Решение по делу № 2-107/2025 от 18.03.2025

55RS0007-01-2024-006987-24

Дело №2-107/2025 (2-4633/2024)

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

18 марта 2025 года город Омск

Центральный районный суд города Омска в составе председательствующего судьи Бредгауэр В.В. при помощнике ФИО1, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО2, ФИО3 к ФИО4, ФИО5 о возмещении ущерба, причиненного в результате пожара,

УСТАНОВИЛ:

Истцы обратились в суд с названным иском, указав в обоснование, что истцу ФИО2 принадлежит на праве собственности земельный участок, а также жилой <адрес> в г. Омске. Истец ФИО3 постоянно зарегистрирован и проживает в указанном доме. 05.07.2024г. произошел пожар в жилом доме ответчиков, расположенном по адресу: <адрес>. По факту прибытия пожарных частей, был установлен факт горения в домовладениях под <адрес> по <адрес> в г. Омске. В результате пожара имуществу, принадлежащему истцам причинен ущерб. Так, при проведении проверки установлено, что поврежден пожаром одноэтажный блокированный жилой дом каркасно-насыпного типа, размерами 6х10, кровля шиферная по деревянной обрешетке, отопление газовое, освещение электрическое; постройка (баня) размером 3х3, брусовая, кровля металлическая по деревянной обрешетке, отопление печное, освещение отсутствует. Материалами проверки так же установлено, что очаг пожара расположен в <адрес> – собственники, владельцы, ответственные лица – ответчики ФИО20. Так же установлено, что ответчик ФИО4 в момент пожара находился дома в состоянии алкогольного опьянения, спал. Согласно техническому заключению ФГБУ СЭУ ФПС ИПЛ по Омской области №128-1-2024 от 26.07.2024г. факт наличия очага пожара в <адрес> подтвержден. Указано, что причиной пожара послужило загорание горючих материалов в результате теплового проявления электрического тока, вследствие аварийного пожароопасного электрического режима. Согласно заключения специалиста от 03.09.2024г. сумма ущерба причиненного имуществу истцов в результате пожара составила - 3 912 083 рубля. Просили суд взыскать с ответчиков денежную сумму в размере 3 912 083 руб., компенсацию морального вреда 500 000 руб. каждому, распределить понесенные стороной истца судебные расходы.

В дальнейшем истцы, в порядке ст. 39 ГПК РФ, уточнили свои исковые требования и просили суд взыскать в пользу истцов с ответчиков солидарно сумму ущерба в размере 3 639 687 рублей, из которых 2 469 638 – стоимость восстановительного ремонта дома, 494 470 рублей – стоимость восстановительного ремонта бани, и 675 579 рублей – стоимость поврежденного имущества, а именно взыскать в пользу истца ФИО2 2 469 638 руб. – стоимость восстановительного ремонта дома, 494 470 рублей стоимость восстановительного ремонта бани, а в пользу истца ФИО3 675 579 – стоимость поврежденного имущества; взыскать в пользу истцов с ответчиков солидарно компенсацию морального вреда в размере 500 000 рублей каждому. При удовлетворении исковых требований, произвести распределение судебных расходов, произведенных истцами на дату вынесения решения суда, а именно взыскать в пользу истца ФИО2 расходы по оплате госпошлины в сумме 28 360 рублей, а также расходы по подготовке заключений специалиста для определения стоимости восстановительного ремонта дома, бани и имущества, проведенного для определения цены иска, в размере 20 000 рублей и 15 000 рублей соответственно, всего 63 360 рублей. Просили суд взыскать с ответчиков солидарно суммы указанные в п.1,2,3 пропорционально установленной судом вины каждого ответчика.

В судебном заседании истец ФИО2 участие не принимала, была извещена судом о дате и месте судебного заседания.

Представитель ФИО2 на основании доверенности – ФИО8, поддержал заявленные уточненные исковые требования в полном объеме по основаниям, изложенным в иске. На вопрос суда уточнил, что если суд прийдет к выводам о том, что степень вины ответчиков в причиненном ущербе не будет равной, тогда просил суд заявленные суммы взыскать в пользу истцов пропорционально установленной судом степени вины каждого ответчика. За услуги экспертов оплачивала ФИО2, ФИО3 не возмещал ей данные расходы. Так же, уточнил на вопрос суда, что нравственные страдания ФИО2 заключаются в том, что она потеряла имущество, переживала за сына, беспокоилась все ли с ним в порядке. Кроме того, просил суд учесть тот факт, что пожар перекинулся с постройки ответчиков под литерой Г, сначало на баню истцов, а затем перешел огонь на дом истцов. При этом, указанная пристройка была введена в эксплуацию ответчиками в 1996г., то есть уже после возведения истцами всех построек. Связи с чем, оснований говорить о наличии грубой неосторожности в действиях истцов не имеется, что подтверждается отказными материалами и фотографиями, представленными в материалы дела и показаниями допрошенных судом свидетелей.

Истец ФИО3 поддержал уточненные исковые требования в полном объеме, относительно обоснования требований о компенсации морального вреда пояснил на вопрос суда, что он на протяжении длительного периода времени вынужден был проживать на даче без каких либо удобств, когда восстановили крышу, перехал в дом, потихоньку восстанавливает его своими силами. У него сгорело все, вся одежда, что на нем было одето в тот день, только и осталось, все фотографии семейные, видео, что не подлежит восстановлению, техника бытовая.

В судебном заседании ответчики ФИО4 и Е.В., будучи извещенными надлежаще и своевременно, участие в судебном заседании не принимали.

Представитель ответчиков по доверенности – ФИО9, просил суд удовлетворить требования истцов частично, отказав в удовлетворении требований в отношении ответчика ФИО5, поскольку она не является собственником дома, дом прешел к ФИО4 в результате дарения, а соответственно совместно нажитым имуществом дом не является. Относительно взыскания размера ущерба с ответчика ФИО4 просил суд взыскать причиненный ущерб частично, учтя результаты экспертизы, установившей факт несоблюдения истцами противопожарных норм относительно строений ответчика, что способствовало увеличению объему причененного ущерба. При этом, он не оспаривал выводы эксперта о том, что дом доверителей был в веден в эксплуатацию только в 1996г., пояснив, что постройка под литерой «Г» возведена ответчиками в 1996 году.

