Решение по делу № 2-239/2023 от 06.03.2023 - о признании договора купли -продажи земельного участка и жилого дома от 01 июня 2017 года, заключенного между <ФИО> и <ФИО> недействительным и о восстановлении в ЕГРН записи о регистрации права собственности Истца на земельный участок и индивидуальный жилой дом и применении последствия недействительной сделки.

Дело № 2-239/2023

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

с. Угра 06 марта 2023 года

Вяземский районный суд Смоленской области в составе :

Председательствующего судьи Кирюхина А.В.

При секретаре Шашкиной Т.А.

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о признании договора купли -продажи земельного участка и жилого дома от 01 июня 2017 года, заключенного между ФИО1 и ФИО2 недействительным и о восстановлении в ЕГРН записи о регистрации права собственности Истца на земельный участок и индивидуальный жилой дом и применении последствия недействительной сделки,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в Вяземский районный суд Смоленской области с иском к ФИО2 о признании недействительным договоров купли-продажи земельного участка с кадастровым номером ХХХ, площадью 1146,0 кв.м., индивидуального жилого дома с кадастровым номером ХХХ, площадью 44,6 кв.м., расположенных по адресу: <адрес>, заключенных 01.06.2017 года и применить последствия недействительности сделок. Восстановить в ЕГРН запись о регистрации права собственности Истца на земельный участок с кадастровым номером ХХХ, площадью 1146,0 кв.м., индивидуальный жилой дом с кадастровым номером ХХХ, площадью 44,6 кв.м. расположенные по адресу: <адрес> заключенных 01.06.2017 года и применить последствия недействительной сделки.

В обоснование своих доводов Истец ссылался на то, что при заключении договоров находился в подавленном душевном состоянии в связи с наличием онкологического заболевания, смерти родных и близких, в полной мере не мог осознавать правовую природу заключаемых договоров.

В судебном заседании истец ФИО1, его представитель ФИО3 поддержали исковые требования по основаниям, изложенным в исковом заявлении, истец пояснил суду, что в отношении него дочь совершила мошеннические действия, при заключении договоров находился в подавленном душевном состоянии в связи с наличием онкологического заболевания.

Ответчик ФИО2, её представитель ФИО4, в судебном заседании исковые требования истца не признали, ответчик пояснила суду, что 01.07.2017 года она заключила с отцом договор купли-продажи индивидуального жилого дома и земельного участка с местом нахождения которых: <адрес> Все договора исполнены. Никакого помутнения рассудка у отца не было, он всё понимал. Она считает, что в связи с тем, что между ними испортились отношения, под влиянием этого, отец мог заявить об отказе от сделки. Она не намерена никому уступать этот дом и участок.

Представитель третьего лица Отделения фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по г.Москве и Московской области в судебное заседание не явился, о дате, времени и месте судебного заседания извещались судом надлежащим образом, представил письменные пояснения в которых просил рассмотреть дело в его отсутствии, отказать в удовлетворении искового заявления.

Третье лицо представитель Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Смоленской области в судебное заседание не явился, о дате, времени и месте судебного заседания извещались судом надлежащим образом, представил отзыв на исковое заявление в котором разрешение дела по существу оставлял на усмотрение суда, просил рассмотреть дело в его отсутствии.

Кроме того, в соответствии со статьями 14 и 16 Федерального закона от 22 декабря 2008г. № 262-ФЗ «Об обеспечении доступа к информации о деятельности судов в Российской Федерации» информация о дате, времени и месте рассмотрения дела заблаговременно размещена на интернет-сайте Вяземского районного суда Смоленской области.

В соответствии с ч. 3 ст. 167 ГПК РФ суд вправе рассмотреть дело в случае неявки кого-либо из лиц, участвующих в деле и извещенных о времени и месте судебного заседания, если ими не представлены сведения о причинах неявки или суд признает причины их неявки неуважительными.

Суд, с учетом имеющихся ходатайств, считает возможным рассмотреть настоящее дело в отсутствие не явившихся сторон.

Суд, выслушав стороны, представителей истца и ответчика, показания свидетелей, исследовав и оценив доказательства, представленные суду, приходит к следующим выводам.

