Решение по делу № 2-2031/2023 от 16.06.2023 - об установлении факта трудовых отношений, взыскании заработка за время вынужденного простоя, компенсации за отпуск, пособия при увольнении, компенсации морального вреда.

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г.Сочи.

16.06.2023.

Центральный районный суд г.Сочи Краснодарского края в составе

председательствующего судьи Качур С.В.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Карибовым В.И.,

с участием представителя ответчика ПАО "Совкомбанк" ФИО1,

рассмотрев в судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2 к ПАО "Совкомбанк" об установлении факта трудовых отношений, взыскании заработка за время вынужденного простоя, компенсации за отпуск, пособия при увольнении, компенсации морального вреда,

установил:

ФИО2 обратилась с исковым заявлением к ПАО "Совкомбанк" (далее – Банк) о признании факта трудовых отношений в период с 01.06.2017 по 01.10.2021, взыскании среднего заработка за время вынужденного простоя с 18.06.2021 по 01.10.2021, компенсации за не использованный отпуск, пособия при увольнении, компенсации морального вреда.

В обоснование своих требований указала на то, что 23.06.2017 между ней и ПАО КБ "Восточный", правопреемником которого является Банк, заключено соглашение, в соответствии с которым она по заданию ответчика выполняла работу по привлечению клиентов в Банк и выдаче кредитных карт. При этом она полагала, что состоит с ответчиком в трудовых отношениях.

В последующем 06.04.2018 между ней и ответчиком заключен трудовой договор, по условиям которого она принята на работу на должность специалиста на 0,01 ставки. Ответчиком было предоставлено программное обеспечение, электронный ключ, оборудование, с помощью которого она обрабатывала заявки, которые ей предоставлял ответчик. Ежемесячно за выполнение работ она получала оплату. С 18.06.2021 ее деятельность была приостановлена, 01.10.2021 трудовой договор расторгнут по соглашению сторон.

Просит суд установить факт трудовых отношений между ней и ответчиком в период с 01.06.2017 по 01.10.2021, взыскать с ответчика в ее пользу компенсацию за неиспользованный отпуск за период с 01.06.2017 по 01.10.2021 в размере 237921,4 руб., пособие при увольнении в виде шести средних заработных плат в размере 345103,7 руб., компенсацию морального вреда в размере 50000 руб., средний заработок за период вынужденного простоя с 18.06.2021 по 01.10.2021 в размере 228042,1 руб.

Впоследствии ФИО2 уточнила исковые требования в просительной части и просит суд признать факт трудовых отношений с 01.06.2017 по настоящее время в должности "специалист" с трудовой функцией "Мобильный агент", взыскать с ответчика компенсацию за неиспользованный отпуск за период с 01.06.2017 по 01.04.2023 в размере 266968 руб., взыскать с ответчика средний заработок за период незаконного отстранения от работы с 18.06.2021 по 18.04.2023 в размере 1 207 863 руб., компенсацию морального вреда в размере 100000 руб. В части требований о взыскании пособия при увольнении в виде шести средних заработных плат в размере 345103,7 руб. истица от иска отказалась.

Истица ФИО2 в судебное заседание не явилась, извещена надлежащим образом о времени и месте рассмотрения дела, просила рассмотреть дело в её отсутствие.

Представитель ответчика ФИО1 в судебном заседании исковые требования не признала, просила отказать в удовлетворении иска в полном объеме, в том числе заявила о применении сроков исковой давности. Поддержала доводы возражений и дополнительных возражений на иск, приобщенных к материалам дела.

Суд, руководствуясь положениями статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ), полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившейся истицы.

Изучив позиции сторон, материалы дела, суд не находит оснований для удовлетворения исковых требований.

Установлено, что ПАО "Восточный экспресс банк", 25.10.2021 уведомил о начале процедуры реорганизации, 14.02.2022 прекратил свою деятельность путем реорганизации в форме присоединения к Банку.

