РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

26 мая 2023 года

Московский районный суд г.Н.Новгорода в составе: председательствующего судьи Лопатиной И.В., при помощнике судьи Самойловой О.В., с участием представителя истца ФИО1, ответчика ФИО2, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску

ФИО3 к ФИО2 о признании договора дарения недействительным, применении последствий недействительности сделки,

Установил:

ФИО3 обратилась в суд с иском к ФИО2, указывая, что истцу принадлежала на праве собственности квартира на основании договора о безвозмездной передаче жилья в собственность, реестровый *, заключенного с Администрацией Московского района г.Н.Новгород от 22 февраля 1999 года. Квартира расположена по адресу: ***, площадью 35 кв.м., кадастровый *, кадастровая стоимость 1 534 573,14 руб.

06 августа 2018 года истец подписал договор дарения объекта недвижимости (далее по тексту Договор), в соответствии с условиями которого указанная квартира безвозмездно передана в собственность ответчику. В Договоре указано, что передача недвижимости дарителем и принятие ее одаряемым осуществляется путем символической передачи ключей и вручения правоустанавливающих документов (п.4 Договора). Кроме того, одаряемый осуществляет за свой счет ремонт и эксплуатацию указанной недвижимости, а также участвует в расходах, связанных с техническим обслуживанием и ремонтом, в том числе капитальным всего дома. Переход права собственности к ответчику зарегистрирован Управлением Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Нижегородской области 16 августа 2018 года.

Истица при подписании Договора текст Договора не читала. Ответчик является внучкой родной сестры. Истец полагала, что подписывает договор о пожизненном содержании с правом пожизненного проживания в спорной квартире. Кроме того, на регистрацию Договор не подавала, подписывала Договор в адвокатской конторе, где ей сразу вручили ее экземпляр Договора. Истец дарить квартиру никому не хотела, ранее квартира была завещана ее родной внучке ФИО4 Ответчик не оказывает ей материальную и какую-либо другую помощь, не принимает участия в жизни истца, оплату за содержание жилья и коммунальные услуги не производит, квартирой не пользуется. Истец проживает в квартире, осуществляет оплату за квартиру, считает, что квартира должна принадлежать ей на праве собственности, как и ранее. Ответчик намерен продать квартиру в случае, если истец не будет оплачивать содержание жилья и коммунальные услуги. Квартира является единственным местом жительства истца.

Таким образом, истец, нуждающийся в силу преклонного возраста и по состоянию здоровья в постороннем уходе, заблуждался относительно природы совершаемой сделки, не имел намерений передать при заключении договора дарения спорную квартиру безвозмездно ответчику, заблуждался относительно последствий сделки, был обманут ответчиком, находился под влиянием заблуждения со стороны ответчика, в силу своего возраста, плохого зрения, юридической неграмотности. Истец в свою очередь доверяла ответчику, считала, что она не будет лишена единственного жилья, ее право пользования данным жилым помещением будет пожизненным, а взамен она будет получать от ответчика помощь, уход и содержание, в противном случае она бы сделку не заключила.

Воля истца при подписании договора дарения квартиры, а также в силу сложившихся обстоятельств, связанных с его преклонным возрастом (дата), состоянием здоровья, сопутствующими заболеваниями, неправильно сформировалась вследствие заблуждения, повлекла иные правовые последствия, нежели те, которые она действительно имела в виду, как участник сделки, помимо своей воли, составила неправильное мнение о природе сделки под влиянием обстоятельств, имеющих для него существенное значение, договор был заключен на крайне невыгодных для истца условиях, она лишается единственного жилья, в связи с чем истец обратился в суд с иском о признании недействительным договора дарения.

Истица просила суд признать договор дарения объекта от 06 августа 2018 года, заключённый между ФИО3 и ФИО2 о дарении квартиры, расположенной по адресу: ***, площадью 35 кв.м., кадастровый *, недействительным.

В последующем истица неоднократно изменяла заявленные требования в части основания для признания договора дарения недействительным, указывая, что преклонный возраст истицы, а именно на момент заключения договора дарения (92 года), текущие заболевания: нейросенсорная двусторонняя потеря слуха, двусторонняя тугоухость, катаракта обоих глаз затруднили ориентированность в практических вопросах, делало невозможным должное восприятие сути содержания сделки на слух и понимание сути ее правовых последствий. Кроме того, передачи имущества по договору как таковой не состоялось: ответчица ФИО2 в спорную квартиру не вселялась, расходов по ее содержанию не несла, то есть фактически не вступала в пользование жилым помещением. Истица продолжает проживать по указанному адресу, несмотря на регистрацию права собственности ответчицы на квартиру, и несет бремя содержания жилья. Указанные обстоятельства объективно подтверждают отличную от договора дарения природу сделки между истицей и ответчицей. Как следует их текста договора дарения от 06.08.2018, в нем отсутствует пункт, дающий право на пожизненное пользование спорной квартирой ФИО3 Подписывая договор дарения, истица не предполагала, что ответчица сможет распорядиться ее квартирой после подписания документа, относительно содержания которого она заблуждалась, а она лишится права проживания в ней, что является существенным для истицы, являющейся одиноким пожилым человеком, для которой данное жилье является единственным местом жительства. Не предполагала до того момента, пока ответчица и ее мать не сообщили ей, что ответчица является собственницей и может продать в любое время спорную квартиру. Следует учесть, что договором дарения не предусмотрено сохранение за истицей права пользования данным жильем, то есть договор дарения заключен на крайне невыгодных для истицы условиях. Истица узнала о возможности ответчицы распорядиться квартирой и выселить ее спустя время и, учитывая заблуждение относительно заключенной ею сделки, не знала о нарушении ее прав.

