Судья Духновская З.А. Дело <данные изъяты>
<данные изъяты>
АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ
г.Красногорск Московской области 29 сентября 2023 года
Судебная коллегия по уголовным делам Московского областного суда в составе: председательствующего судьи Коваленко Т.П.,
судей Ляхович М.Б., Яковлева В.Н.,
при помощниках судьи Пашигоревой О.В., Балуеве Д.В.,
с участием:
прокурора апелляционного отдела прокуратуры <данные изъяты> Фоменко Ю.В.,
осужденного ФИО1,
его защитников – адвокатов Тимониной Л.В., Жеребко С.В.,
представителя потерпевшего М. – адвоката М.,
рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционному представлению заместителя О. городского прокурора Дяковой Е.В., дополнительному апелляционному представлению первого заместителя О. городского прокурора Логиновой Е.В. и апелляционной жалобе адвокатов Тимониной Л.В. и Жеребко С.В. в интересах осужденного ФИО1 на приговор О. городского суда <данные изъяты> от <данные изъяты>, которым
ФИО1 ч, родившийся <данные изъяты> в <данные изъяты>, гражданин РФ, ранее не судимый,
осужден по п. «б» ч.4 ст.264 УК РФ с применением ст.64 УК РФ к 3 годам лишения свободы, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортным средством сроком 2 (два) года, с отбыванием наказания в колонии - поселении.
В соответствии со ст.75.1 УИК РФ осужденному ФИО1 определен самостоятельный порядок следования к месту отбывания наказания и возложена обязанность после вступления приговора в законную силу явиться в Управление федеральной службы исполнения наказания России по <данные изъяты> для получения предписания о направлении к месту отбывания наказания.
Мера пресечения ФИО1 в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении до вступления приговора в законную силу оставлена без изменения, после прибытия в колонию-поселение меру пресечения в отношении ФИО1 в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, постановлено отменить.
Срок отбывания наказания ФИО1 исчислен со дня его прибытия к месту отбывания наказания и постановки на учет.
Гражданский иск удовлетворен. Взыскано с <данные изъяты> в пользу М. <данные изъяты> рублей.
Приговором разрешена судьба вещественных доказательств.
Заслушав доклад судьи Ляхович М.Б.,
мнение прокурора Фоменко Ю.В. об изменении приговора по доводам дополнительного апелляционного представления,
объяснения осужденного ФИО1 и его защитников – адвокатов Тимониной Л.В., Жеребко С.В., поддержавших доводы апелляционной жалобы адвокатов,
мнение представителя потерпевшего М. – адвоката М., согласившегося с мнение прокурора о чрезмерной мягкости приговора суда,
судебная коллегия
УСТАНОВИЛ
А:
ФИО1 признан виновным и осужден за совершение лицом, управляющим автомобилем, нарушения правил дорожного движения, повлекшего по неосторожности смерть человека, если оно сопряжено с оставлением места его совершения.
Преступление совершено <данные изъяты> в О. городском округе <данные изъяты> в отношении потерпевшего М. при обстоятельствах, изложенных в приговоре суда.
Допрошенный в судебном заседании ФИО1 вину признал частично, не отрицал, что покинул место ДТП, при этом отрицал виновность в совершении инкриминируемого преступления,
В апелляционном представлении заместитель О. городского прокурора Дякова Е.В. просит об отмене приговора суда и направлении уголовного дела на новое рассмотрение в тот же суд в ином составе.
Указывает, что в описательно–мотивировочной части приговора суд признал обстоятельством, смягчающим наказание ФИО1, - наличие противоправного поведения потерпевшего М. Однако, в нарушение ст. 297 УПК РФ и п.п. 18, 19 постановления Пленума ВС РФ от <данные изъяты> <данные изъяты> «О судебном приговоре», не указывал об этом при описании совершенного ФИО1 преступного деяния.
Кроме того, мотивируя свой вывод о виновности ФИО1, суд сослался в описательно-мотивировочной части приговора, в том числе, и на показания свидетелей из числа сотрудников полиции, которые, в части фактических обстоятельств совершенного ФИО1 преступления, являются недопустимым доказательством.
