Апелляционное определение по делу № 2-316/2023 от 12.09.2023

УИД № 69RS0021-01-2023-000801-14 судья Иванова Е.С. 2023 год

дело № 2 – 316/2023 (33 – 3869/2023)

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

Судебная коллегия по гражданским делам Тверского областного суда

в составе председательствующего судьи Серёжкина А.А.,

судей Кулакова А.В., Лозиной С.П.

при секретаре судебного заседания Салахутдиновой К.А.

рассмотрела в открытом судебном заседании в городе Твери

12 сентября 2023 года

по докладу судьи Кулакова А.В.

дело по апелляционному представлению Нелидовской межрайонной прокуратуры, апелляционной жалобе Е.А.В. на решение Нелидовского межрайонного суда Тверской области от 29 июня 2023 года, которым постановлено:

«Исковые требования И.В.П. - удовлетворить.

Е.А.В., ДД.ММ.ГГГГ г.р., выселить из жилого помещения, расположенного по адресу: <адрес>.

Исковые требования Е.А.В. к И.В.П. о признании договора купли-продажи недействительным, применении последствий недействительности сделки оставить без удовлетворения».

Судебная коллегия

установила:

И.В.П. обратилась в суд с иском к Е.А.В.. о выселении, указывая, что 29 марта 2023 года И.В.П. по договору купли-продажи с Е.А.В.. приобрела в собственность квартиру по адресу: <адрес>. Данный договор был удостоверен нотариусом Нелидовского нотариального округа Тверской области ФИО1 Стоимость квартиры была определена сторонами в размере 1450000 рублей, которые были выплачены Е.А.В. при подписании договора. После подписания договора Е.А.В. добровольно снялась с регистрационного учета по месту жительства в спорной квартире, в настоящее время в квартире зарегистрирована только И.В.П. Согласно п. 4.1 договора купли-продажи Е.А.В. обязана была передать ключи и квартиру И.В.П.., однако, Е.А.В. этого не сделала. На неоднократные просьбы освободить квартиру Е.А.В. ответила отказом.

Е.А.В. обратилась в суд с исковыми требованиями к И.В.П. о признании договора купли-продажи от 29 марта 2013 года недействительным, применении последствий недействительности сделки, а именно: признании недействительной записи в ЕГРП о регистрации права собственности на квартиру за И.В.П. и признании за Е.А.В. права собственности на спорное жилое помещение.

В обоснование иска указано, что оспариваемый договор купли-продажи квартиры в силу ст. 178 ГК РФ является недействительным, поскольку заключен под влиянием обмана, заблуждения. Спорная квартира является единственным жильем Е.А.В.., она имеет преклонный возраст, проживает в квартире одна, близких родственников не имеет. В период с 20 марта 2023 года Е.А.В.. находилась под влиянием заблуждения и обмана, поскольку ей на телефон позвонили неизвестные лица и представились сотрудниками следственного комитета, сообщили, что проводятся следственные действия в отношении Сбербанка, что на ее имя был одобрен кредит, сказали, что необходимо пойти в банк и взять кредит на себя. Девушка, которая с ней разговаривала, представилась ФИО.Е.А.В. пошла в банк, однако, в выдаче кредита ей было отказано. После поездки в банк ей вновь позвонила ФИО и сказала, что ей необходимо поучаствовать в операции следственных органов и продать свою квартиру, чтобы поймать преступников, она прислала ей номер телефона риелтора ФИО3., на что Е.А.В. согласилась, обратилась к риелтору ФИО3. с целью продажи своей квартиры. До момента продажи квартиры 29 марта 2023 года ФИО ей постоянно звонила, во время всех действий, связанных с продажей квартиры, и говорила, не отключать телефон, никому ничего не говорить, потребовала деньги от продажи квартиры перевести на счета, а потом она приедет в г. Нелидово 31 марта 2023 года и вернет все как было. Последний раз ФИО звонила Е.А.В.. 06 апреля 2023 года, сказала, что специальная операция находится в заключительной стадии. 07 апреля 2023 года по телевидению она увидела репортаж, в котором говорилось о мошенниках, которые представляются сотрудниками следственного комитета, и тогда она поняла, что в отношении нее совершены мошеннические действия, в связи с чем 08 апреля 2023 года обратилась в полицию. По факту совершения в отношении Е.А.В.. мошеннических действий СО МО МВД России «Нелидовский» 08 апреля 2023 года возбуждено уголовное дело, в котором Е.А.В.. признана потерпевшей. Заключение спорного договора купли-продажи было следствием совершения в отношении нее мошеннических действий, в результате которых у Е.А.В. сложилось ошибочное представление об обстоятельствах сделки, для задержания лиц, намеревавшихся похитить квартиру, у нее отсутствовало намерение продать свое единственное жилье.

