Решение по делу № 2-1420/2022 от 15.02.2023 - о взыскании компенсации морального вреда, причиненного в результате незаконного уголовного преследования.

Дело 2-46/2023 <данные изъяты>

<данные изъяты>

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

15 февраля 2023 года

Кудымкарский городской суд Пермского края в составе судьи Гуляевой Л.В., при секретаре Павловой А.Ю., с участием истца ФИО1, представителя истца ФИО2, представителей третьих лиц ФИО3, ФИО4, рассмотрев в открытом судебном заседании в г. Кудымкаре гражданское дело по иску ФИО1 к Министерству финансов Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда, причиненного в результате незаконного уголовного преследования,

установил:

ФИО1 обратился в суд с иском к Министерству финансов Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда, причиненного в результате незаконного уголовного преследования. Исковые требования мотивированы тем, что апелляционным приговором Пермского краевого суда от ДД.ММ.ГГГГ был отменен приговор Кудымкарского городского суда Пермского края от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО1 признан невиновным в совершении двух преступлений, предусмотренных пунктом «а» части 3 статьи 158 Уголовного кодекса Российской Федерации, он оправдан по указанному обвинению по основанию, предусмотренному пунктом 1 части 1 статьи 27 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, в связи с непричастностью к совершению данных преступлений, освобожден из-под стражи немедленно, за ним признано право на реабилитацию. В рамках уголовного дела на основании постановлений судей Кудымкарского городского суда Пермского края от ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ произведены 5 обысков в жилище истца по адресам: <адрес>. На основании постановлений судей городского суда Пермского края от ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ в течение 90 суток производилось осуществление контроля и записи телефонных разговоров истца. ДД.ММ.ГГГГ в отношении него следователем была избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, в этот же день он допрошен в качестве подозреваемого, ДД.ММ.ГГГГ у него были отобраны следы пальцев рук и ладоней, ДД.ММ.ГГГГ мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении была отменена. ДД.ММ.ГГГГ ему было предъявлено обвинение в совершении двух тяжких преступлений, предусмотренных пунктом «а» части 3 статьи 158 Уголовного кодекса Российской Федерации, он был допрошен в качестве обвиняемого и вновь избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении. ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 был ознакомлен с материалами уголовного дела. После возвращения уголовного для производства дополнительного следствия он вновь ДД.ММ.ГГГГ был ознакомлен с материалами уголовного дела, ДД.ММ.ГГГГ ему была вручена копия обвинительного заключения. Рассмотрение уголовного дела в суде осуществлялось в течение 3 месяцев в 9 судебных заседаниях. ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 был незаконно и необоснованно признан виновным в совершении двух преступлений, предусмотренных пунктом «а» части 3 статьи 158 Уголовного кодекса Российской Федерации, приговорен к окончательному наказанию в виде 2 лет 6 месяцев лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима, мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении была изменена на заключение под стражу, он был взят под стражу в зале суда. Незаконное уголовное преследование и осуждение повлекли для истца причинение глубоких нравственных страданий, морально-психологическую травму. В течение 455 дней в отношении него осуществлялась обвинительная деятельность, в течение 166 дней он находился под подпиской о невыезде и надлежащем поведении, 75 дней – в местах лишения свободы (в следственном изоляторе) в условиях, сравнимых с изоляцией в исправительной колонии строгого режима. В своих <данные изъяты> лет истец подозревался, обвинялся и был осужден за совершение двух тяжких преступлений, которых не совершал. В указанный период времени он был лишен возможности заниматься привычными делами, вести обычный образ жизни, был ограничен в реализации своих гражданских прав и имел ограничения свободы передвижения, в результате проведения 5 обысков он был опозорен в 3 населенных пунктах (<адрес>), очевидцами их являлись соседи и знакомые, которые перестали с ним здороваться, отвернулись от него, данные граждане выражали по отношению к нему осуждение и презрение, резко ухудшилось отношение не только к нему, но и к его семье. ФИО1 до глубины души обидно, что содержание его телефонных переговоров в течение 90 суток стало известно посторонним лицам. Истец также указывает, что при проведении предварительного следствия он находился в постоянном напряжении и состоянии стресса, такое чувство тревоги он никогда не испытывал в жизни, свыше года из-за этого его сопровождала бессонница, началась сильнейшая депрессия, после осуждения он потерял веру в законность, в результате незаконной изоляции от общества на фоне жестких ограничений у него на душе была лишь подавленность, растерянность, отчание, одиночество, а жизнь потеряла перспективу, он чувствовал себя чужим и никому не нужным. Два с половиной месяца лишения свободы показались ему бесконечными. События всего процесса обвинения его в том, к чему он не причастен, непроизвольно всплывают в его памяти до сих пор и угнетают его настроение. Причиненный моральный вред ФИО1 оценивает в 1 200 000 рублей. С учетом изложенного истец просит взыскать компенсацию морального вреда, причиненного в результате незаконного уголовного преследования, в размере 1 200 000 рублей.