Поскольку по смыслу закона, сотрудники органов внутренних дел могут быть допрошены только по обстоятельствам проведения того или иного следственного действия при решении вопроса о допустимости доказательства, а не в целях выяснения показаний допрошенного лица. Показания этой категории свидетелей относительно сведений, о которых им стало известно из бесед либо во время допроса подозреваемого или обвиняемого, или во время производства следственных действий (осмотра мест происшествия) не могут быть использованы в качестве доказательств виновности осужденного.
В связи с изложенным, из приговора подлежит исключению ссылка, как на доказательство виновности ФИО1 на показания свидетелей З., Б. и М. в части обстоятельств совершенного осужденным ФИО1 преступления, что не повлияет на общий вывод о доказанности виновности ФИО1, который подтверждается другими исследованными доказательствами, отраженными в приговоре, и надлежаще оцененными судом.
Кроме того, считают, что ФИО1 назначено чрезмерно мягкое наказание, которое не соответствует тяжести и общественной опасности содеянного, и противоречит задачам и целям уголовного наказания. В связи с чем согласно ч. 2 ст. 389.18 УПК РФ приговор является несправедливым.
Ссылаясь на характер и степень общественной опасности совершенного ФИО1 преступления, конкретные обстоятельства дела, автор представления считает, что назначенное наказание не восстанавливает социальную справедливость и не может служить цели исправления и перевоспитания осужденного, то есть противоречит требованиям ч. 2 ст. 43 УК РФ. Оспаривает законность применения судом правил ст. 64 УК РФ, ссылаясь на то, что в результате действий ФИО1 причинен тяжкий вред здоровью М. и в следствие чего наступила его смерть, при этом ФИО1 после произошедшего дорожно-транспортного происшествия, виновником которого он явился, скрылся с места происшествия.
Считает, что цели наказания могут быть достигнуты исключительно при условии назначения ФИО1 наказания в виде реального лишения свободы, в пределах санкции п. «б» ч. 4 ст. 264 УК РФ.
Обращает внимание судебной коллегии на тот факт, что суд, признав ФИО1 виновным в совершении преступления, предусмотренного п. «б» ч. 4 ст. 264 УК РФ и отнесенного уголовным законом к категории тяжких преступлений, назначил ему наказание в виде реального лишения свободы, при этом, определив место отбывания наказания в колонии-поселения. При этом обосновывая свое решение, суд в описательно-мотивировочной части приговора указывает на совершение ФИО1 преступления средней тяжести, что не соответствует действительности.
Отмечает, что последствия совершенного ФИО1 преступления невосполнимы и не исправимы, результат его преступных действий – смерть человека, наступившая от последствий в виде тяжких телесных повреждений, а именно тупой сочетанной травмы тела, с множественными переломами костей скелета, которая обусловила развитие жировой эмболии легких (угрожающего для жизни состояния).
Считает, что конкретные обстоятельства дела, характер и степень общественной опасности содеянного, данные о личности, в совокупности являются основанием для определения отбывания наказания ФИО1 в исправительной колонии общего режима.
К тому же, согласно описательно-мотивировочной части приговора, судом при назначении наказания ФИО1 в качестве смягчающего наказания обстоятельства признано и учтено: отсутствие судимостей, что является излишним и необоснованным.
В дополнительном апелляционном представлении первый заместитель О. городского прокурора Логинова Е.В., не поддерживая доводы об отмене приговора суда, просит приговор суда изменить, исключить из описательно–мотивировочной части приговора обстоятельство, смягчающее наказание ФИО1, - наличие противоправного поведения потерпевшего М., усилить назначенное наказание. Исключить ссылку как на доказательство виновности ФИО1 на показания свидетелей З., Б. и М. в части обстоятельств совершенного осужденным ФИО1 преступления. Исключить из описательно–мотивировочной части приговора смягчающее наказание обстоятельство - отсутствие судимостей. Назначить ФИО1 наказание в соответствии с санкцией ст. 264 ч.4 п. «б» УК РФ, усилить назначенное наказание, определив местом отбывания наказания – исправительную колонию общего режима.
