Дело 66RS0003-01-2022-001179-87 Производство№ 2-2751/2022 Мотивированное решение изготовлено 08 декабря 2022 года РЕШЕНИЕ Именем Российской Федерации

01 декабря 2022 года г. Екатеринбург

Кировский районный суд г. Екатеринбурга в составе председательствующего судьи Марковой Н.А., при секретаре Смирновой А.И.,

с участием представителя истца ФИО1, действующего на основании доверенности от 16.03.2022,

представителя ответчика ФИО2, действующей на основании доверенности от 10.03.2022,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО3 к ФИО4 о признании договора дарения от 15.05.2015 недействительным,

установил:

истец обратился в суд с иском к ФИО4 о признании договора дарения недействительным.

В обоснование заявленных требований истец указал, что 26.09.2021 скончалась ФИО5, которая приходилась сторонам матерью. После смерти Минуллиной Нагимы осталось наследство в виде 1/2 доли в праве общей долевой собственности двухкомнатной квартиры, расположенной по адресу: ***. С 2014 года ФИО5 страдала <***>, <***> и не могла отдавать отчет в своих действиях и поступках, ответчик воспользовавшись положением и состоянием Минуллиной Нагимы оформил от ее имени договор дарения на принадлежащую ей долю. Указанный договор был зарегистрирован 20 июля 2021 года. Заболевание Минуллиной Нагимы подтверждается выписными эпикризами невролога от 09.10.2014, медицинской картой и показаниями свидетелей, уход осуществляла служба социального обеспечения, которые также могут подтвердить тот факт, что ФИО5 не могла отдавать отчет своим действиям и поступкам. Кроме того, истец полагает, что на момент составления договора дарения, ФИО5 не была способна в полной мере понимать последствия своих действий и руководить ими, осознавать происходящее, в связи с чем, договор дарения является недействительным.

На основании изложенного, просит суд признать договор дарения от 20.07.2021, заключенный между Минуллиной Нагимой и ФИО4, недействительным; взыскать понесенные расходы.

В ходе подготовки дела к судебному разбирательству, судом принято уточнение исковых требований в части признания договора дарения от 15.05.2015, заключенного между Минуллиной Нагимой и ФИО4, недействительным. В принятии уточненных исковых требований о признании в договоре дарения от 15.05.2015 обязательную долю ФИО3 в размере 1/4 доли, судом отказано. Поскольку истец при изменении предмета иска, которым просил признать договор от 20.07.2021 недействительным по признаку невменяемости дарителя, настоящим уточненным исковым заявлением в нарушении ст. 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации указываются иные основания в обосновании требований, чем те, которые были приведены в первоначальной редакции искового заявления. Таким образом, заявленные уточнения исковых требований приводят к нарушению процессуального порядка изменения предмета и основания иска, направлены на злоупотребление стороны истца своими правами.

Стороны в судебное заседание не явились, доверили представление своих интересов представителям.

В судебном заседании представитель истца ФИО1 на удовлетворении исковых требований по основанию, предмету и доводам, изложенным в исковом заявлении, настаивал.

Представитель ответчика ФИО2 в судебном заседании исковые требования не признала, доводы письменного отзыва поддержала.

Руководствуясь ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, в связи с тем, что стороны, извещены надлежащим образом и за срок, достаточный для обеспечения явки и подготовки к судебному заседанию, суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.

Заслушав представителей сторон, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

Согласно ст. 153 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее по тексту - ГК РФ) сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

В соответствии со ст. 420 ГК РФ договором признается соглашение двух или нескольких лиц об установлении, изменении или прекращении гражданских прав и обязанностей.

Согласно п.1 ст. 572 ГК РФ по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

В силу п.3 ст. 574 ГК РФ договор дарения недвижимого имущества подлежит государственной регистрации.

В силу положений ст.12 ГК РФ защита гражданских прав осуществляется, в том числе, путем признания оспоримой сделки недействительной и применения последствий ее недействительности, применения последствий недействительности ничтожной сделки.

На основании ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным Гражданским кодексом Российской Федерации, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В соответствии с п. 1 ст. 177 ГК РФ сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения. Если сделка признана недействительной на основании настоящей статьи, соответственно применяются правила, предусмотренные абзацами вторым и третьим пункта 1 статьи 171 настоящего Кодекса.

