Решение по делу № 2А-2948/2023 от 06.12.2023 - о признании незаконным действий административного ответчика о признании незаконным решения, направлении для отбывания наказания за пределы региона проживания и присуждении компенсации.

УИД № 23RS0024-01-2022-000128-98

К делу № 2а-2948/2023г.

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Крымск, Краснодарского края 6 декабря 2023 года

Крымский районный суд Краснодарского края в составе:

председательствующего судьи Литвиненко Т.А.

при секретаре судебного заседания Щербатовой Н.А.

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по административному иску ФИО1 к Федеральной службе исполнения наказания России, Управлению Федеральной службы исполнения наказания России по Краснодарскому краю, Министерству Финансов России в лице управления Федерального казначейства по Краснодарскому краю о признании незаконным действий административного ответчика о признании незаконным решения, направлении для отбывания наказания за пределы региона проживания и присуждении компенсации.

УСТАНОВИЛ

ФИО1 обратилась в суд с административным иском к Федеральной службе исполнения наказания России, Управлению Федеральной службы исполнения наказания России по Краснодарскому краю, Министерству Финансов России в лице управления Федерального казначейства по Краснодарскому краю о признании незаконным решения о направлении для отбывания наказания за пределы региона проживания и присуждении компенсации.

Свои требования мотивирует тем, что приговором Крымского районного суда Краснодарского края от 07 ноября 2019 года была признана виновной в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30, ч. 4 ст. 159 УК РФ и ей назначено наказание в виде лишение свободы на три года с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима. После оглашения приговора она была доставлена в ФКУ СИЗО-3 УФСИН России по Краснодарскому краю.11.06.2020 после вынесения апелляционного определения приговор от 07 ноября 2019 года вступил в законную силу.

Далее указывает, что 20.07.2020 года из ФКУ СИЗО № 3 УФСИН России по Краснодарскому краю она была эпатирована в ФКУ ИК № 8 УФСИН России по Костромской области для отбывания наказания. Извещения о месте отбывания наказания в колонии в ФКУ СИЗО № 3 УФСИН России по Краснодарскому краю ей вручено не было.

Далее указывает, что согласно ответа из ГУФСИН России по Краснодарскому краю от 07.04.2021 года № ОГ-23/ТО/15-584 она была направлена по указанию ФСИН России в распоряжение УФСИН России по Костромской области в связи с тем, что на территории Краснодарского края отсутствуют исправительные учреждения для отбывания наказания осужденных - бывших сотрудников правоохранительных органов.

Далее истица утверждает, что отправляя ее для отбывания наказания за переделы субъекта РФ за 1784 км. от места проживания семьи ФИО1 ФСИН России не рассматривал аргументы, касающиеся права на уважение семейной жизни, ограничившись констатацией того, что на территории Краснодарского края отсутствуют исправительные учреждения для отбывания наказания осужденными-бывшими сотрудниками правоохранительных органов, что является так же нарушением ст.13 Конвенции о защите прав и основных свобод человека, в связи с отсутствием эффективного внутринационального средства правовой защиты против подобного нарушения права на уважение семейной жизни.

Далее указывает, что направление её в другой субъект РФ в отличие от других осужденных, отбывающих наказание на территории субъекта РФ, в котором они проживали или были осуждены, является дискриминацией по отношению к ней, истице, особенно, как к матери-одиночке единственного родителя в неполной семьей для её малолетней дочери Гречко М.С. – ДД.ММ.ГГГГ года рождения и престарелой матери Гречко К.И. – ДД.ММ.ГГГГ года рождения, запрещенное статьей 14 Конвенции о защите прав и основных свобод человека.

