГГГ не было, поскольку пациент должен был прийти ко врачу несколько раз, сдать анализы и через 2 месяца можно было решить вопрос о назначении <данные изъяты>-терапии.

У суда не имеется оснований ставить под сомнение показания свидетелей, которые логичны, последовательны, согласуются между собой и сведениями медицинской карты амбулаторного больного ФИО5 Показания свидетелей даны суду при наличии специальных познаний врача-инфекциониста. Какой-либо заинтересованности свидетелей в исходе дела судом не установлено, и суду лицами, участвующими в деле, не сообщено.

При указанных обстоятельствах, с учетом показаний свидетелей, показателей <данные изъяты> по результатам анализов от ДД.ММ.ГГГГ, периода нахождения ФИО5 в следственном изоляторе, жизненные показания для назначения ему <данные изъяты>-терапии в условиях следственного изолятора отсутствовали.

Кроме того, суд учитывает, что, прибыв в <данные изъяты> ДД.ММ.ГГГГ, намерения для сдачи анализов крови, в том числе для решения вопроса о назначении <данные изъяты>-терапии, у административного истца не имелось.

Возникшее у административного истца заболевание инфекция грудной клетки не может являться причиной содержания в следственном изоляторе, а может свидетельствовать о проявлении заболевания <данные изъяты>.

Суд не может признать нарушением прав административного истца отсутствием в камерах №, № № телевизора, а также размещение его на верхнем ярусе спального места в период чуть больше одного месяца, поскольку в соответствии с пунктом 42 Правил внутреннего распорядка СИЗО камеры оборудуются телевизором при наличии возможности, а в медицинской карте амбулаторного больного ФИО5 не даны рекомендации о размещении его исключительно на нижнем ярусе кроватей по состоянию здоровья и медицинским показаниям.

Кроме того, из пояснений административного истца следует, что администрация СИЗО-1 при наличии возможности переводила его в камеры, в которых имелась возможность занимать нижний ярус кровати.

Нарушение прав административного истца отсутствует также в действиях администрации СИЗО-1 при направлении им в суд ходатайства об изменении вида исправительного учреждения на колонию-поселение.

Так, согласно справке об исходящей корреспонденции ФИО5 ДД.ММ.ГГГГ направил в Октябрьский районный суд г. Мурманска ходатайство о переводе в колонию-поселение, в котором указал от отбытии им <данные изъяты> срока наказания (л.д. 33, 79).

К ходатайству СИЗО-1 была приложена справка по личному делу осужденного ФИО5 со сведениями об осуждении и сроке отбывания наказания (л.д. 80).

Постановлением судьи Октябрьского районного суда г. Мурманска от ДД.ММ.ГГГГ № в приеме к рассмотрению ходатайства ФИО5 об изменении вида исправительного учреждения отказано, разъяснено, что повторно такое ходатайство может быть подано осужденным при отбытии установленного законом части срока наказания (л.д. 81).

Данное постановление административным истцом не обжаловано.

Таким образом, судом установлено, что на момент подачи ФИО5 ходатайства в Октябрьский районный суд г. Мурманска условий, позволяющих заявить такое ходатайство (отбытие не менее половины срока наказания), предусмотренных п. «г» ч. 2 ст. 78 УИК РФ, не имелось.

Кроме того, частью 2.2 статьи 78 УИК РФ предусмотрено, что ходатайство об изменении вида исправительного учреждения осужденный подает через администрацию учреждения или органа, исполняющего наказание, в котором он отбывает наказание. Администрация такого учреждения или органа не позднее чем через 10 дней после подачи ходатайства осужденного об изменении вида исправительного учреждения направляет в суд указанное ходатайство вместе с характеристикой на осужденного.

Обстоятельствами дела установлено, что следственный изолятор, в котором ФИО5 находился в качестве свидетеля по уголовному делу, не являлся исправительным учреждением, в котором он отбывал наказание, поэтому у администрации следственного изолятора отсутствовала обязанность направлять в суд на него характеристику.

В судебном заседании установлено, что в период нахождения в исправительном учреждении, прибыл из следственного изолятора, ФИО5 с ходатайством об изменении вида исправительного учреждения на колонию-поселение в суд не обращался.

Действительно, находясь в следственном изоляторе в порядке статьи 77.1 УИК РФ, ФИО5 пользовался правами, предусмотренными Правилами внутреннего распорядка исправительного учреждения.

