Решение по делу № 2А-903/2023 от 21.09.2023

Дело № 2а-903/2023

УИД 29RS0005-01-2023-000925-35

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

21 сентября 2023 года г. Архангельск

Исакогорский районный суд города Архангельска в составе

председательствующего судьи Белой Н.Я.,

при помощнике судьи Ляминой М.А.,

с участием представителя административных ответчиков ФКУ ОБ УФСИН России по Архангельской области, УФСИН России по Архангельской области, ФСИН России ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении Исакогорского районного суда г. Архангельска с использованием системы видеоконференц-связи административное дело по административному исковому заявлению ФИО2 к Федеральному казенному учреждению «Областная больница Управления Федеральной службы исполнения наказаний России по Архангельской области», Управлению Федеральной службы исполнения наказаний России по Архангельской области, Федеральной службе исполнения наказаний России о признании действий незаконными и присуждении компенсации за нарушение условий содержания,

установил:

ФИО2 обратился в суд с иском к Федеральному казенному учреждению «Областная больница Управления Федеральной службы исполнения наказаний России по Архангельской области» (далее – ФКУ ОБ УФСИН России по Архангельской области), Управлению Федеральной службы исполнения наказаний России по Архангельской области (далее – УФСИН России по Архангельской области) о признании действий незаконными и присуждении компенсации за нарушение условий содержания в размере 3 000 000 руб.

В обоснование иска указал, что в периоды с 08 сентября 2022 года по 13 октября 2022 года, с 10 марта 2023 года по 31 марта 2023 года, с 15 апреля 2023 года по 25 мая 2023 года находился в (далее – ФКУ ОБ УФСИН России по Архангельской области, Учреждение), где условия содержания были ненадлежащими. По прибытии в Учреждение в статусе подследственного он был помещен в комнату бани с узкими скамейками, без рукомойника, вентиляции, естественного освещения, окон, доступа кислорода, приватности туалета, с тусклым искусственным освещением, видеонаблюдением за местом отправления естественных нужд, где находился около часа. При обыске у него изъяли разрешенную гражданскую одежду и одели в робу осужденного, сославшись на приказ начальника Учреждения, с которым не ознакомили. В связи с нарушением его прав на уважение личности, считаться невиновным, он испытал чувство униженного человеческого достоинства. Далее был направлен в хирургическое отделение № 2, находился там в периоды с 08 сентября 2022 года по 13 октября 2022 года и с 15 апреля 2023 года по 25 мая 2023 года, в период с 10 марта 2023 года по 31 марта 2023 года находился в отделении № 4 «неврология». С момента высадки с автозака в шлюз до комнаты обыска и далее до корпусов ему не предоставили тележку для перевозки сумок с личными вещами. От комнаты обыска до хирургического отделения дорога не оборудована – земля со шлаком, отсутствуют какие-либо настилы, защищающие от грязи; колодцы/стоки/канализация отсутствуют, от чего он испытывал унижение; на территории Учреждения присутствуют грызуны (крысы); разносится запах фекалий; на крыльце хирургического отделения отсутствуют перила и поручни; козырек над крыльцом маленький и не защищает от осадков; палаты расположены на первом этаже, а процедурные кабинеты – на втором, куда ему ежедневно приходилось подниматься, при этом поручни отсутствуют; отсутствуют доводчики на всех дверях здания – двери «хлопают», что нарушало его душевный покой. Палата № 9, в которой он находился, расположена обособленно – в тамбуре у входных дверей, в палате отсутствовало педальное мусорное ведро, как и в туалете, и в столовой, от чего присутствует неприятный запах; в палате на окне установлена решетка, «ночник» отсутствует. Также отсутствует помещение для ознакомления с письменной документаций, для этих целей используется «сушилка» для вещей; отсутствуют помещение «гладильной», стиральная машина, «ножные» ванны; душ в отделении и помывка в нем разрешены только тяжело больным, само душевое помещение площадью 1 м2, что не соответствует нормам, закрыто на замок, в нем отсутствует посадочное место; для посещения душа необходимо спрашивать разрешение у администрации, что также унижает его человеческое достоинство, право на гигиену и уважение личности; душ и туалет совмещены, гигиенические процедуры приходилось выполнять в туалете одновременно с его использованием другими пациентами. Также отсутствует помещение для хранения продуктов; в помещении столовой отсутствует электроплитка для приготовления пищи; полки для хранения продуктов не оборудованы дверцами, в связи с чем на продуктах скапливается пыль; столовая работает по расписанию, на время тихого часа и на ночь закрывается на замок, соответственно, отсутствует возможность запить таблетки, утолить жажду и голод, а в палате № 9 отсутствует бачок с питьевой водой и рукомойник; естественное освещение в столовой отсутствует, поскольку окна окрашены краской. В отделении отсутствует комната психологической разгрузки; личные вещи хранятся в помещении, где отсутствует естественное освещение и проветривание, на стеллажах без разделителей, вместе с матрасами и подушками без маркировки и прохождения обработки после пациентов; раздевалка/гардеробная выделена из коридора, маленькой площади, без дверей и вентиляции, и запах от ботинок распространяется по всему отделению, батарея для сушки обуви отсутствует. Место для прогулок отсутствует, локальный участок площадью 80 м2 не достаточен для 18 пациентов, какое-либо покрытие в прогулочном дворе отсутствует как и защита от осадков (навес), в связи с чем право на прогулку пациентов ограничено; скамеек не имеется; на внутренней части локального участка на уровне забора имеется колючая проволока, которая может причинить порезы и зацепы. На территории хирургического отделения отсутствуют реабилитирующие снаряды для пациентов после операций, отсутствует почтовый ящик для отправки корреспонденции. В неврологическом отделении № 4 доводчика на дверях отсутствуют; площадь столовой не позволяет принимать пищу одновременно всем пациентам, образовывается очередь; унитазов всего два – для всех пациентов этого недостаточно, образуется очередь; в палатах отсутствуют ведро педальное, рукомойник, бак с питьевой водой; в гардеробной отсутствует сушилка для обуви; в вещевой каптерке стеллаж не разделен на ячейки, отсутствует вентиляция; в столовой – шкафы без дверец, сама столовая закрывается на замок в тихий час и ночное время; ящик для отправки корреспонденции отсутствует; площадь прогулочного двора недостаточная для имеющегося количества пациентов, отсутствует навес от осадков, реабилитирующую снаряды, ящик для отправки корреспонденции; отсутствует комната психологической разгрузки.

