Решение по делу № 2А-3690/2022 от 29.09.2022 | Ухтинский городской суд (Республика Коми)

Дело №2а-3690/2022

11RS0005-01-2022-005386-84

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Ухтинский городской суд в составе:

председательствующий судья Утянский В.И.,

при секретаре Евсевьевой Е.А.,

рассмотрев в отрытом судебном заседании 29 сентября 2022г. в г. Ухте дело по административному исковому заявлению ФИО1 к ФСИН России, УФСИН России по Республике Коми ФКУ ИК-19 УФСИН России по РК о признании факта нарушения условий содержания, взыскании компенсации за нарушение условий содержания,

установил:

Административный истец обратился в суд с заявлением о присуждении компенсации за нарушение условий содержания в ИК-19 при выводе его на оплачиваемые работы. В обоснование заявленных требований административный истец указал, что нарушались его права на надлежащее содержание в период нахождения в ФКУ ИК-19 (г. Ухта) с 04.12.2019г. по 16.08.2022г. Приказом №440с он был трудоустроен на должность подсобного рабочего участка №15 ХЛО (столовая), освобожден от занимаемой должности 12.02.201г. Местом работы администрацией было определено работать поваром в варочном цеху столовой. От данной работы истец не мог отказаться, в варочном цеху не мог работать по состоянию здоровья. В течение всего периода работы в варочном цеху его было током 380Вт от котлов, электрических плит. В феврале он потерял сознание от удара током, а 15.02.2021г. с рабочего места экстренно вывезли в ФКЛПУБ-18 по исключительным обстоятельствам. Истец неоднократно обращался к администрации по поводу того, что его бьет током. В результате действий администрации ему причинен моральный вред, выразившийся в постоянном страхе за свою жизнь. В 3-х месячный срок не мог обратиться в суд, т.к. было необходимо ознакомиться с материалами проверки прокуратуры. Просит признать факт нарушения условий содержания и взыскать денежную компенсацию в размере 1 000 000 руб.

Административный истец ФИО1 о времени и месте судебного разбирательства извещен надлежащим образом, своего представителя для участия в судебном разбирательстве не направил, письменно ходатайствовал о рассмотрении дела в его отсутствие.

Представитель административного ответчика ФКУ ИК-19 УФСИН России по Республике Коми ФИО2, представляющая также на основании доверенности ответчиков ФСИН России и УФСИН России по РК, полагает административные исковые требования не подлежащими удовлетворению.

Согласно ч. 6 ст. 226 КАС РФ неявка в судебное заседание лиц участвующих в деле, их представителей, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного заседания, не является препятствием к рассмотрению и разрешению административного дела.

Исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

Статьей 55 Конституции РФ определено, что в Российской Федерации не должны издаваться законы, отменяющие или умаляющие права и свободы человека и гражданина (ч. 2); права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства (ч. 3).

Такие ограничения, могут быть связаны, в частности, с применением в качестве меры государственного принуждения к лицам, совершившим преступления и осужденным за это по приговору суда, уголовного наказания в виде лишения свободы, особенность которого состоит в том, что при его исполнении на осужденного осуществляется специфическое воздействие, выражающееся в лишении или ограничении его прав и свобод и возложении на него определенных обязанностей.

В силу ч. 2 ст. 10 УИК РФ, при исполнении наказаний осужденным гарантируются права и свободы граждан Российской Федерации с изъятиями и ограничениями, установленными уголовным, уголовно-исполнительным и иным законодательством Российской Федерации.

Согласно ст. 21 Конституции Российской Федерации никто не должен подвергаться пыткам, насилию, другому жестокому или унижающему человеческое достоинство обращению или наказанию.

В соответствии со ст. 25 Всеобщей декларации прав человека, принятой Генеральной Ассамблеей ООН, каждый человек имеет право на такой жизненный уровень, включая пищу, одежду, жилище, медицинский уход и необходимое социальное обслуживание, который необходим для поддержания здоровья и благосостояния.

В соответствии со ст. 1069 ГК РФ вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

Согласно п. 1 ст. 227.1 КАС РФ лицо, полагающее, что нарушены условия его содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, одновременно с предъявлением требования об оспаривании связанных с условиями содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении решения, действия (бездействия) органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих в порядке, предусмотренном настоящей главой, может заявить требование о присуждении компенсации за нарушение установленных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении.