Третье лицо, Территориальный отдел надзорной деятельности и профилактической работы по ЦАО г. Омска управления надзорной деятельности и профилактической работы ГУ МЧС России по Омской области, будучи извещенным о дате и месте судебного заседания, участие в судебном процессе не принимало.

Допрошенный судом свидетель ФИО10, проживающая по адресу: <адрес>, суду пояснила, что стороны являются ее соседями. В день пожара она находилась на кухне и увидела в окно огонь. Вышла на улицу и увидела, что у ФИО20 горит дом со стороны огорода. Затем услышала крики, шум, пожарные машина начали заливать пожар. Огонь перешел на крышу дома ФИО19. Её дом находится через три дома от дома ФИО19, по этой же стороне. В доме истцов бывала часто. ФИО3 живет в этом доме всю жизнь. В доме истца видела кухонный гарнитур, телевизор, шкаф для книг, кровати, книги с полками по стенке, холодильник, кресло, на котором лечат зубы. На кухни был стол, холодильник в коридоре стоял. Холодильник был большой, бирюса, но точно сказать не может название. После пожара в дом к ФИО19 не заходила. В настоящее время ФИО19 восстановили крышу, окна обшили снаружи. Внутри дома не была, поэтому ей не известно восстановили они внутри дом или нет. В доме проживает фактически истец ФИО3 с сожительницей, они вместе содержат дом. Со слов соседей, ей известно, что после пожара у Л-вых осталась только веранда, стальное все сгорело.

Свидетель ФИО11 суду пояснила, что 05.07.2024г., в часов 11-12 вечера, она услышала хлопок на улице, потом через некоторое время второй хлопок, выбежала на улицу и увидела, что дом ФИО20 горит, начал гореть дом истца. Она позвонила в пожарное отделение, где ей пояснили, что на этот адрес вызов уже поступил. Истца и его сожительницы ФИО2 дома не было, они ехали откуда-то. Её супруг стал тушить дом истцов, поливать водой. Все бегали, кричали. До пожара она была в доме у истцов, покупала мед в 2023 году. Внутрь дома она не заходила, в прихожей была, видела микроволновую печь, холодильник у истцов в доме. В прихожей видела печку. После пожара от дома истцов остались пустые стены. Так же на участке у истцов была баня, она тоже сгорела. В настоящее время истец воставил окна в доме, стены. Они все сами сделали. Внутрь дома она не заходила. Так же, на вопросы сторон уточнила, что когда она вышла на улицу, дом ФИО20 уже весь горел, а дом ФИО19 начал гореть.

Свидетель ФИО12 суду пояснил, что является другом истца ФИО3, проживает недалеко от дома истцов. В день пожара ему на телефон позвонил кто-то из соседей и сказал, что пожар в доме истца. Он сразу же побежал к дому истцов и в первую очередь выкатил на улицу из гаража машину, чтобы она не сгорела. Ждал пока пожарники потушат огонь, стоял и охранял, чтобы со двора истца ничего не вытащили. Он пришел к дому истца, в тот момент, когда пожарники уже тушили крышу дома. Также горел соседний дом. Он слышала, что пожарники кричали: «Бросаем тушить этот дом, и переходим тушить соседний, пока он ещё не сгорел» и они стали тушить дом истца. Он все это время находился рядом с домом истца и смотрел, как тушат пожар. Так же, на вопросы суда уточнил, что на земельном участке истца имеется гараж, баня, пристройка. Пристройка находилась с той со стороны, где начался пожар. Гараж не горел. Гараж находится рядом с домом. Дом истца горел сзади, со стороны соседского дома. Горел угол дома и крыша. Все силы по тушению пожара бросили на крышу. То есть, дом не полностью сгорел. Он дождался пока придет Аня, дочь сожительницы ФИО3, самого ФИО19 и его сожительницы дома не было, они ехали с района. Возле дома находились другие соседи, как пояснил ему один из них, он перекрыл газ. Он обратился к пожарным с просьбой зайти в дом истцов и вытащить документы, но документы пожарный не нашел. После того, как пожарные ушли, он забежал в дом истцов и вынес документы. После пожара они вытащили на улицу холодильник, телевизор. Пожар тушили до часов 4-5 утра, потом закрыли ворота. Подъехали истец и его сожительница, он забрал их к себе домой. На следующий день он помогал ФИО3 вытаскивать вещи, мебель на улицу, вытащили холодильник двухкамерный, две морозильные камеры, телевизор, ноутбук, кровать двуспальную с матрасами, два монитора, стационарный компьютер, видеонаблюдение – блок, мебель, диван, вещи, подушки, одеяло. Эти все вещи не сохранились. Даже когда забегал вытаскивать документы в доме потолок осыпался, везде вода. Ничего не сохранилось. Также вытащили стулья, столы, микроволновую печь, два больших ведра с медом. До пожара был дома у истцов, видел инструменты: болгарку, дрель, циркулярные пилы и так далее. Имущество до пожара было работоспособное. Брал у истца ноутбук для пользования. У него два ноутбука: маленький и большой. В результате пожара у истцов пострадало три комнаты: первая комната – дальняя, ближе к дому ФИО20, вторая - ближе к кухне, кухня дальше была, она не сгорела. Все имущество, которое было уничтожено, находилось в этих трех комнатах.

