Судья А. <данные изъяты>
УИД <данные изъяты>
АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ
<данные изъяты> <данные изъяты>
Судебная коллегия по уголовным делам Московского областного суда в составе председательствующего судьи Б.
судей Г., К.
при помощнике судьи Х.,
с участием:
прокурора Ф.,
адвоката К.,
осуждённой А. в режиме видеоконференц-связи,
рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционному представлению гос.обвинителя А. и апелляционной жалобе адвоката К. в защиту осуждённой А. на приговор <данные изъяты> городского суда <данные изъяты> от <данные изъяты>, вынесенный с участием присяжных заседателей в отношении А., <данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>
осуждённой:
по ч.4 ст.111 УК РФ к 10 (девяти) годам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.
Заслушав доклад судьи Г., мнение прокурора Ф., просившей приговор изменить, назначив наказание в виде 10 лет лишения свободы, в остальном приговор оставить без изменения, объяснения осуждённой А. и её адвоката К., поддержавших доводы апелляционной жалобы, просивших приговор отменить и уголовное дело направить на новое рассмотрение,
УСТАНОВИЛА:
А. на основании вердикта коллегии присяжных заседателей признана виновной и осуждена за умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, совершенного с применением предмета, используемого в качестве оружия, повлекшего по неосторожности смерть потерпевшего.
Преступление совершено при установленных обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.
В апелляционном представлении гос.обвинитель А., не оспаривая выводы о виновности, не соглашается с приговором в виду его несоответствия закону.
Указывает, что суд в резолютивной части приговора при назначении наказания допустил неточность, а именно срок наказания указанный цифрами 10 лет не соответствует сроку, указанному словами (девять) лет и полагает, что наказание в виде девяти лет лишения свободы является чрезмерно мягким.
Просит приговор изменить, назначить А. наказание в виде десяти лет лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.
В апелляционное жалобе адвокат К. не соглашаясь с приговором, считает его незаконным.
Считает, что суд допустил необъективность в ходе судебного следствия.
Полагает, что судом в нарушение закона в присутствии присяжных заседателей у свидетелей К. и А., а также самой осужденной А. выяснялось, где ночевала осуждённая с <данные изъяты>, с кем она проживает и как часто принимает душ, наличие детей, то есть о наличии личной и интимной жизни.
Кроме того, суд допустил вопросы государственного обвинителя потерпевшей А. о личности погибшей К. и сняли их только на пятом вопросе, а также комментарии к предоставляемым доказательствам.
При допросе эксперта Г., вызванного для уточнения времени смерти погибшей, были заданы вопросы по данным, имеющимся в заключении экспертизы, однако данный свидетель ранее не допрашивался и не заявлялся.
Обращает внимание на то, что суд просил присяжных не принимать во внимание высказывание осуждённой об оказании на неё давления при допросе в ходе предварительного следствия.
Также суд не отреагировал на высказывание гос.обвинителя в судебных прениях о том, что свидетельство о смерти не является документом, подтверждающим точную дату смерти, сославшись на медицинское освидетельствование и показания эксперта.
Однако сделал замечания стороне защиты о не проведении проверки показаний на месте с участием осуждённой и о возможной причастности иных лиц к совершению преступления.
Указывает, что судом не сделано замечаний гос.обвинителю при выступлениях в репликах о неоказании осуждённой помощи погибшей, вызове скорой помощи и не заинтересованности в состоянии последней на следующий день.
При этом, сделал замечание стороне защиты за фразу «причинение вреда, повлекшего за собой смерть», которая ранее неоднократно употреблялась начиная со вступительного слова гос.обвинителем, за что замечаний не было.
Считает, что суд неправомерно сделал замечание стороне защиты при высказывании относительно одежды, изъятой у осуждённой, поскольку ранее одежда была предметом исследования в ходе судебного следствия.
Кроме того, в напутственном слове суд изложил позицию стороны обвинения дословно, а позицию стороны защиты в своем видении, приводя доказательства, недостоверно и не в полной мере привел показания свидетелей С., П. и П.; подробно останавливался на доказательствах стороны обвинения и не указал о том, на что было обращено внимание стороны защиты в акте судебно-медицинского исследования и телефонных соединениях; обратил внимание присяжных заседателей на допущенные стороной защиты нарушения во вступительном слове в высказывании о доказанности обвинения, что не соответствует действительности; исказил высказывание стороны защиты относительно одежды осуждённой, сообщив, что защитник упоминал о доказательствах, которые не были исследованы и исказил доказательства.
