Дело №10-6404/2023 Судья Ерофеев А.А.

АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ ПРИГОВОР

Именем Российской Федерации

г. Челябинск 28 сентября 2023 года

Челябинский областной суд в составе: председательствующего судьи Гладковой С.Я.,

судей Черепанова М.А. и Колокольцевой О.А.,

при ведении протокола помощником судьи Ворониной И.А.,

с участием:

прокурора Ефименко Н.А.,

осужденного ФИО2 и адвоката Верховцева Е.В.,

адвоката Солоненко А.М., представляющего интересы обвиняемого ФИО3,

потерпевшего Потерпевший №1

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционному представлению государственного обвинителя Никитина И.К., апелляционным жалобам осужденного ФИО2 (с дополнениями) и адвоката Верховцева Е.В., потерпевшего Потерпевший №1 на приговор Калининского районного суда г. Челябинска от 03 апреля 2023 года, которым

ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженец <адрес>, <данные изъяты>,

осужденный приговором Калининского районного суда г. Челябинска от 19 апреля 2019 года (с учетом изменений от 20 августа 2019 года) по ч. 4 ст. 111 УК РФ к лишению свободы на срок девять лет шесть месяцев с отбыванием в исправительной колонии строгого режима,

осужден по п.п. «а, г» ч. 2 ст. 161 УК РФ к лишению свободы на срок два года шесть месяцев со штрафом пять тысяч рублей. На основании ч. 5 ст. 69 УК РФ, путем частичного сложения вновь назначенного наказания с наказанием, назначенным по приговору Калининского районного суда г. Челябинска от 19 апреля 2019 года, ему назначено окончательное наказание в виде лишения свободы на срок одиннадцать лет со штрафом пять тысяч рублей с отбыванием в исправительной колонии строгого режима.

До вступления приговора в законную силу мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении осужденному ФИО2 изменена на заключение под стражу; он взят под стражу в зале суда.

Срок наказания постановлено исчислять со дня вступления приговора в законную силу.

В срок наказания зачтено отбытое наказание по приговору от 19 апреля 2019 года в период с 19 мая 2017 года до 03 апреля 2023 года, а также время содержания под стражей в качестве меры пресечения по настоящему приговору в период с 03 апреля 2023 года до дня вступления настоящего приговора в законную силу.

В соответствии с п. «а» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ время содержания под стражей с 03 апреля 2023 года до дня вступления приговора в законную силу постановлено исчислять из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

Исковые требования потерпевшего Потерпевший №1 удовлетворены частично. С осужденного ФИО2 в пользу потерпевшего Потерпевший №1 взыскано сто тысяч рублей в счет компенсации морального вреда и двадцать пять тысяч восемьсот рублей - в счет возмещения материального ущерба, причиненного преступлением.

Приговором разрешена судьба вещественных доказательств.

Заслушав доклад судьи Гладковой С.Я., изложившей содержание приговора и доводы апелляционных представления и жалоб, выступления: прокурора Ефименко Н.А., поддержавшей доводы представления, потерпевшего Потерпевший №1, поддержавшего доводы жалобы, осужденного ФИО2 и адвоката Верховцева Е.В., полагавших приговор подлежащим отмене, адвоката Солоненко А.М., оставившего вопрос о законности приговора на усмотрение суда, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

ФИО2 признан виновным в открытом хищении имущества потерпевшего Потерпевший №1 на сумму 25800 рублей, совершенном группой лиц по предварительному сговору с лицом, в отношении которого уголовное дело выделено в отдельное производство, с применением насилия, не опасного для жизни или здоровья потерпевшего.

Преступление имело место в период времени с 07 августа до 08 августа 2016 года на территории Калининского района г. Челябинска при изложенных в приговоре обстоятельствах.

В апелляционном представлении государственный обвинитель Никитин И.В. выражает несогласие с приговором, полагая его подлежащим отмене по всем основаниям, предусмотренным ст. 389.15 УПК РФ. Ссылаясь на постановление Пленума ВС РФ от 27 декабря 2002 года «О судебной практике по делам о краже, грабеже и разбое» считает ошибочной переквалификацию действий ФИО2 с ч. 2 ст. 162 УК РФ на ч. 2 ст. 161 УК РФ. Анализируя установленные судом обстоятельства совершения преступления, когда ФИО2 и его соучастник нанесли потерпевшему множество ударов по голове и телу, как руками, так и ногами, после чего потерпевший потерял сознание, приходит к выводу, что в момент применения насилия оно создавало реальную опасность для жизни и здоровья. При таких обстоятельствах, с учетом разъяснений, содержащихся в пункте 21 постановления Пленума ВС РФ от 27 декабря 2002 года, действия виновного необходимо было квалифицировать как разбой. Неверная юридическая оценка действий ФИО2, сделанная судом без учета всех юридически значимых обстоятельств, повлекла назначение ему несправедливого наказания. В связи с чем государственный обвинитель просит отменить приговор и направить уголовное дело на новое рассмотрение в ином составе суда.

В апелляционной жалобе потерпевший Потерпевший №1, не оспаривая выводы суда о виновности ФИО2 и квалификацию его действий, просит изменить приговор и назначить осужденному более строгое наказание, а также увеличить размер компенсации морального вреда. По мнению потерпевшего, назначенное осужденному наказание не отвечает принципу справедливости вследствие чрезмерной мягкости; суд не в полном объеме учел характер и степень общественной опасности преступления, данные о личности виновного, непринятие мер к возмещению ущерба. При определении размера компенсации морального вреда, суд недостаточно учел степень его (Потерпевший №1) физических и нравственных страданий. ФИО2 нанес ему удары по голове и телу, он испытывал физическую боль, страх за свою жизнь. В результате действий осужденного он получил сотрясение головного мозга и потерял возможность заниматься спортом. Выводы суда о снижении суммы компенсации морального вреда с трехсот пятидесяти тысяч рублей до ста тысяч рублей считает немотивированными.