Считает, что направление ФСИН России её в ИК -8 УФСИН России по Костромской области более чем за 1784 км. от места жительства её семьи привело к разрыву семейных уз и страданиям, ФИО1, как матери и ее малолетней дочери Мираславы – ДД.ММ.ГГГГ года рождения для которой она-истица является единственным родителем, а также привело к страданиям её смой, истицы и и ее престарелой матери Гречко К.И. – ДД.ММ.ГГГГ года рождения, которые не имели возможности на длительные и краткосрочные свидания из-за дальнего расстояния от их места жительства, что является нарушением ст. 8,14 Конвенции, а также нарушении ст. 13 Конвенции утверждающей, что «каждый, чьи права и свободы признанные в Конвенции нарушены, имеют право на эффективное средство правой защиты в государственном органе, даже если это нарушение было совершено лицами, действовавшими в официальном качестве». Утверждает, что отправляя её-истицу для отбывания наказания за пределы субъекта РФ ФСИН России нарушили указанную ст. 8 Конвенции, и не обеспечили правовую защиту ее прав и свобод, предусмотренных Конвенцией о защите прав человека и основных свобод.

Таким образом, указанное распоряжение Правительства Российской Федерации подтверждает довод ФИО1, что направление ФСИН России, её, осужденной в ИК -8 УФСИН России по Костромской области более чем за 1784 км. от места жительства семьи ФИО1 привело к разрыву семейных уз и социально полезных связей, в том числе доступности места отбывания наказания для родственников.

Далее указывает, что направление ФСИН России осужденной ФИО1 в ИК -8 УФСИН России по Костромской области более чем за 1784 км. от места жительства семьи ФИО1 привело к разрыву семейных уз и страданиям, её истицы, как матери, и ее малолетней дочери Мираславы – ДД.ММ.ГГГГ года рождения, для которой ФИО1 является единственным родителем, а также привело к ее страданиям и страданиям ее престарелой матери Гречко К.И. – ДД.ММ.ГГГГ года рождения, которые не имели возможности на длительные и краткосрочные свидания причинению лишений и страданиям в более высокой степени, чем тот уровень страданий, который неизбежен при лишении свободы из-за дальнего расстояния от их места жительства.

В соответствии со статьей 17 Конституции Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с настоящей Конституцией. Права и свободы человека и гражданина в силу статьи 18 Конституции Российской Федерации являются непосредственно действующими. Они определяют смысл, содержание и применения законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и обеспечиваются правосудием.

В связи с нарушением прав и свобод, предусмотренных ст. 8,13,14 Конвенции о защите прав человека и основных свобод в 2021 году, ею истицей была направлена индивидуальная жалоба в Европейский Суд по правам человека и соответственно получен ответ с указанием номера регистрации поступившей жалобы в Европейский Суд 19981/21 и разъяснением, что ею не были соблюдены требования, изложенные в ст. 47 Регламента Европейского Суда, а именно тот факт, что не соблюдены условия приемлемости, исчерпания внутренних средств правовой защиты, установленных статьей 35 параграфа 1 Конвенции.

Поэтому полагает, что она истица, обоснованно ссылается в исковых требованиях не только на нормы Российского законодательства, но и на нормы международных договоров Совета Европы, а именно на Конвенцию о защите прав человека и основных свобод и практику Европейского Суда по правам человека действующих в 2020 году на территории Российской Федерации в период направления её в ИК-8 УФСИН России по Костромской области.

А поэтому, с учетом изложенного, просит суд признать незаконными действия Федеральной службы исполнения наказания России, Управления Федеральной службы исполнения наказания в Краснодарском крае в направлении для отбывания наказания за пределы региона проживания субъекта РФ – Краснодарский край.

Взыскать в Российской Федерации в лице Федеральной службы исполнения наказания России за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО1 компенсацию за направление для отбывания наказания за пределы региона проживания субъекта РФ – Краснодарский край в сумме 1 500 000,00 рублей.

Административный истец ФИО1 в судебное заседание не явилась, представила заявление, в котором просила суд требования удовлетворить.

Представитель административного ответчика УФСИН России по Краснодарскому краю ФИО2 в судебное заседание не явилась, представил ходатайство об отложении рассмотрения дела в связи с загруженностью.

Установлено, что административный ответчик был извещен о дне, месте и времени рассмотрения, заблаговременно.

Настоящее административное дело находится в судебной системе с 20 января 2022 года, то есть свыше одного года. После отмены решения вышестоящей инстанцией вновь поступило в Крымский районный суд 8 ноября 2023 года. Поскольку данная категория дела подлежит рассмотрению в сокращенные сроки, а именно 30 дней, поэтому, признав причину неявки неуважительной, суд, определил рассмотреть дело в отсутствие представителя административного ответчика.