В силу п. 1 ст. 177 ГК РФ сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

В силу п. 1 ст. 178 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел.

В соответствии со ст. 179 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием насилия или угрозы, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего.

Обманом считается также намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота.

Сделка, совершенная под влиянием обмана потерпевшего третьим лицом, может быть признана недействительной по иску потерпевшего при условии, что другая сторона либо лицо, к которому обращена односторонняя сделка, знали или должны были знать об обмане. Считается, в частности, что сторона знала об обмане, если виновное в обмане третье лицо являлось ее представителем или работником либо содействовало ей в совершении сделки.

Сделка на крайне невыгодных условиях, которую лицо было вынуждено совершить вследствие стечения тяжелых обстоятельств, чем другая сторона воспользовалась (кабальная сделка), может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего.

Общим последствием недействительности сделки по какому-либо из снований является применение последствий, установленных ст.167 ГК РФ.

Как усматривается из материалов дела и установлено судом в ходе судебного разбирательства собственником земельного участка с кадастровым номером № ХХХ, площадью 1146,0 кв.м., индивидуального жилого дома с кадастровым № ХХХ, площадью 44,6 кв.м. расположенных по адресу: <...> являлся ФИО1

В силу п. 1 ст. 209 ГК РФ собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом.

В соответствии с п. 2 ст. 209 ГК РФ собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам.

01.06.2017г. между ФИО1 и ФИО2 заключены договора купли–продажи земельного участка и жилого дома по адресу: <адрес> (л.д. 9-11, 27-28).

В силу п. 1 ст. 549 ГК РФ по договору купли - продажи недвижимого имущества (договору продажи недвижимости) продавец обязуется передать в собственность покупателя земельный участок, здание, сооружение, квартиру или другое недвижимое имущество (статья 130).

Согласно положениям п. 1 ст. 551 ГК РФ переход права собственности на недвижимость по договору продажи недвижимости к покупателю подлежит государственной регистрации.

В случаях, когда отчуждение имущества подлежит государственной регистрации, право собственности у приобретателя возникает с момента такой регистрации, если иное не установлено законом (п.2 ст.223 ГК РФ).

Недвижимое имущество признается принадлежащим добросовестному приобретателю (пункт 1 статьи 302) на праве собственности с момента такой регистрации.

В ходе судебного разбирательства судом установлено и доказано материалами дела, что переход права собственности на спорное недвижимое имущество к ответчику ФИО2 прошел государственную регистрацию, что подтверждается выписками из Единого государственного реестра недвижимости об основных характеристиках и зарегистрированных правах на объект недвижимости: на здание и земельный участок по адресу: <адрес> (л.д. 14-18, 43-45).

Истец ФИО1 обратился в суд с указанным иском, утверждая, что при заключении договоров находился в подавленном душевном состоянии в связи с наличием онкологического заболевания, смерти родных и близких, в полной мере не мог осознавать правовую природу заключаемых договоров, не был способен понимать значение своих действий и руководить ими. Вместе с тем в судебном заседании истец, не подтвердил, что действительно находился в состоянии котором не мог в полной мере понимать значение своих действий и руководить ими.

Свидетель В.Е. в судебном заседании пояснила, что ФИО1 и ФИО2 её знакомые. Семью эту знает 20 лет, дружила с А.И. Осенью 2016 года перед отъездом в г. Москву А.И. ей сказала, что ФИО1 решил продать ФИО2 дом. В апреле 2017 года была начата процедура сделки продажи дома с земельным участком, ей это было известно от покойной А.И., также А.И. ей пояснила, что этот дом им не нужен, поскольку они больны, а ФИО2 он нужнее. В мае 2017 года, уже оформлялись документы на дом целиком и на участок. Возражений от ФИО1 по поводу сделки она не слышала на тот момент, однако лично с ним о сделке она не разговаривала. На момент мая 2017 года, может охарактеризовать здоровье ФИО1 как бодрое, нормальное, он понимал, что происходит, был адекватен, волей обладал, возразить мог, характером ФИО1 обладал взрывным. А.И. умерла дд.мм.гггг.. Дом и участок ФИО2 от участка ФИО1 не огорожен. Кто получал деньги по сделке, она не знает, но думает, что ФИО1

