Дело № 10-5124/2023 судья Курило О.А.

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

<адрес> ДД.ММ.ГГГГ

Челябинский областной суд в составе:

председательствующего – судьи Екимовой И.И.,

судей Мангилева С.С., Бибарсовой Л.И.,

при ведении протокола помощником судьи Саидовой А.Л.,

с участием: прокурора Марининой В.К.,

осужденного ФИО1 и его защитника – адвоката Зюзякина А.В.,

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционному представлению государственного обвинителя ШОВ, апелляционным жалобам (с дополнениями) осужденного ФИО1 и защитника – адвоката Куликова Д.С. на приговор Калининского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, которым

ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженец <адрес>, гражданин Российской Федерации, судимый:

1) ДД.ММ.ГГГГ Тракторозаводским районным судом <адрес> за совершение преступления, предусмотренного частью 2 статьи 318 Уголовного кодекса Российской Федерации, к наказанию в виде лишения свободы на срок три года шесть месяцев, с применением положений статьи 73 Уголовного кодекса Российской Федерации, условно, с испытательным сроком четыре года,

осуждён за совершение преступления, предусмотренного частью 2 статьи 162 Уголовного кодекса Российской Федерации, к наказанию в виде лишения свободы на срок четыре года.

На основании части 5 статьи 74 Уголовного кодекса Российской Федерации отменено условное осуждение по приговору Тракторозаводского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ.

В соответствии со статьёй 70 Уголовного кодекса Российской Федерации, по совокупности приговоров, частично присоединена неотбытая часть наказания по приговору Тракторозаводского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, окончательно назначено наказание в виде лишения свободы на срок четыре года шесть месяцев, с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

Мера пресечения ФИО1 до вступления приговора в законную силу оставлена прежней – в виде заключения под стражу, срок наказания исчислен со дня вступления приговора в законную силу.

На основании пункта «б» части третьей.1 статьи 72 Уголовного кодекса Российской Федерации время содержания ФИО1 под стражей с ДД.ММ.ГГГГ до дня вступления приговора в законную силу зачтено в срок лишения свободы из расчета один день за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима.

Приговором разрешена судьба вещественных доказательств по уголовному делу.

Заслушав доклад судьи Мангилева С.С., выступление прокурора Марининой В.К., поддержавшей доводы апелляционного представления, выступления адвоката Зюзякина А.В. и осужденного ФИО1, поддержавших доводы апелляционных жалоб с дополнениями, изучив материалы уголовного дела, суд апелляционной инстанции

установил :

ФИО1 признан виновным и осужден за совершение в период с 23 часов 00 минут ДД.ММ.ГГГГ до 04 часов 00 минут ДД.ММ.ГГГГ разбоя, то есть нападения на ГИМ и БТЮ в целях хищения принадлежащего им имущества, совершенного с применением насилия, опасного для жизни и здоровья, с угрозой применения такого насилия, группой лиц по предварительному, с применением предмета, используемого в качестве оружия, с причинением ГИМ материального ущерба на общую сумму 14800 рублей, БТЮ материального ущерба на общую сумму 1100 рублей.

В апелляционном представлении государственный обвинитель – помощник прокурора <адрес> ШОВ – не соглашается с приговором, считает приговор суда незаконным и подлежащим отмене ввиду несоответствия выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам дела, существенного нарушения уголовно-процессуального закона, неправильного применения уголовного закона, несправедливости вследствие чрезмерной мягкости назначенного наказания.

Автор представления приводит положения статьи 297 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, ссылаясь на положения пункта 27 Постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О судебном приговоре», полагает, что назначенное ФИО1 наказание не отвечает общеуголовным принципам, предусмотренным статьями 6 и 60 Уголовного кодекса Российской Федерации.

В обоснование доводов указывает, что ФИО1 осужден за совершение тяжкого преступления, вину не признал, в содеянном не раскаялся, совершил преступление в период условного осуждения, должных выводов для себя не сделал, на путь исправления не встал, тем не менее, суд не принял во внимание существенные для дела обстоятельства, характер и степень общественной опасности совершенного преступления, отсутствие обстоятельств, смягчающих наказание, предусмотренных пунктом «и» части 1 статьи 61 Уголовного кодекса Российской Федерации.

Необоснованный учет обстоятельств смягчающими, повлек неверное применение при назначении наказания положений части 1 статьи 62 и пункта «и» части 1 статьи 61 Уголовного кодекса Российской Федерации и, как следствие, назначение ФИО1 чрезмерно мягкого наказания.

Просит приговор отменить, направить уголовное дело на новое судебное разбирательство.