Представитель административного ответчика Министерства финансов Российской Федерации в лице Управления федерального казначейства по Краснодарскому край ФИО3 в судебное заседание не явилась, представила заявление о рассмотрении дела в ее отсутствие, при этом представила письменный отзыв, в котором просила суд в удовлетворении требований отказать.

Привлеченный к участию в деле представитель Прокуратуры Краснодарского края в судебное заседание не явился, был извещен надлежащим образом, о чем в материалах дела имеется уведомление, а поэтому суд определил, рассмотреть дело в его отсутствие.

Исследовав письменные материалы дела, суд приходит к выводу о том, что заявленные административные исковые требования подлежат удовлетворению в части по следующим основаниям.

Положение ч. 1 ст. 218 КАС РФ предоставляют гражданину право обратиться в суд, в том числе с требованием об оспаривании действий (бездействия) органа государственной власти иного органа, организации, наделенными отдельными государственными или иными публичными полномочиями, должностного лица, если он полагает, что нарушены его права, свободы и законные интересы, созданы препятствия к осуществлению прав, свобод и реализации законных интересов.

Так в судебном заседании установлено, что ФИО1 приговором Крымского районного суда Краснодарского края от 07 ноября 2019 года была осуждена по ч. 3 ст. 30, ч. 4 ст. 159 УК РФ ей назначено наказание в виде лишение свободы на срок 3 года с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима. После оглашения приговора она была доставлена в ФКУ СИЗО-3 УФСИН России по Краснодарскому краю.11.06.2020 после вынесения апелляционного определения приговор от 07 ноября 2019 года вступил в законную силу.

20.07.2020 года из ФКУ СИЗО № 3 УФСИН России по Краснодарскому краю эпатирована в ФКУ ИК № 8 УФСИН России по Костромской области для отбывания наказания. Извещения о месте отбывания наказания в колонии в ФКУ СИЗО № 3 УФСИН России по Краснодарскому краю ФИО1 вручено не было.

Согласно ответа из ГУФСИН России по Краснодарскому краю от 07.04.2021 года № ОГ-23/ТО/15-584 ФИО1 была направлена по указанию ФСИН России в распоряжение УФСИН России по Костромской области в связи с тем, что на территории Краснодарского края отсутствуют исправительные учреждения для отбывания наказания, осужденных бывших сотрудников правоохранительных органов.

В силу п.19 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25.12.2018 года № 47 « О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания» определение либо изменения конкретного места отбывания осужденным уголовного наказания в виде лишения свободы не могут быть произвольными и должны осуществляться в соответствии с требованиями закона. При этом следует учитывать законные интересы осужденных, обеспечивающие как их исправление, так и сохранение, поддержку социально полезных семейных отношений.

Статьей 73 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации ( далее по тексту- УИК РФ) закреплено важное положение об отбывании осужденным к лишению свободы наказания в исправительных учреждениях в пределах территории субъекта РФ, в которых они проживали или были осуждены. В период отбывания наказания семейные узы могут поддерживать при свиданиях с родственниками, выездами в отпуск и в иных формах. Однако такое поддержание социально полезных связей становится затруднительными, если осужденный отбывает наказание, далеко от места жительства.

Отправляя ФИО1 для отбывания наказания за переделы субъекта РФ за 1784 км. От места проживания семьи ФИО1 ФСИН России не рассматривал аргументы, касающиеся права на уважение семейной жизни, ограничившись констатацией того, что на территории Краснодарского края отсутствуют исправительные учреждения для отбывания наказания осужденными бывшими сотрудниками правоохранительных органов, что является так же нарушением статьи 13 Конвенции о защите прав и основных свобод человека в связи с отсутствием эффективного внутринационального средства правовой защиты против подобного нарушения права на уважение семейной жизни.

Кроме того, в соответствии с п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28.12.2017 года № 47 « О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания » помещения в места принудительного содержания, осуществляется без нарушений условий содержания лиц, лишенных свободы, которые обеспечиваются Конституцией РФ, общепризнанными принципами и нормами международного права, Конвенцией о защите прав человека и основных свобод от 04.11.1950 года, ратифицированной ФЗ от 30.03.1998 года № 54-ФЗ.