Судом к участию в деле в качестве третьих лиц на стороне ответчика, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены прокуратура Пермского края, Министерство внутренних дел Российской Федерации, Главное управление Министерства внутренних дел Российской Федерации по Пермскому краю (далее – ГУ МВД России по Пермскому краю), Межмуниципальный отдел Министерства внутренних дел Российской Федерации «Кудымкарский» (далее – МО МВД России «Кудымкарский»), старший следователь следственного отдела МО МВД России «Кудымкарский» ФИО5

В судебное заседание истец ФИО1 после перерыва не явился, ранее в судебном заседании исковые требования поддержал по изложенным выше основаниям. Суду дополнительно пояснил, что в доме его матери проводились следственные действия, после чего мать умерла, не узнав о его невиновности в кражах. ДД.ММ.ГГГГ он устроился на работу и вынужден был уволиться в связи с избранием меры пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении. В следственном изоляторе ему не предоставлялись лекарственные препараты, необходимые ему в связи с наличием заболевания «<данные изъяты>», таблетки были переданы ему сыном. У него ухудшилось состояние здоровья, участились приступы эпилепсии. В настоящее время некоторые соседи с ним не здороваются и не общаются, полагает, что их отношение к нему ухудшилось из-за проведенных в его жилище обысков.

Представитель истца ФИО2 исковые требования также поддержал, дополнив, что уголовным преследованием в отношении ФИО1 были нарушены его личные неимущественные права, такие как право на свободу, право на свободу передвижения, право на свободу выбора места пребывания и жительства, право на личную неприкосновенность, право на неприкосновенность частной жизни, право на тайну телефонных переговоров.

Представитель ответчика Министерства финансов Российской Федерации в судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения дела извещен надлежащим образом. В письменных возражениях на исковые требования указал, что Министерство финансов Российской Федерации не ставит под сомнение право лиц, подвергнутых уголовному преследованию, на возмещение вреда, между тем исковые требования должны быть разрешены в соответствии с требованиями законодательства Российской Федерации, должно быть доказанным перенесение истцом нравственных и(или) физических страданий, подтверждена их прямая и непосредственная связь с производившимся уголовным преследованием, на момент подачи искового заявления истцом не представлено достаточных доказательств причинения ему морального вреда, доводы искового заявления не подкреплены какими-либо фактическими данными, истцом не представлены заключения специалистов в области медицины или психологии и медицинские документы, свидетельствующие о возникновении у него новых или обострении имеющихся заболеваний, отсутствуют доказательства, свидетельствующие об изменении в худшую сторону отношения к нему соседей и знакомых и обусловленности таких негативных оценок его личности именно уголовным преследованием, заявленная к возмещению сумма является очевидно завышенной.

Представитель третьего лица прокуратуры Пермского края ФИО3 полагала, что исковые требования подлежат удовлетворению частично с учетом требований разумности и справедливости.

Представитель третьих лиц Министерство внутренних дел Российской Федерации, МО МВД России «Кудымкарский» ФИО4 с исковыми требованиями не согласился, поскольку истцом не представлено доказательств причинения физических и нравственных страданий. В письменных возражениях на исковые требования указал, что, не оспаривая право истца на возмещение морального вреда, МО МВД России «Кудымкарский» полагает, что сумма, заявленная истцом, завышена, доказательств в обоснование доводов о наступлении депрессии истец не представляет, в рамках предварительного расследования ФИО1 показания по существу подозрения и обвинения не давалась, досудебное уголовное производство по уголовному делу длилось 8 месяцев, уголовное преследование в отношении истца органами предварительного следствия осуществлялось 1 месяц 13 дней (с момента его допроса в качестве подозреваемого и до направления уголовного дела прокурору).