Как следует из материалов гражданского дела, с иском о признании отношений трудовыми, взыскании денежных сумм ФИО2, уволенная 01.10.2021 по соглашению сторон из ПАО "Восточный экспресс банк", обратилась в Центральный районный суд г.Сочи Краснодарского края 17.02.2023, что подтверждается отметкой на почтовом конверте.

Судом установлено, что между истицей и Банком 23.06.2017 заключено гражданско-правовое соглашение о присоединении истца в качестве участника проекта "Мобильный агент" ПАО КБ "Восточный экспресс Банк", в рамках которого оказывались услуги по привлечению клиентов Банка. ФИО2 присоединилась к проекту "Мобильный агент" путем направления заявки на участие в электронном виде с использованием Личного кабинета участника, рассмотрения и принятия такой заявки Банком. Также, истицей оформлено Согласие на электронное взаимодействие с Банком. В результате истица включена в число участников проекта и обязалась исполнять обязанности, установленные Стандартами в рамках проекта "Мобильный агент" ПАО КБ "Восточный" (далее – Стандарты). С указанного момента истица выполняла поручения Банка по договору, имеющему гражданско-правовой характер, по результатам труда составляла акты выполненных работ, по которым официально и регулярно Банком производилась оплата по определенному тарифу.

В связи с освободившейся в Банке должностью "Специалист группы сопровождения агентской сети" с ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 являлась сотрудником Банка по трудовому договору № ЮЖН 30 от ДД.ММ.ГГГГ, в соответствии с условиями которого она принята на должность специалиста в группу сопровождения агентской сети Операционного офиса № г.Сочи Макрорегиона 16 Территориального управления "Запад" Южного филиала ПАО КБ "Восточный экспресс Банк", расположенного по адресу: Краснодарский край, г.Сочи, <адрес>. В соответствии с заявлением ФИО2 договор заключен на период действия проекта "Мобильная доставка карт". В соответствии с договором место работы ФИО2 – г.Сочи. Работодателем издан соответствующий приказ о приеме истицы на работу. В связи с переименованием Приказом № ЮЖН 111-п от ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 переведена на работу в группу сопровождения агентской сети Операционного офиса № г.Сочи Макрорегиона 16 Территориального управления "Запад" Южного филиала ПАО КБ "Восточный экспресс Банк", расположенного по тому же адресу.

Между Банком и ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ заключено дополнительное соглашение к трудовому договору, которым предусмотрено условие о выплате выходного пособия в размере 30000 руб. в случае расторжения трудового договора по соглашению сторон по п.1 ч.1 ст.77 ТК РФ.

Дополнительным соглашением от 22.06.2021 стороны расторгают трудовой договор с 01.10.2021 по соглашению сторон. Пунктом 4 данного Соглашения Стороны подтвердили отсутствие взаимных претензий друг к другу.

Трудовой договор расторгнут приказом № ЮЖН 274-у от 01.10.2021 по соглашению сторон. На всех указанных заявлениях и соглашениях имеется личная подпись ФИО2 Расчет с истицей полностью произведен, что подтверждается расчетными листками, имеющимися в материалах дела.

Таким образом, за период с 23.06.2017 по ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 работала в ПАО КБ "Восточный" по трудовому договору, а также оказывала услуги по гражданско-правовому договору (договору подряда) одновременно.

Путем визуального сравнения подписей ФИО2, проставленных в трудовом договоре, дополнительных к нему соглашениях, локальных нормативных актах Банка, в соглашении о присоединении истца в качестве участника проекта "Мобильный агент" ПАО КБ "Восточный экспресс Банк", а также в исковом заявлении и уточнениях к нему, суд обращает внимание на их идентичность. В связи с чем, суд приходит к выводу о том, что истица знала об условиях заключения указанных договоров и соглашений, поскольку лично их подписала.