И.В.П.. и ее представитель Б.А.Н. в судебном заседании собственные исковые требования поддержали в полном объеме, исковые требования Е.А.В. не признали.

Е.А.В. и ее представитель М.- Р.В.Ю, в судебном заседании свои исковые требования поддержали в полном объеме, исковые требования И.В.П. не признали.

Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО3., извещенный о времени и месте рассмотрения дела надлежащим образом, в судебное заседание не явился.

Участвующий в деле прокурор Бурыкина О.В. в своем заключении полагала исковые требования И.В.П. о выселении не подлежащими удовлетворению.

Судом постановлено приведенное выше решение.

В апелляционном представлении Нелидовской межрайонной прокуратуры ставится вопрос об отмене решения суда и принятии по делу нового решения об отказе в удовлетворении исковых требований И.В.П. о выселении Е.А.В.., удовлетворении исковых требований Е.А.В. к И.В.П. о признании договора купли-продажи недействительным, применении последствий недействительности сделки.

В обоснование представления указано, что при рассмотрении дела достоверно установлено, что 29 марта 2023 года в момент совершения нотариальной сделки (подписания договора купли-продажи квартиры) Е.А.В. находилась под влиянием обмана, заблуждения неизвестных лиц. Доводы искового заявления Е.А.В. относительно обстоятельств такого заблуждения прокурор полагал убедительными. Введению в заблуждение способствовал ее пожилой возраст, одинокий образ жизни, активные действия неустановленных лиц, в отношении которых возбуждено уголовное дело. Формирование воли Е.А.В.. происходило не свободно, на нее было оказано воздействие, реального намерения передать в собственность И.В.П. спорное жилое помещение Е.А.В. не имела, при этом ее действия при подписании договора купли-продажи находились под контролем мошенников. Об отсутствии у Е.А.В.. намерения продать свою квартиру И.А.В. свидетельствует и то, что спорное жилое помещение является для Е.А.В.. единственным местом жительства, деньги от продажи квартиры она сразу же по указанию мошенников перевела им на счета.

Е.А.В. в своей апелляционной жалобе просила отменить решение суда и удовлетворить заявленные ею исковые требования, в иске И.В.П.. – отказать.

С приведением доводов, изложенных в исковом заявлении, Е.А.В. указала, что суд не выяснил соответствие действительной воли Е.А.В.. ее волеизъявлению, выраженному в договоре купли-продажи квартиры, настаивала, что считала, что принимает участие в следственном эксперименте, а выводы суда сделаны без учета ее доводов и подлежащих применению к отношениям сторон норм материального и процессуального права, вразрез с исследованными судом доказательствами, нарушен принцип равноправия сторон.

В жалобе отмечено, что об отсутствии у Е.А.В.. намерения продать свою квартиру И.А.В.. свидетельствует то, что спорное жилое помещение является для Е.А.В.. единственным местом жительства, иных доходов и средств, кроме пенсии по старости, она не имеет. Суд исследовал телефонные записи с мобильного телефона Е.А.В. с 20 марта по 05 апреля 2023 года, то есть весь временной период, в котором совершалась сделка, это еще раз объясняет, почему сразу после сделки она не обратилась в полицию. Из исследованных телефонных соединений в мессенджере «WhatsApp» следует, что весь временной период, в котором совершалась сделка, а именно: при разговоре Е.А.В.. с риелтором ФИО3., при показе покупателю И.В.П. квартиры, при удостоверении договора купли-продажи нотариусом, при снятии с регистрационного учета, т.е. во всех юридически значимых обстоятельствах, Е.А.В. «вели» мошенники, давали ей рекомендации как сотрудники правоохранительных органов, следили по телефону за каждым ее действием, оказывали на нее психологическое воздействие. Суд безосновательно отказал Е.А.В. о вызове в суд и допросе свидетелей ФИО2 и ФИО3., а после приведения выдержек из протоколов допроса данных свидетелей суд каких-либо выводов по их показаниям не сделал. Показания данных свидетелей позволили бы, в частности, узнать сведения о том, ставили ли они в известность покупателя И.В.П. о том, что Е.А.В. сообщила им об отказе от продажи квартиры.