Представитель третьего лица ГУ МВД России по Пермскому краю в судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения дела извещен надлежащим образом.

Третье лицо ФИО5, в период расследования уголовного дела в отношении ФИО1 занимавшая должность старшего следователя следственного отдела МО МВД России «Кудымкарский», после перерыва в судебное заседание не явилась, в ранее состоявшемся судебном заседании полагала, что исковые требования подлежат частичному удовлетворению, так как избрание в отношении истца меры пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении не могло вызвать у него особые страдания и изменение его обычного образа жизни, не создавало препятствий к осуществлению им трудовой деятельности, ведению хозяйства, до смерти матери ФИО1 не имел статуса подозреваемого.

Выслушав лиц, участвующих в деле, изучив материалы дела, суд приходит к следующему.

Статьей 2 Конституции Российской Федерации закреплено, что человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства.

В силу статьи 53 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

На основании пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 и статьей 151 данного кодекса.

Пунктом 1 статьи 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста, а также вред, причиненный юридическому лицу в результате незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного приостановления деятельности, возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом.

Как разъяснено в пункте 13 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.11.2011 № 17 «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве», с учетом положений статей 133 УПК РФ и 1070 ГК РФ вред, причиненный гражданину в результате незаконного или необоснованного уголовного преследования, например, незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного задержания, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу и иных мер процессуального принуждения, незаконного применения принудительных мер медицинского характера, возмещается государством в полном объеме (в том числе с учетом требований статьи 15 ГК РФ) независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда за счет казны Российской Федерации.

Согласно пункту 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В силу статьи 1100 Гражданского кодекса российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ.

На основании статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

В случаях, когда в соответствии с настоящим Кодексом или другими законами причиненный вред подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования, от имени казны выступают соответствующие финансовые органы, если в соответствии с пунктом 3 статьи 125 настоящего Кодекса эта обязанность не возложена на другой орган, юридическое лицо или гражданина (статья 1071 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Право на компенсацию морального вреда, причиненного незаконными действиями органов уголовного преследования, возникает только при наличии реабилитирующих оснований.

В соответствии с пунктами 34, 35, 55 статьи 5 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации реабилитация - порядок восстановления прав и свобод лица, незаконно или необоснованно подвергнутого уголовному преследованию, и возмещения причиненного ему вреда; реабилитированный - лицо, имеющее в соответствии с данным Кодексом право на возмещение вреда, причиненного ему в связи с незаконным или необоснованным уголовным преследованием; уголовное преследование - процессуальная деятельность, осуществляемая стороной обвинения в целях изобличения подозреваемого, обвиняемого в совершении преступления.

Частями 1, 2 статьи 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации предусмотрено, что право на реабилитацию включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах. Вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда. Право на реабилитацию, в том числе право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием, имеют, помимо других лиц, подсудимый, в отношении которого вынесен оправдательный приговор.

В силу части 2 статьи 136 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации иски о компенсации за причиненный моральный вред в денежном выражении предъявляются в порядке гражданского судопроизводства.

В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

В пунктах 14, 25, 30, 38, 42 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено следующее.

Под нравственными страданиями следует понимать страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции).

Суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 ГК РФ, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

При определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2 статьи 1101 ГК РФ). В связи с этим сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания (статья 151 ГК РФ), устранить эти страдания либо сгладить их остроту.

Моральный вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста или исправительных работ, в силу пункта 1 статьи 1070 и абзаца третьего статьи 1100 ГК РФ подлежит компенсации независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда.

Судам следует исходить из того, что моральный вред, причиненный в связи с незаконным или необоснованным уголовным или административным преследованием, может проявляться, например, в возникновении заболеваний в период незаконного лишения истца свободы, его эмоциональных страданиях в результате нарушений со стороны государственных органов и должностных лиц прав и свобод человека и гражданина, в испытываемом унижении достоинства истца как добросовестного и законопослушного гражданина, ином дискомфортном состоянии, связанном с ограничением прав истца на свободу передвижения, выбор места пребывания, изменением привычного образа жизни, лишением возможности общаться с родственниками и оказывать им помощь, распространением и обсуждением в обществе информации о привлечении лица к уголовной или административной ответственности, потерей работы и затруднениями в трудоустройстве по причине отказов в приеме на работу, сопряженных с фактом возбуждения в отношении истца уголовного дела, ограничением участия истца в общественно-политической жизни.

