Дело № 10-3/2022

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

23 октября 2023 года город Псков

Суд апелляционной инстанции Псковского районного суда Псковской области в составе:

председательствующего судьи Хатулевой Е.И.,

при секретаре Вахтеровой Е.О.,

с участием

государственного обвинителя - заместителя прокурора Псковского района Псковской области Смирнова Е.Ф.,

потерпевшей М.Е.О..,

представителя потерпевшей - адвоката Орлова И.В.,

представившего удостоверение № ** от ** и ордер № ** от **.**.****,

осужденной ФИО1

защитника - адвоката Леоновой Н.И.,

представившей удостоверение № ** и ордер № ** от **.**.****,

рассмотрев в апелляционном порядке в открытом судебном заседании апелляционную жалобу адвоката адвокатского кабинета Леоновой Н.И., поданную в интересах осужденной ФИО1, и апелляционное представление прокурора Псковского района Псковской области Григорьева А.И. на приговор мирового судьи судебного участка №24 Псковского района Псковской области от 22.08.2023 в отношении:

ФИО1, **.**.**** года рождения, уроженки **, гражданки РФ, военнообязанной, имеющей высшее образование, разведенной, не имеющих на иждивении несовершеннолетних детей, трудоустроенной врачом стоматологом в ООО «***», врачом хирургом-имплантологом в ООО «***», зарегистрированной по адресу: **, фактически проживающей по адресу: **, ранее не судимой.

Заслушав в судебном заседании доклад судьи Хатулевой Е.И., выслушав осуждённую ФИО1 и её защитника - адвоката Леонову Н.И., поддержавших доводы апелляционной жалобы и просивших об отмене вышеуказанного приговора и вынесении оправдательного приговора; заслушав мнение государственного обвинителя Смирнова Е.Ф. поддержавшего доводы апелляционного представления и просившего вышеуказанный приговор изменить, признать ФИО1 виновной в совершении незаконного собирания и распространения сведений о частной жизни лица, составляющих его личную тайну, без согласия; заслушав мнение потерпевшей М.Е.О. и её представителя - адвоката Орлова И.В., поддержавших доводы своих возражений на апелляционную жалобу и просивших об отказе в удовлетворении требований апелляционной жалобы,

УСТАНОВИЛ:

Приговором мирового судьи судебного участка № 24 Псковского района Псковской области (далее - мирового судьи) от 22.08.2023 года ФИО1 признана виновной в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 137 УК РФ, с назначением наказания в виде штрафа в размере 50000 рублей. Приговором мирового судьи разрешены вопросы о вещественных доказательствах и заявленных потерпевшей стороной исковых требований в части компенсации морального вреда в размере 70 000 рублей.

Согласно вышеуказанному приговору ФИО1 совершила незаконное распространение сведений о частной жизни лица, составляющих его личную тайну, без его согласия, при следующих обстоятельствах:

31.12.2022 в 18 часов 36 минут ФИО1, находясь в квартире по адресу: **, обнаружила установленную в квартире камеру видеонаблюдения марки «***» и, осознавая, что на указанном устройстве могут храниться сведения о частной жизни проживающего в квартире лица, а также временно пребывающих в указанной квартире третьих лиц, взяла данную камеру и отнесла по месту своего жительства в квартиру по адресу: **.

После этого, в период времени с 18 часов 36 минут 31.12.2022 по 13 часов 45 минут 02.01.2023 ФИО1, находясь в квартире по месту жительства по адресу: **, обнаружила в изъятой камере видеонаблюдения флеш-накопитель (карту памяти). Затем, используя ноутбук марки «***», просмотрела содержащуюся на указанном флеш-накопителе видеозапись, на которой зафиксировано нахождение ранее ей не знакомой девушки (М.Е.О..) в обнаженном виде.

