Дело № 2-3522/2022
УИД 35RS0001-02-2022-003073-86
< >
РЕШЕНИЕ
ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
26 сентября 2022 года город Череповец
Череповецкий городской суд Вологодской области в составе:
председательствующего судьи Малышевой И.Л.,
при секретаре судебного заседания Серебряковой В.Н.,
с участием истца ФИО1,
представителя ответчика БУЗ ВО «ВОПТД №» по доверенности ФИО2,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к бюджетному учреждению здравоохранения « противотуберкулезный диспансер №» о признании незаконным приказа о применении дисциплинарного взыскания и взыскании компенсации морального вреда,
установил:
ФИО1 (далее – истец, работник) обратилась в Череповецкий городской суд с иском к БУЗ ВО « противотуберкулезный диспансер №» (далее – ответчик, работодатель), в обоснование указав, что она состоит в трудовых отношениях с БУЗ ВО « противотуберкулезный диспансер №» с ДД.ММ.ГГГГ, работает в должности начальника контрактной службы с ДД.ММ.ГГГГ по настоящее время. Общий стаж работы в сфере государственных закупок составляет 15 лет, ранее к дисциплинарной ответственности не привлекалась.
Пунктом 2 приказа № от ДД.ММ.ГГГГ к ней применено дисциплинарное взыскание в виде замечания. Актом комиссии от ДД.ММ.ГГГГ по результатам служебного расследования было установлено, что ДД.ММ.ГГГГ в служебном кабинете заместителя главного врача по экономическим вопросам В. истцом для подписания экспертного заключения была незаконно использована электронная цифровая подпись заведующего отделением лучевой диагностики БУЗ ВО « противотуберкулезный диспансер №» З. без его ведома и согласования с ним этих действий, о чем имеется докладная записка З. Однако, она такое использование не осуществляла, о чем указала в своей объяснительной. В пункте 4 Акта служебного расследования подтверждается, что подписание документа в программе МИК с помощью цифровой подписи З. было выполнено А.
По вопросу ненадлежащего состояния информационной безопасности в учреждении она неоднократно обращалась с докладными записками к главному врачу учреждения ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, указывая в докладных о факте отсутствия цифровых подписей у их владельцев и меры по устранению данного нарушения. Все цифровые подписи находятся у начальника отдела информационного обеспечения А., в том числе цифровая подпись З., В.. ФИО1
Как владелец цифровой подписи истец в своем распоряжении её не имеет, не знает, кто может воспользоваться ее подписью при несоблюдении в учреждении конфиденциальности ключей электронной подписи.
Приказ № от ДД.ММ.ГГГГ (в части пункта 2) считает незаконным, поскольку в преамбуле приказа не указано, какие с ее стороны совершены грубые нарушения правил субординации, какое было самоуправство с ее стороны, и какие должностные полномочия она превысила. Доступа к электронной подписи З. она не имела и ею никогда не пользовалась, иное работодателем не установлено и не доказано.
Нарушен порядок применения дисциплинарного взыскания, ответчиком пропущен срок, предусмотренный статьей 193 Трудового кодекса Российской Федерации, для привлечения к дисциплинарной ответственности. Проступок обнаружен работодателем ДД.ММ.ГГГГ, срок привлечения к дисциплинарной ответственности до ДД.ММ.ГГГГ, приказ о дисциплинарном взыскании издан ДД.ММ.ГГГГ. В период издания приказа о привлечении к дисциплинарной ответственности она находилась во временной нетрудоспособности с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, что подтверждается листком нетрудоспособности.
Истец полагает, что отсутствует подтверждение ее вины в установленном законом порядке, приказ издан на основании предположений главного врача.
В исковом заявлении истец ФИО1 просит признать незаконным и отменить пункт 2 приказа № от ДД.ММ.ГГГГ главного врача БУЗ ВО « противотуберкулезный диспансер №» Ж. № от ДД.ММ.ГГГГ, взыскать с БУЗ ВО « противотуберкулезный диспансер №» в ее пользу компенсацию морального вреда в размере 10 000 рублей.