Отмечено, что суд не дал оценки содержавшемуся в материалах уголовного дела смс-сообщению, направленному Е.А.В. на мобильный телефон супруги риелтора ФИО2., в котором Е.А.В. указала, что она попала на мошенников, и чтобы квартиру не выставляли на продажу. Риелтору ФИО3 было доподлинно известно, что Е.А.В. предупреждала, что она попала на мошенников, несмотря на упоминание об указанном обстоятельстве, риелтор в самый короткий промежуток времени провел сделку по продаже квартиры.

Стороне И.В.П. также было известно, что квартира Е.А.В. была снята с продажи в объявлениях в Интернете через день после ее выставления на продажу. Несмотря на указанное обстоятельство, И.В.П.., не выяснив причины снятия квартиры с продажи, также просила ускорить совершение сделки, увидев возобновлённое объявление о продаже квартиры Е.А.В.

И.В.П. имела достаточную возможность выяснить мотивы действия Е.А.В.., которая в преклонном возрасте при заключении сделки лишалась права проживания в квартире, своих личных вещей. При этом покупатель приобрел всю обстановку в квартире, не указывая ее в качестве существенных условий в договоре купли-продажи квартиры, не задав вопросов, почему указанные вещи продаются по очень заниженной стоимости. Эти действия И.В.П. не могут быть признаны осмотрительными и добросовестными.

Суд необоснованно отказал в удовлетворении ходатайства Е.А.В.. о проведении комплексной судебно-психиатрической экспертизы в отношении Е.А.В.., достигшей возраста 70 лет. Допрошенный судом нотариус ФИО1 не пояснила суду, что реально разъясняла Е.А.В. правовые последствия подписания договора купли-продажи квартиры, с учетом отнесения Е.А.В. к категории людей, у которых происходят необратимые процессы в психике, не были сделаны запросы в медицинские организации, не была установлена дееспособность Е.А.В.. Текст договора был составлен нотариусом. Е.А.В. получила 1400000 рублей, а не 1450000 рублей, как указано в расписке.

В письменных возражениях на апелляционную жалобу И.В.П. просила оставить решение суда без изменения, апелляционную жалобу Е.А.В. – без удовлетворения.

В заседании суда апелляционной инстанции Е.А.В. и ее представитель М.- Р.В.Ю, в полном объеме поддержали доводы апелляционных жалобы и представления.

И.В.П. и ее представитель Б.А.Н.. в заседании судебной коллегии относительно удовлетворения апелляционных жалоб и представления возражали.

По заключению участвующего в деле прокурора Матвеевой А.М. исковые требования И.В.П. о выселении Е.А.В. не подлежат удовлетворению.

Остальные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в заседание суда апелляционной инстанции не явились, своих представителей не направили, об уважительности причин своей неявки не сообщили, об отложении рассмотрения дела не просили, поэтому на основании ч. 1 ст. 327, ч. 3 ст. 167 Гражданского процессуального кодекса РФ судебной коллегией определено к рассмотрению дела в отсутствие неявившихся лиц.

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционных жалоб и представления, возражений на них, проверив законность и обоснованность решения суда первой инстанции в соответствии с ч. 1 ст. 327.1 Гражданского процессуального кодекса РФ исходя из доводов, изложенных в апелляционных жалобе и представлении, судебная коллегия не находит оснований для отмены решения суда.

Судом установлено, что 29 марта 2023 года между Е.А.В. (продавец) и И.В.П. (покупатель) заключен договор купли-продажи квартиры, по условиям которого продавец продала, а покупатель приобретала в собственность квартиру по адресу: <адрес>. Указанный договор удостоверен нотариусом Нелидовского нотариального округа Тверской области ФИО1

В соответствии с п. п. 2.1, 2.2 договора купли-продажи спорная квартира была оценена и продана по обоюдному соглашению сторон за 1450000 рублей, которые продавец получила наличными при подписании договора, претензий по расчетам стороны не имели.

Переход права собственности на квартиру по адресу: <адрес>, к И.В.П. зарегистрирован в ЕГРН 29 марта 2023 года.

Пунктом 3.6 договора купли-продажи квартиры предусмотрено, что на момент заключения договора в квартире зарегистрирована Е.А.В. которая обязалась сняться с регистрационного учета и освободить квартиру в течение месяца с момента подписания настоящего договора.

После заключения договора купли-продажи квартиры Е.А.В. продолжает проживать в спорной квартире, ключей от входной двери И.В.П.. не передала, при этом Е.А.В. добровольно снялась с регистрационного учета по месту жительства, в настоящее время в спорной квартире зарегистрирована И.В.П..

