91RS0№-58
№ 2-1652/2025
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
29 сентября 2025 года город Керчь
Керченский городской суд Республики Крым в составе:
председательствующего ФИО19 С.О.,
при секретаре ФИО6,
с участием помощника прокурора ФИО7, истца ФИО1, его представителя ФИО10, представителя ответчика ООО «Интерстрой» - ФИО8, ответчика ИП ФИО4, его представителя – ФИО9
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Обществу с ограниченной ответственностью «Интерстрой», Индивидуальному предпринимателю ФИО4, третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований: ФИО2, о компенсации морального вреда, причинённого производственной травмой,
УСТАНОВИЛ:
07.05.2025 ФИО1 обратился в суд с исковым заявлением к ООО «Интерстрой», ИП ФИО4, в котором, просил взыскать солидарно с ответчиков в пользу истца, компенсацию морального вреда в размере 700 000 руб.
В обоснование искового заявления, ФИО1 указывал на то, что он был трудоустроен в ООО «Интерстрой» на должности электромонтажника 5 разряда. 22.05.2022, находясь на своем рабочем месте при выполнении производственного задания по монтажу клеммной коробки системы пожаротушения на крытом складе для хранения «Серы», путем падения при разности уровней высот с транспортного средства, получил производственную травму, которая является тяжелой, что повлекло за собой степень утраты профессиональной трудоспособности на 30 процентов. Факт несчастного случая, также как и причастность ИП ФИО4 подтверждается актом № 6 о несчастном случае на производстве от 06.06.2022.
Несчастным случаем ФИО1 причинен моральный вред, выражающийся в том, что травма была причинена в молодом возрасте (35 лет), на иждивении истца находится несовершеннолетний ребенок и супруга, также он лишен возможности трудится на прежней работе, его заработок значительно упал по сравнению с прежним уровнем дохода, также у него до сих не прошли боли в спине.
В возражениях на исковое заявление ООО «Интерстрой» указывало на то, что актом о несчастном случае, установлены причины несчастного случая, где одной из сопутствующих причин является допуск к выполнению работ лица, не прошедшего обучение и не имеющего квалификационного удостоверения, в связи с чем, полагает, что ответственным лицом в данном случае будет ИП ФИО4 (как владелец источника повышенной опасности) и с ответчика подлежит взысканию 25 000 руб., пропорционально установленной вине в акте о несчастном случае (л.д 143-150).
В возражениях на исковое заявление ИП ФИО4 указал на то, что причинённый вред здоровью носил временный характер, тяжелых последствий здоровью не нанес. Обратил внимание на то, что когда истец находился в больнице, он навещал его, обеспечивал питанием, приобретал лекарственные средства, также приобрел корсет. Полагал разумной сумму компенсации морального вреда в размере 100 000 руб. (л.д. 178-179).
Определением Керченского городского суда Республики Крым от 26.06.2025, занесенного в протокол судебного заседания, к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющих самостоятельных требований, привлечен: ФИО2 (л.д. 137 т. 1).
Истец ФИО1 в судебном заседании поддержал иск, просил его удовлетворить. Пояснил, что после полученной травмы он находился на стационарном лечении 19 дней, после чего находился дома на лечении. Полтора года он не мог самостоятельно передвигаться, ему пришлось обучаться всему заново. Также его супруге пришлось устроиться на работу и взять кредит, поскольку у них не имелось средств для существования. На сегодняшний день он не трудоустроен, сменил несколько работ, его заработок со 150 000 руб. снизился до 50 000 руб., тяжелый труд он не может выполнять. Также пояснил, что супруга ФИО4 приходила к нему, пока он находился на стационарном лечении, обеспечивала его питанием, также со стороны ФИО4 приобретались лекарства, приобретался корсет. По поводу компенсации морального вреда, он обращался к ответчикам во внесудебном порядке, однако соглашений относительно какой-либо суммы по компенсации морального вреда они не достигли, на что ответчики сообщили о том, чтобы истец обращался за компенсацией в судебном порядке.
Представитель истца ФИО1 – ФИО10 поддержал доводы иска, просил его удовлетворить. Полагал, что компенсация морального вреда подлежит взысканию солидарно с ответчиков, поскольку в акте о несчастном случае на производстве установлена вина как ООО «Интерстрой» так и ИП ФИО4
Представитель ответчика ООО «Интерстрой» – ФИО8 в судебном заседании возражал против доводов искового заявления, полагал, что в данном случае ответственность должен нести ИП ФИО4, как собственник источника повышенной опасности, вина которого установлена в акте расследования несчастного случая. Обратил внимание на то, что истцу причинен средней тяжести вред здоровью, а не тяжкий вред как указывает истец.