Осужденные к лишению свободы отбывают наказание в исправительных учреждениях, где действует определенный порядок исполнения и отбывания лишения свободы (режим). Осужденные обязаны соблюдать требования федеральных законов, определяющих порядок и условия отбывания наказаний, а также принятых в соответствии с ними нормативных правовых актов, выполнять законные требования администрации учреждений и органов, исполняющих наказания (ст. 11 УИК РФ).

Согласно ч. 1 ст. 103 УИК РФ каждый осужденный к лишению свободы обязан трудиться в местах и на работах, определяемых администрацией исправительных учреждений. Администрация исправительных учреждений обязана привлекать осужденных к труду с учетом их пола, возраста, трудоспособности, состояния здоровья и, по возможности, специальности, а также исходя из наличия рабочих мест. Осужденные привлекаются к труду в центрах трудовой адаптации осужденных и производственных (трудовых) мастерских исправительных учреждений, на федеральных государственных унитарных предприятиях уголовно-исполнительной системы и в организациях иных организационно-правовых форм, расположенных на территориях исправительных учреждений и (или) вне их, при условии обеспечения надлежащей охраны и изоляции осужденных.

Продолжительность рабочего времени осужденных к лишению свободы, правила охраны труда, техники безопасности и производственной санитарии устанавливаются в соответствии с законодательством Российской Федерации о труде. Время начала и окончания работы (смены) определяется графиками сменности, устанавливаемыми администрацией исправительного учреждения по согласованию с администрацией предприятия, на котором работают осужденные (ч. 1 ст. 104 УИК РФ).

Материалами дела установлено, что ФИО1 осужден приговором суда к уголовному наказанию в виде лишения свободы, прибыл для отбывания наказания в ФКУ ИК-19 УФСИН России по республике Коми (г. Ухта) 04.12.2019г.

Истец ссылается на допущенные нарушения при привлечении его к оплачиваемому труду, нарушения требований охраны труда.

Рассматривая доводы истца об указанных нарушениях при допуске к труду, суд учитывает следующее.

Как установлено решением суда от 14.04.2022г. по делу №2а-16/2022 согласно приказу начальника ФКУ ИК-19 от 17.04.2020г. №44-ос и на основании рапорта о выводе на оплачиваемые работы ФИО1 был назначен на должность подсобного рабочего (столовая), участка №15, с 17.04.2020г., согласно штатного расписания согласно штатному расписанию (смета федеральный бюджет), с должностным окладом 3473 руб.

При назначении административного истца на должность был подан рапорт начальника ОКБИиХО от 17.04.2020г., в котором также имеется заключение врача от 16.04.2020г. о том, что ФИО1 годен к работе подсобным рабочим без тяжелого физического труда и ночных смен. Приказом начальника ФКУ ИК-19 от 12.02.2021г. №22-ос осужденный ФИО1 освобожден с должности подсобного рабочего (столовая) участка №15, 12.02.2021г. в связи с этапированием в ФКЛПУБ-18 УФСИН России по РК 15.02.2021г., выплатив компенсацию за неиспользованный отпуск за фактически отработанное время в период работы с 17.04.2020г. по 12.02.2021г. в количестве 10 рабочих дней. На указанный приказ Ухтинским прокурором по надзору за соблюдением законов в исправительных учреждениях 23.04.2021г. принесен протест №17-03-2021 в связи с тем, что этапирование в ФКЛПУБ-18 фактически не является переводом согласно ч. 2 ст. 81 УИК РФ. Протест прокурора рассмотрен 18.05.2021г., приказом от 20.05.2021г. №75-ос внесены изменения в приказ №22-ос от 12.02.2021г., осужденный ФИО1 освобожден с должности подсобного рабочего (столовая) участка №15, 12.02.2021г. в связи с убытием в ФКЛПУБ-18 УФСИН России по РК по исключительным обстоятельствам, препятствующим дальнейшему нахождению осужденного в данном исправительном учреждении, 15.02.2021г., выплатив компенсацию за неиспользованный отпуск за фактически отработанное время в период работы с 17.04.2020г. по 12.02.2021г. в количестве 10 рабочих дней. Осужденному ФИО1 оформлены листки нетрудоспособности 15.06.2021г. на период нетрудоспособности с 09.02.2021г. по 14.02.2021г. и от 17.06.2021г. на период нетрудоспособности с 15.02.2021г. по 05.03.2021г., произведен расчет пособия по временной нетрудоспособности, в том числе за счет средств работодателя 1781,73 руб., за счет ФСС 3563,46 руб. и 10996,94 руб.

