дело № 2-13/2022
УИД 75RS0015-01-2021-001875-32
РЕШЕНИЕ
ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
г. Краснокаменск 21 июня 2021 года
Краснокаменский городской суд Забайкальского края в составе:
председательствующего судьи Пахатинского Э.В.,
с участием прокурора Лелекова М.В.
при секретаре Авериной У.В.
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 ФИО27 к Забайкальскому краевому управлению инкассации – филиалу ФИО4 объединения инкассации о признании группового несчастного случая, связанного с производством, компенсации морального вреда, судебных расходов,
УСТАНОВИЛ:
ФИО1 обратился в суд с вышеуказанным исковым заявлением, мотивировав его следующим. На основании трудового договора истец работает водителем-инкассатором Краснокаменского участка инкассации Забайкальского краевого управления инкассации – филиала Российского объединения инкассации (РОСИНКАС). ДД.ММ.ГГГГ при осуществлении истцом трудовых обязанностей в составе бригады, на произошло опрокидывание автомобиля государственный регистрационный знак №, в результате которого он получил телесные повреждения В период с 07 июля по ДД.ММ.ГГГГ истец находился на стационарном и амбулаторном лечении в ГАУЗ «Краевая больница №». Истец просит суд признать несчастный случай в результате ДТП групповым несчастным случаем на производстве, обязать ответчика Забайкальское краевое управление инкассации – филиал Российского объединения инкассации оформить групповой несчастный случай, взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в размере рублей и судебные расходы, связанные с услугами адвоката в сумме рублей.
ДД.ММ.ГГГГ, до рассмотрения дела по существу, истец ФИО1 уточнил исковые требования, просил суд признать Акт № о несчастном случае на производстве от ДД.ММ.ГГГГ незаконным в части установленных причин несчастного случая на производстве, а также в части установленных лиц, допустивших нарушение требований охраны труда (п.п. 9, 10 Акта). Взыскать с ответчика Забайкальское краевое управление инкассации – филиал Российского объединения инкассации компенсацию морального вреда в размере рублей и судебные расходы, связанные с услугами адвоката в сумме рублей и услугами эксперта в сумме рублей (т. 2 л.д. 34-36).
Определением председателя суда от ДД.ММ.ГГГГ срок рассмотрения и разрешения гражданского дела № продлен на один месяц, т.е. до ДД.ММ.ГГГГ (л.д. т. 2 л.д. 167).
Определением суда от ДД.ММ.ГГГГ к участию в деле в качестве третьих лиц не заявляющих самостоятельных требований привлечены Государственное казённое учреждение «Служба Единого заказчика» Забайкальского края и Краевое государственное унитарное предприятие «Автомобильные дороги Забайкалья».
В ходе рассмотрения дела у ответчика произошла реорганизация, в связи с чем надлежащим ответчиком по делу следует считать Сибирское главное региональное управление – филиал Объединения «РОСИНКАС».
В судебном заседании истец ФИО1 и его представитель – адвокат Пляскин Д.И., действующий на основании ордера (т. 1 л.д. 81), уточненные исковые требования поддержали в полном объеме по указанным в иске основаниям, дополнив, что работодатель должен нести ответственность за жизнь и здоровье своих работников. ФИО1 не нарушал п. 10.1 ПДД, что подтверждается автотехнической экспертизой и решением суда. Полагали, что сумма компенсации морального вреда в рублей соразмерна его физическим и нравственным страданиям. Просили суд уточненные исковые требования удовлетворить.
Ответчик Сибирское главное региональное управление – филиал Объединения «РОСИНКАС», будучи надлежащим образом уведомленным о времени и месте рассмотрения дела, в судебное заседание своего представителя не направило. Представитель ответчика ФИО2, действующий на основании доверенности, ходатайствовал об отложении судебного разбирательства в связи с подготовкой заявления о назначении и проведении судебной экспертизы, вместе с тем доказательств, подтверждающих невозможность представить указанное заявление, суду не представил. В отзыве на иск указывает, что грубая неосторожность истца в нарушении ПДД привела к увеличению вреда. Ответчик никаким образом не мог повлиять на действия сотрудников ГИБДД. У ответчика никогда не было заинтересованности скрывать несчастный случай на производстве. Просил суд в удовлетворении иска отказать (т. 1 л.д. 135-140).
