24RS0002-01-2024-005514-51

№2-198/2025

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

03 сентября 2025 года г. Ачинск Красноярского края.

Ачинский городской суд Красноярского края в составе председательствующего судьи Корявиной Т.Ю.,

с участием старшего помощника Ачинского городского прокурора Коняшкиной Л.А.,

представителя истца ФИО1

представителя ответчика Краевого государственного бюджетного учреждения «Ачинская межрайонная больница» ФИО2,

при секретаре Гордеевой Т.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО3 к КГБУЗ «Ачинская межрайонная больница», КГБУЗ «Краевая клиническая больница» о взыскании компенсации морального вреда, возмещении судебных расходов,

УСТАНОВИЛ:

ФИО3 обратился в суд с иском, с учетом уточнений, к КГБУЗ «Ачинская межрайонная больница», КГБУЗ «Краевая клиническая больница» о взыскании в солидарном порядке компенсации морального вреда, возмещении судебных расходов мотивируя требования тем, что <адрес> приходился ему отцом. В начале декабря 2023 года, его отец внезапно почувствовал себя плохо, в связи с чем, 13.12.2023 года обратился к терапевту консультативно-диагностической поликлиники КГБУЗ «Ачинская МРБ», выставлен диагноз <данные изъяты> С 15.12.2023 года по 11.01.2024 года отец находился в хирургическом отделении КГБУЗ «Ачинская МРБ», где ему было проведено оперативное лечение. 11.01.2024 он санитарным транспортом для дальнейшего лечения переведен в СО СМП ККБ, где он также был прооперирован. ДД.ММ.ГГГГ констатирована биологическая смерть. Согласно заключению специалистов № 333м/07/24 НИИСЭ «СТЭЛС», куда он обратился с целью выполнения исследования меддокументов, характеризующих адекватность оказания медицинской помощи <данные изъяты> учитывая утвержденные стандарты оказания медицинской помощи больным с <данные изъяты> в условиях оказания стационарной помощи на этапе диагностики отмечается отсутствие данных, подтверждающих проведение: <данные изъяты>. Полноценная диагностика на догоспитальном этапе была необходима. Имелись противопоказания к проведению операции, так как присутствовал инфекционно-воспалительный процесс. КГБУЗ «Краевая клиническая больница» представляющее себя как лечебное учреждение, способное оказать квалифицированную помощь больному <данные изъяты> располагающее соответствующими ресурсами и специалистами, не провели качественно необходимые ему медицинские мероприятия и последующее лечение, поскольку ДД.ММ.ГГГГ констатирована его биологическая смерть (т.2 л.д. 3-8). Между описанными недостатками в оказании медицинской помощи <данные изъяты> и наступлением его смерти имеется причинно-следственная связь. В связи с ненадлежащем оказанием медицинский помощи <данные изъяты> истцу были причинены нравственные страдания, выразившиеся в переживаниях по поводу состояния здоровья отца, что является необратимым обстоятельством, нарушающим его психическое благополучие как близкого родственника умершего – отца <данные изъяты> В связи с изложенным, просит взыскать с ответчиков в солидарном порядке в свою пользу в его пользу 6 000 000 руб. компенсации морального вреда; расходы на проведение независимой судебной экспертизы в сумме 75 000 руб.; компенсацию расходов н погребение отца – 87 500 руб.; судебные расходы – 9 000 руб. (т.1 л.д. 4-8, т. 2 л.д. 3-8).

Определением от 30.10.2024 года к участию в деле в качестве третьих лиц привлечены Министерство здравоохранения Красноярского края, КГБУЗ «Красноярская клиническая больница", ООО «СМК РЕСО-Мед» (т.1 л.д. 159).

Определением суда от 16.12.2024 года к участию в деле в качестве соответчика привлечено КГБУЗ «Красноярская клиническая больница» (т.1 л.д. 197).

Определением суда от 30 июля 2025 года к участию в деле в качестве третьего лица врач – хирург КГБУЗ «Ачинская межрайонная больница» ФИО4 ( т.2 л.д. 171).

Истец ФИО3, извещенный надлежащим образом о времени и месте рассмотрения дела (л.д. 41), в судебное заседание не явился. Просил дело рассмотреть в своё отсутствие, с участием представителя ФИО1 Ранее участвуя в судебном заседании исковые требования поддержал по изложенным в иске основаниям. Дополнительно пояснил, что являлся единственным сыном <данные изъяты> его бабушка, мать <данные изъяты> умерла, когда <данные изъяты> находился в больнице. В начале декабря 2023 года его отец почувствовал недомогание, слабость. Его кожа и глаза пожелтели. После сдачи необходимых анализов отца положили в стационар, сказали. Что у отце забиты протоки. Потом отцу провели операцию. В период лечения у отца периодически улучшался аппетит. Потов врач ему сообщил, что отца после Нового года переводят в Краевую клиническую больницу, где ему было сделано еще ряд операций. За неделю до смерти отца врач Краевой клинической больницы сказал, что состояние отца ухудшилось и связывали это с тем, что мать отца умерла. Считает, что врачи КГБУЗ «Ачинская МРБ», не должны были делать операцию при наличии воспаления.