В соответствии с положениями ст.15 ТК РФ трудовые отношения – это отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы) в интересах, под управлением и контролем работодателя, подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором. Заключение гражданско-правовых договоров, фактически регулирующих трудовые отношения между работником и работодателем, не допускается.

Согласно ст.56 ТК РФ трудовой договор – это соглашение между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определенную этим соглашением трудовую функцию в интересах, под управлением и контролем работодателя, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя.

Трудовой договор вступает в силу со дня его подписания работником и работодателем, если иное не установлено названным кодексом, другими федеральными законами, иными нормативными правовыми актами Российской Федерации или трудовым договором, либо со дня фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя (ч.1 ст.61 ТК РФ).

Трудовой договор заключается в письменной форме, составляется в двух экземплярах, каждый из которых подписывается сторонами (ч.1 ст.67 ТК РФ).

Трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключённым, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя. При фактическом допущении работника к работе работодатель обязан оформить с ним трудовой договор в письменной форме не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения работника к работе, а если отношения, связанные с использованием личного труда, возникли на основании гражданско-правового договора, но впоследствии были признаны трудовыми отношениями, – не позднее трех рабочих дней со дня признания этих отношений трудовыми отношениями, если иное не установлено судом (ч.2 ст.67 ТК РФ).

В соответствии с правовой позицией Конституционного Суда РФ, изложенной в п.2.2 определения от 19.05.2009 № 597-О-О, в целях предотвращения злоупотреблений со стороны работодателей и фактов заключения гражданско-правовых договоров вопреки намерению работника заключить трудовой договор, а также достижения соответствия между фактически складывающимися отношениями и их юридическим оформлением федеральный законодатель предусмотрел в ч.4 ст.11 ТК РФ возможность признания в судебном порядке наличия трудовых отношений между сторонами, формально связанными договором гражданско-правового характера, и установил, что к таким случаям применяются положения трудового законодательства и иных актов, содержащих нормы трудового права.

Данная норма ТК РФ направлена на обеспечение баланса конституционных прав и свобод сторон трудового договора, а также надлежащей защиты прав и законных интересов работника как экономически более слабой стороны в трудовом правоотношении, что согласуется с основными целями правового регулирования труда в Российской Федерации как социальном правовом государстве (ст.1, ч.1; статьи 2 и 7 Конституции РФ) (абз.4 п.2.2 Определения Конституционного Суда РФ от 19.05.2009 № 597-О-О).

Порядок признания отношений, связанных с использованием личного труда, которые были оформлены договором гражданско-правового характера, трудовыми отношениями регулируется ст.191 ТК РФ.

В случае прекращения отношений, связанных с использованием личного труда и возникших на основании гражданско-правового договора, признание этих отношений трудовыми отношениями осуществляется судом. Физическое лицо, являвшееся исполнителем по указанному договору, вправе обратиться в суд за признанием этих отношений трудовыми отношениями в порядке и в сроки, которые предусмотрены для рассмотрения индивидуальных трудовых споров (ч.2 ст.191 ТК РФ).

Частью 3 ст.191 ТК РФ предусмотрено, что неустранимые сомнения при рассмотрении судом споров о признании отношений, возникших на основании гражданско-правового договора, трудовыми отношениями толкуются в пользу наличия трудовых отношений.

Если отношения, связанные с использованием личного труда, возникли на основании гражданско-правового договора, но впоследствии в порядке, установленном частями 1 – 3 ст.191 были признаны трудовыми отношениями, такие трудовые отношения между работником и работодателем считаются возникшими со дня фактического допущения физического лица, являющегося исполнителем по указанному договору, к исполнению предусмотренных указанным договором обязанностей (ч.4 ст.191 ТК РФ).

