Дело № 2-728/2025
Уникальный идентификатор дела
56RS0042-01-2024-006966-50
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
02 апреля 2025 года г. Оренбург
Центральный районный суд г. Оренбурга в составе:
председательствующего судьи Миллибаева Э.Р.,
при секретаре Осиповой А.В.,
с участием представителя истца ФИО1, помощника прокурора Пивоваровой О.К.,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО2 к министерству строительства, жилищно-коммунального, дорожного хозяйства и транспорта Оренбургской области о признании права на получение социальной выплаты на капитальный ремонт, о возложении обязанности произвести выплаты,
УСТАНОВИЛ:
ФИО2 обратилась с иском в суд к министерству строительства, жилищно-коммунального, дорожного хозяйства и транспорта Оренбургской области о признании права на получение выплаты на капитальный ремонт жилого помещения, расположенного по адресу: <адрес>, поврежденного в результате чрезвычайной ситуации, сложившейся на территории Оренбургской области в связи с прохождением весеннего паводка. Указав, что её дом был затоплен в связи с прохождением паводка. На момент паводка данный дом по документам принадлежал дочери, по факту в нем проживали истец, и ее супруг ФИО3 27 марта 2024 года дочь заключила договор дарения по указанному дому, до введения режима чрезвычайной ситуации дом не зарегистрировали. Иного жилья для проживания истец не имеет. Постановлением администрации г. Оренбурга жилой дом по адресу: <адрес> признан подлежащим проведению капитального ремонта. Истец обратилась за предоставлением выплаты на капитальный ремонт жилого помещения, министерством строительства, жилищно-коммунального, дорожного хозяйства и транспорта Оренбургской области было вынесено решение об отказе в предоставление выплаты, в связи с тем, что заявитель не является собственником заявленного жилого помещения. С данным решением ФИО2 не согласна.
Первоначально исковое заявление ФИО2 поступило в порядке административного судопроизводства. На стадии принятия заявления к производству суда был определен характер спорных правоотношений и процессуальный закон, подлежащий применению, в связи с чем иск ФИО2 был принят в порядке гражданского судопроизводства, поскольку требования заявлены в связи с оспариванием исполнения обязательств по предоставлению социальной выплаты в виде капитального ремонта, которые подлежат рассмотрению в суде по правилам гражданского судопроизводства.
Просит суд признать ФИО2 пострадавшей в результате чрезвычайной ситуации сложившейся на территории Оренбургской области в связи с прохождением весеннего паводка в 2024 году. Признать отказ в предоставлении выплаты на капитальный ремонт жилого помещения по адресу: <адрес> незаконным. Признать за ней право на получение выплаты на капитальный ремонт, жилые помещения которых повреждены в результате чрезвычайной ситуации, сложившейся на территории Оренбургской области в связи с прохождением весеннего паводка в 2024 году.
ФИО2, после дополнения требований, также просит суд признать право на предоставление выплаты на капитальный ремонт указанного жилого дома. Возложить на министерство строительства, жилищно-коммунального, дорожного хозяйства и транспорта Оренбургской области обязанность произвести ФИО2 выплату на капитальный ремонт жилого дома по адресу: <адрес>.
В ходе рассмотрения дела ФИО2 заявила ходатайство об отказе от исковых требований в части требований о признании пострадавшим в результате чрезвычайной ситуации, признании отказа незаконным.
Определением суда от 02 апреля 2025 года производство прекращено в указанной части.
Истец ФИО2 в судебное заседание не явилась, была извещена надлежащим образом.
Представитель истца - ФИО1, действующая по доверенности, являющаяся также по делу третьим лицом, в судебном заседании иск поддержала, просила удовлетворить. Пояснила суду, что приходится ФИО2 дочерью. С 2017 года спорный дом зарегистрирован за ней (ФИО1), договор дарения заключили до наступления паводка, но не успели зарегистрировать. Она также обращалась, но ей ответчик отказал, поскольку её семья из трех человек: она, супруг и ребенок, но имеет в собственности иное жилье. Считает, что факт проживания её матери и отца достаточным основанием для удовлетворения иска.
Представитель ответчика министерства строительства, жилищно-коммунального, дорожного хозяйства и транспорта Оренбургской области в судебное заседание не явился, были извещены надлежащим образом. В отзыве просят отказать в иске, поскольку заявитель не является собственником заявленного жилого помещения.