Доводы административного истца о том, что ему администрацией ИК-19 было определено работать поваром достоверными доказательствами не подтверждаются.

Согласно должностной инструкции №ДИ-07-2020 подсобного рабочего столовой ФКУ ИК-19, утвержденной начальником учреждения, в обязанности подсобного рабочего кухни-столовой входит: осуществлять подготовку обеденного зала к приему пищи; осуществлять уборку помещений столовой, территории, прилегающей к столовой; осуществлять дезинфекцию помещений кухни и столовой; разгружать (доставлять) сырье и полуфабрикаты в столовую; осуществлять очистку и доочистку картофеля и овощей, чистку и мытье оборудования, уборку отходов в специальные контейнеры.

В ходе судебного разбирательства факт работы истца поваром своего подтверждения не нашел. Равно, он не был подтвержден и в ходе рассмотрения дела №2а-16/2022.

Доводы истца о том, что в феврале 2022г. он потерял сознания от удара током и, в связи с этим, его 15.02.2021г. экстренно вывезли в Больницу 18 являются голословными. При этом, в ходе рассмотрения дела №2а-16/2022 сам истец ссылался на совсем иные причины своего увольнения с работы – наличие рапорта о медицинских противопоказаниях, а не несчастный случай на производстве. Предусмотренных ст. 62 КАС РФ доказательств несчастного случая, произошедшего на производстве с истцом, в материалы дела не представлено.

Судом также отклоняются доводы иска об отсутствии заземления варочного инвентаря. Действительно, в ходе проведенной Ухтинской прокуратурой по надзору за соблюдением законов в исправительных учреждениях проверки в ФКУ ИК-19 было установлено, что вытяжная вентиляция в варочном цеху находится в исправном состоянии, однако варочный инвентарь (плиты, котлы) не оборудован необходимым заземлением, в связи с чем 13.08.2021г. прокурором в адрес начальника ФКУ ИК-19 внесено представление об устранении нарушений закона.

Между тем, данный факт с достоверностью не подтверждает то обстоятельство, что указанные нарушения имели место в период работы истца, поскольку проверка была проведена спустя более 5 месяцев после его увольнения. Суд также учитывает, что по своим должностным обязанностям истец не был допущен к работе на варочном оборудовании, и, следовательно, отсутствие заземления не могло нарушать его права и законные интересы. Обращает на себя внимание и то обстоятельство, что факт работы истца поваром не нашел своего подтверждения в ходе прокурорской проверки.

Оценивая доказательства в их совокупности, суд не находит оснований к удовлетворению заявленных требований в данной части, поскольку действия администрации исправительного учреждения не противоречат действующему национальному законодательству и не нарушают права и свободы заявителя.

В силу ч. 2 ст. 10 УИК Российской Федерации при исполнении наказаний осужденным гарантируются права и свободы граждан Российской Федерации с изъятиями и ограничениями, установленными уголовным, уголовно-исполнительным и иным законодательством Российской Федерации.

Указанной нормой права установлены особенности правового положения осужденных как лиц, подвергнутых уголовному наказанию: при исполнении наказаний осужденным гарантируются права и свободы граждан Российской Федерации, но с учетом определенных изъятий и правоограничений, что соответствует положениям ч. 3 ст. 55 Конституции Российской Федерации, согласно которой права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены только федеральным законом в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства. Поэтому сужение правоспособности осужденных осуществляется в указанных интересах как нормами уголовного законодательства, в которых применительно к конкретному виду наказания определен объем лишений или ограничений прав и свобод для этих лиц, так и нормами уголовно-исполнительного законодательства на этапе исполнения наказания, а также иными федеральными законами.