Далее, действуя умышленно, из чувства ревности и личных неприязненных отношений к М.Е.О.., ФИО1 приняла решение о распространении фотоизображений в обнаженном виде из видеозаписи с камеры видеонаблюдения, а также фотографий из социальных сетей М.Е.О.. и Х.В.А.. без согласия последних знакомым и коллегам М.Е.О.. посредством мессенджера «***» и социальной сети «***». Также, действуя умышленно, из чувства ревности и личных неприязненных отношений к М.Е.О.., преследуя цель опорочить честь, достоинство и репутацию последней путем распространения среди иных лиц сведений о частной жизни М.Е.О.., составляющих её личную тайну, вопреки её воле и без её согласия, осознавая общественную опасность и противоправность своих действий в виде неприкосновенности частной жизни потерпевшей, разместила в беседах «***», «***» сообщение, содержащее фотоизображение из видеозаписи с камеры видеонаблюдения в обнаженном виде М.Е.О.. и текст с указанием на профессиональную деятельность (логопед) девушки, изображенной на фотографии, то есть, позволяющей идентифицировать её личность.

Также ФИО1 на своей странице в социальной сети «***» разместила пост, содержащий фотоизображение с камеры видеонаблюдения и фотоизображение М.Е.О.. совместно с Х.В.А.

Указанными умышленными преступными действиями ФИО1 нарушила конституционные права М.Е.О.. на неприкосновенность частной жизни, личную тайну, гарантированные ч.1 ст.23 и ч.1 ст.24 Конституции Российской Федерации, согласно которым каждый имеет право на неприкосновенность частной жизни, личную тайну, защиту своей чести и доброго имени, при этом сбор, хранение, использование и распространение информации о частной жизни лица без его согласия не допускаются.

Не согласившись с данным приговором, защитником - адвокатом Леоновой Н.И., действующей в интересах осужденной ФИО1, подана апелляционная жалоба, в которой она просит приговор мирового судьи судебного участка № 24 Псковского района от 22.08.2023 отменить, ФИО2 - оправдать. В обоснование своих доводов защитник Леонова Н.И. полагала, что выводы суда, изложенные в приговоре, не соответствуют фактически установленным обстоятельствам дела, он постановлен с нарушением норм материального и процессуального права. В жалобе указано, что в соответствии с п.2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25.12.2018 № 46 «О некоторых вопросах судебной практики по делам о преступлениях против конституционных прав и свобод человека и гражданина (ст. ст. 137, 138, 138.1, 139, 144.1, 145, 145.1 УК РФ) при решении вопроса о наличии в действиях лица состава преступления, предусмотренного ч. 1 или ч. 2 ст. 137 УК РФ, суду необходимо устанавливать, охватывались ли его умыслом, что сведения о частной жизни гражданина хранятся им в тайне. С учетом положений указанных норм уголовного закона в их взаимосвязи с положениями п. 1 ст. 152.2 ГК РФ, не может повлечь уголовную ответственность собирание или распространение таких сведений в государственных, общественных или иных публичных интересах, а также в случаях, если сведения о частной жизни гражданина ранее стали общедоступными либо были преданы огласке самим гражданином или по его воле. В приговоре суда отражено о том, что М.Е.О.. знала о том, что камера находится в квартире, но не могла предположить, что третьи лица смогут просмотреть видеозапись и распространить информацию с этой камеры. Однако потерпевшая дееспособности не лишена, не ограничена, осознает характер и последствия своих действий, при этом, достоверно зная, что жена Х.В.А.. имеет доступ в квартиру, не осознавала, что последняя может заинтересоваться установленной видеокамерой и просмотреть её. М.Е.О.. неоднократно появляется перед камерой в обнаженном виде, точно зная её местоположение. Из чего следует, что потерпевшая самостоятельно предала огласке подробности своей частной жизни третьему лицу - ФИО1 Факт предания огласке частной жизни самой М.Е.О.. подтверждается и показаниями свидетеля Л.Т.В.., которая сообщила, что 02.01.2023 ФИО1 показывала последней переписку с потерпевшей, где на угрозу подсудимой разместить фотографии М.Е.О.. в обнаженном виде на показ, потерпевшая ответила своим согласием, пояснив, что у нее прекрасная фигура и ей нечего стесняться. В действиях ФИО1 отсутствует состав преступления, так как все поступки М.Е.О.. указывают на то, что она не против распространения сведений о своей частной жизни. Допрошенные судом свидетели Х.В.А.., К.Г.П.., Я.С.Л.., Н.В.Е.., А.С.Г.., Ш.К.Г.., Ф.О.Е.., Ч.О.Г.. и Р.Е.М.., показали, что им неизвестно, давала ли потерпевшая М.Е.О.. согласие на распространение фотографий в социальных сетях и мессенджерах, также пояснили, что по фотографии из видеозаписи с видеокамеры они не могут сказать точно, М.Е.О.. на них или нет, так как виден лишь женский силуэт. Суд положил в основу приговора показания перечисленных свидетелей, которым неизвестны обстоятельства произошедшего, в то же время безосновательно критично относится к показаниям свидетеля стороны защиты Л.Т.В.., которая также пояснила, что качество фотографий с видеозаписи плохое, определить, кто именно изображен в обнаженном виде невозможно. Данный факт подтверждается заключением специалистов, которые в ходе сравнительного исследования лица потерпевшей не смогли установить, что это потерпевшая. Однако суд отвергает показания Л.Т.Н.., оправдывающие подсудимую, поскольку они не последовательны, противоречивы. В чем конкретно заключается непоследовательность и их противоречивость, судом не отражено. Также судом отвергнуто то обстоятельство, что Х.В.А.. и М.Е.О.. могли специально провоцировать ФИО1 на эмоции в связи с разделом общего имущества, поскольку зная, что в квартире установлена камера, и что ФИО1 может просмотреть видеозаписи с неё, Х.В.А.. и потерпевшая намеренно «гуляли» перед камерой в обнаженном виде. Также суд не принял во внимание, что под размещенными фотографиями не имеется данных о личности, то обстоятельство, что на фотографиях изображена М.Е.О.. строится на предположениях свидетелей, а не в точном знании. Согласно ст. 73 УПК РФ обстоятельством, подлежащим доказыванию по уголовному делу является, в том числе, и виновность лица в совершении преступления, форма его вины и мотивы. В уголовном деле отсутствуют доказательства умысла ФИО1 в инкриминируемом деянии. Выводы суда о виновности ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 137 УК РФ, также не соответствуют фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом, и не подтверждаются доказательствами по делу.

