Дело № 2-6089/2025

УИД: 03RS00017-01-2025-009341-53

Категория: 2.178

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

19 сентября 2025 года г. Стерлитамак

Стерлитамакский городской суд Республики Башкортостан в составе: председательствующего судьи Мартыновой Л.Н.,

при секретаре Нуриевой А.Р.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ООО ПКО «Приоритет», ООО МФК «МигКредит» о признании недействительным договора уступки права требования, компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с исковыми требованиями о признании недействительным договора уступки права требования, компенсации морального вреда, взыскании расходов по оплате услуг представителя, указав, что о договоре уступки права требования, заключенного между первоначальным кредитором и ответчиком ему ничего не было известно. В договоре займа указано, что любому третьему лицу, но не лицу, у которого отсутствует банковская лицензия, может быть уступлено право требования. Вместе с тем, в законе нет понятия любого третьего лица, в связи с чем оснований для заключения договора уступки между ООО МФК «МигКредит» и ООО ПКО «Приоритет» не имелось. Кроме того, Общество не должно было передавать право требования по кредитному договору с потребителем лицам, не имеющим лицензии на право осуществления банковской деятельности.

Просит признать недействительным договор уступки права требования № от 20.04.2021; взыскать с ООО МФК «МигКредит» и ООО «Приоритет» компенсацию морального вреда по 10 000 руб. с каждого; взыскать расходы по оплате услуг представителя в размере 60 000 руб.

В судебное заседание истец ФИО1 не явился, извещен о дне и времени рассмотрения дела надлежащим образом, направил в суд своего представителя.

Представитель истца по доверенности ФИО2 исковые требования поддержал по изложенным выше основаниям.

В судебное заседание представитель ответчика ООО МФК «МигКредит» не явился, извещены судом надлежащим образом о месте и времени рассмотрения дела.

Представитель ответчика ООО «Приоритет» в судебное заседание не явились, направили возражение на исковые требования ФИО1

Третье лицо в судебное заседание не явилось, извещены о дне и времени рассмотрения дела надлежащим образом.

Суд, выслушав представителя истца, определив возможным рассмотреть дело в отсутствие сторон, изучив материалы гражданского дела, приходит к следующему.

Согласно п. 1 ст. 421 ГК РФ, граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Понуждение к заключению договора не допускается, за исключением случаев, когда обязанность заключить договор предусмотрена настоящим Кодексом, законом или добровольно принятым обязательством.

На основании п. 1 ст. 819 ГК РФ, по кредитному договору банк или иная кредитная организация (кредитор) обязуются предоставить денежные средства (кредит) заемщику в размере и на условиях, предусмотренных договором, а заемщик обязуется возвратить полученную денежную сумму и уплатить проценты на нее.

К отношениям по кредитному договору применяются правила, предусмотренные параграфом 1 главы 42 ГК РФ, если иное не предусмотрено правилами данного параграфа и не вытекает из существа кредитного договора.

Из материалов дела следует, что 01.05.2019 между ООО МФК «МигКредит» и ФИО1 заключен договор займа №, согласно которому Займодавец передал Заемщику денежные средства в размере 20 600 руб., а ФИО1 обязался вернуть полученную сумму с начисленными на нее процентами в размерах и порядке, определенным договором в срок до 17.10.2019.

Принятые на себя обязательства ООО МФК «МигКредит» исполнил, предоставил ответчику денежные средства.

В силу ст. 309, 310 ГК РФ, обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями делового оборота или иными обычно предъявляемыми требованиями. Односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных законом.

Однако ответчиком платежи производиться перестали, в связи с чем, суд приходит к выводу о том, что указанные выше условия кредитного договора ответчиком не исполнялись.

В соответствии с договором об уступке прав (требований) № № от 20.04.2021 между ООО МФК «МигКредит» и ООО ПКО «Приоритет», право требования перешло к ООО ПКО «Приоритет».

В силу пункта 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе.

Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия (пункт 2 настоящей статьи).

Требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо.

Требование о признании недействительной ничтожной сделки независимо от применения последствий ее недействительности может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной (пункт 3).

Согласно пункту 1 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

В соответствии с пунктом 1 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (пункт 2 настоящей статьи).

Суд находит указанные доводы истцов о недействительности договора цессии необоснованными.

Статьей 388 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что уступка требования кредитором (цедентом) другому лицу (цессионарию) допускается, если она не противоречит закону (пункт 1).