Третье лицо Государственное учреждение – Забайкальское региональное отделение Фонда социального страхования Российской Федерации, будучи надлежащим образом уведомленным о времени и месте рассмотрения дела, судебное заседание своего представителя не направило. Представитель третьего лица ФИО3, действующая на основании доверенности, письменно просила суд рассмотреть дело в её отсутствие. В отзыве на иск указывает, что страховое обеспечение по обязательному социальному страхованию на случай временной нетрудоспособности ФИО1 осуществлено в полном объеме в соответствии с законодательством Российской Федерации (т. 2 л.д. 4-6, 78).
Третье лицо Центральный Банк Российской Федерации, будучи надлежащим образом уведомленным о времени и месте рассмотрения дела, судебное заседание своего представителя не направил. Представитель третьего лица ФИО5, действующая на основании доверенности, письменно просила суд рассмотреть дело в её отсутствие. В отзыве на иск указывает, что правоотношения между ФИО1 и Забайкальским краевым управлением инкассации – филиалом РОСИНКАС права и обязанности Банка России не затрагивают, правовая оценка рассматриваемого спора не относится компетенции Банка России, установленной федеральным законодательством (т. 2 л.д. 42-46).
Третье лицо Администрация городского поселения «Город Краснокаменск» муниципального района «Город Краснокаменск и Краснокаменский район» Забайкальского края, будучи надлежащим образом уведомленной о времени и месте рассмотрения дела, судебное заседание своего представителя не направила. Представитель третьего лица ФИО6, действующая на основании доверенности, письменно просила суд рассмотреть дело в её отсутствие, в удовлетворении иска не возражает (т. 2 л.д. 174-175).
Третьи лица Государственная инспекция труда в Забайкальском крае, Профессиональный союз работников инкассации Российской Федерации, ГКУ «Служба Единого заказчика» Забайкальского края и КГУП «Автомобильные дороги Забайкалья» о времени и месте рассмотрения дела уведомлены надлежащим образом и своевременно.
Третьи лица ФИО17 и ФИО18, будучи надлежащим образом уведомленными о времени и месте рассмотрения дела, в судебное заседание не явились, письменно просили рассмотреть дело в их отсутствие (т. 2 л.д. 83, 178). В судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ ФИО17 дал пояснения, аналогичные пояснениям истца ФИО1, полагал заявленные исковые требования законными и обоснованными, просил суд их удовлетворить.
Выслушав пояснения истца, его представителя, третьего лица, свидетеля, заключение участвующего в деле прокурора, полагавшего исковые требования подлежащими частичному удовлетворению, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующему выводу.
Положениями ст. ст. 2, 7, ч. 1 ст. 20, ст. 41 Конституции Российской Федерации установлено, что право на жизнь и охрану здоровья относятся к числу общепризнанных, основных, неотчуждаемых прав и свобод человека, подлежащих государственной защите.
Как следует из материалов дела, правоотношения между сторонами возникли из трудового договора, заключённого между ФИО1 и Забайкальским краевым управлением инкассации – филиалом РОСИНКАС о принятии на работу водителем – инкассатором Краснокаменского участка инкассации, по условиям которых истец был назначен на соответствующую должность (профессию) с ДД.ММ.ГГГГ, а также ознакомлен с должностной инструкцией, коллективным договором и Положением об особенностях регулирования трудовых отношений в Забайкальском краевом управлении инкассации – филиал РОСИНКАС (т. 1 л.д. 18-25, 171-174, 175).
В силу абз. 2 ч. 1 ст. 1079 ГК РФ, обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).
Согласно ч. 2 названного Кодекса, владелец источника повышенной опасности не отвечает за вред, причиненный этим источником, если докажет, что источник выбыл из его обладания в результате противоправных действий других лиц. Ответственность за вред, причиненный источником повышенной опасности, в таких случаях несут лица, противоправно завладевшие источником. При наличии вины владельца источника повышенной опасности в противоправном изъятии этого источника из его обладания ответственность может быть возложена как на владельца, так и на лицо, противоправно завладевшее источником повышенной опасности.
