Апелляционное определение по делу № 2-195/2023 от 13.09.2023 | Волгоградский областной суд (Волгоградская область)

Судья – Романова Ю.А. Дело № 33-10168/2023

34RS0010-01-2023-000134-78

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Волгоград 13 сентября 2023 г.

Судебная коллегия по гражданским делам Волгоградского областного суда в составе:

председательствующего судьи Станковой Е.А.,

судей Колгановой В.М., Кудрявцевой А.Г.,

при секретаре Объедковой О.А.,

с участием прокурора Скуратовой И.А.

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело№ 2-195/2023 по иску ФИО1, ФИО2 к ФИО12 о признании права на получение страховой выплаты и дополнительной меры социальной поддержки отсутствующим, взыскании денежных средств,

по апелляционной жалобе ФИО12, в лице представителя по доверенности – ФИО3 и апелляционному представлению прокурора Быковского района Волгоградской области,

на решение Быковского районного суда Волгоградской области от 7 июня 2023г., которым исковые требования ФИО1, ФИО2 к ФИО12 о признании права на получение дополнительной меры социальной поддержки отсутствующим, взыскании денежных средств – удовлетворены;

признано отсутствующим у ФИО12,ДД.ММ.ГГГГ рождения, право на выплату причитающейся ему доли страховой суммы, предусмотренной Федеральным законом от 28 марта 1998 г. № 52-ФЗ «Об обязательном государственном страховании жизни и здоровья военнослужащих, граждан, призванных на военные сборы, лиц рядового и начальствующего состава органов внутренних дел Российской Федерации, Государственной противопожарной службы, сотрудников учреждений и органов уголовно-исполнительной системы, сотрудников войск национальной гвардии Российской Федерации, сотрудников органов принудительного исполнения Российской Федерации»;

признано отсутствующим у ФИО12,ДД.ММ.ГГГГ рождения, на выплату причитающейся ему доли дополнительной меры социальной поддержки в виде единовременной выплаты, предусмотренной Постановлением Правительства Московской области от 29 марта 2022г. № 292/12 «Об утверждении Порядка назначения и выплаты дополнительной меры социальной поддержки членам семей погибших (умерших) военнослужащих»;

взысканы с ФИО12 в пользу ФИО1 денежные средства в размере 500000 рублей, а также госпошлина в размере 8500 рублей;

взысканы с ФИО12 в пользу ФИО2 денежные средства в размере 500000 рублей, а также госпошлина в размере 8500 рублей.

Заслушав доклад судьи Волгоградского областного суда Станковой Е.А., выслушав ФИО12 и его представителя –ФИО4, поддержавших доводы апелляционной жалобы, представителей ФИО1 - ФИО5, ФИО6, возражавших по доводам апелляционной жалобы, заключение прокурора Волгоградской областной прокуратуры Скуратовой И.А., не поддержавшую доводы апелляционного представления, полагавшую решение суда первой инстанции законным и обоснованным, а апелляционную жалобу – не подлежащей удовлетворению, судебная коллегия по гражданским делам Волгоградского областного суда

установил а:

ФИО1, ФИО2 обратились в суд с иском к ФИО12 о признании права на получение страховой выплаты и дополнительной меры социальной поддержки отсутствующим, взыскании денежных средств.

В обоснование исковых требований указали, что истец ФИО1 состояла с ФИО12 в зарегистрированном браке, который был расторгнут 31 мая 2005 г. От брака имела сына Х, ДД.ММ.ГГГГ года рождения.

С 18 августа 2009 г. ФИО1 состоит в браке с ФИО2

Воспитанием, развитием и содержанием Х. с момента расторжения брака с ФИО12 занималась истец, а после заключения брака с ФИО2 - истцы совместно, проживая одной семьей. Истца ФИО2 Х. считал своим отцом.

16 января 2023 г. в период прохождения военной службы Х погиб.

В соответствии с пунктом 3 статьи 2, пунктом 2 статьи 5 Федерального закона от 28 марта 1998 г. № 52-ФЗ "Об обязательном государственном страховании жизни и здоровья военнослужащих, граждан, призванных на военные сборы, лиц рядового и начальствующего состава органов внутренних дел Российской Федерации, Государственной противопожарной службы, органов по контролю за оборотом наркотических средств и психотропных веществ, сотрудников учреждений и органов уголовно-исполнительной системы" (здесь и далее наименование названного Федерального закона и его нормы приведены в редакции Федерального закона от 23 июля 2013 г. № 251-ФЗ, действующей на момент наступления страхового случая - смерти военнослужащего ФИО12 ДД.ММ.ГГГГ г.; далее также - Федеральный закон от 28 марта 1998 г. № 52-ФЗ) лицами, имеющими право на получение в равных долях страховой суммы в связи с гибелью военнослужащего, являются, в том числе супруга, состоявшая на день гибели военнослужащего в зарегистрированном браке с ним, и его родители.

Акционерным обществом "Страховое общество газовой промышленности" (далее также - АО "СОГАЗ", общество), которое являлось страховщиком по заключенному 27 октября 2021 г. государственному контракту на оказание услуг по обязательному государственному страхованию жизни и здоровья военнослужащих Вооруженных Сил Российской Федерации и граждан, призванных на военные сборы, для нужд Министерства обороны Российской Федерации в 2022 – 2023 годах, произведена выплата долей страховой суммы матери погибшего Х. – ФИО1, его отцу- ФИО8, отчиму –ФИО2

В соответствии с Постановлением Правительства Московской области от 29 марта 2022г. №292/12 «Об утверждении Порядка назначения и выплаты дополнительной меры социальной поддержки членам семей погибших (умерших) военнослужащих» 21 февраля 2023 г. указанным лицам была осуществлена единовременная денежная выплата в размере 3000000 рублей из регионального бюджета Московской области. ФИО1 и ФИО2, ФИО8 получили по 1/3 части данной выплаты, то есть по 1000000 рублей.