Согласно разъяснениям, содержащимся в абз.3 п. 8 и в абз.2 п.12 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 № 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса РФ", если между сторонами заключен договор гражданско-правового характера, однако в ходе судебного разбирательства будет установлено, что этим договором фактически регулируются трудовые отношения между работником и работодателем, к таким отношениям в силу ч.4 ст.11 ТК РФ должны применяться положения трудового законодательства и иных актов, содержащих нормы трудового права. Если трудовой договор не был оформлен надлежащим образом, однако работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного представителя, то трудовой договор считается заключенным и работодатель или его уполномоченный представитель обязан не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения к работе оформить трудовой договор в письменной форме (ч.2 ст.67 ТК РФ).

В Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 29.05.2018 № 15 "О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям" (далее – постановление Пленума) содержатся разъяснения, являющиеся актуальными для всех субъектов трудовых отношений.

В целях надлежащей защиты прав и законных интересов работника при разрешении споров по заявлениям работников, работающих у работодателей - физических лиц (являющихся индивидуальными предпринимателями и не являющихся индивидуальными предпринимателями) и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям, судам следует устанавливать наличие либо отсутствие трудовых отношений между ними. При этом суды должны не только исходить из наличия (или отсутствия) тех или иных формализованных актов (гражданско-правовых договоров, штатного расписания и т.п.), но и устанавливать, имелись ли в действительности признаки трудовых отношений и трудового договора, указанные в статьях 15 и 56 ТК РФ, был ли фактически осуществлен допуск работника к выполнению трудовой функции (абзацы 1 и 2 п.17 постановления Пленума).

К характерным признакам трудовых отношений в соответствии со статьями 15 и 56 ТК РФ относятся: достижение сторонами соглашения о личном выполнении работником определённой, заранее обусловленной трудовой функции в интересах, под контролем и управлением работодателя; подчинение работника действующим у работодателя правилам внутреннего трудового распорядка, графику работы (сменности); обеспечение работодателем условий труда; выполнение работником трудовой функции за плату (абз.3 п.17 постановления Пленума).

О наличии трудовых отношений может свидетельствовать устойчивый и стабильный характер этих отношений, подчинённость и зависимость труда, выполнение работником работы только по определённой специальности, квалификации или должности, наличие дополнительных гарантий работнику, установленных законами, иными нормативными правовыми актами, регулирующими трудовые отношения (абз.4 п.17 постановления Пленума).

Принимая во внимание, что ст.15 ТК РФ не допускает заключение гражданско-правовых договоров, фактически регулирующих трудовые отношения, суды вправе признать наличие трудовых отношений между сторонами, формально связанными гражданско-правовым договором, если в ходе судебного разбирательства будет установлено, что этим договором фактически регулируются трудовые отношения. В этих случаях трудовые отношения между работником и работодателем считаются возникшими со дня фактического допущения физического лица к исполнению предусмотренных гражданско-правовым договором обязанностей (ч.4 ст.191 ТК РФ) (абз.1 п.24 постановления Пленума).

Если между сторонами заключен гражданско-правовой договор, однако в ходе судебного разбирательства будет установлено, что этим договором фактически регулируются трудовые отношения между работником и работодателем, к таким отношениям в силу ч.4 ст.11 ТК РФ должны применяться положения трудового законодательства и иных актов, содержащих нормы трудового права (абз.3 п.24 постановления Пленума).

При этом неустранимые сомнения при рассмотрении судом споров о признании отношений, возникших на основании гражданско-правового договора, трудовыми отношениями толкуются в пользу наличия трудовых отношений (ч.3 ст.191 ТК РФ, абз.4 п.24 постановления Пленума).

Из приведенного правового регулирования и разъяснений Пленума Верховного Суда РФ следует, что в целях защиты прав и законных интересов работника при разрешении трудовых споров по заявлениям работников (в том числе о признании гражданско-правового договора трудовым) суду следует устанавливать наличие либо отсутствие трудовых отношений между работником и работодателем. При этом суд должен не только исходить из наличия (или отсутствия) тех или иных формализованных актов (гражданско-правовых договоров, штатного расписания и т.п.), но и устанавливать, имелись ли в действительности признаки трудовых отношений и трудового договора, указанные в статьях 15 и 56 ТК РФ.