В п. 19 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 № 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" разъясняется, что под владельцем источника повышенной опасности следует понимать юридическое лицо или гражданина, которые используют его в силу принадлежащего им права собственности, права хозяйственного ведения, оперативного управления либо на других законных основаниях (например, по договору аренды, проката, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности).
Таким образом, обстоятельствами, имеющими значение для разрешения спора о возложении обязанности по возмещению материального вреда, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, являются, в частности, обстоятельства, связанные с тем, что кто владел источником повышенной опасности на момент дорожно-транспортного происшествия.
При толковании названной выше нормы материального права и возложении ответственности по ее правилам следует исходить из того, в чьем законном фактическом пользовании находился источник повышенной опасности в момент причинения вреда. Владелец источника повышенной опасности освобождается от ответственности, если тот передан в техническое управление с надлежащим юридическим оформлением. В этой же норме законодатель оговорил, что освобождение владельца от ответственности возможно лишь в случае отсутствия его вины в противоправном изъятии источника повышенной опасности.
В п. 24 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 № 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" разъясняется, если владельцем источника повышенной опасности будет доказано, что этот источник выбыл из его обладания в результате противоправных действий других лиц (например, при угоне транспортного средства), то суд вправе возложить ответственность за вред на лиц, противоправно завладевших источником повышенной опасности, по основаниям, предусмотренным пунктом 2 статьи 1079 ГК РФ.
В соответствии с положениями ст. ст. 227, 230 ТК РФ, подп. "б" п. 3 Положения "Об особенностях расследования несчастных случаев на производстве в отдельных отраслях и организациях", утвержденного Постановлением Министерства труда и социального развития Российской Федерации от 24.10.2002 № 73, расследованию и учету в соответствии с настоящей главой подлежат несчастные случаи, происшедшие с работниками и другими лицами, участвующими в производственной деятельности работодателя (в том числе с лицами, подлежащими обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний), при исполнении ими трудовых обязанностей или выполнении какой-либо работы по поручению работодателя (его представителя), а также при осуществлении иных правомерных действий, обусловленных трудовыми отношениями с работодателем либо совершаемых в его интересах.
Расследованию и квалификации как несчастные случаи, связанные с производством, подлежат травмы, полученные работниками на территории организации, других объектах и площадях, закрепленных за организацией, либо в ином месте работы в течение рабочего времени /включая установленные перерывы/, в том числе во время следования на рабочее место /с рабочего места/.
По каждому несчастному случаю, квалифицированному по результатам расследования как несчастный случай на производстве и повлекшему за собой необходимость перевода пострадавшего в соответствии с медицинским заключением, выданным в порядке, установленном федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, на другую работу, потерю им трудоспособности на срок не менее одного дня либо смерть пострадавшего, оформляется акт о несчастном случае на производстве по установленной форме в двух экземплярах, обладающих равной юридической силой, на русском языке либо на русском языке и государственном языке республики, входящей в состав Российской Федерации.
Согласно акту № о несчастном случае на производстве от ДД.ММ.ГГГГ, утвержденному и.о. начальника Забайкальского КУИ, ДД.ММ.ГГГГ бригада инкассаторов выполняла инкассацию по маршруту № (). Двигаясь по краю проезжей части на спецавтомашине государственный регистрационный знак № в результате совершения маневра для выезда на основную часть дороги автомобиль резко занесло и перевернуло на бок. О случившемся ДТП было сообщено начальнику Краснокаменского участка инкассации ФИО13 На место ДТП был вызван наряд ДПС ГИБДД по Краснокаменскому району.
В качестве основных причин несчастного случая указано нарушение п. 2.1.2 и п. 10.1 Правил дорожного движения Российской Федерации. Лицом, допустившим нарушение требований ПДД, признан водитель-инкассатор Краснокаменского участка инкассации ФИО1 (п. п. 9, 10 Акта) (т. 1 л.д. 29-34).