Ссылаясь на указанные обстоятельства, истцы считали необходимым признать отсутствующим у Х. право на выплату причитающейся ему доли страховой суммы, предусмотренной Федеральным законом от 28 марта 1998 г. № 52-ФЗ, и дополнительной меры социальной поддержки, предусмотренной Постановлением Правительства Московской области от 29 марта 2022г. №292/12 «Об утверждении Порядка назначения и выплаты дополнительной меры социальной поддержки членам семей погибших (умерших) военнослужащих», поскольку он, будучи обязанным к уплате алиментов на содержание Х в соответствии с приказом мирового судьи решения мирового судьи судебного участка № 38 Николаевского района Волгоградской области от 11 января 2005 г., содержание и воспитание ребенка до достижения им совершеннолетия не осуществлял, алименты не платил, родственные связи с сыном не поддерживал, не общался с ним и попыток общения не предпринимал.

С учетом уточнения исковых требований, просили суд признать право ответчика ФИО12 на получение страховой выплаты от АО «СОГАЗ» на основании Федерального закона «Об обязательном государственном страховании жизни и здоровья военнослужащих, граждан, призванных на военные сборы, лиц рядового и начальствующего состава органов внутренних дел Российской Федерации, Государственной противопожарной службы, сотрудников учреждений и органов уголовно-исполнительной системы, сотрудников войск национальной гвардии Российской Федерации, сотрудников органов принудительного исполнения Российской Федерации» от 28 марта 1998 г. №52-ФЗ, возникшее в связи с гибелью его сына, Х., при исполнении обязанностей военной службы в ходе выполнения задач по охране и обороне государственной границы РФ, отсутствующим; признать право ответчика ФИО12 на получение дополнительной меры социальной поддержки в виде единовременной выплаты на основании Постановления Правительства Московской области от 29 марта 2022 г. №292/12 «Об утверждении Порядка назначения и выплаты дополнительной меры социальной поддержки членам семей погибших (умерших) военнослужащих», возникшее в связи с гибелью его сына, Х., при исполнении обязанностей военной службы в ходе выполнения задач по охране и обороне государственной границы РФ, отсутствующим; взыскать с ответчика ФИО12 в пользу истца ФИО1 денежные средства в размере 500000 рублей, а также госпошлину в размере 8200 рублей; взыскать с ответчика ФИО12 в пользу истца ФИО2 денежные средства в размере 500000 рублей, а также госпошлину в размере 8200 рублей.

Определением Быковского районного суда Волгоградской области от 24 апреля 2023 г. к участию в деле в качестве третьего лица было привлечено АО «СОГАЗ».

Суд постановил указанное выше решение.

В апелляционной жалобе ответчик в лице представителя ФИО3 и в апелляционном представлении прокурор просят решение суда первой инстанции отменить, ссылаясь на неправильное применение судом норм материального и процессуального права, несоответствие выводов суда обстоятельствам дела. По доводам ссылаются на то, что факт уклонения ответчика от уплаты алиментов не подтвержден, оснований для лишения его родительских прав и признании его права, как отца Х., на получение соответствующих выплат, отсутствующим, не имеется.

В соответствии с частью 1 статьи 327.1Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционных жалобе, представлении и возражениях относительно жалобы, представления.

Проверив материалы дела в пределах доводов апелляционной жалобы и представления, обсудив доводы апелляционной жалобы, представления, возражений на них, выслушав объяснения явившихся участников процесса, заключение прокурора Волгоградской областной прокуратуры Скуратовой И.А., полагавшую решение суда первой инстанции законным и обоснованным, а апелляционную жалобу не подлежащей удовлетворению, не поддержавшую доводы апелляционного представления прокурора по делу, судебная коллегия не находит оснований для отмены решения суда, постановленного в соответствии с фактическими обстоятельствами дела и требованиями закона.

Судом первой инстанции установлено и следует из материалов дела, что ФИО1 состояла в браке с ФИО12, их брак был расторгнут 31 мая 2005г.

Х., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, является сыном ФИО1 и ФИО12

18 августа 2009 г. ФИО1 вступила в брак с ФИО2

16 января 2023 г. Х погиб в период прохождения военной службы в Вооруженных Силах Российской Федерации.

27 октября 2021 г. между Министерством обороны Российской Федерации и страховой организацией АО «СОГАЗ» был заключен государственный контракт на оказание услуг по обязательному государственному страхованию жизни и здоровья военнослужащих Вооруженных Сил Российской Федерации и граждан, призванных на военные сборы, для нужд Министерства обороны Российской Федерации в 2022 – 2023 годах от 27 октября 2021 г. (далее - государственный контракт от 27 октября 2021г.), предметом которого являлось обязательное государственное страхование в 2022 - 2023 годах жизни и здоровья застрахованных лиц, указанных в пункте 3.1 данного контракта (пункт 1.1 государственного контракта от 27 октября 2021 г.).

Согласно пункту 3.1 государственного контракта от 27 октября 2021 г., застрахованными лицами по контракту являются военнослужащие (за исключением военнослужащих, военная служба по контракту которым в соответствии с законодательством Российской Федерации приостановлена), граждане, призванные на военные сборы, отчисленные с военных сборов или окончившие военные сборы в течение одного года после окончания военной службы, службы, отчисления с военных сборов или окончания военных сборов (далее - застрахованные лица).

Страховым случаем при осуществлении обязательного государственного страхования является, в том числе, гибель застрахованного лица в период прохождения военной службы, военных сборов (подпункт 5.1.1 пункта 5.1 государственного контракта от 27 октября 2021 г.).

В соответствии с пунктом 3.3 государственного контракта от 27 октября 2021 г., выгодоприобретателями по обязательному государственному страхованию являются застрахованные лица, а в случае гибели (смерти) застрахованного лица, в том числе, следующие лица: супруга (супруг), состоявшая (состоявший) на день гибели (смерти) застрахованного лица в зарегистрированном браке с ним; родители (усыновители) застрахованного лица, отчим и (или) мачеха застрахованного лица при условии, что они воспитывали и (или) содержали его не менее 5 лет.