Определением суда от ДД.ММ.ГГГГ к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований на предмет спора, привлечены Департамент здравоохранения и Комитет по регулированию контрактной системы .
В судебном заседании истец ФИО1 исковые требования поддержала по основаниям, указанным в исковых заявлениях.
В судебном заседании представитель ответчика по доверенности ФИО2, исковые требования не признал по основаниям, изложенным в возражениях.
В судебное заседание представители третьего лица Департамента здравоохранения и Комитет по регулированию контрактной системы не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещены, представлены письменные возражения.
Суд, выслушав истца, представителя ответчика, показания свидетелей А., Б., В., Г., исследовав материалы дела, приходит к следующему убеждению.
Согласно статье 21 Трудового кодекса Российской Федерации (далее – ТК РФ) работник обязан добросовестно исполнять свои трудовые обязанности, возложенные на него трудовым договором, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка организации и трудовую дисциплину.
На основании статьи 189 ТК РФ дисциплина труда - обязательное для всех работников подчинение правилам поведения, определенным в соответствии с настоящим Кодексом, иными федеральными законами, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором. Заключая трудовой договор, работник обязуется добросовестно выполнять свои трудовые обязанности, соблюдать трудовую дисциплину и правила внутреннего трудового распорядка организации (статья 21 ТК РФ). Виновное неисполнение данных требований может повлечь привлечение работника к дисциплинарной ответственности, что является одним из способов защиты нарушенных прав работодателя.
В силу абзаца 5 части 1 статьи 22 ТК РФ работодатель вправе привлекать работников к дисциплинарной и материальной ответственности в порядке, установленном настоящим Кодексом, иными федеральными законами.
Согласно части 1 статьи 192 ТК РФ дисциплинарным проступком является неисполнение или ненадлежащее исполнение работником по его вине возложенных на него трудовых обязанностей, за совершение которого работодатель вправе применить дисциплинарные взыскания виде замечания, выговора и увольнения по соответствующим основаниям.
В пункте 35 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» разъяснено, что при рассмотрении дела об оспаривании дисциплинарного взыскания следует учитывать, что неисполнением работником без уважительных причин является неисполнение трудовых обязанностей или ненадлежащее исполнение по вине работника возложенных на него трудовых обязанностей (нарушение требований законодательства, обязательств по трудовому договору, правил внутреннего трудового распорядка, должностных инструкций, положений, приказов работодателя, технических правил и т.п.).
В соответствии с пунктом 53 вышеназванного постановления Пленума обстоятельством, имеющим значение для правильного рассмотрения дел об оспаривании дисциплинарного взыскания и подлежащим доказыванию работодателем, является соблюдение им при применении к работнику дисциплинарного взыскания вытекающих из статей 1, 2, 15, 17, 18, 19, 54 и 55 Конституции Российской Федерации и признаваемых Российской Федерацией как правовым государством общих принципов юридической, а следовательно и дисциплинарной, ответственности, таких, как справедливость, равенство, соразмерность, законность, вина, гуманизм.
Работодателю необходимо представить доказательства, свидетельствующие не только о том, что работник совершил дисциплинарный проступок, но и о том, что при наложении взыскания учитывались тяжесть этого проступка и обстоятельства, при которых он был совершен (часть пятая статьи 192 ТК РФ), а также предшествующее поведение работника, его отношение к труду.
Работодатель обязан в соответствии с трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором создавать условия, необходимые для соблюдения работниками дисциплины труда.
В силу части 5 статьи 192 ТК РФ при наложении дисциплинарного взыскания должны учитываться тяжесть совершенного проступка и обстоятельства, при которых он был совершен.
Проступок не может характеризоваться как понятие неопределенное, основанное лишь на внутреннем убеждении работодателя, а вывод о виновности работника не может быть основан на предположениях работодателя о фактах, которые не подтверждены в установленном порядке. Привлечение работника к дисциплинарной ответственности допускается в случаях, когда работодатель установил конкретную вину работника и доказал ее в установленном порядке.