В апелляционной жалобе с дополнениями осужденный ФИО2 считает приговор незаконным, необоснованным и несправедливым вследствие суровости назначенного ему наказания. По мнению осужденного его действия должны быть квалифицированы по ст. 116 УК РФ. Утверждает, что уголовное дело рассмотрено с обвинительным уклоном, а в основу приговора положены противоречивые показания потерпевшего, данные им с подсказки следователя, а также показания свидетелей ФИО11 и ФИО17, которые свидетелями произошедших событий не являлись. При этом суд необоснованно отверг показания свидетелей ФИО13, ФИО15 и ФИО14, которые утверждали, что не слышали, чтобы он (ФИО2) давал указания ФИО21 изъять у потерпевшего часы; отрицал этот факт и сам ФИО21 Усматривает противоречия в выводах суда относительно того, кто конкретно забрал часы у потерпевшего. Также суд не принял во внимание поведение самого потерпевшего, который выражался в его (ФИО2) и ФИО21 адрес нецензурной бранью. Данное обстоятельство не признано смягчающим наказание. Согласно заключению судебно-медицинской экспертизы № 5807 от 09 августа 2016 года, телесные повреждения были получены потерпевшим при падении, что также подтверждено его (ФИО1) показаниями, показаниями ФИО21 и свидетелей. При этом судом в основу приговора было положено заключение судебно-медицинской экспертизы № 7180, проведенной спустя более трех лет после произошедших событий, выводы которой вызывают сомнения. Суд первой инстанции не обратил внимания на осмотр часов, которые не имели повреждений, а также на показания свидетелей ФИО11 и ФИО17, которые видели потерпевшего с часами на руке. Судом было оставлено без удовлетворения ходатайство его (ФИО2) адвоката о запросе на официальный сайт информации по часам. Сам потерпевший не представил суду данные часы на осмотр, а также документы об их приобретении. Утверждает, что в протоколе изъятия часов находится не его (ФИО2) подпись, указаны только фамилия, имя, отчество понятых, нет их паспортных данных и дат рождения. Согласно протоколу осмотра места происшествия, в данном следственном действии принимала участие сотрудник ПДН ФИО12 (данное следственное действие проходило в 20-00 часов), которая в это же время брала с него (ФИО2) объяснение. Кроме того, при вынесении приговора, в нарушении ст. 294 УПК РФ, не было возобновлено судебное следствие. Суд вынес постановление о выделении уголовного дела в части обвинения ФИО21 и возвращении его прокурору Калининского района г. Челябинска, а за ним сразу же приговор в отношении ФИО2, что считает существенным нарушением УПК РФ. После вынесения этого постановления не проводились прения сторон, а также ему (ФИО2) не было предоставлено последнее слово. Помимо этого осужденный оспаривает законность судебного решения от 12 июля 2023 года об ограничении его во времени на ознакомление с материалами уголовного дела, поскольку он не уклонялся от ознакомления.

В апелляционной жалобе адвокат Верховцев Е.В. также оспаривает законность приговора в отношении ФИО2, просит его отменить и вынести оправдательный приговор. Оценивая показания свидетелей, которые присутствовали недалеко от так называемого места совершения преступления, защитник приходит к выводу, что они не являлись очевидцами хищения имущества потерпевшего ФИО2 или ФИО21 Сам потерпевший заявлял сотрудникам полиции, что он не знает, куда делись его часы. Кроме того потерпевшим не представлены никакие документы о покупке им часов за испрашиваемую в качестве ущерба сумму. Органы следствия не направляли запросы официальному представителю о стоимости часов, товароведческая экспертиза не назначалась. Суд необоснованно отказал в приобщении к материалам уголовного дела ответа от официального дилера в РФ часов марки «<данные изъяты>», согласно которому идентификационный номер часов потерпевшего в их базе данных не значится. Соответственно, часы потерпевшего не являются оригинальными, поэтому сумма ущерба завышена. Не соглашается адвокат и с наказанием, назначенным его подзащитному, полагая его несправедливым. Просит учесть, что на момент инкриминируемого деяния, ФИО2 не судим, положительно характеризуется; противоправному деянию предшествовали действия самого потерпевшего, который высказывал в отношении ФИО2 нецензурную брань, тем самым оскорбляя его. Усматривает нарушения УПК РФ в том, что приговор в отношении ФИО2 был вынесен без возобновления судебного следствия. Выйдя из совещательной комнаты, суд огласил постановление о выделении уголовного дела и возвращении его прокурору Калининского района г. Челябинска в порядке ст. 237 УПК РФ (в отношении ФИО21), а потом огласил приговор в отношении ФИО2 Защитник полагает, что после вынесения постановления суд должен был провести судебные прения и предоставить ФИО2 последнее слово.

Выслушав мнения участников процесса, обсудив доводы апелляционных представления, апелляционных жалоб потерпевшего и стороны защиты (с дополнением), проверив материалы уголовного дела, суд апелляционной инстанции считает приговор подлежащим отмене по основаниям, предусмотренным п.п. 1, 3, 4 ст. 389.15 УПК РФ, а именно несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела, неправильное применение уголовного закона, несправедливость приговора.

Как видно из приговора, суд переквалифицировал действия ФИО2 с ч. 2 ст. 162 УК РФ на п.п. «а, г» ч. 2 ст. 161 УК РФ, указав, что примененное к потерпевшему Потерпевший №1 насилие, не являлось опасным для жизни и здоровья.

Свой вывод суд обосновал заключением судебно-медицинской экспертизы № 7180 от 30 октября 2019 года, согласно которой у потерпевшего Потерпевший №1 были выявлены телесные повреждения головы, верхних и нижних конечностей, которые не повлекли кратковременного расстройства здоровья или незначительной стойкой утраты трудоспособности, в связи с чем расцениваются как не причинившие вреда здоровью.

При этом суд оставил без надлежащей оценки показания потерпевшего Потерпевший №1 о локализации нанесения ему ударов (голова и тело), и о потере им сознания после получения последнего удара по голове. Утверждения потерпевшего об этом судом не отвергнуты, изложены в описательно-мотивировочной части приговора (третий лист приговора (том № 5, л.д. 222)).