Поскольку на момент заключения договора истица находилась в преклонном возрасте, имела текущие заболевания в виде двусторонней глухоты и катаракты обоих глаз, была юридически неграмотна, с учетом того, что фактически передача имущества не состоялась, истица продолжала проживать в спорной квартире, оплачивать коммунальные услуги, данные обстоятельства в совокупности создали у истицы неправильное представление о характере возникших правоотношений, что повлекло пропуск срока исковой давности для обращения в суд в защиту своих прав.

Таким образом, по совокупности обстоятельств, срок исковой давности пропущен по уважительным причинам, поскольку имеются исключительные обстоятельства, связанные с ее личностью, препятствовавшие обращению с иском в суд о защите нарушенного права в установленный срок, а также, что сторонами не была исполнена сделка.

После поступления заключения врача-судебно-психиатрического эксперта (комиссии экспертов) от 11 января 2023 года * истица вновь изменила основание иска, указав, что исходя из пояснений ФИО3, данных экспертам, имел место обман истицы ФИО3 со стороны группы лиц в составе ответчицы ФИО2 и ее матери ФИО5 Согласно заключения экспертов * договор дарения не соответствует воле истицы ФИО3, прямо противоречит ее намерениям, которые установлены 4-мя экспертами: «дожить до последнего часа», «не собиралась дарить квартиру», «всегда хотела оставить внучке». Обман как способ заключения договора дарения в данном случае заключается в организации процесса заключения договора стороной одаряемого и сообщении ФИО3 заведомо ложных, не соответствующих действительности сведений ФИО2 и ФИО5 При указанных обстоятельствах, принимая во внимание состояние здоровья истицы, ее преклонный возраст, текущие заболевания, юридическую неграмотность, заключение договора на крайне невыгодных условиях, отсутствие пункта в договоре дарения о праве пожизненного пользования истицей квартирой, отсутствие у нее прав на иные жилые помещения, что с учетом пояснений истца и заключения экспертов * свидетельствует о фактическом несоответствии ее волеизъявления заключенному сторонами договору дарения, отсутствием факта наступления правовых последствий, вытекающих из договора дарения, можно прийти к выводу о наличии оснований к признанию заключенного между истицей и ответчицей договора дарения недействительным, о применении правовых последствий недействительности сделки. Обман истицы со стороны ответчицы относительно существа подписанного ею договора дарения имеет существенное значение. Применяя эти нормы, следует привести стороны безвозмездной сделки в первоначальное положение, возвратив истице право собственности на спорное имущество, прекратив его у ответчицы.

Окончательно истица просит суд признать договор дарения объектов недвижимости от 06.08.2018 года между ФИО3 и ФИО2 в отношении квартиры кадастровый * площадью 35,0 кв.м., расположенной по адресу: ***, недействительным,

применить последствия недействительности сделок путем приведения сторон в первоначальное положение:

прекратить право собственности ФИО2, возвратив вышеуказанную квартиру в собственность ФИО3, что является основанием для регистрации права собственности на данный объект ФИО3

В судебное заседание истица ФИО3 не явилась, извещена надлежащим образом. Ранее была опрошена судом в судебном заседании, где она пояснила, что она не хотела дарить квартиру. Она ходила в прокуратуру писать заявления. И. (ФИО6) отписала квартиру И. – своей дочери. Истицу «тяпнул шок» от того, что она будет БОМЖом. В прокуратуре ей сказали, что ее могут выгнать из квартиры, но она подписывала договор при условии, что доживет там «до своего часа». Сначала квартира была на внучке. Потом «сняли квартиру с меня» и оформили на И.. Они сказали квартиру подарить, заставили подписать. И. – «предплемянница» от сестры. И. ей никто, она хотела квартиру внучке подарить. Она не хотела дарить, они самовольно с нее все сняли. Она и знать не знала. Договор дарения подписывала где-то в ***: «перейдешь и сразу дом, на первом этаже». С внучкой у нее отношения хорошие, заявлений в прокуратуру на внучку она не писала. Она деньгами помогала и И. и И.. За квартиру платила сама. Потом у нее из-за нервов зрение стало хуже, она И. давала «пятерку красненькую», 5000 руб., она платила за квартиру. С 2022 г. она не стала давать деньги, давала 2000 руб. И. угрожала, что продаст квартиру. Она спокойно говорила, что пусть продают, хотят, пусть приходят жить. И. у нее никогда ничего не делала, не оставалась. Машину стиральную покупали на деньги истицы, у нее тогда была рука сломана, она дала 50000 руб., 20000 руб. потратили на машинку, 30000 руб. она разделила на всех. У истицы теперь осталось 200000 руб. – это похоронные деньги. Деньги давала И. – это мама И.. Деньги давала И. на сохранение, теперь не знает, как их вернуть. В ее квартире И. клеила обои, выбирать вместе ездили. И. приходила насчет проверки газового оборудования, счетчиков. Колонку покупали И. с мужем. И., когда истица руку сломала, пол мыла, люстру немножко. И. звала к себе жить, но у нее же мужчина. Потом она поняла, что ее «надули». Она продолжает проживать в квартире, но считает, что ее обманули, И. с матерью – «аферистки», украли у нее квартиру. Сейчас она хочет квартиру передать внучке. У И. семья, дети, ей некогда приехать, ухаживать за истицей, а внучка может. Вместо того, чтобы к истице приехать, ей помочь, И. с семьей уезжали в свой дом. Истице сейчас плохо, она хочет вернуть свою квартиру.