В апелляционной жалобе адвокаты Тимонина Л.В. и Жеребко С.В. в интересах осужденного ФИО1 указывают о незаконности, необоснованности и несправедливости приговора суда.
Считаем, что ФИО1 в неосторожном наезде на водителя - пешехода потерпевшего М. не виновен. Со стороны водителя ФИО1 никаких нарушений правил дорожного движения не допущено. Обвинительный приговор построен на домыслах и недопустимых доказательствах. Уголовное дело рассмотрено с обвинительным уклоном, следствие проведено не полно. Доказательства, представленные суду стороной обвинения, не выдерживают критики, они противоречивы, надуманы, сомнительны и бездоказательны. В приговоре не отражены обстоятельства, которые могли существенно повлиять на его выводы.
Ссылаясь на то, что ФИО1 с момента ДТП и до настоящего времени утверждал и утверждает, что потерпевшего - водителя М. он перед своим автомобилем не видел, и каждый участник движения рассчитывает на определенное поведение другого лица и в соответствий с этим координирует свой действия, то есть действует в соответствии с п. 1.3 и п. 1.5 ПДД, которые должен знать не только осужденный ФИО1, но и потерпевший - водитель М., который, выйдя из своего автомобиля, став пешеходом, грубо нарушил правила дорожного движения (пункт 5.1 ПДД). ФИО2 двигаясь на своем автомобиле не мог предвидеть, что водитель М., выйдя из своего автомобиля будет ходить по проезжей части, чтобы сделать замечание о нарушении водителями правил дорожного движения.
Считают, что вина ФИО1 в нарушении пунктов ПІДД 1.3, 1.5, 8.1, 10.1,2.6 не нашла своего подтверждения. Напротив наезд на потерпевшего произошел в результате грубейшего нарушения правил дорожного движения самим потерпевшим, который будучи водителем грузового автомобиля, вышел из своей машины и не удостоверившись в безопасности движения, как пешехода, направился по проезжей части дороги, где нет перехода, к автомобилю под управлением ФИО1
Противоправность поведения пострадавшего М. установлена судом как смягчающее обстоятельство.
Судебное следствие фактически не проведено. В приговоре перечислены доказательства, которые изложены в обвинительном заключении, в той же последовательности и даже с теми же ошибками. (<данные изъяты> Анализ доказательств дан избирательно, с обвинительным уклоном, показания изложены не полно, с искажением смысла. Доводы защиты и показания подсудимого оценки не получили. Доказательства, полученные с нарушением закона, признаны судом допустимыми.
Показания ФИО1 в приговоре изложены в сокращенной форме, с грамматическими ошибками, и не соответствуют тем, что были даны в судебном заседании.
Излагая содержание доказательств, защитники подробно указывают на имеющиеся в доказательствах противоречия, а также несостоятельность доводов суда в части оценки этих доказательств.
Высказывают сомнения в правильности лечения М. и отсутствии у защиты возможности поставить соответствующие вопросы перед экспертом, так как в нарушение требований ст. 195, 198 УПК РФ с постановлением о назначении судебно-медицинской экспертизы и её заключением была ознакомлена одновременно, что является грубым нарушением прав, Считают, что это также свидетельствует о недопустимости доказательств, поскольку порядок проведения экспертизы был нарушен и она была проведена до возбуждения уголовного дела в нарушение п.9 постановления Пленума Верховного суда от <данные изъяты> N 28 «0 судебной экспертизе по уголовным делам».
Обращают внимание на то, что развившееся у потерпевшего осложнение не всегда приводит к летальному исходу. Вопрос о правильном лечении потерпевшего судом не исследован. В удовлетворении соответствующих ходатайств отказано. Сомнения не устранены.
Считают недопустимыми доказательствами: протокол проверки показаний на месте и следственный эксперимент, т.к. получены и проведены с нарушением требований ст. ст.75, 164,166,181, 194 УПК РФ, и права ФИО1 на защиту.
Защита обращает внимание, что уголовное дело в отношении ФИО1 возбуждено <данные изъяты>. <данные изъяты> ФИО1 допрошен в качестве свидетеля, где предупрежден об уголовной ответственности по ст.307,308 УК РФ, чем грубо нарушен УПК РФ.