Как верно указано государственным обвинителем в апелляционном представлении, при оценке тяжести насилия, применяемого виновными лицами при совершении разбойного нападения, необходимо учитывать разъяснения, содержащиеся в пункте 21 постановления Пленума ВС РФ от 27 декабря 2002 года «О судебной практике по делам о краже, грабеже и разбое». В частности в нем указано, что по части первой статьи 162 УК РФ следует квалифицировать нападение с целью завладения имуществом, совершенное с применением насилия, опасного для жизни или здоровья, которое хотя и не причинило вред здоровью потерпевшего, однако в момент применения создавало реальную опасность для его жизни или здоровья.

Конкретные обстоятельства совершения преступления, интенсивность ударов в жизненно важный орган потерпевшего – голову, что привело к потере им сознания, указывают на опасность примененного к нему насилия, а значит, выводы суда об обратном, не соответствуют фактическим обстоятельствам дела. Ошибка суда в юридической оценке преступных действий ФИО2, повлекла назначение ему несправедливого наказания.

В силу ст. 389.23 УПК РФ в случае, если допущенное судом нарушение может быть устранено при рассмотрении уголовного дела в апелляционном порядке, суд апелляционной инстанции устраняет данное нарушение, отменяет приговор суда первой инстанции и выносит новое судебное решение.

Ввиду того, что допущенные судом первой инстанции нарушения закона могут быть устранены при рассмотрении дела в апелляционном порядке, судебная коллегия полагает необходимым отменить обжалуемый приговор и постановить новый обвинительный приговор, как это предусмотрено п. 3 ч.1 ст. 389.20 УПК РФ.

Суд апелляционной инстанции считает доказанным, что ФИО2, действуя группой лиц по предварительному сговору, совершил разбойное нападение на потерпевшего ФИО25. в целях похищения его имущества.

Преступление совершено им при следующих обстоятельствах.

В ночь с 07 на 08 августа 2016 года ФИО2 и лицо, уголовное дело в отношении которого выделено в отдельное производство (далее по тексту – лицо № 1), находились у <адрес> в <адрес>, где услышали, как из окна <адрес> незнакомый им ранее потерпевший Потерпевший №1 выражается нецензурной бранью. Расценив услышанное как оскорбления в свой адрес, ФИО2 и лицо № 1, испытали к потерпевшему неприязненные отношения и задумали под этим предлогом завладеть его имуществом, с применением насилия, опасного для жизни и здоровья.

Вступив тем самым в предварительный сговор и распределив между собой роли в совершении преступления, для реализации задуманного они поднялись в <адрес>, где ФИО2 нанёс Потерпевший №1 не менее одного удара рукой в голову, от которого последний испытал физическую боль. Далее ФИО2 и лицо № 1 вывели потерпевшего на улицу и, находясь во дворе, нанесли поочередно руками не менее двадцати ударов по голове и телу потерпевшего, причиняя ему физическую боль. Когда Потерпевший №1 попытался скрыться, ФИО2, желая завладеть имуществом потерпевшего, догнал и остановил ударом руки в голову. От этих действий потерпевший упал, испытав физическую боль. Далее ФИО2 и лицо № 1 для подавления воли потерпевшего к сопротивлению совместно нанесли Потерпевший №1 ногами не менее пяти ударов по телу, причинив физическую боль. После этого ФИО2 дал указание лицу № 1 изъять у Потерпевший №1 часы. Для облегчения хищения имущества потерпевшего лицо № 1 нанесло один удар в голову Потерпевший №1, подавив тем самым волю последнего к сопротивлению. Далее лицо № 1, осуществляя свою роль в совершении корыстного преступления, сорвал с руки потерпевшего часы марки «<данные изъяты>», стоимостью 25800 рублей, повредив при этом крепление часов, после чего вновь нанес удар по голове, от которого Потерпевший №1 потерял сознание.

Своими действиями ФИО2 и лицо № 1 причинили потерпевшему Потерпевший №1 материальный ущерб на сумму 25800 рублей, физическую боль, а также следующие телесные повреждения: ссадину и пять кровоподтёков головы, множественные ссадины и девять кровоподтёков верхних конечностей, кровоподтёк правого коленного сустава.

В судебном заседании суда первой инстанции ФИО2 вину в совершении разбойного нападения не признал, не отрицая того, что 07 августа 2016 года он совместно с ФИО21 находился у подъезда <адрес> в <адрес> и слышал крики потерпевшего, которые содержали в себе нецензурную брань. В ответ на сделанное замечание, потерпевший отреагировал тем, что высказался в его адрес нецензурной бранью. По этой причине он и ФИО21 поднялись в квартиру, из окна которой раздавались выкрики. Хозяином квартиры оказался его знакомый ФИО13, который разрешил пройти в комнаты и поискать оскорбившее их лицо. Выяснив, что этим лицом являлся потерпевший, находившийся в ванной комнате, он (ФИО2) стал с ним разговаривать, но в ответ на предъявляемые претензии потерпевший продолжал выражаться нецензурно. Чтобы избежать разбирательств и скандала в квартире, он, ФИО21, ФИО14 и потерпевший вышли на улицу, также за ними проследовали ФИО13 и ФИО15 На улице потерпевший продолжал выражаться нецензурной бранью, в связи с чем, он замахнулся на него рукой, но не ударил, поскольку потерпевший упал на землю и начал кричать. После этого потерпевшего посадили на лавочку. Через некоторое время потерпевший встал и побежал от них, взяв при этом лежащий на лавочке чужой мобильный телефон. В целях возвращения телефона, он и ФИО14 начали преследовать потерпевшего. Через непродолжительное время потерпевший споткнулся о щебенку и упал. К потерпевшему подошёл ФИО14 и забрал свой телефон. После этого потерпевшему помогли подняться и завели в квартиру. На следующий день ему (ФИО2) позвонил ФИО14 и попросил подойти, т.к. подъехали сотрудники полиции. Он вышел и увидел, что в автомобиле находится ФИО21 Сотрудник полиции спросил про часы, он (ФИО2) ответил, что не знает. После этого сотрудник полиции взял у кого-то часы, они поехали в отдел полиции, где с ним (ФИО2) провели беседу. В каких-либо протоколах он не расписывался, часы у него не изымались. Ударов потерпевшему он не наносил, указаний сорвать часы не давал.