Свидетель ФИО13 суду пояснила, что ее мать проживает с ФИО3 в <адрес> в г. Омске. Она проживает отдельно от них, но часто бывает у них в гостях, остается с ночевой. 05.07.2024г. был последний ее рабочий день перед выходными, она находилась дома, когда ей позвонила мать и сообщила, что соседский дом горит, и попросила забрать документы из дома. Мать с ФИО3 в тот момент находились за городом. Она вызвала такси и примерно около 11 вечера приехала к дому истца и увидела, что соседский дом полыхает, баня истца сгорела, огонь перешел на крышу дома. Она стала снимать видео и сбрасывать истцу и матери. В дом зайти было опасно, все полыхало. Машину выгнали из гаража. Было много людей. Были газовики, пожарники. Потом ждали, пока потушат пожар. После того, как пожарники потушили пожар, друг ФИО3 – Сергей, забежал в дом и вынес документы. Около 2-3 ночи приехал истец с матерью. Потушили пожар к часам 5 или 6 утра. Они зашли вовнутрь дома, все было в ужасном состоянии, гарь, везде вода, все сыпалось. Осмотрели дом. Вся техника, все уничтожено. Потолок упал. Рыбки в аквариуме погибли, холодильник разплавился. Все были на панике, не знали, что делать, все комнаты в доме пострадали. При входе в дом идет прихожая, потом кухня, но она очень маленькая. В кухни стоял стол, микроволновая печь, газовое оборудование, раковина, стиральная машина, кухонный уголок: стол, стулья. Кухня уцелела, поскольку дверь была закрыта в кухню. Дальше прихожая. В прихожей люстра, холодильник, все уничтожено. Вся одежда сожжена. Деньги были в вещах, все в воде, гарь, на полке стояла электромясорубка, которая тоже уничтожена. Потом с прихожей направо душивая кабина, бойлер, вешалка, окно. С коридора вход в комнату, где две морозильных камеры, вещи истца в шкафах были. Пострадало место для телевизора, но там лежали медицинская аптечка, всякая электроника. Потом в одном шкафу была бытовая техника. Там все расплавилось, тостер, соковыжималка. В другом отсеке рубашки, брюки. ФИО6 висела хорошая большая, питерский художник рисовал. С прихожей попадаем в зал. Там был аквариум, где погибли все рыбки, диван, две швейные машинки, стол резной самодельный, много электроники, флэшки, телевизор, видеонаблюдение, две камеры с наружи были, системный блок, рядом монитор к системнику, ковер красный. С зала вход в дальнюю комнату, там стояла кровать самодельная, шкаф-купе новый. Все пострадало. Три года делали ремонт в этом доме. В этом шкафу были документы, ноутбук, одежда. Два светильника. Окна потрескались во всех комнатах. До пожара было все в нормальном, рабочем состоянии. Пожар перекинулся на дом истца с дома соседей. Рядом с домом располагалась баня, она тоже сгорела. Огонь перекинулся на крышу. Крыша потрескалась, и в итоге все сгорело и упало. Гараж остался целым, кухня целая, остальная часть дома сгорела. Та часть дома, которая сгорела, находилась со стороны дома ответчиков. Это все рядом находилось. Между домом и домом соседей пристроек не было. Было накрыто, но это для канализации, чтоб она не перемерзала. Забор стоял между домом истца и ответчика. Дома стояли близко.

Выслушав стороны, показания свидетелей, исследовав материалы гражданского дела, материалы об отказе в возбуждении уголовного дела №135 по факту пожара и проанализировав собранные доказательства в их совокупности с позиции относимости, допустимости и достаточности, суд приходит к следующим выводам.

В силу ч. 1 ст. 12 ГПК РФ правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон.

В соответствии со ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается, как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

На основании ч. 1 ст. 57 ГПК РФ, доказательства представляются сторонами и другими лицами, участвующими в деле.

В соответствии с ч. 1 ст. 67 ГПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

В силу пунктов 1, 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.

Статьей 1082 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что удовлетворяя требование о возмещении вреда, суд в соответствии с обстоятельствами дела обязывает лицо, ответственное за причинение вреда, возместить вред в натуре (предоставить вещь того же рода и качества, исправить поврежденную вещь и т.п.) или возместить причиненные убытки (пункт 2 статьи 15).

Из разъяснений, содержащихся в пункте 14 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 5 июня 2002 года № 14 «О судебной практике по делам о нарушении правил пожарной безопасности, уничтожении или повреждении имущества путем поджога либо в результате неосторожного обращения с огнем», следует, что вред, причиненный пожарами личности и имуществу гражданина либо юридического лица, подлежит возмещению по правилам, изложенным в статье 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, в полном объеме лицом, причинившим вред. При этом необходимо исходить из того, что возмещению подлежит стоимость уничтоженного огнем имущества, расходы по восстановлению или исправлению поврежденного в результате пожара или при его тушении имущества, а также иные вызванные пожаром убытки (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Согласно статье 34 Федерального закона от 21 декабря 1994 г. № 69-ФЗ «О пожарной безопасности» граждане имеют право на возмещение ущерба, причиненного пожаром, в порядке, установленном действующим законодательством. Надлежащим исполнением обязательств по возмещению имущественного вреда, причиненного пожаром, является возмещение причинителем вреда потерпевшему расходов на восстановление поврежденного имущества в состояние, в котором оно находилось до момента причинения ущерба, поскольку именно такой способ будет в полной мере отражать размер повреждения имущества.

Как следует из разъяснений, содержащихся в пункте 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу ст. 210 ГК РФ, собственник несет бремя содержания принадлежащего ему имущества, если иное не предусмотрено законом или договором.

Из приведенных положений закона следует, что, если иное не предусмотрено законом или договором, ответственность за надлежащее и безопасное содержание имущества несет собственник, а соответственно, ущерб, причиненный вследствие ненадлежащего содержания имущества, подлежит возмещению собственником, если он не докажет, что вред причинен не по его вине. При этом бремя содержания имущества предполагает в том числе принятие разумных мер по предотвращению пожароопасных ситуаций.

Согласно ст. 30 ЖК РФ, собственник жилого помещения обязан поддерживать данное помещение в надлежащем состоянии, не допуская бесхозяйственного обращения с ним, соблюдать права и законные интересы соседей, правила пользования жилым помещением, а также правила содержания общего имущества собственников помещений в многоквартирном доме.

Исходя из смысла изложенных норм права (ст. 30 ЖК РФ, ст. 210 ГК РФ) собственник обязан использовать свое имущество так, чтобы не нарушать права и законные интересы других лиц, несет бремя содержания принадлежащего ему имущества.

Согласно положениям ст. 211 ГК РФ риск случайной гибели или случайного повреждения имущества несет его собственник, если иное не предусмотрено законом или договором.

Из приведенных правовых норм следует, что собственник вправе владеть и распоряжаться принадлежащим ему имуществом по своему усмотрению, совершать в отношении данного имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, при этом он несет ответственность по содержанию принадлежащего ему имущества и риску случайной гибели или случайного повреждения имущества.