До применения дисциплинарного взыскания работодатель должен затребовать от работника письменное объяснение. Если по истечении двух рабочих дней указанное объяснение работником не предоставлено, то составляется соответствующий акт (часть 1 статьи 193 Трудового кодекса РФ).
Дисциплинарное взыскание применяется не позднее одного месяца со дня обнаружения проступка, не считая времени болезни работника, пребывания его в отпуске, а также времени, необходимого на учет мнения представительного органа работников (части 2 и 3 статьи 193 Трудового кодекса РФ).
Как установлено в судебном заседании, истец ФИО1 согласно приказу № от ДД.ММ.ГГГГ была принята в БУЗ ВО « противотуберкулезный диспансер №» на должность начальника отдела (контрактной службы). На основании дополнительных соглашений с ДД.ММ.ГГГГ была переведена на должность начальника контрактной службы. В данной должности истец работает по настоящее время.
В БУЗ ВО « противотуберкулезный диспансер №» введена электронная система документооборота.
На основании п. 2 приказа главного врача БУЗ ВО « противотуберкулезный диспансер №» № от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 привлечена к дисциплинарной ответственности в виде замечания. Этим же приказом к дисциплинарной ответственности в виде выговора привлечена заместитель главного врача по экономическим вопросам В. и в виде замечания юрисконсульт Г.
Законность и обоснованность вынесенного приказа оспаривается ФИО1 в отношении себя (пункт 1 приказа). В отношении В. п. 1 приказа признан незаконным и отменен решением Череповецкого городского суда от ДД.ММ.ГГГГ по делу №, решение не вступило в законную силу.
Основанием для применения дисциплинарного взыскания в отношении ФИО1 послужил Акт комиссии по результатам служебного расследования от ДД.ММ.ГГГГ, созданной приказом работодателя № от ДД.ММ.ГГГГ. Комиссия, проводившая служебное расследование, пришла к выводу о том, что ФИО1 грубо нарушила правила субординации, совершила самоуправство и превысила свои должностные полномочия.
Комиссией установлено: все действия по прикреплению и подписанию документа Экспертное заключение № от ДД.ММ.ГГГГ в программе Модуль исполнения контрактов (далее – МИК) проводились в рабочем кабинете В. в течение 30 минут (с 20.15 час до 20.44 час), результирующая ЭЦП В. была внесена после внесения подписи ЭЦП З., и подписи ФИО1 ФИО1 не могла не знать, что заведующий ОЛД З. отсутствовал в это время на рабочем месте, и никто не согласовывал с ним использование его ЭЦП. При заключении контракта на экспертизу № от ДД.ММ.ГГГГ имели место факты обмана руководителя учреждения и сокрытия от него информации со стороны начальника контрактной службы ФИО1 о том, кто будет выполнять экспертизу. У начальника отдела информации А. не установлено личных причин и заинтересованности в подписании ЭЦП З. и прикреплении экспертного заключения № от ДД.ММ.ГГГГ к контракту №. Электронная цифровая подпись заведующего ОЛД БУЗ ВО ВОПТД № З. при прикреплении документа «Экспертное заключение № от ДД.ММ.ГГГГ была использована в его отсутствие, без его ведома и согласования с ним этих действий. Доступ к ЭЦП З. и непосредственно подписание ею документа Экспертное заключение № от ДД.ММ.ГГГГ обеспечил начальник отдела информации А. по настоятельному требованию начальника контрактной службы ФИО1 и при участии заместителя главного врача по экономическим вопросам В., взявшей на себя право результирующей подписи.
Таким образом, ответчик по результатам служебного расследования пришел к выводу, что вышеизложенные обстоятельства указывали на наличие в действиях работника ФИО1 грубого нарушения правил субординации, самоуправства и превышения своих должностных полномочий.
Указанные выводы работодателя противоречат обстоятельствам дела и не основаны на нормах закона.