Из показаний ФИО2 на предварительном следствии, данных им на очной ставке с потерпевшим и оглашенных в судебном заседании на основании п. 1 ч. 1 ст. 276 УПК РФ следовало, что он признавал факт нанесения потерпевшему одной пощечины в квартире и одной пощечины на улице. Также он пояснял, что видел на земле часы, подобрал их. Кому принадлежали часы, он не знал, никто эти часы у него не требовал. Отвечая на вопросы следователя, ФИО2 утверждал, что в квартире нанес потерпевшему пощечину, а на улице – один удар (том № 2, л.д. 46-49). Очная ставка проводилась с участием адвоката Верховцева Е.В.

В ходе очной ставки со свидетелем ФИО13 подозреваемый ФИО2 признавал нанесение потерпевшему не более двух-трех ударов (том № 2, л.д. 50-52). Протокол очной ставки был оглашен в суде первой инстанции в порядке ст. 276 УПК РФ. Данное следственное действие также проводилось с участием адвоката Верховцева Е.В.

После оглашения данных протоколов, ФИО2 эти показания не подтвердил, однако не смог указать причины, по которым такие пояснения были занесены в протоколы очных ставок (протокол судебного заседания (том № 5, л.д. 214)).

Несмотря на позицию ФИО2, его виновность в совершении разбойного нападения подтверждается показаниями потерпевшего, свидетелей, письменными доказательствами.

Допрошенный в судебном заседании потерпевший Потерпевший №1 сообщил, что 07 августа 2016 года он находился в гостях у ФИО13, где в компании друзей и знакомых употреблял спиртное. Около двух часов ночи в квартиру пришли ранее ему незнакомые ФИО21 и ФИО2, при этом последний с газовой горелкой в руках стал ходить по комнатам и выяснять, кто кричал из окна. Он ответил, что не кричал, но ФИО2 не поверил и толкнул его. Он, в свою очередь, ушёл в туалет, однако ФИО2 прошел за ним и ударил его по затылку, после этого его вывели на улицу. На улице ФИО2 нанёс ему руками три удара в тело и пять ударов в голову, от чего он упал. Через некоторое время ФИО2 нанёс ему руками десять ударов в голову, а ФИО21 нанёс руками два удара в голову и два удара по туловищу.

После этого ФИО2 стал интересоваться у него наличием ценностей, обыскал кармана, а затем ушёл в квартиру за его (Потерпевший №1) телефоном, однако завладеть им не смог, поскольку телефон был убран друзьями. После возвращения ФИО2, он увидел на лавочке мобильный телефон и подумав, что это его телефон, схватил его и стал убегать. Однако ФИО2 догнал его и ударил кулаком по затылку, отчего он упал. После этого подбежал ФИО21 и его начали бить ногами по телу, нанеся пять ударов. Он лежал на земле и закрывал голову руками. После этого, ФИО2 сказал ФИО21 снять с него часы. В этот момент он (Потерпевший №1) прикрывал часы рукой, но ФИО21 ударил его по голове, поэтому он отпустил руку и часы, после чего ФИО21 еще раз ударил его по голове и от этого он потерял сознание. Очнулся он (Потерпевший №1) в квартире, в ванной. Поняв, что в квартире находятся напавшие на него лица, а также ФИО14, он закрылся в ванной комнате, но дверь выломали и его вновь вывели на улицу. Это было уже утреннее время. На улице ФИО2 и незнакомый ему мужчина по имени «ФИО26» стали его вновь избивать, требовать передачи им трехсот тысяч рублей. В этот же день, позднее, он обратился в травмпункт, где у него диагностировали сотрясение мозга, вывих челюсти; также у него имелись синяки на лице, ссадины на руках и коленях. Лечение он проходил амбулаторно. В результате преступления у него были похищены спортивные часы марки «<данные изъяты>», стоимостью 25800 рублей.

Допрошенный в судебном заседании свидетель ФИО16 сообщил, что ночью 07 августа 2016 года он совместно с потерпевшим и иными лицами распивал спиртное. Через некоторое время в квартиру пришли трое незнакомых, которые предъявляли претензии относительно криков с кухни. После этого данные люди вывели Потерпевший №1 на улицу, а он остался в квартире. Через некоторое время потерпевший вместе с подсудимыми вернулся в квартиру. От выпитого спиртного состояние потерпевшего было тяжёлое, но телесных повреждений на нём он не заметил. Через месяц после указанных событий от потерпевшего он узнал, что его избили на улице и похитили часы. В тот вечер он видел на руке Потерпевший №1 часы марки «Garmin», но когда тот возвратился в квартиру, находились ли часы у него на руке, не обратил внимание.

Из показаний свидетелей ФИО11 и ФИО17 в судебном заседании следовало, что со слов потерпевшего они узнали о похищении у него часов в августе 2016 года двумя лицами, которые причинили ему телесные повреждения. Также ФИО17 пояснил, что видел на лице потерпевшего ссадины и рану.

Свидетель ФИО13 в суде первой инстанции подтверждал, что в ночное время к нему в квартиру приходили ФИО2 и неизвестный ему парень, которые начали выяснять, кто кричал из окна. Затем они вывели потерпевшего из квартиры для выяснения этих обстоятельств. На улице ФИО2 периодически наносил потерпевшему удары по голове и, возможно, телу, но конкретизировать он не может. Удары наносились периодически, поскольку он (ФИО13) растаскивал их. Через некоторое время Потерпевший №1 попытался убежать, взяв с собой неизвестный предмет с лавочки. За потерпевшим побежал ФИО2 и иной человек, который не был ему знаком. Вернулись они примерно минут через восемь. Потерпевший №1 шёл тяжело, лицо было красное, одежда грязная. Утром потерпевший чувствовал себя плохо, у него было красно-синее лицо, его тошнило. Помимо этого Потерпевший №1 рассказал ему о хищении спортивных часов, которые он вечером видел на потерпевшем, а утром этих часов он не видел.