Представитель истца ФИО1, допущенная к участию в деле по ходатайству истца (т.1 л.д. 151), в судебном заседании поддержала заявленные исковые требования по изложенным в иске основаниям. Также указала, что после проведения судебной медицинской экспертизы по делу, ряд вопросов оказались невыясненными, поскольку при исследовании меддокументов на имя <данные изъяты> не учитывались утвержденные стандарты оказания медицинской помощи больным <данные изъяты>

Представитель ответчика КГБУЗ «Ачинская межрайонная больница», ФИО2, действующая на основании доверенности от 09.01.2025 года, против заявленных требований возражала, поддержала доводы, изложенные в письменных возражениях на исковое заявление, в которых указала, что <данные изъяты> находился в хирургическом отделении с 15.12.2023 г. по 11.01.2024 г. Основной диагноз: <данные изъяты> Основной выписки: <данные изъяты> Обратился в поликлинику с жалобами на незначительные боли в <данные изъяты>. Анамнез: вышеуказанные жалобы появились (со слов) в течение одной недели. Осмотрен терапевтом поликлиники, направлен в приемное отделение хирургии КГБУЗ «Ачинская МРБ», осмотрен хирургом, госпитализирован в ХО1. В стационаре ХО1 проведено УЗИ органов брюшной полости (комплексное) 18.12.2023 г., заключение по результатам УЗИ: <данные изъяты> 18.12.2023 г., заключение: <данные изъяты> За время лечения в стационарном отделении было проведено оперативное лечение. Операция: <данные изъяты> Проведены лабораторные исследования. Состояние на фоне лечения: <данные изъяты> в условиях КГБУЗ «Ачинская МРБ» невозможно. После предоперационной подготовки, пациент в срочном порядке оперирован. В послеоперационном периоде длительно сохранялась <данные изъяты> Послеоперационное течение без осложнений. Заживление первично. Швы сняты на 14-е сутки. Контрольная фистулография выявила <данные изъяты> Консультирован по телефону с заведующим ХО КГБУЗ «ККБ № 1» для ЭПСТ на 11.01.2024 г. Переводится санитарным транспортом для дальнейшего лечения в КГБУЗ «ККБ № 1». По результатам проведенной ЭКМП, оказанной <данные изъяты> стационарно в период с 15.12.2023 г. по 11.01.2023 г. в КГБУЗ «Ачинская МРБ», врачом-экспертом нарушений не выявлено, медицинская помощь оказана в соответствии с порядками, стандартами и клиническими рекомендациями. С выводами заключения специалистов № 333м/07/24 не согласны, поскольку заключение противоречит другим доказательствам, собранным по делу (по результатам проведенной ЭКМП оказанной <данные изъяты> медицинской помощи в КГБУЗ «Ачинская МРБ», врачом-экспертом нарушений не выявлено); задачами судебно-медицинской экспертизы является установление причинно-следственной связи, но не оценка качества оказанной помощи, в то время как данное заключение дает оценку качества оказанной медицинской помощи, ее соответствие стандартам, клиническим рекомендациям; диагностические методы в стандартах оказания медицинской помощи и их применение в лечении взяты как необходимые в 100% случаях, в то время как это противоречит действующим стандартам оказания медицинской помощи, клиническим рекомендациям, где имеет место такой показатель как частота (кратность) применения конкретного исследования каждом конкретном случае; при оценке проведения пациенту диагностики эксперт ссылается на отсутствие технической возможности, ставит это в вину КГБУЗ «Ачинская МРБ», не учитывая уровень учреждения, применение принципа маршрутизации; считает недопустимым применение такого вывода как «равнодушие врачебного персонала»; выводы эксперта (экспертов) сформированы не только без учета обстоятельств дела, но и вопреки им; некорректные с точки зрения науки методы, используемые экспертом при проведении исследования (т. 1 л.д. 201-202).

Представитель ответчика КГБУЗ «Краевая киническая больница», извещенный надлежащим образом о времени и месте рассмотрения дела, в судебное заседание не явился. И.о. главного врача <данные изъяты> представил письменный отзыв на исковое заявление, указав, что пациент <данные изъяты> ДД.ММ.ГГГГ рождения находился в отделениях больницы. Как отражено в медицинской карте, со слов пациента, в начале декабря 2023 появилась резкая слабость. 13 декабря 2023 обратился к терапевту Ачинской ЦРБ, выставлен предварительный диагноз <данные изъяты> Госпитализирован в ХО. На фоне проводимой терапии без эффекта, 18.12.2023 в экстренном порядке выполнена <данные изъяты>. В послеоперационном периоде <данные изъяты>. По данным фистулографи от 09.01.2024 - <данные изъяты> По данным ФГДС от 18.12.2023 - <данные изъяты>. По линии сан. авиации пациент сведен в ККБ, где после дообследования был госпитализирован в хирургическое отделение №1. На момент поступления пациента в ККБ у пациента <данные изъяты> 15.02.24г. у пациента отмечается дезориентация во времени, тревожное состояние. Приглашен невролог. Выполнено МСКТ головного мозга: данных за ОНМК не выявлено. 20.02.2024 учитывая отрицательную динамику в виде угнетения состояния, дезориентации, дизартрии, пациент был повторно осмотрен неврологом. При дообследовании (МСКТ ГМ) данным за ОНМК нет. Показаний к переводу в неврологическое отделение, в ОАР – не установлено. ДД.ММ.ГГГГ на фоне нарастающих доз инотропной поддержки, обусловленное прогрессированием явлений сепсиса, полиорганной недостаточности в 18:10 отмечается развитие остановки сердечной деятельности переходом в асистолию. Проведены реанимационные мероприятия в течение 30 минут (без эффекта). Биологическая смерть констатирована в 18:40. Согласно заключению подкомиссии ВК по изучению летальных исходов (ПВКИЛИ) от 19.03.24: имеет место расхождение клинического и патологоанатомического диагнозов, но причина этого - объективная. Пациент поступил в ККБ в крайне тяжелом состоянии с множественными осложнениями (<данные изъяты> В итоге установлено, что основным заболеванием следует считать <данные изъяты> Течение основного заболевания осложнилось присоединением <данные изъяты> Исходя из анализа имеющейся медицинской документации основания для вывода о некачественной медицинской помощи пациенту <данные изъяты> на всех этапах отсутствуют (т.1 л.д. 182-184).