Кроме того, в силу пункта 15 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 10.10.2003 года № 5 «О применении судами общей юрисдикции и норм международного права и международных договоров РФ» ( с изменениями и дополнениями от 05.03.2013 года) « лицу, лишенному свободы не должны причиняться лишения и страдания в более высокой степени, чем тот уровень страданий, который неизбежен при лишении свободы».

ФСИН России, направляя ФИО1 в ИК -8 УФСИН России по Костромской области более чем за 1784 км. от места жительства семьи ФИО1 привело к разрыву семейных уз и страданиям, ФИО1, как матери и ее малолетней дочери Мираславы – ДД.ММ.ГГГГ года рождения для которой ФИО1 являюсь единственным родителем, а также привело к страданиям ФИО1 и ее престарелой матери Гречко К.И. – ДД.ММ.ГГГГ года рождения, которые не имели возможности на длительные и краткосрочные свидания из-за дальнего расстояния от их места жительства, что является нарушением ст. 8,14 Конвенции «О защите прав и свобод человека», а также нарушением ст. 13 Конвенции, утверждающей, что «каждый, чьи права и свободы признанные в Конвенции нарушены, имеют право на эффективное средство правой защиты в государственном органе, даже если это нарушение было совершено лицами, действовавшими в официальном качестве». Отправляя ФИО1 для отбывания наказания за пределы субъекта РФ, где проживает ее семья ФСИН России нарушили указанную ст. 8 Конвенции, и не обеспечили правовую защиту ее прав и свобод, предусмотренных Конвенцией о защите прав человека и основных свобод.

Более того, ч. 4 ст. 15 Конституции РФ установлено, что общепризнанные принципы и нормы международного права и международных договоры РФ, являются составной частью ее правовой системы.

Уголовно- исполнительное законодательство РФ основывается прежде всего на принципиальных положениях Конституции РФ о правах и свободах личности и включает в себя нормы регулирующие вопросы исполнения наказания максимально приближенные к рекомендациям и стандартам в области выполнения наказания выработанные мировым сообществом. В связи с этим государство обязано взять на себя обязанности по международным договорам по обеспечению исполнения наказания на уровне высоких требований, рекомендаций международного уровня, ориентированных во многом на возможности и экономических условиях ведущих государств мира.

Вместе с тем согласно Европейским пенитенциарным правилам отсутствие недостаточного количества ресурсов не может являться оправданием нарушения их человеческих прав.

Кроме того, согласно ч. 4 ст. 3 УИК РФ рекомендации (декларации) международных организаций по вопросам исполнения наказаний и обращения с осужденными реализуется в уголовно-исполнительном законодательстве Российской Федерации при наличии необходимых экономических и социальных возможностей. (Определение Верховного Суда Российской Федерации № 70-КАД20-3-К7).

Однако, как посчитал Верховный Суд в указанном определении, приведенное правовое регулирование, не устанавливает открытый перечень исключительных обстоятельств, при которых допускается перевод из одного исправительного учреждения в другое, и корреспондирует положением регламентирующих права осужденных международных правовых актов, в частности Европейских пенитенциарных правил ( 2006 года) в соответствии с которыми заключенные должны по возможности направляться в расположение вблизи дома или мест социальной реабилитации пенитенциарные учреждений.

Верховный Суд РФ указал, что на это обстоятельство неоднократно указывал Конституционный Суд РФ, в частности в определениях от 28 марта 2017 года № 562-О и 599-О.

Распоряжением Правительства Российской Федерации от 14.10.2010 года 1772-р (в редакции распоряжений Правительства Российской Федерации от 31.05.2012 года № 874-р; от 23.09.2015 года № 1877-р концепция развития уголовно-исполнительной системы Российской Федерации до 2020 года), предусмотрены основные направления, формы и методы совершенствования и развития уголовно-исполнительной системы, ее взаимосвязь с государственными органами и институтами гражданского общества, обеспечивающую функционирование уголовно-исполнительной системы на период до 2020 года.