Кроме того, защитник - адвокат Леонова Н.И. представила возражения относительно частичного удовлетворения судом исковых требований М.Е.О.. в размере 70 000 рублей.

В соответствии с разъяснениями, указанными в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина. В п. 17 и п. 15 указанного Постановления даны определения физическим и нравственным страданиям. С учетом изложенным правовых норм, в приговоре суда не отражено, в чем именно заключались физические и нравственные страдания потерпевшей М.Е.О.., поскольку из материалов дела, показаний самой М.Е.О.. и свидетелей следует, что физических страданий она не испытывала. Кроме того, суду не представлено доказательств и сведений о том, что М.Е.О.. в результате действий ФИО1 потеряла работу или иным образом пострадала, в чем именно выражались нравственные страдания потерпевшей, суд оставил без ответа.

Также, не согласившись с приговором мирового судьи от 22.08.2023, прокурором Псковского районного суда Псковской области Григорьевым А.И. подано апелляционное представление, в котором он просит приговор мирового судьи изменить. В обоснование своих доводов прокурор полагает, что выводы суда не соответствуют обстоятельствам уголовного дела, установленным судом в ходе его рассмотрения, поскольку суд исключил из объема предъявленного обвинения незаконное собирание сведений о частной жизни потерпевшей по причине отсутствия у ФИО1 умысла на собирание сведений о частной жизни непосредственно М.Е.О.., так как на момент фотографирования видеозаписи сведения о личности потерпевшей ей были неизвестны. Ссылаясь на разъяснения, указанные в п.3 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25.12.2018 № 46 «Р некоторых вопросах судебной практики по делам о преступлениях против конституционных прав и свобод человека и гражданина (статьи 137, 138, 138.1, 139, 144.1, 145, 145.1 УК РФ), предписания ч. 1 ст. 23 и ч. 1 ст. 24 Конституции РФ, указывает на то, что субъективная сторона преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 137 УК РФ, состоит в том, что виновный осознает, что нарушает неприкосновенность частной жизни, гарантируемой Конституцией РФ, предвидит неизбежность её нарушения и желает нарушить неприкосновенность частной жизни. В рассматриваемой ситуации ФИО1 осуществлено осознанное копирование сведений о частной жизни М.Е.О.. путем фотографирования видеозаписи. Отсутствие осведомленности о личности обнаженной девушки, чья неприкосновенность частной жизни была нарушена в момент фотографирования видеозаписи, где она запечатлена в обнаженном виде, не исключает умысла на собирание сведений о данной жизни и создает условия для их последующего распространения, что ФИО1 и было осуществлено. Позиция суда об обязательном наличии прямого конкретизированного умысла у подсудимой на собирание сведений о частной жизни конкретного лица является ошибочной. Узнать личность девушки, которую Х.В.А. приводил в их совместную квартиру, а также причины посещения жилого помещения имелась возможность и без копирования её изображения. Принимая во внимание исследованные доказательства по уголовному делу государственное обвинение полагает, что нарушение неприкосновенности частной жизни М.Е.О.. осуществлено не только путем распространения, но и путем собирания сведений о её частной жизни, что установлено и подтверждено. Изложенное свидетельствует о том, что судом неверно оценены исследованные доказательства по уголовному делу.