Данные в судебном заседании показания свидетеля ФИО14 не противоречат собранным по делу доказательствам и не опровергают факт произошедшего ДД.ММ.ГГГГ ДТП со спецавтомашиной государственный регистрационный знак № под управлением ФИО1
В период с 07 по ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 находился на стационарном лечении во 2-м хирургическом отделении ГАУЗ «Краевая больница №», где ему был выставлен диагноз: «» (т. 1 л.д. 29-38).
Для установления тяжести телесных повреждений у истца в причинной связи с произошедшим ДД.ММ.ГГГГ годом несчастным случаем на производстве по делу была назначена и проведена судебно-медицинская экспертиза.
Из заключения эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ следует, что в результате несчастного случая на производстве ДД.ММ.ГГГГ, ФИО1 получил телесные повреждения в виде закрытого перелома акромиального конца правой ключицы со смещением отломков, которые квалифицируются как повреждения, причинившие средней тяжести вред здоровью.
Продолжительность временной утраты трудоспособности у ФИО1 составила 70 календарных дней (с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ).
Согласно приказу Министерства здравоохранения и социального развития Российской Федерации от 24.02.2005 № 160 «Об определении степени тяжести повреждения здоровья при несчастных случаях на производстве» «закрытый перелом акромиального конца правой ключицы со смещением отломков» является легким несчастным случаем (т. 2 л.д. 142-165).
По правилам ст. 1068 ГК РФ юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.
Применительно к правилам, предусмотренным настоящей главой, работниками признаются граждане, выполняющие работу на основании трудового договора (контракта), а также граждане, выполняющие работу по гражданско-правовому договору, если при этом они действовали или должны были действовать по заданию соответствующего юридического лица или гражданина и под его контролем за безопасным ведением работ.
По смыслу ст. 212 ТК РФ, обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя, работодатель обязан обеспечить: безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов.
Факт нарушения ответчиком обязанностей работодателя был установлен в судебном заседании и подтверждается имеющимися в материалах гражданского дела доказательствами.
В соответствии с абз. 2 пп. 3 п. 1 ст. 8 Федерального закона от 24.07.1998 N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" обеспечение по страхованию осуществляется в виде оплаты дополнительных расходов, связанных с медицинской, социальной и профессиональной реабилитацией застрахованного при наличии прямых последствий страхового случая, на лечение застрахованного, осуществляемое на территории Российской Федерации непосредственно после произошедшего тяжелого несчастного случая на производстве до восстановления трудоспособности или установления стойкой утраты профессиональной трудоспособности.
Характер полученных телесных повреждений истца в результате травмы, относится к категории легких.
Требования о признании акта № от ДД.ММ.ГГГГ незаконным в части установленных причин несчастного случая на производстве, а также в части установленных лиц, допустивших нарушение требований охраны труда (п.п. 9, 10 Акта) являются обоснованными и подлежащими частичному удовлетворению исходя из следующего.
В соответствии со ст. 3 Федерального закона от 10.12.1995 № 196-ФЗ "О безопасности дорожного движения" одним из основных принципов обеспечения безопасности дорожного движения является приоритет ответственности государства за обеспечение безопасности дорожного движения над ответственностью граждан, участвующих в дорожном движении.
В силу ст. 12 вышеуказанного Закона ремонт и содержание дорог на территории Российской Федерации должны обеспечивать безопасность дорожного движения. Соответствие состояния дорог техническим регламентам и другим нормативным документам, относящимся к обеспечению безопасности дорожного движения, удостоверяется актами контрольных осмотров либо обследований дорог, проводимых с участием соответствующих органов исполнительной власти.
В соответствии со ст. 17 Федерального закона от 08.11. 2007 № 257-ФЗ "Об автомобильных дорогах и о дорожной деятельности в Российской Федерации и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации" содержание автомобильных дорог осуществляется в соответствии с требованиями технических регламентов в целях обеспечения сохранности автомобильных дорог, а также организации дорожного движения, в том числе посредством поддержания бесперебойного движения транспортных средств по автомобильным дорогам и безопасных условий такого движения.