В апелляционной жалобе адвокат Куликов Д.С. не соглашается с приговором, находит его незаконным, необоснованным и несправедливым ввиду несоответствия выводов суда фактическим обстоятельствам уголовного дела, неправильного применения уголовного закона и несправедливостью назначенного наказания.

Полагает, что суд формально подошел к вопросу назначения наказания, ФИО1, должным образом не учел сведения о личности и состоянии здоровья ФИО1, частичное признание вины.

Считает, что вина ФИО1 в инкриминируемом ему преступлении не доказана. Выражает несогласие с оценкой исследованных в судебном заседании доказательств данной судом, полагая, что они не изобличают осужденного в инкриминируемом преступлении. Мотивы, по которым в основу приговора приняты одни доказательства, а другие отвергнуты, судом не приведены.

Просит приговор изменить, смягчить назначенное ФИО1 судом наказание.

В апелляционной жалобе и дополнениях к ней осужденный ФИО1, не соглашается с приговором, считает его незаконным, необоснованным, подлежащим отмене в связи существенным нарушением уголовно-процессуального закона и несоответствием выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела.

Считает, что его вина в инкриминируемом преступлении не доказана, а исследованные в судебном заседании доказательства не изобличают его в инкриминируемом преступлении, кроме того, судом, по мнению автора жалобы, незаконно в качестве доказательств его вины приняты показания потерпевшего БТЮ, который не допрашивался в судебном заседании, кроме того, судом не был допрошен по существу уголовного дела ЧДА, который мог сообщить исчерпывающие сведения, имеющие значение для дела.

Полагает, что в основу приговора необоснованно положены противоречивые показания потерпевших ГИМ, БТЮ, не принято во внимание и не учтено их противоправное поведение.

Обращает внимание, что как в ходе предварительного, так и в ходе судебного следствия канцелярский нож, о котором указывали потерпевшие обнаружен и изъят не был, что подтверждает то, что потерпевшие в данной части оговорили его.

Просит приговор изменить, смягчить назначенное ему судом наказание, ограничившись отбытым сроком.

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционного представления государственного обвинителя, апелляционной жалобы защитника и апелляционной жалобы с дополнениями осужденного, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Как следует из материалов уголовного дела, суд первой инстанции непосредственно исследовал в судебном заседании представленные сторонами доказательства, надлежащим образом проанализировал и в совокупности оценил их в приговоре, достаточно полно и убедительно мотивировав свои выводы о доказанности виновности осужденного.

Выводы суда о виновности ФИО1 в совершении преступления, за которое он осужден, сомнений не вызывают, поскольку соответствуют фактическим обстоятельствам дела и основаны на совокупности исследованных в судебном заседании доказательств, подробно приведенных в описательно-мотивировочной части приговора.

В судебном заседании ФИО1 вину в совершении инкриминируемого ему преступления, предусмотренного частью 2 статьи 162 Уголовного кодекса Российской Федерации, признал частично, показав, что нанёс удар ладонью по лицу ГИМ в ходе возникшего конфликта, имущество не похищал, видел пакеты, которые несли ЧДА, ГИМ и БТЮ в комиссионный магазин, что было в пакетах – не знал. Видел ЧДА, выходящего из комиссионного магазина, денег ЧДА ему не передавал. С ЧДА в сговор он не вступал, цели совершать преступление у них не было.

Из показаний ФИО1, данных в ходе предварительного следствия, следует, что в ночное время ДД.ММ.ГГГГ он совместно с ЧДА находился у <адрес> по проспекту Победы <адрес>, где ожидал своего знакомого, при этом в преступный сговор с ЧДА он не вступал, цели совершать преступление у них не было. По приглашению ГИМ он и ЧДА пришли в <адрес> указанного дома, где распивали алкоголь. В ходе распития у него с ГИМ произошел словесный конфликт, так как последний предложил употребить наркотические вещества, он ответил отказом, нанёс ладонью удар по щеке ГИМ Требований о передаче имущества, принадлежащего ГИМ, он не высказывал. ГИМ сам предложил передать своё имущество, путем сбыта в комиссионный магазин. Нож в отношении ГИМ и БТЮ он не применял, нож был в его руке, когда он нарезал продукты в квартире. Шкафы в квартире ГИМ на наличие ценного имущества он не проверял. Денежных средств, вырученных за сбытую в комиссионный магазин технику, принадлежащую ГИМ, он не брал.

К данной позиции стороны защиты суд отнесся критически, обоснованно отверг её, поскольку она не соответствует установленной объективной картине произошедших событий, опровергается совокупностью исследованных доказательств.