В ходе рассмотрения дела к участию в качестве административного соответчика привлечена Федеральная служба исполнения наказаний России (далее – ФСИН России).

Административный истец ФИО2 о дате, времени и месте судебного заседания извещен надлежащим образом, на своем участии в судебном заседании не настаивал.

Представитель административных ответчиков ФКУ ОБ УФСИН России по Архангельской области, УФСИН России по Архангельской области, ФСИН России ФИО1 с иском не согласился по основаниям, изложенным в письменных возражениях, указав, что условия содержания в Учреждении, которое является лечебно-профилактическим, созданы административному истцу надлежащие.

Заслушав пояснения представителя административных ответчиков, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующему.

В соответствии со ст. 227.1 КАС РФ лицо, полагающее, что нарушены условия его содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, одновременно с предъявлением требования об оспаривании связанных с условиями содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении решения, действия (бездействия) органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих в порядке, предусмотренном настоящей главой, может заявить требование о присуждении компенсации за нарушение установленных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении.

Требование о присуждении компенсации за нарушение условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении рассматривается судом одновременно с требованием об оспаривании решения, действия (бездействия) органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих по правилам, установленным настоящей главой, с учетом особенностей, предусмотренных указанной статьей.

При рассмотрении административного искового заявления, поданного в соответствии с ч. 1 ст. 227.1 КАС РФ, суд устанавливает, имело ли место нарушение предусмотренных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, а также характер и продолжительность нарушения, обстоятельства, при которых нарушение допущено, его последствия.

Согласно п. 2 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25 декабря 2018 года № 47 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания» под условиями содержания лишенных свободы лиц следует понимать условия, в которых с учетом установленной законом совокупности требований и ограничений (далее – режим мест принудительного содержания) реализуются закрепленные Конституцией Российской Федерации, общепризнанными принципами и нормами международного права, международными договорами Российской Федерации, федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации права и обязанности указанных лиц, в том числе, право на материально-бытовое обеспечение, обеспечение жилищно-бытовых, санитарных условий и питание, прогулки (в частности, ч.ч. 1, 2 ст. 27.6 КоАП РФ, ст.ст. 7, 13 Федерального закона от 26 апреля 2013 года № 67-ФЗ «О порядке отбывания административного ареста», ст.ст. 17, 22, 23, 30, 31 Федерального закона от 15 июля 1995 года № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», ст.ст. 93, 99, 100 УИК РФ, п. 2 ст. 8 Федерального закона от 24 июня 1999 года № 120-ФЗ «Об основах системы профилактики безнадзорности и правонарушений несовершеннолетних», ч.5 ст.35.1 Федерального закона от 25 июля 2022 года № 115-ФЗ «О правовом положении иностранных граждан в Российской Федерации», ст.2 Федерального закона от 30 марта 1999 года № 52-ФЗ «О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения»).