Свидетель И.В. в судебном заседании пояснил, что ФИО1 является его соседом в г. Москва, он с ним в соседских отношениях, однако в последнее время он его не видит. Ему известно, что в Угранском районе у ФИО1 был или есть дом. Из разговора с ФИО1 ему известно, что он хотел передать часть своего дома дочери, он говорил ФИО1, что все делить нужно поровну между детьми, этот разговор между ними состоялся до момента смерти жены ФИО1, которая очень болела. Изменений в поведении ФИО1 он не видел. ФИО1 водил и сейчас водит автомобиль, он мог отдавать отчет своим действия и был в нормальном состоянии.

Свидетель К.А. в судебном заседании пояснила, что ФИО1 является отцом её мужа, охарактеризовать его может как умного, адекватного и хорошего человека, а ФИО2 является сестрой её мужа, с ней у неё были хорошие отношения. Замуж она вышла 01 сентября 2018 года. Касательно дела ей известно, что ФИО1 приехал к ним в г. Москву в середине августа 2022 года и остался на две недели, ей с мужем ФИО1 пояснил, что у него не очень хорошие отношения с дочерью ФИО2 В ходе разговора ФИО1 пояснил ей и её мужу, что у него имеется только половина дома. Они запросили договор купли-продажи, из которого следовало, что полностью и участок и дом проданы и принадлежат ФИО2, хотя ФИО1, считал, что продал только половину дома. О сделке ей известно уже около 2 лет от ФИО2, эту сделку не получалось совершить около 2, 3 раз, поскольку возвращали документы. ФИО2 помогали совершить сделку, кто-то, кто также совершал аналогичную сделку. Подробностей сделки она не знает, однако ей известно, что ФИО2 получила деньги материнского капитала, ФИО2 это ей сама сказала. ФИО1 имеет свое мнение и может его отстаивать. Она сама лечит ФИО1 с 2015 года. Он приезжает к ним в онкологический центр, <данные изъяты>. На <данные изъяты>. Лечение производиться посредствам химиотерапии, осложнений на мозг, вследствие лечения нет. На учете у нарколога или психиатра ФИО1 не состоял, отклонений в поведении или психики она не замечала. Никаких изменений с 2018 года с ФИО1 не происходило. Никакого имущества в г. Москва ФИО1 не имеет. Отношения между ФИО1 и ФИО2 до сентября 2022 года она может охарактеризовать как хорошие, они жили вместе. Споры между ФИО1 и ФИО2 возникали на бытовой почве.

Свидетель Т.Б. в судебном заседании пояснил, что ФИО2 является его гражданской женой они в отношениях с 2012 года, а ФИО1 приходиться отцом его гражданской жены, с ним он в хороших отношениях. В момент, когда они уже состояли в отношениях 5 лет, ФИО2 предложила ФИО1 купить его дом целиком за материнский капитал, однако он при этом не присутствовал, знает об этом поскольку они обсуждали этот вопрос в семье. Спустя какое то время ФИО1 согласился на продажу. Договоры оформлялись в МФЦ, ездили ФИО2 и ФИО1, ему это известно от ФИО2 Оформляли 2 раза, один раз пришел отказ от Росреестра, поскольку что-то было неправильно составлено. Оплата за земельный участок производилась путем передачи наличных денег в размере 100000 рублей, ФИО2 передавала деньги ФИО1, сам при этом он не присутствовал, эти деньги были совместным накоплением его и ФИО2, за дом оплата производилась средствами материнского капитала. После оформления документов и вступления в права собственности, земельным участком пользовались, огород сажали, построили сарай на новом участке, претензий от ФИО1 не было. Налоги сейчас оплачивает ФИО2, на её имя приходят квитанции они и оплачивает. Отношения с ФИО1 всегда были нормальными, после оформления договоров отношения не изменились. Споров о том кто собственник дома и земельного участка не было. После бытовой ссоры ФИО1 уехал в г. Москву и через некоторое время пришел иск, вероятно иск подан из-за ссоры. Земельный участок и дом приобретались для расширения.