Суд вправе признать наличие трудовых отношений между сторонами, формально связанными гражданско-правовым договором, если в ходе судебного разбирательства будет установлено, что таким договором фактически регулируются трудовые отношения.

Таких обстоятельств в ходе судебного разбирательства не установлено. Каких-либо сомнений при рассмотрении данного спора о признании отношений, возникших на основании гражданско-правового договора, трудовыми отношениями у суда не возникло. Анализ указанных норм позволяет прийти к выводу о том, что правоотношения между истицей и ПАО "Восточный экспресс банк" по программе "Мобильный агент" не соответствуют критериям, определяющим трудовые отношения.

Напротив, действующим законодательством предусмотрен такой вид взаимоотношений между физическим лицом и организацией, как гражданско-правовые договоры – договоры возмездного оказания услуг и подряда, закрепленные в главах 37 и 39 ГК РФ.

В силу ч.1 ст.779 ГК РФ по договору возмездного оказания услуг исполнитель обязуется по заданию заказчика оказать услуги (совершить определенные действия или осуществить определенную деятельность), а заказчик обязуется оплатить эти услуги.

В соответствии со ст.783 ГК РФ общие положения о подряде (статьи 702 - 729) и положения о бытовом подряде (статьи 730 - 739) применяются к договору возмездного оказания услуг, если это не противоречит статьям 779 - 782 ГК РФ, а также особенностям предмета договора возмездного оказания услуг.

Как следует из п.1 ст.2 ГК РФ, гражданское законодательство в том числе определяет правовое положение участников гражданского оборота и регулирует договорные и иные обязательства, а также другие имущественные и личные неимущественные отношения, основанные на равенстве, автономии воли и имущественной самостоятельности участников.

Согласно п.1 ст.432 ГК РФ договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора.

В соответствии со ст.702 ГК РФ по договору подряда одна сторона (подрядчик) обязуется выполнить по заданию другой стороны (заказчика) определённую работу и сдать ее результат заказчику, а заказчик обязуется принять результат работы и оплатить его.

Договор подряда заключается на изготовление или переработку (обработку) вещи либо на выполнение другой работы с передачей ее результата заказчику (п.1 ст.703 ГК РФ).

Заказчик обязан в сроки и в порядке, которые предусмотрены договором подряда, с участием подрядчика осмотреть и принять выполненную работу (ее результат), а при обнаружении отступлений от договора, ухудшающих результат работы, или иных недостатков в работе немедленно заявить об этом подрядчику (п.1 ст.720 ГК РФ).

Из содержания данных норм ГК РФ следует, что договор подряда заключается для выполнения определенного вида работы, результат которой подрядчик обязан сдать, а заказчик принять и оплатить. Следовательно, целью договора подряда является не выполнение работы как таковой, а получение результата, который может быть передан заказчику. Получение подрядчиком определенного передаваемого (т.е. материализованного, отделяемого от самой работы) результата позволяет отличить договор подряда от других договоров.

От трудового договора договор подряда отличается предметом договора, а также тем, что подрядчик сохраняет положение самостоятельного хозяйствующего субъекта, в то время как по трудовому договору работник принимает на себя обязанность выполнять работу по определённой трудовой функции (специальности, квалификации, должности), включается в состав персонала работодателя, подчиняется установленному режиму труда и работает под контролем и руководством работодателя; подрядчик работает на свой риск, а лицо, работающее по трудовому договору, не несет риска, связанного с осуществлением своего труда. С целью соблюдения прав граждан при заключении указанных договоров законодателем предусмотрен ряд условий, характеризующих правоотношения в качестве гражданско-правовых: отношения ограничены временем и считаются исполненными с момента достижения результата в сроки, установленные договором; исполнитель самостоятельно определяет время выполнения работ в течение дня; исполнитель самостоятельно определяет методы и способы выполнения работ; оплата осуществляется по окончании работы или в порядке, определяемом договором; работа по договору может исполняться третьими лицами; прием результатов работы оформляется актом приема-передачи.