В абзаце втором п. 78 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что исходя из системного толкования пункта 1 статьи 1, пункта 3 статьи 166 и пункта 2 статьи 168 ГК РФ иск лица, не являющегося стороной ничтожной сделки, о применении последствий ее недействительности может также быть удовлетворен, если гражданским законодательством не установлен иной способ защиты права этого лица и его защита возможна лишь путем применения последствий недействительности ничтожной сделки.

Судом установлено, что ФИО3 на основании договора передачи квартиры в собственность граждан от 12.08.1996, принадлежала 1/2 доля в праве общей долевой собственности квартиры, расположенной по адресу: *** (л.д. 105 – оборотная сторона).

Согласно договору дарения от 15.05.2015, заключенного между ФИО5 (даритель) и ФИО4 (одаряемый), даритель безвозмездно передает в дар 1/2 долю в праве собственности на спорное жилое помещение. Настоящий договор имеет силу передаточного акта. (л.д. 110 – оборотная сторона)

20.07.2021 произведена государственная регистрация договора купли-продажи в Управлении Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Свердловской области (л.д. 111).

Как видно из материалов дела, ФИО5 умерла *** (л.д. 7).

Истец просит признать сделку договора дарения от 15.05.2015 недействительной, как совершенную ФИО5, находившейся в момент ее совершения в таком состоянии, когда она не была способна понимать значение своих действий или руководить ими.

В силу ст. 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (пункты 3, 4).

Согласно п. 3 ст. 10 ГК РФ в случае, когда закон ставит защиту гражданских прав в зависимость от того, осуществлялись ли эти права разумно и добросовестно, разумность действий и добросовестность участников гражданских правоотношений предполагаются.

В силу ст. 209 ГК РФ собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом. Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом.

В случаях, когда в соответствии с законом сделка оспаривается в интересах третьих лиц, она может быть признана недействительной, если нарушает права или охраняемые законом интересы таких третьих лиц (п. 2 ст. 166 ГК РФ).

Согласно разъяснениям, приведенным в пункте 73 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.05.2012 N 9 "О судебной практике по делам о наследовании", наследники вправе обратиться в суд после смерти наследодателя с иском о признании недействительной совершенной им сделки, в том числе по основаниям, предусмотренным статьями 177, 178 и 179 Гражданского кодекса РФ, если наследодатель эту сделку при жизни не оспаривал, что не влечет изменения сроков исковой давности, а также порядка их исчисления.

По смыслу приведенных правовых норм и разъяснений, с иском о признании сделки недействительной может обратиться гражданин, совершивший сделку, или правопреемник этого гражданина, в частности наследник, после смерти наследодателя.

С учетом характера рассматриваемых правоотношений, руководствуясь абз. 3 п. 13 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.06.2008 N 11 «О подготовке гражданских дел к судебному разбирательству», суд, по ходатайству истца, назначил проведение по делу посмертной судебной комплексной психолого-психиатрической экспертизы.

Из заключения посмертной амбулаторной комплексной судебной психолого-психиатрической экспертизы от 20.07.2022 № *** следует.

Экспертами не получено убедительных данных о наличии у ФИО5 такого психического состояния, которое бы проявлялось значительными нарушениями познавательных процессов, нарушениями волевой регуляции поведения, изменениями в эмоциональной сфере, личностными особенностями; и которое бы нарушало ее способность формировать с внушаемостью и подчиняемостью; и которое бы нарушало ее способность формировать представление о цели деятельности, оценивать риски и последствия совершаемых действий, осознанно принимать и исполнять решение. Также у ФИО5 не получено убедительных данных о наличии какого-либо психического расстройства на момент оформления договора дарения от 15.05.2015, поскольку не выявлено совокупности диагностических критериев психических расстройств. Индивидуально-психологических особенностей (в том числе, интеллектуальных, эмоционально-волевых, мотивационных, характерологических), которые нарушали бы способность к осознанному принятию решения и его исполнению применительно к спорной сделке, у ФИО3 не выявлено.