Представитель истца ФИО3 ФИО1 по доверенности в судебном заседании поддержала заявленные требования.

Ответчик ФИО2 иск не признала и пояснила, что ФИО3 добровольно захотела подарить ей квартиру, поскольку в то время у нее были плохие отношения со снохой и внучкой, они ее толкнули, а ее маму, ФИО5 избили, она лежала в больнице. Мама с ФИО3 обращались в прокуратуру по этому вопросу. К.И. приехала к ним на ***, к маме, просила оформить договор дарения. Они сначала обратились в юридическую организацию на ***, которые помогли составить договор дарения. К.И. все рассказали там, она все понимала, осознавала, консультировалась у них, чтобы не досталось это все её внучке и снохе, это было ее желание. Она сама обращалась в прокуратуру о защите, где ставила свои подписи. В заявлении этом прописала, что ее родственники пихали, толкали, поэтому она захотела на нее оформить квартиру, она сама подписала договор дарения. Потом они вместе с ФИО7 обратились в МФЦ на Московском вокзале, напротив Республики. 06.08.2018 г. договор дарения был, в этот же день они и обращались. Они взяли талон, там пригласили в окно, сотрудница приняла заявление, они сидели вместе с К.И., стояло два стула рядом, там её спросили ещё раз, понимает ли она это все, она сказала да, я хочу подарить квартиру племяннице. ФИО8 выдали талон на уплату гос.пошлины, они дошли до ЦУМа, ответчица оплатила сама, чтобы она не ходила и за себя, и за неё. Чек предоставлялся в МФЦ. Мама вместе с ФИО3 ходила в прокуратуру, мама ей всегда помогала. Муж ответчицы производил ремонт, куплена стиральная машина, газовая колонка. ФИО3 сестра прабабушки по маминой линии. Мама – внучатая племянница ФИО9.

Судом по ходатайству ответчика ФИО2 были опрошены свидетели ФИО10, ФИО5, Свидетель №1

Так, свидетель ФИО10, пояснил, что сожительствует с ФИО5 с 2015 года. Всегда были прекрасные отношения с К.И., всегда приезжали на ***, никогда ни в чем не отказывали, помогали ей. К.И. постоянно жаловалась на сноху ФИО9 и внучку Б.М., они ее толкали, угрожали, от К.И. отгоняли всех родственников сноха и внучка. ЧЧ*ММ*ГГ* ФИО6 пришла в гости к ней, по звонку. Он поехал на Народную, а супруга к ней поехала. Побыла у нее какое-то время, потом пошла домой, ФИО6 подкараулили сноха и внучка К.И., стали ее избивать. Она позвонила свидетелю по телефону, он услышал, как по телефону они ей сказали, что живой отсюда не уйдет. Пока он ехал, И.В. уже сбежала от них. До февраля К. Ивановна терпела, потом как-то рано утром она приехала к ним на Мещеру, К.Маркса, 22-373, часов в 6-00 вся в слезах, сказала, что они ее довели. Написали заявление в прокуратуру, везде писали и ездили, дело отклонили. Далее стала она говорить, что не хочет оставлять квартиру снохе ФИО9 и внучке Б., потому что они ее довели, захотела на кого-то из них переоформить. Оформили на И., потому что им с И.В. не нужна была квартира. Если бы она не хотела, она никуда бы не поехала, у нее твердый характер. Обратились в МФЦ Канавинского района, ее там спросили, понимает ли свои действия, что такое дарение, сказала, что это её воля, она все понимает. Это был август-сентябрь 2018 г. Приехали туда, где «Республика», он слышал, что оформляется уже все, но не знает, какие они там документы давали в окошке, он просто рядом стоял. Не в один день это все было. Документы, когда подписывали, были К.И., И.В., ФИО11 была. После оформления сноха с внучкой продолжали угрожать. Доводили её постоянно.