Представители третьих лиц министерства строительства и жилищно-коммунального хозяйства Российской Федерации, Правительства Российской Федерации, администрации МО г. Оренбурга в судебное заседание не явились, были извещены.
Третье лицо ФИО3 в судебное заседание не явился, был извещен надлежащим образом.
Руководствуясь ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд счел возможным рассмотреть дело без участия не явившихся лиц.
Помощник прокурора Пивоварова О.К. в судебном заседании иск поддержала, просила удовлетворить.
Суд, выслушав представителя истца и помощника прокурора Пивоварову О.К., исследовав материалы дела, приходит к следующему.
Постановлением администрации г. Оренбурга от 01 июля 2024 года №1198-п жилой дом с кадастровым номером № по адресу: <адрес>, признан подлежащим капитальному ремонту (п.93 приложения к указанному постановлению).
Как установлено в процессе судебного разбирательства и не оспаривается сторонами, что в целях получения мер социальной поддержки в виде выплаты на капитальный ремонт ФИО2 обратилась (номер заявки 293466) в министерство строительства, жилищно-коммунального, дорожного хозяйства и транспорта Оренбургской области.
По итогам рассмотрения заявления, Приказом министерства строительства, жилищно-коммунального, дорожного хозяйства и транспорта Оренбургской области от 15 августа 2024 года №444-пр истцу ФИО2 было отказано в получении выплаты, без права повторного обращения, в связи с тем, что заявитель не является собственником заявленного жилого помещения (доли).
Согласно выписке ЕГРН следует, что по состоянию на 04 апреля 2024 года жилой дом, площадью 71,7 кв.м, с кадастровым номером № по адресу: <адрес>, принадлежит ФИО1 на основании договора дарения от 07 апреля 2017 года.
Согласно свидетельству о рождении ФИО6 является дочерью ФИО2 и ФИО3
Сторонами не оспаривалось и в судебном заседании представитель истца - ФИО1, являющаяся также по делу третьим лицом, пояснила, что она приходится дочерью истцу ФИО2 Смена фамилии произошла в связи с вступлением в брак 16 сентября 2017 года.
Из ЕГРН следует, что по состоянию на 04 апреля 2024 года истец ФИО2 в собственности объектов недвижимости не имела.
Согласно выписке из ЕГРН по состоянию на 04 апреля 2024 года за ФИО1 зарегистрировано право собственности на следующие объекты недвижимости:
единоличная собственность на жилой дом, площадью 71,7 кв.м, с кадастровым номером № по адресу: <адрес>;
общедолевая собственность в виде ? доли в отношении квартиры, площадью 61,6 кв.м, с кадастровым номером № по адресу: <адрес>
общая совместная собственность на квартиру, площадью 40,1 кв.м, с кадастровым номером № по адресу: <адрес>.
Указанное имущество было зарегистрировано за ФИО1 и на момент подачи иска – 18 ноября 2024 года.
Из договора дарения от 27 марта 2024 года следует, что ФИО1 подарила ФИО2 земельный участок с кадастровым номером №, общей площадью 1609 кв.м, расположенный по адресу: <адрес>, и жилой дом, площадью 71,7 кв.м, с кадастровым номером №, расположенный по адресу: <адрес>. Указанное имущество принадлежит дарителю на праве собственности. Стороны по договору определились, что право собственности одаряемой возникает с момента государственной регистрации права.
13 марта 2025 года произошла регистрация перехода права собственности от ФИО1 к ФИО2 в отношении земельного участка и жилого дома, расположенных по адресу: <адрес>, о чем в ЕГРН внесены соответствующие записи. Основанием перехода права собственности является договора дарения от 27 марта 2024 года.
Исходя из договора купли-продажи жилого дома и земельного участка от 27 июля 2012 года ФИО3 и ФИО2 являлись собственниками земельного участка и жилого дома, расположенных по адресу: <адрес>.
Лицевые счета по оплате электроэнергии и газоснабжения открыты на ФИО3, что следует из соответствующих квитанций.
Решением Ленинского районного суда г. Оренбурга от 30 мая 2024 года по заявлению ФИО3 установлен факт проживания ФИО3 в период с 01 августа 2016 года по 10 апреля 2024 года по адресу: <адрес>. Решение вступило в законную силу.