В случае гибели (смерти) застрахованного лица в период прохождения военной службы, военных сборов либо до истечения одного года после увольнения с военной службы, после отчисления с военных сборов или окончания военных сборов вследствие увечья (ранения, травмы, контузии) или заболевания, полученных в период прохождения военной службы, военных сборов, выгодоприобретателям выплачивается страховая сумма в размере 2854292,35 рублей в равных долях (размер страховой суммы определяется в соответствии с пунктом 2 статьи 5 Федерального закона от 28 марта 1998 г. № 52-ФЗ с учетом индексации на начало срока действия контракта) (подпункт 6.2.1 пункта 6.2 государственного контракта от 27 октября 2021 г.).

Х.являлся застрахованным лицом по государственному контракту от27 октября 2021 г.

Согласно свидетельству о смерти от 1 февраля 2023 г., Х. умер ДД.ММ.ГГГГ г.

Из извещения, выданного военным комиссариатом Пушкинского городского округа Московской области № <...> от 22 января 2023 г., следует, что Х являясь на момент смерти военнослужащим, погиб 16 января 2023г. при исполнении обязанностей военной службы в ходе выполнения задач по охране и обороне государственной границы РФ – Белгородская область, <.......>

В письме от 31 мая 2023 г. начальником отдела урегулирования убытков по обязательному государственному страхованию жизни и здоровья военнослужащих Минобороны России АО "СОГАЗ" (ранее - открытое акционерное общество "Страховое общество газовой промышленности") сообщено о том, что в связи со смертью застрахованного лица Х общество произвело выплату долей страховой суммы его матери ФИО1, отцу ФИО12 и отчиму ФИО2 в размере 1043909, 86 рублей каждому.

Согласно Закону Московской области от 25 марта 2022 г. №31/2022-ОЗ «О дополнительной мере социальной поддержки членам семей погибших (умерших) военнослужащих, лиц, проходящих службу в войсках национальной гвардии Российской Федерации и имеющих специальное звание полиции» установлена дополнительная мера социальной поддержки в виде единовременной выплаты в размере 3000000 рублей в равных долях каждому члену семьи погибшего (умершего) военнослужащего, лица, проходящего службу в войсках национальной гвардии Российской Федерации и имеющего специальное звание полиции, добровольца.

В соответствии с Постановлением Правительства Московской области от 29 марта 2022 г. № 292/12 «Об утверждении Порядка назначения и выплаты дополнительной меры социальной поддержки членам семей погибших (умерших) военнослужащих, лиц, проходящих службу в войсках национальной гвардии Российской Федерации и имеющих специальное звание полиции, добровольцев» установлен порядок назначения и выплаты дополнительной меры социальной поддержки.

Согласно пункту 5 Порядка дополнительная мера социальной поддержки оказывается в виде единовременной выплаты в размере 3000000 рублей в равных долях каждому члену семьи погибшего (умершего) военнослужащего, лиц, проходящих службу в войсках национальной гвардии Российской Федерации и имеющих специальное звание полиции, добровольца.

В соответствии с пунктом 6 Порядка единовременная выплата назначается территориальным структурным подразделением Министерства социального развития Московской области.

ГКУ «Единый выплатной центр Министерства социального развития Московской области» осуществляет единовременную выплату на основании решения о ее назначении, принятого руководителем территориального подразделения Министерства социального развития Московской области.

Согласно платежного поручения № <...> от 21 февраля 2023 г. ГКУ «Единый выплатной центр Министерства социального развития Московской области» перечислило в ПАО Сбербанк денежные средства в размере 3000000 руб.: ФИО1 – 1000000 рублей, ФИО12 – 1000000 рублей, ФИО2 – 1000000 рублей.

Разрешая спор и удовлетворяя ФИО1 и ФИО2 исковые требования о признании отсутствующим у ФИО12 права на выплату причитающейся ему доли страховой суммы в связи с гибелью при прохождении военной службы Х и права на выплату дополнительной меры социальной поддержки, суд первой инстанции исходил из того, что фактически семейные и родственные связи между Х и ФИО12 отсутствовали, ответчик ФИО12 после расторжения брака с истцом ФИО1 уклонялся от выполнения своих родительских обязанностей по воспитанию сына, не заботился о его здоровье, физическом, духовном и нравственном развитии, обучении, алименты платил не регулярно и не в полном объеме, иным образом материально не поддерживал.

Судебная коллегия по гражданским делам соглашается с выводами суда первой инстанции, поскольку они соответствуют нормам материального и процессуального права и фактическим обстоятельствам дела.

Российская Федерация - это социальное государство, политика которого направлена на создание условий, обеспечивающих достойную жизнь и свободное развитие человека. В Российской Федерации охраняется труд и здоровье людей, устанавливается гарантированный минимальный размер оплаты труда, обеспечивается государственная поддержка семьи, материнства, отцовства и детства, инвалидов и пожилых граждан, развивается система социальных служб, устанавливаются государственные пенсии, пособия и иные гарантии социальной защиты (статья 7 Конституции Российской Федерации). Каждому гарантируется социальное обеспечение по возрасту, в случае болезни, инвалидности, потери кормильца, для воспитания детей и в иных случаях, установленных законом (часть 1 статьи 39 Конституции Российской Федерации).

В соответствии с пунктом 1 статьи 969 Гражданского кодекса Российской Федерации в целях обеспечения социальных интересов граждан и интересов государства законом может быть установлено обязательное государственное страхование жизни, здоровья и имущества государственных служащих определенных категорий. Обязательное государственное страхование осуществляется за счет средств, выделяемых на эти цели из соответствующего бюджета министерствам и иным федеральным органам исполнительной власти (страхователям).