Представитель КГБУЗ «Краевая клиническая больница» - главный врач <данные изъяты> в дополнении к отзыву на исковое заявление указал, что по фактам, изложенным в исковом заявлении, проведена служебная проверка, в ходе которой установлено, что медицинская помощь <данные изъяты> в условиях КГБУЗ ККБ оказана надлежащего качества, в полном объеме. Просил судебное заседание провести в отсутствие представителя КГБУЗ «Краевая клиническая больница» (т.1 л.д.217). Также в дополнениях к отзыву главный врач КГБУЗ «Краевая клиническая больница» <данные изъяты> указал, что в рассматриваемом деле отсутствуют доказательства каких – либо недостатков или дефектов в оказании медицинской помощи сотрудниками больницы, повлекших смерть пациента. Сотрудники больницы исполнили должным образом свою обязанность по качественному и квалифицированному оказанию медицинских услуг. Правовые основания для возникновения обязанности компенсировать моральный вред родным пациента отсутствует, так как отсутствую объективные доказательства вины медицинского персонала. Просил в удовлетворении исковых требования о взыскании компенсации морального вреда, возмещении судебных расходов, отказать. (т.3 л.д. 108-110).

Представители третьих лиц Министерства здравоохранения Красноярского края, ООО «СМК РЕСО-Мед» извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения дела путем направления извещения (т.3 л.д. 180), а также размещением информации о движении дела на сайте суда, в судебное заседание не явились.

Третье лицо ФИО4, извещенный надлежащим образом о времени месте рассмотрения дела путем вручения судебной повестки (т. 4 л.д. 32), в судебное заседание не явился. Представил пояснения, в котором указал, что пациент <данные изъяты> находился на лечении в хирургическом отделении КГБУЗ «Ачинская межрайонная больница» с 15 декабря 2024 года по поводу <данные изъяты> Ему проведено обследование в объеме, доступном КГБУЗ «Ачинская межрайонная больница». Диагноз подтвержден. 18 декабря 2023 года проведена <данные изъяты> Послеоперационный период протекал без каких - либо осложнений. При дальнейшем обследовании установлено наличие стриктуры БДС, что потребовало перевода в КГБУЗ «Краевая клиническая больница». 11 января 2024 года общее состояние при переводе ближе к удовлетворительному(т.3 л.д. 194).

Выслушав представителя истца и представителя ответчика, исследовав материалы дела, выслушав заключение прокурора, полагавшей, что исковые требования не подлежат удовлетворению, суд считает, что исковые требования не подлежат удовлетворению в следующем объеме, последующим основаниям.

В соответствии со статьей 2 Конституции Российской Федерации человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства.

В Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации (часть 1 статьи 17 Конституции Российской Федерации).

Основные права и свободы человека неотчуждаемы и принадлежат каждому от рождения (часть 2 статьи 17 Конституции Российской Федерации).

Права и свободы человека и гражданина являются непосредственно действующими. Они определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и обеспечиваются правосудием (статья 18 Конституции Российской Федерации).

К числу основных прав человека Конституцией Российской Федерации отнесено право на охрану здоровья (статья 41 Конституции Российской Федерации).

Каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь. Медицинская помощь в государственных и муниципальных учреждениях здравоохранения оказывается гражданам бесплатно за счет средств соответствующего бюджета, страховых взносов, других поступлений (часть 1 статьи 41 Конституции Российской Федерации).

Отношения, возникающие в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, регулируются Федеральным законом от 21 ноября 2011 г. N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" (далее - Федеральный закон "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

Согласно пункту 1 статьи 2 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" здоровье - это состояние физического, психического и социального благополучия человека, при котором отсутствуют заболевания, а также расстройства функций органов и систем организма.

Охрана здоровья граждан - это система мер политического, экономического, правового, социального, научного, медицинского, в том числе санитарно-противоэпидемического (профилактического), характера, осуществляемых органами государственной власти Российской Федерации, органами государственной власти субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления, организациями, их должностными лицами и иными лицами, гражданами в целях профилактики заболеваний, сохранения и укрепления физического и психического здоровья каждого человека, поддержания его долголетней активной жизни, предоставления ему медицинской помощи (пункт 2 статьи 2 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

В силу статьи 4 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" к основным принципам охраны здоровья относятся, в частности: соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий; приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи; ответственность органов государственной власти и органов местного самоуправления, должностных лиц организаций за обеспечение прав граждан в сфере охраны здоровья; доступность и качество медицинской помощи; недопустимость отказа в оказании медицинской помощи.

Медицинская помощь - это комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг; пациент - это физическое лицо, которому оказывается медицинская помощь или которое обратилось за оказанием медицинской помощи независимо от наличия у него заболевания и от его состояния (пункты 3, 9 статьи 2 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

Каждый имеет право на медицинскую помощь в гарантированном объеме, оказываемую без взимания платы в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи, а также на получение платных медицинских услуг и иных услуг, в том числе в соответствии с договором добровольного медицинского страхования (части 1, 2 статьи 19 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

В пункте 21 статьи 2 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" определено, что качество медицинской помощи - это совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

Медицинская помощь, за исключением медицинской помощи, оказываемой в рамках клинической апробации, организуется и оказывается: 1) в соответствии с положением об организации оказания медицинской помощи по видам медицинской помощи, которое утверждается уполномоченным федеральным органом исполнительной власти; 2) в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, утверждаемыми уполномоченным федеральным органом исполнительной власти и обязательными для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями; 3) на основе клинических рекомендаций; 4) с учетом стандартов медицинской помощи, утверждаемых уполномоченным федеральным органом исполнительной власти (часть 1 статьи 37 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

Критерии оценки качества медицинской помощи согласно части 2 статьи 64 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" формируются по группам заболеваний или состояний на основе соответствующих порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов лечения) по вопросам оказания медицинской помощи, разрабатываемых и утверждаемых в соответствии с частью 2 статьи 76 этого федерального закона, и утверждаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.

Медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации (части 2 и 3 статьи 98 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

Исходя из приведенных положений Конституции Российской Федерации и правовых норм, регулирующих отношения в сфере охраны здоровья граждан, право граждан на охрану здоровья и медицинскую помощь гарантируется системой закрепляемых в законе мер, включающих в том числе как определение принципов охраны здоровья, качества медицинской помощи, порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи, так и установление ответственности медицинских организаций и медицинских работников за причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.

Пунктом 1 статьи 34 Федерального закона от 21 ноября 2011 N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" установлено, что специализированная медицинская помощь оказывается врачами-специалистами и включает в себя профилактику, диагностику и лечение заболеваний и состояний, требующих специальных методов.

Согласно п. 4 ч. 3 ст. 32 Федерального закон от 21.11.2011 N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" медицинская помощь может оказываться стационарно (в условиях, обеспечивающих круглосуточное медицинское наблюдение и лечение).

Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Пунктом 2 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что нематериальные блага защищаются в соответствии с данным кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (статья 12) вытекает из существа нарушенного нематериального блага или личного неимущественного права и характера последствий этого нарушения.

В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 "Обязательства вследствие причинения вреда" (статьи 1064 - 1101) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно пунктам 1, 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, определяющей общие основания гражданско-правовой ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

Статья 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривает, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда.

В пункте 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина" разъяснено, что по общему правилу, установленному статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. Установленная статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Здоровье - это состояние полного социального, психологического и физического благополучия человека, которое может быть нарушено ненадлежащим оказанием пациенту медицинской помощи.

Применительно к спорным отношениям, в соответствии с действующим правовым регулированием ответчики должны доказать отсутствие своей вины в причинении морального вреда истцу, в связи со смертью <данные изъяты>

Как установлено по делу, истец ФИО3 является сыном умершего ДД.ММ.ГГГГ <данные изъяты> (л.д. 24, 26).

Согласно пояснениям истца, его представителя, представителей ответчиков, а а также медицинским документам в отношении ФИО3, он в начале декабря 2023 года почувствовал слабость, общее недомогание, незначительные боли в брюшной полости и тошноту, через неделю, а именно, 13 декабря 2023 года, обратился в поликлинику КГБУЗ «Ачинская межрайонная больница» с жалобами на незначительные боли в <данные изъяты> Был осмотрен терапевтом поликлиники, проведено обследование, в том числе УЗИ органов брюшной полости, проведены лабораторные исследования, направлен в приемное отделение хирургии КГБУЗ «Ачинская МРБ», осмотрен хирургом, госпитализирован в хирургическое отделение. Находился в хирургическом отделении с 15.12.2023 г. по 11.01.2024 года. При поступлении <данные изъяты> был установлен основной диагноз: <данные изъяты>

В стационаре хирургического отделения КГБУЗ «Ачинская межрайонная больница» <данные изъяты> проведены неоднократные лабораторные исследования, проведено УЗИ органов брюшной полости (комплексное) 18.12.2023 г., заключение по результатам УЗИ: <данные изъяты>

18 декабря 2023 года КГБУЗ «Ачинская МРБ» <данные изъяты> было проведено срочное оперативное лечение. Операция: <данные изъяты> 09 января 2025 года <данные изъяты> проведена фистулография, по результатам которой, выявлена <данные изъяты>. После чего, 11 января 2025 года <данные изъяты> направлен санитарным транспортом в КГБУЗ «Краевая клиническая больница» санитарным транспортом. <данные изъяты> при выписке из КГБУЗ «Ачинская МРБ» установлен диагноз: <данные изъяты>

В КГБУЗ «Краевая клиническая больница» <данные изъяты> был госпитализирован в хирургическое отделение, где ему проведены лабораторные и диагностические исследования. Первоначально 11.01.2024 ФИО5 установлен диагноз: <данные изъяты>. 12 января 2024 года ФИО5 проведена операция <данные изъяты>. В последующий период проводились все возможные виды обследования, в том числе, с использованием высокотехнологичного оборудования. 26 января 2024 года в КГБУЗ «Краевая клиническая больница» <данные изъяты> вновь проведена операция – <данные изъяты> Также 28 января 2024 года <данные изъяты> была проведена операция – <данные изъяты>

15 февраля 2024 года в КГБУЗ «Краевая клиническая больница», у <данные изъяты> стала отмечаться дезориентация во времени, тревожное состояние. ДД.ММ.ГГГГ ФИО5 умер в КГБУЗ «Краевая клиническая больница». Посмертный клинический диагноз. <данные изъяты>

Согласно выписки из протокола патолого – анатомического вскрытия <данные изъяты> в отношении <данные изъяты> следует, что основным заболеванием <данные изъяты> следует считать <данные изъяты>. Течение основного заболевания осложнилось присоединением <данные изъяты>

В КГБУЗ «Краевая клиническая больница» была проведена служебная проверка, по результатам которой 14 января 2025 года составлен акт, в котором изложены выводы о том, что имеет место расхождение клинического и патологоанатомического диагнозов <данные изъяты> из-за разных конструкций клинического диагноза, в котором указаны все осложнения, обнаруженные при секционном исследовании, однако это не повлияло на объем проводимого обследования и лечения. Качество медицинской помощи оказанное в учреждении, надлежащее (т.4 л.д. 24-29).