Перечень и допустимые по условиям обеспечения безопасности движения предельные значения показателей эксплуатационного состояния автомобильных дорог, улиц и дорог городов и других населенных пунктов, а также требования к эксплуатационному состоянию технических средств организации дорожного движения установлены ГОСТ Р 50597-93 "Автомобильные дороги и улицы. Требования к эксплуатационному состоянию, допустимому по условиям обеспечения безопасности дорожного движения", утв. Постановлением Госстандарта Российской Федерации от 11.10.1993 № 221.
Согласно п. 3.1.1 ГОСТ Р 50597-93 покрытие проезжей части не должно иметь просадок, выбоин, иных повреждений, затрудняющих движение транспортных средств с разрешенной Правилами дорожного движения скоростью.
Пунктом 3.1.2 ГОСТ Р 50597-93 определены предельные размеры отдельных просадок, выбоин и т.п., которые не должны превышать по длине 15 см, ширине - 60 см и глубине - 5 см.
Из представленного истцом комплексного экспертного исследования ООО «Забайкальский центр судебной экспертизы» № от ДД.ММ.ГГГГ следует, что проезжая часть на в месте происшествия имеет грунтовое покрытие. По ходу движения автомобиля отсутствуют дорожные знаки 1.16 «Неровная дорога» и 1.15 «Скользкая дорога», а наличие на проезжей части по правому краю колеи, заполненной водой и по левому краю полосы движения выбоин, также заполненных водой не соответствовало требованиям п. 5.2.4 ГОСТ 33220-2015 «Дороги автомобильные общего пользования. Требования к эксплуатационному состоянию».
Таким образом, в рассматриваемом случае, наличие колейности и выбоин является недостатком эксплуатационного состояния проезжей части в месте происшествия.
Невыполнение предъявляемых требований по организации дорожного движения, содержания дороги в условиях места ДТП со стороны ответственных должностных лиц находится в причинной технической связи с опрокидыванием автомобиля государственный регистрационный знак № под управлением ФИО1 (т. 1 л.д. 48-54).
Ответчиком обстоятельства дорожно-транспортного происшествия не оспаривались.
На основании ч. 2 ст. 56 ГПК РФ суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались.
При этом по смыслу п. 2 ст. 1083 ГК РФ обязанность доказать наличие грубой неосторожности потерпевшего должна быть возложена на причинителя вреда.
Положения п. 10.1 ПДД РФ предписывают, что при возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства.
Вместе с тем ответчик не обосновал, каким образом, с учетом видимой и предполагаемой в данной ситуации глубины затопления дороги при отсутствии предупреждающих опасность знаков, истец в состоянии был обнаружить дефект дороги (препятствие движению) в виде выбоин и должен был сделать вывод о недопустимости движения по указанному участку дороги.
С учетом изложенного, суд приходит к выводу о признании незаконным Акта № «О несчастном случае на производстве» от ДД.ММ.ГГГГ в части установленного нарушения ФИО1 п. 10.1 Правил дорожного движения Российской Федерации.
Согласно ст. 237 ТК РФ, моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора (ч. 1).
В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба (ч. 2).
Согласно разъяснению, содержащемуся в п. 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 № 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", в соответствии со статьей 237 названного Кодекса компенсация морального вреда возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба. Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.
Аналогичные критерии определения размера компенсации морального вреда содержатся и в п. 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994 № 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" (в ред. от 06.02.2007 г.).
Из содержания данных положений закона и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации в их взаимосвязи следует, что в случае спора размер компенсации морального вреда определяется судом по указанным выше критериям вне зависимости от размера, установленного соглашением сторон, и вне зависимости от имущественного ущерба, которым в случае трудового увечья или профессионального заболевания является утраченный средний заработок работника.
Положения отраслевых соглашений и коллективных договоров означают лишь обязанность работодателя при наличии соответствующих оснований выплатить в бесспорном порядке компенсацию морального вреда в предусмотренном размере (Постановление Президиума Верховного Суда РФ от 26.10.2016 № 6-ПВ16).
В соответствии со ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.