В главе 2 указанной Концепции основанном на распоряжении Правительства Российской Федерации отмечалось, что « по объективным причинам строительства и реконструкции исправительных учреждений и следственных изоляторов не соответствуют динамике роста численности осужденных и лиц, содержащихся под стражей.

В главе 3 части 4 Концепции указано, что основные направления развития уголовно-исполнительной системы согласно указанного распоряжения включают следующие мероприятия: оптимизация размещения мест отбывания наказания на территории страны, в том числе для сохранения социально полезных связей осужденных, доступности места отбывания наказания для родственников и т.д.. В целях обеспечения прав и законных интересов осужденных и лиц, содержащихся под стражей предусматривается: совершенствование законодательства Российской Федерации в сфере соблюдения прав, законных интересов с учетом международных стандартов, в том числе решений Европейского Суда по правам человека, а также требований Европейских пенитенциарных правил; создание условий содержания осужденных и лиц, содержащихся под стражей, с учетом международных стандартов, в том числе стандартов Евро.

Таким образом, указанное распоряжение Правительства Российской Федерации подтверждает довод истицы, что направление ФСИН России осужденной ФИО1 в ИК -8 УФСИН России по Костромской области более чем за 1784 км. от места жительства семьи ФИО1 привело к разрыву семейных уз и социально полезных связей, в том числе доступности места отбывания наказания для родственников.

В соответствии со ст.17 Конституции Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с настоящей Конституцией. Права и свободы человека и гражданина в силу статьи 18 Конституции Российской Федерации являются непосредственно действующими. Они определяют смысл, содержание и применения законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и обеспечиваются правосудием.

Согласно статьи 21 Конституции Российской Федерации достоинство личности охраняется государством. Ничто не может быть основанием для его умаления. Никто не должен подвергаться пыткам, насилию, другому жестокому или унижающему человеческое достоинство обращению или наказанию. Ограничение прав и свобод, предусмотренных Конституцией Российской Федерации, могут быть связаны, в частности, с применением в качестве меры государственного принуждения к лицам, совершившим преступления и осужденным за это по приговору суда, уголовного наказания в виде лишения свободы, особенность которого состоит в том, что при его исполнении на осужденного осуществляется специфическое воздействие, выражающееся в лишении или ограничении его прав и свобод и возложении на него определенных обязанностей, целями которого являются исправление осужденных и предупреждение совершения новых преступлений, как осужденными, так и иными лицами.

Условия содержания обвиняемых под стражей должны быть совместимы с уважением к человеческому достоинству. При этом лицу не должны причиняться лишения и страдания в более высокой степени, чем тот уровень страданий, который неизбежен при лишении своды, а здоровье и благополучие лица должны быть гарантированы с учетом практических требований режима содержания, как того требует пункт 15 Постановления Пленум Верховного Суда РФ от 10.10.2003 года № 5 « О применении судами общей юрисдикции общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров РФ (с изменением и дополнениями от 05.03.2013 года).

Кроме того, если международным договором РФ установлены иные правила исполнения наказания, чем предусмотренные уголовно-исполнительным законодательством РФ, то применяются правила международного договора, что означает установления приоритета норм международного права по сравнению с национальным законодательством, а также является руководством к действию для органов, выполняющих наказания, которые должны исполнять наказания на основе норм международного договора. Присоединение РФ в 1998 году к Конвенции о защите прав человека и основных свобод актуализировало задачу приведения уголовно-исполнительной системы в соответствие с правовыми стандартами и продиктовано неуклонное внедрение международных стандартов в практику исполнения наказания РФ.

В связи с нарушением прав и свобод, предусмотренных ст. 8,13,14 Конвенции о защите прав человека и основных свобод в 2021 году ФИО1 направлена индивидуальная жалоба в Европейский Суд по правам человека и соответственно получен ответ с указанием номера регистрации поступившей жалобы в Европейский Суд 19981/21 и разъяснением, что ФИО1 не были соблюдены требования, изложенные в статье 47 Регламента Европейского Суда, а именно тот факт, что не соблюдены условия приемлемости, исчерпания внутренних средств правовой защиты, установленных статьей 35 параграф 1 Конвенции.