При изложенных обстоятельствах доводы истца о нарушении закона со стороны администрации ИК и несоответствии их действий требованиям уголовно-исполнительного закона в данной части подлежат отклонению.

В ст. 226 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации (далее КАС Российской Федерации) установлено, что обязанность доказывания обстоятельств, указанных в п. 1 и 2 ч. 9 настоящей статьи, возлагается на лицо, обратившееся в суд, а обстоятельств, указанных в п. 3 и 4 ч. 9 и в ч. 10 настоящей статьи, - на орган, организацию, лицо, наделенные государственными или иными публичными полномочиями и принявшие оспариваемые решения либо совершившие оспариваемые действия (бездействие).

К таким обстоятельствам, доказать которые должен административный истец, относятся следующие: нарушены ли права, свободы и законные интересы административного истца или лиц, в защиту прав, свобод и законных интересов которых подано соответствующее административное исковое заявление; соблюдены ли сроки обращения в суд.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в п. 28 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 10.01.2009г. №2 «О практике рассмотрения судами дел об оспаривании решений, действий (бездействия) органов государственной власти, органов местного самоуправления, должностных лиц, государственных и муниципальных служащих» суд отказывает в удовлетворении заявления, если установит, что оспариваемое решение или действие принято либо совершено в соответствии с законом в пределах полномочий органа государственной власти, органа местного самоуправления, должностного лица, государственного или муниципального служащего и права либо свободы гражданина не были нарушены.

Таким образом, законодатель и правоприменитель предусмотрели, что удовлетворение требований, возможно лишь при наличии одновременно двух обстоятельств: незаконности действий (бездействия) должностного лица (незаконности принятого им или органом постановления) и реального нарушения при этом прав заявителя.

Из приведенных правовых норм и акта их толкования следует, что в случае очевидного отклонения действий участников гражданского оборота от добросовестного поведения, в том числе путем предъявления надуманных исковых требований, суд обязан дать надлежащую правовую оценку таким действиям и при необходимости вынести этот вопрос на обсуждение сторон.

Пребывание гражданина в пенитенциарных учреждениях неизбежно связано с различными лишениями и ограничениями, поэтому не всякие ссылки административного истца на подобные лишения и ограничения объективируются в утверждение о том, что он подвергся бесчеловечному или унижающему достоинство обращению со стороны государства. При установлении наличия или отсутствия физических и нравственных страданий, а также при оценке их характера и степени необходимо учитывать индивидуальные особенности потерпевшего и иные заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела.

Такими обстоятельствами могут являться длительность пребывания потерпевшего в местах лишения свободы или в местах содержания под стражей, однократность (неоднократность) такого пребывания; половая принадлежность лиц, присутствующих при осуществлении потерпевшим санитарно-гигиенических процедур в отсутствии приватности; состояние здоровья и возраст потерпевшего; иные обстоятельства.

Конституция Российской Федерации презюмирует добросовестное выполнение органами государственной власти возлагаемых на них Конституцией и федеральными законами обязанностей и прямо закрепляет их самостоятельность в осуществлении своих функций и полномочий (ст. 10).

Таким образом, у суда первой инстанции не имеется оснований не доверять представленным административными ответчиками доказательствам.

Следовательно, вышеперечисленные в исковом заявлении условия содержания не достигли той степени «суровости» и не причиняли истцу таких нравственных страданий, которые позволили бы вести речь о взыскании компенсации в размере, указанном самим заявителем в иске.

Согласно позиции вышестоящих судов меры, связанные с лишением свободы, зачастую включают в себя элемент неизбежного страдания или унижения, тем не менее государство должно обеспечить содержание лица в условиях, совместимых с уважением его человеческого достоинства, и способ и метод исполнения этой меры наказания не должны подвергать его душевным страданиям и трудностям в той степени, которая превышает неизбежный уровень страданий, свойственных лицу, содержащемуся под стражей, чтобы с учетом практических требований лишения свободы его здоровье и благополучие не подвергались угрозе.