Медицинской страховой организацией ООО «Страховая медицинская компания РЕСО – Мед» была проведена экспертиза качества медицинской помощи на основании медицинской документации <данные изъяты> По результатам проведенной экспертизы установлено, что в период оказания медицинской помощи с 15 декабря 2023 года по 11 января 2025 года в КГБУЗ «Ачинская межрайонная больница», с 11 января 2024 года по 28 февраля 2024 года в КГБУЗ «Краевая клиническая больница» каких – либо дефектов оказания медицинской помощи учреждениями не выявлены. Стандарты оказания медицинской помощи выполнены. Учитывая наличие у пациента <данные изъяты>

Истец ФИО3 обратившись в суд с иском к ответчику о взыскании компенсации морального вреда, а также его представитель считает, что медицинскими учреждениями его отцу <данные изъяты> была оказана медицинская помощь ненадлежащим образом, он не был дообследован в полном объеме и ему не было назначено соответствующее лечение.

По настоящему делу, по ходатайству представителя ответчика КГБУЗ «Ачинская межрайонная больница» определением суда 06 февраля 2025 года (т.2 л.д. 154-160), была назначена комплексная судебно – медицинская экспертиза, производство которой поручено Краевому государственному бюджетном учреждению здравоохранения «Красноярское краевое бюро судебно – медицинской экспертизы».

Согласно заключению ОГБУЗ «Бюро судебно – медицинской экспертизы Томской области» №39 от 29 мая 2025 года, установлено, что <данные изъяты> обратился в поликлинику КГБУЗ «Ачинская межрайонная больница» (впервые по поводу данного заболевания) с жалобами на <данные изъяты>

В период нахождения в КГБУЗ «Краевая клиническая больница» с 11.01.2024 по 28.02.2024 <данные изъяты> также был проведен весь необходимый спектр диагностических обследований (<данные изъяты>

На первом этапе лечения <данные изъяты> в КГБУЗ «Ачинская межрайонная больница» тактика лечения выбрана верно и заключалась в удалении <данные изъяты>

В КГБУЗ «Краевая клиническая больница» первым этапом для лечения стриктуры <данные изъяты>

Противопоказаний для оперативного лечения у <данные изъяты> ни в период его стационарного лечения в КГБУЗ «Ачинская МРБ» с 15.12.2023 по 11.01.2024, нив период его лечения КГБУЗ «Краевая клиническая больница» с 11.01.2024 по 28.02.2024 не было. При <данные изъяты>

Осложнения желчнокаменной болезни в виде холедохолитиаза и механической желтухи у ФИО5 возникли на достационарном этапе, а именно, они явились поводом для госпитализации ФИО5 КГБУЗ «Ачинская МРБ» 15.12.2023. В период стационарного лечения у ФИО5 возник ряд осложнений- свищ луковицы ДПК, панкреонекроз, забрюшинная флегмона, абдоминальный сепсис, двусторонняя фибринозно – гнойная пневмония с микроабсцедированием, инфекционно- токсический шок, которые, в конечном итоге привели к прогрессирующей полиорганной недостаточности (дыхательная, печёночная, острое почечное повреждение, церебральная) с ведущей сердечно – сосудистой, которая и явилась непосредственной причиной смерти. Возможное развитие данных осложнений неоднозначно. В первую очередь настоящие осложнения связаны с основным заболеванием: желчнокаменная болезнь, осложненное течение в виде холедохолитиаза, механической желтухи, гнойного холангита. Острый панкреатит возникает у 45% больных с паталогией желчевыделительной системы, а заболевания желчевыделительной системы сопровождают воспалительный процесс поджелудочной железы в 25% случаев. При желчнокаменной болезни панкреатит выявляется в 25-90% случаев. Менее вероятна связь этих осложнений с проведенными операциями <данные изъяты>

<данные изъяты>

В ходе рассмотрения дела истец ФИО3 и его представитель ФИО1 заявили ходатайство о проведении по делу повторной экспертизы, выразив их неоднократных письменных ходатайств (т.3 л.д. 118 -124, 195-208, т.4 л.д. 36-38).

Считают, что заключение судебной экспертизы от 29 мая 2025 года выполненное экспертами ОГБУЗ «БСМЭТО» является недопустимым, выполненным с многочисленными нарушениями действующего законодательства. По мнению представителя истца при исследовании меддокументов на имя <данные изъяты>. не учитывались утвержденные стандарты оказания медицинской помощи больным с <данные изъяты> Не установлено и не подтверждено клиническими данными на каком этапе лечения у <данные изъяты> возникли осложнения. Нет при описании пояснений необходимости установки дренажа, не указаны пути возникновения у <данные изъяты> Считает, что изложенные в выводах заключения не позволяют считать его экспертной оценкой, поскольку отсутствует результат сравнительно – аналитического исследования данных, приведенных в качестве результата исследования, фактическое отражение хода экспертного анализа в заключении отсутствуют. Сведения, изложенные как результат исследования не верифицированы по происхождению. В заключении отсутствует общая оценка результатов исследования, ответы на поставленные вопросы не являются исчерпывающими, выводы исследования не обоснованы и вызывают сомнения в их достоверности. Для производства выводов заключения было необходимо соотнесение обстоятельств, изложенных в постановлении о назначении экспертизы с оценкой возможности разрешения вопросов. Результаты соотнесения обстоятельств дела с вопросами, поставленными на разрешение и достаточностью материалов для исследования в заключении отсутствуют (иными словами, не определена достаточность материалов для производства исследования, не отнесено с определением и ситуацией). Считают, что заключение эксперта не соответствует требованиям действующего законодательства, промежуточные выводы эксперта являются противоречивыми и немотивированными и не согласуются с окончательным выводом эксперта, при этом по существу эксперты не дали ответ на поставленные судом вопросы. Не были привлечены специалисты по профилям «Микробиология», «Рентгенология». В судебно медицинской экспертизе, проведенной ОГБУЗ «БСМЭТО» отсутствует оценка данных об осложнениях острого <данные изъяты> В заключении эксперта №39 от 29 мая 2025 года, выполненным экспертами ОГБУЗ «БСМЭТО» отсутствует исследование и оценка данных лабораторной диагностики, выполненная с участием специалистов по профилю «лабораторная диагностика», «микробиология» для обоснования вывода об отсутствии причинно – следственной связи между оказанной <данные изъяты> медицинской помощью и смертью, эксперты не указали, уклоняясь от судебно – медицинской оценки фактического отсутствия медицинской помощи при <данные изъяты>

Определением суда от 03 сентября 2025 года в удовлетворении ходатайства истца и его представителя было отказано.

