Решение по делу № 2-113/2023 от 08.02.2023 - о лишении права на выплату в виде единовременного пособия, страховой суммы и выплату семье погибшего.

Дело № 2-113/2023

УИД №

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

ДД.ММ.ГГГГ г. Канаш

Канашский районный суд Чувашской Республики

под председательством судьи Яковлевой Т.А.,

при секретаре судебного заседания Егоровой Л.Н.,

с участием прокурора Рожнова А.А.,

истца ФИО1, представителя истца Н.,

ответчика ФИО2, представителя ответчика - адвоката Г.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о лишении права на выплату в виде единовременного пособия, страховой суммы и выплату семье погибшего,

установил:

ФИО1 обратилась в Канашский районный суд Чувашской Республики с иском к ФИО2 о лишении права на выплату в виде единовременного пособия, предусмотренного Федеральным законом от 07 ноября 2011 года № 306-ФЗ «О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат; страховой суммы, предусмотренной Федеральным законом от 28 марта 1998 года № 52-ФЗ «Об обязательном государственном страховании жизни и здоровья военнослужащих, граждан, призванных на военные сборы, лиц рядового и начальствующего состава органов внутренних дел Российской Федерации, государственной противопожарной службы, сотрудников учреждений и органов уголовно-исполнительной системы, сотрудников войск национальной гвардии Российской Федерации»; выплату семье погибшего (умершего) военнослужащего установленной Указом Президента Российской Федерации от 05 марта 2022 года № 98 «О дополнительных социальных гарантиях военнослужащим, лицам, проходящих службу в войсках национальной гвардии Российской Федерации и членам их семей», предназначенных ФИО2 в связи с гибелью сына О., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, погибшего ДД.ММ.ГГГГ в ходе специальной военной операции по демилитаризации и денацификации на территории ЛНР, ДНР и Украины.

Исковые требования мотивированы тем, что ДД.ММ.ГГГГ истец ФИО1 вступила в брак с ответчиком ФИО2, в период брака родился сын О., ДД.ММ.ГГГГ года рождения. Решением мирового судьи судебного участка № 1 г. Шумерля Чувашской Республики от ДД.ММ.ГГГГ брак, заключенный сторонами, расторгнут, с ФИО2 взысканы алименты на содержание несовершеннолетнего О. в пользу ФИО1 в размере 1/4 части всех видов дохода, начиная с ДД.ММ.ГГГГ и до совершеннолетия сына. На момент расторжения брака сыну было 2 года. Ответчик самоустранился от общения с сыном, никогда не принимал участия в воспитании сына, не оказывал материальной поддержки. Мало того, при совместном проживании злоупотреблял алкоголем, нигде не работал, содержания семье не оказывал. ФИО2 выплачивал незначительные суммы алиментов лишь в принудительном порядке, когда ему грозила ответственность, предусмотренная законом. При этом у ответчика постоянно росла задолженность по алиментам. Приговором мирового судьи судебного участка № 3 г. Канаш Чувашской Республики от ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 157 УК РФ, и ему назначено наказание в виде исправительных работ сроком на 6 месяцев с удержанием 15 % из заработка в пользу государства. Однако впоследствии ФИО2 должных выводов для себя не сделал, не участвовал в жизни сына, не оказывал должного материального содержания. В ДД.ММ.ГГГГ она обращалась в Шумерлинский районный суд Чувашской Республики с заявлением о лишении ФИО2 родительских прав в отношении сына, но ее заявление возвращено ввиду неподсудности данного дела указанному суду, а подсудно Канашскому районному суду ЧР. Поскольку она является инвалидом второй группы, и ее заболевание связано с нарушением опорно-двигательного аппарата, физически она не смогла довести начатое дело до конца. Являясь инвалидом второй группы с детства, она заботилась о здоровье, благополучии, воспитании и образовании сына. В ДД.ММ.ГГГГ сын поступил на военную службу по контракту и был приписан к воинской части №, где проходил военную службу на территории <адрес> в рамках специальной военной операции. Извещением воинской части № от ДД.ММ.ГГГГ ей сообщили о том, что сын «разведчик 3 взвода глубинной разведки, роты глубинной разведки, разведывательного батальона, войсковой части № рядовой О., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, личный номер № верный Военной присяге, проявив стойкость и мужество в период прохождения военной службы погиб ДД.ММ.ГГГГ в ходе специальной военной операции по демилитаризации и денацификации на территории ЛНР, ДНР и Украины». ДД.ММ.ГГГГ она обратилась в Шумерлинский военный комиссариат, где заполнила заявление в АО «СОГАЗ» о выплате страховой суммы по обязательному государственному страхованию и выплате единовременного пособия в связи с гибелью (смертью) наступившей при исполнении обязанностей военной службы сына. Также ею было заполнено заявление в адрес войсковой части № об осуществлении ей единовременной выплаты, установленной Указом Президента Российской Федерации от 05 марта 2022 года № 98 «О дополнительных социальных гарантиях военнослужащим, лицам, проходящих службу в войсках национальной гвардии Российской Федерации и членам их семей» в связи с гибелью сына. Вместе с тем, она узнала, что с аналогичными заявлениями о предоставлении страховых выплат и мер социальной поддержки родителям погибшего военнослужащего обратился ее бывший супруг ФИО2 Считала, что в данном случае ФИО2, претендуя на предоставление страховых выплат и мер социальной поддержки, злоупотребляет своим правом, и должен быть лишен права на вышеуказанные выплаты.

В связи с характером спорного правоотношения в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, определением суда от ДД.ММ.ГГГГ привлечен Департамент военно-экономического анализа Министерства обороны Российской Федерации.

Истец ФИО1 в суде исковые требования поддержала по изложенным в иске основаниям и вновь привела их суду, дополнительно пояснив, что после рождения сына О., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, они с ответчиком проживали в съемной квартире <адрес>. Рождение О. семья ответчика не очень приветствовала. Она находилась в отпуске по уходу за ребенком, до декрета не работала, а училась в Шумерлинском педагогическом училище. ФИО2 работал в налоговой инспекции <адрес>, и ответчика она видела редко, только по вечерам. Он приходил уставший, выпивший и в уходе за ребенком не помогал. В течение двух лет так жили, было тяжело. За квартиру ФИО1 оплачивала со своей пенсии по инвалидности с детства, а у ФИО2 были долги за их свадьбу, которые он долго не мог погасить. Денег мужа она не видела, финансово он не поддерживал, в течение двух лет постоянно терпела его нетрезвое состояние, скандалы, рукоприкладство. В ДД.ММ.ГГГГ брак расторгнут в суде в <адрес>. Затем она работала на нескольких работах, поняв, что надо обеспечивать ребенка, у ответчика начал образовываться долг по алиментам. Она ездила в Канаш к судебным приставам и брала справки у приставов, что у него долги большие, затем в ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 познакомилась со вторым супругом, в ДД.ММ.ГГГГ они стали жить вместе. Он стал поддерживать их, воспитывать О. как сына. От второго брака у нее есть сын, ДД.ММ.ГГГГ. В то время она пыталась лишить ответчика родительских прав, но так как у нее был маленький ребенок на руках, она не смогла довести дело до конца, ей было тяжело. Сыном О. интересовались бабушка с дедушкой, а ответчик - нет. Суд не лишил ответчика родительских прав, потому что ребенок сказал, что хочет общаться с папой. Она не настраивала ребенка против отца. С тех пор она растила О. со вторым супругом, которого О., когда был маленький, называл папой, а когда подрос, стал называть по имени. У них были теплые дружеские отношения. Когда настало время определяться с профессией, куда дальше пойти учиться, было решено, что О. будет учиться в г. Канаш. Сын был в подростковом возрасте, не хотел ехать туда, где жил отец. В период обучения в г. Канаш О. проживал в квартире бабушки Ж., он был шокирован слишком сильной заботой бабушки, она контролировала каждый шаг, постоянно спрашивала: «Куда ушел, когда придешь? Во сколько, что у тебя будет экзамен?». Всё это ей надо было знать, всё она контролировала, даже пошла на экзамен к нему. Отношений с отцом во время учебы в медколледже не было никаких, потому что сын был на ответчика зол, он помнил все те моменты, когда происходили скандалы, как ответчик поднимал на нее руку. О. никогда не говорил о нём, о том, что он пересекался с отцом.