Ответчик по настоящему делу - министерство строительства, жилищно-коммунального, дорожного хозяйства и транспорта Оренбургской области не было привлечено к участию при рассмотрении заявления ФИО3 об установлении факта проживания. Указанное заявление ФИО3 было подано для получения мер социальной поддержки в виде единовременной выплаты и помощи за утрату имущества первой необходимости.
В ходе судебного заседания были допрошены свидетели.
Свидетель ФИО7 пояснила, что ФИО2 и ФИО1 знает, приходятся соседями. Живут по адресу: <адрес>, лет 9-10 купили у дяди своего. Считала, что ФИО3 является хозяином дома, узнали что ФИО1 хозяйка. Во время паводка дом пострадал.
Свидетель ФИО8 пояснила, что ФИО2 и ФИО3 ее соседи, с 2015-2016 года живут постоянно. К дому относятся как хозяева. Юридически не знает кто хозяин дома. ФИО1 их дочь.
Суд принимает показания свидетелей ФИО7 и ФИО8, признает показания в качестве достоверных доказательств в подтверждение вышеуказанных обстоятельств, так как указанные свидетели не являются лицами, заинтересованными в разрешении дела, оснований сомневаться в правдивости пояснений у суда не имеется, предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний. Более того, указанные показания в полном объеме согласуются с материалами дела.
Указом Губернатора Оренбургской области от 04 апреля 2024 года №103-УК «О введении на территории Оренбургской области режима чрезвычайной ситуации регионального характера», обстановка, возникшая в Оренбургской области в результате прохождения весеннего паводка в 2024 году, признана чрезвычайной ситуацией регионального характера.
Решением Правительственной комиссии по предупреждению и ликвидации чрезвычайных ситуаций №2 от 7 апреля 2024 года, ситуация на территории Оренбургской области отнесена к чрезвычайным ситуациям федерального характера.
Согласно Указу Губернатора Оренбургской области от 04 апреля 2024 года №103-УК «О введении на территории Оренбургской области режима чрезвычайной ситуации регионального характера» (в редакции от 22 октября 2024 года) адрес: <адрес> находится в границах зоны чрезвычайной ситуации.
В связи с указанной чрезвычайной ситуацией природного характера и в целях реализации Правил предоставления иных межбюджетных трансфертов из федерального бюджета, источником финансового обеспечения которых являются бюджетные ассигнования резервного фонда Правительства Российской Федерации, бюджетам субъектов Российской Федерации на финансовое обеспечения реализации мер социальной поддержки граждан, жилые помещения которых утрачены и (или) повреждены в результате последствий стихийных бедствий и других чрезвычайных ситуаций природного и техногенного характера, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 16 октября 2019 года N 1327, Правительством Оренбургской области принято постановление от 04 мая 2024 года №409-пп «О предоставлении выплаты на капитальный ремонт гражданам, жилые помещения которых повреждены в результате чрезвычайной ситуации, сложившейся на территории Оренбургской области в связи с прохождением весеннего паводка в 2024 году», " (далее – порядок №409-пп).
В силу п.4 указанного порядка право на получение выплаты имеют граждане Российской Федерации, являвшиеся на день введения режима чрезвычайной ситуации, сложившейся на территории Оренбургской области в связи с прохождением весеннего паводка в 2024 году (далее - чрезвычайная ситуация), собственниками поврежденных жилых помещений, которые на момент их повреждения не были застрахованы по программе организации возмещения ущерба, причиненного расположенным на территории субъекта Российской Федерации жилым помещениям граждан, с использованием механизма добровольного страхования, утвержденной органом государственной власти субъекта Российской Федерации в соответствии с пунктом 1 статьи 11.1 Федерального закона от 21 декабря 1994 года N 68-ФЗ "О защите населения и территорий от чрезвычайных ситуаций природного и техногенного характера", и не имели на день введения режима чрезвычайной ситуации в собственности иного жилого помещения, пригодного для проживания, или доли (долей) в праве общей собственности на иное жилое помещение, пригодное для проживания, либо в случае, если общая площадь принадлежащего таким гражданам жилого помещения, пригодного для проживания, и (или) общая площадь иного жилого помещения, пригодного для проживания, приходящаяся на долю (доли) таких граждан в праве общей собственности на такое жилое помещение и определяемая пропорционально размеру такой доли (долей), составляет менее 18 кв. метров на каждого члена семьи таких граждан (далее - граждане).