При определении размера компенсации судам в указанных случаях надлежит учитывать в том числе длительность и обстоятельства уголовного преследования, тяжесть инкриминируемого истцу преступления, избранную меру пресечения и причины избрания определенной меры пресечения (например, связанной с лишением свободы), длительность и условия содержания под стражей, однократность и неоднократность такого содержания, вид и продолжительность назначенного уголовного наказания, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, личность истца (в частности, образ жизни и род занятий истца, привлекался ли истец ранее к уголовной ответственности), ухудшение состояния здоровья, нарушение поддерживаемых истцом близких семейных отношений с родственниками и другими членами семьи, лишение его возможности оказания необходимой им заботы и помощи, степень испытанных нравственных страданий.

В пункте 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.11.2011 № 17 «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве» также содержатся разъяснения, согласно которым при определении размера денежной компенсации морального вреда реабилитированному судам необходимо учитывать степень и характер физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, иные заслуживающие внимания обстоятельства, в том числе продолжительность судопроизводства, длительность и условия содержания под стражей, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, и другие обстоятельства, имеющие значение при определении размера компенсации морального вреда, а также требования разумности и справедливости. Мотивы принятого решения о компенсации морального вреда должны быть указаны в решении суда.

Судом из материалов дела установлено, что ДД.ММ.ГГГГ было возбуждено уголовное дело № по признакам преступления, предусмотренного пунктом «а» части 3 статьи 158 Уголовного кодекса Российской Федерации.

На основании рапорта от ДД.ММ.ГГГГ и справки от ДД.ММ.ГГГГ, составленных оперуполномоченным отдела уголовного розыска МО МВД России «Кудымкарский», ФИО1 стал подозреваться в совершении данного преступления.

На основании постановлений судей Кудымкарского городского суда Пермского края от ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ осуществлялись контроль и запись телефонных переговоров ФИО1 в течение 30 суток, 40 суток и 20 суток соответственно (всего 90 суток).

ДД.ММ.ГГГГ на основании постановления судьи Кудымкарского городского суда Пермского края от ДД.ММ.ГГГГ по адресу: <адрес>, с участием ФИО1 был произведен обыск в жилище. В этот же день с участием истца в доме его матери по адресу: <адрес>, был произведен осмотр места происшествия. При этом из объяснений истца и третьего лица ФИО5 судом установлено, что в протоколе осмотра места происшествия указан неверный адрес места происшествия (<адрес>).

ДД.ММ.ГГГГ на основании постановлений судьи Кудымкарского городского суда Пермского края от ДД.ММ.ГГГГ были произведены обыски в жилищах ФИО1 (<адрес>).

ДД.ММ.ГГГГ было возбуждено уголовное дело № по признакам преступления, предусмотренного пунктом «а» части 3 статьи 158 Уголовного кодекса Российской Федерации.

На основании справки оперуполномоченного отдела уголовного розыска МО МВД России «Кудымкарский» от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 также стал подозреваться в совершении данного преступления.

ДД.ММ.ГГГГ на основании постановлений судьи Кудымкарского городского суда Пермского края от ДД.ММ.ГГГГ вновь произведены обыски в жилище ФИО1 по адресу: <адрес>, и по адресу: <адрес>.

ДД.ММ.ГГГГ уголовные дела № и № соединены в одно производство, в этот же день в отношении истца избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, тогда же он допрошен в качестве подозреваемого.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 знакомился с постановлениями о назначении судебных экспертиз, с заключением экспертов, у него были отобраны экспериментальные образцы следов пальцев рук и ладоней.

ДД.ММ.ГГГГ мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении в отношении ФИО1 была отменена.