В соответствии с ч. 1 ст. 38 Федерального закона от 21.12.1994 № 69-ФЗ «О пожарной безопасности» ответственность за нарушение требований пожарной безопасности в соответствии с действующим законодательством несут, в том числе собственники имущества; лица, уполномоченные владеть, пользоваться или распоряжаться имуществом.

Из материалов дела следует, что ФИО2 является собственником <адрес>, что подтверждается выпиской из ЕГРП (т. 1 л.д. 115-119), свидетельством о государственной регистрации права (л.д. 25 т. 1). Исходя из свидетельства о государственной регистрации права серия <адрес> (т. 1 л.д. 26) так же ФИО2 на праве собственности принадлежит земельный участок, площадью 420.00 кв.м. с кадастровым номером №, предоставленный для жилищных нужд под строение, расположенный на землях населенных пунктов установлено относительно жилого дома, имеющего почтовый адрес: г. Омск, ЦАО, <адрес>.

ФИО3, согласно представленной в материалы дела копии паспорта и домовой (поквартирной) книги (т. 1 л.д. 20, 46-49) с 27.07.1999г. по настоящее время постоянно зарегистрирован в указанном доме по адресу: г. Омск, ЦАО, <адрес>, и согласно пояснений истца и показаний допрошенных свидетелей: ФИО14, ФИО15, ФИО13, ФИО16, постоянно проживает в данном доме со своей семьей.

Исходя из ситуационного плана (схемы) земельного участка (т. 1 л.д. 36, т. 2 л.д. 169 оборотная сторона), расположенного по адресу: <адрес>, в состав домовладения входит: строения литера А (основное строение), А1 (пристройка), А2 (пристройка), а (крыльцо), так же на указанном участке располагаются строения под литерой: Г (гараж), Г1 (сарай), Г2 (баня), Г3 (уборная), Г4 (колодец).

Исходя из представленных по запросу суда выписке из Единого государственного реестра недвижимости об основных характеристиках и зарегистрированных правах на объект недвижимости (т. 1 л.д. 112-114, 120-122) <адрес> принадлежит на праве собственности – ФИО4.

Исходя из плана (схемы) земельного участка, плана строения (т. 2 л.д. 162-163), расположенных по адресу: <адрес>, в состав домовладения входит: строения литера А (основное строение), А1 (жилая пристройка), а (веранда), так же на указанном участке располагаются строения под литерой: Г, Г1, Г2, Г3, Г4, Г5.

Как следует из материалов об отказе в возбуждении уголовного дела №135 по факту пожара, произошедшего в жилых домах и хозяйственных постройках 05.07.2024г. в 22 часа 28 минут в дежурно-диспетчерскую службу 01 ГУ МЧС России по Омской области поступило сообщение о пожаре в жилом доме по адресу: <адрес>. По прибытию к месту вызова пожарных подразделений обнаружено, что горели два жилых дома, хозяйственные постройки на общей площади 203 кв.м.

По данному факту произведен осмотр, составлен протокол осмотра места происшествия от 06.07.2024г.

При проведении проверки по данному факту пожара, в рамках материала проверки №10-11-34, установлено, что 05.07.2024г. владелец <адрес>, ФИО4, в момент пожара находился по адресу своего проживания в состоянии алкогольного опьянения, спал, по причине пожара ничего пояснить не может. ФИО17 пояснила, что в момент пожара находилась по адресу своего проживания, увидела, что с западной стороны жилого <адрес> идет дым из-под кровли. Жильцы <адрес> на момент пожара отсутствовали. По протоколу осмотра места пожара установлено, что пожар получил обширное распространение по территориям вышеуказанных домовладений. Из выявленных термических повреждений усматривается комплекс признаков направленности развития горения, проявляющихся в уменьшении степени интенсивности термического воздействия на горючие материалы по мере удаления от территории домовладения, расположенного по адресу: <адрес>. Наиболее интенсивные термические повреждения сосредоточены на территории домовладения по указанному адресу, а именно с западной стороны жилого <адрес>, в виде крупноячеистого обугливания на всей площади, уничтожения до основания внутреннего и внешнего каркаса стен северной стены, обугливания до остроконечной формы вертикальных столбов.

Согласно технического заключения №128-1-2024 по причине пожара, произошедшего 05.07.2024г. по адресу: <адрес> от 26.07.2024г. «основываясь на объективных (протокола осмотра места происшествия и фотоматериал) и субъективных (объяснение очевидца) данных, специалист пришел к выводам, что очаг пожара находился в помещении, расположенного при входе в <адрес>.

Исходя из сформированных термических повреждений, расположения электрооборудования, в установленном очаге пожара, и отсутствия иных потенциальных источников заживания, специалист считает, что причиной пожара послужило загорание горючих материалов в результате теплового проявления электрического тока вследствии аварийного пожароопасного электрического режима».

Постановлением ТОНД и ПР по Центральному АО г. Омска УНД и ПР ГУ МЧС России по Омской области от 31.07.2024г. в возбуждении уголовного дела по сообщению о совершении преступления, предусмотренного ст. 168, ч. 1 ст. 219 УК РФ, отказано по основаниям, предусмотренным п. 1 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, ввиду отсутствия события преступления.

Таким образом, разрешая спор по существу, суд, с учетом анализа технического заключения № по причине пожара, произошедшего 05.07.2024г. по адресу: <адрес>, от 26.07.2024г. приходит к выводам, что ответственность за вред, причиненный истцам ФИО19 в связи с уничтожением жилого <адрес>, хозяйственных построек и имущества, должна быть возложена на собственника жилого <адрес> в г. Омске, поскольку как суд, указал выше, причиной пожара послужило загорание горючих материалов в результате теплового проявления электрического тока вследствии аварийного пожароопасного электрического режима в жилом <адрес> в г. Омске.

Как было установлено в ходе судебного разбирательства, ФИО4 за состоянием своего недвижимого имущества, собственником которого он являлся, не следил, мер к замене электрической проводки не принимал. Доказательств иного суду стороной ответчиков не предсталено. Более того, в ходе судебного разбирательства стороной ответчика не оспаривалась вина в произошедшем пожаре, равно как и выводы технического заключения.

Статьей 210 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что собственник несет бремя содержания принадлежащего ему имущества, если иное не предусмотрено законом или договором.