Представитель истца ФИО1 исковые требования ФИО1 поддержал, считая требования истца законными и обоснованными и подлежащими удовлетворению. Материалы дела содержат сведения о том, что ответчик совершил в отношении своего ребенка преступление, предусмотренное ст.157 УК РФ, то есть было отсутствие содержания, злостное уклонение от исполнения своих родительских обязанностей. Впоследствии ответчик выплачивал алименты лишь под угрозой наказания в рамках принудительного исполнения. Сторона ответчика представила справку об отсутствии задолженности по алиментам, данная справка подтверждает лишь то, что ответчик выплачивал алименты в рамках исполнительного производства. Материалы дела не содержат сведения о том, как проявлялась забота, а также финансовая, в том числе по отношению к сыну со стороны ответчика вне принудительного порядка в период, когда он рос. Кроме того, свидетели подтверждают, что ответчик не принимал участие в жизни ребенка, не воспитывал его, не принимал участие в образовании ребенка. О. поступил в Канашский медицинский колледж, проживал у бабушки. Ответчик хоть и зарегистрирован по данному же адресу, однако в суде он пояснил, что фактически он проживает в другом месте, не по месту регистрации. У него своя семья, он проживает отдельно от матери, совместно с сыном в период его обучения не проживал. По сведениям сотового оператора МТС за ДД.ММ.ГГГГ телефонных звонков от ФИО2 к О. было два раза, один продолжительностью 37 секунд, другой - 17 минут. ФИО2 в годы, когда ребенок рос, до его совершеннолетия, не участвовал в жизни ребенка, два раза пытался приехать в <адрес>, приезжал по месту жительства ребенка в состоянии алкогольного опьянения, не был допущен до сына, злоупотреблял алкоголем. О. никогда не рассказывал матери, что приходил отец, что с ним разговаривал, или что-то делали, гуляли. Решение суда об определении порядка общения с ребенком было вынесено в отношении бабушки Ж., а не отца. Когда сыну было четыре года ФИО2 самоустранился от общения с сыном, никогда не принимал участия в воспитании сына, не оказывал материальной поддержки. Воспитанием сына занимались исключительно мать ФИО1, бабушка по материнской линии, и в последствии отчим Я. Об отсутствии каких либо семейных и родственных связей между ФИО2 и О. говорят обстоятельства того, что отец и сын фактически не общались даже по телефону, в материалах дела отсутствуют совместные фотографии отца и сына в семейной атмосфере и обстановке. Напротив, О. не признавал ответчика как отца, об этом свидетельствует имеющаяся в материалах дела анкета и заявление в военкомат, которые были заполнены О. собственноручно при поступлении на военную службу. Из приведенных документов следует, что О. осознанно указал в качестве отца отчима Я. Ввиду изложенного, а также с учетом требований добросовестности, разумности и справедливости, общеправового принципа недопустимости злоупотребления правом, целей правового регулирования мер социальной поддержки, предоставляемых родителям военнослужащего в случае его гибели (смерти) при исполнении обязанностей военной службы, направленных на возмещение родителям, которые длительное время надлежащим образом воспитывали военнослужащего, содержали его до совершеннолетия и вырастили достойным защитником Отечества, нравственных и материальных потерь, связанных с его гибелью, лишение права на получение таких мер социальной поддержки возможно при наличии обстоятельств, которые могли бы служить основаниями к лишению родителей родительских прав, в том числев случае злостного уклонения родителя от выполнения своих обязанностей по воспитанию и содержанию ребенка. Приведенные ФИО1 выше обстоятельства в совокупности с нормами права и позицией Верховного суда Российской Федерации (Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 28.10.2019 № 25-КГ19-9), ставящих в зависимость право на получение выплат от надлежащего исполнения обязанностей родителя по заботе о здоровье, о физическом, психическом, духовном и нравственном развитии, обучении ребенка,дают правосчитать, что ФИО2 должен быть лишен права на предоставление страховых выплат и мер социальной поддержки членов семей военнослужащих, погибших при исполнении обязанностей военной службы.

Ответчик ФИО2 в судебном заседании исковые требования ФИО1 не признал, пояснив, что в браке с ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ у них родился сын О. Но брак распался, с него были взысканы алименты на содержание сына. ФИО1 не давала ему общаться с сыном. Поэтому его родители Ж. и Х. забирали сына от ФИО1, а он ожидал их неподалеку. Когда он один раз приехал в д. Шумерля на встречу с ребенком, его предупредили о том, что его посадят, так как муж ФИО1 - сотрудник полиции. Он никогда не обижал своего сына. Когда О. в школьные годы приезжал в <адрес>, он с сыном постоянно встречался, ездил в <адрес> за одеждой. Они с сыном О. по телефону не разговаривали, так как О. сам просил не звонить ему, просил никогда не показывать, что они общаются по телефону, чтобы мама об этом не знала ничего, боялся, что мама будет ругаться. Он также воспитывал и содержал своего ребенка, проживая у матери с сыном, когда сын поступил на учебу в медицинский колледж <адрес>.

В своем отзыве ФИО2 указал, что исковые требования истца ФИО1 основаны на том, что он был привлечен к уголовной ответственности за неуплату алиментов, а значит, недостоин считаться отцом, и не имеет права на выплаты. Он действительно был привлечен к уголовной ответственности, но это было связано с тем, что после того как ФИО1 уехала от него с ребенком, он был в тяжелом моральнопсихологическом состоянии. Кроме того, это были годы, когда в стране было тяжело с работой, он не мог найти работу не то, что по своей специальности, вообще не было никакой работы, многие предприятия в городе закрылись и не работали, уехать куда-то не мог, жил на какие-то случайные заработки. Все годы истец ФИО1 манипулировала тем, что она является матерью и полноправной собственницей ребенка - сына О.. Как собственница, она прятала ребенка за забор, в доме, меняла ему школу. Выходя замуж за него, знала, что он простой человек, без средств и богатств, имеющий только работу, а потом стала предъявлять к нему завышенные финансовые требования. Все ее действия были направлены именно на требования денег на воспитание сына, пыталась переложить все расходы полностью лишь на него, забывая при этом, что и она как его мать,также должна была нести расходы по его содержанию. Она всегда брала все деньги, подарки отего родителей, которые не делали без его ведома, он тоже всегда вкладывал свои материальные средства. В суде на неудобные вопросы адвоката Г. истец ФИО1 пояснила, что не препятствовала общению с бабушкой и дедушкой, но при этом, выявилось, что она писала жалобы на учителя за то, что та разрешила бабушке и дедушке поговорить с внуком. Несколько раз в суде истица ФИО1 заявляла, что не препятствовала общению бабушки и дедушки с сыном, укрывая от суда тот факт, что Я., являющийся еще сожителем истца, будучи сотрудником милиции, приехал в момент приезда бабушки и дедушки к ребенку, не дал им встретиться с ним, хотя якобы она «не запрещала». Более того, этот будущий муж потребовал от бабушки с дедушкой письменное разрешение на общение с внуком. Сам по себе факт обращения в суд с требованием об определении порядка общению с ребенком уже подтверждает тот факт, что истец ФИО1 всячески строила преграды для общения с ребенком не только ему, но и даже его родителям. В суде она сообщила, что разрешила ребенку общаться с бабушкой и дедушкой, потому что они просили это через суд, а ответчик нигде и ничего не просил, следовательно, даже правана общение с сыном у него нет, раз он в суд не обратился. Также довод истца, что ответчик не приезжал к ним, и, следовательно, не общался с ребенком, является абсурдным. Просил суд критически оценить доказательство представленное стороной истца в суде - а именно анкету, предоставляемую гражданином РФ в пункт отбора при поступлении на военную службу по контракту, где в графе «отец» О. указал отчима. Сын ему рассказывал, чтобы он не обижался за это, так как в данном документе он был обязан написать факт привлечения к уголовной ответственности своего настоящего отца, то есть его, что могло, как он считал, повлиять на решение о том, возьмут ли его на службу по контракту или нет. В связи с данным обстоятельством он отцом указал отчима Я., так как тот был не судим. Уголовное дело по ст. 157 УК РФ на него возбуждено из-за многочисленных жалоб ФИО1 в связи с неприязненными отношениями к нему. Также ФИО1 хотела лишить его родительских прав в отношении сына О., но суд разобрался и отказал ей в таком иске. Еще до суда ФИО1 сделала публикации в интернете, написала, что одна воспитывала сына, скрыв от людей, как она втихаря уехала от мужа к маме, про помощь моих родителей. Также она утаила от интернет-читателей, что сын 4 года жил и учился в <адрес>, жил в квартире его родителей, и они с сыном не могли не видеться. Сын вынужден был не говорить матери про отца, про общение с ним, так как она не позволяла им видеться. В интернете люди писали, что отец «гад», и прочие мерзости, тем самым ФИО1 унизила его. Все детство сына ФИО1 прятала сына от него, не позволяла сыну видеться с ним, и продолжает это делать даже после его гибели. Он хочет лишь восстановить свое право быть отцом сына О. и до и после его гибели. Истец в обоснование иска ссылается на отсутствие телефонных звонков между ним и сыном. Они с сыном жили в одном городе, в одной квартире, имели личное общение. Сидя рядом друг с другом не было необходимости звонить по телефону. О. общался не только с ним, но и с его вторым сыном, участвовал в его жизни, был на его крестинах, приходил на дни рождения, об этом есть общие фотографии. В судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 пояснила, что перед похоронами она позвонила ему, сообщила о случившемся. Значит, на тот момент она считала его отцом сына О.. Желание вычеркнуть ответчика появилось лишь после того, как ФИО1 узнала о предстоящих выплатах в виде единовременного пособия, страховой суммы и выплаты семье погибшего, которые она частично получила и распорядилась одна. Ради денег истец ФИО1 ничем не гнушается, готова сына лишить отца. Он был и останется отцом своего сына О., который носит его фамилию, его отчество.

Представитель ответчика ФИО2 заявленные требования считал необоснованными, пояснив, что никогда связь между ребенком и отцом не терялась, ФИО2 всегда содержал ребенка. ФИО2 фактически выплачивал алименты на содержание ребенка, на момент совершеннолетия долга перед взыскателем у ФИО2 не имелось. Кроме этого, дополнительноеженедельно, ежемесячно ФИО2 с родителями ездили к ребенку, дарили подарки и продукты питания. По фактическим обстоятельствам дела ФИО2 всегда старался заниматься нравственным развитием и материальным обеспечением ребенка. ФИО1 препятствовала общению, как ФИО2, так и бабушке с дедушкой. Истец сама сообщила суду о том, что О. в школьные годы, когда стал осознанным, начал называть отцом ФИО2, но не своего отчима. В школьные годы, несмотря на то, что проживал в другом населенном пункте, О. садился в автобус междугороднего сообщения и приезжал именно к отцу и семье своего отца. Поэтому оснований для лишения его страховых выплат и других выплат в связи со смертью сына не имеется.

Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора - представитель Департамента социальных гарантий Министерства обороны Российской Федерации при наличии надлежащего извещения о времени и месте рассмотрения дела в суд не явился, в заявлении указал, что родители погибшего военнослужащего имеют право на получение предусмотренной Указом Президента РФ от 05.03.2022 № 98 единовременной выплаты. По информации, полученной в рабочем порядке от ОСК Северного флота, единовременная выплата, установленная Указом Президента РФ от 05.03.2022 № 98 «О дополнительных социальных гарантиях военнослужащим, …и членам их семей», перечислена ДД.ММ.ГГГГ только матери погибшего военнослужащего О. в размере 2500000 рублей (том 1, л.д. 53-54, 76, 81,82-83).

Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора - представитель 80-ой арктической отдельной мотострелковой бригады войсковой части №, надлежащим образом извещенный о времени и месте судебного заседания, в суд не явился, просил рассмотреть дело без его участия, исковые требования удовлетворить (л.д. 51, 79).

Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора - представитель АО «СОГАЗ» надлежащим образом извещенный о времени и месте судебного заседания, в суд не явился, просил рассмотреть дело без его участия, в письменных пояснениях указал, что ДД.ММ.ГГГГ между Министерством обороны Российской Федерации и АО «СОГАЗ» заключен государственный контракт № на оказание услуг по обязательному государственному страхованию в ДД.ММ.ГГГГ-ДД.ММ.ГГГГ годах жизни и здоровья военнослужащих, граждан, призванные на военные сборы, отчисленных с военных сборов или окончивших военные сборы, в течение одного года после окончания военной службы, отчисления с военных сборов или окончания военных сборов. По факту гибели военнослужащего О., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, погибшего ДД.ММ.ГГГГ, в АО «СОГАЗ» на ДД.ММ.ГГГГ заявлений о выплате страховой суммы единовременного пособия не поступало, соответственно выплат никому не производилось (том 1, л.д. 56-57).

Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора - представитель Министерства обороны Российской Федерации, надлежащим образом извещенный о времени и месте судебного заседания, в суд не явился.

Третье лицо - представитель Департамента военно-экономического анализа Министерства обороны Российской Федерации надлежащим образом извещенный о времени и месте судебного заседания, в суд не явился, представил сведения о том, что по информации АО «СОГАЗ», доли страховой суммы и единовременного пособия, причитающиеся отцу погибшего О., зарезервированы до получения вступившего в законную силу решения суда об исключении его из числа лиц, имеющих право на получение страховой выплаты и единовременного пособия по случаю гибели военнослужащего (том 1, л.д. 85).

Выслушав участвующих в деле лиц, свидетелей, заключение прокурора, изучив письменные доказательства на основе относимости, допустимости, достоверности каждого доказательства в отдельности, а также достаточности и взаимной связи доказательств в их совокупности, суд приходит к следующему.

Судом установлено, что истец ФИО2 с ДД.ММ.ГГГГ состояла в браке с ответчиком ФИО2

О., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, является сыном ФИО2 и ФИО1 (том 1, л.д. 46).

Решением мирового судьи судебного участка № 1 г. Шумерля Чувашской Республики от ДД.ММ.ГГГГ брак, заключенный между ФИО2 и ФИО1 расторгнут, сын О. оставлен на проживание с матерью ФИО1 (том 1, л.д. 15).

На основании исполнительного листа № №, выданного мировым судьей судебного участка № 1 г. ФИО3 ДД.ММ.ГГГГ с ФИО2 в пользу ФИО1 были взысканы алименты на содержание несовершеннолетнего О. в размере 1/4 части заработной платы и иных доходов (том 1 л.д. 212-213).

Согласно записи акта о смерти отдела записи актов гражданского состояния <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ № дата смерти О. - ДД.ММ.ГГГГ, причина смерти - травматический гемопневмоторакс, открытая рана других отделов грудной клетки, военные операции, вызвавшие повреждение другими видами взрывов и осколками. Смерть наступила в период прохождения действительной военной службы. Место смерти - <адрес> (том 1, л.д. 46).

Таким образом, ДД.ММ.ГГГГ О. погиб в период прохождения военной службы в Вооруженных Силах Российской Федерации (том 1, л.д.46).

ФИО1, ссылаясь на то, что ФИО2 участия в жизни, воспитании и содержании сына не принимал, обратилась в суд с настоящим иском.

Разрешая спор, суд принимает во внимание, что Российская Федерация - это социальное государство, политика которого направлена на создание условий, обеспечивающих достойную жизнь и свободное развитие человека. В Российской Федерации охраняется труд и здоровье людей, устанавливается гарантированный минимальный размер оплаты труда, обеспечивается государственная поддержка семьи, материнства, отцовства и детства, инвалидов и пожилых граждан, развивается система социальных служб, устанавливаются государственные пенсии, пособия и иные гарантии социальной защиты (статья 7 Конституции Российской Федерации). Каждому гарантируется социальное обеспечение по возрасту, в случае болезни, инвалидности, потери кормильца, для воспитания детей и в иных случаях, установленных законом (часть 1 статьи 39 Конституции Российской Федерации).

Пунктом 1 статьи 969 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что в целях обеспечения социальных интересов граждан и интересов государства законом может быть установлено обязательное государственное страхование жизни, здоровья и имущества государственных служащих определенных категорий.

Обязательное государственное страхование осуществляется непосредственно на основании законов и иных правовых актов о таком страховании указанными в этих актах государственными страховыми или иными государственными организациями (страховщиками) либо на основании договоров страхования, заключаемых в соответствии с этими актами страховщиками и страхователями (пункт 2 названной статьи).

Согласно пункту 2 статьи 1 Федерального закона от 27 мая 1998 года № 76-ФЗ «О статусе военнослужащих» военнослужащие обладают правами и свободами человека и гражданина с некоторыми ограничениями, установленными названным федеральным законом, федеральными конституционными законами и федеральными законами. На военнослужащих возлагаются обязанности по подготовке к вооруженной защите и вооруженная защита Российской Федерации, которые связаны с необходимостью беспрекословного выполнения поставленных задач в любых условиях, в том числе с риском для жизни. В связи с особым характером обязанностей, возложенных на военнослужащих, им предоставляются социальные гарантии и компенсации.

Военнослужащие и граждане, призванные на военные сборы, подлежат обязательному государственному личному страхованию за счет средств федерального бюджета. Основания, условия и порядок обязательного государственного личного страхования указанных военнослужащих и граждан устанавливаются федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации (пункт 1 статьи 18 Федерального закона от 27 мая 1998 года № 76-ФЗ «О статусе военнослужащих»).

Условия и порядок осуществления обязательного государственного страхования жизни и здоровья военнослужащих и иных приравненных к ним лиц определены в Федеральном законе от 28 марта 1998 г. № 52-ФЗ «Об обязательном государственном страховании жизни и здоровья военнослужащих, граждан, призванных на военные сборы, лиц рядового и начальствующего состава органов внутренних дел Российской Федерации, Государственной противопожарной службы, сотрудников учреждений и органов уголовно-исполнительной системы, сотрудников войск национальной гвардии Российской Федерации», исходя из положений статьи 1 которого к застрахованным лицам по обязательному государственному страхованию относятся и военнослужащие, за исключением военнослужащих, военная служба по контракту которым в соответствии с законодательством Российской Федерации приостановлена.

ДД.ММ.ГГГГ между Министерством обороны Российской Федерации и страховой организацией открытым акционерным обществом «Страховое общество газовой промышленности» был заключен государственный контракт на оказание услуг по обязательному государственному страхованию жизни и здоровья военнослужащих Вооруженных Сил Российской Федерации и граждан, призванных на военные сборы, для нужд Министерства обороны Российской Федерации в ДД.ММ.ГГГГ - ДД.ММ.ГГГГ годах (далее - государственный контракт от ДД.ММ.ГГГГ), предметом которого являлось обязательное государственное страхование в ДД.ММ.ГГГГ - ДД.ММ.ГГГГ жизни и здоровья застрахованных лиц, указанных в пункте 3.1 данного контракта (пункт 1.1 государственного контракта от 12 января 2015 г.) - том 1, л.д. 61-67.

Пунктом 3.1 государственного контракта от 27 октября 2021 года предусматривалось, что застрахованными лицами по контракту являются военнослужащие (за исключением военнослужащих, военная служба по контракту которым в соответствии с законодательством Российской Федерации приостановлена), граждане, призванные на военные сборы, отчисленные с военных сборов или окончившие военные сборы в течение одного года после окончания военной службы, службы, отчисления с военных сборов или окончания военных сборов (далее - застрахованные лица).

Страховым случаем при осуществлении обязательного государственного страхования является, в том числе гибель застрахованного лица в период прохождения военной службы, военных сборов (подпункт 5.1.1 пункта 5.1 государственного контракта от 12 января 2015 г.).

Согласно пункту 3.3 государственного контракта от ДД.ММ.ГГГГ выгодоприобретателями по обязательному государственному страхованию являются застрахованные лица, а в случае гибели (смерти) застрахованного лица, - в том числе следующие лица: родители (усыновители) застрахованного лица.

В случае гибели (смерти) застрахованного лица в период прохождения военной службы, военных сборов либо до истечения одного года после увольнения с военной службы, после отчисления с военных сборов или окончания военных сборов вследствие увечья (ранения, травмы, контузии) или заболевания, полученных в период прохождения военной службы, военных сборов, выгодоприобретателям выплачивается страховая сумма в размере 2854292 рублей 35 копеек в равных долях (размер страховой суммы определяется в соответствии с пунктом 2 статьи 5 Федерального закона от 28 марта 1998 г. № 52-ФЗ с учетом индексации на начало срока действия контракта) (подпункт 6.2.1 пункта 6.2 государственного контракта от ДД.ММ.ГГГГ).

О. являлся застрахованным лицом по государственному контракту от ДД.ММ.ГГГГ

В случае смерти (гибели) застрахованного лица выгодоприобретателями по обязательному государственному страхованию являются в том числе родители (усыновители) застрахованного лица (абзац третий пункта 3 статьи 2 Федерального закона от 28 марта 1998 г. № 52-ФЗ).

Также во исполнение условий раздела 18 государственного контракта между Министерством обороны РФ и АО «СОГАЗ» заключено Соглашение об осуществлении в ДД.ММ.ГГГГ-ДД.ММ.ГГГГ выплат единовременных пособий военнослужащим Вооруженных Сил Российской Федерации, гражданам, призванным на военные сборы, и членам их семей. Предметом соглашения является осуществление в ДД.ММ.ГГГГ-ДД.ММ.ГГГГ выплат военнослужащим Вооруженных Сил Российской Федерации, гражданам, призванным на военные сборы, и членам их семей единовременных пособий, предусмотренных частями 8 и 12 статьи 3 Федерального закона от 07.11.2011 № 306-ФЗ «О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат» (том 1, л.д. 68-74).

