Дело № 2-955/2023
УИД 23RS0020-01-2022-000966-27
РЕШЕНИЕ
ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
10 июля 2023 года г. Кореновск
Кореновский районный суд Краснодарского края в составе:
председательствующего судьи Обуховой Я.В.,
при секретаре судебного заседания Журба А.А.,
с участием представителя истца ФИО1
по доверенности ФИО2,
представителя ответчика ФИО3
по доверенности ФИО4,
представителя ответчика ФИО5
по доверенности ФИО6,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО11 Александровичу и ФИО19 (Б.В.Г. о признании договора купли-продажи недействительным,
УСТАНОВИЛ:
ФИО1 обратилась в суд с исковым заявлением к ФИО3 и ФИО5 о признании договора купли-продажи недействительным, мотивируя свои требования тем, что с ФИО3 состоит в зарегистрированном браке с <адрес> по настоящее время.
В 2016 году истец с супругом за счет совместных средств приобрели в собственность по договору купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ земельный участок категории земель: земли с/х назначения - для эксплуатации птичника с пристройкой, расположенный по адресу: Краснодарский край, Кореновский район, с/о Пролетарский, х. Бабиче-Кореновский, ул. Мира, 201а, кадастровый номер№, а также расположенные на нем строения: птичник с пристройкой площадью 464,1 кв.м. с кадастровым номером № и птичник с пристройкой площадью 773,7 кв.м. с кадастровым номером №. Указанный земельный участок использовался в качестве семейной животноводческой фермы.
ФИО3 заключил с ФИО7 договор купли-продажи (без даты), по которому ФИО3 продал ФИО8 указанные выше объекты недвижимости по цене 5 000 000 рублей. Между тем, ФИО1 согласие на продажу земельного участка и расположенных на нем объектов не давала, ни ее супруг, ни ФИО8 к ней с просьбой выдать такое согласие не обращались, о заключении данного договора истец узнала от своего супруга в ДД.ММ.ГГГГ года.
На основании изложенного, просит суд признать недействительным договор купли-продажи (без даты), заключенный между ФИО3 и ФИО5, согласно которому ФИО3 обязался передать в собственность ФИО9 недвижимое имущество: птичник с пристройкой, назначение нежилое общей площадью 464,1 кв.м. с кадастровым номером ДД.ММ.ГГГГ птичник с пристройкой, назначение нежилое, общей площадью 773,7 кв.м. с кадастровым номером ДД.ММ.ГГГГ и земельный участок с кадастровым номером ДД.ММ.ГГГГ категория земель - земли сельскохозяйственного назначения - для эксплуатации птичника с пристройками, общей площадью 1,39 Га по адресу: <адрес>
Истец ФИО1 в судебное заседание не явилась, извещена о времени и месте рассмотрения дела надлежащим образом. Участвуя в предыдущем судебном заседании исковые требования поддержала, суду пояснила, что в ДД.ММ.ГГГГ году ей от мужа стало известно, что он проиграл дело в апелляции по поводу продажи фермы ФИО10. Она не давала согласия на продажу спорных объектов недвижимости. О разбирательстве в суде первой инстанции она ничего не знала. На сегодняшний день спорный объект недвижимости принадлежит ФИО11 - отцу ФИО3, принадлежит с 2018 года, по договору дарения, при этом согласия на дарение ФИО11 она давала. Несмотря на то, что поменялся собственник спорных объектов недвижимости, ферма осталась в пользовании всей семьи. Инициативу по заключению договору дарения ФИО11 проявил супруг - ответчик ФИО3
При заключении договора купли-продажи между ФИО3 и ФИО5 она находилась в доме. Это происходило примерно ДД.ММ.ГГГГ года. В этот момент дома были супруги ФИО12, водитель ФИО10. Относительно сделки ей известно, что супруг занимал деньги, но то, что заключался договор купли-продажи ей неизвестно. Ей известно, что супруг обращался в полицию с заявлением о совершении преступления. При рассмотрении гражданского дела о признании заключенным договора купли-продажи ей неизвестно о том, что ее вызывали в качестве свидетеля, о содержании возражений на апелляционную жалобу также неизвестно. В настоящее время она проживает с супругом ФИО3 До сих пор занимаются ведением хозяйства на ферме. С ФИО9 она не знакома, никогда ее не видела, последняя не обращалась к ней с просьбой дачи нотариального согласия на продажу спорных объектов недвижимости. Сделки купли-продажи не было, фактически это был договор займа денежных средств.