Представителем потерпевшей М.Е.О.. - адвокатом Орловым И.В. представлены возражения относительно апелляционной жалобы адвоката адвокатского кабинета Леоновой Н.И., поданной в интересах осужденной ФИО1, на приговор мирового судьи судебного участка № 24 Псковского района от 22.08.2023, согласно которым Орлов И.В. полагает, что из материалов уголовного дела следует, что именно в результате действий ФИО1 по нарушению неприкосновенности частной жизни, то есть незаконного распространения сведений о частной жизни, составляющих личную тайну, без согласия потерпевшей, последней причинен моральный вред, выразившийся в нанесении ей моральных страданий вследствие размещения (распространения) фотоизображения в обнаженном виде с камеры видеонаблюдения в сети «Интернет». Также представитель потерпевшей Орлов И.В. указал, что на стадии судебного следствия ФИО1 вину не признала, в содеянном не раскаялась, попыток примирения с потерпевшей в период предварительного и судебного следствия не осуществляла, извинений не принесла, вела себя вызывающе, пытаясь постоянного оскорбить потерпевшую. Полагает, что собранными доказательствами по уголовному делу вина ФИО1 была полностью доказана, мотивом совершения преступления стала цель опорочить честь, достоинство и репутацию потерпевшей путем распространения среди коллег и знакомых М.Е.О.., а также иных лиц сведений о частной жизни последней, составляющих её личную тайну, вопреки её воли и без её согласия, осознавая общественную опасность и противоправность своих действий, предвидя и желая наступления общественно-опасных последствий в виде неприкосновенности частной жизни М.Е.О..

Кроме того, представитель потерпевшей - адвокат Орлов И.В. указал на то, что состав преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 137 УК РФ, является формальным, то есть, преступление считается оконченным с момента совершения действий по сбору конфиденциальной информации или её передаче. Так из переписки ФИО1 и М.Е.О.. следует, что последняя не давала согласия на распространение полученной информации, предупреждала о последствиях привлечения к уголовной ответственности. Доводы стороны защиты о получении согласия на распространение полученной незаконным путем информации опровергается материалами уголовного дела: показаниями потерпевшей в ходе её допроса, перепиской в мессенджере «***», показаниями на очной ставке, а отсылка на показания свидетелей в апелляционной жалобе является надуманным обстоятельством, не соответствующим действительным показаниям, полученным в ходе предварительного и судебного следствия. Представленный стороной защиты мотив - навредить бывшему супругу Х.В.А.. также не подтверждается материалами уголовного дела, действиями подсудимой, поскольку имело место распространение только изображений М.Е.О.., что свидетельствует о желании ФИО1 наступления негативных последствий именно для потерпевшей, указанный мотив следует из переписки в социальной сети «***» и мессенджере «***» ФИО1 с третьими лицами (свидетелями по уголовному делу). Представленное в материалы дела заключение эксперта, на которое ссылается защитник при подаче апелляционной жалобы, в котором имеется вывод, что распознать изображение невозможно, не имеет правового и доказательного значения по уголовному делу, поскольку ФИО1, действуя из указанного смысла, осознавала в момент распространения изображения (изображений) о принадлежности потерпевшей, а состав преступления окончен с момента совершения преступления. Довод стороны защиты о том, что применимы нормы, позволяющие освободить от ответственности ФИО1 в связи с наступлением обстоятельств распространения по вине потерпевшей сведений о её частной жизни вследствие её нахождения в квартире Х.В.А.. и осведомленности о наличии видеокамеры, а также возможности нахождения в ней ФИО1 является несостоятельным, поскольку сама по себе потенциальная возможность получения ФИО1 видеозаписи не дает последней право на её распространение.

