Председательствующий: судья Пиго И.М. № 22-5227/2023

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

город Красноярск 04 июля 2023 года

Судебная коллегия по уголовным делам Красноярского краевого суда в составе:

председательствующего – судьи Цыбули Ю.Н.,

судей Злобина И.А. и Верхотурова И.И.,

при секретаре судебного заседания Браун Н.В.,

с участием:

прокурора уголовно-судебного управления прокуратуры Красноярского края Гарт А.В.,

осужденной ФИО1,

её защитника-адвоката Бокишевой А.А.,

рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционному представлению с дополнениями государственного обвинителя Измайлова Г.А. и по апелляционной жалобе с дополнениями осужденной ФИО1 на приговор Советского районного суда города Красноярска от 23 декабря 2022 года, на основании которого

ФИО1, родившаяся <дата> в <адрес>, гражданка Российской Федерации, судимая 18.11.2021 по приговору Кировского районного суда города Красноярска (с учетом изменений, внесенных определением судебной коллегии по уголовным делам Красноярского краевого суда от 24.03.2022) по ч. 1 ст. 226; ч. 4 ст. 222; ч. 3 ст. 69 УК РФ к 3 годам 1 месяцу лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии общего режима;

осуждена по ч. 2 ст. 228 УК РФ к лишению свободы на срок 3 года; в соответствии с ч. 5 ст. 69 УК РФ, путем частичного сложения с наказанием, назначенным по приговору Кировского районного суда города Красноярска от 18.11.2021, окончательно осуждена к лишению свободы на срок 4 года с отбыванием в исправительной колонии общего режима.

Кроме того, этим же приговором ФИО1 оправдана по предъявленному ей обвинению в совершении преступления, предусмотренного п. «б» ч. 3 ст. 229 УК РФ, в связи с отсутствием в деянии состава преступления, с признанием в этой части права на реабилитацию.

Заслушав доклад судьи Злобина И.А., выслушав прокурора Гарт А.В., осужденную ФИО1 и её защитника-адвоката Бокишеву А.А., по доводам апелляционных представления и жалобы с дополнениями, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

ФИО1 осуждена за незаконные приобретение, хранение без цели сбыта наркотических средств, совершенные в крупном размере, при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

Кроме того, органом предварительного следствия ФИО1 было предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного п. «б» ч. 3 ст. 229 УК РФ, то есть в хищении наркотических средств в крупном размере.

Рассмотрев уголовное дело по существу, суд первой инстанции по предъявленному обвинению в совершении преступления, предусмотренного п. «б» ч. 3 ст. 229 УК РФ, ФИО1 оправдал в связи с отсутствием в деянии состава преступления, с признанием в этой части за ней права на реабилитацию.

Основания и мотивы оправдания ФИО1 изложены в приговоре.

В судебном заседании ФИО1 по преступлению, предусмотренному ч. 2 ст. 228 УК РФ, свою вину признала частично, указав, что не признает её в части незаконного приобретения наркотических средств. По преступлению, предусмотренному п. «б» ч. 3 ст. 229 УК РФ, свою вину не признала.

В апелляционном представлении с дополнениями государственный обвинитель Измайлов Г.А. полагает приговор подлежащим отмене в связи с неправильным применением уголовного закона и несоответствием выводов суда фактическим обстоятельствам уголовного дела;

обращает внимание, что, признавая ФИО1 виновной в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 228 УК РФ, в качестве доказательств суд приводит её показания, данные в ходе предварительного следствия, признавая их полученными без нарушения норм уголовно-процессуального закона; и на основании этих показаний судом установлены время, место, способ приобретения наркотического средства, что подтверждается протоколом проверки её показаний на месте преступления;

указывает, что, в то же время, по преступлению, предусмотренному п. «б» ч. 3 ст. 229 УК РФ, суд эти показания в качестве доказательств не принимает, в связи с чем считает довод суда о том, что время, место, форма и способ совершения преступления не установлены, противоречит фактическим обстоятельствам дела и выводам суда;

обращает внимание, что преступление совершено в условиях неочевидности, сведения о неустановленном лице отсутствуют, но, вместе с тем, в отношении него выделено уголовное дело;

полагает, что суд, принимая во внимание доказательства в качестве обоснования виновности в совершении незаконных приобретения и хранения наркотического средства, необоснованно отверг эти же доказательства при решении вопроса о виновности в хищении наркотического средства;

просит приговор отменить, уголовное дело направить на новое рассмотрение в ином составе суда.

Осужденной ФИО1 на апелляционное представление государственного обвинителя поданы возражения, в которых она просит оставить представление без удовлетворения.