Ответчик ИП ФИО4 признал иск в размере компенсации морального вреда - 100 000 руб. Подтвердил то обстоятельство, что его супруга приходила к истцу, пока тот находился в больнице, также они оплачивали расходы на лечение.
Представитель ФИО4 – ФИО11 в судебном заседании иск признал на сумму 100 000 руб. Полагал, что ответственность также должен нести работодатель в долевом порядке. Пояснил, что его доверитель стал ИП лишь за два месяца до происшествия. Оборудование ему перешло по наследству, и всех особенностей работы с ним он не знал. На сегодняшний день все выявленные нарушения были устранены, к административной ответственности он также привлекался, ему был назначен штраф, который не был им оспорен.
Допрошенная в судебном заседании свидетель ФИО3, которая приходится истцу супругой, дала показания о том, что ее супруг лежал на стационарном лечение 19 дней в г. Темрюк, после чего его выписали и он был доставлен домой, дальнейшее лечение проходил уже дома. Полтора года, после происшествия ходить без посторонней помощи не мог, долго восстанавливался, ей пришлось воспользоваться кредитной картой, поскольку основным доходом семьи была заработная плата супруга, также ей пришлось устроиться на работу. Указала на то, что заработок истца существенно снизился. На сегодняшний день спина у ФИО1 также продолжает болеть, остро реагирует на смену погоды, приходится принимать лекарства.
Помощник прокурора в своем заключении полагал, что исковые требования подлежат удовлетворению, поскольку факт несчастного случая подтверждается предоставленными доказательствами по делу.
Иные лица, участвующие в деле в судебное заседание не явились о времени и месте слушания дела извещались надлежащим образом, причины неявки суду не сообщили.
Суд, руководствуясь ч. 3 ст. 167 ГПК РФ, определил рассматривать дело без участия неявившихся лиц.
Выслушав объяснения представителей сторон, исследовав материалы дела, суд приходит к следующим выводам.
В силу положений ст. 21 Трудового кодекса Российской Федерации (далее - ТК РФ) работник имеет право на рабочее место, соответствующее государственным нормативным требованиям охраны труда и условиям, предусмотренным коллективным договором, а также на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном Трудовым кодексом Российской Федерации, иными федеральными законами.
Этим правам работника корреспондируют обязанности работодателя обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда, осуществлять обязательное социальное страхование работников в порядке, установленном федеральными законами, возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации (абзацы 4, 15 и 16 ч. 2 ст. 22 ТК РФ).
Обеспечение приоритета сохранения жизни и здоровья работников является одним из направлений государственной политики в области охраны труда (абзац 2 ч. 1 ст. 210 ТК РФ).
Частью 1 ст. 214 ТК РФ определено, что обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.
Работодатель обязан создать безопасные условия труда исходя из комплексной оценки технического и организационного уровня рабочего места, а также исходя из оценки факторов производственной среды и трудового процесса, которые могут привести к нанесению вреда здоровью работников (ч. 2 ст. 214 ТК РФ).
Каждый работник имеет право на рабочее место, соответствующее требованиям охраны труда, а также гарантии и компенсации, установленные в соответствии с Трудовым кодексом Российской Федерации, коллективным договором, соглашением, локальным нормативным актом, трудовым договором, если он занят на работах с вредными и (или) опасными условиями труда (абзацы 2 и 9 ч. 1 ст. 216 ТК РФ).
В соответствии с ч. 2 ст. 9 ТК РФ коллективные договоры, соглашения, трудовые договоры не могут содержать условий, ограничивающих права или снижающих уровень гарантий работников по сравнению с установленными трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права. Если такие условия включены в коллективный договор, соглашение или трудовой договор, то они не подлежат применению.
Возмещение вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им обязанностей по трудовому договору, регулируется Федеральным законом от 24.07.1998 № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», абзац второй пункта 3 статьи 8 которого предусматривает, что возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.
Из разъяснений данных в абзаце 2 п. 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», следует, что возмещение вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей, осуществляется в рамках обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний (часть восьмая статьи 216.1 ТК РФ). Однако компенсация морального вреда в порядке обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний не предусмотрена и согласно пункту 3 статьи 8 Федерального закона от 24.07.1998 № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» осуществляется причинителем вреда.
Порядок и условия возмещения морального вреда работнику определены ст. 237 ТК РФ, согласно которой моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.
Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 N 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», в соответствии со ст. 237 ТК РФ компенсация морального вреда возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба. Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.