Свидетель В.С. в судебном заседании пояснил, что ФИО1 является его отцом, с ним он в хороших отношениях, ФИО2 является его сестрой, в данный момент они в плохих отношениях, о праве предусмотренном ст. 51 Конституции РФ знает, желает давать показания. Летом 2022 года к нему в г. Москву приехал отец, остался на неделю, он ему пояснил, от отца стало известно что у них испортились отношения с дочерью, также отец пояснил, что больше там не хозяин, владеет там, только половиной дома, документов нет. Они сделали запрос в МФЦ. Им выдали договор купли-продажи и второй документ, который отец до этого, как он понял, не видел. Изучив второй документ, ФИО1 узнал, что земельный участок перешел к ФИО2, а он от неё якобы получил деньги. О готовящейся сделки продажи части дома, ему было известно, еще от матери, которая говорила, что сделка не простая, документы возвращали. Как ему пояснил отец, деньги он не получил, дом целиком перешел к ФИО2 При проверке документов выяснилось, что счет указанный в договоре не его, первые 5 цифр совпадают с его пенсионным счетом, а остальные 15 нет. При изучении документов было выяснено, что везде есть подписи отца, в том числе за получение денег. Подпись ФИО1 была в договоре купли-продажи дома, договоре купли-продажи земли, в запросах, в том числе в банк, в пенсионном счете. Они с отцом ездили разговаривать с ФИО2, но договорится, не получилось. ФИО2 подтвердила, что получила от отца, что хотела, ФИО2 узнавала, как можно вернуть отцу дом. Его родители каждый год приезжали весной в <адрес>, отец бывало, что и на зиму оставался. Весной 2017 года мать не могла находиться в <адрес>, у неё была срочная операция, у неё было тяжелое состояние и до и после. Воду и канализацию ФИО2 привела в свой дом в начале 2018 года Сам он приезжал каждый год в <адрес>. В один из приездов Т.Б. пренебрежительно сказал ему, что ФИО1 столько денег вложил в дом, что можно было новый построить. В июне 2017 года ФИО1 находился в деревне, когда он туда уехал не помнит. Мать с отцом уезжали в деревню, когда начинался посевной период, примерно месяц май, но с учетом здоровья матери. Брат ФИО1 умер в дд.мм.гггг., В.М. умер в дд.мм.гггг.. ФИО1 на учете у врача психиатра ни когда не состоял, и не обращался, к неврологу также не обращался. В деревню отец и мать добирались на машине, ФИО1 был за рулем. ФИО1 и до настоящего времени управляет транспортным средством. ФИО1 в 2017 году болел <данные изъяты>, это заключалось в плохом самочувствие, болях и по настоящее время плохое самочувствие, <данные изъяты>. Свидетелем договоренностей между ФИО1 и ФИО2 сам он не был. Отклонений психического состояния у отца он не наблюдал. Об условиях договора ему известно, что мать с сестрой поговорили с отцом по поводу помощи по детским деньгам, это чистая формальность, вопрос состоял о части дома, о земле разговора не было. По поводу подписей он у отца спрашивал, отец точно не знал, что подписывал, отец с сестрой были в банке, там тоже что-то подписывали, они ходили вместе, но бывало, что сестра возвращалась одна в банк. ФИО1 считал, что раз сделка произошла значит, деньги ФИО2 получила. Отдавал ли отчет ФИО1 в тот момент своим действиям, сказать не может, но ФИО1 находился в подавленном состоянии. По получению материнского капитала, как он понимает пенсионный фонд перечислил деньги на пенсионный счет отца о котором он не знал, на сколько ему известно доверенности на распоряжение денежными средствами ФИО1 не выдавал. На чеках о выдаче денежных средств стоит пометка о кассире В.Н., которая является близкой подругой ФИО2

Проанализировав и оценив с точки зрения относимости и допустимости показания свидетелей, суд приходит к выводу, что у суда нет оснований не доверять показаниям указанных свидетелей, предупрежденных об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ за дачу заведомо ложных показаний и по ст.308 УК РФ за отказ от дачи показаний.

