Дело № 2-1791/2025 (2-9380/2024)

59RS0007-01-2024-012827-58

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

30 октября 2025 года г. Пермь

Свердловский районный суд г.Перми в составе:

председательствующего судьи Чураковой О.А.,

при секретаре судебного заседания Бусыгиной Е.Н.,

с участием истца ФИО3, представителя ФИО7,

ответчика ФИО1, представителя ФИО8,

третьего лица ФИО14,

гражданское дело по иску ФИО3 к ФИО1 о признании недействительным договора дарения, применения недействительности сделки,

УСТАНОВИЛ:

ФИО3 обратилась с иском (с учетом уточнения) к ФИО1 о признании недействительным договора дарения квартиры, расположенной по адресу: <адрес>, заключённого ДД.ММ.ГГГГ между ФИО2 и ФИО1 с применением последствий недействительности сделки в виде включения данной квартиры в состав наследственного имущества после смерти ФИО2

В обоснование требований указала, что является с ответчиком родными сёстрами, их отец ФИО2 скончался ДД.ММ.ГГГГ. В ходе оформления наследства нотариус сообщил истцу и иным наследникам, что спорная квартира не находится в собственности умершего ФИО2 Позже выяснялось, что квартира была подарена ответчику ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ незадолго до смерти ФИО2, истец считает данную сделку незаконной, поскольку их отец в спорный период не мог понимать значения своих действий, т.к. проходил лечение, находился под воздействием сильных медикаментов, ответчик воспользовалась тяжелым положением ФИО9 и оформила договор дарения.

Истец и его представитель в судебном заседании на уточненном иске настаивали, просили требования удовлетворить в полном объёме.

Ответчик и его представитель в судебном заседании возражали против удовлетворения требований по доводам, изложенным в отзыве, приобщенном к материалам дела. ФИО1 дополнительно пояснила, что заключение договора дарения происходило в квартире: по адресу: <адрес>, принадлежащей ее сестре ФИО15, с участием работника МФЦ, в связи с тем, что в тот момент отец проживал у сестры и нуждался в уходе, сотрудник принял документы с расписками для регистрации сделки, при заключении договора присутствовали ФИО15 с мужем ФИО10, ее брат ФИО16 Ответчик считала, что отец при подписании договора отдавал отчет и понимал значение своим действиям, так как ранее обещал ей подарить спорную квартиру, за половину которой она в дальнейшем была должна отдать денежные средства сестре ФИО11

Третье лицо ФИО14, позицию истца поддержала, просила исковые требования удовлетворить.

Третье лицо ФИО18, ФИО17 в судебном заседании возражали против удовлетворения иска, позицию ответчика поддержали.

Третье лицо ФИО15, ФИО16 в суд не явились, извещены надлежащим образом, ранее в судебном заседании возражали против удовлетворения иска.

Суд, выслушав стороны, полно и всесторонне исследовав материалы дела, пришел к следующему выводу.

Из содержания положений ст. 153 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), а также общих условий действительности сделок, последние представляют собой осознанные, целенаправленные, волевые действия лица, совершая которые, они ставят цель достижения определенных правовых последствий.

Обязательным условием сделки, как волевого правомерного юридического действия субъекта гражданских правоотношений, является направленность воли лица при совершении сделки на достижение определенного правового результата (правовой цели), влекущего установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей на основе избранной сторонами договорной формы.

В соответствии с п. 1 ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В силу положений ч. 1 ст. 177 ГК РФ сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

Основание недействительности сделки, предусмотренное в указанной норме, связано с пороком воли, вследствие чего сделка, совершенная гражданином, находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, не может рассматриваться в качестве сделки, совершенной по его воле.

Причины указанного состояния могут быть различными: болезнь, алкогольное или наркотическое опьянение, стресс и прочее состояние гражданина, лишающее его возможности правильно выразить свою волю.

При этом не имеет правового значения дееспособность лица, поскольку тот факт, что лицо обладает полной дееспособностью, не исключает наличия порока его воли при совершении сделки.

Как установлено судом, ДД.ММ.ГГГГ между ФИО2 (даритель) и ФИО1 (одаряемый) заключен договор дарения квартиры, расположенной по адресу: <адрес>.

ДД.ММ.ГГГГ за ФИО1 в ЕГРН внесена запись о государственной регистрации права собственности.

Согласно сведениям Свердловского отдела управления ЗАГС администрации г. Перми ФИО2., ДД.ММ.ГГГГ г.р. являлся отцом - ФИО1, ФИО11, ФИО15, ФИО16, ФИО3, ФИО18, ФИО14

ФИО2 умер ДД.ММ.ГГГГ, согласно наследственному делу №, заведенному нотариусом ФИО12, по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ заявление о принятии наследства подала ФИО14, сведения о других наследниках, принявших наследство, отсутствуют, свидетельства о праве на наследство не выдавались.

Из заключения эксперта (экспертиза трупа) № от ДД.ММ.ГГГГ проведенной ГБУЗ ПК «КБСМЭПАИ», следует, что смерть ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ г.р. наступила в результате ДД.ММ.ГГГГ

В целях проверки доводов истца о том, что на момент совершения оспариваемой сделки даритель не был способен понимать значение своих действий и руководить ими, судом по ходатайству истца назначена посмертная судебная психолого-психиатрическая экспертиза, проведение которой поручено экспертам ГБУЗ ПК «Краевая клиническая психиатрическая больница».