Из изложенного следует, что работник может обратиться с требованием о компенсации морального вреда, причиненного вследствие утраты им профессиональной трудоспособности в связи с профессиональным заболеванием, непосредственно к работодателю, который обязан возместить вред работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. Если соглашение сторон трудового договора о компенсации морального вреда, причиненного работнику утратой профессиональной трудоспособности в связи с профессиональным заболеванием, отсутствует или стороны не достигли соглашения по размеру компенсации морального вреда, то работник имеет право обратиться в суд для разрешения такого спора. В случае спора размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости вне зависимости от размера, установленного соглашением сторон, и вне зависимости от имущественного ущерба, которым в случае профессионального заболевания является утраченный средний заработок работника.
Как установлено судом и следует из материалов дела, ФИО1 с 24.08.2020 по 23.11.2022 был трудоустроен в ООО «Интерстрой» на должности электромонтажника 4 разряда, с 23.03.2022 на должности электромонтажника 5 разряда (л.д.25-35, 184).
05.05.2022 на территории ООО «ОТЭКО-Портсервис» Таманского терминала навалочных грузов, крытый склад «Серы» произошел несчастный случай на производстве.
Согласно акту № 6 о несчастном случае на производстве от 06.06.2022 05.05.2022 в 06 часов 30 минут электромонтажник ООО «Интерстрой» ФИО1 прибыл в бытовые помещения, расположенные на производственной площадке ООО «Интерстрой», оделся в спецодежду. От мастера СМР ООО «Интерстрой» ФИО2E. получил производственное задание на монтаж клеммной коробки системы пожаротушения на крытом складе для хранения «Серы» ООО «ОТЭКО-Портсервис». Электромонтажник 5 разряда ООО «Интерстрой» ФИО12 получил наряд-допуск № на выполнение работ повышенной опасности в качестве ответственного исполнителя. В состав бригады вошло еще четыре работника, в том числе ФИО1 Прибыв на место проведения работ около 07 часов 30 минут, ФИО12 провел целевой инструктаж работникам бригады, проверил выполнение предусмотренных нарядом мер безопасности: перед началом работы. Для выполнения этой работы было необходимо подняться на высоту 7.9 м от уровня пола. Для подъёма применялся автогидроподъёмник 785710 зав. № X89785710COFC0024 уч. № А30- 01093-0001пс на базе автомобиля ГАЗ 3309, ИП ФИО4 ФИО13 АГП был работник ИП ФИО4 ФИО14 На месте выполнения работы ФИО12 спросил у машиниста ФИО14 о возможности доставки работников с места будущей установки АГП до места выполнения работ. Машинист заверил, что место установки подходит, расстояние приемлемое. ФИО14 также пояснил, что грузоподъемность подъемника составляет 300 кг, и он вполне способен выполнить этот подъем.
ФИО14 поставил заземление, а монтажники оградили место работ сигнальной лентой. После этого ФИО14 поставил АГП на выносные опоры на грунтовой насыпи, которая была в технологическом проеме стены склада. ФИО14 Мастер СМР ООО «Интерстрой» ФИО2, совместно с машинистом ФИО14 на месте выполнения работ осмотрели площадку - она была пригодна для установки АГП. ФИО14 выставил машину на четыре опоры горизонтально. Под опоры на утрамбованный грунт были уложены деревянные подкладки. ФИО5 была в горизонтальном положении. Стрела гидроподъёмника располагалась параллельно продольной оси автомобиля, направлена назад и кабина с люлькой была установлена на бетонную поверхность. Стрела в это время была выдвинута примерно на 4 метра. Ограждения на люльке видимых повреждений и деформаций не имела. Обстоятельств, препятствующих безопасному выполнению работы, не было. После этого ФИО2 позвонил производителю работ ООО «Интерстрой» ФИО15 и пригласил для проверки установки машины. ФИО15, придя на место, проверил установку и результатам внес соответствующую запись в вахтенном журнале. Убедившись, что работники готовы к выполнению работы, в том числе ФИО1, который был одет в спецодежду, обут в спецобувь. На ФИО1 была каска защитная, а также страховочная привязь, ФИО2 дал разрешение ФИО12 на выполнение работы и убыл. Как работники заходили в люльку АГП, и производили перемещение ФИО2 не видел.