В соответствии с п. 13 названного постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25 декабря 2018 года № 47 в силу ч.ч. 2 и 3 ст. 62 КАС РФ обязанность доказывания соблюдения надлежащих условий содержания лишенных свободы лиц возлагается на административного ответчика – соответствующие орган или учреждение, должностное лицо, которым следует подтверждать факты, обосновывающие их возражения.

Вместе с тем административному истцу надлежит в административном исковом заявлении, а также при рассмотрении дела представлять (сообщать) суду сведения о том, какие права, свободы и законные интересы лица, обратившегося в суд, нарушены, либо о причинах, которые могут повлечь их нарушение, излагать доводы, обосновывающие заявленные требования, прилагать имеющиеся соответствующие документы (в частности, описания условий содержания, медицинские заключения, обращения в органы государственной власти и учреждения, ответы на такие обращения, документы, содержащие сведения о лицах, осуществлявших общественный контроль, а также о лишенных свободы лицах, которые могут быть допрошены в качестве свидетелей, если таковые имеются) (ст.ст. 62, 125, 126 КАС РФ).

Судам необходимо учитывать, что о наличии нарушений условий содержания лишенных свободы лиц могут свидетельствовать, например, переполненность камер (помещений), невозможность свободного перемещения между предметами мебели, отсутствие индивидуального спального места, естественного освещения либо искусственного освещения, достаточного для чтения, отсутствие либо недостаточность вентиляции, отопления, отсутствие либо непредоставление возможности пребывания на открытом воздухе, затрудненный доступ к местам общего пользования, соответствующим режиму мест принудительного содержания, в том числе к санитарным помещениям, отсутствие достаточной приватности таких мест, не обусловленное целями безопасности, невозможность поддержания удовлетворительной степени личной гигиены, нарушение требований к микроклимату помещений, качеству воздуха, еды, питьевой воды, защиты лишенных свободы лиц от шума и вибрации (п. 14 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25 декабря 2018 года № 47).

Судом установлено и следует из материалов административного дела, что ФИО2 осужден приговором Архангельского областного суда от 21 декабря 2022 года по ч. 2 ст. 210 УК РФ, ч. 2 ст. 209 УК РФ, ч. 3 ст. 222 УК РФ, п. «а» ч. 3 ст. 162 УК РФ, п.п. «а, б» ч. 3 ст. 163 УК РФ, на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ окончательно к 15 годам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима, с ограничением свободы на 9 месяцев.

ФИО2 содержится в ФКУ СИЗО-4 УФСИН России по Архангельской области.

В периоды с 08 сентября 2022 года по 13 октября 2022 года, с 10 марта 2023 года по 31 марта 2023 года, с 15 апреля 2023 года по 25 мая 2023 года ФИО2 находился в ФКУ ОБ УФСИН России по Архангельской области – проходил курс лечения (обследования) в филиале «Больница» ФКУЗ МСЧ-29 ФСИН России, расположенном на территории ФКУ ОБ УФСИН России по Архангельской области.

Пунктом 1.6 Устава ФКУ ОБ УФСИН России по Архангельской области, утвержденного приказом ФСИН России от 28 февраля 2011 года № 99 предусмотрено, что Учреждение по своей организационно-правовой форме является федеральным казенным учреждением и имеет статус исправительного учреждения для отбывания наказания и оказания лечебно-профилактической помощи больным сужденным мужского пола.

В силу статьи 33 Федерального закона от 15 июля 1995 года № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» (далее – Федеральный закон от 15 июля 1995 года № 103-ФЗ) при размещении подозреваемых и обвиняемых, а также осужденных в камерах обязательно соблюдение раздельного содержания подозреваемых и обвиняемых, а также осужденных, приговоры в отношении которых вступили в законную силу.