Также представитель потерпевшей М.Е.О.. - адвокат Орлов И.В. полагает, что доводы, указанные в апелляционной жалобе об отсутствии в распространяемых сведениях данных о личности, отсутствие факта осведомленности о личности несостоятельны, поскольку преступление окончено с момента его совершения, признак узнаваемости не является основополагающим, а сведения, указывающие на личность отражены в комментариях ФИО1, совершенных при размещении сведений. Указанный в жалобе довод о завышенном размере взысканного морального вреда также не является состоятельным, поскольку факт негативных последствий, наступивших для потерпевшей, безусловно доказан, распространение происходило в публичной плоскости, в группах в мессенджерах, где она была известна участникам, в связи с чем ей приходилось оправдываться, доказывать и объяснять реальную картину происходящего. Представленный стороной защиты в материалы дела диск с видеоизображением потерпевшей не имеет обстоятельного значения (снято при других обстоятельствах, в ином виде), не несет негативных последствий его размещения - распространения, а само по себе наличие видеозаписи в сети Интернет не дает возможность распространять изображения, порочащие честь и достоинство потерпевшей. Также полагает, что довод о взаимосвязи гражданского дела о разделе имущества и уголовного дела в отношении ФИО1 несостоятелен, поскольку не имеет доказательного значения и является надуманным. Таким образом, представитель потерпевшей М.Е.О.. - адвокат Орлов И.В. считает, что вина осужденной ФИО1 полностью доказана, в связи с чем оснований для удовлетворения апелляционной жалобы, вынесения оправдательного приговора отсутствуют.

В суде апелляционной инстанции осужденная ФИО1 и её защитник Леонова Н.И. поддержали доводы, изложенные в апелляционной жалобе, настаивали на её удовлетворении. Также защитник Леонова Н.И. пояснила, что приговор мирового судьи от 22.08.2023, постановленный в отношении ФИО1, не соответствует фактическим установленным обстоятельствам дела, а также при частичном удовлетворении мировым судьей гражданского иска в части взыскания с ФИО1 в пользу М.Е.О.. компенсации морального вреда в размере 70 000 рублей, судом не мотивирован вывод о понесенных потерпевшей нравственных страданиях, не дана оценка представленной в ходе судебного разбирательства стороной защиты видеозаписи от 10.01.2023, согласно которой потерпевшая М.Е.О.. в социальной сети «***» выкладывает видео со своим изображением в обнаженном виде, что, по мнению стороны защиты, не является тайной её личной жизни. Возражали против удовлетворения поданного государственным обвинителем апелляционного представления.

Государственный обвинитель Смирнов Е.Ф. поддержал доводы, изложенные в апелляционном представлении, настаивал на его удовлетворении. Представил возражения против удовлетворения апелляционной жалобы, поданной адвокатом Леоновой Н.И., действующей в интересах осужденной ФИО1

Потерпевшая М.Е.О.. и её представитель - адвокат Орлов И.В. возражали против доводов апелляционной жалобы адвоката Леоновой Н.И., утверждали, что выводы суда соответствуют фактическим обстоятельствам дела, считали, что вина осужденной ФИО1 полностью доказана. Рассмотрение апелляционного представления государственного обвинителя оставили на усмотрение суда.

Проверив материалы дела, обсудив доводы жалобы и представления, заслушав стороны, суд апелляционной инстанции находит приговор мирового судьи подлежащим отмене, а уголовное дело подлежащим направлению на новое судебное разбирательство по следующим основаниям.

Согласно ст. 297 УПК РФ приговор суда должен быть законным, обоснованным и справедливым. Приговор признается законным, обоснованным и справедливым, если он постановлен в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона и основан на правильном применении уголовного закона.