Таким образом, обязательным условием предоставления мер социальной поддержки указанным лицам по данному постановлению является наличие в собственности пострадавшего помещения и отсутствие в собственности иного жилого помещения или доли в праве общей собственности на жилое помещение, пригодных для проживания.
Разрешая заявленные требования, суд учитывает следующее.
В ходе судебного разбирательства установлено, что ФИО2 не являлась собственником спорного пострадавшего дома, а отказ в предоставлении мер социальной поддержки мотивирован именно отсутствие права на пострадавший жилой дом по адресу: <адрес>, поскольку как установлено в ходе судебного разбирательства дом принадлежал дочери истца ФИО1
На 04 апреля 2024 года у ФИО1 помимо пострадавшего жилого помещения в г.Оренбурге имелось в собственности иное жилое помещение, пригодное для проживания, площадью более 18 кв.м, с учетом членов её семьи (супруг и ребенок).
Право собственности ФИО1 на жилой дом по адресу: <адрес> не было прекращено на 04 апреля 2024 года, а отказ ФИО1 в предоставлении мер социальной поддержки мотивирован именно наличием в собственности указанного жилого помещения.
Согласно п. 8 договора дарения от 27 марта 2024 года, право собственности у одаряемого на жилой дом и земельный участок возникает с момента государственной регистрации.
Договор дарения от 27 марта 2024 года зарегистрирован в ЕГРН 13 марта 2025 года, что подтверждается выпиской из Единого государственного реестра недвижимости, то есть после подачи иска.
Таким образом, право собственности у ФИО2 на жилой дом, расположенный по адресу: <адрес> возникло 13 марта 2025 года.
Истец ФИО2 обратился с заявлением о получении выплаты на капитальный ремонт, 15 августа 2024 года приказом Министерства строительства, жилищно-коммунального, дорожного хозяйства и транспорта Оренбургской № 444-пр отказано по причине отсутствия зарегистрированного права собственности на жилой дом.
Между тем, возможность осуществления выплаты, при наличии иного жилого помещения, пригодного для проживания для ФИО1, нормами постановления Правительства Оренбургской области №409-пп от 04 мая 2024 года не предусмотрена.
Таким образом, при рассмотрении заявления ФИО2 ответчик права истца не нарушил, порядок рассмотрения заявления соблюден, принимая во внимание, что истец не соответствует требованиям, установленным Порядком 409-пп от 04 мая 2024 года.
Как было указано выше, действующее законодательство предусматривает исчерпывающий перечень условий, при которых гражданам, имеющим единственное жилое помещение, попавшее в зону чрезвычайной ситуации, предоставляется мера социальной поддержки в виде выплаты на капитальный ремонт жилого помещения. По смыслу закона данная выплата предоставляется гражданам для восстановления именно единственного жилого помещения, когда у них отсутствует возможность проживать в иных жилых помещениях принадлежащих им на праве собственности на дату введения чрезвычайного положения. Правительство Оренбургской области приняло решение добавить, что право на выплату на капитальный ремонт вправе получить лица, имеющие второе пригодное жилье площадью менее 18 кв.м.
Согласно статье 218 ГК Российской Федерации право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.
В силу статьи 223 ГК Российской Федерации право собственности у приобретателя вещи по договору возникает с момента ее передачи, если иное не предусмотрено законом или договором; в случаях, когда отчуждение имущества подлежит государственной регистрации, праве собственности у приобретателя возникает с момента такой регистрации, если иное не установлено законом.
Пунктом 1 статьи 131 ГК Российской Федерации предусмотрено, что право собственности и другие вещные права на недвижимые вещи, ограничения этих прав, их возникновение, переход и прекращение подлежат государственной регистрации в Едином государственном реестре органами, осуществляющими государственную регистрацию прав на недвижимость и сделок с ней.
На основании статьи 8.1 ГК Российской Федерации права на имущество, подлежащие государственной регистрации, возникают, изменяются и прекращаются с момента внесения соответствующей записи в государственный реестр, если иное не установлено законом. Запись в государственный реестр вносится при наличии заявлений об этом всех лиц, совершивших сделку, если иное не установлено законом. Если сделка совершена в нотариальной форме, запись в государственный реестр может быть внесена по заявлению любой стороны сделки, в том числе через нотариуса.
В силу части 3 статьи 1 Федерального закона от 13 июля 2015 г. N 218-ФЗ "О государственной регистрации недвижимости" государственная регистрация прав на недвижимое имущество - юридический акт признания и подтверждения возникновения, изменения, перехода, прекращения права определенного лица на недвижимое имущество или ограничения такого права и обременения недвижимого имущества.