Свидетель ФИО5, пояснила, что ФИО3 знает со своего рождения. Она сестра ее бабушки ФИО12 по маме. Всегда приезжали к ним, помогали друг другу. Сначала она сказала, что составила на свидетеля (ФИО5) завещание. Они всегда общались, делали ремонт в ванной, потом в 2018 г. ФИО3 позвала ее в гости. Забежала Б.М.. Потом они ее подкараулили у подъезда. Свидетель вышла из подъезда, ее избили сноха с внучкой ЧЧ*ММ*ГГ**** лежала в больнице, у нее на этой почве произошел инфаркт. К.И. рассказывала, что ей угрожали они постоянно, приходили с какими-то людьми к ней, пытали, спрашивали, на кого она написала завещание, заставляли на белом листе подпись поставить. Она прибежала к ним ЧЧ*ММ*ГГ* в 6 утра и рассказала, что ей угрожают внучка со снохой, толкают, угрожают смертью. Заставили снять все деньги, сказала, что они купили себе машину и сад. Говорит, «Девчонки, давайте сделаем дарственную на квартиру, не хочу, чтобы им квартира досталась, им только деньги от бабки нужны». Она просила похлопотать, сходить с ней в прокуратуру, в областной МВД, полицию, во все инстанции, но они продолжали угрожать. Свидетель точно не помнит, в августе-сентябре в 2018 г. обращались на Советскую 16, первый раз ходили она и К.И., сказали, что нужна не только она, но и тот, на кого она хочет оформить дарственную. Второй раз поехали уже втроем, вместе с дочерью И.. К.И. рассказали, чем отличается договор дарения от завещания. Составили там все. В третий раз пришли уже за договором. Ей все везде разъясняли, она все осознавала, сама она этого хотела. Договор дарения подписали там, в присутствии сотрудника юридической организации. После они поехали домой, она к себе домой, все документы были у нее. В юридической организации им сказали идти в ближайший МФЦ. Через несколько дней они поехали в МФЦ, около Республики, присутствовали И., она, К.И., супруг ФИО10. К.И. спросили, осознает ли она свои действия, она ответила, что да. Подали документы. Им не давала денег К.И.. Помогали с ремонтом в квартире и зять, и ее сожитель. Зять этой зимой делал ремонт на кухне, покупали колонку, машину стиральную за свой счет. Зять делал в ванной ремонт, все в кафеле. Стройматериалы за свой счет покупали.

Свидетель Свидетель №1, подтвердила, что она является специалистом МФЦ с 2016 г. по 2018 г., была документоведом 1 категории. С 2016 по 2017 г. работала на *** в МФЦ, потом с 2017 г. по 2018 г. в МФЦ ТЦ «Рио». В августе 2018 г. она работала в МФЦ ТЦ «Рио». ФИО11 на вид не помнит. По обстоятельствам ничего не помнит. Обозрев представленное заявление о приеме документов в МФЦ, подписанное ФИО9 и ФИО11 подтвердила, что принимала она. Подпись в заявлении ее, документы на регистрацию принимала она. Если пришел гражданин преклонного возраста и хочет зарегистрировать нотариально не удостоверенный договор, она смотрит фотографию в паспорте, спрашивает пожилого человека наедине: «Вы действительно дарите квартиру?». Если бы она что-то заподозрила, она бы доложила руководителю. Бабушка в коридоре (истец) вроде бы знакома. Она тогда сказала, что дарит квартиру племяннице, потому что она хорошо относится к ней. Свидетель ей сказала, что вы не будете собственницей. Она это понимала. Если свидетель видела, что она не понимает, то она бы приняла документы. Она обязана принять заявление, но докладывает руководству, если есть какие-то подозрения. Они на себя не берут такую ответственность, если человек не понимает свои действия. Почему в заявлении в конце подпись не стоит, она не помнит. Росреестр, бывает, возвращает документы, он эти документы не вернули. Договора предоставляются и подписанные, но если есть сомнения, то свидетель просит еще раз подписать.

Выслушав представителя истца, ответчика, допросив свидетелей, эксперта, исследовав письменные доказательства, суд приходит к следующему.

В соответствии с п. 2 ст. 218 ГК РФ право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.

В соответствии с п. 2 ст. 209 Гражданского кодекса Российской Федерации, собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами.

Согласно ст. ст. 432, 434 ГК РФ договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Договор может быть заключен в любой форме, предусмотренной для совершения сделок, если законом для договоров данного вида не установлена определенная форма.

Согласно п. 1 ст. 572 Гражданского кодекса Российской Федерации, по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

Согласно ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным настоящим Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка) (п. 1).

В силу ст. 178 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел.

При наличии условий, предусмотренных пунктом 1 ст. 178 ГК РФ, заблуждение предполагается достаточно существенным, в частности если:

1) сторона допустила очевидные оговорку, описку, опечатку и т.п.;

2) сторона заблуждается в отношении предмета сделки, в частности таких его качеств, которые в обороте рассматриваются как существенные;

3) сторона заблуждается в отношении природы сделки;

4) сторона заблуждается в отношении лица, с которым она вступает в сделку, или лица, связанного со сделкой;

5) сторона заблуждается в отношении обстоятельства, которое она упоминает в своем волеизъявлении или из наличия которого она с очевидностью для другой стороны исходит, совершая сделку (ч. 2).