На предварительном следствии свидетель ФИО13 при проведении очной ставки со свидетелем ФИО21 сообщал, что в ночь на 08 августа 2016 года к нему в квартиру приходили ФИО2 и ранее незнакомый ФИО21; они искали того, кто их оскорбил. Выяснив, что им был Потерпевший №1, они с силой вывели его во двор дома, где ФИО2 наносил удары потерпевшему в область лица и тела. Также он забрал часы потерпевшего, сказав, что вернет их, когда Потерпевший №1 отдаст ему триста тысяч рублей. В квартире, куда завели Потерпевший №1, продолжилось избиение потерпевшего. В избиении принимали участие ФИО2 и ФИО21 (том № 2, л.д. 59-63). В то же время свидетель ФИО13 утверждал, что ФИО21, с которым проводилась очная ставка, не являлся тем лицом, действия которого он описывал, поскольку с ФИО2 находился мужчина, ростом ниже, чем сидящий напротив него, «старше по возрасту, телосложение крупнее и на лице борода».

Из показаний свидетеля ФИО13 на следствии в январе 2022 года следовало, что он указывал о приходе в квартиру трех молодых людей – ФИО2, ФИО21 и ФИО14, двое из которых (ФИО2 и ФИО21) вывели Потерпевший №1 во двор дома. Он (ФИО13) и ФИО15 вышли за ними следом, чтобы проконтролировать ситуацию. Также он пояснял, что видел, как ФИО2 наносил Потерпевший №1 удары по лицу и туловищу, от последнего удара потерпевший упал. ФИО21 тоже участвовал в конфликте; он (ФИО13) допускает, что он также наносил удары. После того как Потерпевший №1 побежал в неосвещенную часть двора, ФИО2 побежал следом, туда же пошел ФИО21 Далее он видел как Потерпевший №1 лежал, возле него находились и ФИО2, и ФИО21 После того как потерпевшего подняли с земли, на его лице он увидел свежие синяки, «лицо было красным». Далее они все вернулись в квартиру, продолжили там распитие спиртного. Периодически ФИО2 заходил в ванную комнату к Потерпевший №1, после чего раздавались крики потерпевшего, поэтому он (ФИО13) понял, что потерпевшему наносятся удары. Под утро в квартиру пришел ранее незнакомый ему мужчина по имени «ФИО27», который совместно с ФИО2 выломали дверь ванны, побили Потерпевший №1, вывели того вновь на улицу. Также он слышал, как ФИО2 требовал у потерпевшего триста тысяч рублей за оскорбления. Как у потерпевшего снимали часы он не видел, поскольку потерпевший лежал на земле, а возле него находились ФИО2 и ФИО21 Расстояние до них было 30-35 метров, во дворе было темно (том № 4, л.д. 51-55).

После оглашения этих показаний свидетель пояснил суду, что не отрицает дачу таких пояснений; протоколы допросов они читал и подписывал, подтверждает эти показания (том № 5, л.д. 201).

Свидетель ФИО14 показал суду, что он является знакомым ФИО2 и ФИО21 По обстоятельствам дела пояснил, что в позднее время суток они ему позвонили и попросили приехать во двор <адрес> в связи с конфликтной ситуацией. Когда он приехал, они все поднялись в квартиру, где стали выяснять, кто кричал из окна. Далее с потерпевшим они спустились во двор, где ФИО2 разговаривал с потерпевшим относительно поведения последнего. Через некоторое время он услышал шлепок и увидел, что потерпевший лежит на земле. Также в ходе данных событий потерпевший попытался убежать, схватив со скамейки его (ФИО14) телефон, но в процессе этого споткнулся и упал. Требований передачи имущества в адрес потерпевшего не высказывались, указаний забрать часы он не слышал. Потом потерпевшего отвели в квартиру. На следующий день его задержали сотрудники полиции, но после того как пришли ФИО2 и ФИО21 с часами, его отпустили.

На уточняющие вопросы адвоката Верховцева Е.В., свидетель утверждал, что часы потерпевшего находились у ФИО21 На вопрос потерпевшего свидетель пояснил, что именно он побежал за ним, поскольку Потерпевший №1 схватил его телефон (том № 6, л.д. 204).

Допрошенный в судебном заседании свидетель ФИО18 показал, что в 2016 году он работал оперуполномоченным уголовного розыска и работал по заявлению о хищении у потерпевшего имущества. С потерпевшим он встретился во дворе <адрес>; он указал на компанию молодых людей, среди которых находился один из тех, кто забирал часы. После беседы с этим человеком, он позвонил своим друзьям, те пришли и принесли часы. Данных молодых людей он передал для работы в отдел полиции.

Свидетель ФИО12 (участковый уполномоченный отдела полиции) сообщила в судебном заседании, что в ходе дежурства, летом 2016 года, она в присутствии понятых изымала часы. Часы были электронные, мужские, относительно крупного размера. Изъятие проводила она, поскольку в то время она работала инспектором по делам несовершеннолетних, а работа проводилась с несовершеннолетним. Повреждений на циферблате часов она не помнит.

Свидетель ФИО19 (оперуполномоченный отдела полиции) подтвердил, что исполняя поручение следователя, встречался в исправительном учреждении с ФИО2 и получал от него объяснение и явку с повинной.