В апелляционной жалобе с дополнениями осужденная ФИО1 выражает несогласие с приговором в части незаконного приобретения наркотических средств, так как место и время приобретения не установлены;

обращает внимание, что на основании постановления прокурора от 08.09.2021 (т. 1, л.д. 181-182) постановлением следователя от 26.09.2021 её действия были переквалифицированы на ч. 2 ст. 228 УК РФ – незаконное хранение без цели сбыта наркотических средств в крупном размере;

ссылаясь на ст. 171 УПК РФ, утверждает, что в части незаконного приобретения наркотических средств была лишена права на защиту, поскольку это деяние ей не было инкриминировано;

считает, что её показания от 13.06.2021 получены с нарушением ст. 190 УПК РФ, так как в протоколе не зафиксированы вопросы, которые задавал следователь или иные лица, что является существенным нарушением её прав;

полагает, что использование её показаний (т. 1, л.д. 83-85, 91-93, 108-110) является незаконным, так как они являются копиями, о чем свидетельствует, что в ходе следствия была допрошена только один раз;

утверждает, что её показания не отвечают требованиям ст. 77 УПК РФ, так как был использован только факт признания ею вины, а также не отвечают требованиям обоснованности (ч. 4 ст. 7 УПК РФ) и не подтверждаются другими доказательствами, вследствие чего являются недопустимыми;

указывает, что признание вины не исключает необходимости проверки других версий;

утверждает, что суд при наличии противоречивых доказательств в части приобретения наркотического средства не указал причины, по которым принял одни и отверг другие доказательства, с учетом того, что от показаний, данных в ходе предварительного следствия, она отказалась;

ссылаясь на показания свидетелей БЮВ, МЕА, ЕДИ, ТНА и БЕП, считает, что они не могут являться свидетелями, поскольку не указывают на время, дату, место, способ, цель и мотив приобретения наркотиков, а двое последних являются понятыми при личном досмотре;

считает, что рапорт (т. 1, л.д. 16), протокол личного досмотра (т. 1, л.д. 18-20), справка об исследовании от 12.06.2021 № 1545 (т. 1, л.д. 22) и заключение экспертизы от 30.06.2021 (т. 1, л.д. 28-32) не подтверждают её виновность в приобретении наркотического средства;

ссылаясь на судебную практику, положения ст. 73 УПК РФ, полагает, что цель и мотив преступления должны доказываться независимо от их значения для квалификации деяния;

считает, что судом не дано оценки осмотру телефона, согласно которому связь со сбытчиком наркотиков не установлена, а описание телефона, положенное в основу оправдательного приговора, опровергает её показания;

обращает внимание, что при применении ст. 229 УК РФ дополнительная квалификация по признаку приобретения не требуется, так как охватывается понятием хищения;

ссылаясь на аудиозапись от 06.07.2022 и от 02.12.2022 указывает, что протокол судебного заседания в нарушение требований ст. 259 УПК РФ не содержит подробное содержание её показаний и вопросов государственного обвинителя, в связи с чем считает незаконным постановление от 10.04.2023 об отклонении её замечаний на протокол судебного заседания, поскольку замечания являются существенными;

полагает, что указанные ею замечания подтверждают факт недоказанности признака приобретения наркотиков;

просит внести изменения в протокол судебного заседания, приговор изменить, исключить признак незаконного приобретения наркотических средств, снизить срок наказания.

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционных жалобы и представления с дополнениями, выслушав участников судебного разбирательства, судебная коллегия приходит к следующему выводу.

Так, в соответствии со ст. 297 УПК РФ приговор суда должен быть законным, обоснованным и справедливым и признается таковым, если соответствует требованиям уголовно-процессуального законодательства, предъявляемым к его содержанию, процессуальной форме и порядку постановления, а также основан на правильном применении уголовного закона.

Однако обжалуемый приговор указанным требованиям не соответствует.

В силу положений ст.ст. 389.15, 389.16 УПК РФ основаниями отмены или изменения судебного решения в апелляционном порядке являются несоответствие выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой инстанции, а приговор признается не соответствующим фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой инстанции, если выводы суда не подтверждаются доказательствами, рассмотренными в судебном заседании, а также выводы суда, изложенные в приговоре, содержат существенные противоречия, которые повлияли или могли повлиять на решение вопроса о виновности или невиновности осужденного или оправданного, на правильность применения уголовного закона или на определение меры наказания.

В обоснование принятого решения суд первой инстанции указал, что наличие в действиях ФИО1 состава преступления, предусмотренного п. «б» ч. 3 ст. 229 УК РФ, стороной обвинения не доказано.