Федеральным законом от 7 ноября 2011 г. № 306-ФЗ «О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат» также установлены отдельные виды выплат в случае гибели (смерти) военнослужащих и согласно пункту 2 части 11 статьи 3 данного Федерального закона членами семьи военнослужащего, гражданина, призванного на военные сборы, или инвалида вследствие военной травмы, имеющими право на получение единовременного пособия, предусмотренного частью 8 данной статьи, и ежемесячной денежной компенсации, установленной частями 9 и 10 этой же статьи, независимо от нахождения на иждивении погибшего (умершего, пропавшего без вести) кормильца или трудоспособности считаются, в том числе родители военнослужащего, гражданина, призванного на военные сборы, или инвалида вследствие военной травмы, размер единовременного пособия составляет 3000000 рублей.

Дополнительно Указом Президента РФ от 05 марта 2022 года № 98 «О дополнительных социальных гарантиях военнослужащим, лицам, проходящим службу в войсках национальной гвардии Российской Федерации, и членам их семей» предусмотрены выплата единовременного пособия в размере 5000000 рублей, в том числе членам семей военнослужащих, принимавших участие в специальной военной операции на территориях Донецкой Народной Республики, Луганской Народной Республики и Украины, либо смерти указанных военнослужащих до истечения одного года со дня их увольнения с военной службы (службы), наступившей вследствие увечья (ранения, травмы, контузии) или заболевания, полученных ими при исполнении обязанностей военной службы (службы).

Согласно пункту 2 части 11 статьи 3 Федерального закона от 7 ноября 2011 года № 306-ФЗ членами семьи военнослужащего, гражданина, призванного на военные сборы, гражданина, пребывавшего в добровольческом формировании, или инвалида вследствие военной травмы, гражданина, ставшего инвалидом вследствие увечья (ранения, травмы, контузии) или заболевания, полученных в связи с исполнением обязанностей по контракту о пребывании в добровольческом формировании, имеющими право на получение единовременного пособия, предусмотренного частью 8 данной статьи, и ежемесячной денежной компенсации, установленной частями 9 и 10 данной статьи, независимо от нахождения на иждивении погибшего (умершего, пропавшего без вести) кормильца или трудоспособности считаются, в том числе родители военнослужащего.

Военная служба, как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, представляет собой особый вид государственной службы, непосредственно связанной с обеспечением обороны страны и безопасности государства и, следовательно, осуществляемой в публичных интересах; лица, несущие такого рода службу, выполняют конституционно значимые функции: военнослужащий принимает на себя бремя неукоснительно, в режиме жесткой военной дисциплины исполнять обязанности военной службы, которые предполагают необходимость выполнения поставленных задач в любых условиях, в том числе сопряженных со значительным риском для жизни и здоровья.

Этим определяется особый правовой статус военнослужащих, проходящих военную службу как по призыву, так и в добровольном порядке по контракту, содержание и характер обязанностей государства по отношению к ним и их обязанностей по отношению к государству, что - в силу Конституции Российской Федерации, в частности ее статей 2, 7, 39 (части 1 и 2), 41 (часть 1), 45 (часть 1), 59 (части 1 и 2) и 71 (пункты «в», «м»), - обязывает государство гарантировать им материальное обеспечение и компенсации в случае причинения вреда их жизни или здоровью в период прохождения военной службы (постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 26 декабря 2002 года № 17-П, от 20 октября 2010 года № 18-П, от 17 мая 2011 года № 8-П, от 19 мая 2014 года № 15-П, от 17 июля 2014 года № 22-П, от 19 июля 2016 года № 16-П).

В случае гибели военнослужащего при исполнении воинского долга или смерти вследствие ранения, травмы, контузии, полученных при исполнении обязанностей военной службы, Российская Федерация как социальное государство принимает на себя обязательства по оказанию социальной поддержки членам его семьи, исходя из того, что их правовой статус произволен от правового статуса самого военнослужащего и обусловлен спецификой его служебной деятельности.

Публично-правовой механизм возмещения вреда, причиненного гибелью (смертью) военнослужащего, наступившей при исполнении им обязанностей военной службы, в том числе по призыву, членам его семьи в настоящее время включает в себя, в частности, пенсионное обеспечение в виде пенсии по случаю потери кормильца, назначаемой и выплачиваемой в соответствии с пенсионным законодательством Российской Федерации (пункт 1 статьи 25 Федерального закона от 27 мая 1998 года № 76-ФЗ «О статусе военнослужащих»), и страховое обеспечение по государственному страхованию жизни и здоровья военнослужащих (пункт 3 статьи 2, статья 4 и пункт 2 статьи 5 Федерального закона от 28 марта 1998 года № 52-ФЗ «Об обязательном государственном страховании жизни и здоровья военнослужащих, граждан, призванных на военные сборы, лиц рядового и начальствующего состава органов внутренних дел Российской Федерации, Государственной противопожарной службы, сотрудников учреждений и органов уголовно-исполнительной системы, сотрудников войск национальной гвардии Российской Федерации»).

К элементам публично-правового механизма возмещения вреда, причиненного членам семьи военнослужащего в связи с его гибелью (смертью) при исполнении обязанностей военной службы, относятся и такие меры социальной поддержки, как единовременное денежное пособие и ежемесячная денежная компенсация, предусмотренные частями 8 - 10 статьи 3 Федерального закона от 7 ноября 2011 года № 306-ФЗ «О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат».

Таким образом, установленная федеральным законодателем система социальной защиты членов семей военнослужащих, погибших при исполнении обязанностей военной службы, направлена на максимально полную компенсацию связанных с их гибелью материальных потерь. При определении круга членов семьи погибшего (умершего) военнослужащего, имеющих право на названные выплаты, федеральный законодатель, действуя в рамках своих дискреционных полномочий, исходил, в частности, из целевого назначения данных выплат, заключающегося в восполнении материальных потерь, связанных с утратой возможности для этих лиц как членов семьи военнослужащего получать от него, в том числе в будущем, соответствующее содержание.

Такое правовое регулирование, гарантирующее родителям военнослужащих, погибших при исполнении обязанностей военной службы (сотрудников органов внутренних дел, погибших при исполнении служебных обязанностей), названные выплаты, имеет целью не только восполнить связанные с этим материальные потери, но и выразить от имени государства признательность гражданам, вырастившим и воспитавшим достойных членов общества - защитников Отечества (постановления Конституционного Суда РФ от 17 июля 2014 г. № 22-П, от 19 июля 2016 г. № 16-П).

Из приведенных нормативных положений и правовой позиции Конституционного Суда РФ следует, что законодатель, гарантируя военнослужащим, выполняющим конституционно значимые функции, связанные с обеспечением обороны страны и безопасности государства, общественного порядка, законности, прав и свобод граждан, материальное обеспечение и компенсации в случае причинения вреда их жизни или здоровью, установил и систему мер социальной поддержки членов семьи военнослужащих, погибших при исполнении обязанностей военной службы.

К числу таких мер относятся страховое обеспечение по государственному страхованию жизни и здоровья военнослужащих, единовременное денежное пособие, ежемесячная денежная компенсация, которые подлежат выплате в том числе родителям военнослужащего в случае его гибели (смерти) при исполнении обязанностей военной службы. Цель названных выплат - компенсировать лицам, в данном случае родителям, которые длительное время надлежащим образом воспитывали военнослужащего, содержали его до совершеннолетия и вырастили достойного защитника Отечества, нравственные и материальные потери, связанные с его гибелью при выполнении обязанностей военной службы, осуществляемой в публичных интересах.

Исходя из целей названных выплат, а также принципов равенства, справедливости и соразмерности, принципа недопустимости злоупотребления правом как общеправового принципа, выступающих в том числе критериями прав, приобретаемых на основании закона, указанный в нормативных правовых актах, в данном случае в статье 5 Федерального закона от 28 марта 1998 года № 52-ФЗ и в статье 3 Федерального закона от 7 ноября 2011 года № 306-ФЗ, круг лиц, имеющих право на получение мер социальной поддержки в случае гибели военнослужащего при исполнении обязанностей военной службы, среди которых родители такого военнослужащего, не исключает различий в их фактическом положении и учета при определении наличия у родителей погибшего военнослужащего права на меры социальной поддержки в связи с его гибелью их действий по воспитанию, физическому, умственному, духовному, нравственному, социальному развитию и материальному содержанию такого лица и имеющихся между ними фактических родственных и семейных связей.

Согласно статье 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод каждый имеет право на уважение его личной и семейной жизни, его жилища и его корреспонденции.

Семейная жизнь в понимании статьи 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод охватывает существование семейных связей как между супругами, так и между родителями и детьми, в том числе совершеннолетними, между другими родственниками.

Конвенция о правах ребенка (одобрена Генеральной Ассамблеей ООН 20 ноября 1989 г.) возлагает на родителя (родителей) или других лиц, воспитывающих ребенка, основную ответственность за обеспечение в пределах своих способностей и финансовых возможностей условий жизни, необходимых для его развития (пункт 1 статьи 18, пункт 2 статьи 27).

Статьей 38 Конституции Российской Федерации и корреспондирующими ей нормами статьи 1 Семейного кодекса Российской Федерации предусмотрено, что семья, материнство, отцовство и детство в Российской Федерации находятся под защитой государства.

Забота о детях, их воспитание - равное право и обязанность родителей (часть 2 статьи 38 Конституции Российской Федерации).

Семейное законодательство исходит из необходимости укрепления семьи, построения семейных отношений на чувствах взаимной любви и уважения, взаимопомощи и ответственности перед семьей всех ее членов, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в дела семьи, обеспечения беспрепятственного осуществления членами семьи своих прав, возможности судебной защиты этих прав (пункт 1 статьи 1 Семейного кодекса Российской Федерации).

Родители имеют равные права и несут равные обязанности в отношении своих детей (родительские права) (пункт 1 статьи 61 Семейного кодекса Российской Федерации).

Родители имеют право и обязаны воспитывать своих детей. Родители несут ответственность за воспитание и развитие своих детей. Они обязаны заботиться о здоровье, физическом, психическом, духовном и нравственном развитии своих детей (абзацы первый и второй пункта 1 статьи 63 Семейного кодекса Российской Федерации).

Родитель, проживающий отдельно от ребенка, имеет право на общение с ребенком, участие в его воспитании и решении вопросов получения ребенком образования (пункт 1 статьи 66 Семейного кодекса Российской Федерации).