Вместе с тем из показаний указанных свидетелей не следует, что Истец, в полной мере не мог осознавать правовую природу заключаемых договоров, не был способен понимать значение своих действий и руководить ими.

Доказательств того, что на истца при подписании договоров оказывалось какое либо давление со стороны ФИО2 суду не представлено. Данные обстоятельства лишь говорят о том, что ФИО1 передумал продавать свой дом и земельный участок дочери в связи с тем, что между ними испортились отношения.

Таким образом, доводы истца, представителя истца о том, что в момент сделки 01 июня 2017 г. ФИО1 не был способен понимать значение своих действий и руководить ими, что договор купли – продажи ФИО1 подписал вопреки своей воле, не нашли своего подтверждения в ходе судебного разбирательства и опровергаются объяснениями самого ФИО1 и показаниями свидетелей, а также материалами дела.

Согласно п. 6 договора купли-продажи индивидуального жилого дома с кадастровым № ХХХ от 01.06.2017 г., согласно п. 4 договора купли-продажи земельного участка с кадастровым № ХХХ от 01.06.2017 г. заключенного между ФИО1 и ФИО2, стороны добровольно и осознанно подписывают настоящий договор. Обстоятельства вынуждающие совершить данную сделку на невыгодных для них условиях отсутствуют. Стороны поставили друг друга в известность, что не лишены дееспособности, под опекой и попечительством не состоят, не страдают заболеваниями препятствующими осознать суть подписываемого договора.

Причины, обусловливающие неспособность лица понимать значение своих действий или руководить ими при совершении сделки, могут быть различными: психическое расстройство или иное заболевание, нервное потрясение, физическая травма, глубокое алкогольное опьянение и т.д.

Для доказывания этих обстоятельств недостаточно свидетельских показаний, должны предоставляться документы, их подтверждающие, а в случае необходимости -назначаться экспертиза.

Документы, подтверждающие неспособность ФИО1 понимать значение своих действий или руководить ими при совершении сделки, истцом суду не представлены.

Согласно документов имеющихся, в деле, а также согласно показанию сторон и свидетелей, ФИО1 проходил лечение в связи с онкологическим заболеванием (л.д. 19-26). У врача нарколога, психиатра на учете не состоит.

Признание недействительной сделки по ст.177 ГК РФ предполагает состояние лица, когда он не способен понимать значение своих действий и руководить ими. При этом не обязательно человек должен находиться в состоянии психического расстройства. Возможно и состояние немощности, глухоты, слепоты, стресса, состояния алкогольного опьянения.

Как следует из ст.177 ГК РФ, для признания сделки недействительной необходимо, чтобы содержание понятия «такое состояние» соответствовало юридическому критерию «не был способен понимать значение своих действий или руководить ими». Это понятие включает в себя психические расстройства: тяжелые и пограничные, и психологические особенности: повышенная внушаемость, подчиняемость.

Юридический критерий «понимать значение своих действий или руководить ими», изложенный в ст.177 ГК РФ, включает в себя интеллектуальный и волевой компоненты.

Интеллектуальный компонент «понимать значение своих действий» отражает способность к пониманию фактической стороны сделки, её существа, юридических особенностей, последствий с учётом возможных рисков.

Волевой компонент «руководить ими» (действиями) подразумевает сохранность волевых качеств и включает мотивацию совершенной сделки, способность к самостоятельному принятию решения и регуляции своего поведения в зависимости от внешних обстоятельств.

Доказательства, что в юридически значимой ситуации заключения сделки ФИО1 страдал каким-либо психическим расстройством, которое оказало влияние на его способность к осознанию существа сделки, её юридических особенностей, прогнозированию её результатов, регуляции своего поведения, суду не предоставлены.

Доказательства, что у ФИО1 имелись такие индивидуально-психологические особенности, как внушаемость, подчиняемость, которые существенно снизили или ограничили его способность руководить своими действиями в период заключения сделки, суду не предоставлены.

Таким образом, в ходе судебного разбирательства истцами не представлено убедительных доказательств, бесспорно свидетельствующих о том, что в момент сделки 01 июня 2016 г. ФИО1 не был способен и не мог понимать значение своих действий и руководить ими при совершении сделки, что на ФИО1 оказывалось давление, и сделка была совершена вопреки его воле. Вопрос о назначении экспертизы состояния ФИО1 сторонами не ставился.