ФИО12 и ФИО1 вошли в люльку АГП, там же был металлический рукав диаметром 32 мм длиной около 15 м., аккумуляторный шуруповерт, небольшое количество метизов, которые лежали в пластиковом кейсе светло-зеленого цвета. Других инструментов и принадлежностей в люльке не было. ФИО12 проверил и убедился в том, что ФИО1 одел правильно страховочную привязь, соединительно-амортизирующую подсистему соединил с анкерным устройством (ограждением люльки). ФИО12 сам соединил соединительно-амортизирующую подсистему с ограждением люльки и разрешил подъем к месту проведения работ. Управлял стрелой и люлькой ФИО1, так как машинист ФИО14 пояснил, что не все рычаги на машине исправны, а в люльке органы управления работают в полном объеме. ФИО1 произвел подъем стрелы до горизонтального положения, развернул ее параллельно стене склада и стал выдвигать стрелу механизмом телескопирования. Любое изменение направления и скорости перемещения люльки сопровождалось толчками и ударами. Значительными такие толчки стали, когда стрела была выдвинута на большое расстояние. Когда стрела выдвинулась примерно на 10 м. ФИО1 произвел небольшой подъем стрелы вверх, примерно на 5-10 градусов от горизонтальной плоскости. После этого вновь механизмом телескопирования ФИО1 выдвинул стрелу примерно на 1.5-2 м и стрела стала покачиваться и изгибаться. ФИО12 указал ФИО18 на это, и дал команду прекратить подъем, уменьшить длину стрелы. В это время машинист АГП ФИО14 находился с левой стороны машины. ФИО1, с помощью имеющихся органов управления стал складывать стрелу механизмом телескопирования и в тот момент, когда стрела стала складываться, весь автогидроподъемник стал наклоняться на правую сторону. Скорость падения стрелы была небольшой, в результате она ударилась о бетонное покрытие пола склада. Ограждения люльки деформировались, местами обломились, и ФИО12 и ФИО1 оказались между ними. В результате падения ФИО12 не пострадал, а ФИО18 ударился поясницей. Другие работники, находившиеся в складе, подбежали и стали помогать освободиться от деформированных ограждений. ФИО1 снял страховочную привязь самостоятельно. При этом ФИО1 жаловался на боль в пояснице, работники помогли пострадавшему выйти из склада, откуда его и забрал автомобиль скорой медицинской помощи. Мастер СМР ФИО2 находился в это время на другом объекте, о случившемся ему сообщил кто-то из членов бригады. До момента падения АГП какой-либо сигнализации - световой или звуковой, установка не выдавала, какая-либо блокировка не срабатывала. Со слов машиниста ФИО14, на автомобиле отсутствуют ограничители безопасности.
В ходе расследования установлено вид происшествия – падение при разности уровней высот с транспортных средств.
Причины несчастного случая: 1. эксплуатация неисправных машин, механизмов; оборудования (код 03), а именно: выполнение работ автогидроподъёмника 785710 зав. № X89785710COFC0024 на объекте строительства с неисправными приборами безопасности. Нарушение требований: ч. 1 ст. 9 Федерального закона от 21.07.1997 №? 116-ФЗ «О промышленной безопасности опасных производственных объектов» (далее - Федеральный закон - 116-Ф3), согласно которому организация, эксплуатирующая опасный производственный объект, обязана: соблюдать положения Федерального закона 116-Ф3, других федеральных законов, принимаемых в соответствии с ними нормативных правовых актов Президента Российской Федерации, нормативных правовых актов Правительства Российской Федерации, а также федеральных норм и правил в области промышленной безопасности: пп. г) п. 22 Федеральных норм и правил в области промышленной безопасности «Правила безопасности опасных производственных объектов, на которых используются подъемные сооружения», утвержденных приказом Ростехнадзора от 26.11.2020 № 461, зарегистрированных в Минюсте России 30.12.2020 № 61983 (далее - ФНП по ПС), согласно которому организация (индивидуальный предприниматель), эксплуатирующая ОПО с ПС (без выполнения собственными службами работ по ремонту, реконструкции или модернизации) (далее - эксплуатирующая организация), должна соблюдать требования руководств (инструкций) по эксплуатации имеющихся в наличии ПС и выполнять следующие требования: не эксплуатировать ПС с неработоспособными ограничителями, указателями и регистраторами. Пункт 115 ФНП по ПС согласно которого в процессе выполнения работ с применением ПС не разрешается: работа ПС при отключенных или неработоспособных ограничителях, регистраторах, указателях, тормозах. Пункт 122 ФНП по ПС, согласно которому, эксплуатирующая организация должна обеспечить выполнение следующих требований промышленной безопасности: обеспечить проведение проверок работоспособности указателей, ограничителей и регистраторов ПС в сроки, установленные их руководствами (инструкциями) по эксплуатации. Пп. д) п. 251 ФНП по ПС, согласно которому эксплуатирующая организация не должна допускать ПС в работу, если при проверке установлено, что на ПС выявлены технические неисправности: неработоспособность заземления, гидро-, пневмо- или электрооборудования, указателей, ограничителей (ограничители рабочих параметров и ограничители рабочих движений), регистраторов, средств автоматической остановки, блокировок и защит (приведены в паспорте или руководстве по эксплуатации ПС).