Родитель, проживающий отдельно от ребенка, имеет право на получение информации о своем ребенке из воспитательных учреждений, медицинских организаций, организаций социального обслуживания и аналогичных организаций. В предоставлении информации может быть отказано только в случае наличия угрозы для жизни и здоровья ребенка со стороны родителя.

Отказ в предоставлении информации может быть оспорен в судебном порядке (пункт 4 статьи 66 Семейного кодекса Российской Федерации в редакции Федеральных законов от 24 апреля 2008 г. N 49-ФЗ, от 25 ноября 2013 г. N 317-ФЗ, от 28 ноября 2015 г. N 358-ФЗ, действовавшей на момент возникновения спорных отношений).

Согласно абзацу второму статьи 69 Семейного кодекса Российской Федерации родители (один из них) могут быть лишены родительских прав, если они уклоняются от выполнения обязанностей родителей, в том числе при злостном уклонении от уплаты алиментов.

Пунктом 1 статьи 71 Семейного кодекса Российской Федерации предусмотрено, что родители, лишенные родительских прав, теряют все права, основанные на факте родства с ребенком, в отношении которого они были лишены родительских прав, в том числе право на получение от него содержания (статья 87 Кодекса), а также право на льготы и государственные пособия, установленные для граждан, имеющих детей.

В Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 14 ноября 2017 г. N 44 "О практике применения судами законодательства при разрешении споров, связанных с защитой прав и законных интересов ребенка при непосредственной угрозе его жизни или здоровью, а также при ограничении или лишении родительских прав" (далее - постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 14 ноября 2017 г. N 44) разъяснено, что Семейный кодекс Российской Федерации, закрепив приоритет в воспитании детей за их родителями, установил, что родительские права не могут осуществляться в противоречии с интересами ребенка; при осуществлении родительских прав родители не вправе причинять вред физическому и психическому здоровью детей, их нравственному развитию, а способы воспитания детей должны исключать пренебрежительное, жестокое, грубое, унижающее человеческое достоинство обращение, оскорбление или эксплуатацию детей (пункт 1 статьи 62, пункт 1 статьи 65 Семейного кодекса Российской Федерации). Родители, осуществляющие родительские права в ущерб правам и интересам ребенка, могут быть ограничены судом в родительских правах или лишены родительских прав (пункт 1 статьи 65, статьи 69, 73 Семейного кодекса Российской Федерации) (абзацы первый, второй пункта 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 14 ноября 2017 г. № 44).

Лишение родительских прав является крайней мерой ответственности родителей, которая применяется судом только за виновное поведение родителей по основаниям, указанным в статье 69 Семейного кодекса Российской Федерации, перечень которых является исчерпывающим (абзац первый пункта 13 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 14 ноября 2017 г. N 44).

В пункте 16 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 14 ноября 2017 г. № 44 даны разъяснения о том, что в соответствии со статьей 69 Семейного кодекса Российской Федерации родители (один из них) могут быть лишены судом родительских прав, если они уклоняются от выполнения обязанностей родителей, в том числе при злостном уклонении от уплаты алиментов.

Уклонение родителей от выполнения своих обязанностей по воспитанию детей может выражаться в отсутствии заботы об их здоровье, о физическом, психическом, духовном и нравственном развитии, обучении.

Разрешая вопрос о том, имеет ли место злостное уклонение родителя от уплаты алиментов, необходимо, в частности, учитывать продолжительность и причины неуплаты родителем средств на содержание ребенка.

О злостном характере уклонения от уплаты алиментов могут свидетельствовать, например, наличие задолженности по алиментам, образовавшейся по вине плательщика алиментов, уплачиваемых им на основании нотариально удостоверенного соглашения об уплате алиментов или судебного постановления о взыскании алиментов; сокрытие им действительного размера заработка и (или) иного дохода, из которых должно производиться удержание алиментов; розыск родителя, обязанного уплачивать алименты, ввиду сокрытия им своего места нахождения; привлечение родителя к административной или уголовной ответственности за неуплату средств на содержание несовершеннолетнего (часть 1 статьи 5.35.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, часть 1 статьи 157 Уголовного кодекса Российской Федерации) (подпункт "а" пункта 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 14 ноября 2017 г. N 44).

Из приведенных положений семейного законодательства в их взаимосвязи с нормативными предписаниями Конвенции о защите прав человека и основных свобод и Конвенции о правах ребенка, а также из разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что семейная жизнь предполагает наличие тесной эмоциональной связи между ее членами, в том числе между родителями и детьми, взаимную поддержку и помощь членов семьи, ответственность перед семьей всех ее членов. При этом основной обязанностью родителей в семье является воспитание, содержание, защита прав и интересов детей. Поскольку родители несут одинаковую ответственность за воспитание и развитие ребенка, данная обязанность должна выполняться независимо от наличия или отсутствия брака родителей, а также их совместного проживания. Невыполнение по вине родителей родительских обязанностей, в том числе по содержанию детей, их материальному обеспечению, может повлечь для родителей установленные законом меры ответственности, среди которых лишение родительских прав. В числе правовых последствий лишения родительских прав - утрата родителем (родителями) права на льготы и государственные пособия, установленные для граждан, имеющих детей.

Таким образом, права родителя, в том числе на получение различных государственных пособий и выплат, основанных на факте родства с ребенком, не относятся к числу неотчуждаемых прав гражданина, поскольку законом предусмотрена возможность лишения гражданина такого права в случае уклонения от выполнения им обязанностей родителя.

Ввиду изложенного, а также с учетом целей правового регулирования мер социальной поддержки, предоставляемых родителям военнослужащего в случае его гибели (смерти) в период прохождения военной службы, направленных на возмещение родителям, которые длительное время надлежащим образом воспитывали военнослужащего, содержали его до совершеннолетия и вырастили защитником Отечества, нравственных и материальных потерь, связанных с его гибелью (смертью), лишение права на получение таких мер социальной поддержки возможно при наличии обстоятельств, которые могли бы служить основаниями к лишению родителей родительских прав, в том числе в случае злостного уклонения родителя от выполнения своих обязанностей по воспитанию и содержанию ребенка.

В связи с изложенным обстоятельствами, имеющими значение для правильного разрешения спора по настоящему иску, являются: принимал ли ФИО2 какое-либо участие в воспитании сына О., оказывал ли ему моральную, физическую, духовную поддержку, содержал ли сына материально, включая уплату алиментов на его содержание, предпринимал ли ФИО2 какие-либо меры для создания сыну О. условий жизни, необходимых для его развития, имелись ли между ФИО2 и сыном О. фактические семейные и родственные связи.

Так, ФИО1 в обоснование своих требований о признании отсутствующим у ФИО2 права на вышеуказанные выплаты приводила доводы о том, что ФИО2 недостоин быть получателем страховой суммы в связи с гибелью в период прохождения военной службы их сына О., поскольку он самоустранился от общения с сыном, никогда не принимал участия в воспитании сына, не оказывал материальной поддержки, алименты выплачивал в незначительном размере лишь в принудительном порядке, когда грозила предусмотренная законом ответственность, постоянно росла задолженность по алиментам, приговором мирового судьи от ДД.ММ.ГГГГ осужден за совершение преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 157 УК РФ. Однако и в последующем ФИО2 должных выводов для себя не сделал, не участвовал в жизни ребенка, не оказывал должного материального содержания.

В ходе рассмотрения дела установлено, что после расторжения брака стороны в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ проживали в <адрес>.

Из имеющейся в деле справки, выданной заведующей МБДОУ «Детский сад № 14» г. Канаш Чувашской Республики от ДД.ММ.ГГГГ следует, что О., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, действительно был воспитанником данного учреждения с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. В период посещения дошкольного учреждения, воспитанника приводили и забирали папа ФИО2, бабушка Ж., дедушка Х. (том 1, л.д. 96).

Также в качестве доказательств, подтверждающих заявленные требования, истцом представлены свидетельские показания Ц., Ф., З., Ш., И., Е., Т., Л., У.

Допрошенный в судебном заседании свидетель Ц., являющаяся директором центра детского творчества в <адрес>, суду пояснила, что О. выступал в студии акробатики, затем в хореографической студии «Росинка». Она видела выступление мальчика, маму, которая переодевает, помогает ребятам. Чаще всего во всех мероприятиях детей принимают участие мамы, одевают, обувают, провожают, но не исключено и участие отцов. Отец О. на концертные мероприятия, на конкурсы, на мероприятия, посвященные дню защитника Отечества к 23 февраля, ни разу не появлялся. Она впоследствии узнала, что О. воспитывался отчимом. Отец уже в то время в его судьбе в <адрес> участие не принимал. О. говорил, что у него есть очень хорошая бабушка в <адрес>. В ДД.ММ.ГГГГ О. окончил 9 классов и переехал в <адрес>.

Свидетель Ф. суду показала, что она примерно один раз в две недели посещала свою племянницу - истца ФИО1 во время проживания последней в <адрес>. В ее присутствии ФИО2 после расторжения брака два раза приезжал видеться с сыном. ФИО1 выходила к нему, и потом ей сказала, что ФИО2 был пьяным, поэтому сына она не дала. Бабушке и дедушке со стороны ФИО2 препятствий видеться с О. в школьные годы не было. Платил ли ФИО2 алименты на содержание сына, ей неизвестно.

Свидетель З. в судебном заседании пояснила, что вместе с О. четыре года, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, училась в Чебоксарском медицинском колледже в филиале в <адрес>. Она была старостой группы, и с О. плотно общалась, они с ним делились личным, сокровенным. Он рассказывал, что отец в Москве работает, он им привозил тайские сушеные продукты, вещи, потом при разговоре по телефону назвал его О.. В тот момент она подумала, что странно, если он Е., отец должен быть Е.А., а он сказал О.. На ее вопросы О. пояснил, что это отчим. С того момента он начал разделять - отчим и отец. О. жил с бабушкой, дедушкой. В ДД.ММ.ГГГГ года с <данные изъяты> часов утра до часу дня она была у него дома, так как О. ей помогал писать курсовую работу. Дома находилась бабушка. Когда она спросила у О. про отца, он сказал, что отец должен алименты и все, больше ничего не рассказывал. Он говорил, что не общается с ним, как отец и сын, не видится. Они общались с ним вплоть до его смерти, когда он был на <адрес>. Отца она увидела впервые на похоронах.