Обязательное государственное страхование осуществляется непосредственно на основании законов и иных правовых актов о таком страховании указанными в этих актах государственными страховыми или иными государственными организациями (страховщиками) либо на основании договоров страхования, заключаемых в соответствии с этими актами страховщиками и страхователями (пункт 2 статьи 969 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно пункту 2 статьи 1 Федерального закона от 27 мая 1998 г. № 76-ФЗ "О статусе военнослужащих" военнослужащие обладают правами и свободами человека и гражданина с некоторыми ограничениями, установленными названным Федеральным законом, федеральными конституционными законами и федеральными законами. На военнослужащих возлагаются обязанности по подготовке к вооруженной защите и вооруженная защита Российской Федерации, которые связаны с необходимостью беспрекословного выполнения поставленных задач в любых условиях, в том числе с риском для жизни. В связи с особым характером обязанностей, возложенных на военнослужащих, им предоставляются социальные гарантии и компенсации.

Военнослужащие и граждане, призванные на военные сборы, подлежат обязательному государственному личному страхованию за счет средств федерального бюджета. Основания, условия и порядок обязательного государственного личного страхования указанных военнослужащих и граждан устанавливаются федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации (пункт 1 статьи 18 Федерального закона от 27 мая 1998 г. № 76-ФЗ "О статусе военнослужащих").

Условия и порядок осуществления обязательного государственного страхования жизни и здоровья военнослужащих и иных приравненных к ним лиц определены в Федеральном законе от 28 марта 1998 г. № 52-ФЗ "Об обязательном государственном страховании жизни и здоровья военнослужащих, граждан, призванных на военные сборы, лиц рядового и начальствующего состава органов внутренних дел Российской Федерации, Государственной противопожарной службы, органов по контролю за оборотом наркотических средств и психотропных веществ, сотрудников учреждений и органов уголовно-исполнительной системы".

В силу положений статьи 1 Федерального закона от 28 марта 1998 г. №52-ФЗ к застрахованным лицам по обязательному государственному страхованию относятся, в том числе, военнослужащие, за исключением военнослужащих, военная служба по контракту которым в соответствии с законодательством Российской Федерации приостановлена.

Выгодоприобретателями по обязательному государственному страхованию являются застрахованные лица, а в случае гибели (смерти) застрахованного лица - в частности, родители (усыновители) застрахованного лица, отчим и (или) мачеха застрахованного лица при условии, что они воспитывали и (или) содержали его не менее пяти лет (абзацы третий и пятый пункта 3 статьи 2 Федерального закона от 28 марта 1998 г. № 52-ФЗ).

В статье 4 Федерального закона от 28 марта 1998 г. № 52-ФЗ названы страховые случаи при осуществлении обязательного государственного страхования, среди которых гибель (смерть) застрахованного лица в период прохождения военной службы, службы, военных сборов.

В статье 5 Федерального закона от 28 марта 1998 г. № 52-ФЗ определены страховые суммы, выплачиваемые выгодоприобретателям.

Так, согласно абзацу второму пункта 2 статьи 5 Федерального закона от 28 марта 1998 г. № 52-ФЗ в случае гибели (смерти) застрахованного лица в период прохождения военной службы, службы или военных сборов либо до истечения одного года после увольнения с военной службы, со службы, после отчисления с военных сборов или окончания военных сборов вследствие увечья (ранения, травмы, контузии) или заболевания, полученных в период прохождения военной службы, службы или военных сборов, страховая сумма выплачивается в размере 2 000 000 руб. выгодоприобретателям в равных долях.

Размер указанных страховых сумм ежегодно увеличивается (индексируется) с учетом уровня инфляции в соответствии с федеральным законом о федеральном бюджете на очередной финансовый год и плановый период. Решение об увеличении (индексации) указанных страховых сумм принимается Правительством Российской Федерации. Указанные страховые суммы выплачиваются в размерах, установленных на день выплаты страховой суммы (абзац девятый пункта 2 статьи 5 Федерального закона от 28 марта 1998 г. № 52-ФЗ).

Как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, военная служба как особый вид государственной службы, непосредственно связанной с обеспечением обороны страны и безопасности государства, осуществляется, по смыслу статей 32 (часть 4), 37 (часть 1) и 59 (части 1 и 2) Конституции Российской Федерации, в публичных интересах, а лица, несущие такого рода службу по контракту или по призыву, выполняют конституционно значимые функции: военнослужащий принимает на себя бремя неукоснительно, в режиме жесткой военной дисциплины исполнять обязанности военной службы, которые предполагают необходимость осуществления поставленных задач в любых условиях, в том числе сопряженных со значительным риском для жизни и здоровья.

Этим определяется особый правовой статус военнослужащих, содержание и характер обязанностей государства по отношению к ним и их обязанностей - по отношению к государству, что в силу статей 1 (часть 1), 2, 7, 21 и 39 (часть 1) Конституции Российской Федерации обязывает государство гарантировать им материальное обеспечение и компенсации в случае причинения вреда здоровью при прохождении военной службы.

Обязательное государственное страхование жизни и здоровья военнослужащих и приравненных к ним лиц, установленное в целях защиты их социальных интересов и интересов государства (пункт 1 статьи 969 Гражданского кодекса Российской Федерации), является одной из форм исполнения государством обязанности возместить ущерб, причиненный жизни или здоровью этих лиц при прохождении ими службы. Посредством обязательного государственного страхования жизни и здоровья, предполагающего выплату соответствующих страховых сумм при наступлении страховых случаев, военнослужащим и приравненным к ним лицам обеспечиваются право на возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью, право на охрану здоровья, защита имущественных прав (статья 7, часть 2; статья 35, часть 3; статья 37, части 1 и 3; статья 41, часть 1; статья 53 Конституции Российской Федерации), а также осуществляется гарантируемое статьей 39 (часть 1) Конституции Российской Федерации право на социальное обеспечение в случае болезни, инвалидности, потери кормильца и в иных случаях, установленных законом (постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 17 июля 2014 г. № 22-П, от 19 мая 2014 г. № 15-П, от 17 мая 2011 г. № 8-П, от 20 октября 2010 г. №18-П, от 26 декабря 2002 г. № 17-П).