Полагает, что суд при разъяснении присяжным порядка совещания и ответов, с целью напоминания негативных сведений о личности осуждённой, обратил внимание на то, что на решение не должны влиять сведения о личности подсудимой либо потерпевшего, состояние их здоровья, семейное положение и образ жизни.
Считает, что вышеуказанные действия суда способствовали формированию у присяжных заседателей негативного отношения к позиции стороны защиты, в результате чего они не могли быть объективны и беспристрастны при вынесении вердикта.
Обращает внимание на то, что после оглашения вердикта присяжных заседателей, судебное заседание проводилось в отсутствие потерпевшей, которая не была надлежащим образом извещена о дате и времени рассмотрения дела.
Кроме того, по поданному потерпевшей гражданскому иску в ходе предварительного следствия, позиция потерпевшей и гос.обвинителя не выяснялась, гражданский иск был оглашен в ходе судебного следствия при исследовании материалов дела без исследования обоснований данного иска, при этом в потерпевшая заявляя ходатайство о рассмотрении дела без её участия указала о согласовании позиции с гос.обвинителем.
Полагает, что вывод суда о том, что дети К. остались без попечения является не верным, поскольку они проживают с матерью последней А., а сведений о том, что они переданы под опеку потерпевшей А., суду не представлено.
Также в приговоре не указано, какие именно индивидуальные особенности потерпевшей учтены и как скажется на семье осуждённой взысканная сумма с последней.
Полагает, что суд незаконно указал об уничтожении вещественных доказательств, а именно предметы одежды А., которые следовало возвратить семье осуждённой с учетом их материального положения, кроме деревянного бруска, наволочки и одежды К., которые следует хранить весь период обжалования приговора.
Считает, что А. назначено чрезмерно суровое наказание, без учета ее поведения после совершения преступления и условий жизни её семьи, положительных характеристик с 2020 года.
Просит приговор отменить, уголовное дело направить на новое рассмотрение в тот же суд.
Проверив материалы уголовного дела, выслушав мнение сторон, обсудив доводы апелляционного представления и апелляционной жалобы, судебная коллегия приходит к следующим выводам.
В соответствии с п.п.2-4 ст.389.15 УПК РФ основаниями отмены или изменения судебных решений, вынесенных с участием коллегии присяжных заседателей, являются существенное нарушение уголовно-процессуального закона, неправильное применение уголовного закона, несправедливость приговора.
Таких нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих отмену приговора суда с участием присяжных заседателей, при рассмотрении судом данного дела допущено не было.
Из протокола судебного заседания усматривается, что судебное разбирательство по настоящему уголовному делу проведено полно, всесторонне, с соблюдением принципов состязательности, равноправия сторон и презумпции невиновности, с учетом особенностей, предусмотренных для данной формы судопроизводства. В судебном заседании исследованы все имеющие значение для исхода дела доказательства, представленные сторонами, разрешены все заявленные ими ходатайства. Необоснованных отказов в исследовании доказательств, нарушений процессуальных прав участников, повлиявших или способных повлиять на вынесение вердикта коллегии присяжных заседателей, по делу не допущено.
Согласно заявленного 15.03.2023г. потерпевшей в ходе судебного следствия ходатайства, которое также подано в письменном виде, последняя не пожелала участвовать в дальнейшем при рассмотрении данного уголовного дела, в связи с чем, судебная коллегия не усматривает в этой части нарушений уголовно-процессуального закона.
Не смотря на то, что в ходе судебного следствия свидетелям и потерпевшей были заданы вопросы о личностях осуждённой и погибшей, председательствующим было разъяснено присяжным заседателям не учитывать при вынесении вердикта указанные обстоятельства как непосредственно в ходе судебного следствия, так и в напутственном слове, в связи с чем судебная коллегия приходит к выводу о том, что грубых и систематических нарушений стороной обвинения ч.7, 8 ст.335, ст.252 УПК РФ, регламентирующих пределы судебного разбирательства, особенности судебного следствия в суде с участием присяжных заседателей, либо такого бездействия председательствующего судьи, которые позволяли бы судебной коллегии прийти к выводу, что вердикт, вынесенный коллегией присяжных заседателей, является по своему содержанию результатом оказанного на нее незаконного воздействия.