Заблуждение относительно мотивов сделки не является достаточно существенным для признания сделки недействительной (ч. 3).

Суд может отказать в признании сделки недействительной, если заблуждение, под влиянием которого действовала сторона сделки, было таким, что его не могло бы распознать лицо, действующее с обычной осмотрительностью и с учетом содержания сделки, сопутствующих обстоятельств и особенностей сторон (ч. 5).

Если сделка признана недействительной, как совершенная под влиянием заблуждения, к ней применяются правила, предусмотренные ст. 167 ГК РФ (ч. 6).

В соответствии с ч. 2 ст. 179 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего.

Обманом считается также намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота.

Если сделка признана недействительной по одному из оснований, указанных в пунктах 1 - 3 настоящей статьи, применяются последствия недействительности сделки, установленные статьей 167 настоящего Кодекса. Кроме того, убытки, причиненные потерпевшему, возмещаются ему другой стороной. Риск случайной гибели предмета сделки несет другая сторона сделки (ч. 4 ст. 179 ГК РФ).

Из разъяснений, данных в п. 99 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23 июня 2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", следует, что сделка под влиянием обмана, совершенного как стороной такой сделки, так и третьим лицом, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего (пункт 2 статьи 179 ГК РФ). Обманом считается не только сообщение информации, не соответствующей действительности, но также и намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота (пункт 2 статьи 179 ГК РФ). Сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана недействительной, только если обстоятельства, относительно которых потерпевший был обманут, находятся в причинной связи с его решением о заключении сделки. При этом подлежит установлению умысел лица, совершившего обман. Сделка, совершенная под влиянием обмана потерпевшего третьим лицом, может быть признана недействительной по иску потерпевшего при условии, что другая сторона либо лицо, к которому обращена односторонняя сделка, знали или должны были знать об обмане. Считается, в частности, что сторона знала об обмане, если виновное в обмане третье лицо являлось ее представителем или работником либо содействовало ей в совершении сделки (пункт 2 статьи 179 ГК РФ). Следует учитывать, что закон не связывает оспаривание сделки на основании пунктов 1 и 2 статьи 179 ГК РФ с наличием уголовного производства по фактам применения насилия, угрозы или обмана. Обстоятельства применения насилия, угрозы или обмана могут подтверждаться по общим правилам о доказывании.

В силу ст. 56 ГПК РФ, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Судом установлено, что 06 августа 2018 г. ФИО3 подарила своей внучатой племяннице ФИО2 квартиру, принадлежавшую ей на основании договора о безвозмездной передаче жилья в собственность от 22 февраля 1999г., расположенную по адресу: *** (л.д.10 т.1).

Переход права собственности на квартиру по адресу: *** на основании договора дарения от 06 августа 2018 года был зарегистрирован 16 августа 2018 года запись регистрации * (л.д.11-13 т.1).

Первоначально истица указывала, что договор дарения от 06 августа 2018 является недействительной сделкой, поскольку при его заключении она была введена в заблуждение ответчиком относительно предмета сделки, она, подписывая договор дарения, полагала, что подписывает договор пожизненного содержания с иждивением, с правом пожизненного проживания в спорной квартире. Также указывает на то, что в силу состояния здоровья при наличии очень плохого зрения и слуха, подписывая спорный договор дарения не понимала значение подписываемых ею документов. Затем истица в качестве основания указала, что ответчица вместе со своей матерью ее обманули, организовали процесс заключения договора, не сообщив ФИО3 о действительных намерениях, возили ее по различным инстанциям, что-то подписывала, не имела намерения распорядиться своей квартирой.

Однако, исследовав письменные материалы дела и опросив свидетелей, эксперта, суд приходит к выводу, что соответствующих доказательств, свидетельствующих о том, что сделка (договор дарения) были заключены истцом под влиянием заблуждения (ст. 178 ГК РФ) или под влиянием обмана (ст. 179 ГК РФ) суду не представлено.

Как следует из объяснений ответчика, свидетеля ФИО15 при заключении договора дарения от 06 августа 2018г. ФИО3 присутствовала лично при его заключении. Ее спрашивали, понимает ли она, что подписав данный договор, она перестанет быть собственником, она отвечала, что все понимает, хочет квартиру подарить племяннице. Несмотря на то, что свидетель указала, что по прошествии лет не помнит конкретно эту ситуацию, суд принимает ее показания о том, что ее действия как регистратора в отношении пожилых людей были одинаковыми. Поскольку сделка была зарегистрирована, сомнений в волеизъявлении ФИО3 у нее не возникло. Также суд полагает, что указывая, что свидетель работала в МФЦ на ФИО16 до 2017 года, не представив суду копию трудовой книжки, могла ошибочно указать год, когда она перешла работать в МФЦ в ТРЦ «РИО», поскольку и ответчик и свидетели поясняли, что в МФЦ они ходили на *** рядом с ТРЦ «Республика». Из содержания договора дарения также следует, что договор дарения подписан лично ФИО3 и ФИО2, также ею лично подписано заявление в МФЦ на регистрацию договора дарения (л.д.101-102). В связи с чем у суда отсутствуют сомнения в том, что ФИО3 лично присутствовала в МФЦ при передаче документов на регистрацию договора дарения 06 августа 2018 г.