Федеральный закон от 15 июля 1995 года № 103-ФЗ согласно статье 1 регулирует порядок и определяет условия содержания под стражей, гарантии прав и законных интересов лиц, которые в соответствии с Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации задержаны по подозрению в совершении преступления, а также лиц, подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений, в отношении которых в соответствии с Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации избрана мера пресечения в виде заключения под стражу.

Согласно статье 7 Федерального закона от 15 июля 1995 года № 103-ФЗ, местами содержания под стражей подозреваемых и обвиняемых являются следующие: следственные изоляторы уголовно-исполнительной системы; изоляторы временного содержания подозреваемых и обвиняемых органов внутренних дел; изоляторы временного содержания подозреваемых и обвиняемых пограничных органов федеральной службы безопасности. В случаях, предусмотренных настоящим Федеральным законом, местами содержания под стражей подозреваемых и обвиняемых могут являться учреждения уголовно-исполнительной системы, исполняющие уголовное наказание в виде лишения свободы, и гауптвахты. В случаях, когда задержание по подозрению в совершении преступления осуществляется в соответствии с Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации капитанами морских судов, находящихся в дальнем плавании, или начальниками зимовок в период отсутствия транспортных связей с зимовками, подозреваемые содержатся в помещениях, которые определены указанными должностными лицами и приспособлены для этих целей.

Таким образом, положения данного закона распространяются исключительно на лиц, находящихся под стражей в учреждениях, поименованных в его статье 7, следовательно, следуя его буквальному прочтению, на период нахождения обвиняемых в медицинских учреждениях положения данного закона не распространяются.

Положениями статьи 26 Федерального закона от 21 ноября 2011 года №323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» закреплено, что лица, задержанные, заключенные под стражу, отбывающие наказание в виде ограничения свободы, ареста, лишения свободы либо административного ареста, имеют право на оказание медицинской помощи, в том числе в необходимых случаях в медицинских организациях государственной системы здравоохранения и муниципальной системы здравоохранения, в соответствии с законодательством Российской Федерации. При невозможности оказания медицинской помощи в учреждениях уголовно-исполнительной системы лица, заключенные под стражу или отбывающие наказание в виде лишения свободы, имеют право на оказание медицинской помощи в медицинских организациях государственной системы здравоохранения и муниципальной системы здравоохранения, а также на приглашение для проведения консультаций врачей-специалистов указанных медицинских организаций в порядке, установленном Правительством Российской Федерации, за счет бюджетных ассигнований федерального бюджета, предусмотренных на эти цели федеральному органу исполнительной власти, осуществляющему правоприменительные функции, функции по контролю и надзору в сфере исполнения уголовных наказаний в отношении осужденных. При оказании медицинской помощи в медицинских организациях государственной системы здравоохранения и муниципальной системы здравоохранения сотрудниками органов и учреждений уголовно-исполнительной системы осуществляется охрана лиц, указанных в части 3 настоящей статьи, и при необходимости круглосуточное наблюдение в целях обеспечения безопасности указанных лиц, медицинских работников, а также иных лиц, находящихся в медицинских организациях государственной и муниципальной систем здравоохранения, в порядке, установленном федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере исполнения уголовных наказаний, совместно с уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.

Порядок организации оказания медицинской помощи лицам, заключенным под стражу или отбывающим наказание в виде лишения свободы, утвержденный приказом Минюста России от 28 декабря 2017 года № 285 (зарегистрирован в Минюсте РФ 09 февраля за № 49980) (далее – Порядок), устанавливает правила организации оказания медицинской помощи лицам, заключенным под стражу в следственных изоляторах, а также осужденным, отбывающим наказание в виде лишения свободы в исправительных учреждениях уголовно-исполнительной системы, в соответствии с пунктами 1, 2, 4 части 2 статьи 32, частью 1 статьи 37 и частью 1 статьи 80 Федерального закона от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации».

Согласно пункту 2 Порядка оказание медицинской помощи лицам, заключенным под стражу, или осужденным осуществляется структурными подразделениями (филиалами) медицинских организаций, подведомственных ФСИН России, и СИЗО УИС, подчиненных непосредственно ФСИН России (далее - медицинские организации УИС), а при невозможности оказания медицинской помощи в медицинских организациях УИС - в иных медицинских организациях государственной и муниципальной системы здравоохранения (далее - медицинские организации). К структурным подразделениям (филиалам) медицинских организаций УИС, оказывающим медицинскую помощь лицам, заключенным под стражу, или осужденным, в СИЗО, в учреждениях УИС, лечебно-профилактических учреждениях, лечебных исправительных учреждениях УИС, относятся медицинские части (здравпункты), больницы, в том числе специализированные (психиатрические, туберкулезные), дома ребенка.