Как следует из показаний Е.А.В.., с 20 марта 2023 года она находилась под влиянием неустановленных лиц, которые совершили в отношении неё мошеннические действия. Сначала неустановленные лица сказали, что на нее оформляется кредит, и сказали взять кредит на себя, но ей отказали. Потом данные лица сказали, что они из следственного комитета и Е.А.В.. должна участвовать в следственных действиях и продать квартиру. Сначала она подумала, что это мошенники, но данные лица убедили её участвовать в следственных действиях. Она обратилась к риелтору для продажи квартиры, квартира была выставлена на продажу, нашелся покупатель, они договорились о цене и потом заключили сделку. Денежные средства от продажи квартиры она перевела на указанные мошенниками счета через банкомат. Только 07 апреля 2023 года она поняла, что в отношении нее совершены мошеннические действия, в связи с чем обратилась в полицию.

08 апреля 2023 года следователем СО МО МВД России «Нелидовский» возбуждено уголовного дело по ч. 4 ст. 159 УК РФ по факту совершения в отношении Е.А.В. мошеннических действий в особо крупном размере, в результате которых Е.А.В.. был причинен материальный ущерб на сумму 1400000 рублей.

Допрошенная судом в качестве свидетеля нотариус ФИО1 показала, что к ней обратился риелтор ФИО3., который попросил удостоверить сделку купли-продажи между Е.А.В. и И.В.П. Заключение сделки было назначена на 29 марта 2023 года. В указанный день стороны пришли, она спросила у них, кто покупатель, кто продавец, что продается, какой будет расчет. Стороны ответили на вопросы, сказали, что оплата будет наличными в момент заключения договора. Договор был составлен, стороны его прочитали, Е.А.В. пересчитала денежные средства, и договор был подписан. Никаких сомнений в дееспособности сторон у нее не возникло, Е.А.В.. отвечала на вопросы, пояснила, что хочет продать квартиру, поскольку ей необходимо уехать, пояснила, что добровольно продает квартиру, никаких посторонних граждан при подписании договора не было.

Из показаний ФИО2 и ФИО3, допрошенных в качестве свидетелей в рамках расследуемого уголовного дела, следует, что ФИО3 занимается продажей недвижимости, к нему 20 марта 2023 года обратилась Е.А.В. с целью продажи принадлежащей ей квартиры. Поскольку он был занят, его жена поехала по месту жительства Е.А.В.., сфотографировала квартиру и правоустанавливающие документы. Вечером того же дня Е.А.В. попросила не выставлять квартиру на продажу, что они и сделали. На следующий день Е.А.В. вновь попросила выставить квартиру на продажу, он предложил ей приехать в его офис. Она приехала, сказала, что хочет продать квартиру, так как переезжает жить к дочери в <адрес> С согласия Е.А.В. ФИО3 выставил квартиру на продажу за 1250000 рублей, нашелся покупатель - И.В.П. которая осмотрела квартиру, спросила про мебель и предложила продать ее вместе с квартирой, Е.А.В. согласилась продать мебель за 200000 рублей. При этом, когда он был в квартире, она разговаривала по телефону по громкой связи с М., сказав, что это ее дочь. Он записал номер М., вечером она ему позвонила, узнать про здоровье матери, он ответил, что все хорошо. Он договорился с нотариусом о проведении сделки, 29 марта 2023 года в 09.00 часов они встретились у нотариуса, подписали договор, денежные средства передавались наличными, Е.А.В. их пересчитала и подписала расписку о получении денег. После сделки он отвез Е.А.В. в МФЦ, чтобы она выписалась, она сдала паспорт, и он отвез ее домой.

Разрешая спор, суд первой инстанции, руководствуясь положениями ст. ст. 8, 9, 10, 178, 179 Гражданского кодекса РФ, правильно распределив между сторонами бремя доказывания и подлежащие установлению юридически значимые обстоятельства, оценив имеющиеся в деле доказательства, в том числе пояснения сторон, показания свидетелей в их совокупности по правилам ст. 67 Гражданского процессуального кодекса РФ, проанализировав условия договора купли-продажи от 29 марта 2023 года, исходил из того, что фактически договор купли – продажи был совершен Е.А.В. под воздействием обмана со стороны третьих лиц, круг которых на момент разрешения спора установлен не был, доводы Е.А.В. о заключении договора купли-продажи квартиры под влиянием обмана, внешнего воздействия И.В.П.., с пороком воли, в ходе судебного разбирательства своего подтверждения не нашли, обстоятельств, свидетельствующих о недействительности сделки, не установлено, в связи с чем пришел к выводу об отсутствии оснований для признания оспариваемой сделки недействительной.