Основаниями отмены судебного решения в апелляционном порядке являются несоответствие выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела (ст. 389.15 УПК РФ).

Приговор признается не соответствующим фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой инстанции, если выводы суда не подтверждаются доказательствами, рассмотренными в судебном заседании; суд не учел обстоятельств, которые могли существенно повлиять на выводы суда; в приговоре не указано, по каким основаниям при наличии противоречивых доказательств, имеющих существенное значение для выводов суда, суд принял одни из этих доказательств и отверг другие; выводы суда, изложенные в приговоре, содержат существенные противоречия, которые повлияли или могли повлиять на решение вопроса о виновности или невиновности осужденного или оправданного, на правильность применения уголовного закона или на определение меры наказания (ст. 389.16 УП РФ).

В соответствии со ст. 307 УПК РФ описательно-мотивировочная часть обвинительного приговора должна содержать описание преступного деяния, признанного судом доказанным, с указанием места, времени, способа его совершения, формы вины, мотивов, целей и последствий преступления; доказательства, на которых основаны выводы суда в отношении подсудимого, и мотивы, по которым суд отверг другие доказательства; указание на обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание, а в случае признания обвинения в какой-либо части необоснованным или установления неправильной квалификации преступления - основания и мотивы изменения обвинения; мотивы решения всех вопросов, относящихся к назначению уголовного наказания, освобождению от него или его отбывания, применению иных мер воздействия; обоснование принятых решений по другим вопросам, указанным в статье 299 настоящего Кодекса.

В соответствии с пунктом 6 Постановления Пленума Верховного Суда РФ «О судебном приговоре» от 29.11.2016 № 55 в описательно-мотивировочной части приговора, исходя из положений пунктов 3,4 части 1 статьи 305, пункта 2 статьи 307 УПК РФ, надлежит дать оценку всем исследованным в судебном заседании доказательствам, как уличающим, так и оправдывающим подсудимого. При этом излагаются доказательства, на которых основаны выводы суда по вопросам, разрешаемым при постановлении приговора, и приводятся мотивы, по которым те или иные доказательства отвергнуты судом.

По смыслу уголовно-процессуального закона обвинительный приговор может быть постановлен в том случае, когда по делу исследованы с соблюдением норм уголовно-процессуального закона и тщательно проанализированы как в отдельности, так и в совокупности все собранные доказательства, им дана надлежащая оценка, имеющиеся противоречия выяснены и оценены, однако, несмотря на это, исключается или не подтверждается совершение подсудимой инкриминированного преступления.

Согласно ст.87 УПК РФ проверка доказательств производится судом путем сопоставления их с другими доказательствами, имеющимися в деле.

При постановлении приговора должны получить оценку все рассмотренные в судебном заседании доказательства как подтверждающие выводы суда по вопросам, разрешаемым при постановлении приговора, так и противоречащие этим выводам.

Данные положения уголовно-процессуального закона судом первой инстанции в полной мере не выполнены.

Государственным обвинителем осужденная ФИО1 обвинялась в незаконном собирании и распространении сведений о частной жизни лица, составляющих его личную тайну, без его согласия.

В соответствии с п. 2 ч. 2 ст. 74 УПК РФ в качестве доказательств допускаются показания потерпевшего, свидетеля.

Из описательно-мотивировочной части обвинительного приговора усматривается, что надлежащей оценки показаниям допрошенных в ходе судебного разбирательства свидетелей Х.В.А.., К.Г.П.., В.К.В.., Я.С.П.., Н.В.Е.., А.А.Г.., Ш.К.Г.., Ч.О.Г.., Р.Е.М.., оглашенным показаниям свидетеля Ф.О.Е.., а также показаниям допрошенных свидетелей стороны защиты Л.Т.В.., П.Н.В.. и Б.В.М.., как доказательствам не дано.

В обвинительном приговоре мировым судьей перечислены доказательства сторон обвинения и защиты, после чего сделан вывод о том, что существенных противоречий, которые влияли бы на доказанность вины подсудимой в совершении преступления, представленные доказательства не имеют, в связи с чем у суда нет оснований сомневаться в их достоверности.