2. Превышение паспортных грузо-высотных характеристик автогидроподъемника 785710 зав. № X89785710COFC0024 допущенных при выполнении работ на объекте строительства. П.п. б) п. 22 ФНП по ПС согласно которого организация (индивидуальный предприниматель). эксплуатирующая ОПО с ПС (без выполнения собственными службами работ по ремонту. реконструкции или модернизации) (далее эксплуатирующая организация), должна соблюдать требования руководств (инструкций) по эксплуатации имеющихся в наличии ПС и выполнять следующие требования: не нарушать требования, изложенные в паспорте и руководстве (инструкции) по эксплуатации ПС (грузоподъёмность или грузовой момент, группу классификации режима и другие паспортные режимы эксплуатации). П.п. к) ФНП по ПС согласно которого эксплуатирующая организация не должна допускать ПС в работу, если при проверке установлено, что работы с применением ПС ведутся с нарушениями настоящих ФНП, ППР, ТК и инструкций.
Сопутствующие причины: 1. Отсутствие ответственных лиц за промышленную безопасность из числа аттестованных инженерно-технических работников ИП ФИО4 эксплуатирующего опасный производственный объект в состав, которого входят подъёмные сооружения. П.п. и) п. 22 ФНП по ПС согласно которого, организация (индивидуальный предприниматель) эксплуатирующая ОПО с ПС (без выполнения собственными службами работ по ремонту, реконструкции или модернизации) (далее - эксплуатирующая организация), должна соблюдать требования руководств (инструкций) по эксплуатации имеющихся в наличии ПС и выполнять следующие требования: разработать и утвердить внутренним распорядительным актом эксплуатирующей организации инструкции с должностными обязанностями, а также поименный перечень лиц, ответственных за промышленную безопасность в организации из числа ее аттестованных инженерно-технических работников: ответственный за осуществление производственного контроля при эксплуатации ПС; ответственный за содержание ПС в работоспособном состоянии; ответственный за безопасное производство работ с применением ПС.П.п. б) п. 251 ФНП по ПС согласно которого эксплуатирующая организация не должна допускать ПС в работу, если при проверке установлено, что не назначен хотя бы один из недостающих производственного контроля при эксплуатации ПС; ответственный за содержание ПС в работоспособном состоянии; ответственный за безопасное производство работ с применением ПС.
2. Не назначен распорядительным актом ИП ФИО4 машинист подъемника, рабочие люльки необходимые для управления и обслуживания подъемных сооружений. П. 151 ФНП по ПС согласно которого для управления ПС и их обслуживания эксплуатирующая организация обязана назначить внутренним распорядительным актом машинистов подъемников, крановщиков (операторов), их помощников, стропальщиков, слесарей, электромонтеров, рабочих люльки и наладчиков (кроме наладчиков привлекаемых специализированных организаций).
3. Не проводятся ИП ФИО4 техническое обслуживание, планово-предупредительные ремонты, экспертиза промышленной безопасности агрогидроподъёмника 785710 № X89785710COFC0024. Пп.. а) п. 22 ФНП по ПС согласно которого организация (ИП) эксплуатирующая ОПО с ПС (без выполнения собственными службами работ по ремонту, реконструкции или модернизации), должна соблюдать требования руководств (инструкций) по эксплуатации имеющихся в наличии ПС и выполнять следующие требования: поддерживать эксплуатируемые ПС в работоспособном состоянии (состояние объекта (ПС), в том числе узлов, механизмов, систем управления, при котором значения всех параметров, характеризующих способность выполнять заданные функции соответствуют требованиям нормативно-технической и конструкторской (проектной) документации), соблюдая графики выполнения технических освидетельствований, технического обслуживания и планово-предупредительных ремонтов, а также не превышать срок службы, заявленный изготовителем в паспорте ПС, без наличия заключения экспертизы промышленной безопасности о возможности его продления; п. 147 ФНП по ПС согласно которого, эксплуатирующие организации обязаны обеспечить содержание ПС в работоспособном состоянии и безопасные условия их работы путем организации надлежащего надзора и обслуживания, технического освидетельствования и ремонта. В этих целях должны быть: установлен порядок периодических осмотров, технических обслуживании и ремонтов, обеспечивающих содержание ПС, рельсовых путей, грузозахватных органов, приспособлений и тары в работоспособном состоянии: разработаны и утверждены журналы, программы, графики выполнения планово-предупредительных ремонтов, ППР, ТК, схемы строповки и складирования, должностные инструкции для инженерно-технических работников, а также производственные инструкции для персонала, на основе паспорта, руководства (инструкции) по эксплуатации конкретного ПС, с учетом особенностей технологических процессов, установленных проектной и технологической документацией.