Исходя из положений ст. ст. 209, 235, 304 Гражданского кодекса РФ, ч. 1 ст. 35 Жилищного кодекса РФ, учитывая, что квартира по адресу: <адрес>, была отчуждена Е.А.В. по договору купли-продажи от 29 марта 2023 года в пользу И.В.П.., денежные средства по сделке получены продавцом квартиры в полном объеме, переход права собственности на квартиру к И.В.П. зарегистрирован в установленном порядке, Е.А.В. добровольно снялась с регистрационного учета по вышеуказанному адресу, суд пришел к выводу о том, что Е.А.В. утрачено право собственности, в том числе и право пользования спорной квартирой, в связи с чем удовлетворил исковые требования И.В.П. о выселении Е.А.В.. из спорного жилого помещения.

Судебная коллегия не имеет оснований не согласиться с такими выводами суда первой инстанции, поскольку они мотивированы, основаны на доказательствах, изложенных в решении, и соответствуют правовому регулированию спорных правоотношений.

В соответствии с п. 2 ст. 179 Гражданского кодекса РФ сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего. Обманом считается также намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота.

В п. 99 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что сделка под влиянием обмана, совершенного как стороной такой сделки, так и третьим лицом, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего (пункт 2 статьи 179 ГК РФ). Обманом считается не только сообщение информации, не соответствующей действительности, но также и намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота (пункт 2 статьи 179 ГК РФ).

Сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана недействительной, только если обстоятельства, относительно которых потерпевший был обманут, находятся в причинной связи с его решением о заключении сделки. При этом подлежит установлению умысел лица, совершившего обман.

Сделка, совершенная под влиянием обмана потерпевшего третьим лицом, может быть признана недействительной по иску потерпевшего при условии, что другая сторона либо лицо, к которому обращена односторонняя сделка, знали или должны были знать об обмане. Считается, в частности, что сторона знала об обмане, если виновное в обмане третье лицо являлось ее представителем или работником либо содействовало ей в совершении сделки (пункт 2 статьи 179 ГК РФ).

Следует учитывать, что закон не связывает оспаривание сделки на основании пунктов 1 и 2 статьи 179 ГК РФ с наличием уголовного производства по фактам применения насилия, угрозы или обмана. Обстоятельства применения насилия, угрозы или обмана могут подтверждаться по общим правилам о доказывании.

Таким образом, исходя из смысла п. 2 ст. 179 Гражданского кодекса РФ обман предполагает определенное виновное поведение стороны, пытающейся убедить другую сторону в таких качествах, свойствах, последствиях сделки, которые заведомо наступить не могут. При совершении сделки под влиянием обмана формирование воли потерпевшего происходит не свободно, а вынужденно, под влиянием недобросовестных действий других лиц, заключающихся в умышленном создании у потерпевшего ложного представления об обстоятельствах, имеющих значение для заключения сделки. Воля на совершение сделки, соответствующая волеизъявлению, у потерпевшего имеется, однако, формирование этой воли происходит несвободно, под влиянием обмана со стороны других лиц.

Для признания наличия обмана необходимо доказать, что лицо действовало недобросовестно и умышленно. Необходимым для признания сделки недействительной, в том числе, совершенной под влиянием обмана, является искажение действительной воли стороны, вступающей в сделку.

В соответствии с п. 1 ст. 178 Гражданского кодекса РФ сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел.

При наличии условий, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, заблуждение предполагается достаточно существенным, в частности, если: 1) сторона допустила очевидные оговорку, описку, опечатку и т.п.; 2) сторона заблуждается в отношении предмета сделки, в частности таких его качеств, которые в обороте рассматриваются как существенные; 3) сторона заблуждается в отношении природы сделки; 4) сторона заблуждается в отношении лица, с которым она вступает в сделку, или лица, связанного со сделкой; 5) сторона заблуждается в отношении обстоятельства, которое она упоминает в своем волеизъявлении или из наличия которого она с очевидностью для другой стороны исходит, совершая сделку (п. 2 ст. 178 Гражданского кодекса РФ).

В силу п. 3 ст. 178 Гражданского кодекса РФ заблуждение относительно мотивов сделки не является достаточно существенным для признания сделки недействительной.