Между тем, в описательно-мотивировочной части обвинительного приговора мировой судья отвергает показания свидетеля Л.Т.В., оправдывающие ФИО1, поскольку они не последовательны, противоречивы и не подтверждены какими-либо объективными доказательствами. Однако надлежащей оценки данным показаниям также не дано, поскольку не указано, каким конкретно доказательствам противоречат показания данного лица, в чем заключается их непоследовательность. Тем более что часть показаний свидетеля Л.Т.В.. согласуется с показаниями иных свидетелей.

Кроме того, мировым судьей не дано надлежащей оценки представленному стороной защиты заключению специалиста №** от 08.06.2023 (т.4, л.д.118-136) в соответствии с требованиями уголовно-процессуального законодательства, поскольку в обвинительном приговоре имеется лишь отсылка на указанное заключение специалиста, согласно которой специалисты при проведении сравнительного исследования лица потерпевшей не установили, что это потерпевшая, в связи с чем доводы защитника о том, что личная жизнь потерпевшей не является тайной, не могут быть приняты судом во внимание, являются необоснованными, поскольку неприкосновенность частной жизни и личной тайны человека гарантированы Конституций РФ и не дают права осужденной нарушать прав потерпевшей на неприкосновенность её частной жизни.

В обжалуемом приговоре не дана оценка доводам стороны защиты относительно того, что потерпевшая М.Е.О.., находясь в чужой квартире и зная о нахождении в ней камеры видеонаблюдения, тем самым, дала согласие на раскрытие тайны своей личной жизни.

Также, при разрешении мировым судьей заявленных потерпевшей М.Е.О.. исковых требований о компенсации морального вреда не дана оценка представленной стороной защиты видеозаписи от 10.01.2023, просмотренной лицами, участвующими в деле, в судебном заседании 11.05.2023 (т.4, л.д.42-87), согласно которой потерпевшая М.Е.О.. на своей странице социальной сети «***» в общем доступе разместила видеозапись, на которой она находится в рубашке на голое тело и нижнем белье. Кроме того, судом первой инстанции не дана оценка показаниям потерпевшей М.Е.О.., данных ею в ходе судебного заседания от 14.04.2023 (т.4, л.д.14-28), согласно которым на вопрос своего представителя Орлова И.В. о полученных моральных и нравственных страданиях, М.Е.О.. пояснила, что со стороны своих знакомых, друзей, а также от родителей детей, с которыми она работает, никаких негативных эмоций она не получала.

Таким образом, судом первой инстанции не разрешены имеющиеся противоречия в показаниях потерпевшей М.Е.О.. в части понесенных ею нравственных страданий и переживаний ввиду распространения сведений о её личной жизни, о чем указано в описательно-мотивировочной части обвинительного приговора.

При назначении осужденной ФИО1 наказания, суд руководствовался положениями, предусмотренными ст. ст. 6, 43, 60 УК РФ, учитывал, в том числе обстоятельства, данные о личности осужденной ФИО1 Так, мировым судьей оценены характеризующие личность осужденной сведения, в том числе, привлечение к уголовной и административной ответственности, нахождение на специализированных учетах у врачей нарколога и психиатра, характеристика по месту жительства. Однако в описательно-мотивировочной части обвинительного приговора, указывая на положительные характеристики с места её работы, мировой судья ссылается на показания допрошенных в судебном заседании свидетелей, без указания их сведений (фамилии, имени, отчества).

Таким образом, суд первой инстанции, представленные сторонами доказательства, фактически не оценил их в совокупности, не сопоставил между собой и не проанализировал в должной мере.

Также в обвинительном приговоре в его описательно-мотивировочной части мировой судья указывает о том, что процессуальных издержек по уголовному делу не имеется. Однако в материалы дела представлено исковое заявление потерпевшей М.Е.О.. от 11.05.2023, согласно которому она просит взыскать с осужденной ФИО1 50 000 рублей в качестве возмещения понесенных по делу издержек за оплату услуг адвоката, представив к указанному заявлению квитанцию серии ** № ** от 03.05.2023 (т.4, л.д.39, 40).