Федеральным законом от 28 февраля 2023 года № 43-ФЗ «О прекращении действия в отношении Российской Федерации международных договоров Совета Европы» принят Государственной Думой 16 февраля 2023 года. Одобрен Советом Федерации 22 февраля 2023 года «в связи с прекращением членства Российской Федерации в Совете Европы считать с 16 марта 2022 года прекратившими действия в отношении Российской Федерации следующие международные договоры: …..под номером 8 Конвенция о защите прав человека и основных свобод от 4 ноября 1950 года».

В связи с указанным Федеральным Законом до 16 марта 2022 года на территории России действовали международные договора Совета Европы, в том числе и Конвенция о защите прав человека и основных свобод от 04.11.1950 года.

С учетом изложенного суд полагает, что ФИО1 обоснованно ссылается в исковых требованиях не только на нормы Российского законодательства, но и на нормы международных договоров Совета Европы, а именно на Конвенцию о защите прав человека и основных свобод и практику Европейского Суда по правам человека действующих в 2020 году на территории Российской Федерации в период направления ФИО1 в ИК-8 УФСИН России по Костромской области.

Таким образом, судом при вышеизложенных обстоятельствах установлены нарушения личных неимущественных прав истца ответчиком ФСИН России, выразившееся в направлении ФИО1 для отбывания наказания за пределы региона проживания, что также является нарушением статьи 8,13,14 Конвенции о защите прав человека и основных свобод от 04.11.1950 года.

Исходя из правовых разъяснений Пленума Верховного Суда РФ от 25.12.2008 года № 47 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания», пункта 1 помещения в места принудительного содержания, осуществляется без нарушений условий содержания лиц, лишенных свободы, которые обеспечиваются Конституцией РФ, общепризнанными принципами и нормами международного права, Конвенцией о защите прав человека и основных свобод от 04.11.1950 года, ратифицированной ФЗ от 30.03.1998 года № 54-ФЗ.

Пункт 2 указанного Постановления Пленума Верховного Суда РФ разъясняет, что под условиями содержания лишенных свободы лиц, следует понимать условия, в которых с учетом установленного законом совокупности требований и ограничений реализуются закрепленные Конституцией РФ, общепризнанными принципами и нормами международного права, международными договорами Российской Федерации, права и обязанности указанных лиц.

В соответствии с Постановлением Пленума Верховного Суда РФ от 25.12.2008 года № 47 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания», пункта 3, предусмотрена согласно частью 2 и 3 статьи 62 КАС РФ обязанность доказывания соблюдения надлежащих условий содержания лишенных свободы лиц возлагается на административного ответчика- соответствующие орган или учреждение, должностное лицо, которым следует подтверждать факты, обосновывающие их возражения.

Однако, ответчиком не представлены суду доказательства, опровергающие доводы истца о законном направлении ФИО1 для отбывания наказания за пределы региона проживания.

Исходя из правовых разъяснений Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 г. № 47 « О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания» пункта 14 следует, что условия содержания лишенных свободы лиц должны соответствовать требованием установленным законом с учетом режима места принудительного содержания, поэтому существенные отклонения от таких требований могут рассматриваться в качестве нарушений указанных условий.

В силу пункта 15 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10.10.2003 г. № 5 « О применении судами общей юрисдикции общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров Российской Федерации» ( с изменениями и дополнениями от 05.03.2013 г.) лицу не должны причиняться лишения и страдания в более высокой степени, чем тот уровень страданий, который неизбежен при лишении свободы, а здоровье и благополучие лица, должны быть гарантированы с учетом практических требований режима содержания.

Исходя из исследованных доказательств по административному делу, суд считает, что направление истицы ФСИН России для отбывания наказания в ИК- 8 УФСИН России по Костромской области более чем за 1784 км. от места жительства семьи ФИО1 привело к разрыву семейных уз и страданиям, истицы, как матери и ее малолетней дочери Мираславы – ДД.ММ.ГГГГ года рождения для которой ФИО1 является единственным родителем, а также привело к страданиям ФИО1 и ее престарелой матери Гречко К.И. – ДД.ММ.ГГГГ года рождения, которые не имели возможности на длительные и краткосрочные свидания из-за дальнего расстояния от их места жительства, что привело к причинению лишений и страданиям в более высокой степени, чем тот уровень страданий, который неизбежен при лишении свободы.