Специальными нормами права, а именно: абз. 2, 3 п. 6 ст. 178 Гражданского кодекса РФ, предусмотрено, что сторона, по иску которой сделка признана недействительной, обязана возместить другой стороне причиненный ей вследствие этого реальный ущерб, за исключением случаев, когда другая сторона знала или должна была знать о наличии заблуждения, в том числе, если заблуждение возникло вследствие зависящих от нее обстоятельств.

Сторона, по иску которой сделка признана недействительной, вправе требовать от другой стороны возмещения причиненных ей убытков, если докажет, что заблуждение возникло вследствие обстоятельств, за которые отвечает другая сторона.

В соответствии со ст. 56 Гражданского процессуального кодекса РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений.

Таким образом, бремя доказывания того обстоятельства, что Е.А.В. действовала под влиянием обмана, о котором знала или должна была знать И.В.П.., заблуждения лежит на стороне Е.А.В.

Следовательно, по настоящему делу суду первой инстанции надлежало исследовать осведомленность И.В.П. относительно обстоятельств совершения сделки, характера и степени ее участия в действиях, которые вызвали существенное заблуждение, или в обмане Е.А.В.

Анализ приведенных выше положений материального закона, регулирующих спорные правоотношения, фактических обстоятельств дела и имеющихся доказательств позволил суду первой инстанции сделать правильные и обоснованные выводы об отсутствии правовых оснований для признания сделки оспоримой по мотиву влияния на ее совершение существенного заблуждения или обмана со стороны покупателя И.В.П.., наличии оснований для выселения из квартиры прежнего собственника.

Применяя положения статей 431, 432 Гражданского кодекса РФ, при толковании условий договора судебная коллегия соглашается с выводом суда о том, что все существенные условия договора были согласованы, договор подписан обеими сторонами, переход права собственности зарегистрирован в установленном порядке.

Каких-либо допустимых и достаточных доказательств, однозначно подтверждающих неполучение продавцом Е.А.В. денежных средств за проданную спорную квартиру, ею не представлено и материалы дела не содержат.

Договор купли-продажи был удостоверен нотариусом и согласно п. 6.1 договора при его подписании стороны подтвердили в присутствии нотариуса, что действуют добровольно, не вынуждено, что в дееспособности не ограничены, под опекой, попечительством не состоят, по состоянию здоровья могут самостоятельно осуществлять и защищать свои права и выполнять обязанности, не страдают заболеваниями, препятствующим осознавать суть подписанного договора и обстоятельства его заключения, что у них отсутствуют обстоятельства, вынуждающие совершать данную сделку на крайне невыгодных для себя условиях.

Таким образом, Е.А.В. знала о том, какую сделку совершала, подписывала договор лично, не могла не осознавать правовых последствий отчуждения спорной квартиры и заключения договора купли - продажи.

Вывод суда о том, что Е.А.В.., совершая сделку, понимала, что производит отчуждение квартиры, понимала природу сделки, ее условия, которые не оспаривала, основаны на анализе судом объяснений сторон, показаний свидетелей, представленных письменных доказательствах.

При этом суд первой инстанции, оценивая доводы Е.А.В.. о том, что фактически договор купли-продажи был совершен ею под воздействием обмана со стороны третьих лиц, круг которых в настоящее время не установлен, правильно указал, что из установленных по делу обстоятельств не следует, что И.В.П.. при заключении сделки знала или должна была знать об обмане Е.А.В.. со стороны третьих лиц, влиянии какого-либо заблуждения на Е.А.В.., в том числе, из наличия которого она с очевидностью для И.В.П. исходит, совершая сделку, и об отсутствии у Е.А.В. намерения отчуждать квартиру.

Доказательств того, что И.В.П. умышленно ввела Е.А.В. в заблуждение или обманула с целью заключить договор купли – продажи квартиры, или иного недобросовестного поведения И.В.П. при совершении сделки, Е.А.В.. суду не представила.

Доводы Е.А.В. о том, что стоимость квартиры существенно занижена, что должно было насторожить покупателя И.В.П.., были отклонены с указанием на то обстоятельства, что, подписывая договор купли-продажи, Е.А.В. подтвердила согласованность условия о цене, приняла от покупателя исполнение по сделке.