Не допускается без согласия должника уступка требования по обязательству, в котором личность кредитора имеет существенное значение для должника (пункт 2).

Соглашение между должником и кредитором об ограничении или о запрете уступки требования по денежному обязательству не лишает силы такую уступку и не может служить основанием для расторжения договора, из которого возникло это требование, но кредитор (цедент) не освобождается от ответственности перед должником за данное нарушение соглашения (пункт 3).

Из разъяснений, изложенных в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 декабря 2017 г. N 54 "О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки", следует, что при оценке того, имеет ли личность кредитора в обязательстве существенное значение для должника, для целей применения пункта 2 статьи 388 названного Кодекса необходимо исходить из существа обязательства. Если стороны установили в договоре, что личность кредитора имеет существенное значение для должника, однако это не вытекает из существа возникшего на основании этого договора обязательства, то подобные условия следует квалифицировать как запрет на уступку прав по договору без согласия должника (пункт 2 статьи 382 этого же Кодекса) (пункт 10).

Уступка требований по денежному обязательству в нарушение условия договора о предоставлении согласия должника или о запрете уступки, по общему правилу, действительна независимо от того, знал или должен был знать цессионарий о достигнутом цедентом и должником соглашении, запрещающем или ограничивающем уступку (пункт 3 статьи 388 Гражданского кодекса Российской Федерации) (пункт 17).

В качестве правового обоснования исковых требований, ФИО1 ссылался на разъяснения, данные в пункте 51 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 г. N 17 "О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей", согласно которым, разрешая дела по спорам об уступке требований, вытекающих из кредитных договоров с потребителями (физическими лицами), суд должен иметь в виду, что Законом о защите прав потребителей не предусмотрено право банка, иной кредитной организации передавать право требования по кредитному договору с потребителем (физическим лицом) лицам, не имеющим лицензии на право осуществления банковской деятельности, если иное не установлено законом или договором, содержащим данное условие, которое было согласовано сторонами при его заключении.

Вместе с тем, в силу пункта 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 декабря 2017 г. N 54 "О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки", если иное не установлено законом, отсутствие у цессионария лицензии на осуществление страховой либо банковской деятельности не является основанием недействительности уступки требования, возникшего у банка из кредитного договора.

Вопреки доводам истца, в соответствии с индивидуальными условиями договора займа от 01.05.2019 №, а именно: п. 13, запрет заемщиком на уступку прав (требований) по настоящему договору любым третьим лицам не установлен.

Доводы истца о злоупотреблении правом ответчиков, заключивших договор уступки права несостоятельны.

В силу пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются (пункт 5 настоящей статьи).

Как разъяснено в пункте 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. В этом случае суд при рассмотрении дела выносит на обсуждение обстоятельства, явно свидетельствующие о таком недобросовестном поведении, даже если стороны на них не ссылались (статья 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации), например, признает условие, которому недобросовестно воспрепятствовала или содействовала эта сторона соответственно наступившим или ненаступившим (пункт 3 статьи 157 Гражданского кодекса Российской Федерации); указывает, что заявление такой стороны о недействительности сделки не имеет правового значения (пункт 5 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В нарушение данных требований закона, а также положений статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, истцом не представлено относимых и допустимых доказательств недобросовестного поведения ответчиков и не может свидетельствовать о наличии недобросовестности в их действиях, в связи с чем данные доводы ФИО1 подлежат отклонению.

Таким образом, оснований для удовлетворения требований ФИО1 о признании недействительным договора уступки права требования № от 20.04.2021, заключенного между ООО МФК «МигКредит» и ООО ПКО «Приоритет», взыскании компенсации морального вреда и судебных расходов в размере 60 000 руб., не имеется.

Руководствуясь ст.ст. 194 - 199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 ФИО6 к Обществу с ограниченной ответственностью Микрофинансовая компания «МигКредит», Обществу с ограниченной ответственностью «Приоритет» о признании недействительным договора уступки права требования № № от 20.04.2021, заключенного между ООО МФК «МигКредит» и ООО «Приоритет», взыскании компенсации морального вреда, судебных расходов –отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Верховный Суд Республики Башкортостан через Стерлитамакский городской суд в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Судья подпись

Копия верна. Судья Л.Н. Мартынова

Мотивированное решение изготовлено 29 сентября 2025 г.