Обращает внимание на то, что указание о наличии в машине зеркала, используемого для обзора перед пешеходным переходом, не относится к произошедшим событиям, поскольку на месте ДТП отсутствует пешеходный переход и ФИО1 не предвидел и не мог предвидеть, что на проезжей части, почти вплотную у кабины его машины, внезапно, появится пешеход. Его внимание было сосредоточено на светофор и на совершение манёвра. При этом судом не учтена длительность сигналов светофора.
Необоснованно отказано в удовлетворении ходатайств защиты об исключении доказательств и назначении авто-технической экспертизы. При этом оставлены без внимания разъяснения, содержащиеся в постановлении Пленума Верховного Суда РФ «О судебной практике по делам о преступлениях, связанных с нарушением правил дорожного движения».
Судом не проверены и не опровергнуты доводы защита о том, что водитель ФИО2 не имел технической возможности предотвратить наезд, а потерпевший с правовой точки зрения не имел права выходить из своего автомобиля, поскольку не убедился в безопасности своего поступка, а также не подтверждено наличие причинно-следственной связи. При отсутствии в действиях состава преступления, полагают, что за оставление места происшествия может быть привлечен к административной ответственности с учетом сроков привлечения.
Обращают внимание на водительский стаж ФИО1 и отсутствие у него нарушений, организация <данные изъяты> в которой работает ФИО2 в счет возмещения материального и морального вреда произвела все необходимые выплаты потерпевшей стороне, а ФИО1 сделал перечисление денежных средств на счет своей организации.
Признав смягчающим обстоятельством нарушение потерпевшим М. правил дорожного движения, суд это не учел при определении размера компенсации морального вреда, и вопреки положений ст. 1079, ст.1083 ГК РФ не уменьшил размер компенсации.
Ссылаясь на положения ст. 14 УПК РФ указывают о необходимости истолкования всех сомнений в пользу обвиняемого.
Просят приговор отменить и вынести оправдательный приговор.
В возражениях на апелляционное представление осужденный и его защитники указывают об отсутствии оснований для его удовлетворения.
Проверив материалы дела, выслушав участников процесса, обсудив доводы апелляционного представления, дополнения к нему и апелляционной жалобы, судебная коллегия приходит к следующим выводам.
Согласно ч.2 ст.297 УПК РФ приговор суда признается законным, обоснованным и справедливым, если он основан на правильном применении уголовного закона и постановлен в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона.
Между тем, данные требования закона, судом первой инстанции не выполнены.
Органами предварительного расследования и судом при рассмотрении настоящего уголовного дела допущены существенные нарушения требований уголовно-процессуального закона, повлиявшие на исход дела, что, в соответствии с ч.1 ст.389.17 УПК РФ является основанием для отмены приговора суда.
Так, в соответствии с ч.3 ст.389.22 УПК РФ обвинительный приговор суда первой инстанции подлежит отмене с возвращением уголовного дела прокурору, если при рассмотрении уголовного дела в апелляционном порядке будут выявлены обстоятельства, указанные в ч. 1 ст. 237 УПК РФ.
В соответствии с п.1 ч.1 ст.237 УПК РФ судья по ходатайству стороны или по собственной инициативе возвращает уголовное дело прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом, в частности, если обвинительное заключение составлено с нарушением требований уголовно-процессуального закона, что исключает возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения на основе данного заключения.
Согласно п. 3 ч. 1 ст. 220 УПК РФ в обвинительном заключении должны быть указаны существо обвинения, место и время совершения преступления, его способы, мотивы, цели, последствия и другие обстоятельства, имеющие значение для данного уголовного дела.
По смыслу закона, обвинительное заключение, как и все другие процессуальные акты, в соответствии с требованиями, предусмотренными ч.4 ст. 7 УПК РФ, должно быть законным, обоснованным и мотивированным.
Обвинительное заключение признается составленным в соответствии с требованиями УПК РФ, если выводы, изложенные в нем, соответствуют фактическим обстоятельствам расследованного преступления, подтверждаются объективными доказательствами, полученными в порядке, предусмотренном уголовно-процессуальным законом. Изложенные в описательной части обвинительного заключения доказательства подтверждают событие преступления и его состав, а также виновность подсудимого в совершении преступления.