В соответствии с частью 1 статьи 38 Федерального закона от 21 декабря 1994 г. № 69-ФЗ «О пожарной безопасности» ответственность за нарушение требований пожарной безопасности в соответствии с действующим законодательством несут собственники имущества.

По смыслу приведенных норм права, бремя содержания собственником имущества предполагает также ответственность собственника за ущерб, причиненный вследствие ненадлежащего содержания этого имущества, в том числе и вследствие несоблюдения мер пожарной безопасности.

В силу пункта 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2).

В пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации). По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.

Из приведенного нормативного регулирования и руководящих разъяснений вышестоящего суда следует, что в гражданско-правовых отношениях установлена презумпция вины в причинении вреда, в том числе, когда таковая заключается в необеспечении мер пожарной безопасности при содержании своего имущества.

Обязанность доказать отсутствие вины в таком случае должна быть возложена на собственника, не обеспечившего пожарную безопасность своего имущества, вина которого предполагается, пока не доказано обратное.

В рамках проведения проверки по сообщению о пожаре, произошедшем 05.07.2024 в жилых домах и хозяйственных постройках, расположенных по адресам: <адрес> <адрес>, поступившем от населения на основании постановления о назначении исследования материалов проверки, ФГБУ СЭУ ФПС ИПЛ по Омской области было проведено исследование, по результатом которого представлено техническое заключение № по причине пожара, произошедшего 05.07.2024г. по адресу: <адрес> от 26.07.2024г. «основываясь на объективных (протокола осмотра места происшествия и фотоматериал) и субъективных (объяснение очевидца) данных, специалист пришел к выводам, что очаг пожара находился в помещении, расположенного при входе в <адрес>.

Проанализировав экспертное заключение, суд считает его достоверным и допустимым доказательством, а итоговый результат достаточным для вывода о том, что причина пожара связана с ненадлежащим состоянием электрической проводки.

Заключение содержит подробное описание выполненных исследований, отвечает принципам однозначности, непротиворечивости, выводы соответствуют иным собранным по делу доказательствам: протоколу осмотра места происшествия, показаниям свидетелей (очевидцев пожара).

Сомнений в правильности и обоснованности экспертного заключения у суда не возникает.

В свою очередь, стороной ответчика, на которой как указал суд выше возложена обязанность представлять доказательства отсутствие своей вины в причиненом ущербе, доказательств иного суду не представлено. Более того, представитель ответчиков пояснял суду, что его доверители свою вину в пожаре не оспаривают.

По смыслу вышеуказанных положений закона, при отсутствии доказательств причинения вреда иным лицом, в том числе при совершении противоправных действий, достаточным основанием для отнесения имущественной ответственности на собственника имущества, послужившего очагом распространения пожара, обязанного его содержать надлежащим образом, в том числе в отношении Правил противопожарной безопасности, является принадлежность лицу этого имущества, за надлежащее противопожарное состояние которого последний несет ответственность в силу закона.

Установленная статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации презумпция вины причинителем вреда предполагает, что доказательства отсутствия вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт причинения ущерба, его размер, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Таким образом, поскольку судом достоверно установлено, что очаг возгорания находился в <адрес> в г. Омске, находящемся во владении и пользовании ответчика ФИО4, которым не доказано отсутствие его вины, суд приходит к выводам о необходимости возложения ответственности в виде возмещения вреда на ответчика ФИО4, не принявшего необходимых и достаточных мер по соблюдению пожарной безопасности при содержании своего имущества.

Относительно же требований истцов о взыскании причиненного пожаром имуществу истцов ФИО19 ущерба так же и с ответчика ФИО5, то суд полагает их не подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.

Как указал суд выше согласно выписке из Единого государственного реестра недвижимости об основных характеристиках и зарегистрированных правах на объект недвижимости (т. 1 л.д. 112-114, 120-122) <адрес> принадлежит на праве собственности – ФИО4, ранее дом принадлежал матери ФИО4, и совместно нажитым имуществом супругов ФИО20 не является. ФИО5, являющаяся супуругой ФИО4, при этом собственником данного дома не является, а соответственно нести ответственности за содержание указанного имущества обязанности не имеет. Более того, все ремонтные работы в доме могут ею производиться только с согласия собственника жилого помещения.

Позиция исковой стороны об обязанности членов семьи собственника соблюдать требования противопожарной безопасности и их ответственности за причиненный вред состоятельной не признается, поскольку она пользовалась частью дома с согласия собственника ФИО4, а потому в отсутствие соглашения о распределении между ними ответственности и доказательств причинения ею вреда вследствие умысла или грубой неосторожности именно на ФИО4 лежит ответственность за вред, причиненный третьему лицу.

Более того, замена ветхой электрической проводки в жилом помещении обязанностью совместно проживающих с собственником дома не является и должна осуществляться собственником жилого помещения.

Несостоятельными по мнения суда являются и доводы исковой стороны о том, что если бы ФИО5, знавшая о состоянии опьянения своего супруга, находилась дома и предприняла меры по предотвращению пожара, ущерб у истцов тогда не возник (пожар бы удалось локализовать до того как он распространиться в том числе на имущество истцов).

По правилу ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере (пункт 1).

Для определения размера ущерба истец обратился в ООО «БДСК», согласно заключения специалиста рыночная стоимость поврежденного имущества после пожара дома и хозяйственных построек на земельном участке по адресу: <адрес>, составляет 543 128 рублей (л.д. 50-72 т. 1).

Согласно заключения специалиста ШИФР-18-08/24-СЭ (т. 1 л.д. 73-93), стоимость восстановительного ремонта жилого <адрес>, расположенного по адресу: <адрес>, после пожара, составляет 3 368 955 рублей.

Ответчики с выводами специалиста ООО «БДСК» не согласились.

В связи с чем, определением Центрального районного суда г. Омска от 19.11.2024г. по ходатайству стороны ответчика назначена судебная оценочная экспертиза на предмет определения стоимости восстановительного ремонта жилого <адрес> бани, расположенных по <адрес>, в г. Омске, после пожара, произошедшего 05.07.2024г., а так же рыночной стоимости поврежденнного в результате пожара имущества, расположенного в доме и хозяйственных постройках дома, проведение которой поручено ООО «Консалтинговый Центр «АКМБ» (т. 2 л.д. 7-11).