Кроме того, виновность ФИО2 подтверждается письменными доказательствами:

- протокол принятия от потерпевшего Потерпевший №1 устного заявления от 08 августа 2016 года, в котором он просил привлечь к уголовной ответственности неизвестное лицо, которое 08 августа 2016 года около 02 часов, находясь у дома по <адрес>, избило его и похитило часы, стоимостью 28500 рублей (том № 1, л.д. 101);

- протоколом изъятия от 08 августа 2016 года, согласно которому у ФИО2 изъяты часы «<данные изъяты>» (том № 1, л.д. 110);

- заключением эксперта № 5807 от 09 августа 2016 года, согласно которому у Потерпевший №1 обнаружены ссадина и кровоподтёки головы, ссадины и кровоподтёки верхних конечностей, кровоподтёк правого коленного сустава. Данные повреждения образовались от действий тупых твёрдых предметов в срок, не исключающий события 08 августа 2016 года. В исследовательской части экспертизы отражено, что испытуемый сообщил: 08 августа 2016 года около двух часов трое неизвестных нанесли удары кулаками, ногами по голове и туловищу. Терял сознание. Осматривался нейрохирургом ОКБ № 3 (том № 1, л.д. 160-161);

- заключением эксперта № 7180 от 30 октября 2019 года, согласно которому у Потерпевший №1 установлены: одна ссадина и пять кровоподтёков головы, множественные ссадины и девять кровоподтёков верхних конечностей, один кровоподтёк правого коленного сустава. Данные повреждения образовались от действий тупых твёрдых предметов, а именно минимум четырёх в голову, минимум пяти по рукам и минимум одного в правое колено, в срок, не исключающий 08 августа 2016 года. Установленные повреждения не повлекли за собой кратковременного расстройства здоровья или незначительной стойкой утраты общей трудоспособности, в связи с чем, расцениваются как не причинившие вреда здоровью. В экспертном заключении указано об исследовании медицинской карты пациента Потерпевший №1, получающего медицинскую помощь в амбулаторных условиях, в которой указано, что он 08 августа 2019 года (допущена опечатка в указании года) обратился за медицинской помощью в лечебное учреждение. При первичном осмотре врачом травматологом-ортопедом отмечено: жалобы на головные боли, боли в обеих верхних конечностях, правом коленном суставе; объективный статус: множество кровоподтеков, ссадин головы, обеих верхних конечностей, правого коленного сустава; тризм жевательной мускулатуры; болезненность при пальпации в области нижней челюсти. Диагноз: «<данные изъяты>». Также эксперт пришла к выводу, что достоверно подтвердить выставленный диагноз «<данные изъяты>» по имеющимся данным не представляется возможным ввиду отсутствия динамического наблюдения врача невролога (том № 1, л.д. 167-169);

- протоколами выемки от 16 января 2019 года и осмотра часов «Garmin», согласно которым у Потерпевший №1 были изъяты и осмотрены часы <данные изъяты>», корпус которых не имел видимых механических повреждений (том № 1, л.д. 173-175, 176-178);

- протоколами выемки от 14 января 2022 года и осмотра часов «Garmin», согласно которым у Потерпевший №1 были изъяты и осмотрены часы «<данные изъяты>», ремешок которых имеет механические повреждения в области креплений к корпусу (том № 4, л.д. 15-18, 19-22);

- чистосердечным признанием ФИО2 от 08 августа 2019 года, в котором он лично написал, что 07 августа 2016 года, находясь во дворе <адрес>, подобрал с земли часы после конфликта с ранее неизвестным ему человеком. Данные часы оставил себе до 08 августа 2016 года, в дальнейшем передал сотрудникам полиции (том № 2, л.д. 87).

Приведенные выше доказательства относятся к настоящему уголовному делу, получены с соблюдением требований уголовно-процессуального закона.

При оценке достоверности показаний ФИО2, свидетеля ФИО14 и свидетеля ФИО13 (в части личности ФИО21) суд апелляционной инстанции берет их за основу только в той части, которая согласуется с показаниями потерпевшего Потерпевший №1, а также показаниями иных свидетелей обвинения.

При этом судебная коллегия полагает, что ФИО2 преуменьшает общественную опасность своих действий, желая уйти от уголовной ответственности за содеянное; свидетель ФИО14, являясь знакомым обвиняемого, также искажает события преступления, а свидетель ФИО13 добросовестно заблуждался, утверждая на очной ставке с ФИО21, что иное лицо приходило к нему в квартиру совместно с ФИО2 К тому же очная ставка проводилась спустя длительный период после случившегося (18 ноября 2019 года) и внешность ФИО21 могла претерпеть изменения.

К такому выводу суд апелляционной инстанции приходит исходя из того, что в ходе судебного разбирательства было достоверно установлены обстоятельства возникновения конфликта, развившегося в дальнейшем в совершение разбойного нападения. Свидетель ФИО14, а также сам ФИО2 утверждали, что в квартиру к ФИО13 они поднимались совместно с ФИО21 Не отрицал данного обстоятельства и сам ФИО21, допрошенный в судебном заседании (том № 6, л.д. 210).

Обстоятельства же совершения ФИО2 разбойного нападения суд апелляционной инстанции устанавливает из показаний потерпевшего Потерпевший №1, чьи показания по юридически значимым моментам являлись детальными и последовательными на всем протяжении предварительного и судебного следствия.

У судебной коллегии отсутствуют основания сомневаться в достоверности показаний потерпевшего, поскольку изложенные им события ночи 08 августа 2016 года, факт причинения ему телесных повреждений и похищения у него спортивных часов, подтверждались показаниями свидетелей ФИО16, ФИО13, ФИО11 и ФИО17 и письменными доказательствами.

Из показаний Потерпевший №1 следовало, что два человека, в которых он опознал ФИО2 и лицо, в отношении которого уголовное дело выделено в отдельное производство (лицо № 1), вывели его из квартиры ФИО13 на улицу, где при отсутствии к тому каких-либо оснований нанесли ему удары по голове и телу. Непосредственно после этого ФИО2 фактически высказал требование передачи ценного имущества, одновременно осматривая карманы потерпевшего. При попытке потерпевшего скрыться, ФИО2 и лицо № 1 задержали его и также нанесли удары по голове и телу, после чего лицо № 1 по указанию ФИО2 похитило часы потерпевшего, нанеся удар в голову, от которого Потерпевший №1 потерял сознание.