В соответствии с пунктом «г» части 3 статьи 123 Уголовно-исполнительного кодекса РФ осужденные к лишению свободы, отбывающие наказание в обычных условиях в исправительных колониях строгого режима имеют право пользоваться ежедневной прогулкой продолжительностью полтора часа.

Пунктом 21 раздела V Правил внутреннего распорядка исправительных учреждений, утвержденных приказом Минюста России от ДД.ММ.ГГГГ №, действовавшими до ДД.ММ.ГГГГ, предусмотрено, что не менее двух раз в семь дней обеспечивается помывка осужденных с еженедельной сменой нательного и постельного белья.

В пункте 2 Примерного распорядка дня (приложение № 4 к Правилам внутреннего распорядка СИЗО) предусмотрено, что подозреваемые и обвиняемые пользуются ежедневной прогулкой продолжительностью не менее одного часа.

Представителем административных ответчиков не оспаривалось, что административный истец в следственном изоляторе выводился на прогулку на один час, на помывку выводился один раз в семь дней.

Статьей 17.1 Федерального закона от № 103-ФЗ определено, что компенсация за нарушение условий содержания под стражей присуждается исходя из требований заявителя с учетом фактических обстоятельств допущенных нарушений, их продолжительности и последствий и не зависит от наличия либо отсутствия вины органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих.

В пункте 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 47 разъяснено, что условия содержания лишенных свободы лиц должны соответствовать требованиям, установленным законом, с учетом режима места принудительного содержания, поэтому существенные отклонения от таких требований могут рассматриваться в качестве нарушений указанных условий. Так, судам необходимо учитывать, что о наличии нарушений условий содержания лишенных свободы лиц могут свидетельствовать, например, переполненность камер (помещений), невозможность свободного перемещения между предметами мебели, отсутствие индивидуального спального места, естественного освещения либо искусственного освещения, достаточного для чтения, отсутствие либо недостаточность вентиляции, отопления, отсутствие либо непредоставление возможности пребывания на открытом воздухе, затрудненный доступ к местам общего пользования, соответствующим режиму мест принудительного содержания, в том числе к санитарным помещениям, отсутствие достаточной приватности таких мест, не обусловленное целями безопасности, невозможность поддержания удовлетворительной степени личной гигиены, нарушение требований к микроклимату Помещений, качеству воздуха, еды, питьевой воды, защиты лишенных свободы лиц от шума и вибрации.

В то же время при разрешении административных дел суды могут принимать во внимание обстоятельства, соразмерно восполняющие допущенные нарушения и улучшающие положение лишенных свобод лиц (например, незначительное отклонение от установленной законом площади помещения в расчете на одного человека может быть восполнено созданием условий для полезной деятельности вне помещений, в частности для образования, спорта и досуга, труда, профессиональной деятельности).

Таким образом, условия содержания обвиняемых под стражей должны быть совместимы с уважением к человеческому достоинству, при этом лицу не должны причиняться лишения и страдания в более высокой степени, чем тот уровень страданий, который неизбежен при лишении свободы. Оценка указанного уровня осуществляется в зависимости от конкретных обстоятельств, в частности от продолжительности неправомерного обращения с человеком, характера физических и психических последствий такого обращения.

Учитывая приведенные выше правовые нормы, разъяснения Пленума Верховного Суда Российской Федерации, установленные по делу обстоятельства, период пребывания в следственном изоляторе, суд приходит к выводу, что указанные ФИО5 нарушения, выразившиеся в непредоставлении санитарной обработки и помывки в душе один раз в семь дней вместо двух раз в семь дней, вывод на прогулку на один час вместо полутора часов, не могут быть признаны существенными, так как не повлекли неблагоприятные для административного истца последствия, что подтверждается отсутствием жалоб в надзорные и контролирующие органы, то есть не причинили ему нравственных или физических страданий в более высокой степени, чем тот уровень страданий, который неизбежен при лишении свободы, в связи с чем правовые основания для удовлетворения требований административного истца в указанной части отсутствуют.

Вместе с тем, заслуживают внимания доводы административного истца об отсутствии горячего водоснабжения в период его содержания в следственном изоляторе в камерах № и №.

Согласно пункту 12 Минимальных стандартных Правил обращения с заключенными (приняты в г. Женеве 30.08.1955) санитарные установки в помещениях, где живут и работают заключенные, должны быть достаточными для того, чтобы каждый заключенный мог удовлетворять свои естественные потребности, когда ему это нужно, в условиях чистоты и пристойности.