Доказательств того, что заключаемая сделка между ФИО1 и ФИО2 предполагала продажу 1/2 доли индивидуального жилого дома и не предполагала продажу земельного участка, стороной истца не представлено.

Отказывая в удовлетворении исковых требований ФИО1, суд руководствуется положениями ст.ст. 166, 167, 178, 179, 434, 551, 572, 578 ГК РФ, разъяснениями, содержащимися в п. 99 постановления Пленума Верховного суда РФ от 23.06.2015 «О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой ГК РФ», исходит из того, что истцом не представлены доказательства, свидетельствующие о том, что договор купли-продажи дома и земельного участка от 01.06.2017 г. заключен в результате заблуждения или обмана со стороны ответчицы, поскольку сторонами было достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора купли-продажи дома и земельного участка, договор заключен в надлежащей форме, подписан сторонами, исполнен ими. В соответствии с п. 1 ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Согласно ст. 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Согласно п. 1 ст. 178 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел.

В силу п. 2 ст. 178 ГК РФ при наличии условий, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, заблуждение предполагается достаточно существенным, в частности, если: сторона заблуждается в отношении предмета сделки, в частности таких его качеств, которые в обороте рассматриваются как существенные; сторона заблуждается в отношении природы сделки; сторона заблуждается в отношении обстоятельства, которое она упоминает в своем волеизъявлении или из наличия которого она очевидностью для другой стороны исходит, совершая сделку.

Если сделка признана недействительной как совершенная под влиянием заблуждения, к ней применяются правила, предусмотренные ст. 167 настоящего Кодекса (п. 6 ст. 178 ГК РФ).

Существенное значение имеет заблуждение относительно природы сделки либо тождества или таких качеств ее предмета, которые значительно снижают возможности его использования по назначению. Заблуждение относительно мотивов сделки не имеет существенного значения.

По смыслу приведенной нормы права, сделка признается недействительной, если выраженная в ней воля стороны неправильно сложилась вследствие заблуждения и повлекла иные правовые последствия, нежели те, которые сторона действительно имела в виду. Под влиянием заблуждения участник сделки помимо своей воли составляет неправильное мнение или остается в неведении относительно тех или иных обстоятельств, имеющих для него существенное значение, и под их влиянием совершает сделку, которую он не совершил бы, если бы не заблуждался, заблуждение предполагает, что при совершении сделки лицо исходило из неправильных, не соответствующих действительности представлений о каких-то обстоятельствах, относящихся к данной сделке. Так, существенным является заблуждение относительно природы сделки, то есть совокупности свойств (признаков, условий), характеризующих ее сущность.

Вопрос о том, является ли заблуждение существенным или нет, должен решаться судом с учетом конкретных обстоятельств каждого дела исходя из того, насколько заблуждение существенно не вообще, а именно для данного участника сделки.

Как следует из пояснений стороны истца, истец имел намерение распорядиться ? доли в принадлежащем ему жилом доме, что оспаривается ответчицей по ее утверждению договора купли-продажи заключались на полные доли объектов недвижимости.

Истец был осведомлен о том, что продает объекты недвижимости, а не доли в них, что следует из договоров купли-продажи земельного участка и индивидуального жилого дома.

Таким образом, возмездные договора купли-продажи жилого дома и земельного участка отвечают интересам истца, который продавая недвижимое имущество, не лишался возможности пользоваться им, поскольку новым собственником недвижимого имущества становилась его дочь ответчик ФИО2

При установленных обстоятельствах, суд приходит к выводу, что заключенные сторонами договора купли продажи земельного участка и жилого дома не являются недействительным, так как данные сделки заключены без нарушений требований ст. 178 ГК РФ.

Доказательств тому, что сделки совершены для вида, без намерения создать соответствующие им правовые последствия, либо с целью уменьшения цены и объема имущества, истцом суду не представлено.

Судом не установлен факт недобросовестного поведения сторон при заключении договора и злоупотребления правами.