В случаях, если законом предусмотрена государственная регистрация сделок, правовые последствия сделки наступают после ее регистрации (пункт 1 статьи 164 ГК Российской Федерации).
Согласно статье 572 ГК Российской Федерации, по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.
На основании пункта 3 статьи 574 ГК Российской Федерации договор дарения недвижимого имущества подлежит государственной регистрации.
Между тем, одариваемый по договору дарения, переход права собственности, по которому не зарегистрирован, заведомо не является собственником имущества, поэтому должен пользоваться специальным средством защиты, предусмотренным п. 3 ст. 551 ГК Российской Федерации.
Согласно п. 3 ст. 551 ГК Российской Федерации, в случае, если одна из сторон уклоняется от государственной регистрации сделки и перехода права собственности на недвижимость, суд вправе по требованию другой стороны вынести решение о государственной регистрации сделки и перехода права собственности при обращении с соответствующим иском.
Суд отмечает ошибочность толкования норм права истцом и третьим лицом относительно регистрации договора дарения, поскольку сам договор дарения недвижимости государственной регистрации не подлежит, но регистрации подлежит переход права собственности на объект недвижимости (ст. 131 ГК Российской Федерации).
Согласно положениями части 8 статьи 2 Федерального закона от 30 декабря 2012 г. N 302-ФЗ "О внесении изменений в главы 1, 2, 3 и 4 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", правила о государственной регистрации сделок с недвижимым имуществом, содержащиеся в статьях 558, 560, 574, 584 Гражданского кодекса Российской Федерации, не подлежат применению к договорам, заключаемым после дня вступления в силу этого Федерального закона, то есть к договорам, заключенным после 1 марта 2013 года.
Таким образом, сам договор дарения недвижимости не требует государственной регистрации, если он заключен после 1 марта 2013 года. Государственной регистрации подлежит переход права собственности на недвижимость.
По настоящему спору регистрация перехода права собственности на основании договора дарения произошла только 13 марта 2025 года, то регистрация перехода права собственности спорного дома на основании договора дарения в установленном порядке не производилась в течение длительного времени после заключения договора дарения от 27 марта 2024 года, то есть почти календарный год.
При этом суд критически оценивает доводы стороны истца о том, что регистрация перехода права собственности не была произведена сторонами по причине отсутствия денежных средств у одаряемой, ввиду отсутствия доказательств в обосновании указанного довода.
Доводы о фактической передаче дома по договору дарения не могут быть приняты во внимание, поскольку, бесспорных доказательств, подтверждающих данное обстоятельство, не представлено. Доказательств фактического принятия объекта недвижимости стороной истца суду не представлено. Стороны находятся и находились в тех же правоотношениях, что возникли с 07 апреля 2017 года, когда третье лицо получило дом в собственность. Демонстрация изменения правоотношений между истцом и третьим лицом после наступления весеннего паводка в апреле 2024 года, нацеленная на получение мер социальной поддержки, свидетельствует о злоупотреблении правом со стороны истца и третьего лица.
Стороны по сделке при ее заключении не имели намерения создать соответствующие этой сделке последствия, указанные действия истца и третьего лица (дочери) свидетельствуют о том, что сделка дарения фактически носила формальный характер.
Также у суда возникает сомнение относительно необходимости дарения ФИО1 жилья 27 марта 2024 года, и представления указанного договора дарения только в материалы настоящего гражданского дела, после отказа ответчика в выплате ей и её матери (истцу) на капитальный ремонт, с учетом наличия у ФИО1 иного пригодного для проживания жилья, площадью более 18 кв.м, то есть имеет место злоупотребление правом.
Таким образом, на лицо совершение ФИО1 и ФИО2, то есть членами одной семьи действий, свидетельствующих о создании видимости ухудшении жилищных условий ФИО1 на благо ФИО2, не заявлявшей ответчику до подачи иска о своих правах на спорный пострадавший дом.
В числе иных заслуживающих внимания обстоятельств суд также учитывает, что регистрация перехода права собственности произведена только после подачи иска, которая позволила истцу и членам семьи ставить вопрос о необходимости получения государственной социальной помощи в виде единовременной социальной выплаты на капитальный ремонт.
То есть намеренное ухудшение жилищных условий ФИО1 - это злоупотребление правом, которое заключается в использовании гражданами субъективного права в противоречие с его социальным назначением.