В силу пункта 8 Порядка лицам, заключенным под стражу, или осужденным первичная медико-санитарная помощь в амбулаторных условиях оказывается в медицинской части (здравпункте) или в процедурных кабинетах медицинской части, расположенных в режимных корпусах СИЗО и тюрем, в штрафном изоляторе (далее - ШИЗО), дисциплинарном изоляторе (далее - ДИЗО), в помещении, функционирующем в режиме СИЗО (далее - ПФРСИ), в помещении камерного типа (далее - ПКТ), едином помещении камерного типа (далее - ЕПКТ), в запираемых помещениях строгих условий отбывания наказания (далее - медицинские кабинеты), при их наличии, в соответствии с режимом работы медицинской части (здравпункта).

В случае невозможности оказания медицинской помощи в одном из структурных подразделений медицинской организации УИС лица, заключенные под стражу, или осужденные направляются в иные структурные подразделения медицинской организации УИС или медицинские организации, где такая медицинская помощь может быть оказана (пункт 9 Порядка).

В медицинских организациях УИС медицинская помощь в стационарных условиях лицам, заключенным под стражу, или осужденным оказывается в больницах, а также в специализированных отделениях при медицинских частях.

По завершении лечения в больнице лица, заключенные под стражу, или осужденные направляются в учреждения УИС с выписным эпикризом, содержащим сведения о проведенном обследовании и лечении и рекомендации по дальнейшему наблюдению, лечению и обследованию (пункт 20 Порядка).

В соответствии с главой ХХ Правил внутреннего распорядка Правил внутреннего распорядка исправительных учреждений, утвержденных приказом Минюста России от 04 июля 2022 года № 110 (далее – ПВР), прибывшие в ИУ лица подвергаются полному обыску, а принадлежащие им вещи – досмотру.

Обыск осужденных, прибывших этапом, и досмотр их личных вещей проводится в соответствии с требованиями приказа Минюста России от 20 марта 2015 года № 64-дсп «Об утверждении Порядка проведения обысков и досмотров в исправительных учреждениях УИС и на режимных территориях, на которых установлены режимные требования». Обыск проводится в помещении для проведения обыска и досмотра. Длительность проведения обыска зависит от количества спецконтингента, прибывшего этапом, время проведения обыска действующим законодательством не ограничено.

Помещение для проведения обыска в Учреждении располагается в БПК, оборудовано, в том числе, умывальником, имеется окно, обеспечивающее доступ естественного освещения, приватность туалета не нарушена.

Согласно п. 318 ПВР, общий вес принадлежащих осужденному к лишению свободы вещей, предметов и продуктов питания не может превышать 50 килограммов. Осужденный к лишению свободы может хранить такие вещи, предметы и продукты питания при себе весом не более 36 килограммов в местах, определенных приказом начальника ИУ или лица, его замещающего, а остальные – на складе для хранения личных вещей осужденных к лишению свободы. Действующим законодательством не предусмотрено обеспечение спецконтингента, прибывшего в Учреждения УИС тележками для транспортировки принадлежащих ему вещей.

Приказом Минюста России от 03 декабря 2013 года № 216 утверждены нормы вещевого довольствия осужденных к лишению свободы и лиц, содержащихся в следственных изоляторах.

Из приложения № 7 к указанному приказу следует, что больным осужденным к лишению свободы, а также подозреваемым и обвиняемым, проходящим стационарное лечение в лечебно-профилактических учреждениях и лечебных исправительных учреждениях уголовно-исполнительной системы, выдаются костюм мужской (больничный), носки хлопчатобумажные, трусы, майка, фуфайка (футболка) с короткими рукавами, одеяло (полушерстяное или с синтетическим наполнителем), матрац (ватный или с синтетическим наполнителем), подушка (ватная или с синтетическим наполнителем), простыня, наволочка подушечная верхняя, полотенце, полотенце банное, туфли больничные, пантолеты литьевые.

Как следует из материалов дела, по прибытии в Учреждение у ФИО2 были изъяты его личные вещи, взамен чего ему был выдан костюм мужской больничный (х/б) (указанный административным истцом как «роба»).