Согласно заключению эксперта №485-24 стоимость восстановительного ремонта жилого <адрес> бани, расположенных по <адрес>, в г. Омске, после пожара, произошедшего 05.07.2024г. составляет 2 964 108 рублей, из которых: 2 469 638 рублей – стоимость восстановительного ремонта жилого <адрес>, 494 470 рублей – стоимость восстановительного ремонта бани. Рыночная стоимость поврежденного в результате пожара, произошедшего 05.07.2024г. имущества, расположенного в доме и хозяйственных постройках по адресу: <адрес>, на дату проведения экспертизы составляет 657 579 рублей (т. 2 л.д. 13-133).

Суд принимает заключение эксперта №485-24, подготовленное экспертом ООО «Консалтинговый Центр «АКМБ», в качестве относимого, достоверного и допустимого доказательства, соответствующего требованиям ст. 56, 59, 60 ГПК РФ.

Экспертиза проведена в соответствии с требованиями ФЗ РФ «О государственной судебно-экспертной деятельности в РФ». Эксперт предупрежден об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ за дачу заведомо ложного заключения, имеет соответствующее образование, что подтверждается копиями дипломов. Выводы эксперта согласуются с материалами об отказе в возбуждении уголовного дела, иными доказательствами по делу, ответы эксперта на поставленные судом вопросы подробные, мотивированные. Оснований не доверять данному заключению эксперта у суда не имеется.

Сторонами в свою очередь, не представлено суду достоверных доказательств, которые могли бы опровергнуть выводы эксперта ФИО18

При таких обстоятельствах, с учетом того, что сторонами не представлено суду достоверных доказательств опровергающих выводы экспертизы, проведенной в рамках судебного разбирательства, суд приходит к выводу, что с ответчика ФИО4 в пользу истцов подлежат взысканию в счет возмещения ущерба 3 621 687 рублей.

Как указывалось судом выше, собственником <адрес>, расположенного по <адрес> в г. Омске, земельного участка, на котором расположен указанный дом, и хозяйственных построек являтся истец ФИО2, которая согласно представленной копии паспорта (т. 1 л.д. 17-18), содержания искового заявления и пояснений представителя истца и истца ФИО3 в судебном заседании, постоянно зарегистрирована и проживает по адресу: <адрес>.

В свою очередь, истец ФИО3, согласно представленных в материалы дела: копии паспорта, домовой (поквартирной) книги (т. 1 л.д. 20, 46-49), постоянно зарегистрирован с 27.07.1999г. по настоящее время и согласно пояснений истца ФИО3, показаний свидетелей ФИО10, ФИО11, ФИО13, ФИО7, постоянно проживает со своей семьей (сожительницей) по адресу: <адрес>.

Исходя из уточненного искового заявления истцов ФИО19 (л.д. 177-178 т. 2), они просят суд взыскать в пользу собственника жилого дома и пристроек к нему, ФИО2 - стоимость восстановительного ремонта дома – 2 469 638 рублей, и 494 470 – стоимость восстановительного ремонта бани, а в пользу истца ФИО3 675 579 рублей – стоимость поврежденного имущества.

С учетом установленных судом обстоятельств, того факта, что собственником дома и бани является – ФИО2, а фактически в доме проживает и пользуется им ее сын ФИО3, которому принадлежало находящееся в жилом доме и хозяйственных постройках имущество, пострадавшее во время пожара, суд полагает возможным удовлетворить требования истцов в данной части, взыскав с ответчика ФИО4 в пользу истца ФИО2: 2 469 638 – стоимость восстановительного ремонта дома и 494 470 рублей – стоимость восстановительного ремонта бани, с ответчика ФИО4 в пользу истца ФИО3 – 675 579 рублей в счет стоимости поврежденного имущества.

В свою очередь, доводы представителя ответчиков о наличии в действиях истцов ФИО19 грубой неосторожности, допустивших нарушение требований противопожарной безопасности при возведении жилого дома и хозяйственных построек по <адрес> в г. Омске, суд полагает необходимым отклонить по следующим основаниям.

Согласно п. 2 ст. 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации, если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен.

При грубой неосторожности потерпевшего и отсутствии вины причинителя вреда в случаях, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения должен быть уменьшен или в возмещении вреда может быть отказано, если законом не предусмотрено иное. При причинении вреда жизни или здоровью гражданина отказ в возмещении вреда не допускается.

Из приведенных норм права следует, что грубая неосторожность потерпевшего при наличии вины причинителя вреда является основанием для уменьшения размера возмещения вреда.

Вина потерпевшего как основание для уменьшения размера возмещения ущерба должна быть доказана причинителем вреда.

На основании ходатайства представителя ответчиков ФИО9 Центральным районным судом г. Омска по гражданскому делу по иску ФИО19 к ФИО20 о возмещении ущерба причиненного пожаром 29.01.2025г. было назначено проведение судебной пожарно-технической экспертизы, проведение которой было поручено экспертам ООО «Консалтинговый Центр «АКМБ» (л.д. 204-207 т. 2).

Исходя из представленного суду заключения экспертов № (т. 3 л.д. 4-47):

«Противопожарные расстояния между хозяйственными постройками – баня, навес (со стороны <адрес>), расположенные на земельном участке с кадастровым номером №, по адресу: <адрес>, не соответствуют нормам противопожарной безопасности по отношению к строениям на смежном земельном участке по адресу: <адрес>. Данные нарушения являются неустранимыми.

Противопожарные расстояния между домом, хозяйственными постройками (со стороны <адрес>), расположенные на земельном участке с кадастровым номером №, по адресу: <адрес>, не соответствуют нормам противопожарной безопасности по отношению к строениям на смежном земельном участке по адресу: <адрес>. Данные нарушения являются неустранимыми.

Нарушения норм противопожарной безопасности, а именно несоблюдение рекомендованных расстояний между зданиями и сооружениями, как со стороны истцов ФИО19, так и со стороны ответчиков ФИО20, повлияли на скорость развития горения, рост площади пожара, пути распространения огня из очага пожара, увеличение площади повреждений и размера причиненного ущерба».