ДД.ММ.ГГГГ истец был ознакомлен с постановлениями о назначении судебных экспертиз, тогда же ему было предъявлено обвинение в совершении преступлений, предусмотренных пунктом «а» части 3 статьи 158, пунктом «а» части 3 статьи 158 Уголовного кодекса Российской Федерации, и он был допрошен в качестве обвиняемого, в отношении него вновь была избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 был ознакомлен с заключениями экспертов, ДД.ММ.ГГГГ он знакомился с материалами уголовного дела.

В связи с возвращением прокурором уголовного дела для производства дополнительного следствия и устранения выявленных нарушений ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 был ознакомлен с материалами дела, ДД.ММ.ГГГГ ему была вручена копия обвинительного заключения по уголовному делу.

Приговором Кудымкарского городского суда Пермского края от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 признан виновным в совершении двух преступлений, предусмотренных пунктом «а» части 3 статьи 158 Уголовного кодекса Российской Федерации, ему назначено наказание в виде лишения свободы сроком на 2 года за каждое, в соответствии с частью 3 статьи 69 Уголовного кодекса Российской Федерации по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний окончательно к отбытию ему назначено 2 года 6 месяцев лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима, в отношении него мера пресечения с подписки о невыезде и надлежащем поведении до вступления приговора в законную силу была изменена на заключение под стражу, он был взят под стражу в зале суда.

Апелляционным приговором судебной коллегии по уголовным делам Пермского краевого суда от ДД.ММ.ГГГГ приговор Кудымкарского городского суда Пермского края от ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО1 отменен, он признан невиновным в совершении двух преступлений, предусмотренных пунктом «а» части 3 статьи 158 Уголовного кодекса Российской Федерации, оправдан по указанному обвинению по основанию, предусмотренному пунктом 1 части 1 статьи 27 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, в связи с непричастностью к совершению данных преступлений, в отношении ФИО1 мера пресечения в виде заключения под стражу отменена, он был освобожден из-под стражи немедленно, за ним признано право на реабилитацию.

Кассационным определением судебной коллегии по уголовным делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции от ДД.ММ.ГГГГ апелляционный приговор судебной коллегии по уголовным делам Пермского краевого суда от ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО1 оставлен без изменения.

Учитывая, что истец был оправдан по обвинению в совершении вышеуказанных преступлений в связи с непричастностью к их совершению, за ним было признано право на реабилитацию, то факт незаконного уголовного преследования в отношении истца дает ему право на взыскание компенсации морального вреда.

Доводы ответчика и представителя третьих лиц ФИО4 о недоказанности истцом факта причинения нравственных и физических страданий в результате незаконного уголовного преследования основаны на ошибочном толковании положений материального закона, поскольку, безусловно, лица, подвергшиеся незаконному уголовному преследованию, испытывают нравственные страдания, в связи с чем факт причинения им морального вреда предполагается.

При определении размера компенсации морального вреда суд исходит из фактических обстоятельств дела, объема и характера проведенных в рамках предварительного расследования следственных действий в отношении истца до допроса его в качестве подозреваемого (осуществление контроля и записи телефонных переговоров истца в течение 90 суток, 5 обысков в жилище, проведение осмотра места происшествия в доме его матери), длительности уголовного преследования в отношении истца (7 месяцев 30 дней с момента допроса его в качестве подозреваемого и избрания в отношении него меры пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении (ДД.ММ.ГГГГ) до отмены ДД.ММ.ГГГГ приговора суда в отношении него, признания его невиновным в совершении преступлений, оправдания его по предъявленному обвинению и признания за ним права на реабилитацию), тяжесть предъявленного истцу обвинения в совершении двух преступлений, отнесенных уголовным законом к категории тяжких, объема и времени иных следственных и процессуальных действий с участием истца, срока избрания в отношении него меры пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ и с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, срока заключения его под стражу с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, основания прекращения уголовного преследования (непричастность к совершению преступлений), индивидуальных особенностей истца, его возраста (<данные изъяты> лет на момент уголовного преследования), состояния его здоровья, наличия у него заболевания «эпилепсия», длительности нахождения его в психотравмирующей ситуации, степень и глубину его нравственных переживаний, объема негативных последствий, связанных с незаконным уголовным преследованием, а также требований разумности и справедливости.

