Мотивированное решение составлено 23.10.2025.

№ 2-2411/2025

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

17 октября 2025 года

Верхнепышминский городской суд Свердловской области в составе:

председательствующего судьи Шелеповой Е.А.,

при секретаре Балалихиной В.С.,

с участием истца ФИО1, представителя истца ФИО2, ответчика ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО3 о признании договора дарения доли в праве собственности на жилое помещение недействительным, применении последствий недействительности сделки,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО3 о признании договора дарения доли в праве собственности на жилое помещение недействительным, применении последствий недействительности сделки.

В обоснование заявленных требований в исковом заявлении указано, что 28.02.2024 года между ФИО1 и ФИО3 заключен договор дарения ? доли в праве общей долевой собственности на квартиру с №, расположенную по адресу: <адрес>. ФИО1 считает указанный договор дарения недействительным, поскольку передача имущества отсутствовала, сделка являлась формальной, совершена лишь для вида. ФИО1 до настоящего времени пользуется указанной квартирой, несет бремя содержания, в связи с чем, указанный договор должен быть признан недействительной сделкой в соответствии с ч. 1 ст. 170 Гражданского кодекса Российской Федерации. В связи с чем, истец просит признать недействительным договор дарения ? доли в праве общей долевой собственности на квартиру с №, расположенную по адресу: <адрес>, заключенный 28.02.2024 года между ФИО1 и ФИО3. Применить последствия недействительности сделки.

Истец ФИО1, представитель истца ФИО2 в судебном заседании на исковых требованиях настаивали в полном объеме.

Ответчик ФИО3 в судебном заседании исковые требования признала.

Заслушав истца ФИО1, представителя истца ФИО2, ответчика ФИО3, допросив свидетеля ФИО4, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующему.

В соответствии со ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В судебном заседании истец ФИО1 на иске настаивал, указав, что договор дарения исполнен не был, истец как владел, пользовался и распоряжался спорным имуществом, так продолжает им владеть, пользоваться и распоряжаться до настоящего времени.

Ответчик ФИО3 в судебном заседании суду пояснила, что договор дарения сторонами исполнен не был; действительно, истец как пользовался спорным имуществом, так и продолжает пользоваться.

И истец, и ответчик суду пояснили, что никаких задолженностей не имеют.

Допрошенный в судебном заседании свидетель ФИО4 пояснил, что знает и истца и ответчика. С истцом они общаются пару раз в неделю. В 2024 и 2025 годах приходил в гости к ФИО1 по адресу: <...> 58А-258. О том, что ФИО1 подарил свою долю в квартире, он никогда не говорил.

Судом установлено и следует из материалов дела, что 28.02.2024 между ФИО1 и ФИО3 заключен договор дарения, по условиям которого даритель ФИО1 безвозмездно передает в дар, а одаряемая ФИО3 принимает в дар ? доли в праве общей долевой собственности на квартиру с КН №, расположенную по адресу: <адрес>. Указанное имущество принадлежало дарителю на основании договора от 10.11.1998, удостоверенного ФИО5, нотариус г. Верхняя Пышма Свердловской области, номер в реестре нотариуса 1437, дубликат выдан 28.10.2005. Переход права собственности на объект недвижимости к ответчику зарегистрирован в установленном порядке 29.02.2024.

Пунктом 8 договора дарения предусмотрено, что передача даримого имущества состоялась до подписания настоящего договора без составления передаточного акта в виде отдельного документа, считая настоящий договор таким документом о передаче.

В качестве основания для признания договора дарения от 28.02.2024 недействительным в исковом заявлении истец ссылается на положения части 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, указывая на мнимость сделки. В обоснование доводов иска ФИО1 ссылается на то, что по - прежнему владеет спорным имуществом, фактическая передача которого ФИО3 отсутствовала, сделка являлась формальной.

Согласно пункту 1 статьи 572 Гражданского кодекса Российской Федерации, по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

Исполнение договора дарения предполагает передачу дарителем вещи в собственность (во владение, пользование и распоряжение) одаряемого.

Пунктом 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В силу части 1 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

В соответствии с пунктом 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации мнимой сделкой является сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия. Такая сделка ничтожна.

Исходя из смысла приведенной нормы, для признания сделки мнимой необходимо установить, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, характерные для сделок данного вида. При этом обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения.

Как следует из разъяснений, данных в пункте 86 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2016 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна (пункт 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Равным образом осуществление сторонами мнимой сделки для вида государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах сторон мнимой сделки. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся, поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств по правилам статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

В силу части 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действие в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В случае несоблюдения данного запрета суд на основании части 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом.