В соответствии со статьей 25 ФЗ N 73-ФЗ "О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации" в заключении эксперта или комиссии экспертов должны быть отражены: время и место производства судебной экспертизы; основания производства судебной экспертизы; сведения об органе или о лице, назначивших судебную экспертизу; сведения о государственном судебно-экспертном учреждении, об эксперте (фамилия, имя, отчество, образование, специальность, стаж работы, ученая степень и ученое звание, занимаемая должность), которым поручено производство судебной экспертизы; предупреждение эксперта в соответствии с законодательством Российской Федерации об ответственности за дачу заведомо ложного заключения; вопросы, поставленные перед экспертом или комиссией экспертов; объекты исследований и материалы дела, представленные эксперту для производства судебной экспертизы; сведения об участниках процесса, присутствовавших при производстве судебной экспертизы; содержание и результаты исследований с указанием примененных методов; оценка результатов исследований, обоснование и формулировка выводов по поставленным вопросам.

Проведенная по делу отделом сложных судебно – медицинских экспертиз ОГБУЗ «Бюро судебно – медицинской экспертизы Томской области» экспертиза, полностью отвечает вышеприведенным требованиям закона.

В суд представлены документы, подтверждающие образование экспертов, специальность, стаж работы. Эксперт <данные изъяты> является заведующей отделом – врач судебно – медицинский эксперт отдела сложных судебно – медицинских экспертиз ОГБУЗ «БСМЭТО», имеет высшее медицинское образование, специальность «Судебно –медицинская экспертиза», её судебно – медицинский стаж составляет 34 года, имеет высшую категорию. Эксперт <данные изъяты> является врачом, судебно - медицинским экспертом отдела сложных судебно – медицинских экспертиз, врач – организатор, имеющий высшее медицинское образование по специальности «Судебно – медицинская экспертиза», «Патологическая анатомия», его медицинский стаж составляет 37 лет. Эксперт <данные изъяты> является врачом – хирургом, ООО «ЦКБ» г. Томска, врачом –онкологом, проктологом, кандидатом медицинских наук, имеет высшее медицинское образование по специальности «Хирургия», имеет высшую категорию, его медицинский стаж составляет 28 лет ( т.3 л.д. 184-190, 212-213, 222-238).

По мнению суда, заключение ОГБУЗ «Бюро судебно – медицинской экспертизы Томской области» отвечает установленным требованиям, является полным, выполнено с подробным анализом материалов дела и медицинских документов, аргументировано, содержит ссылки на официальные источники, нормативные документы и специальную литературу, а также указание на использованные при проведении экспертизы методы исследования. В экспертном заключении полно и всесторонне отражены ход и результаты исследования, выводы являются логическим следствием осуществленного исследования, заключение не содержит внутренних противоречий, а выводы экспертов изложены четко и ясно, и их содержание не предполагает двусмысленного толкования, заключение соответствует требованиям статьи 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации. При проведении экспертизы соблюдены требования процессуального законодательства, эксперты предупреждены об уголовной ответственности по ст. 307 Уголовного кодекса Российской Федерации за дачу заведомо ложного заключения.

Согласно части 3 статьи 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации заключение эксперта для суда необязательно и оценивается судом по правилам, установленным в статье 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

В соответствии с частями 3 и 4 статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Таким образом, заключение судебной экспертизы оценивается судом по его внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании каждого отдельно взятого доказательства, собранного по делу, и их совокупности с характерными причинно-следственными связями между ними и их системными свойствами.

Суд оценивает экспертное заключение с точки зрения соблюдения процессуального порядка назначения экспертизы, соблюдения процессуальных прав лиц, участвующих в деле, соответствия заключения поставленным вопросам, его полноты, обоснованности и достоверности в сопоставлении с другими доказательствами по делу.

По мнению суда, представленное заключение суд является, относимым и достоверным доказательством, опровергающим доводы истца об оказании его отцу <данные изъяты> некачественной медицинской помощи. Оснований для признания указанного заключения недопустимым, исключении из числа доказательств, не имеется. Само по себе несогласие лица, участвующего в деле, с выводами экспертов при отсутствии доказательств недостоверности содержащихся в заключении выводов, не исключает возможность принятия заключения экспертов в качестве допустимого доказательства по делу.