Исходя из смысла пункта 4.13 СП 4.13130.2013, изложенные в нем требования направлены на применение средств, обеспечивающих распространение пожара и его скорости за пределы очага пожара, их нарушение может приводить к переходу или увеличению скорости перехода пожара на смежный объект защиты или иными словами к увеличению площади и скорости распространения пожара, распространения горения за пределы площадей, выделенных противопожарными преградами.

Сопоставив установленные нарушения требований пожарной безопасности с обстоятельствами пожара, эксперт утверждают, что «нарушения норм противопожарной безопасности, а именно несоблюдение рекомендованных расстояний между зданиями и сооружениями, как со стороны истцов ФИО19, так и со стороны ответчиков ФИО20, повлияли на скорость развития горения, рост площади пожара, пути распространения огня из очага пожара, увеличение площади повреждений и размера причиненного ущерба». То есть, исходя из заключения эксперта следует, что и нарушение требований пожарной безопасности со стороны истцов, и нарушений требований пожарной безопасности со стороны ответчиков повлияли на скорость развития горения, рост площади пожара, пути распространения огня из очага пожара, увеличение площади повреждений и размера причиненного ущерба, поэтому в данном случае сторона ответчика не может ссылаться на грубую неосторожность истцов, поскольку аналогичные нарушения допущены им самой стороной ответчиков.

Более того, как следует из исследовательской части указаннного выше заключения на листе № из анализа материалов дела экспертом было установлено, что <адрес> был возведен в 1960 году, баня в 1989 году. <адрес> был построен в 1961г., а принят в эксплуатацию только в 1996г., строение под литерой А1 построено в 1961г.

Данные обстоятельства так же подтверждаются исследованными в ходе судебного разбирательства материалыми реестровых дел, представленных по запросу суда Управлением Роскадастр (т. 1 л.д. 159-209), копиями технических паспортов в отношении объектов недвижимости, расположенных по адресам: <адрес>, представленных по запросу суда БУ «Омский центр КО и ТД» (т. 2 л.д. 159-174).

Более того, указанные обстоятельства стороной ответчика в ходе судебного разбирательства оспорен не был, представитель ответчика уточнил суду, что в 1996г. были построены сени к дому обозначенные под литерой Г на плане, что следует из акта комиссии по приемке индивидуальных жилых домов от 26.09.1996г., утвержденным постановлением районной администрации №1033 от 03.10.1996г. (т. 1 л.д. 208).

В свою очередь, как было установлено судом и следует из материалов об отказе в возбуждении уголовного дела, материалов гражданского дела (фото и видеоматериала) и показаний свидетелей ФИО7, ФИО13, на участке истцов первым загорелась баня, и уже со стороны бани огонь перекинулся на дом (на данный факт ссылался в ходе судебного разбирательства и сам представитель ответчиков ФИО21). При этом, на баню огонь распространился со стороны земельного участка ответчиков, а именно со стороны строения «Г» (доказательств иного стороной ответчика представлено не было), которое было построено ответчиками позже бани истцов, а равно как и сам дом ответчиков, в связи с чем суд приходит к выводам о том, что противопожарные нормы должны были в первую очередь, соблюдаться ответчиками, которые возводили дом и строение под литерой «Г» позже строений истца.

Более того, суд хотел бы отметить тот факт, что очаг возгорания находился в <адрес> в г. Омске, в доме ответчиков, а не в доме истца, и если бы пожар не произошел в доме ответчиков или был ими своевременно локализован, то даже несмотря на наличие нарушений противопожарных требований, допущенных при строительстве дома и хозяйственных построек к нему на земельном участке истцов ФИО19, возникновение ущерба у истцов возможно было избежать (не сгорело бы имущество истцов, не возникло на их территории пожара).

Таким образом, на основании изложенного, суд приходит в данном случае к выводам об отсутствии у суда оснований для снижения размера ущерба.

Так же, согласно искового заявления истцов ФИО19, они просят взыскать с ответчиков в их пользу компенсацию морального вреда причиненного пожаром.

В соответствии с частью 1 статьи 40 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на жилище. Никто не может быть произвольно лишен жилища.

Согласно статье 151 ГК Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Как следует из положений статьи 150 ГК Российской Федерации к нематериальным благам относятся жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

В соответствии с пунктом 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года №33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

В случаях, если действия (бездействие), направленные против имущественных прав гражданина, одновременно нарушают его личные неимущественные права или посягают на принадлежащие ему нематериальные блага, причиняя этим гражданину физические или нравственные страдания, компенсация морального вреда взыскивается на общих основаниях. Например, умышленная порча одним лицом имущества другого лица, представляющего для последнего особую неимущественную ценность (единственный экземпляр семейного фотоальбома, унаследованный предмет обихода и др.) (пункт 4 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда»).

Отсутствие в законодательном акте прямого указания на возможность компенсации причиненных нравственных или физических страданий по конкретным правоотношениям не означает, что потерпевший не имеет права на компенсацию морального вреда, причиненного действиями (бездействием), нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие ему нематериальные блага (пункт 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда»).

Принимая во внимание приведенные положения закона, а также учитывая правовую позицию Верховного Суда Российской Федерации, суд приходит к выводам о том, что в результате действий ответчика ФИО4 были нарушены не только имущественные права истца ФИО3, но и его личные неимущественные права.

Исходя из постановления об отказе в возбуждении уголовного дела от 31.07.2024г. в результате пожара повреждено и уничтожены <адрес> – повреждены одноэтажный жилой дом, хозяйственная постройка (баня).

По протоколу осмотра пожара установлено, что пожар получил обширное распространение по территории указанного домовладения, пожаром поврежден одноэтажный блокированный жилой дом каркасно-насыпного типа, размерами 6х10, кровля шиферная по деревянной обрешетке, отопление газовое, освещение электрическое; постройка (баня) размером 3х3, брусовая, кровля металлическая по деревянной обрешетке, отопление печное, освещение отсутствует.

Из пояснений истца ФИО3, данных им входе в судебного заседания, следует, что после произошедшего 05.07.2024г. пожара он был вынужден проживать в дачном домике без коммуникаций, поскольку принадлежащее ему жилое помещение было непригодно для проживания, у него не осталось одежды, за исключением той, которой была одета на нем в день пожара.