Поскольку судебно-психиатрическими экспертами не установлено наличие у ФИО5 на юридически значимый период какого-либо психического расстройства, то экспертами сделан вывод, что у подэкспертной на момент оформления договора дарения от 15.05.2015 не выявлено такого психического расстройства, которое бы лишало ее способности правильно воспринимать обстоятельства совершения юридически значимых действий и возможности понимать значение своих действий и руководить ими.

У суда не имеется оснований не доверять выводам амбулаторной комплексной судебной психолого-психиатрической экспертизы, поскольку эксперты, принимавшие участие в данных экспертизах, имеют длительный стаж работы в должности эксперта, предупреждены об уголовной ответственности по ст. 307 Уголовного кодекса Российской Федерации за дачу ложного заключения и не заинтересованы в исходе дела.

При этом, судебно-психиатрическая экспертиза проведена с соблюдением установленного процессуального порядка, лицами, обладающими специальными познаниями, значительным опытом экспертной работы. Для разрешения поставленных перед экспертами вопросов экспертному исследованию подвергнуты представленные в распоряжение экспертов медицинская документация в отношении ФИО5, материалы настоящего гражданского дела. Заключение соответствует требованиям статей 8, 25 Закона Российской Федерации "О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации".

Оценивая заключение комиссии экспертов, суд принимает во внимание тот факт, что экспертами в достаточной степени принимались во внимание как доводы сторон, изложенные в материалах дела, так и имеющиеся в распоряжении экспертов медицинские документы. В заключение экспертной комиссии подробно и последовательно изложены ход экспертного исследования; примененные методы исследования; анализ представленных материалов и медицинских документов.

Принимая во внимание приведенные обстоятельства, учитывая положения ст. ст. 6, 11, 12, 56, 67, ч. 3 ст. 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд, оценивая вышеуказанное заключение в совокупности со всеми иными доказательствами по делу (в частности, с показаниями свидетелей и сторон) приходит к выводу об отсутствии оснований сомневаться в правильности, объективности и достоверности выводов экспертов.

Таким образом, принимая во внимание выводы экспертов, объективных доказательств наличия у ФИО5 в момент оформления договора дарения от 15.05.2015 психического расстройства, либо болезненного состояния психики, влияющего на способности оценивать свои действия и руководить ими, не установлено.

Оценивая в совокупности исследованные доказательства, суд принимает во внимание то обстоятельство, что закон устанавливает презумпцию вменяемости, то есть изначально предполагает лиц, участвующих в гражданском обороте, психически здоровыми, если обратное не подтверждается соответствующими допустимыми доказательствами.

В силу ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации бремя по представлению доказательств вышеназванных юридически значимых обстоятельств, свидетельствующих о недействительности договора дарения, лежит на истце. Последним же в материалы дела каких-либо конкретных сведений относительно наличия у ФИО5 психического расстройства, лишившего ее способности понимать значение своих действий и руководить ими в момент совершения сделки, не представлено.

При этом, необходимо отметить, что правовое значении при рассмотрении настоящего гражданского дела имеет не наличие какого - либо заболевания у наследодателя (факт наличия у наследодателя на момент составления договора дарения совокупности различных заболеваний никто из лиц, участвующих в деле не оспаривал), а возможность лица, при оформлении договора понимать значении своих действий и руководить ими

Ни из заключения экспертов, ни из иных доказательств, представленных в материалы дела, не следует, что какое - либо заболевание, имеющееся у ФИО5 (как и в какой степени данное заболевание было выражено), полностью исключало способности последней понимать значение своих действий и руководить ими в момент оформления договора дарения от 15.05.2015.

Проанализировав показания свидетелей, заключение экспертов, оценив исследованные доказательства в совокупности по правилам ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд приходит к выводу, что доводы истца о невозможности ФИО5 понимать значение своих действий и руководить ими в момент оформления договора дарения от 15.05.2015, своего подтверждения не нашли.

При таких обстоятельствах, в требованиях истца надлежит отказать.

В связи с отказом в удовлетворении основных требований, не имеется оснований и возмещения судебных расходов.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

исковые требования ФИО3 к ФИО4 о признании договора дарения от 15.05.2015 недействительным - оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в Свердловский областной суд через Кировский районный суд г. Екатеринбурга в течение месяца с момента изготовления решения судом в окончательной форме.

Судья Н.А. Маркова