Вина ФИО1 в совершении преступления, описанного в приговоре, подтверждаются совокупностью исследованных доказательств.

Из показаний потерпевшего ГИМ следует, что в ночное время ДД.ММ.ГГГГ он познакомился с ЧДА и ФИО1, которых пригласил в квартиру, где проживал, БТЮ в то время спал в комнате. В ходе распития алкоголя у него произошёл конфликт с ЧДА и ФИО1 В ходе развития конфликта, ЧДА стал требовать от него денежные средства в сумме 10000 рублей, также требования о передаче вышеуказанной суммы денежных средств стал ему выдвигать ФИО1 В какой-то момент он увидел в руке у ФИО1 канцелярский нож, который ФИО1 направил в его сторону, сообщив, что сейчас они (ЧДА и ФИО1) проверят шкафы в квартире и заберут ценное имущество. Он опасался действий ФИО1 в тот момент, так как в руках ФИО1 находился нож, который ФИО1 направлял в его сторону и выдвигал требования о передаче принадлежащего ему ценного имущества, он испытывал страх, что ФИО1 может применить нож и причинить ему телесные повреждения. Одновременно с этим ЧДА проверял содержимое шкафов в квартире. Он сказал, что у него нет денег и ценного имущества, после чего ФИО1 нанес ему два удара ладонью руки по его щеке, причинив физическую боль. От происходящего в квартире проснулся БТЮ Далее, продолжая удерживать нож в своей руке, ФИО1 сказал ему и БТЮ отключить монитор и системный блок от электросети, пояснив, что сейчас они все вместе поедут сдавать имущество в ломбард. Понимая, что в руках ФИО1 находится нож, опасаясь за свои жизнь и здоровье, он и БТЮ выполнили требования ФИО1, отключив от электросети монитор, системный блок, музыкальные колонки. Системный блок и колонки положили в пакет, монитор держали в руках, ЧДА или ФИО1 из кухни взяли микроволновую печь. Далее они вчетвером на такси, которое заказывал ЧДА или ФИО1 направились в комиссионный магазин «Победа» расположенный поблизости. В комиссионный магазин пошли с имуществом он и ЧДА, где, по указанию ЧДА, он должен был на свой паспорт заложить все вышеуказанные вещи. Осмотрев вещи, сотрудник магазина пояснил, что примет только микроволновую печь и музыкальные колонки. Оформив квитанции на его имя, сотрудник комиссионного магазина выплатил ему и ЧДА 2500 рублей. Он не просил помощи у сотрудника магазина, так как опасался за своего друга БТЮ, оставшегося в такси с ФИО1, у которого при себе имелся нож. ЧДА забрал паспорт на его имя с денежными средствами, а также системный блок, при этом вернув ему монитор. Далее они вышли на улицу, из такси вышел БТЮ, с которым они вдвоем побежали в магазин «Пятерочка». ЧДА и ФИО1 при этом на такси уехали. В магазине «Пятерочка», они попросили помощи у охранника, который сообщил в полицию о происшествии. Таким образом, в результате преступления было похищено принадлежащее ему имущество, которое он привез в съемную квартиру: микроволновая печь «Starwind», стоимостью 3000 рублей, системный блок в корпусе черного цвета, стоимостью 8000 рублей, колонки R50 в корпусе черного цвета, стоимостью 3000 рублей, монитор «Benq», стоимостью 800 рублей, всего на общую сумму 14800 рублей. Документов на похищенное имущество у него не сохранилось, так как вся техника приобреталась как бывшая в употреблении.