При этом в соответствии с заключением специалиста ФИО6 (педагога-психолога высшей категории, психолога-эксперта) проведено психологическое исследование личности ФИО1, актуальное состояние крайне неблагополучное, настроение резко сниженное до степени депрессивного, у него наблюдается раздражительная слабость, выраженная импульсивность, нервное перенапряжение вызывает мучительное чувство собственного бессилия, ипохондричность, уровень актуальной тревоги очень высокий, соматизация тревоги, находится под воздействием продолжающейся для него стрессовой ситуации, испытывает мучительное чувство собственного бессилия, нервное истощение привело к тому, что любое волнение воспринимается им как мучительное и удручающее и какие-либо дальнейшие требования к нему стали невыносимыми, чувствует себя жертвой, не знает, как дальше жить, потерян смысл жизни; индивидуально-личностные его особенности: ранимость, обидчивость, упрямство, повышенная внутренняя агрессивность, низкая стессоустойчивость, самооценка резко снижена, идеи неполноценности, иррациональность, индивидуальность подхода к решению проблем; своеобразие, иногда непонятность логики мышления, трудности в социальной адаптации, а также замедление ассоциативного процесса, расплывчатость суждений и импульсивные черты в характере; индивидуально-личностные особенности ФИО1 и крайне неблагополучное психоэмоциональное состояние со склонностью «застревать» на уже пережитых событиях уголовного преследования и лишения свободы резко снизили у испытуемого качество и безопасность жизни, отразились на его основных показателях психического состояния и в целом здоровья; ФИО1, имея тяжелый психиатрический диагноз «эпилепсия», был подвергнут длительному стрессу (с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ), нуждается в реабилитационной (медицинской и психологической) помощи.

Неправильное указание фамилии истца (ФИО15) в данном заключении в исследовательской части и в ответах на вопросы №№ и № является опиской и не ставит под сомнение проведение психологического исследования личности именно в отношении ФИО1, о чем указано в описательной части заключения специалиста.

Указанное заключение специалиста суд принимает в качестве допустимого доказательства по делу и учитывает при определении размера компенсации морального вреда.

При этом факт уголовного преследования негативно повлиял на личную и семейную жизнь истца, лишил его в период содержания под стражей возможности общения с близкими и возможности продолжать привычный образ жизни, поскольку из объяснений истца, показаний свидетелей ФИО8, ФИО9, протоколов допроса ФИО1 судом установлено, что истец проживал по адресу: <адрес>, с ФИО7 без регистрации брака и периодически с биологическим сыном ФИО8, отцовство в отношении которого им не установлено.

Кроме того при определении размера денежной компенсации морального вреда в качестве заслуживающих внимание обстоятельств суд учитывает личность истца, официально нетрудоустроенного, не занимавшегося какой-либо профессиональной деятельностью, не являвшегося публичной личностью, неоднократное привлечение его ранее к уголовной ответственности и неоднократное отбывание им наказания в виде лишения свободы. Само по себе погашение судимостей не влечет невозможность учета их в качестве обстоятельств, заслуживающих внимание, поскольку они характеризуют личность истца.

Между тем при определении размера компенсации морального вреда суд не может принять во внимание доводы ФИО1 об ухудшении его состояния здоровья в период уголовного преследования, бессонницы свыше года, наисильнейшей депрессии, изменения в худшую сторону отношения к нему соседей в связи с проведением обысков в жилище.

В соответствии с картами вызова скорой медицинской помощи от ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ бригадой скорой медицинской помощи ФИО1 была оказана медицинская помощь, ему установлены диагнозы «<данные изъяты>».

Из медицинской карты пациента, получающего медицинскую помощь в амбулаторных условиях, ФИО1 усматривается, что с ДД.ММ.ГГГГ он страдает <данные изъяты>, с этого времени у него наблюдались припадки, периодически он обращался за медицинской помощью, в том числе с жалобами на головные боли.

Таким образом, из представленных медицинских документов не усматривается наличия причинно-следственной связи между обострением имевшегося заболевания у истца и уголовным преследованием. Обращения истца за медицинской помощью наблюдались до уголовного преследования. Учитывая возраст истца (в настоящее время <данные изъяты> лет), прохождение им лечения с ДД.ММ.ГГГГ у врача-невролога, прийти к однозначному выводу о том, что в период уголовного преследования у него ухудшилось состояние здоровья, невозможно.