Из приведенных нормативных положений и правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации следует, что законодатель, гарантируя военнослужащим, выполняющим конституционно значимые функции, связанные с обеспечением обороны страны и безопасности государства, общественного порядка, законности, прав и свобод граждан, материальное обеспечение и компенсации в случае причинения вреда их жизни или здоровью, предусмотрел в качестве меры социальной поддержки членов семьи военнослужащих, погибших (умерших) в период прохождения военной службы, страховое обеспечение по государственному страхованию жизни и здоровья военнослужащих, которое в случае гибели (смерти) военнослужащего в период прохождения военной службы подлежит выплате, в том числе его родителям. Это страховое обеспечение входит в гарантированный государством объем возмещения вреда, призванного компенсировать последствия изменения их материального и (или) социального статуса вследствие наступления страхового случая, включая причиненный материальный и моральный вред. Цель названной выплаты - компенсировать лицам, в данном случае родителям, которые длительное время надлежащим образом воспитывали военнослужащего, содержали его до совершеннолетия и вырастили защитника Отечества, нравственные и материальные потери, связанные с его гибелью (смертью) в период прохождения военной службы, осуществляемой в публичных интересах.

Исходя из целей названной выплаты, а также принципов равенства, справедливости и соразмерности, принципа недопустимости злоупотребления правом как общеправового принципа, выступающих, в том числе, критериями прав, приобретаемых на основании закона, указанный в нормативных правовых актах, в данном случае в статье 5 Федерального закона от 28 марта 1998 г. № 52-ФЗ, круг лиц, имеющих право на получение мер социальной поддержки в случае гибели (смерти) военнослужащего в период прохождения военной службы, среди которых родители такого военнослужащего, не исключает различий в их фактическом положении и учета при определении наличия у родителей погибшего (умершего) военнослужащего права на меры социальной поддержки в связи с его гибелью (смертью) их действий по воспитанию, физическому, умственному, духовному, нравственному, социальному развитию и материальному содержанию такого лица и имеющихся между ними фактических родственных и семейных связей.

Согласно статье 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод каждый имеет право на уважение его личной и семейной жизни, его жилища и его корреспонденции.

Семейная жизнь в понимании статьи 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод охватывает существование семейных связей как между супругами, так и между родителями и детьми, в том числе совершеннолетними, между другими родственниками.

Конвенция о правах ребенка (одобрена Генеральной Ассамблеей ООН 20 ноября 1989 г.) возлагает на родителя (родителей) или других лиц, воспитывающих ребенка, основную ответственность за обеспечение в пределах своих способностей и финансовых возможностей условий жизни, необходимых для его развития (пункт 1 статьи 18, пункт 2 статьи 27).

Статьей 38 Конституции Российской Федерации и корреспондирующими ей нормами статьи 1 Семейного кодекса Российской Федерации предусмотрено, что семья, материнство, отцовство и детство в Российской Федерации находятся под защитой государства.

Забота о детях, их воспитание - равное право и обязанность родителей (часть 2 статьи 38 Конституции Российской Федерации).

Семейное законодательство исходит из необходимости укрепления семьи, построения семейных отношений на чувствах взаимной любви и уважения, взаимопомощи и ответственности перед семьей всех ее членов, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в дела семьи, обеспечения беспрепятственного осуществления членами семьи своих прав, возможности судебной защиты этих прав (пункт 1 статьи 1 Семейного кодекса Российской Федерации).

Родители имеют равные права и несут равные обязанности в отношении своих детей (родительские права) (пункт 1 статьи 61 Семейного кодекса Российской Федерации).

Родители имеют право и обязаны воспитывать своих детей. Родители несут ответственность за воспитание и развитие своих детей. Они обязаны заботиться о здоровье, физическом, психическом, духовном и нравственном развитии своих детей (абзацы первый и второй пункта 1 статьи 63 Семейного кодекса Российской Федерации).

Родитель, проживающий отдельно от ребенка, имеет право на общение с ребенком, участие в его воспитании и решении вопросов получения ребенком образования (пункт 1 статьи 66 Семейного кодекса Российской Федерации).

Родитель, проживающий отдельно от ребенка, имеет право на получение информации о своем ребенке из воспитательных учреждений, медицинских организаций, организаций социального обслуживания и аналогичных организаций. В предоставлении информации может быть отказано только в случае наличия угрозы для жизни и здоровья ребенка со стороны родителя.

Отказ в предоставлении информации может быть оспорен в судебном порядке (пункт 4 статьи 66 Семейного кодекса Российской Федерации в редакции Федеральных законов от 24 апреля 2008 г. № 49-ФЗ, от 25 ноября 2013 г. № 317-ФЗ, от 28 ноября 2015 г. № 358-ФЗ, действовавшей на момент возникновения спорных отношений).

Согласно абзацу второму статьи 69 Семейного кодекса Российской Федерации родители (один из них) могут быть лишены родительских прав, если они уклоняются от выполнения обязанностей родителей, в том числе при злостном уклонении от уплаты алиментов.

Пунктом 1 статьи 71 Семейного кодекса Российской Федерации предусмотрено, что родители, лишенные родительских прав, теряют все права, основанные на факте родства с ребенком, в отношении которого они были лишены родительских прав, в том числе право на получение от него содержания (статья 87 Кодекса), а также право на льготы и государственные пособия, установленные для граждан, имеющих детей.

В Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 14 ноября 2017 г. № 44 "О практике применения судами законодательства при разрешении споров, связанных с защитой прав и законных интересов ребенка при непосредственной угрозе его жизни или здоровью, а также при ограничении или лишении родительских прав" (далее - постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 14 ноября 2017 г. № 44) разъяснено, что Семейный кодекс Российской Федерации, закрепив приоритет в воспитании детей за их родителями, установил, что родительские права не могут осуществляться в противоречии с интересами ребенка; при осуществлении родительских прав родители не вправе причинять вред физическому и психическому здоровью детей, их нравственному развитию, а способы воспитания детей должны исключать пренебрежительное, жестокое, грубое, унижающее человеческое достоинство обращение, оскорбление или эксплуатацию детей (пункт 1 статьи 62, пункт 1 статьи 65 Семейного кодекса Российской Федерации). Родители, осуществляющие родительские права в ущерб правам и интересам ребенка, могут быть ограничены судом в родительских правах или лишены родительских прав (пункт 1 статьи 65, статьи 69, 73 Семейного кодекса Российской Федерации) (абзацы первый, второй пункта 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 14 ноября 2017 г. №44).

Лишение родительских прав является крайней мерой ответственности родителей, которая применяется судом только за виновное поведение родителей по основаниям, указанным в статье 69 Семейного кодекса Российской Федерации, перечень которых является исчерпывающим (абзац первый пункта 13 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 14 ноября 2017 г. № 44).

В пункте 16 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 14 ноября 2017 г. № 44 даны разъяснения о том, что в соответствии со статьей 69 Семейного кодекса Российской Федерации родители (один из них) могут быть лишены судом родительских прав, если они уклоняются от выполнения обязанностей родителей, в том числе, при злостном уклонении от уплаты алиментов.

Уклонение родителей от выполнения своих обязанностей по воспитанию детей может выражаться в отсутствии заботы об их здоровье, о физическом, психическом, духовном и нравственном развитии, обучении.

Разрешая вопрос о том, имеет ли место злостное уклонение родителя от уплаты алиментов, необходимо, в частности, учитывать продолжительность и причины неуплаты родителем средств на содержание ребенка.

О злостном характере уклонения от уплаты алиментов могут свидетельствовать, например, наличие задолженности по алиментам, образовавшейся по вине плательщика алиментов, уплачиваемых им на основании нотариально удостоверенного соглашения об уплате алиментов или судебного постановления о взыскании алиментов; сокрытие им действительного размера заработка и (или) иного дохода, из которых должно производиться удержание алиментов; розыск родителя, обязанного уплачивать алименты, ввиду сокрытия им своего места нахождения; привлечение родителя к административной или уголовной ответственности за неуплату средств на содержание несовершеннолетнего (часть 1 статьи 5.35.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, часть 1 статьи 157 Уголовного кодекса Российской Федерации) (подпункт "а" пункта 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 14 ноября 2017 г. № 44).

Из приведенных положений семейного законодательства в их взаимосвязи с нормативными предписаниями Конвенции о защите прав человека и основных свобод и Конвенции о правах ребенка, а также из разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что семейная жизнь предполагает наличие тесной эмоциональной связи между ее членами, в том числе между родителями и детьми, взаимную поддержку и помощь членов семьи, ответственность перед семьей всех ее членов. При этом основной обязанностью родителей в семье является воспитание, содержание, защита прав и интересов детей. Поскольку родители несут одинаковую ответственность за воспитание и развитие ребенка, данная обязанность должна выполняться независимо от наличия или отсутствия брака родителей, а также их совместного проживания. Невыполнение по вине родителей родительских обязанностей, в том числе по содержанию детей, их материальному обеспечению, может повлечь для родителей установленные законом меры ответственности, среди которых лишение родительских прав. В числе правовых последствий лишения родительских прав - утрата родителем (родителями) права на льготы и государственные пособия, установленные для граждан, имеющих детей.

Таким образом, права родителя, в том числе на получение различных государственных пособий и выплат, основанных на факте родства с ребенком, не относятся к числу неотчуждаемых прав гражданина, поскольку законом предусмотрена возможность лишения гражданина такого права в случае уклонения от выполнения им обязанностей родителя.

Ввиду изложенного, а также с учетом целей правового регулирования мер социальной поддержки, предоставляемых родителям военнослужащего в случае его гибели (смерти) в период прохождения военной службы, направленных на возмещение родителям, которые длительное время надлежащим образом воспитывали военнослужащего, содержали его до совершеннолетия и вырастили защитником Отечества, нравственных и материальных потерь, связанных с его гибелью (смертью), лишение права на получение таких мер социальной поддержки возможно при наличии обстоятельств, которые могли бы служить основаниями к лишению родителей родительских прав, в том числе в случае злостного уклонения родителя от выполнения своих обязанностей по воспитанию и содержанию ребенка.

Положения приведенных норм материального права в их системной взаимосвязи с учетом правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации о целях выплаты страхового возмещения по обязательному государственному страхованию жизни и здоровья военнослужащих в случае гибели (смерти) военнослужащего в период прохождения военной службы судом при разрешении настоящего спора в полной мере учтены.

Суд правомерно пришел к выводу о том, что истцы, как родитель погибшего и отчим, фактически осуществлявшие его воспитание и содержание в период прохождения военной службы Х как выгодоприобретатели по государственному контракту от 27 октября 2021 г., вправе требовать признания отсутствующим право ФИО9 на выплату ему доли страховой суммы и дополнительной меры социальной поддержки в связи со смертью Вутлого Х

Отец погибшего ФИО12 после 2010 г. не поддерживал родственных связей с сыном Х., не общался с ним. Обязанности по воспитанию, содержанию отец ФИО10 не выполнял, не оказывал моральную, физическую и духовную поддержку, не предпринимал каких-либо мер для создания сыну условий жизни, необходимых для его развития. Фактически воспитанием и содержанием Х занимались его мать ФИО1 и ее супруг. Родственные связи с сыном ответчик не поддерживал, не общался с ним и попыток общения не предпринимал. На похороны сына не явился.