Из показаний потерпевшего БТЮ, данных им в ходе предварительного следствия, оглашенных на основании пункта 5 части 2 статьи 281 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации следует, что ДД.ММ.ГГГГ он проснулся около 02 часов ДД.ММ.ГГГГ от шума в квартире, в которой проживал с ГИМ, в квартире находились неизвестные ему парни, которые требовали денежные средства у ГИМ Позже ему стало известно, что это были ЧДА и ФИО1 Он хотел позвонить в полицию, но в комнату вошёл ЧДА, который выхватил из его рук телефон. Следом в комнату вошли ГИМ и ФИО1 Он попросил ЧДА вернуть телефон, но ЧДА ответил, что заберет телефон себе, в последующем телефон ему ЧДА не верн<адрес> увидел в руке у ФИО1 канцелярский нож небольшого размера с желтой рукоятью, ФИО1 удерживал нож в руке, хотя прямых угроз ему ФИО1 не высказывал, но он опасался за свои жизнь и здоровье, так как понимал, что ФИО1 может применить нож в отношении него. В какой-то момент ФИО1 подошел к ГИМ, и, приставив канцелярский нож к шее ГИМ, потребовал, чтобы тот собирал ценные вещи в квартире, пояснив, что они пойдут сдавать вещи в ломбард. Он и ГИМ стали выполнять требования ФИО1, отключили стационарный компьютер (монитор и системный блок) от электросети. В это же время ЧДА и ФИО1 проверяли шкафы в квартире, ГИМ при этом сказал, что у него нет денег, после чего ФИО1 подошел к ГИМ и нанес тому два удара ладонью по щеке. Отключив от электросети монитор, системный блок, музыкальные колонки, они положили их в пакет. ЧДА или ФИО1 из кухни взяли микроволновую печь. Далее они вчетвером на такси проследовали в комиссионный магазин «Победа», там ГИМ и ЧДА с системным блоком, монитором, микроволновой печью и музыкальными колонками зашли в комиссионный магазин. Он оставался в такси с ФИО1 Когда ГИМ вышел на улицу, он вышел из такси, и они вдвоем с ГИМ побежали в магазин «Пятерочка». ЧДА и ФИО1 при этом на такси уехали. В магазине «Пятерочка» они попросили помощи у охранника, который сообщил в полицию о происшествии. В результате преступления было похищено принадлежащее ему имущество: мобильный телефон «Fly», стоимостью 1000 рублей, с картой памяти, стоимостью 100 рублей. Таким образом, материальный ущерб составил 1100 рублей.

Из показаний свидетеля ДАН следует, что к нему за помощью обратились ГИМ и ЧДА, сообщив, что на них под угрозой ножа, с применением насилия, совершено нападение в квартире по адресу: <адрес>, также пояснили, что путем угроз их принудили сдать в ломбард принадлежащее им имущество. Он вызвал сотрудников полиции. Когда парни ушли, он обнаружил на столе в помещении магазина монитор «BENQ» в корпусе чёрно-серебристого цвета, который принесли в магазин ГИМ и БТЮ, тогда он переставил монитор на подоконник у окна, расположенного в магазине, и стал ожидать сотрудников полиции.

Из показаний свидетеля ВАН следует, что ЧДА приходится ей сыном. В январе 2022 года от сотрудников полиции ей стало известно, что в ноябре 2021 года её сын, ЧДА, совершил преступление против собственности на территории <адрес>.

Из показаний свидетеля БИЮ, оглашенных в соответствии со статьёй 281 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, следует, что ДД.ММ.ГГГГ он находился на рабочем месте в магазине «Победа». Около 04 часов в магазин пришли ЧДА и ГИМ, которые принесли технику. ЧДА предложил ему приобрести у них монитор, системный блок, микроволновую печь, аудиоколонки. Осмотрев технику, он сообщил ЧДА и ГИМ, что сможет принять лишь микроволновую печь и аудиоколонки. Молодые люди согласились, при этом ГИМ сообщил, что последующего выкупа не будет. После этого он передал ГИМ и ЧДА денежные средства в сумме 2500 рублей. Через 40 минут ГИМ вновь вернулся в магазин и сообщил, что на того совершено нападение, угрожают ножом, он не придал значения словам ГИМ, так как тот находился в состоянии алкогольного опьянения. В последующем, микроволновая печь, а также аудиоколонки были проданы комиссионным магазином.

Также виновность ФИО1 подтверждается: протоколом принятия устного заявления от потерпевшего ГИМ; протоколом принятия устного заявления от потерпевшего БТЮ; протоколом осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ, в ходе проведения которого осмотрена <адрес> по проспекту Победы в <адрес>, в ходе которого были изъяты стеклянная трубка, окурок, вязаная шапка, три следа пальцев рук; заключением эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ о пригодности следов рук для идентификации личности; заключением эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому один из изъятых следов пальцев оставлен ФИО1; заключением эксперта № МЭ-84 от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому на шапке, изъятой ДД.ММ.ГГГГ при осмотре места происшествия обнаружены эпителиальные клетки; протоколом осмотра предметов (стеклянной трубки, окурка, вязаной шапки); протоколом осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому осмотрен торговый зал комиссионного магазина «Победа» и изъяты копии товарных чеков и квитанций на скупленный товар; протоколом осмотра изъятых копий товарных чеков и квитанций на скупленный товар, согласно которым в комиссионный магазин «Победа» ДД.ММ.ГГГГ потерпевшим ГИМ были сданы микроволновая печь «Starwind» и колонки R50; протоколом осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому в помещении магазина «Пятерочка» был изъят монитор «Benq», принадлежащий потерпевшему ГИМ; протоколом осмотра монитора «Benq»; протоколом предъявления лица для опознания, в ходе которого потерпевший ГИМ уверенно опознал ФИО1

Перечисленные и иные доказательства, исследованные в судебном заседании в соответствии со статьёй 240 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации и положенные в основу приговора, являются объективными, достоверными и допустимыми, носят последовательный характер, согласуются между собой и не противоречат друг другу, а в своей совокупности – достаточными для правильного рассмотрения уголовного дела по существу.