Доказательств, отвечающих требованиям относимости и допустимости, предусмотренных статьями 59 и 60 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, в подтверждение у истца бессонницы свыше года и наисильнейшей депрессии, изменения в худшую сторону отношения к нему соседей в связи с проведением обысков в жилищах суду не представлено.

Суд находит, что восприятие истца отношения к нему соседей после проведения обысков в жилищах, как изменившихся в худшую сторону, является его субъективным мнением. При этом допрошенные судом свидетели ФИО8, ФИО9 показали, что об изменении отношения соседей к истцу знают со слов истца. Показания свидетеля ФИО10 о том, что в его присутствие одно лицо не поздоровалось со ФИО1, с достоверностью не подтверждают изменения отношения данного лица к ФИО1 в связи с проведением следственных действий, конкретных лиц, которые стали негативно относится к истцу, данный свидетель указать не мог.

Доводы истца о том, что его мать умерла, не узнав, что он оправдан по предъявленному обвинению, также не могут быть приняты во внимание при определении размера компенсации морального вреда, так как до смерти матери (ДД.ММ.ГГГГ) истец не имел статуса подозреваемого, уголовное преследование в отношении него не осуществлялось, по уголовному делу лишь проводились следственные действия, в связи с чем матери истца достоверно не было известно о том, что истец подозревается или обвиняется в совершении преступления.

Доказательств того, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 был трудоустроен, вынужден был уволиться в связи с избранием в отношении него ДД.ММ.ГГГГ меры пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, истцом суду не представлено.

Утверждения истца о том, что в следственном изоляторе ему не предоставлялись лекарственные препараты, их принес ему сын, опровергаются имеющейся в материалах дела информацией филиала Медицинской части № Федерального казенного учреждения здравоохранения МСЧ-59 Федеральной службы исполнения наказаний России о том, что за время содержания в учреждении с ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 постоянно принимал противосудорожные препараты по 1 таблетке 1-2 раза в день в зависимости от самочувствия.

Передача истцу ФИО8 медикаментов в следственный изолятор не противоречит требованиям статьи 25 Федерального закона от 15.07.1995 № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», в соответствии с которой администрация места содержания под стражей получает медикаменты для подозреваемых и обвиняемых, рекомендованные им по заключению врача.

При этом суд отмечает, что в случае нарушения прав истца ненадлежащими условиями содержания под стражей его права подлежат защите в ином предусмотренном законом порядке.

Доводы истца о том, что он 75 дней находился в следственном изоляторе в условиях, сравнимых с изоляцией в исправительной колонии строгого режима, не основаны на нормах права и не подлежат учету при определении размера компенсации морального вреда.

Условия отбывания лишения свободы в исправительных колониях строгого режима определены в статье 123 Уголовно-исправительного кодекса Российской Федерации. Условия содержания под стражей обвиняемых в совершении преступлений, в отношении которых в соответствии с Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации избрана мера пресечения в виде заключения под стражу, регулируются Федеральным законом от 15.07.1995 № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений». Из данных правовых актов следует, что условия отбывания лишения свободы в исправительных колониях строгого режима и содержания под стражей в следственном изоляторе не идентичны, условия содержания под стражей в следственном изоляторе менее строгие (количество посылок, свиданий, право использования личных вещей и другое). С учетом изложенного положения статьи 72 Уголовного кодекса Российской Федерации о зачете наказания, на что ссылается представитель истца, не свидетельствуют о том, что условия содержания ФИО1 под стражей в следственном изоляторе соответствовали условиям отбывания лишения свободы в исправительных колониях строгого режима.

Учитывая вышеизложенное, суд определяет размер компенсации морального вреда, подлежащей взысканию в пользу истца с Российской федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации, в размере 500 000 рублей. Предъявленная истцом сумма ко взысканию в размере 1 200 000 рублей является чрезмерно завышенной и фактического обоснования не имеет.

Руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

исковые требования ФИО1 удовлетворить.

Взыскать с Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации (ИНН <данные изъяты>) за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО1 (ИНН <данные изъяты>) компенсацию морального вреда в размере 500 000 рублей.

Решение может быть обжаловано в апелляционную инстанцию Пермского краевого суда через Кудымкарский городской суд в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Судья – Л.В. Гуляева

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>