Изъятие личных вещей у ФИО2 с учетом выдачи ему костюма мужского больничного (х/б) произведено сотрудниками ФКУ ОБ УФСИН России по Архангельской области в соответствии с предоставленными им полномочиями с учетом положений приказа Минюста России от 03 декабря 2013 года № 216. Срок носки костюма – 2 года.

В ходе судебного разбирательства установлено, что никаких приказов в отношении установления формы одежды спецконтингента, находящихся на лечении и обследовании в ФКУ ОБ УФСИН России по Архангельской области, начальником ФКУ ОБУ ФСИН России по Архангельской области не выносилось, следовательно, оснований для удовлетворения требования административного истца в части неознакомления истца с данными приказом, не имеется.

Сводом правил 308.1325800.2017 «Исправительные учреждения и центры уголовно-исполнительной системы. Правила проектирования», утвержденным приказом Министерства строительства и жилищно-коммунального хозяйства Российской Федерации от 20 октября 2017 года № 1454/пр, установлены требования к земельным участкам ИУ, ИЦ. Организация и зонирование территорий ИУ, ИЦ, оборудование территорий инженерно-техническими средствами охраны и надзора (ИТСОН) (п.6) Указанный нормативный документ не содержит требование об обязательном оборудовании территории учреждений УИС асфальтированными или железобетонными тротуарами. Для удобства перемещения сотрудников Учреждения и спецконтингента на территории ФКУ ОБ УФСИН России по Архангельской области оборудованы мостки, что подтверждается представленными в материалы дела фотографиями.

Вход в лечебные корпуса оборудован поручнями, перила имеются на лестничных проемах. Имеется навес от осадков.

На территории каждого отделения имеется ящик для отправки почтовой корреспонденции.

Учреждение не имеет централизованной канализации, канализационные стоки сливаются в септики, что не противоречит требованиям Свода правил СП 308.1325800.2017, установленные в каждом отделении.

Откачка септиков производится ежедневно по мере их заполнения с использованием автотранспорта ФКУ БМТ и ВС УФСИН России по Архангельской области.

Материалами дела подтверждается, что в Учреждении ежеквартально, в соответствии с законодательством в Учреждении совместно с главным ветеринарным врачом – государственным ветеринарным инспектором ветеринарной службы ФКУ ОБ УФСИН России по Архангельской области производится дератизация. При проведении плановых и внеплановых проверок санитарного состояния Учреждения сотрудниками ЦЭГСН ФКУЗ МСЧ-29 ФСИН России следы присутствия насекомых (вшей, клопов), синантропных членистоногих (тараканов), грызунов (мышей, крыс), а также следы их жизнедеятельности в помещениях отрядов, на объектах не выявлялись, жалобы от спецконтингента на наличие грызунов и насекомых не поступали.

По прибытии в Учреждение ФИО2 был обеспечен индивидуальным спальным местом и постельными принадлежностями.

Палаты лечебных отделений были обеспечены всей необходимой мебелью в соответствии с приказом Минюста РФ № 512 от 27 июля 2006 года «Об утверждении номенклатуры, норм обеспечения и сроков эксплуатации мебели, инвентаря, оборудования и предметов хозяйственного обихода (имущества) для учреждений, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы, и следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы».

Лечебные отделения оснащены светильниками типа «ЛПО 2х36», предназначенными для люминесцентных ламп. В палатах установлены светильники «ЛПО 2х36» с люминесцентными лампами общей мощностью 288 Вт и лампой дежурного освещения мощностью 40 Вт. Во всех жилых помещениях освещенность поддерживается в пределах 150-200 Лк в соответствии с нормами освещенности, установленными СНиП 23-05-2010 и СаНПиН 2.21/2/1/1/1278-03 «Гигиенические требования к естественному, искусственному и совмещенному освещению жилых и общественных зданий». Освещение включается и выключается в дневное время по потребности, отключение искусственного освещения в жилых секциях лечебных корпусов производится в ночное время, после отбоя.

В ходе судебного разбирательства не нашли своего подтверждения доводы административного истца об отсутствии мусорных ведер с педальками, вентиляции, наличии неприятных запахов в палате, в ходе проверок данные нарушения прокуратурой по надзору за соблюдением законов в исправительных учреждениях не выявлялись.

Законодательством не предусмотрено оборудование палат Учреждения рукомойниками. Как следует из материалов дела, в хирургическом и неврологическом отделениях имелся санитарный узел с достаточным количеством раковин и кранов, которыми лица, находящиеся на лечении и обследовании, имели право воспользоваться.