Судебная коллегия отмечает, что, вопреки доводам жалобы Е.А.В.., И.В.П.. были приняты все необходимые меры осмотрительности при приобретении квартиры, так, она убедилась, что право собственности продавца было зарегистрировано в ЕГРН, квартира осматривалась покупателем, что следует из объяснений сторон, все расчеты между продавцом и покупателем были произведены, как до совершения сделки, так и во время ее удостоверения у нотариуса, Е.А.В.. подтвердила свою волю на отчуждение спорной квартиры, объясняя это намерением переезда в <адрес> к дочери.

При этом судом было учтено, что сама Е.А.В.И.В.П. либо нотариуса о факте мошенничества не уведомляла, сообщив же риелтору о факте предполагаемого мошенничества, на следующий день Е.А.В. подтвердила свое намерение продать квартиру, в связи с чем риелтор продолжил оформление сделки.

Поведение Е.А.В. до заключения сделки и во время ее совершения не давало И.В.П. и другим лицам оснований усомниться в намерениях Е.А.В.. относительно распоряжения квартирой. Ссылка Е.А.В. на то, что она просила риелтора путем смс-сообщения отменить совершение сделки, сама по себе таким основанием не является, принимая во внимание ее дальнейшие действия по подписанию договора купли-продажи.

Следует также отметить то обстоятельство, что гражданским законодательством не предусмотрены какие – либо ограничения на совершение сделок с лицами преклонного возраста, имеющими хронические заболевания, эти обстоятельства не являются безусловным основанием для признания договора недействительным. Е.А.В. не является недееспособной либо ограниченно дееспособным лицом, соответственно, она пользуется всеми правами и обязанностями дееспособного физического лица.

Из материалов настоящего дела, а также из материалов уголовного дела не следует, что И.В.П.. каким-либо образом причастна к обману Е.А.В. третьими лицами или знала о данном обмане или влиянии заблуждения.

Также суд учел последовательность действий и промежуток времени с момента объявления о продаже квартиры (20 марта 2023 года) до момента заключения сделки (29 марта 2023 года) и до момента обращения в органы полиции – 08 апреля 2023 года, а также последующие после заключения сделки купли-продажи квартиры действия Е.А.В.. по снятию с регистрационного учета и перечислению денежных средств от продажи квартиры по неизвестным ей реквизитам.

Е.А.В. при совершении оспариваемой сделки никому не сообщала о телефонных разговорах с неустановленными лицами, в правоохранительные органы в момент совершения сделки не обратилась, а обратилась лишь спустя 10 дней.

Сами по себе ссылки Е.А.В. на подтвержденные документально телефонные соединения с мобильного телефона Е.А.В. в мессенджере WhatsApp с третьими лицами в период с 20 марта по 05 апреля 2023 года не могут являться достаточным основанием для удовлетворения заявленных ею требований.

Как обоснованно отмечено судом в решении, то, что в настоящий момент Е.А.В. продолжает пользоваться спорным объектом недвижимости и проживать в нем, производит оплату коммунальных услуг, не свидетельствует о том, что договор купли-продажи был заключен без намерения произвести реальную передачу имущества, поскольку согласно п. 3.6 оспариваемого договора Е.А.В. должна была самостоятельно освободить спорную квартиру и передать ключи в течение одного месяца с момента подписания договора, чего она не сделала.

Указанные доводы жалобы не свидетельствуют о заблуждении Е.А.В. по поводу существа договора купли-продажи, о заключении сделки под влиянием обмана.

Вопреки доводам апелляционных жалобы и представления, суд первой инстанции проанализировал установленные по делу обстоятельства и, оценив имеющиеся по делу доказательства, в том числе договор купли-продажи от 29 марта 2023 года в их совокупности по правилам ст. 67 Гражданского процессуального кодекса РФ, пришел к верному выводу об отсутствии оснований, предусмотренных ст. ст. 178, 179 Гражданского кодекса РФ для признания оспариваемого договора недействительным.

Доводы апелляционной жалобы о необоснованном отказе в назначении по делу судебной психиатрической экспертизы, отказе в допросе свидетелей ФИО3 и ФИО2, при установленных судом обстоятельствах не влекут отмену принятого по делу судебного акта, поскольку в соответствии с требованиями ст. ст. 56, 67 Гражданского процессуального кодекса РФ достаточность доказательств для разрешения конкретного спора определяется судом.

Как следует из протокола судебного заседания от 29 июня 2023 года, ходатайство Е.А.В. о назначении судебной экспертизы было разрешено судом в соответствии с требованиями статьи 166 Гражданского процессуального кодекса РФ, с указанием на то, что Е.А.В.. никогда на учете у врача-психиатра не состояла, за помощью к врачу-психиатру не обращалась, доказательств обратного суду не представлено.