Тем не менее, ссылка суда первой инстанции на приговор в отношении ЧДА как на доказательство вины ФИО1 противоречит закону, поскольку ФИО1 в уголовном деле по обвинению ЧДА не являлся обвиняемым и судебное разбирательство в рамках статьи 252 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в отношении него не проводилось. Постановленный же в отношении других лиц приговор, не может предрешать виновность лица, не участвующего в качестве обвиняемого в рассматриваемом уголовном деле, о чем прямо сказано в статье 90 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации и постановлении пленума Верховного Суда Российской Федерации «О судебном приговоре» от ДД.ММ.ГГГГ (пункт 7 и пункт 24).

В связи с чем суд апелляционной инстанции считает необходимым исключить из описательно-мотивировочной части приговора ссылку на приговор Калининского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ в отношении ЧДА, как на доказательство вины ФИО1

Несмотря на исключение приговора в отношении ЧДА из доказательственной базы, оснований для отмены или изменения оспариваемого приговора не имеется, поскольку виновность осужденного ФИО1 в совершении инкриминируемого преступления подтверждается совокупностью иных доказательств, подробно изложенных в описательно-мотивировочной части приговора.

Вопреки доводам апелляционной жалобы с дополнениями осужденного ФИО1, то обстоятельство, что судом первой инстанции не был допрошен ЧДА, ранее осужденный по приговору Калининского районного суда <адрес> о ДД.ММ.ГГГГ за совершение этого преступления, как соучастник ФИО1, не нарушает права ФИО1 на защиту и не свидетельствует о неполноте судебного следствия, поскольку не влияет на выводы суда о виновности осужденного ФИО1 в совершении инкриминируемого ему деяния.

Суд апелляционной инстанции отмечает, что после исследования судом первой инстанции всех представленных сторонами доказательств, ходатайств о дополнении судебного следствия и заявлений о его неполноте от участников судебного разбирательства не поступало. При этом в силу положений статьи 252 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, при рассмотрении данного уголовного дела, действия ЧДА судом апелляционной инстанции не оцениваются.

Оценка исследованных в судебном заседании показаний ФИО1 и иных доказательств относительно фактических обстоятельств совершения преступления, изложенных в описательно-мотивировочной части приговора, аргументирована судом первой инстанции и разделяется судом апелляционной инстанции, так как основана на всестороннем анализе имеющихся в деле доказательств.

Суд апелляционной инстанции отмечает, что решение об оглашении показаний потерпевшего БТЮ, вопреки доводам стороны защиты, принято на законном основании и с соблюдением предусмотренной законом процедуры.

Так, судом первой инстанции приняты исчерпывающие меры к обеспечению явки потерпевшего БТЮ Кроме того, в ходе досудебного производства ФИО1 предоставлена возможность оспорить показания потерпевшего БТЮ в ходе очной ставки с его участием. К тому же показания потерпевшего БТЮ не являются единственным доказательством виновности ФИО1 в совершении преступления.

Оснований сомневаться в достоверности и допустимости показаний потерпевших БТЮ и ГИМ, свидетелей относительно сообщенных ими действиях ФИО1, его роли в совершении преступления в составе группы лиц по предварительному сговору, а также обстоятельств, которые бы в силу положений статьи 75 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, послужили основаниями для признания недопустимыми доказательствами вышеуказанных показаний потерпевшего и свидетелей, не имеется.

Каких-либо оснований для оговора свидетелями и потерпевшими осужденного ФИО1 судом первой инстанции не установлено. Не представлено таких доказательств и суду апелляционной инстанции.

Заявления осуждённого ФИО1 о неполучении денежных средств от реализации имущества потерпевших, о том, что имущество у потерпевших он не изымал, требований о передаче имущества, принадлежащего ГИМ, он не высказывал, признавая себя виновным лишь в нанесении побоев потерпевшему ГИМ, суд первой инстанции обоснованно отверг как неподтвержденные доказательствами и противоречащие фактическим обстоятельствам дела, с чем соглашается суд апелляционной инстанции.