Административный истец указывал в иске о том, что унитазов на всех осужденных в неврологическом отделении не хватало, образовывалась очередь.

Вместе с тем, в материалы дела представлены фотографии 4 корпуса (психоневрологического отделения) филиала «Больница» ФКУЗ МСЧ-29 ФСИН России, согласно которым в данном корпусе имеется два унитаза, четыре раковины, что соответствует установленному законодательством количеству, наличествует душевая кабина для тяжелобольных, не имеющих возможности самостоятельно передвигаться для посещения БПК, все санитарно-гигиенические приборы находятся в исправном состоянии.

Отсутствие в комнате для приема пищи мест для одновременного размещения всех осужденных не является основанием считать право административного истца на личное пространство и на прием пищи нарушенным.

Законодательством не определен минимальный размер комнаты для приема пищи, следовательно, указанное истцом нарушение его прав в данной части является его личным субъективным мнением в отношении осуществления процесса приема пищи.

Посуда для приема пищи располагается на специально оборудованной полке, разделенной на ячейки. Количество ячеек соответствует количеству спецконтингента, находящегося в отделении.

Наличие в лечебных учреждениях электрических плит, стиральных машин, ножных ванн для самостоятельного использования осужденными также не предусмотрено действующим законодательством, равно как и помещение для ознакомления с письменной документаций, гладильной, комнаты психологической разгрузки. Отсутствие отдельного помещения для раздевания было восполнено наличием вешалок в палатах, на которых спецконтингент мог разместить одежду, в том числе верхнюю.

Что касается довода административного истца на ограниченный доступ к питьевой воде, суд исходит из следующего. Материалами дела (фотографиями) подтверждается, что в комнате приема пищи каждого отделения установлен бак с питьевой водой, пользование которой не ограничено за исключением времени, отведенного на сон – от отбоя до подъема. При этом осужденные имеют право взять в палату необходимое количество питьевой воды в имеющейся таре (кружка, бутылка), доказательств обратного административным истцом не представлено, как и не представлено доказательств привлечения его к дисциплинарной ответственности за пронос питьевой воды в палату, требования ПВР ФИО2 в данной части истолкованы превратно.

Постановлением Правительства РФ от 16 сентября 2020 года № 1479 «Об утверждении Правил противопожарного режима в РФ» установлено, что устройства для самозакрывания дверей должны находиться в исправном состоянии. Указанным нормативным актом не конкретизировано устройство для самозакрывания дверей, двери в леченых корпусах учреждения оборудованы устройством самозакрывания в виде металлических пружин.

Указанные обстоятельства не могут быть расценены в качестве нарушений условий содержания, влекущих присуждение компенсации в порядке ст. 227.1 КАС РФ.

Помывка спецконтингента, содержащегося в ФКУ ОБ УФСИН России по Архангельской области, осуществляется в соответствии с приказом Минюста России от 04 июля 2022 года № 110 «Об утверждении правил внутреннего распорядка исправительных учреждений…» – не реже двух раз в семь дней с еженедельной сменой нательного белья и костюмов (больничных).

Лечебные отделения Учреждения в полном объеме обеспечены постельными принадлежностями, создан подменный фонд для замены белья на период стирки. При помывке осужденных сдается в стирку нательное и постельное белье, которое сортируется на цветное и белое, производится стирка с использованием моющих растворов в стиральных машинах, сушка и глажение белья с последующей выдачей.

Судом установлено, что стирка постельных принадлежностей (простынь, наволочка, полотенце) осуществлялась не реже одного раза в неделю, матрасы, подушки и одеяла проходили дезинфекцию после выписки каждого больного.

Наличие прогулочных дворов подтверждается представленными в дело фотографиями.

Согласно п. 17.5 Свода правил СП 308.1325800.2017 прогулочные дворы следует предусматривать пристроенными в уровне первого (цокольного) этажа режимного здания, при этом прогулочные дворы должны располагаться со стороны палат зданий медицинского назначения в ИК особого режима для осужденных ПЛС и ЕПКТ, камерного блока либо быть максимально приближенными к указанным блокам помещений.

В случае устройства прогулочного двора, как отдельно стоящего сооружения, следует предусматривать его сообщение с режимным зданием подземным или наземным переходом (выводным коридором).

При ограниченной площади земельного участка допускается располагать прогулочные дворы на крыше режимного здания, за исключением прогулочных дворов при зданиях медицинского назначения в ИК особого режима для осужденных ПЛС и ЕПКТ, прогулочных дворов ДИЗО.