Суд полагает, что указанные требования закона во взаимоотношениях между Банком и истицей полностью соблюдены, что подтверждается материалами дела.

В силу ч.2 ст.56 ГПК РФ суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались.

В соответствии с ч.1 ст.196 ГПК РФ при принятии решения суд оценивает доказательства, определяет, какие обстоятельства, имеющие значение для рассмотрения дела, установлены и какие обстоятельства не установлены, каковы правоотношения сторон, какой закон должен быть применен по данному делу и подлежит ли иск удовлетворению.

Суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств (ч.1 ст.67 ГПК РФ).

Оценка доказательств и отражение ее результатов в судебном решении являются проявлением дискреционных полномочий суда, необходимых для осуществления правосудия, вытекающих из принципа самостоятельности судебной власти, что, однако, не предполагает возможности оценки судом доказательств произвольно и в противоречии с законом.

С учетом исковых требований ФИО2 и их обоснования, возражений ответчика относительно иска и регулирующих спорные отношения норм материального права юридически значимыми и подлежащими определению и установлению по данному делу являются следующие обстоятельства: какой вид гражданско-правового договора был заключен между ФИО2 и ПАО КБ "Восточный экспресс Банк"; осуществлялась ли ФИО2 по договору от 23.06.2017 в соответствии с заданием ответчика работа, результат которой она обязана была сдать, а ответчик принять и оплатить или ею выполнялись определенные трудовые функции, входящие в обязанности работника в должности специалиста группы сопровождения агентской сети; сохраняла ли положение самостоятельного хозяйствующего субъекта или как работник выполняла работу в интересах, по заданию и под контролем и управлением Банка; была ли ФИО2 интегрирована в организационный процесс Банка, подчинялась ли действующим в Банке правилам внутреннего трудового распорядка; каким образом производилась оплата работы ФИО2, с какой периодичностью и в каком размере осуществлялись выплаты, какой механизм расчета выплат был применен работодателем при оплате труда ФИО2

Тот факт, что между Банком и ФИО2 сложились отношения именно гражданско-правового характера, подтверждается имеющимися в материалах дела доказательствами:

- Банк изначально заявлял о намерении вступить в гражданско-правовые правоотношения, о чем свидетельствуют объявления о вакансиях, опубликованных на сайтах поиска работы hh.ru и www.superjob.ru. В архивах вакансий данных сайтов поиска работы содержится информация о вакансии "Мобильный агент по доставке дебетовых карт" Банк Восточный, из которой видно, что Банк искал кандидатов для осуществления деятельности по официально оформленному гражданско-правовому договору со сдельной оплатой труда, предоставлением бесплатного дистанционного обучения опытными наставниками, онлайн поддержкой куратора проекта 24 часа в сутки, с возможностью совмещения с основной работой, хобби или путешествиям. Также анонсировал начисление бонусов и подарков за активную работу. Распечатки с указанных сайтов имеются в материалах дела.

Из указанных вакансий следует, что Банк не искал работника по трудовому договору, а искал исполнителя по договору гражданско-правового характера, о чем было указано прямо.

- О гражданско-правом характере отношений свидетельствует порядок заключения договора, который отличен от порядка заключения трудового договора (статьи 65, 66.1 ТК РФ).