В постановлении Европейского Суда по правам человека от 18 марта 2010 г. по делу "Максимов (Maksimov) против России" указано, что задача расчета размера компенсации является сложной. Она особенно трудна в деле, предметом которого является личное страдание, физическое или нравственное. Не существует стандарта, позволяющего измерить в денежных средствах боль, физическое неудобство и нравственное страдание и тоску. Национальные суды всегда должны в своих решениях приводить достаточные мотивы, оправдывающие ту или иную сумму компенсации морального вреда, присуждаемую заявителю. В противном случае отсутствие мотивов, например, несоразмерно малой суммы компенсации, присужденной заявителю, будет свидетельствовать о том, что суды не рассмотрели надлежащим образом требования заявителя и не смогли действовать в соответствии с принципом адекватного и эффективного устранения нарушения.
Из изложенного следует, что моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. К числу таких нематериальных благ относится жизнь, здоровье (состояние физического, психического и социального благополучия человека), семейные и родственные связи. В случае причинения гражданину морального вреда (физических или нравственных страданий) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.
Право на компенсацию морального вреда возникает при наличии предусмотренных законом оснований и условий ответственности за причинение вреда, а именно физических или нравственных страданий потерпевшего, то есть морального вреда как последствия нарушения личных неимущественных прав или посягательства на иные нематериальные блага, неправомерного действия (бездействия) причинителя вреда, причинной связи между неправомерными действиями и моральным вредом, вины причинителя вреда. Поскольку, предусматривая в качестве способа защиты нематериальных благ компенсацию морального вреда, закон (ст. ст. 151, 1101 ГК РФ) устанавливает лишь общие принципы для определения размера такой компенсации, суду при разрешении спора о компенсации морального вреда необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимание фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав как основополагающие принципы, предполагающие установление судом баланса интересов сторон.
Согласно п. 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина» учитывая, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда.
При этом суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.
При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.
Факт причинения истцу морального вреда в данном случае не требует доказывания, поскольку заключается в испытанных им как физических, так и нравственных страданиях, вызванных посягательством на принадлежащие ему от рождения нематериальные блага: жизнь и здоровье.
При таких обстоятельствах требования ФИО1 о компенсации морального вреда являются правомерными.
Определяя размер компенсации морального вреда, суд исходит из принципа разумности и справедливости, учитывает характер нравственных и физических страданий истца, его индивидуальные личностные особенности, а также фактические обстоятельства причинения морального вреда (ст.1101 ГК РФ).
К числу таковых обстоятельств, по мнению суда, в частности относится характер причиненных истцу телесных повреждений, длительность лечения и восстановительного периода.
С учетом изложенного, оценив представленные доказательства в их совокупности, суд полагает возможным определить размер денежной компенсации морального вреда, подлежащего взысканию с ответчика Сибирское главное региональное управление – филиал Объединения «РОСИНКАС» в сумме рублей.
Доводы стороны ответчика о том, что ответственность по возмещению морального вреда у работодателя отсутствует, являются несостоятельными исходя из следующего.
Положениями п. 17 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина» предусмотрено, что виновные действия потерпевшего, при доказанности его грубой неосторожности и причинной связи между такими действиями и возникновением или увеличением вреда, являются основанием для уменьшения размера возмещения вреда. При этом уменьшение размера возмещения вреда ставится в зависимость от степени вины потерпевшего. Если при причинении вреда жизни или здоровью гражданина имела место грубая неосторожность потерпевшего и отсутствовала вина причинителя вреда, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения вреда должен быть уменьшен судом, но полностью отказ в возмещении вреда в этом случае не допускается (п. 2 ст.1083 ГК РФ).
Вопрос о том, является ли допущенная потерпевшим неосторожность грубой, в каждом случае должен решаться с учетом фактических обстоятельств дела (характера деятельности, обстановки причинения вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего, его состояния и др.).
Вина потерпевшего не влияет на размер взыскиваемых с причинителя вреда расходов, связанных с возмещением дополнительных затрат (п. 1 ст. 1085 ГК РФ).
Доводы стороны ответчика об отсутствии его вины в произошедшем несчастном случае на производстве, являются несостоятельными исходя из фактических обстоятельств дела и представленных суду доказательств.