Свидетель Ш. суду показала, что в июне ДД.ММ.ГГГГ или ДД.ММ.ГГГГ на день рождения старшей дочери приходили ФИО2 с двумя сыновьями. О. эмоционально рассказывал, как он собирается пойти на военную службу, как он сходил в военкомат. Он рассказал такой случай, что когда он заполнял анкету в военкомате, военком к нему немного придрался, потому что он в документах Я., супруга ФИО2, в одном месте указал отцом, а в другом месте - отчимом. И тогда О. ответил военкому, сказав, что отец не тот, который родил, а тот, кто воспитал. На что военком пожал руку и принял документы. Тогда ее поразило, насколько для своих <данные изъяты> лет, О. был взрослым, насколько он всю свою ситуацию в семье осознавал. Он рассказывал, какие планы строил, что он хотел поступить на военную службу, что он планировал попасть куда-то под <адрес> потому что в <адрес> у него родственник служил, что он планировал поступить на службу по своей специальности, так как он медик, обучался, закончил техникум медицинский, что он планировал быть полезным Родине. Со слов истца ей известно, что когда старшему сыну О. было два года, ФИО2 ушла от своего первого мужа из-за того, что супруг выпивал, поднимал руку на неё, денег не давал. Между ФИО1 и ее бывшим супругом ФИО2 были неприязненные отношения. ФИО2 она видела только на похоронах.

Допрошенный в судебном заседании свидетель Т., являющаяся уборщицей ООО «<данные изъяты>» по уборке домов 3 и 4 по <адрес>, пояснила, что на днях познакомилась с истцом ФИО1, которая по фото искала мужа, скрывающегося от нее, и случайно попала в ее квартиру, истец рассказала ей историю про сына. Она узнала на фото ФИО2, проживающего в <адрес>, которого видела неоднократно распивающего с мужчинами спиртные напитки напротив первого подъезда, Она ругала их, потому что они распивали спиртное и бутылки бросали, в то время, когда сын находился на войне. В то время когда ребёнок находился на войне и погиб, его папа очень хорошо пил и гулял. С детьми ФИО2 никогда не видела.

Свидетель И. в судебном заседании пояснила, что они жили на соседних улицах с истцом ФИО1 в д. <адрес>. Ей в основном со слов общей подруги А. известно о том, что когда ФИО2 вышла замуж, то они с мужем жили в пяти квартирах в <адрес>. Когда родился сын О., то мать истца приходила помогать, стирала вещи в ванной, потому что ФИО1 одной рукой не может работать. Об этом ФИО1 рассказывала С,, которая пересказывала ей (И.). Ей также известно о том, что когда ФИО2 работал в налоговой, получал хорошие деньги и не давал их ФИО1 Она помнит, что в <адрес> ФИО1 продавала газеты.

Допрошенная в судебном заседании свидетель Е. пояснила, что истец ФИО1 является подругой. Когда у них родились дети, они с ней стали тесно общаться, много времени проводили вместе, но ФИО1 была всегда одна. Она ни разу не видела ФИО2 ни с коляской, ни с супругой. Когда ФИО1 жила в <адрес>, подробности ее жизни неизвестны. ФИО1 приехала обратно в <адрес> и рассказывала ей, что ничего в жизни не поменялось, что также ФИО2 нехорошо себя вел, выпивал, как папа был никаким.

Свидетель Л. суду показала, что она проживает во втором подъезде <адрес>. ФИО2 со своей семьей стал проживать в квартире, расположенной в подъезде № <адрес> ЧР примерно с <данные изъяты> или она путает, так как точно не запомнила, поскольку она в последние годы проживает в первом подъезде, ухаживая за своей матерью.

Свидетель У. суду показал, что погибшего О. он знает с ДД.ММ.ГГГГ-ДД.ММ.ГГГГ, а в ДД.ММ.ГГГГ-ДД.ММ.ГГГГ он стал крестным О. С ДД.ММ.ГГГГ он (У.) проходит военную службу. На службу в армию О. пошел, взяв с него пример. За время общения он у О. по поводу отца не спрашивал. В ДД.ММ.ГГГГ О. прибыл в командировку в его часть. На вопросы его супруги о том, видел ли он своего отца, О. ответил, что видел 2 раза. О. вначале его (У.) брата называл отцом, потом - по имени. Ему известен случай, когда он услышал от брата о том, что ФИО2 в 2012 ДД.ММ.ГГГГ приезжал в Шумерлю к своему сыну, подробности он не расспрашивал.

Судом по ходатайству стороны ответчика были допрошены свидетели Ж., Д., Р., Т.Э., К., С.

Свидетель Ж., являющаяся матерью ответчика ФИО2, суду показала, что ФИО1 и ее сын ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ вступили в брак, о чем она узнала в последний момент. После заключения брака З-вы проживали в съемной квартире в <адрес>, потом родился О. Они приезжали к ним втроём, всё было хорошо, потом вдруг развелись. ФИО2 вернулся в <адрес>, трудоустроился на автовокзал. ФИО1 через два месяца приехала в <адрес>, здесь начали жить в съемной квартире, ребенок пошел в детский садик №, в основном ФИО2 провожал его в детский сад, а дедушка - забирал. Потом ФИО1 стала уезжать: «Я к маме, на выходные», но ее нет неделю, потом: «Я к маме», - ее нет месяц. Она уехала с ребенком и перестала приезжать, а сын все ждал, ждал, а когда поехал, вернувшись, сообщил о том, что ему не дали с ребенком пообщаться. После этого она поехали с мужем в д. Шумерля, вначале ФИО1 разрешала общаться с внуком, но сказала, что если ФИО2 еще раз приедет, то его посадят. Поэтому она попросила сына не ездить в д. Шумерля, указав, что она сама привезет ребенка в <адрес>, где ФИО2 будет общаться с сыном. Несколько раз она так делала, но в очередной раз ей не дали ребенка, вызвав полицию, прибывшим сотрудником полиции оказался будущий супруг истца ФИО1, о чем им было неизвестно. Они были вынуждены обратиться в суд. После ее обращения в орган опеки по вопросу того, что ребенок не посещает детский сад, что он не развивается, что он сидит только в деревне, ФИО1 начала водить ребенка по кружкам. По решению суда ей с мужем определили два раза в месяц видеть ребенка, в зимние каникулы, так как ребенок пошел в первый класс. Ни разу по решению суда ФИО1 не дала ребёнка. С ними к ребенку ездил также и ФИО2, но не подъезжал к дому, сидел в автомобиле либо смотрел издалека. Через какое-то время ФИО1 стала разрешать общаться с внуком О. на два часа, но ни разу они не опоздали после прогулок. Был случай, когда они с собой также взяли и племянницу, и по приезду к внуку семья ФИО1 впустила в дом только племянницу, а ей и мужу не разрешила общаться с внуком, и они два часа на морозе ждали, когда вернется племянница. Все, что необходимо ребенку, одежду, которые покупала, в том числе и за деньги ФИО2, она привозила своему внуку. ФИО2 платил алименты через судебных приставов, неоднократно она давала деньги (в том числе деньги ФИО2) непосредственно ФИО1, квитанции и расписки не оформляла, не считая нужным. Связь отца с сыном практически никогда не прерывалась. Потом ребенок стал постарше и начал приезжать на «газели» в <адрес> на выходные, на каникулы. Не часто он приезжал, может 2-3 раза в год, но отвозили они внука обратно на автомобиле вместе с ФИО2 Впоследствии ФИО1 позвонила и сообщила, что О. будет учиться в медицинском колледже в <адрес>, жить будет у них. Этому они были очень рады. Но позднее стало известно о том, что ФИО1 другим людям говорила, что О. будет учиться в <адрес>, где ему приобретена комната. Во время учебы они - Ж. с мужем, ФИО2, О. четыре года проживали по адресу: <адрес>, в это время был общий бюджет, зарплатная карта ФИО2 находилась в ее пользовании. Ни разу О. не пошел в грязной одежде, постель, вещи были чистыми, каждое утро она гладила халат, готовила завтрак, обед и ужин. Она уговаривала О. вначале отслужить срочную службу, но внук сказал, что на семейном совете решили, что он будет служить по контракту, потому что так сразу платят деньги, он будет деньги зарабатывать. Когда О. десять дней не выходил к ней на связь, она нашла номер телефона войсковой части, где ей сообщили о том, что внук участвует в спецоперации на Украине. Об этом она сообщила ФИО1, но последняя не поверила ей.

Допрошенный в судебном заседании свидетель Д. дала показания, аналогичные показаниям свидетеля Ж.

Свидетель Р. в судебном заседании показала, что когда она работала заместителем главного бухгалтера ОАО «Канашский автовокзал», ФИО2 пришел к ним работать инженером-электронщиком. Работал он хорошо, исправно отправлял алименты, о чем его бывшая супруга ФИО1 ежемесячно, приезжая в бухгалтерию, получала справки. Когда ФИО1 вернулась назад к мужу, О. устроили в детский сад, ФИО2 постоянно забирал сына из детского сада. Борьба за ребенка шла изначально. Когда ФИО1 уехала с сыном в Шумерлю, З-вы приезжали туда, но им очень часто не давали ребенка, были скандалы. ФИО2 не давали ребенка, потому что ФИО1 решила, что ему не нужно видеть ребенка. Они возвращались назад, расстроенные. Никто не уклонялся от воспитания О. Суд по обращению ФИО1 отказал в лишении родительских прав ФИО2, который продолжал работать, передавая алименты через судебных приставов. Был у него период, когда он не работал в связи с большим сокращением в налоговой инспекции с должности налогового инспектора. Она помнит даже, как бабушка с дедушкой попытались отправить ФИО1 почтовым переводом деньги, которые вернулись назад из-за того, что «мало прислали». У ФИО2 начались проблемы с работой, в связи с чем по решению суда его устроили в «Водоканал», где он, имея другую специальность, работал слесарем. ФИО2 опять была недовольна размером алиментов. Но и тогда ФИО2 пытался покупать всё, отправлять, З-вы ездили в <адрес>, покупали вещи, везли сыну сладости, поздравления. Когда О. исполнилось 15 лет, он приехал в <адрес> учиться, проживал вместе с бабушкой, дедушкой и отцом. ФИО2 и в это время принимал участие в жизни сына - они вместе ремонтировали компьютер. ФИО2 всегда радовался успехам сына, какое бы место не занял О. Они (ФИО2 и О.) могли по часу разговаривать, могли по часу гулять, в этот период времени постоянно виделись. ФИО2 никогда не уклонялся от воспитания своего сына. Порядок общения с сыном ФИО2 не устанавливал, потому что было ясно сказано: «Посадим». Они решили, что ФИО2 будет видеться с сыном, когда будет приезжать ребенок в <адрес>. ФИО1 не давала общаться, и вдруг подарок сделала, привезла в 15 лет ребёнка в <адрес>. Для папы О. был светом в окне. Был тяжелый период в жизни ФИО2, но он осознал и стал зарабатывать, работать в муниципальном предприятии.