Отношения в области использования электронных подписей при совершении гражданско-правовых сделок, оказании государственных и муниципальных услуг, исполнении государственных и муниципальных функций, при совершении иных юридически значимых действий, регулируются Федеральным законом от 06.04.2011 № 63-ФЗ «Об электронной подписи».
Данный федеральный закон и принятые в его развитие подзаконные акты, которыми регулируются порядок использования электронной подписи, исходят из необходимости соблюдения лицами, использующих электронную подпись, обязанности обеспечения конфиденциальности ключей и сертификатов ключей проверки электронной подписи, имея ввиду, что, по общему правилу, информация в электронной форме, подписанная квалифицированной электронной подписью, признается электронным документом, равнозначным документу на бумажном носителе, подписанному собственноручной подписью, и может применяться в любых правоотношениях в соответствии с законодательством Российской Федерации. Вся полнота юридической ответственности, связанная с подписанием электронного документа электронной подписью, лежит на лице, являющимся владельцем электронной подписи и сертификата (квалифицированного сертификата) ключа проверки электронной подписи.
Фактическое использование электронной подписи другими должностными лицами государственного органа при предоставлении им такой возможности представителем наймодателя и (или) непосредственным владельцем подписи (ключа проверки электронной подписи) вне зависимости от уважительности причин такой передачи (личные мотивы, указания вышестоящего руководства, удобство пользования, отсутствие необходимого количества оформленных электронных подписей и сертификатов ключей проверки по числу сотрудников) не снимает юридической ответственности с должностного лица, электронной подписью которого подписан электронный документ.
Поскольку в ходе рассмотрения дела судом установлено, что электронные подписи должностных лиц (сотрудников) БУЗ ВО «ВОПТД №», сертификаты к ним, находились на хранении не у их непосредственных владельцев, а у начальника отдела информационного обеспечения А., который имеет фактический доступ и возможность использования чужих электронных подписей, как с согласия владельца, так и без такового, то суд приходит к убеждению, что сложившийся в организации порядок хранения и использования чужих электронных подписей свидетельствует о ненадлежащем состоянии информационной безопасности учреждения, ответственность за которое должен нести главный врач учреждения, а также не снимает юридической ответственности с должностного лица, электронной подписью которого подписываются электронные документы учреждения.
Установленный у ответчика порядок хранения электронных подписей ответственных должностных лиц у сотрудника А., а не у непосредственных владельцев такой подписи, прямо противоречит Руководству по обеспечению безопасности использования квалифицированной электронной подписи и средств квалифицированной электронной подписи, утвержденным Главным врачом БУЗ ВО «ВОПТД №» Ж. от ДД.ММ.ГГГГ, и в пункте 4.2 которого предусмотрено, что носители ключевой информации должны использоваться только их владельцем и храниться в месте не доступном третьим лицам (сейф, опечатываемый бокс, закрывающийся металлический ящик).
Кроме того, ДД.ММ.ГГГГ главный врач БУЗ ВО «ВОПТД №» Ж. обратился в Отдел полиции № УМВД России по с заявлением по факту незаконного использования электронной цифровой подписи сотрудника без его ведома и согласия. Постановлением от ДД.ММ.ГГГГ, вынесенным УУП ОП № УМВД России по Д. в возбуждении уголовного дела по факту незаконного использования электронной цифровой подписи сотрудника без его ведома и согласия отказано. Этим же постановлением установлено, что в БУЗ ВО «ВОПТД №» введена электронная система документооборота, доступ к данной системе осуществляется с помощью электронных цифровых подписей, выданных сотрудникам учреждения, в частности Ж., А., З., В., ФИО1, Г. ДД.ММ.ГГГГ сотрудник А. в период с 20 до 21 часов находясь на рабочем месте, используя электронно-цифровую подпись сотрудника З., которая находилась у него на хранении без права ее использования, без согласия З. осуществил неправомерный доступ к системе электронного документооборота, в частности к модулю исполнения контрактов «МИК» , содержащей сведения о закупках оборудования, контрактах и другой служебной информации ограниченного доступа, под учетными данными З., и, используя ЭЦП З. произвел подписание документа с именем «Информация о документе Экспертное заключение № от ДД.ММ.ГГГГ». В возбуждении уголовного дела отказано в связи с отсутствием фактов, указывающих на наличие признаков состава преступления.