Кроме того, суд первой инстанции указал, что в силу п. 1 ч. 1 ст. 73 УПК РФ при производстве по уголовному делу подлежат доказыванию время, место, способ и другие обстоятельства совершения преступления, в связи с чем время, признаки, форма и способ хищения по преступлениям, предусмотренным ст.229 УК РФ, подлежит обязательному установлению и доказыванию.

Также суд первой инстанции указал, что в обоснование доводов о хищении наркотических средств у неустановленных лиц, осуществляющих их незаконное распространение, сторона обвинения привела только показания ФИО1, данные на предварительном следствии, а иных доказательств, подтверждающих её показания в этой части, обвинением суду не предъявлено. При этом суд пришел к выводу, что, несмотря на то, что показания в ходе предварительного расследования даны ФИО1 в присутствии защитника и отвечают требованиям УПК РФ, предъявляемым к доказательствам, они не являются достаточными для установления в действиях ФИО1 хищения наркотических средств, поскольку не подтверждаются совокупностью доказательств.

Кроме того, суд первой инстанции указал, что по уголовным делам о хищениях, в том числе наркотических средств, подлежит обязательному доказыванию их принадлежность конкретному собственнику или иному владельцу как необходимое условие установления признаков хищения и правильного применения уголовного закона. Между тем, стороной обвинения не представлено достаточных доказательств того, что изъятые у ФИО1 наркотические средства были получены ею в результате хищения у конкретных физических либо юридических лиц.

Помимо этого суд указал, что в соответствии со ст. 252 УПК РФ судебное разбирательство проводится только в отношении обвиняемого и лишь по предъявленному ему обвинению. При этом ФИО1 обвиняется в совершении хищения наркотических средств в крупном размере, которое было окончено в момент изъятия наркотиков из тайника, однако время, форма и способ совершения преступления не установлены. При этом суд не входит в обсуждение вопроса наличия либо отсутствия в действиях ФИО1 признаков хищения наркотических средств каким-либо способом и в форме, поскольку это противоречит ст. 252 УПК РФ.

Таким образом, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что ФИО1 подлежит оправданию по основанию, предусмотренному п. 3 ч. 2 ст. 302 УПК РФ в связи с отсутствием в деянии состава преступления, предусмотренного п. «б» ч. 3 ст. 229 УК РФ.

Вместе с тем, такие выводы суда нельзя признать законными и обоснованными.

В частности, нельзя согласиться с выводами суда первой инстанции о том, что сторона обвинения привела только показания ФИО1, данные на предварительном следствии, а иных доказательств, подтверждающих её показания в этой части, обвинением суду не предъявлено.

Так, суд первой инстанции указал в приговоре, что стороной обвинения в качестве доказательств виновности ФИО1 в совершении хищения наркотических средств в крупном размере представлены протоколы допросов свидетелей БЮВ, САГ, МЕА, ЕДИ, ТНА, БЕП, рапорт инспектора ДПС полка ДПС ГИБДД МУ МВД России «Красноярское» по факту задержания ФИО1, протокол личного досмотра ФИО1 от 12.06.2021, протокол осмотра предметов от 13.07.2021, справка об исследовании № 1545 от 12.06.2021, заключение эксперта № 11/1208 от 30.06.2021, протокол проверки показаний на месте, содержание которых в то же самое время приведено в приговоре в обоснование выводов суда о виновности ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 228 УК РФ.

Однако в нарушение требований ст. 88 УПК РФ, предусматривающей правила оценки доказательств, судом первой инстанции указанным доказательствам, по преступлению, предусмотренному п. «б» ч. 3 ст. 229 УК РФ, не была дана оценка в их совокупности и взаимосвязи с показаниями ФИО1, хотя эти же самые доказательства признаны судом относимыми, допустимыми и достоверными в обоснование выводов о доказанности виновности осужденной по ч. 2 ст. 228 УК РФ.

Вместе с тем, положив вышеуказанные доказательства в обоснование виновности ФИО1 в незаконном приобретении и хранении без цели сбыта наркотических средств, которые в части обстоятельств приобретения в основе своей идентичны обстоятельствам предъявленного обвинения в хищении наркотических средств, суд первой инстанции в то же время отверг эти доказательства в части обвинения по п. «б» ч. 3 ст. 229 УК РФ, что привело к противоречивым выводам в описательно-мотивировочной части приговора при установлении фактических обстоятельств одних и тех же исследуемых событий, которые по преступлению, предусмотренному ч. 2 ст. 228 УК РФ, суд первой инстанции, тем не менее, посчитал доказанными, но, в то же время, счел их недоказанными по преступлению, предусмотренному п. «б» ч. 3 ст. 229 УК РФ.