Согласно заключению врача-судебно-психиатрического эксперта (комиссии экспертов) ГБУЗ ПК «ККПБ» № от ДД.ММ.ГГГГ ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ

Оснований для назначения повторной экспертизы не установлено, сторонами соответствующее ходатайство не заявлено.

Само по себе несогласие ответчика с выводами судебной экспертизы единственным основанием для назначения повторной экспертизы явиться не может. Со стороны ответчика заключение проведенной по делу судебной экспертизы оспорено не было, суд не находит оснований усомниться в достоверности экспертного заключения.

В экспертном заключении указаны документы, подтверждающие квалификацию экспертов и право на проведение указанной экспертизы. Допустимых и относимых доказательств, позволяющих усомниться в компетентности и квалификации экспертов, составивших заключение, в обоснованности содержащихся в заключении выводов, ответчик не представил. Также отсутствуют доказательства, свидетельствующие о неправильности применения экспертами методик. Основания для критической оценки заключений отсутствуют. В исследовательской части заключения последовательно и подробно отражается ход исследования. Исследовательская часть заключения позволяет проверить достоверность и объективность проведенных исследований.

Исследовательская часть, включает в себя анализ материалов дела, медицинской документации (медицинских и амбулаторных карт), бытовых характеристик от соседей, родственников ФИО2, фотографий подэкспертного, сведений об образовании и трудовой деятельности ФИО2, приведены использованные экспертами методы. Так в исследовательской части заключения приведены подробные биографические данные ФИО2 Указан перечень перенесенных заболеваний и медицинских вмешательств. Далее приводится анализ состояния истца исходя из материалов гражданского дела (пояснения сторон по делу и свидетелей, отраженные в протоколах судебных заседаний).

Принимая во внимание образование, квалификацию экспертов, отсутствие сомнений в их беспристрастности, предупреждение экспертов об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, подробные ответы на поставленные сторонами вопросы, учитывая состояние здоровья ФИО2, суд полагает возможным принять во внимание указанные выводы экспертов в заключении ГБУЗ ПК «ККПБ» № от ДД.ММ.ГГГГ о наличии у подэкспертного определённого состоянии здоровья в юридически значимый период и принимаемые им медикаменты, препятствующий ему понимать значение своих действий и руководить ими.

Довод ответчика о том, что ФИО2 не был в Чернобыле и следовательно заключение экспертом содержит недостоверные сведения, судом отклоняется. Как следует из исследовательской части заключения, экспертами перечислено среди использованных методов клинико-психопатологического исследования и анализа представленной документации, сведения из медицинской карты пациента ФИО2 № № где на приеме у врача ДД.ММ.ГГГГ в строке жалобы – значится страдание пациента анемией в ввиду облучения в ДД.ММ.ГГГГ. Вместе с тем, указанное, не влияет на общий вывод экспертов при сборе, анализе информации об подэкспертном для формулирования экспертного заключения.

Таким образом, учитывая, что на момент заключения с ФИО1 договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО2 не мог понимать значение своих действий и руководить ими, указанный договор дарения квартиры является недействительным.

Поскольку основание недействительности сделки, предусмотренное в статье 177 Гражданского кодекса, связано с пороком воли, следовательно, имущество, отчужденное первоначальным собственником квартиры, не понимавшим значение своих действий и не способным руководить ими, может быть истребовано от приобретателя.

В контексте спорных правоотношений требование о включении квартиры в наследственную массу ФИО2, наследниками которого в том числе являются истец и ответчик, направлено на восстановление положения, существовавшего до нарушения права.

Поскольку квартира выбыла из собственности ФИО2 против его воли, право личной собственности ФИО1 на спорную квартиру возникло без законных оснований, следовательно, ответчик не вправе распоряжаться спорным имуществом. При таких обстоятельствах спорный объект недвижимости – квартира, расположенная по адресу: <адрес>23, с кадастровым номером № подлежит включению в наследственную массу после смерти ФИО2 и влечет прекращение права собственности ФИО1 на указанную на квартиру.

На основании вышеизложенного, руководствуясь ст. 194-199, ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО3 к ФИО1 о признании недействительным договора дарения, применения недействительности сделки – удовлетворить.

Признать недействительным договор дарения от ДД.ММ.ГГГГ квартиры расположенной по адресу: <адрес>, заключенный между ФИО1 и ФИО2.

Применить последствия признания недействительным договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ в виде включения квартиры расположенной по адресу: <адрес>, с кадастровым номером №, в состав наследственного имущества по наследственному делу № в отношении имущества ФИО2 умершего - ДД.ММ.ГГГГ. Право собственности ФИО1 на квартиру прекратить.

Настоящее решение является основанием для внесения соответствующих изменений в ЕГРН.

На решение суда может быть подана апелляционная жалоба в Пермский краевой суд через Свердловский районный суд города Перми в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Копия верна:

Судья О.А. Чуракова

Мотивированное решение изготовлено 17 ноября 2025 года.

Подлинное решение подшито в материалы гражданского дела № 2-1791/2025 Свердловского районного суда г. Перми.