Приказом Минюста России № 189 от 14.10.2005 утверждены Правила внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы (далее – Правила внутреннего распорядка СИЗО), которые утратили силу с 16.07.2022 в связи с изданием приказа Минюста России от 04.08.2022 № 110, согласно пункту 43 которого при отсутствии в камере водонагревательных приборов либо горячей водопроводной воды горячая вода для стирки и гигиенических целей и кипяченая вода для питья выдаются ежедневно в установленное время с учетом потребности;

Согласно пункту 43 Правил внутреннего распорядка СИЗО при отсутствии в камере водонагревательных приборов либо горячей водопроводной воды горячая вода для стирки и гигиенических целей и кипяченая вода для питья выдаются ежедневно в установленное время с учетом потребности.

Вместе с тем, приказом Министерства строительства и жилищно-коммунального хозяйства РФ от 15 апреля 2016 года №245/пр утвержден и введен в действие с 04 июля 2016 года Свод правил «Следственные изоляторы уголовно-исполнительной системы. Правила проектирования». Данный Свод правил зарегистрирован Росстандартом и имеет номер СП 247.1325800.2016 (с учетом изменения № 1, утвержденного приказом Минстроя России от 30.12.2020 № 899/пр, введенного в действие по истечение 6 месяцев после издания приказа).

Согласно пункту 1.1 указанного Свода правил он устанавливает нормы проектирования и распространяется на строительство, реконструкцию, расширение, техническое перевооружение и капитальный ремонт зданий, помещений и сооружений, предназначенных для размещения и функционирования следственных изоляторов (СИЗО).

Положения указанного Свода правил не распространяются на объекты капитального строительства, проектная документация которых до вступления в силу названного свода правил получила положительное заключение государственной экспертизы, а также на документы территориального планирования и документацию по планированию территории, утвержденные до вступления в силу настоящего свода правил (п. 1.2).

Пунктом 19.1 СП 247.1325800.2016 предусмотрено, что здания СИЗО должны быть оборудованы хозяйственно-питьевым и противопожарным водопроводом, горячим водоснабжением, канализацией и водостоками согласно требованиям СП 30.13330 («Внутренний водопровод и канализация зданий»), СП 31.13330 («Водоснабжение. Наружные сети и сооружения»), СП 32.13330 («Канализация. Наружные сети и сооружения»), СП 118.13330 («Общественные здания и сооружения»).

Согласно пункту 19.5 указанного Свода правил СП 247.1325800.2016 подводку холодной и горячей воды следует предусматривать, в том числе к умывальникам в камерах.

До 04 июля 2016 года действовали Нормы проектирования следственных изоляторов и тюрем Министерства юстиции Российской Федерации (СП 15-01 Минюста России), утвержденные приказом Министерства юстиции Российской Федерации от 28 мая 2001 года № 161-дсп, которыми были предусмотрены требования о подводке горячей воды к умывальникам, в том числе в камерах следственных изоляторов.

Наличие горячего водоснабжения в камерах непосредственным образом касается обеспечения гуманных условий для содержания лиц, в отношении которых применена мера пресечения в виде заключения под стражу, подозреваемых и осужденных и охраны здоровья людей с точки зрения соблюдения санитарно-эпидемиологических требований, создания благоприятных и безопасных условий среды обитания, в связи с чем эксплуатация объекта с нарушением указанных требований ведет к недопустимому риску для здоровья лиц, находящихся в следственном изоляторе.

Приведение ранее введенных в эксплуатацию зданий в соответствие с актуальными требованиями обусловлено уровнем современных рисков, потребностей, правил, а равно обеспечением санитарного благополучия и безопасных условий для обитания человека.

Из содержания подпункта 6 пункта 3 Положения о Федеральной службе исполнения наказаний, утвержденного указом Президента Российской Федерации от 13.10.2004 № 1314, следует, что задачей ФСИН является создание осужденным и лицам, содержащимся под стражей, условий содержания, соответствующих нормам международного права, положениям международных договоров Российской Федерации и федеральных законов.

Поскольку обеспечение помещений СИЗО горячим водоснабжением являлось и является обязательным, постольку неисполнение следственным изолятором требований закона влечет нарушение прав подозреваемого, обвиняемого, осужденного на содержание в условиях надлежащего обеспечения его жизнедеятельности.

В силу положений Федерального закона от 30.03.1999 № 52-ФЗ «О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения» соблюдение санитарных правил является обязательным для граждан, индивидуальных предпринимателей и юридических лиц.