Организация визуального наблюдения за прогулочными дворами решается путем оборудования дворов системой охранного телевидения с выводом сигнала в комнату младшего инспектора (оператора СОТ) режимного здания с дублированием сигнала в соответствующие помещения согласно, либо над прогулочными дворами (при числе прогулочных дворов более четырех) устраивается помост для младшего инспектора с расчетом, чтобы все находящиеся в прогулочных дворах были под его наблюдением. По заданию на проектирование допускается вместо помоста устройство отапливаемой галереи.

Для защиты от атмосферных осадков в прогулочных дворах со стороны наружной стены следует предусматривать козырек (навес) с выносом его на 1,5 м внутрь двора с учетом обеспечения полного обзора прогулочного двора. Над помостом для младшего инспектора устраивается навес.

В каждом прогулочном дворе под козырьком (навесом) стационарно устанавливается (надежно крепится к полу или стене) скамейка для сидения, с числом посадочных мест, равным числу осужденных, выводящихся на прогулку в данный прогулочный двор, из расчета 0,4 пог. м на одного человека.

Из представленных в материалы дела фотографий усматривается, что размер козырька (навеса) является достаточным для защиты от атмосферных осадков, имеется скамейка.

Возможность спецконтингента выполнять физические упражнения имеется. Установка «реабилитирующих снарядов» на территории учреждений УИС не предусмотрена действующим законодательством.

Применение колючей проволоки (армированной колючей ленты) или металлической сетки высотой не менее 3,0 м в качестве ограждений предусмотрено Приказом Минюста России от 04 сентября 2006 года № 279 «Об утверждении Наставления по оборудованию инженерно-техническими средствами охраны и надзора объектов уголовно-исполнительной системы» (гл. IV. Оборудование инженерно-техническими средствами охраны и надзора постоянных объектов исправительных колоний, воспитательных колоний, лечебных исправительных и лечебно-профилактических учреждений).

Исходя из системного толкования положений ст.ст. 218, 226 и 227 КАС РФ для признания незаконными решений и действий (бездействия) органов государственной власти, их должностных лиц необходимо наличие в совокупности двух условий: несоответствие решения, действия (бездействия) закону и нарушение этим прав и законных интересов заявителя.

При этом, исходя из положений ст.ст. 62, 226 КАС РФ, обязанность по доказыванию законности оспариваемых решений, действий (бездействий) возлагается на органы и лиц, которые их приняли или совершили, а обязанность по доказыванию того, какие права и свободы нарушены этими решениями, действиями (бездействиями), соблюдению сроков обращения в суд, соответственно, возлагается на лицо, которое их обжалует.

Следовательно, при отсутствии указанной выше совокупности условий для признания решений должностных лиц, их действий (бездействия) незаконными, судом принимается решение об отказе в удовлетворении заявленных требований.

Каких-либо доказательств наступления для административного истца негативных последствий, а также нарушения его прав в связи с конкретными действиями административных ответчиков не представлено, в то время как обязанность доказывания данных обстоятельств в силу ч. 2 ст. 62 КАС РФ возложена на него.

Учитывая приведенные обстоятельства и нормы права, принимая во внимание, что в ходе рассмотрения дела не установлено наличия совокупности вышеуказанных обстоятельств, необходимых для удовлетворения искового заявления, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении административного иска.

На основании представленных доказательств суд приходит к выводу, что в период нахождения административного истца в филиале «Больница» ФКУЗ МСЧ-29 ФСИН России нарушений, на которые ссылался ФИО2 в административном иске, административными ответчиками допущено не было.

Доказательств того, что ФИО2 действительно претерпевал нравственные и физические страдания от неправомерных действий должностных лиц по поводу несоблюдения условий содержания в исправительном учреждении, административным истцом не представлено.

Таким образом, оснований для удовлетворения административного иска ФИО2 не имеется.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 175-180, 219, 227 КАС РФ, суд

решил:

административное исковое заявление ФИО2 к Федеральному казенному учреждению «Областная больница Управления Федеральной службы исполнения наказаний России по Архангельской области», Управлению Федеральной службы исполнения наказаний России по Архангельской области, Федеральной службе исполнения наказаний России о признании действий незаконными и присуждении компенсации за нарушение условий содержания оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в Архангельском областном суде в течение одного месяца со дня его принятия в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Исакогорский районный суд города Архангельска.

Председательствующий Н.Я. Белая