Также свидетели ФИО10 и ФИО5 подтвердили, что сама ФИО3 являлась инициатором оформления договора дарения, поскольку у нее имелись конфликтные отношения с внучкой ФИО4 и снохой ФИО17, которые вымогали с нее деньги и квартиру, заставляя составить завещание. Чтобы избежать угроз с их стороны, она и обратилась к ним с просьбой об оформлении договора дарения на кого-то из них.

Не доверять показаниям свидетелей у суда нет оснований, поскольку их показания подтверждаются письменными заявлениями ФИО3 от 28.05.2018г., 03.08.2018г., подписанными ею собственноручно в прокуратуру Московского района г.Н.Новгорода и в ОП № 4 с просьбой привлечь ФИО17 к ответственности за угрозы и избиение племянницы ФИО5 Несмотря на то, что ФИО3 в настоящее время отрицает и факт конфликтных отношений с ФИО3 и ФИО4, и факт обращения в различные инстанции с заявлениями по этому поводу, суд полагает, что ее позиция направлена на оспаривание договора дарения с целью передачи квартиры внучке ФИО4 Однако данные заявления были в установленном порядке зарегистрированы и по ним проводилась проверка, в связи с чем изложенным в них фактам нет оснований не доверять (л.д.153-156). Аналогичное заявление было написано о ее избиении и ФИО5 (л.д.157-159 т.1).

Из содержания положений статьи 153 Гражданского кодекса Российской Федерации, а также общих условий действительности сделок, последние представляют собой осознанные, целенаправленные, волевые действия лица, совершая которые, они ставят цель достижения определенных правовых последствий.

Обязательным условием сделки, как волевого правомерного юридического действия субъекта гражданских правоотношений, является направленность воли лица при совершении сделки на достижение определенного правового результата (правовой цели), влекущего установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей на основе избранной сторонами договорной формы.

В силу пункта 1 статьи 572 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

Правовой целью вступления одаряемого в правоотношения, складывающиеся по договору дарения, является принятие дара с оформлением владения, поскольку наступающий вследствие исполнения дарителем такой сделки правовой результат (возникновения права владения) влечет для одаряемого возникновение имущественных прав и обязанностей. В свою очередь даритель, заинтересован исключительно в безвозмездной передаче имущества без законного ожидания какого-либо встречного предоставления от одаряемого (правовая цель). При этом предполагается, что даритель имеет правильное понимание правовых последствий дарения в виде утраты принадлежащего ему права на предмет дарения и возникновения данного права в отношении имущества у одаряемого.

Как усматривается из текста договора дарения от 06.08.2018г., сторонами текст договора прочитан, содержание договора сторонам понятно.

Как следует из представленных сторонами квитанций об оплате жилищно-коммунальных услуг, в квитанциях об оплате ЖКУ по адресу: г.Н.Новгород, *** 2018 г. собственником квартиры указана ФИО2, которая со своей стороны частично несла расходы по содержанию жилого помещения, что подтверждается представленными платежными документами и выписками из Сбербанк-онлайн. Также и ФИО3 оплачивала коммунальные платежи и не могла не видеть, что собственником в квитанциях указана ФИО2 Кроме того, ФИО2 в спорной квартире производила ремонтные работы: клеили обои, меняли плитку в санузле, что подтвердили свидетели и не отрицала истица, заключала договоры в 2018 г. на обслуживание счетчиков, на обслуживание внутриквартирного газового оборудования, заключала договор с «Ростелекомом» на услуги связи (л.д.140-152, 196-199 т.1), приобретала стиральную машину, газовую колонку, что также подтверждено письменными материалами дела (л.д.200-201 т.1), не оспаривалось и истицей ФИО3 Также с 06.09.2018 г. ФИО2 зарегистрирована по указанному адресу вместе со своим несовершеннолетним сыном ФИО18, 27.01.2018г ода рождения (л.д.134 т.1), что свидетельствует, что ответчик выполняла свои обязанности собственника как по содержанию жилого помещения, так и по его использованию. Тот факт, что ответчик фактически не вселялась в спорную квартиру, не может служить достаточным основанием предполагать, что сделка не была исполнена, поскольку стороны изначально договорились, что передача недвижимости дарителем и принятие ее одаряемым осуществляется путем символической передачи ключей и вручения правоустанавливающих документов (п.4 Договора).