4. Допуск к выполнению работ лица, не прошедшего обучение и не имеющего квалификационного удостоверения. Не осуществление контроля со стороны должностного лица за соблюдением работником требований п. 3.4, п. 3.7. «Инструкции по охране труда при производстве работ с люльки вышки (подъемника) ИНТ-ИОТ-16». Нарушение требований «Должностной инструкции для специалиста ответственного за безопасное производство работ с применением подъемных сооружений ООО «Интерстрой»: 3.1.2 - специалист обязан не допускать к обслуживанию ПС необученный и неаттестованный персонал. П. 3.1.11 - следить за выполнением крановщиком, оператором, стропальщиком и рабочим люльки производственных инструкций, ППР и технологических регламентов. Нарушение работником требований «Инструкции по охране труда при производстве работ с люльки, вышки (подъемника) ИНТ-ИОТ-16»; согласно п.3.4 - следить за тем, чтобы масса груза в люльке не превышала грузоподъемность подъемника: п. 3.7. - прекращать работу при неисправных приборах безопасности (ограничитель предельного груза, концевые выключатели, следящая система ориентации люльки в горизонтальном положении др.).
Лица, допустившие нарушение требований охраны труда: ИП ФИО4, ФИО2, мастер СМР ООО «Интерстрой» (л.д. 9-19).
Вышеуказанный акт оспорен не был.
Указанные обстоятельства также подтверждаются актом Северо-Кавказского управления Федеральной службы по экологическому, технологическому и атомному надзору о расследовании группового несчастного случая от 26.05.2022 (л.д. 100-117).
Постановлением следственного отдела по <адрес> следственного управления СК РФ по <адрес> в возбуждении уголовного дела в отношении ФИО4 по основанию, предусмотренному п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ (отсутствие состава преступления), предусмотренного ч. 1 ст. 143 УК РФ отказано. Отказано в возбуждении уголовного дела в отношении ФИО2, по основанию, предусмотренному п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ (отсутствие состава преступления), предусмотренного ч. 1 ст. 143 УК РФ (л.д. 37-42).
Согласно справке ГБУЗ РК Керченская больница № 1 им. Н.И. Пирогова от 30.06.2022 о ФИО1 в период с 05.05.2022 по настоящее время проходит лечение, диагноз кататравма: закрытый неосложненный компрессионный перелом позвоночника 1 степени, ушиб мягких тканей головы, поясничной области Т06.8 (л.д. 24).
Согласно заключению эксперта МЗРФ ГБУЗ «Бюро судебно-медицинской экспертизы» министерства здравоохранения <адрес> № от ДД.ММ.ГГГГ у ФИО1, согласно медицинской документации, выявлены телесные повреждения в виде: кататравмы, закрытого неосложненного компрессионного перелома 1 поясничного позвонка 1 степени, ушиба мягких тканей головы, поясничной области. Данное повреждение образовалась при механизме одномоментного резкого-сжатия и сгибания оси позвоночника, с учетом сроков заживления и отсутствия признаков консолидации, можно считать, что повреждение образовалось в срок не более 21 дня до проведения КТ исследования ДД.ММ.ГГГГ. Данное повреждение причинило средней тяжести вред здоровью, так как вызвали длительное его расстройство (временную нетрудоспособность) продолжительностью свыше трех недель от момента причинения травмы (л.д. 43-43).
Из справки ФКУ «ГБ МСЭ по Республике Крым» Минтруда России серии МСЭ-2011 № от 12.03.2024, следует, что ФИО1 установлена степень утраты профессиональной трудоспособности - 30 процентов, в связи с несчастным случаем на производстве от 05.05.2022 (л.д. 8).
Также степень утраты профессиональной трудоспособности 30 процентов установлена с 12.02.2025 до 01.02.2026, что следует из справки ФКУ «ГБ МСЭ по <адрес>» Минтруда России серии МСЭ-2011 № от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 181).