Кроме того, нельзя согласиться с выводами суда первой инстанции о том, что по уголовным делам о хищениях, в том числе наркотических средств, подлежит обязательному доказыванию их принадлежность конкретному собственнику или иному владельцу как необходимое условие установления признаков хищения и правильного применения уголовного закона.

Так, согласно п. 23 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.06.2006 № 14 «О судебной практике по делам о преступлениях, созванных с наркотическими средствами, психотропными, сильнодействующими и ядовитыми веществами», по смыслу ст. 229 УК РФ, ответственность за хищение наркотических средств наступает в случаях противоправного их изъятия у юридических или физических лиц, владеющих ими законно или незаконно.

По делам о хищении наркотических средств законодатель не предусмотрел обязательное установление незаконного собственника наркотических средств, поскольку потерпевшим оно не признается, а в силу латентности таких преступлений владельцы наркотических средств объективно не всегда могут быть установлены.

Таким образом, то обстоятельство, что по делу не установлен конкретный незаконный собственник наркотических средств, уголовное дело в отношении которого выделено в отдельное производство, и они находятся в незаконном обороте, не может влиять на правовую оценку действий ФИО1, поскольку иное влекло бы необоснованное освобождение лиц, похитивших наркотические средства, от установленной законом уголовной ответственности.

Выводы суда первой инстанции о том, что время, форма и способ совершения преступления, предусмотренного п. «б» ч. 3 ст. 229 УК РФ, не установлены, и суд не входит в обсуждение вопроса наличия либо отсутствия в действиях ФИО1 признаков хищения наркотических средств каким-либо способом и в форме, поскольку это противоречит ст. 252 УПК РФ, судебная коллегия также расценивает как необоснованные.

Так, несмотря на отсутствие указания в предъявленном ФИО1 обвинении по п. «б» ч. 3 ст. 229 УК РФ конкретного времени хищения наркотических средств, которое согласно предъявленному обвинению было совершено 11.06.2021, это время приведено при изложении обвинения по ч. 2 ст. 228 УК РФ, а именно около 19 часов 00 минут, что является достаточным, учитывая, что обвинение по ч. 2 ст. 228 УК РФ и п. «б» ч. 3 ст. 229 УК РФ в части получения ФИО1 наркотических средств относится к одним и тем же событиям инкриминируемых ей деяний.

При этом диспозиция ст. 229 УК РФ не содержит указания на конкретные способы и формы хищения наркотических средств, а согласно Примечанию № 1 к ст. 158 УК РФ, под хищением в статьях УК РФ понимаются совершенные с корыстной целью противоправные безвозмездное изъятие и (или) обращение чужого имущества в пользу виновного или других лиц, причинившие ущерб собственнику или иному владельцу этого имущества.

Ст. 229 УК РФ, закрепляющая признаки состава такого преступления, как хищение наркотических средств, применяется во взаимосвязи с положениями Общей части УК РФ, в том числе определяющими принцип и формы вины, основание уголовной ответственности, с учетом фактических обстоятельств конкретного дела и исходя из разъяснений, данных Пленумом Верховного Суда Российской Федерации в постановлении от 15.06.2006 № 14 «О судебной практике по делам о преступлениях, связанных с наркотическими средствами, психотропными, сильнодействующими и ядовитыми веществами», согласно п. 23 которого ответственность за хищение наркотических средств наступает в случаях противоправного их изъятия у юридических или физических лиц, владеющих ими законно или незаконно, на что и указано в предъявленном ФИО1 по п. «б» ч. 3 ст. 229 УК РФ обвинении.

Таким образом, выводы суда первой инстанции в части неуказания органом предварительного следствия в предъявленном ФИО1 обвинении на конкретные способ и форму хищения наркотических средств при подробном изложении обстоятельств самого хищения, которое является конкретным и определенным, основанием для вывода об оправдании со ссылкой на положения ст. 252 УПК РФ сами по себе также являться не могут.

Помимо указанного, судебная коллегия также полагает необходимым обратить внимание на то, что, в нарушение требований п. 2 ч. 1 ст. 306 УПК РФ, резолютивная часть приговора решения о признании ФИО1 невиновной не содержит.

Вышеуказанные несоответствия и противоречия признаются судебной коллегией существенными, влекущими отмену приговора с направлением уголовного дела на новое судебное разбирательство, в ходе которого суду надлежит дать надлежащую оценку доводам, как стороны защиты, так и стороны обвинения, а также представленным ими в обоснование своей позиции доказательствам, принять по настоящему уголовному делу законное, обоснованное и мотивированное решение, полностью отвечающее требованиям ст. 297 УПК РФ.