Свидетель Э., допрошенная в режиме видеоконференц-связи с Тихорецким городским судом <адрес>, суду показала, что О. обучался у нее в первом классе в Шумерлинской сельской школе Чувашской Республики в <адрес>. Ребенок пришел в школу, когда семья уже находилась в разводе. Впервые с проблемой семьи она столкнулась, когда дедушка и бабушка приехали навестить ребёнка в школу. Ей были сразу представлены документы, решение суда, что дедушка и бабушка имеют право посещать ребёнка и общаться с ребёнком, отец ФИО2 не был лишен родительских прав, поэтому он имел право беспрепятственно общаться с ребёнком. Общение проходило в присутствии педагога, что не нарушало законов, поэтому она не чинила никаких препятствий для общения отца, дедушки, бабушки с ребенком О.. ФИО2 приезжал четыре или пять раз, она точно не может сказать, дедушка с бабушкой приезжали чаще. Отец и сын общались с удовольствием, она не видела неприязненных отношений. Она как учитель не видела, чтобы ФИО2 обидел ребёнка, или чтобы ребёнок не хотел общаться с отцом. Один раз приезжала племянница вместе с отцом, бабушкой, дедушкой. Отец, и бабушка, и дедушка всегда приезжали с подарками, с вещами, с продуктами. Мать ФИО4 - ФИО1 очень негативно реагировала на эти встречи, не хотела общаться ни с бабушкой, ни с дедушкой. ФИО1 неоднократно обращалась в управление образования с жалобами на то, что она (Э.) устраивает встречи родственников с ребёнком. Ее вызывали в управление, предупреждали, что это плохо закончится, и в итоге ФИО1 перевела ребенка в другую школу. ФИО2 она характеризует как спокойного, адекватного человека. У мамы был какой-то конфликт интересов, непонятный ей. Мама всегда была взвинчена, раздражена этим общением. Она уговаривала ФИО1, объясняла, что ребёнок должен общаться и с теми, и другими родителями, но мама была категорически против общения ребёнка с бабушкой, дедушкой, отцом.

Свидетель Т. суду показала, что является соседкой семьи З-вых. Ей также известно о том, что ФИО2 и ФИО1 находятся в разводе. З-вы часто ездили в Шумерлю (ей об этом известно, так как она ездила с ними в Шумерлю к своей сестре), но ФИО1 прятала ребенка, убегала с сыном, не давала общаться с ребенком. З-вы для общения с ребенком обращались к классному руководителю О. ФИО2 проживал в квартире с родителями, в последние 4 года там также жил сын ФИО2, который по необходимости делал ей уколы. Отношения в семье между ФИО2 и О. были хорошими, как у отца с сыном, она видела, как ФИО2 с сыном сидели за компьютером или ужинали вместе. Когда О. окончил медицинское училище, приехал попрощаться и сообщил, что подписал контракт о военной службе.

Свидетель К., являющаяся лифтером МУП «Коммунальные услуги» суду подтвердила, что З-вы являются ее соседями по лестничной площадке, в квартире проживали Х., Ж., ФИО2 и О. Она часто подвозила к медицинскому колледжу свою дочь и О.

Свидетель С. суду показала, что в ДД.ММ.ГГГГ она познакомилась с ФИО2, который в декабре этого же года у ее родителей познакомил со своим сыном О. Сын О. радовался, прижимался к отцу, говоря, что очень его любит и рад, что он (ФИО2) жив. Ей известно о том, что О. проживал в д. Шумерля со своей матерью, он просился в <адрес> к бабушке и дедушке, но мать отказывала в этом и вначале говорила, что отец О. «сидит», а потом - «умер». Для ребенка был шок, что отец живой, и он был этому рад. ФИО2 приезжал к ней с сыном О., они гуляли, также ФИО2 покупал сыну вещи, игрушки. О. интересовался электроникой, называл ФИО2 отцом, говорил, что хочет жить в <адрес>. О. в первый класс пошел в д. Шумерля, а во втором классе его перевели в <адрес>. О. занимался танцами, участвовал в конкурсе. ФИО2 в Интернете следил за успехами сына, у него было много грамот. ФИО2 покупал одежду сыну О., так как последний постоянно приезжал в старой одежде. Когда О. было 12-13 лет, ФИО2 попросил ее показать сына офтальмологу, там О. выписали очки, которые были приобретены. В ДД.ММ.ГГГГ у них с ФИО2 родился сын, на выписке из больницы О. не присутствовал, приехал позже и был рад, что инициалы фамилии, имени и отчества ребенка совпадают с его инициалами. О. общался с ребенком, был на дне рождении, играл с ее племянницами. Когда О. проживал в <адрес>, она с ФИО2 ходила на выступления О. во Дворец культуры. ФИО2 хвастался и гордился своим сыном, любил его. В ДД.ММ.ГГГГ у О. была производственная практика, которую он проходил по месту ее работу в Канашском межрайонном медицинском центре. О. хотел стать анестезиологом или хирургом. Она с О. обедала в кафе при больнице. О. также тесно общался со своим отцом, у них были общий интерес - компьютеры. О. волновался, как сдать аттестацию в <адрес>, с ним поехали она с ФИО2 и бабушка, но О. с первого раза сдал практику. На проводах О. в армию были она, ФИО2, ее сын, бабушка. Когда О. находился в <адрес> то просил не звонить ему, общались через бабушку. ДД.ММ.ГГГГ во дворе дома к ее отцу подошел сосед В., который служил вместе с О. в <адрес>, потом на <адрес>, а ДД.ММ.ГГГГ он убыл обратно в <адрес>.

Анализируя показания свидетелей, суд учитывает их противоречивость, при этом свидетельские показания Ц., Ф., З., Ш., И., Е., Т., Л., У. однозначно не подтверждают факт уклонения ответчика от воспитания и содержания несовершеннолетнего О.

К показаниям свидетеля З. суд относится критически, поскольку они опровергаются совокупностью других доказательств, исследованных в судебном заседании, при этом отсутствие ее разговоров с О. не свидетельствует об отсутствии взаимоотношений между ФИО2 и О. как родителя и сына.

Суд принимает во внимание, что свидетелям, в частности Ф., И., Е. сведения о ФИО2 известны лишь со слов истца ФИО1, следовательно, их показания отражают субъективное мнение истца о ФИО2

При этом, анализируя в совокупности показания свидетелей, суд пришел к выводу о том, что истец ФИО1, после распада семьи, имея неприязненные отношения к ФИО2, в период длительного времени чинила препятствия для общения сына О. с родственниками со стороны отца ребенка, и в первую очередь с ФИО2 Отсутствие тесной эмоциональной связи между членами семьи - матерью ФИО1, отцом ФИО2 и сыном О. в этот период, достаточной взаимной поддержки и помощи членов семьи, ответственности перед семьей всех ее членов - все это в совокупности было вызвано не действиями ФИО2, а действиями самой ФИО1

Указанное обстоятельство также подтверждается показаниями свидетелей Э., Ж., Д., Р., Т., С., а также решением Шумерлинского районного суда Чувашской Республики от ДД.ММ.ГГГГ по гражданскому делу №.

Из решения Шумерлинского районного суда Чувашской Республики от ДД.ММ.ГГГГ по гражданскому делу № следует, что Ж., Х. обратились в суд с иском к ФИО1 об определении порядка общения с внуком О. и обязании не чинить препятствия в общении с ребенком, так как ФИО1 запрещает видеться и общаться с ребенком, а обращение в орган опеки и попечительства результатов не дало. В ходе судебного процесса ФИО1 поясняла, что отдавать сына Ж., Х. она не согласна, так как их общение пагубно оказывается на сыне, который после встреч становится непослушным, капризничает. Постановление отдела образования, культуры и спорта администрации <адрес> ЧР от ДД.ММ.ГГГГ № об установлении порядка общения с ребенком выполнять отказалась. Решением Шумерлинского районного суда Чувашской Республики от ДД.ММ.ГГГГ постановлено обязать ФИО1 предоставить возможность Ж. и Х. общаться со своим внуком - О., установлен следующий порядок общения: в выходные дни суббота и воскресенье с 10 часов утра субботы до 19 часов воскресенье 1 раз в месяц; в зимние каникулы с 3 по 8 января с 10 часов утра 3 января до 19 часов 8 января ежегодно. Во время отпусков Ж., Х. в течение 10 дней во время отпуска (том 1, л.д. 99).

При рассмотрении дела установлено, что в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 не надлежаще исполнял обязанности родителя, то есть злостно уклонялся от уплаты по решению суда средств на содержание несовершеннолетнего О., установленных в пользу ФИО1 по решению мирового судьи судебного участка № 1 г. Шумерля Чувашской Республики от ДД.ММ.ГГГГ по делу №.

Приговором мирового судьи судебного участка № 3 г. Канаш Чувашской Республики от ДД.ММ.ГГГГ за злостное уклонение от уплаты алиментов в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 был осужден по ч. 1 ст. 157 УК РФ к наказанию в виде исправительных работ на срок 6 месяцев с удержанием 15% из заработка в доход государства (том 1, л.д. 212-213).