Для ФИО1 разработана программа реабилитации пострадавшего в результате несчастного случая на производстве и профессионального заболевания ПРП № ПРРП-125-00001296 от ДД.ММ.ГГГГ от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которой, раз в год ему необходимо проходить курс медикаментозного лечения, санаторно-курортное лечение продолжительностью 21 день, также носить корсет полужесткой фиксации на поясничный отдел позвоночника на весь период реабилитации до ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 187-190).
После полученной травмы ФИО1 был трудоустроен – 27.09.2023, спустя один год четыре месяца (л.д. 186).
На иждивении у ФИО1 имеется несовершеннолетний ребенок – ФИО17, ДД.ММ.ГГГГ г.р. (л.д. 191). Также истец состоит в браке с ФИО3 (л.д. 192).
В абз. 1, 2 п. 24 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что по общему правилу, моральный вред компенсируется в денежной форме (пункт 1 статьи 1099 и пункт 1 статьи 1101 ГК РФ). Причинитель вреда вправе добровольно предоставить потерпевшему компенсацию морального вреда как в денежной, так и в иной форме (например, в виде ухода за потерпевшим, в передаче какого-либо имущества (транспортного средства, бытовой техники и т.д.), в оказании какой-либо услуги, в выполнении самим причинителем вреда или за его счет работы, направленной на сглаживание (смягчение) физических и нравственных страданий потерпевшего).
В пункте 30 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» обращено внимание судов, что при определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2 статьи 1101 ГК РФ). В связи с этим сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания (статья 151 ГК РФ), устранить эти страдания либо сгладить их остроту. Судам следует иметь в виду, что вопрос о разумности присуждаемой суммы должен решаться с учетом всех обстоятельств дела, в том числе значимости компенсации относительно обычного уровня жизни и общего уровня доходов граждан, в связи с чем исключается присуждение потерпевшему чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы, если только такая сумма не была указана им в исковом заявлении.
Предусматривая в качестве способа защиты нематериальных благ компенсацию морального вреда, закон (статьи 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) устанавливает лишь общие принципы для определения размера такой компенсации, суду при разрешении спора о компенсации морального вреда необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимание фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав как основополагающие принципы, предполагающие установление судом баланса интересов сторон. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.
В абз. 1, 2 п. 32 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» разъяснено, что, учитывая, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. Независимо от вины причинителя вреда осуществляется компенсация морального вреда, если вред жизни или здоровью гражданина причинен источником повышенной опасности (статья 1100 ГК РФ). При этом суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.
Согласно ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.
В соответствии с разъяснениями, изложенными в абз. 4 п. 32 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» при определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.
Статьей 1079 ГК РФ предусмотрено, что граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих, обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 настоящего Кодекса.
Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).
Исходя из данной правовой нормы, законным владельцем источника повышенной опасности, на которого законом возложена обязанность по возмещению вреда, причиненного в результате использования источника повышенной опасности, является юридическое лицо или гражданин, эксплуатирующие источник повышенной опасности в момент причинения вреда в силу принадлежащего им права собственности, права хозяйственного ведения, права оперативного управления, либо в силу иного законного основания.
Таким образом, субъектом ответственности за причинение вреда источником повышенной опасности является лицо, которое обладало гражданско-правовыми полномочиями по использованию соответствующего источника повышенной опасности и имело источник повышенной опасности в своем реальном владении, использовало его на момент причинения вреда. Следовательно, для возложения на лицо обязанности по возмещению вреда, причиненного источником повышенной опасности, необходимо установление его юридического и фактического владения источником повышенной опасности, на основании представленных суду доказательств, виды которых перечислены в статье 55 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.
Согласно части 1 статьи 322 Гражданского кодекса Российской Федерации солидарная обязанность (ответственность) или солидарное требование возникает, если солидарная обязанность или требование предусмотрены договором или установлены законом, в частности, при неделимости предмета обязательства.
В силу части 1 статьи 1080 Гражданского кодекса Российской Федерации лица, совместно причинившие вред, отвечают перед потерпевшим солидарно.
Толкование предусмотренного в статье 1080 Гражданского кодекса Российской Федерации совместного причинения вреда приведено в пункте 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.11.2017 № 49 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении вреда, причиненного окружающей среде», в абзаце первом пункта 22 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», согласно которому в целях квалификации действий причинителей вреда как совместных могут быть учтены согласованность, скоординированность и направленность этих действий на реализацию общего для всех намерения, то есть может быть принято во внимание соучастие в любой форме, в том числе соисполнительство, пособничество и т.д.
По смыслу данной нормы юридически значимым обстоятельством для возложения солидарной ответственности является совместное причинение вреда, то есть совместное участие (совместные действия) в причинении вреда.