Также суд учитывает следующее. По ходатайству представителя истца по настоящему делу была назначена судебная психолого-психиатрическая экспертиза, проведение которой было поручено экспертам Нижегородской областной психоневрологической больницы * им ФИО19. Согласно выводов комиссии экспертов в составе врачей судебно-психиатрических экспертов ФИО20, ФИО21, ФИО22, медицинского психолога ФИО23 следует, что анализируя вышеизложенное и принимая во внимание, что подэкспертная в течение длительного время страдает сосудистой патологией головного мозга (артериальной гипертензией, церебральным атеросклерозом), что явилось следствием нарушений в эмоционально-волевой сфере, снижения мнестических функций, что подтверждается результатами настоящих клинико-психопатологического и психодиагностического обследований, также учитывая ряд соматической патологии, о чем свидетельствует медицинская документация, комиссия экспертов приходит к заключению, что подэкспертная ФИО3, ЧЧ*ММ*ГГ* года рождения, выявляет признаки психического расстройства в форме органического непсихотического расстройства в связи с сосудистой патологией головного мозга с изменениями личности на соматически неблагополучном фоне (код по МКБ-10 F 06.821). Степень выраженности изменений личности такова, что не лишала подэкспертную на юридически значимый период - период составления и подписания договора дарения от 06.08.2018 года способности понимать характер и значение совершаемых ею действий; по своему психическому состоянию, с учетом особенностей познавательной сферы подэкспертной, она могла понимать существо сделки. Индивидуально-психологические особенности подэкспертной обусловили ее поведение в юридически значимой ситуации, однако не оказали существенного влияния на смысловое восприятие и оценку существа сделки - договора дарения.

У суда не имеется оснований не доверять заключению судебной экспертизы, которая установила, что наличие Индивидуально-психологических особенностей истицы ФИО3 существенно не повлияло на восприятие истицей сделки договора дарения, она понимала существо сделки. В судебном заседании была опрошена эксперт ФИО21, которая также подтвердила, что ФИО3 осознавала в момент заключения сделки ее существо, но она доверилась эти людям. Вопрос обмана и заблуждения ими не рассматривался, они исследовали только вопрос сделкоспособности. Наличие проблем со слухом и зрением не помешало экспертам с ней общаться, она все понимала, отвечала.

Таким образом, наличие преклонного возраста истицы, а именно на момент заключения договора дарения ей исполнилось 92 года, текущие заболевания: нейросенсорная двусторонняя потеря слуха, двусторонняя тугоухость (л.д. 57 «Консультация сурдолога больницы им.Семашко от 08.10.2020, л.д. 61 «Консультативное заключение отоларинголога ФИО24 от 16.09.2020), катаракта обоих глаз (л.д. 60 «медицинская карта поликлиники больницы им.Семашко от 27.10.2020), сами по себе об обоснованности иска не свидетельствуют и порок воли дарителя при совершении сделки не подтверждают. ФИО3 на учете у психиатра на момент дарения и на сегодняшний день не состоит, что сторонами не оспаривалось. Как пояснили свидетели, и сам суд убедился в ходе судебного разбирательства, ФИО3 хорошо понимает обращенную к ней речь при близком расстоянии, это подтвердила также и эксперт ФИО25, кроме того наличие заболеваний слуха и глаз были диагностированы в 2020 г, тогда как сделка была совершена в 2018г.

Не обоснованным также суд находит и довод истицы о том, что между ней и ФИО2 имелась договоренность о заключении договора пожизненного содержания с иждивением.

В силу положений ст. ст. 583 - 586 ГК РФ по договору ренты одна сторона (получатель ренты) передает другой стороне (плательщику ренты) в собственность имущество, а плательщик ренты обязуется в обмен на полученное имущество периодически выплачивать получателю ренту в виде определенной денежной суммы либо предоставления средств на его содержание в иной форме. Договор ренты подлежит нотариальному удостоверению. Рента обременяет земельный участок, предприятие, здание, сооружение или другое недвижимое имущество, переданное под ее выплату. В случае отчуждения такого имущества плательщиком ренты его обязательства по договору ренты переходят на приобретателя имущества.

Однако, как усматривается из условий заключенного договора, никакого встречного исполнения по ним сторонами не предусматривалось и истица никакие денежные суммы или средства на свое содержание в иной форме от племянницы в счет исполнения договора не получала, такое условие сторонами не обсуждалось. Кроме того, договор дарения не был нотариально удостоверен. При таких обстоятельствах, утверждение истицы о ее заблуждении относительно природы сделки бездоказательны.

Очевидно, ФИО3 заблуждалась относительно мотива сделки, а не ее существа, так, видя, что ее сноха и племянница позволяли в отношении нее угрозы, она приняла решение о дарении квартиры иному лицу – племяннице ФИО2, полагая, что этим она защитит себя от давления со стороны родственников, а впоследствии, когда она помирилась со своей снохой и внучкой, передумала. Однако, по смыслу ст. 178 ГК РФ заблуждение относительно мотивов сделки не имеет существенного значения.