Кроме того, предметом иска Е.А.В. является признание договора недействительным (оспоримой сделкой) по основаниям введения ее в заблуждение и влияния обмана, в связи с чем оснований для назначения по делу судебной психолого-психиатрической экспертизы с вопросами о том, страдала ли Е.А.В. в момент совершения сделки психическим расстройством, которое делало ее неспособной в полной мере осознавать характер своих действий и руководить ими, было ли у нее временное расстройство психического состояния, суд обоснованно не усмотрел.

В отношении же вопросов об искажении сознания и обмане восприятия событий суд первой инстанции пришел к выводу о том, что фактически договор купли-продажи Е.А.В. был совершен под воздействием обмана со стороны третьих лиц, круг которых не был установлен к моменту разрешения спора, однако, эти обстоятельства в отсутствии доказательств того, что И.В.П. знала или должна была знать об обмане или введении в заблуждение, не являются основанием для признания сделки оспоримой по мотивам ст. ст. 178, 179 Гражданского кодекса РФ.

Ссылка Е.А.В. в апелляционной жалобе на то, что нотариус при допросе судом не подтвердила разъяснение ей правовых последствий при подписании договора, не свидетельствует о неправильности решения, поскольку для договоров купли-продажи недвижимого имущества в виде квартиры законом не предусмотрено обязательной нотариальной формы заключения договоров.

Вместе с тем, из показаний свидетеля ФИО1 и содержания договора купли – продажи следует, что о правовых последствиях совершаемой сделки сторонам сделки было разъяснено, при этом нотариус выяснила, что условия сделки соответствовали действительным намерениям сторон.

При рассмотрении дела принцип состязательности и равноправия судом не нарушен, Е.А.В. не была лишена возможности предоставлять доказательства.

Доводы апелляционной жалобы о том, что в отношении Е.А.В. были совершены мошеннические действия, правильности выводов суда не опровергают.

Заявляя о несогласии с решением суда, Е.А.В.. указывала на ненадлежащую оценку судом представленных по делу доказательств, настаивала на наличии достаточных оснований, свидетельствующих об отсутствии у нее намерения продать квартиру И.В.П.., наличии обмана и заблуждения со стороны неустановленных следствием лиц.

Вместе с тем, указанные доводы апелляционной жалобы и аналогичные доводы представления прокурора направлены на иную оценку исследованных судом первой инстанции доказательств, были предметом рассмотрения в суде первой инстанции, основаны на неверном толковании закона и не содержат новых обстоятельств, которые опровергали бы выводы судебного решения, а потому не могут служить основанием к его отмене.

Доводы апелляционной жалобы о том, что Е.А.В. получила 1400000 рублей, а не 1450000 рублей, как указано в расписке, также отклоняются судом апелляционной инстанции, поскольку неуплата части покупной цены по договору купли-продажи не является сама по себе основанием для признания договора недействительным в порядке ст. ст. 178, 179 Гражданского кодекса РФ, так как законодатель предусмотрел иной механизм защиты права продавца, не получившего оплату за проданный товар (ст. ст. 450, 486 Гражданского кодекса РФ).

Разрешая требования И.В.П.., суд руководствовался положениями ст. 35 Жилищного кодекса РФ, ст. ст. 209, 304 Гражданского кодекса РФ, исходил из того, что, являясь собственником жилого помещения, И.В.П. вправе требовать устранения нарушений своих прав, в том числе и выселения Е.А.В.. из спорной квартиры.

Иные доводы апелляционных жалобы и представления не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного решения, либо опровергали выводы суда первой инстанции.

Таким образом, материалы дела исследованы судом полно, всесторонне и объективно, представленным сторонами доказательствам дана надлежащая правовая оценка, изложенные в обжалуемом судебном акте выводы соответствуют фактическим обстоятельствам дела и нормам права, а потому оснований для его отмены в суде апелляционной инстанции по приведенным в жалобе и представлении прокурора доводам не имеется. Нарушений норм процессуального права при разрешении спора не установлено.

Руководствуясь статьями 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Нелидовского межрайонного суда Тверской области от 29 июня 2023 года оставить без изменения, апелляционное представление Нелидовской межрайонной прокуратуры, апелляционную жалобу Е.А.В. – без удовлетворения.

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 19 сентября 2023 года.

Председательствующий А.А. Серёжкин

Судьи А.В. Кулаков

С.П. Лозина