Показания потерпевшего в достаточной степени конкретизированы и непротиворечивы. Оснований для оговора ФИО2 и лица № 1 в ходе судебного разбирательства не выявлено; ранее он с ФИО2 знаком не был, неприязненных отношений к нему не испытывал. Состояние алкогольного опьянения не повлияло на возможность потерпевшего запомнить события и сообщить о них в дальнейшем следователю и суду.

Каких-либо противоречий в пояснениях потерпевшего относительно обстоятельств повреждения ремешка похищенных у него спортивных часов с имеющимися в деле документами, судебная коллегия не усматривает. В первоначальных протоколах изъятия часов и их осмотра указывалось об отсутствии механических повреждений циферблата часов, а не ремешка.

Также отсутствуют причины подвергать сомнению достоверность протокола изъятия часов, составленного свидетелем ФИО12, в котором отражено, что 08 августа 2016 года спортивные часы «<данные изъяты>» были изъяты у ФИО2

Суд апелляционной инстанции отмечает, что в чистосердечном признании ФИО2 указывал, что именно он подобрал часы и выдал часы сотрудникам полиции. Поскольку впоследствии на очной ставке с потерпевшим, проводимой с участием адвоката Верховцева Е.В., подозреваемый ФИО2 также пояснял, что он подобрал часы, то судебная коллегия критически относится к показаниям ФИО2, что часы потерпевшего у него не изымались, а подпись в протоколе изъятия выполнена другим лицом. Данное следственное действие проводилось в присутствии понятых; факт доставления ФИО2 в отдел полиции подтвержден показаниями свидетеля ФИО18

Показания свидетеля ФИО14 о первоначальном нахождении часов у ФИО21 (до составления протокола изъятия), не имеют юридического значения, поскольку ФИО2 инкриминируется групповое преступление, что не исключает возможность передачи соучастником похищенного имущества ФИО2

Отсутствуют основания полагать недопустимыми доказательствами заключения судебно-медицинских экспертиз, которыми установлено наличие у потерпевшего телесных повреждений. Тот факт, что вторая экспертиза проведена в октябре 2019 года не указывает на необъективность заключения эксперта, поскольку предметом исследования являлись объективные данные об обращении потерпевшего за медицинской помощью 08 августа 2016 года, т.е. непосредственно после совершения в отношении него преступления. Также в судебном заседании исследовались ксерокопии медицинских документов об обращении Потерпевший №1 в приемное отделение ГБУЗ № 3 именно 08 августа 2016 года (том № 2, л.д. 208, 209).

Экспертизы проведены в надлежащем экспертном учреждении, заключения составлены в соответствии с требованиями главы 27 УПК РФ, а выводы экспертов не вызывают каких-либо сомнений в своей достоверности.

Показания свидетеля ФИО20 (том № 1, л.д. 214-217), оглашенные в судебном заседании в порядке ст. 281 УПК РФ, с согласия всех участников процесса, суд апелляционной инстанции не может принять как доказательство невиновности ФИО2 Из пояснений свидетеля следует, что в ночь с 07 на 08 августа 2016 года он, работая таксистом, подвозил молодого человека к дому <адрес> по <адрес> в <адрес>, видел там группу молодых людей, конфликтную ситуацию… Однако он сообщал о событиях имевших место в 0-30 часов, тогда как преступление в отношении Потерпевший №1 было совершено позднее, после двух часов ночи.

Показания свидетеля ФИО13 о том, что он не видел момента завладения часами потерпевшего, объясняются тем, что он находился на значительном удалении от места, где происходило избиение Потерпевший №1 и похищение его имущества, а также тем, что все происходило в ночное время. В то же время он подтвердил тот факт, что когда Потерпевший №1 побежал, то его догнал ФИО2, а затем к ним подошел и ФИО21

При таких обстоятельствах показания ФИО2 о непричастности к совершению преступления, судебная коллегия расценивает как недостоверные, противоречащие фактическим обстоятельствам дела, установленным в ходе апелляционного рассмотрения уголовного дела.

Совокупность исследованных доказательств является достаточной для признания ФИО2 виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 162 УК РФ – нападение в целях хищения чужого имущества, совершенное с применением насилия, опасного для жизни и здоровья, группой лиц по предварительному сговору.

При описании преступления суд апелляционной инстанции считает возможным указать сообщенное потерпевшим количество ударов, нанесенных ему ФИО2 и лицом №1, что не противоречит выводам судебных экспертиз.

По обстоятельствам дела характер примененного к потерпевшему насилия указывал, что оно создавало реальную опасность для его жизни и здоровья. Об этом свидетельствует количество ударов, нанесенных в голову – жизненно важный орган, потеря Потерпевший №1 сознания. При обращении потерпевшего в больницу он предъявлял жалобы на головные боли.

С учетом разъяснений, содержащихся в пункте 21 постановления Пленума ВС РФ от 27 декабря 2002 года «О судебной практике по делам о краже, грабеже и разбое», действия ФИО2 содержали в себе объективную сторону такого преступления как разбой.

Такой квалифицирующий признак как совершение разбойного нападения по предварительному сговору группой лиц нашел свое подтверждение в ходе судебного разбирательства. Конкретные обстоятельства совершения преступления свидетельствовали, что действия ФИО2 и лица № 1, носили согласованный характер и были направлены на достижение единого результата – завладение имуществом потерпевшего. При этом они поочередно и одновременно наносили Потерпевший №1 удары и, подавив его волю к сопротивлению, завладели принадлежащими ему спортивными часами.

Оснований для оправдания ФИО2, на чем настаивает сторона защиты, суд апелляционной инстанции не усматривает.

При назначении виновному наказания суд апелляционной инстанции учитывает характер и степень общественной опасности совершённого преступления, обстоятельства, смягчающие наказание, отсутствие обстоятельств, отягчающих наказание, данные о личности ФИО2, влияние назначаемого наказания на его исправление и условия жизни его семьи.