Представитель истца ФИО1 по доверенности ФИО2 в судебном заседании, исковые требования поддержала, просила суд их удовлетворить. Также заявила ходатайство о восстановлении срока исковой давности, указывая, что о нарушении права ФИО1 стало известно лишь в декабре 2021 года, когда ее супруг сообщил о сделке, совершенной без ее согласия.
Ответчик ФИО3 в судебное заседание не явился, уведомлен о дате и времени судебного разбирательства. Участвуя в предыдущем судебного заседании, исковые требования поддержал, просил удовлетворить. Также суду показал, что сделки купли-продажи не было. Супруга ФИО1 в тот момент находилась в доме, занималась с детьми, заходила на кухню. Она знала о совершаемой сделке по займу денежных средств. В момент заключения договора ФИО9 не присутствовала. Денежные средства он занимал у Корецкого неоднократно. В тот день шла речь о сумме 5 000 000 рублей. Денежные средства ему передавал Корецкий. По его мнению, договор купли-продажи прикрывает договор займа. После того, как он вернул денежные средства, то интересовался договором купли-продажи, на что его заверили, что все документы уничтожены, но через 5 лет к нему приехал ФИО10 и показал бумагу, предложил ее выкупить, после чего он обратился за юридической помощью. Указанная сделка состоялась в ДД.ММ.ГГГГ года. ФИО10 он знал, поскольку тот сожительствовал с его двоюродной сестрой. Денежные средства он занимал неоднократно для развития бизнеса. Распоряжением семейного бюджета занимался он, поскольку супруга больше времени проводила с детьми. Заявление о совершении преступления в ОМВД России по Кореновскому району подавалось им. В заявлении идет речь об оспариваемом договоре купли-продажи. Объекты недвижимости были подарены его отцу, в связи с тем, что он организовал кооператив, а в силу требований закона, наличие в собственности объектов недвижимости невозможно.
В судебном заседании представитель ответчика ФИО3 и его представитель по доверенности ФИО4 не возражал против удовлетворения исковых требований, также полагала, что срок исковой давности не пропущен.
Ответчик ФИО5 в судебное заседание не явилась, уведомлена о дате и времени судебного разбирательства.
Представитель ответчика ФИО5 по доверенности ФИО6, в судебном заседании доводы иска не признал, просил суд отказать в удовлетворении заявленных требований. В обосновании указал, что в настоящее время собственником объектов недвижимости по оспариваемому договору является ФИО11, приобретший право собственности по договору дарения, заключенному с ФИО3 ДД.ММ.ГГГГ Таким образом, спорное имущество выбыло из супружеской массы, а права истца ФИО1 никак не нарушены. В том числе указывает, что истцом пропущен срок исковой давности, поскольку истец подтвердила, что присутствовала при заключении договора.
Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО11 в судебное заседание не явился, уведомлен о дате, месте и времени судебного заседания.
Суд, заслушав участников судебного заседания, исследовав письменные материалы дела, приходит к следующему.
В силу ст. 195 ГПК РФ решение суда должно быть законным и обоснованным.
В п. 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19.12.203 № 23 «О судебном решении» разъяснено, что решением является постановление суда первой инстанции, которым дело разрешается по существу.
Как разъяснено в п.п. 2 и 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19.12.2003 № 23 «О судебном решении» решение является законным в том случае, когда оно принято при точном соблюдении норм процессуального права и в полном соответствии с нормами материального права, которые подлежат применению к данному правоотношению, или основано на применении в необходимых случаях аналогии закона или аналогии права (ч. 1 ст. 1, ч. 3 ст.11 ГПК РФ).
Решение является обоснованным тогда, когда имеющие значение для дела факты подтверждены исследованными судом доказательствами, удовлетворяющими требованиям закона об их относимости и допустимости, или обстоятельствами, не нуждающимися в доказывании (ст.ст. 55, 59 - 61, 67 ГПК РФ), а также тогда, когда оно содержит исчерпывающие выводы суда, вытекающие из установленных фактов.