Установлено, что после прекращения совместной жизни между ФИО1 и ФИО12, несовершеннолетний Х проживал с матерью и отчимом по адресу: <адрес> что подтверждается справкой управляющей компании ООО «<.......> от 11 февраля 2023 г. № <...>

Из материалов дела также следует, что алиментные обязательства ФИО12 в отношении сына Х исполнял в рамках возбужденного исполнительного производства на основании приказа мирового судьи судебного участка № 38 Николаевского района Волгоградской области от 9 ноября 2004 г. Как следует из объяснений ФИО12 от 21 мая 2015 г. в материалах исполнительного производства, алименты на содержание ребенка он выплачивает в размере 1500 рублей, материально не помогает, с ребенком не общается, где находится ребенок ему известно (т.1 л.д.127-128). В объяснениях от 22 мая 2018 г. ФИО12 указал, что ему известно о наличии задолженности по алиментам, но оплатить ее не имеет возможности, так как не работает (т. 1 л.д.143). В адрес ФИО10 судебным приставом- исполнителем выносились предупреждения об уголовной ответственности за злостное уклонение от уплаты алиментов в 2013 г., 2014 г., 2018 г. (т. 1 л.д. 120, 125, 141). В соответствии с постановлением судебного пристава- исполнителя от 8 августа 2008 г. размер задолженности ФИО12 по уплате алиментов, образовавшейся с 3 ноября 2004 г. составил 72018, 15 рублей (т.1 л.д. 118). Согласно постановлению судебного пристава- исполнителя от 5 июля 2018 г. ФИО12 произвел частичную оплату алиментов за период с 9 августа 2016 г. по 1 июня 2018 г. в размере 21,15 рублей (т.1 л.д. 154).

Согласно характеристике МБОУ «<.......> от 14 апреля 2023 г., за весь период обучения Х в учреждении с 2014 г. по 2018 г. отец ФИО12 ни разу не был в школе, родительские собрания не посещал, жизнью и успехами ребенка не интересовался. Воспитанием ребенка занимались мать ФИО1 и отчим ФИО11 (с 5 лет), Х называл ФИО11 отцом и считал его авторитетом в своей семье. ФИО1 и ФИО11 осуществляли постоянный контроль за поведением и успеваемостью ребенка, находились в постоянном контакте с классным руководителем, посещали родительские собрания, принимали активное участие в жизни своего сына (т.1 л.д. 176).

Из характеристики ГБПОУМО «<.......> от 14 апреля 2023 г. усматривается, что на протяжении периода обучения Х в колледже с 1 сентября 2018 г. по 27 июня 2022 г. ответчик ФИО12 никаких отношений с бывшей супругой ФИО1 и ребенком Х не поддерживал, в воспитании Х участия не принимал, не посетил ни одно родительское собрание, ни разу не пытался связаться с мастером п/о для того, чтобы узнать успеваемость и достижения сына. В ходе индивидуальных бесед с Х установлено, что Х контактов с родным отцом не поддерживал, своим отцом считал ФИО11 Олег воспитывался в полной семье, родители: мать ФИО1, отчим ФИО11 воспитывал с детских лет. За время обучения ФИО1 (мать) и ФИО11 (отчим) постоянно осуществляли контроль за поведением Х., посещаемостью и успеваемостью, посещали родительские собрания (т.1 л.д. 177).

Также в суд истцами представлена характеристика от соседей по месту проживания Х согласно которой, Х проживал по адресу: <адрес> с 2013 г. по 2023 г. с матерью ФИО1, отчимом ФИО11 и младшим братом, семья дружная и гостеприимная, характеризуется с положительной стороны. Биологического отца Х – ФИО12 соседи никогда не видели, Х всегда говорил, что родной отец ФИО2(т.1. л.д. 174), а также характеристика от друзей Х согласно которой, Х. считал родным отцом своего отчима ФИО2, из - за близких и хороших отношений друг с другом, не любил разговоров о биологическом отце (ФИО12), всегда замыкался и прекращал такой разговор (т.1. л.д. 173).

В ходе судебного разбирательства судом первой инстанции по ходатайствам сторон были допрошены свидетели Х которые подтвердили, что ФИО12 не виделся с сыном и воспитание сына не осуществлял в течение длительного периода, добровольно алименты не платил, родственные связи с сыном не поддерживал, не общался с ним и попыток общения не предпринимал.

Свидетель Х являясь братом ФИО1, подтвердил, что после прекращения брачных отношений ответчика и его сестры ФИО1, общения с сыном (Х.) у ФИО12 не было; препятствия в общении со стороны матери ребенка не чинились - она не была против их общения.

Свидетель Х мать истца ФИО1, пояснила, что ее внук Х. считал своим отцом отчима ФИО2, был сильно обижен на отца ФИО12 После рождения ребенка внука, дочь, ФИО1, проживала у нее. В связи с тяжелым материальным положением ФИО1 обратилась с иском об удержании с ФИО12 алиментов. Алиментные обязательства ответчик исполнял в размере 500 рублей в месяц в течение двух лет, в просьбе дочери об оплате занятий внука ФИО12 отказал. Общение ответчика с ребенком было периодичным (во время приезда дочери к ней в отпуск). После ее (свидетеля) переезда в Москву к дочери общение прекратилось.

Свидетель Х (супруга родного брата истца ФИО1) пояснила, что ФИО12 ранее никогда не видела. Х называл отцом ФИО2

Свидетель Х, родная сестра ФИО12 подтвердила, что после прекращения брачных отношений с ее братом ФИО12 и переезда в Москву ФИО1, общение ФИО12 с сыном Х прекратилось.

Свидетель Х (мать ФИО12) пояснила, что между ее сыном ФИО12 и внуком Х после прекращения брачных отношений с матерью ребенка (2005 г.) и выезда ФИО1 с ребенком в Москву, происходило периодическое общение до достижения внуком возраста 12-13 лет. Потом, после переезда в Москву бабушки Х., общение прекратилось. Истец ФИО1 требовала уплаты алиментов, манипулировала этим при общении ответчика с ребенком. Алименты на содержание ребенка у ФИО12 удерживались принудительно, как только приходила зарплата. На похороны сына ФИО12 не поехал, передал деньги в размере 30000 рублей.