Вопреки доводам жалобы, председательствующий в необходимых случаях в равной степени останавливал участников судебного разбирательства, обращался к присяжным заседателям с просьбой не принимать во внимание определенные обстоятельства при вынесении вердикта. Права сторон обвинения и защиты на представление доказательств были обеспечены судом в равной мере. Заявленные сторонами ходатайства разрешены в установленном законом порядке. Как следует из протокола судебного заседания, если сторонами и допускались отступления от правил, то председательствующий реагировал на это, разъясняя присяжным заседателям, о том, что они не должны принимать во внимание высказывания сторон, которые сами по себе доказательствами не являются.
В ходе судебного следствия в присутствии присяжных заседателей исследовались только допустимые доказательства с целью установления фактических обстоятельств уголовного дела, доказанность которых устанавливается присяжными заседателями в соответствии с их полномочиями, предусмотренными ст.334 УПК РФ.При этом, председательствующий обоснованно просил присяжных не принимать во внимание высказывание осуждённой об оказании на неё давления при допросе в ходе предварительного следствия, поскольку данные вопросы разрешаются без участия присяжных заседателей председательствующим единолично.
Судебная коллегия также полагает, что принятые председательствующим меры, направленные на ограждение присяжных заседателей от незаконного влияния, были адекватными и соответствующими характеру нарушений и достаточными в сложившейся ситуации.
Как усматривается из протокола судебного заседания, эксперт Г. дала показания уточнив и разъяснив данное ею заключение, что вопреки доводам жалобы соответствует требованиям ч.2 ст.80 УПК РФ.
Судебное следствие было окончено при отсутствии возражений и дополнений от участников процесса.
Прения сторон проведены в соответствии со ст. 336, 337 УПК РФ. Всем участникам судебного разбирательства по настоящему уголовному делу со стороны обвинения и со стороны защиты председательствующий предоставил возможность выступить перед присяжными заседателями в прениях, с репликами, а подсудимому еще и с последним словом.
Выступая в судебных прениях и с репликой, сторона обвинения, в соответствии с уголовно-процессуальным законом, сослалась на доказательства, которые были предметом исследования в ходе судебного следствия и не признаны недопустимыми доказательствами.
Судебная коллегия считает, что председательствующий правомерно разъяснил присяжным заседателям, что указание стороной защиты о не проведении проверки показаний на месте с участием осуждённой и о возможной причастности иных лиц к совершению преступления не должны быть приняты ими во внимание при вынесении вердикта, поскольку они не должны учитывать и принимать во внимание доказательства, которые не исследовались судом, а также обстоятельства причастности других лиц.
Вопреки доводам жалобы, председательствующий не дела замечаний стороне защиты при выступлениях в судебных прениях в виду ссылки адвоката на одежду, изъятую у осуждённой, а просил не искажать суть исследованных доказательств.
Вопросный лист по настоящему уголовному делу сформулирован председательствующим в соответствии со ст.338 УПК РФ, а вопросы, подлежавшие разрешению присяжными заседателями, соответствуют требованиям ст.339 УПК РФ, составлены с учетом предъявленного А. обвинения, поддержанного в суде государственным обвинителем, результатов судебного следствия, прений сторон, после обсуждения их сторонами, в ясных и понятных выражениях.
Изложенная постановка вопросов и их содержание позволяли присяжным заседателям полно и всесторонне оценить представленные доказательства и сделать вывод о виновности или невиновности подсудимого.
Напутственное слово председательствующего содержится в материалах дела и произнесено им перед коллегией присяжных заседателей в соответствии с требованиями ч.ч.2 - 4 ст.340 УПК РФ.
Возражений от сторон, в том числе со стороны защиты на напутственное слово председательствующего судьи, указанные в ч.6 ст.340 УПК РФ, по мотиву нарушения им принципа объективности и беспристрастности, не поступило.
Приговор постановлен на основании вердикта, который является ясным и непротиворечивым, соответствует требованиям закона.
Оснований для применения к А. положений ч.5 ст.348 УПК РФ председательствующий не усмотрел и постановил обвинительный приговор.
Не согласиться с данными выводами у судебной коллегии оснований не имеется.
Обвинительный приговор в отношении А. постановлен в соответствии с вердиктом коллегии присяжных заседателей.
Действия А., исходя из установленных вердиктом фактических обстоятельств дела, правильно квалифицированы по ч.4 ст.111 УК РФ как умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, совершенного с применением предмета, используемого в качестве оружия, повлекшего по неосторожности смерть потерпевшего, с приведением в приговоре оснований и мотивов указанной квалификации, с которыми судебная коллегия соглашается.