В соответствии с п. 3, 4 ст. 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно; никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.
Согласно п. 5 ст. 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.
В соответствии с ч. 2 ст. 56 ГПК РФ суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались.
Согласно ст. 67 ГПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств (пункт 1); суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности (пункт 2); результаты оценки доказательств суд обязан отразить в решении, в котором приводятся мотивы, по которым одни доказательства приняты в качестве средств обоснования выводов суда, другие доказательства отвергнуты судом, а также основания, по которым одним доказательствам отдано предпочтение перед другими (пункт 3).
Из материалов дела следует, что между ФИО3 и ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ зарегистрирован брак, что следует из свидетельства о заключении брака № выданного ДД.ММ.ГГГГ.
Недвижимое имущество - земельный участок с кадастровым номером №, птичник с пристройкой площадью 464,1 кв.м. с кадастровым номером №, птичник с пристройкой площадью 773,7 кв.м. с кадастровым номером №, приобретены ФИО3 по договору купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ у ФИО13 Р.Н.О.
В судебном заседании установлено, что ФИО3 заключил с ФИО10 Г.В.А. договор купли-продажи (без даты), из содержания которого следует, что ФИО3 обязался передать в собственность ФИО7 недвижимое имущество: птичник с пристройкой, назначение нежилое общей площадью 464,1 кв.м. с кадастровым номером №, птичник с пристройкой, назначение нежилое, общей площадью 773,7 кв.м. с кадастровым номером № и земельный участок с кадастровым номером № категория земель - земли сельскохозяйственного назначения - для эксплуатации птичника с пристройками, общей площадью 1,39 Га по адресу: <адрес>
Пунктом 4 указанного договор определена стоимость объектов недвижимости - 5 000 000 рублей, переданные продавцу до подписания договора. В судебном заседании ФИО3 подтвердил, что получал денежные средства, однако, не согласен формой договора, утверждая, что им был заключен договор займа и не с ФИО10 Г.В.А., а с другим лицом.
В п. 7 договора купли-продажи отражено, что продавец продал (ответчик ФИО3), а покупатель (ответчик ФИО9) купил по договору недвижимое имущество свободным от любых имущественных прав и претензий третьих лиц, о которых в момент заключения договора Продавец и Покупатель не могли не знать.
Из выписок из Единого государственного реестра недвижимости следует, что права собственности на птичник с пристройкой, с кадастровым номером №, земельный участок с кадастровым номером № по адресу: <адрес> зарегистрировано ДД.ММ.ГГГГ за ФИО11 (т. 1 л.д. 15-22).
В судебном заседании истец ФИО1 подтвердила, что по инициативе супруга был заключен договор дарения объектов недвижимости его отцу ФИО11, при этом ею было дано согласие на отчуждение вышеуказанных объектов недвижимости. Факт заключения договора дарения и переход права собственности на птичники и земельный участок к ФИО11 подтвержден ответчиком ФИО3
При этом в судебном заседании установлено, что оспариваемый договор купли-продажи не зарегистрирован в установленном законом порядке, а имущество, указанное в оспариваемом договоре (птичники с пристройками и земельный участок) не являются общим супружеским имуществом в настоящее время, ввиду отчуждения третьему лицу ФИО11 по договору дарения.
Согласно п. 2 ст. 218 ГК РФ право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.
Согласно ч. 1 ст. 35 СК РФ владение, пользование и распоряжение общим имуществом супругов осуществляются по обоюдному согласию супругов.
В силу ст. 4 СК РФ к названным в ст. 2 данного Кодекса к имущественным и личным неимущественным отношениям между членами семьи, не урегулированным семейным законодательством (ст. 3 данного Кодекса), применяется гражданское законодательство постольку, поскольку это не противоречит существу семейных отношений.
В ч. 2 ст. 253 ГК РФ предусмотрено, что распоряжение имуществом, находящимся в совместной собственности, осуществляется по согласию всех участников, которое предполагается независимо от того, кем из участников совершается сделка по распоряжению имуществом.