Более того, разрешая вопрос о понесенных потерпевшей судебных расходов на оплату услуг адвоката в ходе судебного разбирательства, мировой судья, ссылаясь на положения статей 42, 131, 132 УПК РФ, разъяснения, содержащиеся в п. 11 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 13.10.2020 № 23 «О практике рассмотрения судами гражданского иска по уголовному делу», процессуальные издержки, связанные с выплатой вознаграждения представителю потерпевшей М.Е.О. - адвокату Орлову И.В., оставляет без рассмотрения, при этом, разъяснив право разрешения заявленных требований в порядке исполнения приговора, в соответствии с главой 47 УПК РФ (ст. ст. 397-399 УПК РФ).

Вместе с тем, согласно п. 8 ч. 2 ст. 42, ч. 1 ст. 45 УПК РФ, потерпевший вправе иметь представителя. Представителем потерпевшего может быть адвокат.

Согласно ч. 3 ст. 42 УПК РФ, потерпевшему обеспечивается возмещение имущественного вреда, причиненного преступлением, а также расходов, понесенных в связи с его участием в ходе предварительного расследования и в суде, включая расходы на представителя, согласно требованиям ст. 131 УПК РФ.

В силу ч. 1 ст. 131 УПК РФ, процессуальными издержками являются связанные с производством по уголовному делу расходы, которые возмещаются за счет средств федерального бюджета либо средств участников уголовного судопроизводства.

В соответствии с п. 1.1 ч. 2 ст. 131 УПК РФ, к процессуальным издержкам относятся суммы, выплаченные потерпевшему на покрытие расходов, связанных с выплатой вознаграждения представителю потерпевшего.

Согласно ч. 1, 2, 6 ст. 132 УПК РФ, процессуальные издержки взыскиваются с осужденных или возмещаются за счет средств федерального бюджета.

Таким образом, мировым судьей неверно решен вопрос, связанный с возмещением потерпевшей М.Е.О. процессуальных издержек, в виде расходов по оплате услуг представителя, которые в соответствии с действующим законодательством, подлежат отнесению на счет средств федерального бюджета, или возмещению за счет осужденной.

Оставление без рассмотрения заявления потерпевшей М.Е.О.. о взыскании расходов на оплату юридических услуг адвоката Орлова И.В., на основании ч. 1 ст. 309 УПК РФ, является необоснованным, поскольку из материалов уголовного дела видно, что расходы, понесенные потерпевшей, не относятся к гражданскому иску, а являются процессуальными издержками.

В этой связи нельзя признать, что обвинительный приговор в отношении ФИО1 является законным и обоснованным.

При установленных обстоятельствах имеются основания для отмены судебного решения и направлении настоящего уголовного дела на новое судебное разбирательство в суд первой инстанции со стадии судебного разбирательства в ином составе.

Кроме того, учитывая, что приговор мирового судьи отменяется ввиду существенных нарушений уголовно-процессуального закона, суд апелляционной инстанции не входит в обсуждение доводов апелляционного представления прокурора Псковского района Псковской области, поскольку они касаются вопросов, которые будут являться предметом рассмотрения судом первой инстанции при новом судебном разбирательстве, а потому оставляет его без удовлетворения.

При новом рассмотрении дела суду следует исследовать и дать оценку в приговоре всем представленным сторонами доказательствам и доводам сторон, вынести законное, обоснованное и справедливое судебное решение.

На основании изложенного и, руководствуясь ст. 389.15, 389.20, 389.28 УПК РФ, суд апелляционной инстанции,

ПОСТАНОВИЛ:

Апелляционную жалобу адвоката адвокатского кабинета Леоновой Н.И., действующей в интересах осужденной ФИО1 - удовлетворить частично.

Апелляционное представление прокурора Псковского района Псковской области оставить без удовлетворения.

Приговор мирового судьи судебного участка № 24 Псковского района Псковской области от 22 августа 2023 года, которым ФИО1 признана виновной в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.137 УК РФ - отменить, уголовное дело передать на новое рассмотрение со стадии судебного разбирательства в ином составе.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ, в судебную коллегию Третьего кассационного суда общей юрисдикции г. Санкт-Петербурга.

Судья Е.И. Хатулева

Мотивированное апелляционное постановление изготовлено **.**.****2023.