Смягчающими наказание обстоятельствами, суд в соответствии с ч. 2 ст. 61 УК РФ признает: привлечение к уголовной ответственности впервые, частичное признание обстоятельств причинения телесных повреждений потерпевшему, состояние здоровья ФИО2 и его матери.

Также судебная коллегия принимает во внимание, что ФИО2 имеет постоянное место жительства и регистрацию, до задержания работал, на учётах у врачей психиатра и нарколога не состоял, характеризуется положительно.

Отягчающих наказание обстоятельств не имеется.

В ходе судебного разбирательства не выявлена причинно-следственная связь между поведением потерпевшего и формированием корыстного умысла ФИО2 на совершение преступления. Доводы стороны защиты о наличии смягчающего наказание обстоятельства, предусмотренного п. «з» ч. 1 ст. 61 УК РФ, являются несостоятельными.

Учитывая конкретные обстоятельства и мотивы преступления, сведения о личности виновного судебная коллегия приходит к выводу о назначении ФИО2 наказания в виде реального лишения свободы.

Оснований для изменения категории преступления, назначения осужденному условного наказания, суд апелляционной инстанции не усматривает.

Учитывая материальное положение ФИО2, который длительный период отбывает наказание в местах лишения свободы, суд считает возможным не назначать ему дополнительное наказание в виде штрафа.

Исключительных обстоятельств, которые бы существенно уменьшали степень общественной опасности совершённого преступления и давали бы основания для применения в отношении ФИО2 положений ст. 64 УК РФ, не установлено.

Окончательное наказание должно быть назначено ФИО2 по правилам ч. 5 ст. 69 УК РФ, с применением принципа частичного сложения наказания, назначенного за преступление по настоящему приговору, и за преступления по приговору Калининского районного суда г. Челябинска от 19 апреля 2019 года. Отбытый срок подлежит зачету в общий срок наказания.

Согласно п. «в» ч. 1 ст. 58 УК РФ отбывание наказания в виде лишения свободы должно быть определено ФИО2 в исправительной колонии строгого режима.

Поскольку апелляционный приговор в отношении ФИО2 вступает в законную силу после его оглашения, то избранная ему по настоящему делу мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении подлежит отмене.

Вопрос о вещественных доказательствах суд апелляционной инстанции разрешает таким же образом, что и суд первой инстанции.

Рассматривая гражданский иск потерпевшего Потерпевший №1 к ФИО2, судебная коллегия считает удовлетворить его следующим образом. Требования о возмещении материального вреда подлежат удовлетворению в полном объеме в силу ст. 1064 ГК РФ, требования о компенсации морального вреда – частично.

При этом суд апелляционной инстанции учитывает, что преступными действиями ФИО2 потерпевшему Потерпевший №1 был причинен материальный ущерб в размере 28500 рублей. Стоимость спортивных часов «<данные изъяты> подтверждена потерпевшим, а доводы стороны защиты о завышенном размере ущерба бездоказательны. Ссылку ФИО2 и его адвоката на переписку с компанией <данные изъяты> – дистрибьютером компании «<данные изъяты> в России об отсутствии в их базе данных серийного номера часов потерпевшего, судебная коллегия отвергает, поскольку в судебном заседании потерпевший сообщил о приобретении часов через интернет у другого продавца.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд апелляционной инстанции руководствуется ст. 151 ГК РФ, а также положениями ст. 1101 ГК РФ.

Согласно ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинён моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

По смыслу закона под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причинённые действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности и т.п.).

В соответствии с п. 2 ст. 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причинённых потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда.

С учётом фактических обстоятельств причинения потерпевшему Потерпевший №1 телесных повреждений, повлекших физическую боль и нравственные страдания, связанные с невозможностью какое-то время вести привычный образ жизни, а в дальнейшем - заниматься профессионально спортом, принимая во внимание требования разумности и справедливости, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о взыскании с осужденного в пользу потерпевшего компенсации морального вреда в сумме двести тысяч рублей.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 389.20, 389.23 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПРИГОВОР И Л:

Приговор Калининского районного суда г. Челябинска от 03 апреля 2023 года в отношении ФИО2 отменить.

Признать ФИО2 виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 162 УК РФ, и назначить ему наказание в виде лишения свободы на срок четыре года.

На основании ч. 5 ст. 69 УК РФ по совокупности наказаний, назначенного настоящим приговором и приговором Калининского районного суда г. Челябинска от 19 апреля 2019 года, назначить ФИО2 окончательное наказание в виде лишения свободы на срок одиннадцать лет шесть месяцев с отбыванием в исправительной колонии строгого режима.

Срок наказания исчислять с 28 сентября 2023 года. Зачесть в срок наказания отбытое ФИО2 наказание по приговору Калининского районного суда г. Челябинска от 19 апреля 2019 года - период с 19 мая 2017 года до 28 сентября 2023 года.

Меру пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, избранную ФИО2 по настоящему уголовному делу, отменить.

Исковые требования потерпевшего Потерпевший №1 удовлетворить частично. Взыскать с осужденного ФИО2 в пользу потерпевшего Потерпевший №1 двести тысяч рублей в счет компенсации морального вреда и двадцать пять тысяч восемьсот рублей - в счет возмещения материального ущерба, причиненного преступлением.

Вещественное доказательство – спортивные часы «Garmin Forerunner 610», находящиеся на хранении у потерпевшего Потерпевший №1, оставить у потерпевшего, освободив его от обязанности ответственного хранения.

Апелляционный приговор может быть обжаловано в кассационном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции путем подачи кассационной жалобы, представления через суд первой инстанции в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу, а для осужденного, содержащегося под стражей, - в тот же срок со дня вручения ему копии такого судебного решения, вступившего в законную силу, с соблюдением требований ст. 401.4 УПК РФ.

В случае пропуска срока кассационного обжалования или отказа в его восстановлении кассационные жалоба, представление подаются непосредственно в суд кассационной инстанции и рассматриваются в порядке, предусмотренном ст.ст. 401.10 – 401.12 УПК РФ.

В случае подачи кассационных жалобы и (или) представления участвующие в деле лица вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий

Судьи