О совместном характере таких действий могут свидетельствовать их согласованность, скоординированность и направленность на реализацию общего для всех действующих лиц намерения. При отсутствии такого характера поведения причинителей вреда каждый из нарушителей несет самостоятельную ответственность. Если несколько лиц действовали независимо друг от друга и действия каждого из них привели к причинению вреда, по общему правилу такие лица несут долевую ответственность.
В рассматриваемом случае имеют место быть различные самостоятельные основания ответственности за причиненный истцу моральный вред у ООО «Интерстрой» как работодателя, не обеспечившего безопасные условия труда при выполнении строительных работ, на основании Трудового кодекса Российской Федерации, а у ИП ФИО4 - как владельца источника повышенной опасности, в результате действий которого был причинен вред здоровью истцу - ФИО1, на основании норм Гражданского кодекса Российской Федерации.
Таким образом, применительно к спорной ситуации ответчики несут самостоятельную ответственность.
Более того, факт причинения вреда в результате согласованных действий работников ООО «Интерстрой» и ИП ФИО4, направленных на реализацию какого-либо общего намерения, судом не установлено.
При таких основаниях оснований для возложения солидарной ответственности на обоих ответчиков на основании статьи 1080 Гражданского кодекса Российской Федерации, у суда не имеется.
Суд учитывает, что ФИО1, на момент несчастного случая на производстве находился в молодом возрасте (35 лет), ему причинен средней тяжести вред здоровью, который повлек за собой утрату трудоспособности на 30 процентов и на момент рассмотрения дела, истец по состоянию здоровья до конца не восстановился, длительность самого восстановления, наличие у него на иждивении несовершеннолетнего ребенка, объем и характер причиненных ему нравственных и физических страданий, вину ООО «Интрестрой» как работодателя и владельца источника повышенной опасности ИП ФИО4, приведшем к тяжким последствиям для истца в виде повреждения здоровья, также суд учитывает, что со стороны ИП ФИО4 оказывалась помощь в виде ухода за истцом, в приобретении ему корсета, медикаментов приходит к выводу о снижении компенсации морального вреда с истребуемых 700 000 руб. до 500 000 руб.
Также, суд приходит к выводу взыскать в пользу истца компенсацию морального вреда с обоих ответчиков в равных долях, так как, виновные действия ответчиков в равной степени привели к наступившим последствиям и повреждению здоровья истца, что установлено в акте № 6 о несчастном случае.
Доводы ООО «Интерстрой» о том, что в акте № 6 установлены причины несчастного случая, где работодатель является виновным лишь в одной из сопутствующих причин (допуск к выполнению работ лица, не прошедшего обучение и не имеющего квалификационного удостоверения) а поэтому взысканию подлежит компенсация в пропорциональном размере, установленных причин в акте о несчастном случае (25 000 руб.), отклоняются судом, поскольку организация производственного процесса и обеспечение его безопасности является исключительной компетенцией работодателя и контроль соблюдения правил безопасности и охраны труда должен в первую очередь обеспечить работодатель.
Согласно ч. 1 ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.
Из материалов дела следует, что истец при подаче иска оплатили государственную пошлину в размере 3 000 руб. (л.д. 81), которая подлежит взысканию с ответчиков по 1 500 руб. с каждого.
Руководствуясь ст. ст. 194 - 199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд
РЕШИЛ:
Исковые требования ФИО1 к Обществу с ограниченной ответственностью «Интерстрой», Индивидуальный предприниматель ФИО4, Индивидуальный предприниматель ФИО4, третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований: ФИО2, о компенсации морального вреда, – удовлетворить частично.
Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «Интерстрой» (ИНН №) в пользу ФИО1 (паспорт 0314 №), ДД.ММ.ГГГГ года рождения, зарегистрированного по адресу: <адрес>, компенсацию морального вреда в размере 250 000 руб., судебные расходы по оплате государственной пошлины в размере 1 500,00 руб., а всего 251 500,00 руб.
Взыскать с Индивидуального предпринимателя ФИО4 (ИНН <***>) в пользу ФИО1 (паспорт 0314 №), ДД.ММ.ГГГГ года рождения, зарегистрированного по адресу: <адрес>, компенсацию морального вреда в размере 250 000 руб. судебные расходы по оплате государственной пошлины в размере 1 500,00 руб., а всего 251 500,00 руб.
В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО1 - отказать.
Решение может быть обжаловано в Верховный Суд Республики Крым через Керченский городской суд Республики Крым в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.
Судья
Мотивированное решение суда изготовлено 7 октября 2025 года.