Довод стороны защиты о непричастности ФИО1 к совершению инкриминируемого ему деяния был проверен судом первой инстанции, обоснованно признан несостоятельным, поскольку версия осужденного опровергается последовательными показаниями свидетелей, которые объективно подтверждаются письменными доказательствами.

Законных оснований для переквалификации действий ФИО1 на статью 116 Уголовного кодекса Российской Федерации, за нанесение побоев из личных неприязненных отношений, суд первой инстанции не нашёл, с чем соглашается суд апелляционной инстанции.

Из показаний потерпевших БТЮ и ГИМ следует, что ФИО1 и его соучастник ЧДА действовали совместно и согласованно, высказывали требования передать деньги, а, когда убедились, что денег у потерпевших нет, стали высказывать угрозы применения насилия, опасного для жизни и здоровья потерпевших, демонстрируя им нож.

Потерпевшие ГИМ и БТЮ высказанные угрозы воспринимали реально, оба видели нож, описали его. Демонстрация ножа проходила в небольшом освещенном помещении, где ФИО1 принимал активные самостоятельные и согласованные с соучастником ЧДА действия, направленные на хищение имущества потерпевших, пользуясь их испугом, после демонстрации ножа и высказанных совместных угроз. Тем самым ФИО1 активно выполнял свою роль как в нападении на потерпевших, в высказывании угроз, завладении имуществом, его незаконной реализации.

Угроза применения насилия, опасного для жизни или здоровья потерпевших имела место, поскольку судом установлено, что подсудимый ФИО1 совершил такие действия, которые давали потерпевшим основания опасаться её осуществления, а поведение ФИО1 и его соучастника ЧДА, их взаимоотношения с потерпевшими, объективно свидетельствовали о реальности такой угрозы.

Примененный при совершении нападения канцелярский нож ФИО1 и его соучастником ЧДА обоснованно признан судом первой инстанции как предмет, используемый в качестве оружия, поскольку его конструктивные особенности позволяли нанести человеку вред, опасный для жизни и здоровья. При использовании данного ножа ФИО1, согласованно с ЧДА, демонстрировал готовность его применить, что давало потерпевшим основания реально опасаться за свою жизнь и здоровье. О наличии ножа у нападавших потерпевшие сообщили не только сотрудникам полиции, но и ночному сторожу магазина «Пятёрочка» ДАН, который описал состояние потерпевших, отметив, что те были сильно напуганы и поясняли, что на них напали с применением ножа.

ФИО1 действовал умышленно и с корыстным мотивом. Нападая на потерпевших, осужденный имел цель незаконно обогатиться, что следует из характера и существа его действий. Способ распоряжения похищенным имуществом не имеет юридического значения для квалификации действий осужденного.

По смыслу уголовного закона, при разбое насилие является средством завладения имуществом или его удержания. Применив к потерпевшему ГИМ насилие, нанеся тому два удара ладонью по голове, то есть в жизненно важную часть тела, от которых ГИМ испытал физическую боль, ФИО1, действуя совместно и согласованно со своим соучастником, применил насилие, которое хотя и не причинило вред здоровью потерпевшего, однако в момент применения создавало реальную опасность для его жизни и здоровья, что охватывается составом преступления, предусмотренного статьёй 162 Уголовного кодекса Российской Федерации, и является применением насилия, опасного для здоровья, в результате чего потерпевший не смог препятствовать изъятию своего имущества.

С учётом, установленных в судебном заседании фактических обстоятельств дела, суд первой инстанции верно квалифицировал действия ФИО1 по части 2 статьи 162 Уголовного кодекса Российской Федерации – как разбой, то есть нападение в целях хищения чужого имущества, совершенное с применением насилия, опасного для жизни или здоровья, с угрозой применения такого насилия, совершенный группой лиц по предварительному сговору, с применением предмета, используемого в качестве оружия.

Собственная оценка потерпевшими обстоятельств совершенного в отношении них преступления, изложенная в заявлениях о преступлении, не являлась препятствием для иной квалификации действий осужденного ФИО1 субъектами правоприменительной деятельности, в том числе и судом, данной на основе оценки доказательств, исследованных в соответствии с требованиями статей 17, 87-88 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации.

Оснований для иной юридической оценки действий ФИО1, в том числе, и о его оправдании, как об этом фактически поставлен вопрос в апелляционной жалобе адвоката, апелляционной жалобе с дополнениями осужденного ФИО1, не имеется.