Повреждение жилого дома, являющегося единственным местом жительства истца, отсутствие возможности пользоваться и распоряжаться принадлежащим ему на праве собственности жилым помещением, поврежденным в результате пожара, невозможность проживания в жилом помещении, уничтожение пожаром всех вещей истца, учитывая период времени года, тот факт, что дом до настоящего времени истцом не восстановлен, безусловно свидетельствуют о причинении ФИО3 нравственных страданий, связанных с его неимущественными правами.

Принимая во внимание фактические обстоятельства дела, степень нравственных страданий истца, обстоятельства причинения вреда, суд полагает необходимым взыскать с ответчика ФИО4 в пользу истца ФИО3 компенсации морального вреда в размере 15 000 рублей.

Относительно же требований истца ФИО2 о компенсации ей морального вреда, основывающиеся лишь на причинение ей материального ущерба в виде утраты дома и бани, то суд полагает их не подлежащими удовлетворению, по тем основаниям, что возмещение морального вреда законом в данном случае не предусмотрено. Доказательств причинения истице ФИО2 физических или нравственные страданий действиями ответчика, нарушающими ее личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие ей другие нематериальные блага и вины ответчика в причиненном вреде, исковой стороной не представлено. Из имеющихся же в материалах дела документов следует, что истец ФИО2 лишь фактически является номинальным собственником дома, фактически в указанном доме не проживает, в нем проживает семья ее сына ФИО3, она имеет другое жилье, в котором постоянно проживает и зарегистрирована. Доказательств иного суду не представлено.

По настоящему делу истцами также было заявлено требование о возмещении понесенных по делу судебных расходов. Так, согласно уточненных исковых требований, истец ФИО2 просит суд взыскать с ответчиков понесенные истцами в ходе рассмотрения данного гражданского дела судебные расходы, а именно: расходы по оплате государственной пошлины в сумме 28 360 рублей, расходы по подготовке заключений специалиста для определения стоимости восстановительного ремонта дома, бани и имущества, проведенного для определения цены иска, в размере 20 000 рублей и 15 000 рублей.

При подачи иска в суд к исковому заявлению истцами ФИО19, как указал суд выше, в обоснование заявленных требований были представлены два заключения специалиста ООО «БДСК» (т. 1 л.д. 50-93).

Исходя из представленных суду: счета №18-08/24-СЭ от 23.08.2024г., счета №19-08/24-СЭ от 23.08.2024 (т. 2 л.д. 182-183), чека по операции от 27.08.2024г. и чека по операции от 30.08.2024г., истцом ФИО22 (т. 2 л.д. 180-181) были оплачены услуги специалиста ООО «БДСК» за составлени указанных выше заключений, в сумме 20 000 рублей и 15 000 рублей.

Согласно статьям 88, 94 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела, к которым относятся, в том числе, расходы на оплату услуг представителей, другие признанные судом необходимыми расходы.

В соответствии с частью 1 статьи 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

Поскольку для обращения в суд истец был вынужден обратиться к специалисту для подготовки заключений об определении стоимости ущерба причиненного истцам в результате пожара, в связи, с чем понесены расходы по оплате услуг ООО «БДСК» в размере 20 000 руб. и 15 000 рублей, что связано с судебным разбирательством по настоящему делу, то суд в данном случае полагает возможным взыскать данные расходы истца в этой части.

Так же, исходя из чека по операции от 05.09.2024г. истцом при подачи иска была уплачена государственная пошлина в сумме 28 360 рублей (т. 1 л.д. 9).

Согласно ст. 333.19 НК РФ (в редакции на момент подачи иска) по делам, рассматриваемым в судах общей юрисдикции, государственная пошлина уплачивается при подаче искового заявления имущественного характера, подлежащего оценке, при цене иска свыше 1 000 000 рублей - 13 200 рублей плюс 0,5 процента суммы, превышающей 1 000 000 рублей, но не более 60 000 рублей; при подаче искового заявления имущественного характера, не подлежащего оценке, а также искового заявления неимущественного характера для физических лиц - 300 рублей.

Согласно п. 10 ч. ст. 333.20 НК РФ при уменьшении истцом размера исковых требований сумма излишне уплаченной государственной пошлины возвращается в порядке, предусмотренном статьей 333.40.

С учетом выше приведенных положений закона и положений ст. 333.19, 333.20 НК РФ, расходы истца ФИО2 по оплате государственной пошлины в размере 26 698 рублей 44 копейки подлежит взысканию с ответчика ФИО4 в пользу истца ФИО2 в полном объеме, излишне уплаченная госпошлина в размере 1 661 рубль 56 копеек подлежит возврату истцу.

На основании изложеннного, руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ,

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО2, ФИО3 удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО4, <данные изъяты>) в пользу ФИО2 (<данные изъяты>) в счет возмещения ущерба, причиненного пожаром, 2 964 108 рублей, в счет возмещения расходов по оплате услуг эксперта в размере 35 000 рублей, в счет возмещения расходов по оплате государственной пошлины 26 698 рублей 44 копейки.

Взыскать с ФИО4, <данные изъяты>) в пользу ФИО3 (<данные изъяты>) в счет возмещения ущерба, причиненного пожаром, 675 579 рублей, в счет компенсации морального вреда 15 000 рублей.

В удовлетворении остальной части требований, в том числе в требованиях к ответчику ФИО5, истцам ФИО3, ФИО2 – отказать.

Возвратить ФИО2 (<данные изъяты>) через налоговый орган излишне уплаченную государственную пошлину в размере 1 661 рубль 56 копеек, оплаченную при подаче искового заявления к ФИО20 о возмещении ущерба по чеку от 05.09.2024г. 10:06:31.

Решение суда может быть обжаловано в Омский областной суд посредством подачи апелляционной жалобы через Центральный районный суд города Омска в течение одного месяца с момента изготовления решения суда в окончательной форме.

Протокол судебного заседания составляется и подписывается не позднее чем через три дня после окончания судебного заседания. Лица, участвующие в деле, их представители вправе ознакомиться с протоколом и в течение пяти дней со дня его подписания подать в письменной форме замечания на протокол с указанием на допущенные в нем неточности и (или) на его неполноту.

Судья В.В. Бредгауэр

Решение в полной мотивированной форме изготовлено 26 марта 2025 года