После осуждения ФИО2 истец обратилась в Канашский районный суд ЧР о лишении родительских прав ФИО2 в отношении несовершеннолетнего сына О., указав в иске, что ответчик длительное время злостно уклоняется от выполнения обязанности содержания своего сына, на ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 имеет задолженность по алиментам в размере 226993,59 рублей, привлечен к уголовной ответственности по ч. 1 ст. 157 УК РФ за злостное уклонение от уплаты алиментов, самоустранился из жизни ребенка: с праздниками сына не поздравлял, по телефону не общался, здоровьем не интересовался, отношения не поддерживал, в ДД.ММ.ГГГГ приехал к ребенку в нетрезвом состоянии, учинил скандал, чем нанес психическую травму ребенку. Судом по делу о лишении ФИО2 родительских прав установлено, что после расторжения брака истец увезла несовершеннолетнего сына О. в д. <адрес> ЧР, после чего препятствовала ФИО2 встречаться и общаться с сыном, и ответчик выразил намерение изменить свое отношение к выполнению родительских обязанностей. Решением Канашского районного суда Чувашской Республики от ДД.ММ.ГГГГ по гражданскому делу № в удовлетворении иска ФИО1 к ФИО2 о лишении родительских прав в отношении несовершеннолетнего сына О. отказано (том 1, л.д. 101-102).

Из сведений, представленных Отделением Фонда пенсионного и социального страхования РФ по ЧР - Чувашии ДД.ММ.ГГГГ (том 1, л.д. 191-193) следует, что ФИО2 доходы от удержаний алиментов не скрывал, трудился в ООО «Водоканал».

Согласно представленным контрольным листам за ДД.ММ.ГГГГ-ДД.ММ.ГГГГ МУП «Водоканал» МО «г. Канаш ЧР» из заработной платы ФИО2 в надлежащем порядке удерживались алименты в пользу ФИО1 (том 1, л.д. 109, 110), и ДД.ММ.ГГГГ постановление об обращении взыскания на заработную плату и иные доходы должника ФИО2 в пользу ФИО1 от ДД.ММ.ГГГГ возвращен в Канашское РОСП УФССП России по Чувашской Республике - Чувашии, так как алименты из заработной платы ФИО2 удержаны полностью, задолженности по алиментам нет, сыну О. исполнилось 18 лет (том 1, л.д. 111).

Из производственной характеристики, выданной МУП «Коммунальные услуги» МО «г. Канаш ЧР» следует, что ФИО2 принят на работу в МУП «Коммунальные услуги» МО «г. Канаш ЧР» слесарем-сантехником участка эксплуатации многоквартирного дома с ДД.ММ.ГГГГ в порядке перевода из МУП «Чистый город» МО «г. Канаш ЧР» (где работал с ДД.ММ.ГГГГ). За время работы зарекомендовал себя как дисциплинированный работник, аккуратно и в срок выполняет всю поручаемую ему работу, поддерживает доброжелательные отношения с коллегами и руководством, за весь период работы нарушений трудовой и производственной дисциплины не имел, нареканий со стороны жильцов и руководства не возникало (том 1, л.д. 103).

Таким образом, суд приходит к выводу о том, что ФИО1 после своего осуждения осознал свое преступное поведение в отношении ребенка в периодс ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ и встал на путь исправления. Указанное обстоятельство подтверждается, кроме показаний свидетелей, и отсутствием факта последующего привлечения ответчика к административной либо к уголовной ответственности за ненадлежащее исполнения обязанности родителя.

Филиал бюджетного профессионального образовательного учреждения ЧР «Чебоксарский медицинский колледж» Минздрава Чувашии в г. Канаш подтвердил факт обучения О., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, в филиале бюджетного профессионального образовательного учреждения ЧР «Чебоксарский медицинский колледж» Минздрава Чувашии в г. Канаш по специальности 34.2.01 сестринское дело, очная форма обучения, в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. На основании приказа от ДД.ММ.ГГГГ №-с О. зачислен в число студентов, приказом от ДД.ММ.ГГГГ №-с О. присвоена квалификация медицинский брат и выдан диплом о среднем профессиональном образовании №, регистрационный № (том 1, л.д. 100).

Из показаний сторон и свидетелей следует, что в период обучения в филиале бюджетного профессионального образовательного учреждения ЧР «Чебоксарский медицинский колледж» Минздрава Чувашии в г. Канаш О. проживал по адресу: <адрес>, где также проживал и состоял на регистрационном учете ответчик ФИО2 (том 1, л.д. 47).

Факт общения и участия ФИО2 в жизни и воспитании несовершеннолетнего О. в период ДД.ММ.ГГГГ-ДД.ММ.ГГГГ подтвердили свидетели Ж., Д., Р., Т.Э., К., С.

Кроме того, ответчик ФИО2 представил суду дипломы, грамоты, которыми был награжден сын О., а также фотографии, где отображен несовершеннолетний О. с отцом ФИО2 и другими родственниками со стороны отца (том 1, л.д. 112-114, 115-125, 214-219). Представленные стороной ответчика в материалы дела фотографии подтверждают доводы ответчика о наличии семейных связей с сыном, существование которых не позволяет сделать вывод о наличии оснований для лишения ответчика мер социальной поддержки, гарантированных законом родителям погибших военнослужащих.

Наряду со всем этим суд принимает во внимание, что в деле нет никаких доказательств тому, что ФИО2 осуществлял свои родительские права в противоречии интересам О., причинял вред его физическому и психическому здоровью, его нравственному развитию, обращался когда-либо к О. пренебрежительно, жестоко, грубо, унижая его человеческое достоинство, оскорблял или эксплуатировал О.

Постановлением судебного пристава - исполнителя Канашского РОСП УФССП России по Чувашской Республике - Чувашии от ДД.ММ.ГГГГ (том 1, л.д. 97) исполнительное производство № о взыскании алиментов с ФИО2 в пользу ФИО1 на содержание О., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, по исполнительному листу № прекращено в связи с совершеннолетием ребенка, при этом алименты ФИО2 выплачены полностью, задолженности нет.

Таким образом, ФИО2 проявлял активный интерес к судьбе ребенка О., выполнял свои родительские обязанности, заботился о здоровье ребенка, его нравственном воспитании, развитии, материально-бытовом обеспечении, обучении, содержал сына, общался с ним.

Вместе с тем, доводы ФИО1 о том, что ФИО2 не работал, не нашло своего подтверждения. Из трудовой книжки ФИО2 следует, что он осуществлял трудовую деятельность с ДД.ММ.ГГГГ по настоящее время, за исключением незначительного периода с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. Это также подтверждается сведениями из ОСРФ по Чувашской Республике - Чувашии (том 1, л.д. 191-193).

Вопреки доводам истца, указание О. в автобиографии и анкете в графе «отец/отчим» Я. (л.д. 148, 149-150) не свидетельствует об отсутствии взаимосвязи ФИО2 и О.

Исходя из изложенного выше, суд считает невозможным сделать вывод о том, что О. как достойного защитника Родины вырастила исключительно одна лишь мать ФИО1, а ФИО2 злонамеренно уклонился от своих родительских обязанностей и уклонился от них он настолько, что должен быть лишен мер государственной поддержки.

Толкование закона так, как его толкует истец и ее представитель, означало бы допустимость лишения права на меры государственной поддержки всякого родителя, проживающего отдельно от своего ребенка, что справедливым признать нельзя.

Таким образом, на основании вышеприведенных правовых норм действующего законодательства, с учетом исследованных обстоятельств по делу, суд приходит к выводу об отказе ФИО1 в удовлетворении иска к ФИО2 о лишении права на выплаты, пособия в связи с гибелью сына при исполнении обязанностей военной службы, поскольку судом не установлены обстоятельства, на которые ссылается истец в исковом заявлении.

Кроме того, цель названных выплат - компенсировать лицам, в данном случае родителям, которые длительное время надлежащим образом воспитывали военнослужащего, содержали его до совершеннолетия и вырастили достойного защитника Отечества, нравственные и материальные потери, связанные с его гибелью при выполнении обязанностей военной службы, осуществляемой в публичных интересах. Как установлено судом, ФИО2 как один из родителей О. исполнял свой родительский долг, надлежащим образом воспитывал военнослужащего О., принимал меры по его физическому воспитанию, духовному и нравственному развитию, несмотря на препятствия, созданные ФИО1, использовал свое право на общение с ребенком, содержал его до совершеннолетия и вырастил достойного защитника Отечества.

На основании статьи 144 ГПК РФ принятые по делу обеспечительные меры подлежат отмене.

Руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

решил:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 (СНИЛС №) к ФИО2 (СНИЛС №) о лишении права на выплату в виде единовременного пособия, предусмотренного ФЗ от 07.11.2011 № 306-ФЗ «О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат», страховой суммы, предусмотренной Федеральным законом от 28.03.1998 № 52-ФЗ «Об обязательном государственном страховании жизни и здоровья военнослужащих, граждан, призванных на военные сборы, лиц рядового и начальствующего состава органов внутренних дел Российской Федерации, Государственной противопожарной службы, сотрудников учреждений и органов уголовно-исполнительной системы, сотрудников войск национальной гвардии Российской Федерации», выплаты семье погибшего военнослужащего, установленной Указом Президента Российской Федерации от 05.03.2022 № 98 «О дополнительных социальных гарантиях военнослужащим, лицам, проходящим службу в войсках национальной гвардии Российской Федерации и членам их семей», предназначенных ФИО2 в связи с гибелью сына О., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, погибшего ДД.ММ.ГГГГ в ходе специальной военной операции по демилитаризации и денацификации на территории ЛНР, ДНР и Украины, отказать.

После вступления решения суда в законную силу меры предварительной защиты в виде запрета Департаменту социальных гарантий Министерства обороны Российской Федерации производить единовременную выплату ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженцу <адрес> (паспорт серии № №, выданный <данные изъяты> ДД.ММ.ГГГГ); и запрета акционерному обществу «Страховое общество газовой промышленности» производить выплату единовременного пособия и страховой суммы по обязательному страхованию ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженцу <адрес> Республики (паспорт серии № № выдан <данные изъяты> ДД.ММ.ГГГГ) в связи с гибелью сына, отменить.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Верховный Суд Чувашской Республики через Канашский районный суд в течение месяца со дня принятия в окончательной форме.

Судья Т.А. Яковлева

Мотивированное решение изготовлено ДД.ММ.ГГГГ3