Более того, в ходе рассмотрения дела были допрошены эксперты <данные изъяты> которые поддержали доводы, изложенные в судебно - медицинской экспертизе в отношении <данные изъяты> Так, допрошенный в ходе рассмотрения дела оба эксперта настаивали на том, что для проведения экспертизы привлечение специалистов по профилям «микробиология», «рентгенология» для проведения экспертизы не требовалось. Эксперт <данные изъяты> настаивал на том, что в КГБУЗ «Ачинская МРБ» осуществлены все необходимые диагностические мероприятия, диагноз установлен верно, а после неэффективности консервативного лечения <данные изъяты> было обоснованно принято решение об оперативном лечении, направленного на устранение воспаления, <данные изъяты> До проведения операции, то есть до 18 декабря 2023 года необходимости направления пациента в организацию более высокого профиля не имелось, поскольку тех диагностических мероприятий, которые были проведены, было достаточно для установления правильного диагноза. Послеоперационный период протекал у ФИО5 удовлетворительно. Основанием для направления в КГБУЗ «Краевая клиническая больница» явилось выявленное нарушение <данные изъяты> Не всегда при проведении диагностических исследований можно выявить наличие иных конкрементов в желчевыводящих путях, а при оперативном лечении, их не всегда является возможным удалить. В связи с тем, что лечением такой паталогии, является эндоскопический малоинвазивный метод, а КГБУЗ «Ачинская МРБ» не обладало техническими возможностями, пациент был обоснованно направлено в учреждение более высокого профиля. На этапе лечения в КГБУЗ «Ачинская МРБ» исходя из результатов лабораторных исследований и иных диагностических исследований, признаков развития <данные изъяты> Показаний для более раннего направления пациента в учреждение более высокого профиля не имелось. По мнению эксперта, указанные осложнения возникли на этапе лечения КГБУЗ «Краевая клиническая больница», однако все действия медицинского персонала были направлены на предотвращение возникающих осложнений. Основной причиной развития указанных осложнений явилось непосредственно основное заболевание - осложненная форма <данные изъяты> Иные осложнения в виде <данные изъяты> Однако медикаментозное лечение, антибактериальная терапия пациента была в полном объеме с самого начала его лечения направлена на предотвращение указанных усложнений.

Эксперт <данные изъяты> в судебном заседании также подтвердил, что диагностика и лечение в обоих медицинских учреждениях выявленных <данные изъяты> проведена в полном объеме, все действия врачей были направлены на выявление причин нарушения <данные изъяты>. Воспалительные процессы в организме пациента, на устранение которых были направлены действия врачей, привели к развитию сепсиса и других осложнений.

Из пункта 1 статьи 64 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" следует, что экспертиза качества медицинской помощи проводится в целях выявления нарушений при оказании медицинской помощи, в том числе оценки своевременности ее оказания, правильности выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации, степени достижения запланированного результата.

Нарушение установленных в соответствии с законом порядка и стандарта оказания медицинской помощи является нарушением требований к качеству медицинской помощи, нарушением прав в сфере охраны здоровья, что может рассматриваться как основание для компенсации морального вреда и возмещения убытков.

Вместе с тем, доводы истца и его представителя о том, на начальном этапе в КГБУЗ «Ачинская МРБ» <данные изъяты> не была проведена полноценная диагностика, основанные на представленном ими при подаче иска заключении №333м/07/24 НИИИС, «СТЭЛС», опровергается выводами судебно – медицинской экспертизы, пояснениями допршенных в судебном заседании экспертов, выводами экспертизы качества медицинской помощи Медицинской страховой организацией ООО «Страховая медицинская компания РЕСО – Мед», по результатам проведения которой установлено отсутствие дефектов оказания медицинской помощи и стандартов оказания медицинской помощи.

Более того, в представленном истцом заключении специалистов автономной некоммерческой организации НИИИС «СТЭЛС» от 10 июля 2024 года (т.1 л.д. 32-97), в котором указано о том, что полноценная лабораторная и инструментальная диагностика <данные изъяты> не была проведена, не содержится сведений о применении указанными специалистами действующих клинических рекомендаций по соответствующим заболеваниям и стандартов оказания медицинской помощи (в том числе, в списке использованной специалистами литературы).

В связи с чем, по мнению суда, прийти к выводу о наличии противоречий в соответствующих заключениях, оснований не имеется.

Приказом Минздрава России от 27.05.2022 N 356н Утвержден «Стандарт медицинской помощи взрослым при остром холецистите (диагностика и лечение)», отражены Медицинские услуги для диагностики заболевания, состояния, в том числе, лабораторные методы исследования и инструментальные методы исследования.

Вместе с тем, в указанном стандарте отмечено, что вероятность предоставления медицинских услуг или назначения лекарственных препаратов для медицинского применения (медицинских изделий), включенных в стандарт медицинской помощи, может принимать значения от 0 до 1, где 1 означает, что данное мероприятие проводится 100% пациентов, соответствующих данной модели, а цифры менее 1 - указанному в стандарте медицинской помощи проценту пациентов, имеющих соответствующие медицинские показания.

При этом <данные изъяты> в соответствии с указанным стандартом, дважды. 15 и 18 декабря 2023 года (до начала оперативного вмешательства в КГБУЗ «Ачинская МРБ») проводилось УЗИ органов брюшной полости, в том числе <данные изъяты>

Структуированная информация по вопросам профилактики, диагностики, лечения и реабилитации острого холецистита отражена в клинических рекомендациях "Острый холецистит" утвержденных в 2021 году и применяемых с 01 января 2023 года (аналогичная информация по вопросам профилактики, диагностики, лечения и реабилитации Желчнокаменной болезни, с терминами и определениями отражена в приведенных экспертами в клинических рекомендациях «Желчнокаменная болезнь»), а также в ранее действующих «Острый панкреатит», одобренных Минздравом России в 2020 году, ранее действующих с 1 января 2022 года и «Сепсис у взрослых», одобренных Минздравом России в 2022 году и утративших силу после принятия в 2024 году новых клинических рекомендаций.

Новые клинические рекомендации «Острый панкреатит», «Сепсис у взрослых», «Желчнокаменная болезнь» утвержденные в 2024 году Министерством здравоохранения РФ, соответствуют более современным подходам к лечению указанных заболеваний.