Судом первой инстанции дана правильная критическая оценка версии осужденного, согласно которой у последнего не было умысла на хищение имущества, нападение на потерпевших с корыстной целью; о применении насилия в связи с предшествующей словесной ссорой, конфликте с потерпевшим ГИМ Указанные обстоятельства полностью опровергаются совокупностью представленных суду доказательств, противоречат им, обоснованно отвергнуты судом, выводы которого в данной части разделяются апелляционной инстанцией.

Все иные приводимые в апелляционных жалобах и дополнениях доводы об оценке доказательств не опровергают мотивированных выводов суда об их допустимости и о доказанности вины осужденного.

Протоколы процессуальных и следственных действий, приведенные в приговоре, составлены с соблюдением требований действующего законодательства, что подтверждается подписями участвующих лиц, и содержат сведения об обстоятельствах, подлежащих доказыванию, в связи с чем, суд обоснованно признал их допустимыми и достоверными, в приговоре дал им надлежащую оценку.

Все обстоятельства, подлежащие доказыванию в соответствии со статьёй 73 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, судом установлены полно и объективно. Выводов предположительного характера в приговоре не имеется.

Также являются несостоятельными доводы защиты о нарушении в судебном разбирательстве положений статьи 14 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации. Требования закона о презумпции невиновности судом первой инстанции соблюдены. Противоречий в исследованных доказательствах, которые могут быть истолкованы в пользу осужденного, суд апелляционной инстанции не усматривает, в связи с чем, подлежит отклонению довод защиты об обвинительном уклоне приговора.

Судебное разбирательство проведено с соблюдением требований уголовно-процессуального законодательства, в соответствии с принципами состязательности и равноправия сторон. Председательствующий предоставил обвинению и защите равные возможности по представлению и исследованию доказательств. Все заявленные ходатайства были разрешены судом в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, а принятые по ним решения являются законными и обоснованными. Выводы суда мотивированы, оснований не согласиться с ними у суда апелляционной инстанции не имеется. Каких-либо данных, свидетельствующих об односторонности или неполноте судебного следствия, не усматривается.

Решая вопрос о назначении вида и размера наказания ФИО1 в соответствии со статьями 6, 43, 60 Уголовного кодекса Российской Федерации, суд принял во внимание характер и степень общественной опасности содеянного, данные о личности осужденного, наличие обстоятельств, смягчающих наказание, и отсутствие обстоятельств, отягчающих наказание, его состояние здоровья. Также суд учел влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия его жизни.

В качестве обстоятельств, смягчающих наказание ФИО1 суд обоснованно учел: частичное признание вины, раскаяние в содеянном, в соответствии с пунктом «и» части 1 статьи 61 Уголовного кодекса Российской Федерации, активное способствование раскрытию и расследованию преступления, неудовлетворительное состояние здоровья осужденного и его близких.

В качестве характеристики личности ФИО1 суд учёл, что тот состоит на учёте у врача-нарколога с апреля 2021 года с диагнозом «наркомания, осложненная алкоголизмом», состоит на учете у врача-психиатра с 2006 года с диагнозом «органическое расстройство личности», имеет постоянное место жительства и регистрации, где характеризуется положительно.

Суд также учёл, что ФИО1, согласно заключению эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, несмотря на обнаружение у него в настоящее время признаков органического расстройства личности и поведения, осложненного психическими и поведенческими расстройствами вследствие сочетанного употребления наркотических средств и алкоголя, мог в период, относящийся к инкриминируемому ему деянию, и может в настоящее время осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими.

С учетом выводов экспертного заключения, сведений о личности осужденного, обстоятельств совершенного им преступления, суд первой инстанции обоснованно признал ФИО1 вменяемым в отношении инкриминируемого ему деяния, подлежащим уголовной ответственности и наказанию. Выводы суда в данной части разделяются судом апелляционной инстанции.

Обстоятельств, отягчающих наказание ФИО1, предусмотренных статьёй 63 Уголовного кодекса Российской Федерации, суд не установил.

Данные о личности виновного тщательно исследованы судом и учтены при назначении наказания. Сведений о состоянии здоровья, препятствующем отбыванию наказания в виде лишения свободы, либо не учтенных судом первой инстанции, материалы уголовного дела не содержат.

Оснований полагать о неполном учёте смягчающих обстоятельств, а также иных сведений о личности осужденного, по мнению суда апелляционной инстанции, не имеется. Каких-либо обстоятельств, прямо предусмотренных уголовным законом в качестве смягчающих, достоверные сведения о которых имеются в материалах дела, но не учтенных судом, не установлено.