В соответствии с разъяснениями, изложенными в постановлении Пленума Верховного Суда РФ от <данные изъяты> N 23 «О практике рассмотрения судами гражданского иска по уголовному делу» разрешая по уголовному делу иск о компенсации потерпевшему причиненного ему преступлением морального вреда, суд руководствуется положениями статей 151, 1099, 1100, 1101 ГК РФ, в соответствии с которыми при определении размера компенсации морального вреда необходимо учитывать характер причиненных потерпевшему физических и (или) нравственных страданий, связанных с его индивидуальными особенностями, степень вины подсудимого, его материальное положение и другие конкретные обстоятельства дела, влияющие на решение суда по предъявленному иску. Во всех случаях при определении размера компенсации морального вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Если судом установлены факты противоправного или аморального поведения потерпевшего, явившегося поводом для преступления, то эти обстоятельства учитываются при определении размера компенсации морального вреда.
Судебная коллегия считает, что перечисленные нормы закона были нарушены, а имеющее в материалах дела обвинительное заключение составлено с нарушением требований УПК РФ, что исключает возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения на основе данного заключения.
Так, согласно обвинительному заключению «ФИО1 <данные изъяты>, около 20 часов 35 минут, управляя технически исправным автомобилем <данные изъяты> государственный регистрационный знак <данные изъяты>, в составе полуприцепа <данные изъяты> государственный регистрационный знак <данные изъяты>, двигался по автодороге <данные изъяты> городском округе <данные изъяты>, двигаясь в направлении <данные изъяты>, в районе <данные изъяты> метров, где, проявив преступную неосторожность, в нарушении требований пунктов Правил дорожного движения РФ, утвержденных постановлением Совета Министров-Правительства РФ от <данные изъяты> <данные изъяты>, а именно в нарушение п.1.3, согласно которого: «Участники дорожного движения обязаны знать и соблюдать относящиеся к ним требования Правил, сигналов светофоров, знаков и разметки, а так же выполнять распоряжения регулировщиков, действующих в пределах предоставленных им прав и регулирующих дорожное движение установленными сигналами», не соблюдал относящиеся к нему требования ПДД РФ; в нарушение п.1.5, согласно которого: «Участники дорожного движения должны действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда», не действовал таким образом; в нарушение п. 8.1 ПДД РФ, согласно которого: «Перед началом движения, перестроением, поворотом (разворотом) и остановкой водитель обязан подавать сигналы световыми указателями поворота соответствующего направления, а если они отсутствуют или неисправны – рукой. При выполнении маневра не должны создаваться опасность для движения, а также помехи другим участникам дорожного движения», при начале движения и выполнении маневра – поворота направо, создал опасность для движения другому участнику дорожного движения – пешеходу М.; в нарушение п. 10.1, согласно которого: «Водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения. Скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил. При возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства», выбрал скорость, не обеспечивающую возможность постоянного контроля за движением транспортного средства, не убедился в безопасности своего движения, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности должен был и мог предвидеть эти последствия, в силу совокупности допущенных нарушений, совершил наезд на пешехода М., переходившего проезжую часть слева направо относительно движения автомобиля.
После чего, в нарушение п. 2.6 ПДД РФ, согласного которого «…если в результате дорожно-транспортного происшествия погибли или ранены люди, водитель, причастный к нему, обязан: принять меры для оказания первой помощи пострадавшим, вызвать скорую медицинскую помощь и полицию; в экстренных случаях отравить пострадавших на своём транспортном средстве в ближайшую медицинскую организацию, сообщить свою фамилию, регистрационный знак транспортного средства (с предъявлением документа, удостоверяющего личность, или водительского удостоверения и регистрационного документа на транспортное средство) и возвратиться к месту происшествия; освободить проезжую часть, если движение других транспортных средств невозможно, предварительно зафиксировав, в том числе средствами фотосъемки или видеозаписи, положение транспортных средств по отношению друг к другу и объектами дорожной инфраструктуры, следы и предметы, относящиеся к происшествию, и принять все возможные меры к их сохранению и организации объезда места происшествия; записать фамилии и адреса очевидцев и ожидать прибытия сотрудников полиции», скрылся с места совершения дорожно-транспортного происшествия.