Каждый из участников совместной собственности вправе совершать сделки по распоряжению общим имуществом, если иное не вытекает из соглашения всех участников; совершенная одним из участников совместной собственности сделка, связанная с распоряжением общим имуществом, может быть признана недействительной по требованию остальных участников по мотивам отсутствия у участника, совершившего сделку, необходимых полномочий только в случае, если доказано, что другая сторона в сделке знала или заведомо должна была знать об этом (ч. 3 вышеуказанной статьи).
Правила ст. 253 ГК РФ применяются постольку, поскольку для отдельных видов совместной собственности данным Кодексом или другими законами не установлено иное (ч. 4). Согласно ч. 1 ст. 256 ГК РФ, ч. 1 ст. 34 СК РФ имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью, если договором между ними не установлен иной режим этого имущества.
В ч. 1 ст. 35 СК РФ указано, что владение, пользование и распоряжение общим имуществом супругов осуществляются по обоюдному согласию супругов. На основании ч. 2 указанной статьи при совершении одним из супругов сделки по распоряжению общим имуществом супругов предполагается, что он действует с согласия другого супруга.
Согласно п. 1 ст. 33 СК РФ законным режимом имущества супругов является режим их совместной собственности. В соответствии с нормами семейного законодательства изменение правового режима общего имущества супругов возможно на основании заключенного между ними брачного договора (ст.ст. 41, 42 СК РФ) соглашения о разделе имущества (п. 2 ст. 38 СК РФ), соглашения о признании имущества одного из супругов общей совместной или общей долевой собственностью (статья 37 СК РФ).
Пунктом 1 ст. 7 СК РФ предусмотрено, что граждане по своему усмотрению распоряжаются принадлежащими им правами, вытекающими из семейных отношений (семейными правами), в том числе правом на защиту этих прав, если иное не установлено Кодексом.
Таким образом, супруги вправе по своему усмотрению изменить режим общей совместной собственности имущества, нажитого в браке (или его части), как на основании брачного договора, так и на основании любого иного соглашения (договора), не противоречащего нормам действующего законодательства.
Сделка, совершенная одним из супругов по распоряжению общим имуществом супругов, может быть признана судом недействительной по мотивам отсутствия согласия другого супруга только по его требованию и только в случаях, если доказано, что другая сторона в сделке знала или заведомо должна была знать о несогласии другого супруга на совершение данной сделки.
Другое правило содержится в ч. 3 ст. 35 СК РФ, согласно которой установлен особый режим для совершения одним из супругов сделки по распоряжению недвижимостью и сделки, требующей нотариального удостоверения и (или) регистрации в установленном законом порядке, где обязательным условием ее совершения является получение нотариально удостоверенного согласия другого супруга.
Приведенная норма права направлена на определение правового режима распоряжения имуществом, приобретенным супругами в браке.
Так, супруг, чье нотариально удостоверенное согласие на совершение указанной сделки получено не было, вправе требовать признания сделки недействительной в течение года со дня, когда он узнал или должен был узнать о совершении данной сделки.
В Определениях Конституционного Суда Российской Федерации от 15.09.2015 № 1830-О, от 24.12.2013 № 2076-О, от 23.04.2013 № 639-О и др. указано на то, что положения Семейного кодекса Российской Федерации, регламентирующие распоряжение находящимся в совместной собственности супругов имуществом и устанавливающие среди прочего требование о необходимости получения для совершения одним из супругов сделки по распоряжению недвижимостью или сделки, требующей нотариального удостоверения и (или) государственной регистрации нотариально удостоверенного согласия другого супруга, направлена на конкретизацию положений ст. 35 (части 1 и 2) Конституции Российской Федерации и обеспечение баланса не только имущественных интересов членов семьи, но и иных участников гражданского оборота.
С учетом положений ст. 166 ГК РФ, сделка с недвижимым имуществом или требующая нотариального удостоверения и (или) регистрации, совершенная одним из супругов, являющихся участниками совместной собственности, и не соответствующая требованиям ч. 3 ст. 35 Семейного кодекса Российской Федерации, является оспоримой.
Согласно абз. 1 ч. 2 названной нормы требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе.
Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия.
Недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения (ст. 167 ГК РФ).
Из материалов дела следует, что продавец ФИО3 состоял на момент заключения оспариваемой сделки в зарегистрированном браке с истцом ФИО1, таким образом, действовал в том числе и от ее имени и с ее согласия, поскольку доказательств обратного истцом по первоначальному иску суду представлено не было.