Также суд не установил и обмана со стороны ФИО2 и ее матери ФИО26 при совершении договора дарения. Спорный договор дарения подписывался в МФЦ самой ФИО3, ее волеизъявление и желание подарить квартиру было выяснено, что подтверждено сотрудником МФЦ ФИО15, показавшей, что ею проверяется воля заявителя на подписание договора, и в случае возникновения сомнений, в том числе сомнений у заявителя в совершении распорядительных действий, не дачи им ответов на вопросы регистратора, заявление не регистрируется, прием приостанавливается.

Изложенный в договорах дарения текст, согласно которому ФИО3 безвозмездно передает в собственность ФИО2 спорное имущество, является ясным, однозначным, не влечет многозначности в толковании.

Довод представителя истца о том, что ФИО2 совместно с ФИО5 под видом сопровождения ФИО3 в прокуратуру в УМВД, отдел полиции предложили подписать ему какие-то документы и она, имея плохое зрение и не читая их, подписала договор дарения, по мнению суда, не подтвержден какими-либо доказательствами. Так заявления, которые за подписью ФИО3 были направлены в прокуратуру и полицию датированы 28 мая 2018 и 03 августа 2018 г., тогда как договор дарения был подписан 06 августа 2018 г. и лично подан ФИО3 на регистрацию в МФЦ в тот же день.

Оснований считать, что возраст и состояние здоровья дарителя могли бы повлиять на адекватность восприятия ею прочитанного текста договора, у суда не имеется.

Суд приходит к выводу, что материалы дела содержат доказательства, свидетельствующие о волеизъявлении истца на переход права собственности на квартиру к ее внучатой племяннице, о наличии воли обеих сторон сделки дарения именно на наступления предусмотренных данных договором правовых последствий. В материалах дела отсутствуют доказательства совершения ответчиком каких-либо действий, направленных на введение истца в заблуждение либо обмана относительно совершаемой сделки, - договора дарения, в связи с чем суд не усматривает оснований для признания договора дарения квартиры недействительным. Договор дарения соответствует требованиям закона, переход права собственности на недвижимость зарегистрирован.

Кроме того, истцом пропущен срок исковой давности на обращение в суд с требованиями о признании оспоримой сделки.

В соответствие с ч. 1 ст. 196 ГК РФ общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 настоящего Кодекса.

Частью 1 ст. 197 ГК РФ определено, что для отдельных видов требований законом могут устанавливаться специальные сроки исковой давности, сокращенные или более длительные по сравнению с общим сроком.

В соответствие с ч. 2 ст. 181 ГК РФ срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной. В соответствие с ч. 2 ст. 199 ГК РФ исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения.

Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

В силу ст. 205 ГК РФ в исключительных случаях, когда суд признает уважительной причину пропуска срока исковой давности по обстоятельствам, связанным с личностью истца (тяжелая болезнь, беспомощное состояние, неграмотность и т.п.), нарушенное право гражданина подлежит защите. Причины пропуска срока исковой давности могут признаваться уважительными, если они имели место в последние шесть месяцев срока давности, а если этот срок равен шести месяцам или менее шести месяцев - в течение срока давности.

В силу ГК РФ требование о защите нарушенного права принимается к рассмотрению судом независимо от истечения срока исковой давности.

Довод истицы о том, что она узнала об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной незадолго до обращения в суд не нашли своего подтверждения. О том, что ФИО3 заключает именно договор дарения, ей было известно с момента его заключения, поскольку об этом ей было разъяснено регистратором МФЦ. Свидетели ФИО5, ФИО27 подтвердили, что именно ФИО3 уговорила ФИО2 заключить с ней договор дарения. Спорная сделка была зарегистрирована 16.08.2018г. В этой связи суд полагает, что началом течения срока исковой давности является дата регистрации договора дарения 06.08.2018 г., срок исковой давности истек 16.08.2019 г. В суд истица обратилась 18.03.2022 года посредством почтовой связи, следовательно, ею пропущен годичный срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной, предусмотренный п. 2 ст. 181 ГК РФ.

Истица просила суд восстановить срок исковой давности, поскольку имеет престарелый возраст, является ветераном Великой отечественной войны, имеет хронические заболевания. Суд полагает, что оснований для восстановления срока исковой давности не имеется, поскольку, обстоятельства, на которые ссылается истица, имелись на дату заключения договора, а диагностирование снижение слуха и зрения имело место уже спустя год после истечения срока исковой давности. Следовательно, срок исковой давности пропущен истицей без уважительных причин, что является самостоятельным основанием для отказа в иске. Кроме того, суд полагает, что и по существу не имеется оснований для удовлетворения заявленных требований. В иске суд истице отказывает в полном объеме.

Руководствуясь ст.ст.194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ :

В удовлетворении иска ФИО3 к ФИО2 о признании договора дарения от 06.08.2018г. недействительным, применении последствий недействительности сделки отказать.

Решение может быть обжаловано в Нижегородский областной суд в течение 1 месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Судья И.В. Лопатина

Решение в окончательной форме принято ЧЧ*ММ*ГГ*г.