Произведя отчуждение жилого помещения, ФИО1 намеренно ухудшила свои жилищные условия, что не позволяет в настоящее время признать ФИО2 лицом имеющим право на социальную выплату на капитальный ремонт в отношении пострадавшего помещения.
Поскольку у дочери истца - ФИО1 имелось иное жилое помещение на праве собственности, более 18 кв.м, то она намеренно ухудшила свои жилищные условия, то есть злоупотребила правом, то данные обстоятельства являются основаниями для отказа в удовлетворении исковых требований.
В связи со сложившейся после паводка ситуацией, когда власти субъекта объявили о наличии права на капитальный ремонт только лицам, не имеющим иное жилое помещение на праве собственности, более 18 кв.м, само заключение договора дарения в условиях неординарной ситуацией, явно относится к злоупотреблению правом со стороны истца и её дочери – третьего лица.
Действия третьего лица по отношению к подаренным вещам нельзя назвать бережными, разумными и добросовестными.
С учетом дарения, произведением государственной регистрации в период рассмотрения дела 3-м лицом истцу, а учитывая, что дом стал для истца единственным пригодным для постоянного проживания жилым помещением, в отличие от третьего лица (ФИО1) – дарителя, у которой имеется иное пригодное жилье, площадью более 18 кв.м, свидетельствует о наличии у истца существенного интереса для извлечение существенной выгоды для себя и третьего лица (дочери) в виде выплаты на капитальный ремонт. На лицо злоупотребление истцом и третьим лицом правом путем дарения объекта недвижимости, которое направлено исключительно на причинение вреда ответчику.
С учетом, установленных по делу обстоятельств, суд приходит к выводу, что сам по себе факт проживания ФИО2 и её супруга ФИО3, несения расходов по его содержанию и оплате коммунальных услуг на момент введения режима чрезвычайной ситуации не является основанием для признания за истцом права на получение социальной поддержки в виде выплаты на капитальный ремонт жилого помещения, поскольку право на получение данной социальной выплаты имеют только собственники жилого помещения на момент введения чрезвычайной ситуации 4 апреля 2024 года.
На день введения чрезвычайной ситуации собственником жилого дома являлась ФИО1
То обстоятельство, что сделка дарения заключена с близким родственником, на выводы суда не влияет.
Сам факт сохранения регистрации ФИО2 по адресу: <адрес>, а равно права пользования жилым домом существенного значения не имеет и не может являться достаточным основанием для получения ФИО2 выплаты, предусмотренной Постановлением Правительства Оренбургской области N 409-пп.
Решение ответчика по заявлению ФИО2 от 15 августа 2024 года принято компетентным органом в пределах его полномочий и в полном соответствии с законодательством.
Факт получения денежных средств истцом в результате чрезвычайной ситуации в виде единовременной выплаты и в качестве выплаты за утрату имущества первой необходимости, находящегося в жилом доме по адресу: <адрес>, сам по себе основанием для признания за истцом права на получение выплаты на капитальный ремонт являться не может.
Решение Ленинского районного суда г. Оренбурга от 30 мая 2024 года по заявлению ФИО3 об установлении факта проживания не имеет преюдициального значения при рассмотрении настоящего дела (ч. 2 ст. 61 ГПК Российской Федерации), поскольку ответчик по настоящему делу не являлся участником по ранее рассмотренному делу.
Суд не принимает во внимание заключение прокурора, который полагал исковые требования подлежащими удовлетворению, поскольку в силу положений Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, заключение прокурора не является для суда обязательным и оценивается судом наравне с иными доказательствами по делу.
Таким образом, суд не усматривает правовых оснований для удовлетворения иска, а потому приходит к выводу об отказе в удовлетворении исковых требований в полном объеме.
Руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК Российской Федерации, суд
РЕШИЛ:
исковые требования ФИО2 к министерству строительства, жилищно-коммунального, дорожного хозяйства и транспорта Оренбургской области о признании права на получение социальной выплаты на капитальный ремонт, о возложении обязанности произвести выплаты оставить без удовлетворения.
Решение может быть обжаловано в Оренбургский областной суд в апелляционном порядке в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Центральный районный суд г. Оренбурга.
Судья подпись Э.Р. Миллибаев
Решение в окончательной форме принято 14 апреля 2025 года.
Судья: Копия верна.