С учетом вышеприведенных положений законодательства обеспечение помещений следственных изоляторов горячим водоснабжением является обязательным.

Факт постройки и введение зданий следственного изолятора в эксплуатацию ранее принятия перечисленных выше норм не препятствует их переоборудованию, реконструкции или капитальному ремонту, с целью создания надлежащих условий содержания. Приведенные выше нормы регулируют как строительство, так и эксплуатацию помещений в следственных изоляторах и являются обязательными.

Из пояснений представителя административных ответчиков следует, что камеры № и №, в которых содержался административный истец, не были оборудованы горячим водоснабжением.

Сторонами подтверждено, что горячее водоснабжение имелось только в камере №, поэтому спора о нарушении прав административного истца в данной части не имеется.

Таким образом, период, в течение которого административный истец был лишен возможности ежедневно пользоваться горячим водоснабжением, составляет 71 день (с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ).

Представителем административных ответчиков не представлено в материалы дела бесспорных доказательств надлежащего и постоянного обеспечения административного истца горячей водой в период содержания его в следственном изоляторе в камерах №, №.

При этом обеспечение административного истца горячей водой в порядке, предусмотренном пункте 43 Правил внутреннего распорядка СИЗО, само по себе не может быть признано достаточным для удовлетворения его ежедневной потребности в горячем водоснабжении.

Поскольку обеспечение помещений СИЗО горячим водоснабжением являлось и является обязательным, поэтому неисполнение следственным изолятором требований закона влечет нарушение прав подозреваемого, обвиняемого, осужденного на содержание в условиях надлежащего обеспечения его жизнедеятельности.

То обстоятельство, что в СИЗО-1 функционирует банно-прачечный комплекс, в котором осуществляется помывка содержащихся в СИЗО лиц, а также наличие в камере водонагревательного прибора (кипятильника или электрочайника), выдача горячей воды ежедневно в установленное время с учетом потребности, не свидетельствует об обеспечении надлежащих условий содержанияадминистративного истца, в связи с чем не может являться основанием к отказу в удовлетворении административных исковых требований в указанной части.

Наличие горячего водоснабжение в камерах непосредственным образом касается обеспечения гуманных условий для содержания лиц, в отношении которых применена мера пресечения заключение под стражу, подозреваемых и осужденных и охраны здоровья людей с точки зрения соблюдения санитарно-эпидемиологических требований, создания благоприятных безопасных условий среды обитания, в связи с чем, эксплуатация объекта с нарушением указанных требований ведет к недопустимому риску для здоровья лиц, находящихся в здании следственного изолятора.

Ненадлежащими условиями содержания в следственном изоляторе административному истцу причинены лишения и страдания в более высокой степени, чем тот уровень страданий, который неизбежен при лишении свободы, и которые повлекли нарушение его прав на надлежащее обеспечение жизнедеятельности.

Вместе с тем, не обращение административного истца в период содержания в следственном изоляторе с жалобами в надзорные органы, к администрации следственного изолятора не может лишать его права на получение компенсации за нарушение условие его содержания.

Согласно части 1 статьи 219 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, если настоящим Кодексом не установлены иные сроки обращения с административным исковым заявлением в суд, административное исковое заявление может быть подано в суд в течение трех месяцев со дня, когда гражданину, организации, иному лицу стало известно о нарушении их прав, свобод и законных интересов.

В то же время, в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 47 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания» разъяснено, что, проверяя соблюдение предусмотренного частью 1 статьи 219 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации трехмесячного срока для обращения в суд, судам необходимо исходить из того, что нарушение условий содержания лишенных свободы лиц может носить длящийся характер, следовательно, административное исковое заявление о признании незаконными бездействия органа или учреждения, должностного лица, связанного с нарушением условий содержания лишенных свободы лиц, может быть подано в течение всего срока, в рамках которого у органа или учреждения, должностного лица сохраняется обязанность совершить определенное действие, а также в течение трех месяцев после прекращения такой обязанности.

Из пояснений административного истца и справке по личному делу следует, что он ФИО5 освобожден из <данные изъяты> ДД.ММ.ГГГГ. В медицинской карте амбулаторного больного ГОАУЗ «<данные изъяты>» имеются записи о посещении ФИО5 врача-<данные изъяты> ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 69-72).

Учитывая, что административный истец после освобождения находился на свободе незначительный период времени, в настоящее время вновь отбывает наказание в местах лишения свободы, суд считает возможным восстановить ему срок обращения в суд с административным исковым заявлением, признав причины пропуска срока уважительными и право административного истца на восстановление нарушенных прав ненадлежащими условиями содержания в следственном изоляторе.