Доказательств в подтверждение виновности ФИО1 в подписании экспертного заключения с использованием электронной цифровой подписи заведующего отделением лучевой диагностики БУЗ ВО « противотуберкулезный диспансер №» З. без его ведома и согласования с ним этих действий, стороной ответчика суду не представлено.
Суд признает п. 2 приказа о наложении дисциплинарного взыскания в отношении ФИО1 незаконным и отменяет. В оспариваемом приказе № от ДД.ММ.ГГГГ отсутствуют данные о конкретном дисциплинарном проступке истца, дате его совершения и указание на нарушение конкретных должностных обязанностей, предусмотренных должностной инструкцией или трудовым договором и, как следствие, у ответчика отсутствовали основания для привлечения ФИО1 к дисциплинарной ответственности в виде замечания.
Кроме того, ответчиком не соблюдены требования абзаца 3 статьи 193 ТК РФ, поскольку дисциплинарное взыскание было применено к ФИО1 после установленного законом месячного срока и в период нахождения её во временной нетрудоспособности.
Как следует из представленных документов, при проведении служебного расследования установлено, что ДД.ММ.ГГГГ в 20.30 часов при прикреплении экспертного заключения № от ДД.ММ.ГГГГ к контракту К56-150721 в МИК была использована электронная цифровая подпись заведующего ОЛД БУЗ ВО ВОПТД № З. без его ведома и согласования с ним его действий. О данном факте З. узнал от В. на следующий день, ДД.ММ.ГГГГ. В тот же день З. сообщает об этом факте главному врачу учреждения в докладной записке. Комиссия по проведению служебного расследования создана приказом работодателя от ДД.ММ.ГГГГ, письменные объяснения по выявленным фактам у ФИО1 запрошены ДД.ММ.ГГГГ. Представлены письменные объяснения работником ДД.ММ.ГГГГ. В период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ истец находилась во временной нетрудоспособности: с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. У работодателя имелась возможность в установленные сроки запросить объяснение.
Таким образом, доказательств совершения истцом дисциплинарного проступка, а также доказательств соблюдения предусмотренного законом порядка наложения дисциплинарного взыскания при рассмотрении дела ответчиком не представлено.
В силу части 1 статьи 237 ТК РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.
Поскольку судом установлен факт нарушения прав истца действиями ответчика, а именно вынесение незаконного приказа о применении дисциплинарного взыскания, суд, руководствуясь статьей 237 ТК РФ, ст. 151 Гражданского кодекса РФ, а также с учетом принципа разумности и соразмерности, определяет размер компенсации морального вреда в размере 3000 рублей.
В соответствии со статьей 103 ГПК РФ, с ответчика в доход местного бюджета подлежит взысканию государственная пошлина в размере 300 рублей.
Руководствуясь ст. ст. 194-198 ГПК РФ, суд
решил:
Признать незаконным и отменить пункт 2 приказа бюджетного учреждения здравоохранения « противотуберкулезный диспансер №» № от ДД.ММ.ГГГГ о вынесении дисциплинарного взыскания в отношении ФИО1.
Взыскать с БУЗ ВО « противотуберкулезный диспансер №», < >, < >, в пользу ФИО1, < >, компенсацию морального вреда в размере 3 000 рублей.
В удовлетворении остальной части исковых требований истцу отказать.
Взыскать с БУЗ ВО « противотуберкулезный диспансер №» государственную пошлину в доход местного бюджета в размере 300 рублей.
Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Вологодский областной суд через Череповецкий городской суд в течение месяца со дня принятия судом решения в окончательной форме.
Решение в окончательной форме принято судом 30 сентября 2022 года.
Судья < > И.Л. Малышева