Поскольку ответчик ФИО3 распорядился спорным имуществом, которое находилось в совместной собственности супругов, то предполагается, пока не доказано обратное, что договор купли-продажи спорного имущества совершен с согласия всех его сособственников.
Отсутствие нотариально удостоверенного согласия супруга на совершение сделки по распоряжению недвижимым имуществом само по себе, безусловно, не означает несогласие этого супруга на совершение сделки.
Поэтому несоблюдение одним из супругов установленного ч. 3 ст. 35 СК РФ порядка совершения сделки с недвижимостью само по себе не доказывает отсутствие согласия другого супруга на совершение сделки, не порочит такую сделку, только если этот супруг не предъявит иск о признании ее недействительной. При этом на него не возлагается бремя доказывания того, что такая сделка нарушает его права, поскольку отсутствие нотариально удостоверенного согласия предполагает возражение против совершения сделки и (или) ее условий.
Так, истцом ФИО1 и ответчиком ФИО3 в силу положений ч. 1 ст. 56 ГПК РФ должны быть представлены доказательства, подтверждающие несогласие (отсутствие воли) на распоряжение супругом спорным имуществом.
Кроме того, целью предъявления любого иска (заявления) должно быть восстановление нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов обратившегося в суд лица.
Как установлено в судебном заседании объекты недвижимости - птичники с пристройками и земельный участок, выбыли из супружеского имущества и принадлежат отцу ответчика ФИО11 на основании договора дарения, именно за ФИО11 зарегистрировано право собственности на объекты недвижимости, что следует из представленных выписок из ЕГРН. Кроме того, доказательств недействительности спорного договора купли-продажи по иным обстоятельствам суду не представлено, и восстановление прав истца, в свою очередь, может повлечь нарушение прав и законных интересов иных лиц по делу, а именно покупателя ФИО7, которая проявила должную степень заботливости и осмотрительности при заключении сделки и оплате приобретаемого имущества в полном объеме.
Согласно п.п. 2 и 5 ст. 166 ГК РФ, а также п. 72 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», заявление о недействительности сделки не имеет правового значения, если ссылающееся на недействительность сделки лицо действует недобросовестно, в частности, если его поведение после заключения сделки давало основание другим лицам полагаться на действительность сделки. Сторона сделки, из поведения которой явствует воля сохранить силу оспоримой сделки, не вправе оспаривать эту сделку по основанию, о котором эта сторона знала или должна была знать, когда проявляла волю на сохранение сделки.
Доводы истицы ФИО1 о том, что на момент заключения вышеназванного договора она о продаже объектов недвижимости не знала и своего согласия на их отчуждение не давала, в связи с чем данный договор на основании ст. 35 СК РФ должен быть признан судом недействительным, не нашли своего подтверждения в ходе рассмотрения дела.
Поскольку при заключении договора купли-продажи недвижимости ФИО3 гарантировал, что продавец продал (ФИО3), а покупатель (ФИО9) купил по договору недвижимое имущество свободным от любых имущественных прав и претензий третьих лиц, о которых в момент заключения договора Продавец и Покупатель не могли не знать (п. 7 договора купли-продажи), то в силу п. 2 ст. 53 ГК РФ и абз. 1 п. 2 ст. 35 СК РФ, при осуществлении ФИО3 указанной сделки по распоряжению общим имуществом супругов предполагалось, что он действовал с согласия другого супруга (истца по настоящему делу).
Кроме того суд исходит из того, что достаточных и достоверных доказательств, подтверждающих, что покупатель ответчик ФИО7 знала об отсутствии согласия супруги продавца на совершение сделки по отчуждению спорного имущества, представлено не было.
При рассмотрении иска ФИО1 о признании недействительным договора купли-продажи недвижимого имущества суд учитывает кроме того позицию ответчика ФИО3, который признает иск своей супруги.