Статьей 2 Конституции Российской Федерации закреплено, что человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства.

В постановлениях Европейского Суда по правам человека от 18 марта 2010 года, 29 января 2019 года указано, что задача расчета размера компенсации является сложной. Она особенно трудна в деле, предметом которого является личное страдание, физическое или нравственное. Не существует стандарта, позволяющего измерить в денежных средствах боль, физическое неудобство и нравственное страдание и тоску. Отсутствие мотивов, например, несоразмерно малой суммы компенсации, присужденной заявителю, будет свидетельствовать о том, что суды не рассмотрели надлежащим образом требования заявителя и не смогли действовать в соответствии с принципом адекватного и эффективного устранения нарушения.

Следовательно, если суд пришел к выводу о необходимости присуждения денежной компенсации, то ее сумма должна быть адекватной и реальной.

В случаях, когда компенсация ущерба, присуждаемая судами государств-ответчиков, является необоснованной по сравнению с размером компенсации, присуждаемой названным судом в сопоставимых делах, такого возмещения ущерба будет недостаточно для лишения заявителя статуса жертвы в соответствии со статьей 3 Конвенции.

По смыслу приведенного выше правового регулирования размер денежной компенсации за нарушение установленных законодательством условий содержания в исправительном учреждении определяется исходя из установленных при разбирательстве дела продолжительности допускаемых нарушений, характера этих нарушений, индивидуальных особенностей лица, и иных заслуживающих внимания обстоятельств конкретного дела.

Компенсация за нарушение условий содержания как средство правовой защиты по своему размеру должна быть способна эффективно восстановить баланс между нарушенными правами административного истца и мерой ответственности государства.

Правилавнутреннего распорядка СИЗО, регламентируя в том числе вопросы материально-бытового обеспечения подозреваемых и обвиняемых, возлагают на администрацию СИЗО, а также на их сотрудников установленную законом и ведомственными нормативными актами ответственность за неисполнение или ненадлежащее исполнение служебных обязанностей(пункт 3).

Установление несоответствия условий содержания в следственном изоляторе требованиям законодательства создает правовую презумпцию причинения морального вреда лицу, в отношении которого такие нарушения допущены.

Факт содержания в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Мурманской области в условиях, не соответствующих установленным санитарно-эпидемиологическим правилам влечет нарушение прав административного истца, гарантированных законом, которое само по себе является достаточным для того, чтобы причинить страдания и переживания в степени, превышающей неизбежный уровень страданий, присущий ограничению свободы, что является основанием для признания требований о взыскании компенсации за нарушение условий содержания правомерными.

При определении размера денежной компенсации, суд исходит из того, что признанное незаконным бездействие следственного изолятора не привело к наступлению для административного истца стойких негативных последствий, а также учитывает фактические обстоятельства дела, характер и степень причиненных административному истцу нравственных страданий, его индивидуальные особенности, продолжительность содержания административного истца в СИЗО-1 в оспариваемых условиях, обстоятельства, при которых нарушение допущено, меры, предпринимаемые административным ответчиком по соблюдению требований санитарно-эпидемиологического законодательства Российской Федерации, руководствуясь принципом разумности и справедливости, считает необходимым определить административному истцу компенсацию за нарушение условий содержания в следственном изоляторе в размере 5 000 рублей.

Компенсация за нарушение условий содержания в следственном изоляторе в указанном размере способна эффективно восстановить баланс между нарушенными правами административного истца и мерой ответственности государства.

При этом оснований для присуждения административному истцу компенсации за нарушение условий содержания в следственном изоляторе в большем размере суд не усматривает.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 175-180, 227, 227.1 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Административные исковые требования ФИО5 о взыскании компенсации за нарушение условий содержания в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Мурманской области – удовлетворить частично.

Взыскать с Российской Федерации в лице Федеральной службы исполнения наказаний за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО5 компенсацию за нарушение условий содержания в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Мурманской области в размере 5000 (пять тысяч) рублей.

В удовлетворении остальной части административных исковых требований ФИО5 – отказать.

Решение подлежит немедленному исполнению в порядке, установленном бюджетным законодательством Российской Федерации.

Решение может быть обжаловано в Мурманский областной суд через Октябрьский районный суд г. Мурманска в апелляционном порядке в течение месяца со дня его изготовления в окончательной форме.

Председательствующий И.В. Хуторцева