В суде апелляционной инстанции ответчик ФИО12 пояснил, что общение с ребенком после переезда в Москву прекратилось по вине истца ФИО1, в установленном порядке за защитой своих родительских прав ни в суд, ни в органы опеки не обращался. Алиментные обязательства исполнял на основании решения суда, в пределах своих возможностей. Попыток общения с сыном Х после достижения им совершеннолетнего возраста он не предпринимал, по сотовой связи с сыном не общался. На похороны сына не поехал, передав ФИО1 денежные средства в размере 30000 рублей.

При таких обстоятельствах суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу о том, что фактически семейные и родственные связи между ФИО12 и Х отсутствовали, поскольку после прекращения брачных отношений с матерью ребенка ответчик ФИО12 с ребенком Х. не общался, алиментные обязательства исполнял несвоевременно и ненадлежащим образом, ребенком не интересовался, материально не помогал, в воспитании участия не принимал, о чем свидетельствуют показания свидетелей и справки из образовательных учреждений, подтверждающих, что в течение периода с 2014 г. по 2022 г. образованием и воспитанием и содержанием ребенка занимались его отчим и мать.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, оснований для иной оценки обстоятельств, установленных судом, у судебной коллегии не имеется.

Принимая во внимание целевое назначение выплат полагающихся родителям военнослужащего, которые длительное время надлежащим образом воспитывали военнослужащего, содержали его до совершеннолетия и вырастили защитника Отечества, нравственные и материальные потери, в случае его смерти в результате военных действий, а также принципы равенства, справедливости и соразмерности, принцип недопустимости злоупотребления правом как общеправового принципа, выступающих, в том числе критериями прав, приобретаемых на основании закона, указанных в нормативных правовых актах, требования ФИО1 и ФИО2 о признании отсутствующим у ФИО12 права на выплату причитающейся доли страховой суммы, социальной выплаты с лишением указанных выплат, с учетом установленных по делу обстоятельств, являются обоснованными.

Приведенные в апелляционной жалобе доводы о том, что судом не дана надлежащая оценка доводам ответчика о воспрепятствовании со стороны истицы общению с сыном, недостоверности показаний свидетелей по делу, что ответчик является отцом, не лишенным родительских прав и, соответственно, имеет право на получение страховых выплат и дополнительных мер социальной поддержки, являлись предметом оценки суда первой инстанции и обоснованно отклонены.

Показания свидетелей, допрошенных в судебном заседании, в том числе, по инициативе ответчика, не подтверждают факт длительного надлежащего выполнения ФИО12 родительских обязанностей по воспитанию и содержанию сына Х. Доводы о наличии препятствий в общении с сыном со стороны ФИО1 опровергаются материалами дела, а также отсутствием соответствующих обращений со стороны ФИО12 за защитой нарушенного права в суд и органы опеки. Отсутствие общения с ребенком даже после достижения им совершеннолетнего возраста ответчиком не оспаривается.

Оценка исследованных в судебном заседании показаний свидетелей, и иных доказательств относительно фактических обстоятельств выполнения ФИО12 родительских обязанностей в отношении сына Х соответствует требованиям статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, выводы суда, постановленные в решении суда, доводами апелляционной жалобы ответчика не опровергнуты.

Совокупность исследованных судом доказательств обоснованно признана достаточной для установления фактических обстоятельств дела и удовлетворения исковых требований ФИО1 и ФИО2 о признании право ФИО12 на долю страховой выплаты и дополнительные меры поддержки в виде социальной выплаты в связи с гибелью военнослужащего Х. отсутствующим.

Доводы апелляционной жалобы в данной части и представления не опровергают правильность выводов суда, основаны на неверном толковании закона, сводятся лишь к несогласию с выводами суда и субъективной оценке установленных обстоятельств, что не может рассматриваться в качестве достаточного основания для отмены обжалуемого решения суда.

Судебная коллегия полагает, что при разрешении спора судом первой инстанции были правильно определены обстоятельства, имеющие значение для дела, правоотношения сторон в рамках заявленных требований и закон, подлежащий применению. При этом, выводы суда соответствуют установленным по делу обстоятельствам, подтвержденным материалами дела и исследованными судом доказательствами, которым суд дал надлежащую оценку в соответствие с требованиями процессуальных норм. Нарушений норм процессуального и материального права, влекущих отмену решения, судом также допущено не было.

При указанных обстоятельствах, оснований для отмены решения суда по доводам апелляционной жалобы и представления, судебная коллегия не усматривает.

Вместе с тем, резолютивная часть решения суда подлежит изменению, поскольку в абзаце 3 ее суд не указал, что именно признано отсутствующим у ФИО12, что препятствует исполнению, с изложением данного абзаца решения в новой редакции: признании у ФИО12 отсутствующим право на выплату причитающейся ему доли дополнительной меры социальной поддержки в виде единовременной выплаты, предусмотренной Постановлением Правительства Московской области от 29 марта 2022г. № 292/12 «Об утверждении Порядка назначения и выплаты дополнительной меры социальной поддержки членам семей погибших (умерших) военнослужащих.

На основании изложенного, и руководствуясь статьями 328 – 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия по гражданским делам Волгоградского областного суда

определила:

решение Быковского районного суда Волгоградской области от 7 июня 2023г. изменить, изложив абзац 3 резолютивной части решения суда в следующем виде: признать отсутствующим у ФИО12,ДД.ММ.ГГГГ рождения, право на выплату причитающейся ему доли дополнительной меры социальной поддержки в виде единовременной выплаты, предусмотренной Постановлением Правительства Московской области от 29 марта 2022 г. № 292/12 «Об утверждении Порядка назначения и выплаты дополнительной меры социальной поддержки членам семей погибших (умерших) военнослужащих».

В остальной части решение Быковского районного суда Волгоградской области от 7 июня 2023г. оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО12, апелляционное представление прокурора Быковского района Волгоградской области - без удовлетворения.

Председательствующий:

Судьи:

<.......>