Согласно правовой позиции, изложенной в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 21.04.2003 № 6-П «По делу о проверке конституционности положений пунктов 1 и 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с жалобами граждан ФИО14, ФИО15, ФИО16, ФИО17 и ФИО18», когда по возмездному договору имущество приобретено у лица, которое не имело права его отчуждать, собственник вправе обратиться в суд в порядке ст. 302 ГК ФРФ с иском об истребовании имущества из незаконного владения лица, приобретшего это имущество (виндикационный иск). Если же в такой ситуации собственником заявлен иск о признании сделки купли-продажи недействительной и о применении последствий ее недействительности в форме возврата переданного покупателю имущества, и при разрешении данного спора судом будет установлено, что покупатель является добросовестным приобретателем, в удовлетворении исковых требований в порядке ст. 167 ГК РФ должно быть отказано.
Права лица, считающего себя собственником имущества, не подлежат защите путем удовлетворения иска к добросовестному приобретателю с использованием правового механизма, установленного п.п. 1 и 2 ст. 167 ГК РФ. Такая защита возможна лишь путем удовлетворения виндикационного иска, если для этого имеются те предусмотренные ст. 302 ГК РФ основания, которые дают право истребовать имущество и у добросовестного приобретателя (безвозмездность приобретения имущества добросовестным приобретателем, выбытие имущества из владения собственника помимо его воли и др.).
Иное истолкование положений п.п. 1 и 2 ст. 167 ГК РФ означало бы, что собственник имеет возможность прибегнуть к такому способу защиты, как признание всех совершенных сделок по отчуждению его имущества недействительными, т.е. требовать возврата полученного в натуре не только когда речь идет об одной (первой) сделке, совершенной с нарушением закона, но и когда спорное имущество было приобретено добросовестным приобретателем на основании последующих (второй, третьей, четвертой и т.д.) сделок. Тем самым нарушались бы вытекающие из Конституции Российской Федерации установленные законодателем гарантии защиты прав и законных интересов добросовестного приобретателя.
В том числе, в соответствии со ст. 35 СК РФ супруг, чье нотариально удостоверенное согласие на совершение указанной сделки не было получено, вправе требовать признания сделки недействительной в судебном порядке в течение года со дня, когда он узнал или должен был узнать о совершении данной сделки.
Согласно ч. 2 ст. 181 ГК РФ срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (ч. 1 ст. 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной (часть 2).
Согласно п. 2 ст. 199 ГК РФ исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.
В судебном заседании установлено и подтверждено истцом ФИО1, что она знала о заключении договора супругом, находилась в доме при заключении договора, ответчик ФИО3 также подтвердил данное обстоятельство. Заключение договора из пояснений истца ФИО1 и ответчика ФИО3 происходило ДД.ММ.ГГГГ г.г.
К доводам истца ФИО1 о том, что в действительности супругом в тот момент заключен договор купли-продажи имущества, приобретенного в период брака, в отсутствие ее нотариального согласия, о чем ей стало известно в ДД.ММ.ГГГГ года суд относится критически, поскольку достоверными, допустимыми и относимыми доказательствами факт ее осведомленности не подтверждено.
Тогда как следует из заявления о совершении преступлении, поданное в ОМВД России по Кореновскому району ФИО3 (зарегистрировано в КУСП ДД.ММ.ГГГГ № №), оспариваемый договор в конце ДД.ММ.ГГГГ года заключался в присутствии супруги - ФИО1 В судебном заседании ответчик ФИО3 подтвердил подлинность поданного им заявления в полицию.
Таким образом, суд также приходит к выводу о пропуске истцом ФИО1 срока для обращения в суд за защитой, ввиду не опровержения презумпции осведомленности о совершенной ФИО3 сделке купли-продажи недвижимого имущества.
Таким образом, оценив и проанализировав представленные сторонами доказательства, суд приходит к выводу об отсутствии правовых оснований для удовлетворения заявленных исковых требований ФИО1 к ФИО3 и ФИО19 (Б.) В.А. о признании договора купли-продажи недействительным.
На основании изложенного, и руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд
РЕШИЛ:
Исковые требования ФИО1 к ФИО3 и ФИО19 (Б.В. Алексеевне о признании договора купли-продажи недействительным - оставить без удовлетворения.
Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Краснодарский краевой суд через Кореновский районный суд Краснодарского края в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.
Полный текст решения изготовлен 14.07.2023
Судья
Кореновского районного суда Я.В. Обухова