Принимая во внимание сложившуюся судебную и межгосударственную практику, неправомерное обращение с человеком должно нести в себе некий минимум жестокости, чтобы на акт такого обращения распространялось действие ст. 3 Конвенции о защите прав человека и основных свобод. В своей практике суд относит обращение с тем или иным лицом к категории «бесчеловечного» только в случае преднамеренного характера такого обращения.

Суд отмечает, что ст. 3 Конвенции закрепляет одну из основополагающих ценностей демократического общества. Она в абсолютных выражениях запрещает пытки или бесчеловечное или унижающее достоинство обращение или наказание, независимо от обстоятельств или поведения жертвы. Для отнесения к сфере действия ст. 3 Конвенции жестокое обращение должно достигнуть минимального уровня суровости. Оценка указанного минимального уровня относительна и зависит от всех обстоятельств дела, таких как длительность обращения, его физические и психологические последствия и, в некоторых случаях, пол, возраст и состояние здоровья жертвы. Жестокое обращение, которое достигает такого минимального уровня суровости, обычно включает в себя реальные телесные повреждения или интенсивные физические или нравственные страдания.

По делу подобные обстоятельства не установлены.

При таких обстоятельствах именно истцу следует доказать, что условия содержания в исправительном учреждении, не обеспечивали нормальные условия для жизни, оказывая негативное воздействие на его здоровье или нормальный жизненный уровень, что сделано не было.

В нарушение требований ст. 62 КАС РФ доказательства, которые свидетельствовали бы о том, что условия содержания фактически не обеспечивали охрану здоровья или нормальный жизненный уровень в условиях отбывания уголовного наказания, суду не представлены.

Наличие признаков бесчеловечного обращения из материалов дела также не усматривается.

Поэтому даже признание судом ненадлежащими условия содержания в части отсутствия заземления оборудования и т.п. само по себе не означает констатацию нарушения личных неимущественных прав истца, включая право на охрану труда, охрану здоровья, поскольку установление одного лишь факта несоблюдения ответчиком утвержденных норм содержания осужденных к лишению свободы недостаточно для удовлетворения требований истца о взыскании компенсации морального вреда.

Оценивая доказательства в их совокупности, суд не находит оснований к удовлетворению заявленных требований, поскольку в дело не представлены доказательства того, что действия администрации исправительного учреждения противоречили действующему законодательству и рекомендациям Комитета Министров Rec(2006)2 государствам - членам Совета Европы о Европейских пенитенциарных правилах, нарушали права и свободы заявителя, в том числе причинили ему нравственные страдания.

Суд также обращает внимание на следующее обстоятельство.

В соответствии со ст.1 Гражданского кодекса Российской Федерации при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Как предусмотрено ст. 35 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, лица, участвующие в деле, должны добросовестно пользоваться всеми принадлежащими им процессуальными правами.

Согласно разъяснению, содержащемуся в п. 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. В этом случае суд при рассмотрении дела выносит на обсуждение обстоятельства, явно свидетельствующие о таком недобросовестном поведении, даже если стороны на них не ссылались (ст.56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Исковое заявление поступило в суд по истечении более 3 лет после начала событий, с которыми истец связывает причинение ему нравственных страданий, влекущих взыскание компенсации морального вреда. Как указывалось самим истцом, нарушение его прав началось с момента трудоустройства в 2019г. и с указанного периода он отбывает наказание в «нечеловеческих условиях». Однако, обращение в суд спустя столь длительный период времени не свидетельствует о том, что истцу были причинены нравственные страдания в достаточной степени, что позволило бы делать вывод о достижении минимального уровня суровости. Следовательно, вышеперечисленные в исковом заявлении условия содержания не достигли той степени «суровости» и не причиняли истцу таких нравственных страданий, которые позволили бы вести речь о взыскании компенсации морального вреда.

Следовательно, столь позднее обращение в суд за защитой нарушенного по его мнению права, повлекло за собой невозможность проверки ряда доводов из-за утери ряда доказательств вследствие уничтожения документов за истечением сроков хранения, переоборудованием помещений и камер, проведением в них ремонтных работ либо ликвидацией ряда помещений и др., свидетельствует о возможном злоупотреблении процессуальными правами со стороны административного истца.

Исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства в их совокупности и взаимосвязи по правилам КАС РФ, руководствуясь нормами материального права, регулирующими спорные правоотношения, достоверно установив то обстоятельство, что материально-бытовое обеспечение истца соответствовало предъявляемым требованиям, что не противоречит установленным законом требованиям, суд полагает заявленные им требования о компенсации не обоснованными.

Как отметил Верховный Суд Россйской Федерации в определении от 14.11.2017г. №84-КГ17-6 процесс содержания лица под стражей или отбывания им наказания законодательно урегулирован, осуществляется на основании нормативно-правовых актов и соответствующих актов Министерства юстиции Российской Федерации, которыми регламентированы условия содержания, права и обязанности лиц, содержащихся под стражей или отбывающих наказание, а также права и обязанности лиц, ответственных за их содержание.

При этом Верховный Суд Российской Федерации указал, что содержание на законных основаниях лица под стражей или отбывание им наказания в местах, соответствующих установленным государством нормативам, заведомо не может причинить физические и нравственные страдания, поскольку такие нормативы создавались именно с целью обеспечить не только содержание в местах лишения свободы или под стражей, но и обеспечить при этом соблюдение прав лиц, оказавшихся в них вследствие реализации механизма государственного принуждения.

В п. 15 Постановления Пленума Верховного Суда РФ №5 от 10.10.2003г. «О применении судами общей юрисдикции общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров Российской Федерации» в практике применения Конвенции о защите прав человека и основных свобод Европейским Судом по правам человека к «бесчеловечному обращению» относятся случаи, когда такое обращение, как правило, носит преднамеренный характер, имеет место на протяжении нескольких часов или когда в результате такого обращения человеку были причинены реальный физический вред либо глубокие физические или психические страдания.

Претерпевание осужденным, отбывающим наказание в исправительных учреждениях, либо лицом, заключенным под стражу, определенных нравственных и физических страданий, учитывая факт нахождения под стражей и наличие неизбежного элемента страдания и унижения, связанного с применением данной формы правомерного обращения, является неизбежным следствием исполнения уголовного наказания в виде лишения свободы и не может служить основанием применения положений ст. 1100 ГК РФ, определяющей основания компенсации морального вреда независимо от вины причинителя.

В нарушение ст. 62 КАС РФ административным истцом не представлены доказательства нарушения его прав и законных интересов вышеуказанными действиями администрацией исправительного учреждения.

Суд полагает пропущенным заявителем установленный законом срок для обращения в суд за защитой нарушенного права.

В п. 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 года №47 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания» указано, что, проверяя соблюдение предусмотренного ч. 1 ст. 219 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации трехмесячного срока для обращения в суд, судам необходимо исходить из того, что нарушение условий содержания лишенных свободы лиц может носить длящийся характер, следовательно, административное исковое заявление о признании незаконными бездействия органа или учреждения, должностного лица, связанного с нарушением условий содержания лишенных свободы лиц, может быть подано в течение всего срока, в рамках которого у органа или учреждения, должностного лица сохраняется обязанность совершить определенное действие, а также в течение трех месяцев после прекращения такой обязанности.

В силу ст. 219 КАС РФ если настоящим Кодексом не установлены иные сроки обращения с административным исковым заявлением в суд, административное исковое заявление может быть подано в суд в течение трех месяцев со дня, когда гражданину, организации, иному лицу стало известно о нарушении их прав, свобод и законных интересов.

На необходимость соблюдения установленного ст. 219 КАС РФ срока для обращения в суд неоднократно обращали внимание суды различных уровней: Третий кассационный суд общей юрисдикции (определения от 26.08.2020г. №12900/2020) от 12.05.2021г. №88а-7120/2021, от 26.01.2022г. №88а-2088/2022, от 09.02.2022 №88а-2731/2022, от 27.04.2022г. №88а-7213/2022, от 27 июля 2022г. №88а-11846/2022), Седьмой кассационный суд общей юрисдикции (определение от 08.12.2020г. №88а-18459/2020, от 19.05.2021г. №88а-7064/2022) и другие.