Выводы суда первой инстанции о необходимости назначения ФИО1 наказания в виде лишения свободы без дополнительных видов наказания должным образом мотивированы. Исключительных обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступления, с учетом сведений о его личности, характера и обстоятельств совершенного преступления, судом первой инстанции не установлено, в связи с чем суд первой инстанции не нашел оснований для применения положений статей 64, 73, части 6 статьи 15 Уголовного кодекса Российской Федерации.

Судом апелляционной инстанции при этом не выявлено оснований для переоценки выводов суда первой инстанции о невозможности признания осуждения ФИО1 условным в соответствии со статьей 73 Уголовного кодекса Российской Федерации, ввиду отсутствия убедительных данных, позволяющих полагать, что не утрачена возможность исправления ФИО1 без его изоляции от общества.

Поскольку ФИО1 в период условного осуждения к лишению свободы по приговору Тракторозаводского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ совершил новое умышленное преступление, относящееся к категории тяжких, в соответствии с частью 5 статьи 74 Уголовного кодекса Российской Федерации, суд первой инстанции принял решение об отмене условного осуждения по приговору Тракторозаводского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ. Данный вывод разделяется судом апелляционной инстанции.

Окончательное наказание ФИО1 обоснованно назначено в соответствии со статьей 70 Уголовного кодекса Российской Федерации.

По мнению суда апелляционной инстанции, оснований для смягчения наказания, а также для усиления наказания по доводам апелляционного представления, не имеется.

Таким образом, суд апелляционной инстанции находит назначенное ФИО1 наказание, как за преступление, так и по правилам статьи 70 Уголовного кодекса Российской Федерации, справедливым и соразмерным содеянному, соответствующим общественной опасности совершенного им преступления и личности виновного, закрепленным в уголовном законодательстве Российской Федерации принципам гуманизма и справедливости и полностью отвечающим задачам исправления осужденного и предупреждения совершения им новых преступлений.

Вид исправительного учреждения, назначенного к отбытию осужденному, – исправительная колония общего режима, определён правильно, в соответствии с требованиями пункта «б» части 1 статьи 58 Уголовного кодекса Российской Федерации.

Время содержания ФИО1 под стражей в период с ДД.ММ.ГГГГ до дня вступления приговора в законную силу суд первой инстанции обоснованно засчитал в срок лишения свободы на основании пункта «б» части третьей.1 статьи 72 Уголовного кодекса Российской Федерации из расчета один день содержания под стражей за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима.

Однако судебное решение не в полной мере отвечает требованиям закона и подлежит изменению по следующим мотивам.

В резолютивной части приговора суд первой инстанции, признав ФИО1 виновным в совершении преступления, предусмотренного частью 2 статьи 162 Уголовного кодекса Российской Федерации, не указал о назначении ФИО1 наказания за данное преступление.

Указанное обстоятельство суд апелляционной инстанции расценивает как явную техническую ошибку, которая не ставит под сомнение законность и обоснованность обжалуемого приговора, при этом считает необходимым её исправить.

Нарушений норм уголовно-процессуального законодательства, неправильного применения уголовного закона, влекущих отмену приговора или внесение иных изменений, суд апелляционной инстанции не усматривает.

Руководствуясь статьями 389.13, 389.15, 389.20, 389.28, частью 2 статьи 389.33 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции

определил :

приговор Калининского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО1 изменить:

- из его описательно-мотивировочной части исключить указание на приговор Калининского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ в отношении ЧДА, как на доказательство вины ФИО1;

- в резолютивной части приговора уточнить о назначении ФИО1 за совершение преступления, предусмотренного частью 2 статьи 162 Уголовного кодекса Российской Федерации, наказания в виде лишения свободы на срок четыре года.

В остальной части данный приговор оставить без изменения, а апелляционное представление государственного обвинителя ШОВ, апелляционные жалобы (с дополнениями) осужденного ФИО1 и адвоката Куликова Д.С. – без удовлетворения.

Решение суда апелляционной инстанции может быть обжаловано в кассационном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции путем подачи кассационной жалобы, представления через суд первой инстанции в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу, а для осужденного, содержащегося под стражей, - в тот же срок со дня вручения ему копии такого судебного решения, вступившего в законную силу, с соблюдением требований статьи 401.4 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации.

В случае пропуска срока кассационного обжалования или отказа в его восстановлении кассационные жалоба, представление подаются непосредственно в суд кассационной инстанции и рассматриваются в порядке, предусмотренном статьями 401.10 – 401.12 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации.

В случае подачи кассационных жалобы, представления лица, участвующие в деле, вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий

Судьи