Как следует из договора купли–продажи индивидуального жилого дома заключенного между ФИО1 и ФИО2 денежные средства будут перечислены на расчетный счет ФИО1 путем безналичного перевода денежных средств.

Как следует из договора купли–продажи земельного участка заключенного между ФИО1 и ФИО2 продавец получил деньги от продажи имущества до подписания договора, претензий не имеет, в этой связи, доводы истца о неполучении им денежных средств по сделкам не соответствуют обстоятельствам дела. Суд приходит к выводу о разумности и добросовестности действий ответчика на момент совершения сделки, в связи с этим, исковые требования истца по основанию злоупотребления ответчиком своими правами, не подлежат удовлетворению.

Поскольку оснований для признания договоров купли продажи земельного участка и индивидуального жилого дома заключенных 01.06.2017 г. недействительными не имеется, у суда не имеется оснований для применения последствий применения недействительности сделок и восстановления в ЕГРН записей о регистрации права собственности Истца на индивидуальный жилой дом и земельный участок расположенные по адресу: <адрес>.

Рассматривая заявление ответчика о применении срока исковой давности, суд исходит из следующего.

В соответствии с пунктом 2 статьи 181 ГК РФ срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год.

Для отдельных видов требований законом могут устанавливаться специальные сроки исковой давности, сокращенные или более длительные по сравнению с общим сроком п. 1 ст. 197 Гражданского кодекса РФ.

В силу пункта 1 статьи 200 ГК РФ течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права.

Применительно, к оспариваемому договору купли – продажи действует правило о течении срока исковой давности со дня, когда истица узнала или должна была узнать о нарушении своего права.

Из пояснений истица следует, что о нарушении своих прав он узнал из копии договоров запрошенных в октябре 2022 г. когда получил сведения из органов Росреестра.

Вместе с тем, исходя из установленных по делу обстоятельств, суд не может согласиться с позицией истца относительно уважительной причины пропуска срока для обращения в суд с настоящими исковыми требованиями. Истец не оспаривал факт заключения договоров купли-продажи земельного участка и индивидуального жилого дома от 01.06.2017 г. и при должной степени заботливости и осмотрительности, истец не мог не знать о переходе права собственности. Принимая во внимание, что государственная регистрация перехода права собственности на основании оспариваемых договоров произведена 01.06.2017 г., исковое заявление подано в суд только 06.12.2022 г., по мнению суда, срок исковой давности истцом пропущен. Доказательств тому, что у него имелись объективные причины, по которым он не имел возможности запросить в регистрирующем органе копию документа-основания регистрации перехода права, а сведения из Единого государственного реестра прав на недвижимое имущество и сделок с ним являются открытыми и предоставляются по запросу любому заинтересованному лицу, суду не представлено.

Суд отмечает, что вследствие сделки по отчуждению индивидуального жилого дома и земельного участка в д. Федоровское, ФИО1 не остался без места жительства, поскольку в г. Москве имеет квартиру предоставленную ему на основании договора социального найма.

Принимая во внимание изложенное и конкретные обстоятельства по делу, суд полагает срок на обращение в суд с настоящими исковыми требованиями пропущен, уважительных причин пропуска срока суду не представлено.

Суд считает об отсутствии оснований для удовлетворения исковых требований ФИО1 к ФИО2

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

ФИО1 в удовлетворении исковых требований к ФИО2 о признании договоров купли-продажи земельного участка от 01 июня 2017 года, заключенного между ФИО1 и ФИО2, купли-продажи индивидуального жилого дома от 01 июня 2017 года заключенного между ФИО1 и ФИО2 недействительным и о восстановлении в ЕГРН записи о регистрации права собственности Истца на: земельный участок с кадастровым номером ХХХ, площадью 1146,0 кв.м.; индивидуальный жилой дом с кадастровым номером ХХХ, площадью 44,6 кв.м., расположенные по адресу: <адрес>, заключенные 01.06.2017 года и применении последствий недействительности сделок – отказать.

Решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в течение месяца в Смоленский областной суд через Вяземский районный суд в с. Угра.

Председательствующий А.В. Кирюхин

Решение вступает в законную силу 07.04.2023 года