Согласно ст. 5 Федерального закона от 27 декабря 2019 года №494-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», в течение 180 дней со дня вступления в силу настоящего Федерального закона лицо, подавшее в Европейский Суд по правам человека (далее - ЕСПЧ) жалобу на предполагаемое нарушение условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, в отношении которой не вынесено решение по вопросу ее приемлемости или по существу дела либо по которой вынесено решение о неприемлемости ввиду неисчерпания национальных средств правовой защиты в связи с вступлением в силу настоящего Федерального закона, может обратиться в суд в порядке, установленном законодательством Российской Федерации, с заявлением о присуждении компенсации за нарушение условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении с указанием в нем даты обращения с жалобой в Европейский Суд по правам человека и номера этой жалобы. С учетом даты вступления в силу указанного закона, лицо, подавшее в ЕСПЧ жалобу на предполагаемое нарушение условий содержания, в случаях, указанных в Федеральном законе №494-ФЗ, вправе обратиться в суд с заявлением о присуждении компенсации до 25 июля 2020 года.

Из материалов дела наличие приведенных выше обстоятельств в отношении административного истца не усматривается, доказательств обращения с жалобой в ЕСПЧ не имеется.

Предполагаемые нарушения условий содержания в данном случае носили длящийся характер, при этом срок, в рамках которого у администрации ФКУ ИК-19 сохранялась обязанность совершить определенные действия, прекратился при этапированииистца в другое учреждение 15.02.2021г., поскольку с указанного момента у исправительного учреждения ФКУ ИК-19 прекратилась соответствующая обязанность по обеспечению истца.

Административное исковое заявление сдано административным истцом для направления через администрацию исправительного центра только 24.08.2022г. Между тем, как указал сам заявитель в административном иске - нарушения в отношении него допускались с декабря 2019г. по февраль 2021г. Следовательно, административное исковое заявление подано в суд спустя более полутора лет с момента прекращения оспариваемых действий (бездействия) в отношении истца, допускаемых в ИК-19.

Пропущенный по уважительной причине срок подачи административного искового заявления может быть восстановлен судом, за исключением случаев, если его восстановление не предусмотрено настоящим Кодексом. Пропуск срока обращения в суд без уважительной причины, а также невозможность восстановления пропущенного (в том числе по уважительной причине) срока обращения в суд является основанием для отказа в удовлетворении административного иска (ч. 7 и 8 ст. 219 названного Кодекса).

Конституционный Суд Российской Федерации неоднократно отмечал, что установление в законе сроков для обращения в суд с административным исковым заявлением, а также момента начала их исчисления относится к дискреционным полномочиям федерального законодателя, обусловлено необходимостью обеспечить стабильность и определенность публичных правоотношений и не может рассматриваться как нарушение конституционных прав граждан.

Вместе с тем, доказательств наличия у истца исключительных обстоятельств, препятствующих своевременному обращению в суд, материалы дела не содержат, следовательно, на момент обращения пропущен установленный законом срок обжалования, о восстановлении пропущенного срока истец не ходатайствовал. Доводы истца о том, что до обращения в суд ему было необходимо ознакомиться с результатами проверки прокуратуры, что он мог сделать только после освобождения из мест лишения свободы отклоняются судом как надуманные. У истца отсутствовали какие-либо препятствия для того, чтобы своевременно инициировать судебные разбирательства в случае нарушениях прав и законных интересов. При этом, ознакомление истца с материалами проверки не является безусловной обязанностью перед подачей иска. Ссылаясь на необходимость ознакомления с материалами прокурорских проверок, административный истец не представил доказательств непосредственного ознакомления с такими материалами.

При изложенных обстоятельствах административные исковые требования не подлежат удовлетворению, в иске следует отказать.

Руководствуясь ст. ст. 175, 177, 227, 227.1 КАС РФ,

решил:

В удовлетворении административных исковых ФИО1 к ФСИН России, УФСИН России по Республике Коми ФКУ ИК-19 УФСИН России по РК о признании факта нарушения условий содержания, взыскании компенсации за нарушение условий содержания - отказать.

Решение может быть обжаловано в Верховный Суд Республики Коми через Ухтинский городской суд в течение месяца с момента изготовления мотивированного текста (мотивированное решение – 10 октября 2022г.).

Судья В.И. Утянский