Кроме того, в силу статьи 1 Семейного кодекса Российской Федерации семья, материнство, отцовство и детство в Российской Федерации находится под защитой государства. Семейное законодательство исходит из необходимости укрепления семьи, построение семейных отношений.

Отправляя ФИО1 для отбывания наказания за пределы субъекта Российской Федерации, где проживает семья ФИО1, ФСИН России нарушил нормы уголовно-исполнительного законодательства Российской Федерации, связанные с условиями содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания, ст. 1 СК РФ, Конституции Российской Федерации и соответственно также нормы международного права, предусмотренные ст. 8, 13 и 14 Конвенции о защите прав человека и основных свобод.

При перемещении ФИО1 из одного следственного изолятора в другой и не применения к истцу условий отбывания наказания в исправительной колонии, определенном приговором суда структурные подразделения ФСИН России ограничились констатацией факта отсутствия, закрепления в федеральных учреждениях следственных изоляторах по Ярославской области, Тамбовской области, Волгоградской области и других следственных изоляторах, транзитно-пересыльных пунктах, что является нарушением статьи 13 Конвенции о защите прав человека и основных свобод от 04.11.1950 года, в связи с отсутствием эффективного внутринационального средства правовой защиты против подобного нарушения права на ограничение прав в большей мере, чем это предусмотрено Конвенцией.

В силу частей 1, 2 статьи 3 УИК РФ уголовно-исполнительное законодательство Российской Федерации и практика его применения основывается на Конституции Российской Федерации, общепризнанных принципах и нормах международного права и международных договорах Российской Федерации являющихся составной частью правовой системы Российской Федерации. Если международным договором Российской Федерации установлены иные правила исполнения наказаний и обращения с осужденными, чем предусмотренные уголовно-исполнительным законодательством Российской Федерации, то применяются правила международного договора.

В соответствии с п. 6 ч. 1 ст. 124 КАС РФ, ст. 12.1 УИК РФ нарушенное административным ответчиком права предусмотренное ст. 73 УИК РФ, ст. 8,13,14 Конвенции о защите прав человека и основных свобод от 04.11.1950 года подлежат компенсации. Законом не установлены размеры компенсации за нарушение условий содержания. Эти размеры определяются судом с учетом всех обстоятельств решаемого вопроса. Суды ориентируются на практику Европейского Суда по правам человека.

С учетом вышеизложенного, суд признает причины пропуска ФИО1 срока для обращения в суд с административным исковым заявлением уважительными, а поэтому считает необходимым восстановить указанный срок.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст.95, 175-180 КАС РФ, суд

РЕШИЛ:

ФИО1 восстановить пропущенный процессуальный срок для подачи административного искового заявления о признании незаконными действий Федеральной Службы исполнения наказания России.

Административные исковые требования ФИО1 к Федеральной службе исполнения наказания России, Управлению Федеральной службы исполнения наказания в Краснодарском крае, Министерству Финансов России в лице управления Федерального казначейства по Краснодарскому краю о признании незаконным действий административного ответчика направлении для отбывания наказания за пределы региона проживания субъекта РФ – Краснодарский край и присуждении компенсации, удовлетворить частично.

Признать незаконными действия Федеральной службы исполнения наказания России, Управления Федеральной службы исполнения наказания в Краснодарском крае в направлении для отбывания наказания за пределы региона проживания субъекта РФ – Краснодарский край.

Взыскать в Российской Федерации в лице Федеральной службы исполнения наказания России за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО1 компенсацию за направление для отбывания наказания за пределы региона проживания субъекта РФ – Краснодарский край в сумме 500 000,00 рублей.

В остальной части административных исковых требований отказать.

Настоящее решение подлежит немедленному исполнению.

Решение суда может быть обжаловано в судебную коллегию по административным делам Краснодарского краевого суда, в течение одного месяца со дня его вынесения.

Судья:подпись. Копия верна