В результате неосторожных преступных действий водителя ФИО1, согласно заключения эксперта <данные изъяты> от <данные изъяты>, пешеходу М. были причинены телесные повреждения в виде: …..
Тупая сочетанная травма тела, с множественными переломами костей скелета, обусловила развитие жировой эмболии легких (угрожающего для жизни состояния) и по этому квалифицирующему признаку расценивается как повреждение, причинившее тяжкий вред здоровью человека (согласно пункту 6.2.8. «Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причинившего здоровью человека», утвержденных приказом Минздравсоцразвития РФ от 24.04.2008г).
Смерть М. наступила <данные изъяты> в <данные изъяты> от тупой сочетанной травмы тела с множественными переломами костей скелета, осложнившейся жировой эмболией сосудов легких и почек сильной степени.
Таким образом, между повреждениями, причинившими тяжкий вред здоровью человека и наступлением смерти, имеется прямая причинно-следственная связь.»
В судебном заседании судом было установлено, что поведение потерпевшего было противоправным и это обстоятельство признано судом, смягчающим наказание.
Вместе с тем описание преступного деяния не содержит описания действий потерпевшего М., как участника дорожного движения (водителя и пешехода), не изложено соответствовало ли поведение потерпевшего М. требованиям ПДД РФ и как оно повлияло на произошедшее ДТП и его последствия.
При отсутствии в описании преступного деяния, инкриминируемого ФИО1, сведений о том, какие действия были совершены до и в момент ДТП потерпевшем М. и соблюдались ли им при этом требования ПДД РФ, суд лишен возможности постановить по делу приговор или вынести иное решение на основе данного заключения.
Вместе с тем перечисленные вопросы имеют значение для данного уголовного дела, так как влияют, не только на вывод о виновности обвиняемого, но и на размер наказания и размер компенсации морального вреда, причиненного преступлением, и в соответствии с требованиями п. 3 ч. 1 ст. 220 УПК РФ должны быть указаны в обвинительном заключении.
Устранение перечисленных недостатков обвинительного заключения не входит в компетенцию суда, и может быть исправлены лишь органом предварительного расследования.
При таких обстоятельствах, судебная коллегия считает необходимым приговор, постановленный в отношении ФИО1, отменить, а уголовное дело в соответствии с п.1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ возвратить прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом.
После устранения нарушений требований УПК РФ, указанных в апелляционном определении, органам следствия необходимо решить вопрос о квалификации действий обвиняемого, исходя из положений Уголовного закона.
В связи с отменой приговора по процессуальным основаниям и возвращением уголовного дела прокурору, суд апелляционной инстанции не входит в обсуждение иных доводов, изложенных в апелляционных представления и жалобе, которые подлежат проверке в ходе предварительного расследования и нового судебного разбирательства.
Разрешая вопрос о мере пресечения в отношении ФИО1, судебная коллегия учитывает, что оснований для ее отмены либо изменения не имеется, в связи с чем мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении подлежит оставлению без изменения.
Руководствуясь ст. ст.389.13, 389.15, 389.17, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, судебная коллегия
ОПРЕДЕЛИЛА:
Приговор О. городского суда <данные изъяты> от <данные изъяты> в отношении ФИО1 ча отменить.
Возвратить уголовное дело в отношении ФИО1 ча О. городскому прокурору <данные изъяты> на основании п. «1» ч.1 ст. 237 УПК РФ.
Меру пресечения в отношении ФИО1 оставить прежней в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении.
Апелляционное представление прокурора и апелляционную жалобу адвокатов – удовлетворить частично, дополнительное апелляционное представление – оставить без удовлетворения.
Апелляционное определение может быть обжаловано в кассационную инстанцию в порядке, предусмотренном статьями 401.7 и 401.8 УПК РФ, через суд первой инстанции в течение 6 месяцев со дня вынесения апелляционного определения. Подсудимый вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.
Председательствующий Т.П. Коваленко
Судьи М.Б. Ляхович
В.Н. Яковлев