Согласно Стандартам заявка на участие в проекте "Мобильный агент" направляется Банку путем использования Личного Кабинета (путем проставления Участником простой электронной подписи). Банк рассматривает заявку Участника в течение пяти рабочих дней. По итогам рассмотрения заявки Банк присваивает Участнику статус Мобильного агента либо уведомляет Участника об отказе. Стандарты считаются вступившими в действие с даты присвоения Участнику статуса Мобильного агента, о чем Банк уведомляет Участника в Личном кабинете. Паспорт или иной документ, удостоверяющий личность; трудовая книжка и (или) сведения о трудовой деятельности, документ, подтверждающий регистрацию в системе индивидуального (персонифицированного) учета, в том числе в форме электронного документа; документ об образовании и (или) о квалификации или наличии специальных знаний ФИО2 в Банк не предоставлялись.

Такой порядок оформления отношений не характерен для трудовых отношений.

- В соответствии с п.3.9 Стандартов, согласующимся с требованиями ч.3 ст.703 ГК РФ, ФИО2 самостоятельно определяла способы выполнения заданий Банка. В любой момент по своему усмотрению истица была вправе не оказывать услуги Банку (в течении расчетного периода - месяца или нескольких) и никаких негативных последствий для нее это не влекло. В случаях, когда в течение расчетного периода она фактически не принимала участия в Проекте (не выполняла Заданий), Банк не формировал и не направлял акт за такой расчетный период.

В соответствии с приложением № к Стандартам в рамках проекта "Мобильный агент" Банк предоставлял ФИО2 акты о выполнении заданий по итогам каждого месяца, которые имеются в материалах дела. Из их содержания видно, что задания истицей выполнялись не регулярно, а в те дни, когда ей было удобно, включая выходные и праздничные дни, каждый месяц оплата по актам различалась.

Так, соглашение о присоединении истицы в качестве участника проекта "Мобильный агент" заключено ДД.ММ.ГГГГ, однако к выполнению заданий она приступила лишь 03.08.2017, затем выполняла задания 6 дней в сентябре 2017 г., что видно из соответствующих актов, в соответствии с которыми с истицей произведен первый расчет. Из актов за октябрь, ноябрь и декабрь 2017 г. следует, что истица выполняла задания Банка только в течение нескольких рабочих дней в месяце, заключив 62 кредитных договора. В 2018 г. ФИО2 осуществляла деятельность по Проекту "Мобильный агент" лишь 2 дня в январе и 6 дней в феврале. С февраля 2018 г. по апрель 2019 г. задания Банка ею не исполнялись, актов не составлялось. В 2019 г. предоставлено 3 акта (май, июнь и ноябрь). Из них видно, что истица осуществляла деятельность не регулярно, в том числе по субботам и воскресениям (например, 04.05.2019, 05.05.2019, 11.05.2019, 18.05.2019, 25 и 26.05.2019). В 2020 г. ФИО2 приступила к исполнению гражданско-правового договора в марте месяце, в котором функционировала 23 дня, из них 7 дней приходились на субботу и воскресение (01.03.2020, 07.03.2020, 09.03.2020, 14.03.2020, 21.03.2020, 22.03.2020, 29.03.2020), заключив 97 договоров на сумму 69900 руб. Аналогичная тенденция, не свойственная трудовым отношениям, прослеживается и в последующих актах.

Таким образом, анализ актов выполненных работ свидетельствует о том, что трудовому распорядку Банка, установленному пунктами 3.2.3, 5.2, 5.5.1, 5.6 Правил внутреннего трудового распорядка (далее – ПВТР), истица не подчинялась, работа ФИО2 осуществлялась в произвольном режиме, ежемесячные суммы выплат были не равнозначны, работа выполнялась в выходные и праздничные дни, что не характерно для трудовых отношений. Указанные факты являются доказательством наличия гражданско-правовых отношений, а не трудовых.

- Также, как видно из актов выполненных работ, согласно Тарифам вознаграждения истице как участнику проекта "Мобильный агент" оплата по гражданско-правовому договору осуществлялась за привлечение клиента для оформления кредитных продуктов Банка, дебетовых продуктов Банка, иных продуктов Банка, привлечение новых участников в Банк для участия в проекте "Мобильный агент". Истица при осуществлении деятельности действовала в своих интересах (чем больше заявок – нем больше доход).