Злоупотребление правом при совершении сделки нарушает запрет, установленный статьей 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, поэтому такая сделка признается недействительной на основании статей 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Пленум Верховного Суда Российской Федерации в пункте 1 Постановления от 23.06.2016 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснил, что добросовестным поведением является поведение, ожидаемое от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. В этом случае суд при рассмотрении дела выносит на обсуждение обстоятельства, явно свидетельствующие о таком недобросовестном поведении, даже если стороны на них не ссылались (статья 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Исходя из смысла приведенных норм и разъяснений, под злоупотреблением правом понимается поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации пределов осуществления гражданских прав, осуществляемое с незаконной целью или незаконными средствами, нарушающее при этом права и законные интересы других лиц и причиняющее им вред или создающее для этого условия. Под злоупотреблением субъективным правом следует понимать любые негативные последствия, явившиеся прямым или косвенным результатом осуществления субъективного права.

Одной из форм негативных последствий является материальный вред, под которым понимается всякое умаление материального блага.

По своей правовой природе злоупотребление правом - это всегда нарушение требований закона в связи с чем, злоупотребление правом, допущенное при совершении сделок, влечет ничтожность этих сделок, как не соответствующих закону (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Для установления наличия или отсутствия злоупотребления участниками гражданско-правовых отношений своими правами при совершении сделок необходимо исследование и оценка конкретных действий и поведения этих лиц с позиции возможных негативных последствий для этих отношений, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц.

При рассмотрении дела судом приняты доказательства: фотографии, на которых изображены истец, спорное недвижимое имущество, запечатлен факт пользования имуществом. Истец пояснил, что он перенес два инфаркта, перенес операцию на сердце и клиническую смерть, а в 2023 году состояние его здоровья ухудшилось. Перед операцией он переписал принадлежащую ему долю в спорной квартире на ответчика. Если бы не указанные события, оспариваемый договор не был бы заключен.

Ответчик данные доводы истца подтвердила.

И истец и ответчик пояснили, что процедура банкротства в отношении них не введена, долгов перед третьими лицами они не имеют.

После заключения сделки ФИО1 продолжил проживать в спорной квартире, оплачивать коммунальные услуги.

Из объяснений сторон следует, что данная сделка совершена формально, объект недвижимости из владения истца не выбывал.

Согласно статье 223 Гражданского кодекса Российской Федерации право собственности у приобретателя вещи по договору возникает с момента ее передачи, если иное не предусмотрено законом или договором (пункт 1), в случаях, когда отчуждение имущества подлежит государственной регистрации, право собственности у приобретателя возникает с момента такой регистрации, если иное не установлено законом (пункт 2).

Отчуждение недвижимого имущества относится к таким случаям, при этом регистрация перехода права собственности, являясь завершающим этапом переноса права собственности и актом признания его со стороны государства, не подменяет передачу имущества его приобретателю и не отменяет необходимости такой передачи. Иной подход приводил бы к существенной правовой неопределенности в силу разъединения титула и фактического владения имуществом и возникновению рисков не только для сторон сделки, но и для любых третьих лиц, полагающихся на сведения публичного реестра, а также к недостоверности его самого.

Цель, которую преследовали стороны по ничтожной в силу мнимости (пункт 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации) сделке, не имеет значения, поскольку для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется (определение Верховного Суда Российской Федерации от 25.07.2016 по делу N 305-ЭС16-2411). Мнимость (изначальное отсутствие намерения исполнять сделку) никаких иных правовых последствий, кроме тех, которые связаны с недействительностью сделки, не порождает (пункт 1 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Проанализировав поведение сторон, условия договора дарения от 28.02.2024, представленные в материалы дела доказательства и показания свидетеля ФИО4, суд приходит к выводу о том, что заключенная между сторонами сделка не исполнена, контроль за имуществом, являющимся предметом сделки сохранился за дарителем - истцом, одаряемая - ответчик после заключения договора требований о выселении истца не заявляла, истец продолжил нести расходы по содержанию жилого помещения, что свидетельствует о том, что стороны на момент совершения сделки не имели своей целью создать правовые последствия, характерные для договора дарения, и не создали их в дальнейшем, сделка сторонами не исполнена, в связи с чем, договор дарения от 28.02.2024 является мнимой сделкой.

Судом не установлено наличие недобросовестного поведения сторон.

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу, что исковые требования ФИО1 к ФИО3 о признании договора дарения доли в праве собственности на жилое помещение недействительным, применении последствий недействительности сделки, подлежат удовлетворению.

Руководствуясь ст. ст. 12, 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

исковые требования ФИО1 к ФИО3 о признании договора дарения доли в праве собственности на жилое помещение недействительным, применении последствий недействительности сделки, удовлетворить.

Признать недействительным договор дарения ? доли в праве общей долевой собственности на квартиру с №, расположенную по адресу: <адрес>, заключенный 28.02.2024 года между ФИО1 и ФИО3.

Настоящее решение является основанием для прекращения права собственности ФИО3 на ? доли в праве общей долевой собственности на квартиру с №, расположенную по адресу: <адрес>

Настоящее решение является основанием для регистрации права собственности ФИО1 на ? доли в праве общей долевой собственности на квартиру с №, расположенную по адресу: <адрес>

Решение может быть обжаловано в Свердловский областной суд с подачей апелляционной жалобы через Верхнепышминский городской суд Свердловской области в течение месяца с момента изготовления решения в окончательной форме.

Судья Е.А. Шелепова.