При назначении осужденной А. наказания, суд учел характер и степень общественной опасности совершенного преступлений, данные о её личности, отсутствие отягчающих обстоятельств, а также влияние назначенного наказания на её исправление и условия жизни её семьи, признав смягчающим наказание обстоятельством нахождение на её иждивении троих малолетних детей.
Суд с учетом всех обстоятельств дела обоснованно назначил А. наказание в виде реального лишения свободы, посчитав, что не имеется оснований для применения положений ч.6 ст.15, ст.53.1, ст.64, ст.73, ч.1 ст.65 УК РФ.
Назначенное А. наказание является справедливым, отвечающим принципам уголовного судопроизводства и целям наказания, и смягчению не подлежит.
Вид исправительного учреждения, назначенный судом для отбывания наказания осужденной, в виде колонии общего режима соответствует требованиям закона п. "б" ч. 1 ст. 58 УК РФ.
Судьба вещественных доказательств разрешена судом в соответствии со ст.81 УПК РФ.
Имеющиеся в деле протоколы судебного заседания соответствует требованиям ст.259, ст.353 УПК РФ.
Согласно правовой позиции, изложенной в п. 20 постановления Пленума Верховного Суда РФ от <данные изъяты> N 23 "О практике рассмотрения судами гражданского иска по уголовному делу", в целях разрешения предъявленного по делу гражданского иска суд в ходе судебного следствия выясняет у гражданского истца и (или) его представителя, государственного обвинителя, если гражданский иск предъявлен прокурором, поддерживают ли они иск, и предлагает огласить содержащиеся в нем требования, после чего выясняет, признают ли подсудимый, гражданский ответчик и (или) его представитель гражданский иск. Участникам судебного разбирательства, интересы которых затрагиваются гражданским иском, предоставляется возможность выразить по нему свою позицию и представить в случае необходимости относящиеся к иску дополнительные материалы. Суд также выслушивает мнение государственного обвинителя по иску гражданского истца.
Вместе с тем, протокол судебного заседания не содержит данных о выяснении судом у потерпевшей, являющейся гражданским истцом, поддерживает ли она иск, признает ли подсудимый, являющийся гражданским ответчиком, гражданский иск, а также о предоставлении возможности гражданскому истцу и гражданскому ответчику выразить по нему свою позицию. Суд не выслушал мнение государственного обвинителя по иску гражданского истца.
Таким образом, судебная коллегия приходит к выводу о том, что А. и А. были лишены возможности выразить по гражданскому иску свою позицию и представить в случае необходимости, относящиеся к иску дополнительные материалы.
При таких обстоятельствах решения суда первой инстанции в части гражданского иска потерпевшей А. нельзя признать законным, соответствующими требованиям закона. Приговор в данной части подлежит отмене, а материалы дела передаче на новое судебное рассмотрение в порядке гражданского судопроизводства.
При новом рассмотрении гражданского иска потерпевшей А. суду следует учесть указанное нарушение, строго руководствоваться требованиями закона и принять обоснованное и мотивированное решение.
Судебная коллегия, прослушав аудио-протокол судебного заседания, установила, что судом при оглашении приговора было назначено А. наказание в виде десяти лет лишения свободы, в связи с чем считает указанное в резолютивной части приговора прописью наказание в виде девяти лет лишения свободы технической ошибкой.
При таких обстоятельствах апелляционное представление и апелляционная жалоба адвоката подлежит частичному удовлетворению.
Нарушений норм уголовно-процессуального закона, влекущих безусловную отмену либо изменение приговора, по делу не допущено.
На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.389.13, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, судебная коллегия
ОПРЕДЕЛИЛА:
Приговор <данные изъяты> городского суда <данные изъяты> от <данные изъяты> в отношении А. – в части разрешения гражданского иска потерпевшей А. – отменить, дело в этой части передать на новое судебное рассмотрение в порядке гражданского судопроизводства.
Признать технической ошибкой в резолютивной части приговора указание прописью срока наказания А. (девяти), считать А. назначенное наказание в виде десяти лет лишения свободы.
Апелляционную жалобу адвоката удовлетворить частично.
Апелляционное представление удовлетворить частично.
В остальной части приговор оставить без изменения.
Апелляционное определение может быть обжаловано в кассационном порядке, предусмотренном статьями 401.7 и 401.8 УПК РФ, через суд первой инстанции в течение шести месяцев со дня вступления приговора в законную силу, а осужденной, содержащейся под стражей, в тот же срок со дня вручения ей копии судебного решения.
Осужденная вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.
Председательствующий
Судьи