В нарушение требований ст. 56 ГПК РФ ответчик Сибирское главное региональное управление – филиал Объединения «РОСИНКАС» не представило суду доказательств, отвечающих принципам относимости, допустимости, достоверности и достаточности, свидетельствующих об отсутствии у него ответственности по возмещению вреда.
Требование о взыскании судебных расходов подлежит частичному удовлетворению исходя из следующего.
В соответствии с положениями ст. 98 ГПК РФ, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесённые по делу судебные расходы.
С Сибирского главного регионального управления – филиал Объединения «РОСИНКАС» в пользу ФИО1 подлежат взысканию расходы, связанные с услугами эксперта в сумме рублей. В их обоснование, истцом представлены договор на оказание услуг № от ДД.ММ.ГГГГ и квитанция к приходному кассовому ордеру № от ДД.ММ.ГГГГ (т. 1 л.д. 55).
В силу ст. 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.
Данная статья предоставляет суду право уменьшить сумму, взыскиваемую в возмещение расходов по оплате услуг представителя. Реализация данного права судом возможна лишь в случаях, если он признает эти расходы чрезмерными с учетом конкретных обстоятельств дела.
Согласно разъяснениям Верховного суда Российской Федерации, изложенным в п. 13 Постановления Пленума от 21.01.2016 № 1, разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства.
При этом суд принимает во внимание конкретные обстоятельства дела, фактическое оказание представителем юридических услуг, их объем по анализу материалов дела и подготовке процессуальных документов, категорию и степень сложности спора, продолжительность рассмотрения дела, относимость понесенных расходов применительно к рассмотренному делу и учитывая объем произведенной работы, категорию спора, продолжительность рассмотрения дела, руководствуясь принципами соразмерности и разумности расходов, приходит к выводу о том, что заявленная истцом сумма судебных расходов является чрезмерной.
В целях реализации задачи судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон, суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер (п. 11 Постановления Пленума ВС РФ № 1 от 21.01.2016).
Учитывая, что стороны при заключении договора на оказание юридических услуг свободны в своем волеизъявлении (ст. 421 ГК РФ), а ответчик, на которого возлагается бремя несения судебных издержек, лишен возможности как-то повлиять на условия данного договора, не будучи его стороной, именно на суд возлагается публично-правовая обязанность по оценке разумности взыскиваемых судебных издержек и определению баланса прав сторон в случаях, когда заявленная к взысканию сумма судебных издержек носит явно неразумный характер, относящаяся к базовым элементам публичного порядка (Определение Конституционного суда РФ от 21.12.2004 № 454-О).
Согласно представленному договору возмездного оказания услуг правового характера от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО1 при рассмотрении гражданского дела понес расходы на оплату услуг представителя в размере рублей (т. 1 л.д. 26-27).
Суд, оценив указанные расходы заявителя, исходя из объема фактически оказанных юридических услуг, сложности рассмотрения дела, количества собранных материалов, категории спора, считает разумными, документально обоснованными и подлежащими удовлетворению судебные расходы в сумме рублей.
С ответчика в бюджет муниципального района, следует взыскать в государственную пошлину пропорционально удовлетворенным требованиям неимущественного характера в сумме 300,00 рублей.
Руководствуясь ст. ст. 194-198 ГПК РФ, суд
РЕШИЛ
Иск удовлетворить частично.
Признать незаконным Акт № «О несчастном случае на производстве» от ДД.ММ.ГГГГ в части установленного нарушения ФИО1 ФИО28 п. 10.1 Правил дорожного движения Российской Федерации.
Взыскать с Сибирского главного регионального управления – филиала Объединения «РОСИНКАС» в пользу ФИО1 ФИО29 компенсацию морального вреда в размере .
Взыскать с Сибирского главного регионального управления – филиала Объединения «РОСИНКАС» в пользу ФИО1 ФИО30 судебные расходы .
В остальной части иска отказать.
Взыскать с Сибирского главного регионального управления – филиала Объединения «РОСИНКАС» государственную пошлину в бюджет муниципального района в сумме 300 рублей 00 копеек.
Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Забайкальский краевой суд через Краснокаменский городской суд в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме.
Судья Э.В. Пахатинский