В связи с отменой приговора по изложенным выше основаниям, судебная коллегия не рассматривает по существу иные доводы о несогласии с ним, изложенные в апелляционной жалобе с дополнениями осужденной, которые подлежат проверке при повторном рассмотрении уголовного дела.

Приведенные осужденной доводы о несогласии с постановлением судьи Советского районного суда города Красноярска от 10.04.2023 о рассмотрении её замечаний на протокол судебного заседания признаются судебной коллегией несостоятельными.

Так, судебной коллегией установлено, что в ходе судебного заседания суда первой инстанции велся протокол в письменной форме и протоколирование с использованием средств аудиозаписи (аудиопротоколирование), которые, по смыслу закона, представляют собой единое целое.

Протокол и диск с аудиозаписью приобщены к материалам уголовного дела. Протокол судебного заседания подписан секретарем и председательствующим по делу и полностью соответствует требованиям, предъявляемым ч. 3 ст. 259 УПК РФ.

В соответствии с со ст. 260 УПК РФ в течение 3 суток со дня ознакомления с протоколом и аудиозаписью судебного заседания стороны могут подать на них замечания. Замечания на протокол рассматриваются председательствующим незамедлительно. Замечания на аудиозапись рассматриваются председательствующим в течение 2 суток со дня их подачи.

Как следует из материалов уголовного дела, протокол судебного заседания велся в судебном заседании синхронно по ходу судебного разбирательства, составлен в соответствии с требованиями ст. 259 УПК РФ. В нём отражен порядок рассмотрения уголовного дела в том объеме и в той последовательности, в которых проводилось судебное заседание.

Замечания осужденной на протокол судебного заседания изучены и рассмотрены председательствующим по делу судьей с вынесением соответствующего процессуального решения, отвечающего требованиям ч. 4 ст. 7 УПК РФ.

По результатам рассмотрения замечаний осужденной на протокол судебного заседания принято мотивированное решение об их отклонении.

При таких обстоятельствах судебная коллегия приходит к выводу, что протокол судебного заседания, который, как то следует из смысла закона, не является стенограммой, в соответствии с требованиями ст. 259 УПК РФ достоверно отражает ход, результаты судебного разбирательства, все действия и решения суда, вследствие чего доводы жалобы осужденной о несогласии с вышеуказанным постановлением судьи от 10.04.2023 удовлетворению не подлежат.

Кроме того, в целях охраны прав и законных интересов участников уголовного судопроизводства, а также для надлежащего обеспечения условий проведения нового судебного разбирательства по уголовному делу в разумные сроки, с учетом обстоятельств дела, данных о личности ФИО1, суд апелляционной инстанции считает необходимым избрать в отношении неё по данному уголовному делу меру пресечения в виде заключения под стражу на срок 2 месяца, по <дата> включительно.

При избрании данной меры пресечения судебная коллегия учитывает, что ФИО1 обвиняется в совершении умышленных тяжкого и особо тяжкого преступлений, является потребителем наркотических средств, страдает наркоманией, семьи и детей на своём иждивении не имеет, вследствие чего приходит к выводу о том, что она может продолжать заниматься преступной деятельностью, связанной с незаконным оборотом наркотических средств, а также под угрозой назначения ей наказания в виде длительного лишения свободы на длительный срок – скрыться от суда.

При избрании в отношении ФИО1 меры пресечения в виде заключения под стражу судебная коллегия учитывает все данные о её личности, однако, с учетом всех вышеуказанных обстоятельств, считает невозможным избрание более мягкой меры пресечения, поскольку приходит к убеждению в том, что только такая мера пресечения, как заключение под стражу, способна в полной мере предотвратить действия подсудимой, учитываемые судом в качестве оснований её избрания, обеспечить условия для беспрепятственного осуществления уголовного судопроизводства по делу.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.15, 389.16, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Приговор Советского районного суда города Красноярска от 23 декабря 2022 года в отношении ФИО1 отменить.

Уголовное дело передать на новое судебное разбирательство в Советский районный суд города Красноярска, в ином составе суда, со стадии судебного разбирательства.

Избрать в отношении ФИО1 меру пресечения в виде заключения под стражу на срок 2 месяца, по <дата> включительно.

Настоящее апелляционное определение может быть обжаловано в кассационном порядке в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции по правилам, установленным главой 47.1 УПК РФ.

При этом ФИО1 вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий Ю.Н. Цыбуля

Судьи И.А. Злобин

И.И. Верхотуров