Согласно клиническим рекомендациям "Острый холецистит" 2021 года, а также более современным «Желчнокаменная болезнь» 2024 года, жечнокаменная болезнь - хроническое заболевание с генетической предрасположенностью, при котором наблюдается образование камней в желчных путях; механическая желтуха - синдром нарушений гомеостаза с прогрессированием в полиорганную недостаточность, возникающий при нарушении оттока желчи из печени в желудочно-кишечный тракт; холедохолитиаз - конкременты желчных протоков, объединяемые общим понятием, представляющим одну из форм желчнокаменной болезни; острый холецистит - острое воспаление желчного пузыря, сопровождающееся местной и системной воспалительной реакцией или угрозой ее возникновения; острый холангит - острое воспаление желчных протоков неспецифического и специфического (чаще всего паразитарного) характера, сопровождающееся при генерализации процесса развитием холангиогенного сепсиса и полиорганной дисфункции.

Данные диагнозы были установлены <данные изъяты> при его лечении в КГБУЗ «Ачинская МРБ».

В клинических рекомендациях "<данные изъяты>

Также согласно указанным клиническим рекомендациям, всем пациентам с острым холециститом с целью подтверждения диагноза рекомендуется проведение ультразвукового исследования <данные изъяты>

Хирургическое лечение пациентам с <данные изъяты>.

Выводы, изложенные в представленном истцом заключении №21420 от 03 июля 2025 года некоммерческого партнерства «Саморегулируемая организация судебных экспертов» (т.3 л.д. 21-92) о том, что заключение экспертов ОГБУЗ «БСМЭТО» от 29 мая 2025 года произведено с многочисленными нарушениями действующего законодательства не нашли своего подтверждения. Более того, данная рецензия не доказывает неправильности или необоснованности имеющегося в деле экспертного заключения, так как объектом исследования специалиста являлось непосредственно экспертное заключение, а не состояние здоровья <данные изъяты> Рецензия выводов экспертного заключения по существу не опровергает. Рецензирование заключения комплексной судебно-медицинской экспертизы проведено стороной истца самостоятельно вне рамок судебного разбирательства. Выводы рецензии являются субъективным мнением лиц, ее составивших, не привлеченных к участию в деле, по своей сути, носит предположительный характер и не отвечает требованиям допустимости доказательств, опровергающих выводы заключения судебно-медицинской экспертизы.

По указанным выше основаниям, суд не может принять в качестве допустимого доказательства представленное истцом и его представителем заключение специалиста <данные изъяты> некоммерческого партнерства «Саморегулируемая организация судебных экспертов» №11607 от 01 сентября 2025 года, а также соглашается с доводами, изложенными в дополнительных пояснениях эксперта, заведующей отдела сложных судебно – медицинских экспертиз ОГБУЗ «БСМЭТО» <данные изъяты>т. 4 л.д. 31) о том, что у сведений о том, что у специалиста, составившего данное заключение имеется специальная подготовка в области хирургии, гастроэнерологии, анастезиологии и реаниматологии, микробиологии.

С учетом установленных по делу обстоятельств, оснований сомневаться в достоверности заключения ОГБУЗ «Бюро судебно – медицинской экспертизы Томской области». Доводы истца и его представителя, содержащие несогласие с заключением экспертов, не состоятельны и носят субъективный характер.

С учетом оценки всех представленных доказательств, пояснений сторон, экспертов, суд приходит к выводу, что при рассмотрении дела не нашло подтверждение причинение вреда здоровью <данные изъяты> КГБУЗ «Ачинская МРБ» и КГБУЗ «Краевая клиническая больница» и у суда отсутствуют основания для привлечения медицинского учреждений к гражданско- правовой ответственности в компенсации морального вреда, расходов на погребение, судебных расходов.

Таким образом, исходя из совокупности установленных по делу обстоятельств и требований закона, суд считает необходимым в удовлетворении исковых требований <данные изъяты> отказать в полном объеме.

В силу части 1 статьи 88 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

Согласно абзацам второму и пятому статьи 94 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся суммы, подлежащие выплате свидетелям, экспертам, специалистам и переводчикам, а также расходы на оплату услуг представителей.

В материалах дела имеется заявление Областного государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Бюро судебно- медицинской экспертизы Томской области» (ОГБУЗ «БСМЭТО»), в соответствии с которым, учреждение просит взыскать расходы про проведении экспертизы в сумме 89 170 рублей (т.2 л.д. 215), так как при рассмотрении дела расходы по проведению экспертизы сторонами не оплачены.

Согласно пояснению представителя ответчика КГБУЗ «Ачинская межрайонная больница», указанные расходы не были оплачены. Сведений об оплате указанных расходах КГБУЗ «Краевая клиническая больница», также не имеется.

В связи с тем, что в удовлетворении исковых требований ФИО3 отказано, считает необходимым взыскать с него в пользу Областного государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Бюро судебно- медицинской экспертизы Томской области» расходы на проведение экспертизы в сумме 89 170 рублей.

На основании изложенного и руководствуясь ст. 194-198 ГПК РФ, суд,

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО3 к КГБУЗ «Ачинская межрайонная больница», КГБУЗ «Краевая клиническая больница» о взыскании компенсации морального вреда, возмещении судебных расходов, отказать.

Взыскать с ФИО3 в пользу ОГБУЗ «Бюро судебно – медицинской экспертизы Томской области» расходы по оплате судебно – медицинской экспертизы в сумме 89 170 (восемьдесят девять тысяч сто семьдесят) рублей 40 копеек.

Решение может быть обжаловано в Красноярский краевой суд в течение одного месяца с момента принятия решения в окончательной форме с подачей жалобы через Ачинский городской суд.

Судья Корявина Т.Ю.

Мотивированное решение составлено 15 сентября 2025 года.