ФИО2 сохраняла положение самостоятельного хозяйствующего субъекта, могла привлечь к исполнению своих обязательств других лиц, могла самостоятельно определять способы и время выполнения задания заказчика, не подчинялась локальным нормативным актам Банка, что характерно для договора подряда.

У истицы отсутствовали какой-либо определенный график и/или рабочее место, согласованное сторонами. Конкретные дни и время деятельности истцом определялись по своему усмотрению и Банком не контролировались. Истица самостоятельно определяла способы и время выполнения задания, не подчинялась локальным нормативным актам Банка, а также работала параллельно в других организациях.

- Доходы, выплачиваемые ФИО2 Банком за участие в проекте "Мобильный агент" отражены в справках о доходах истца по форме 2-НДФЛ, имеющихся в материалах дела, с кодом дохода 2010, что согласно Приказу ФНС России от 10.09.2015 № ММВ-7-11/387@ "Об утверждении кодов видов доходов и вычетов" является выплатой по договорам гражданско-правового характера.

- Тот факт, что вознаграждение, полученное от Банка, не является единственным или основным источником доходов истицы подтверждается имеющимися в материалах дела доказательствами.

Как видно из сведений, представленных по запросу суда отделением Фонда Пенсионного и Социального страхования РФ по Краснодарскому краю ФИО2 в 2020 и 2021 гг. помимо ПАО КБ "Восточный" параллельно работала в ООО "Экспобанк" (декабрь 2020 г. – июнь 2021 г.), АО "Тиньков Банк" (июль 2020 г. – январь 2022 г.).

Это обстоятельство также свидетельствует о том, что истец, как исполнитель по договору оказания услуг, сохраняла положение самостоятельного хозяйствующего субъекта, что также является отличием договора возмездного оказания услуг от трудового договора.

В этой связи суд критически относится к утверждениям истицы о том, что она ежедневно с 08:00 до 21:00 осуществляла контроль и принимала заявки Банка и брала их в обработку в течении двух часов после их поступления, а также к утверждению об отсутствии других работодателей.

- Данное обстоятельство также подтверждает тот факт, что истица действовала автономно от ответчика и исключительно в своем интересе и опровергает доводы истицы о том, что она состоит с ответчиком в трудовых отношениях.

Обратное подтверждается табелями учета рабочего времени, ведущимися в Банке с момента заключения с ФИО2 трудового договора. Из них следует, что истица находилась в здании Банка с понедельника по пятницу и ей проставлялись рабочие дни. Утверждение об отсутствии у нее конкретного рабочего места в Банке в период действия трудового договора опровергается текстом трудового договора, подписанным ФИО2 лично, из которого видно, что она принята на должность специалиста в группу сопровождения агентской сети Операционного офиса № г.Сочи Макрорегиона 16 Территориального управления "Запад" Южного филиала ПАО КБ "Восточный экспресс Банк", у которого имеется конкретный адрес: Краснодарский край, г.Сочи, <адрес>.

Таким образом, в сложившихся между истицей и Банком правоотношениях была важна оказанная услуга, которая оценивалась по количеству и качеству, а не сам процесс исполнения работы. Предметом договора являлась конкретная деятельность, которая оплачивалась за каждую успешно выполненную единицу, а не за определенные трудовые функции.

- с ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 являлась сотрудником Банка по трудовому договору, в соответствии с условиями которого она принята на должность специалиста. Банком издан соответствующий приказ о приеме ее на работу и ежемесячно выплачивалась определенная договором заработная плата.

Таким образом, Банком в пользу истицы одновременно перечислялись два вида выплат – в соответствии с двумя видами заключенных договоров – трудовым и гражданско-правовым.

Представленные Банком в опровержение доводов истицы доказательства подтверждают тот факт, что истица взаимодействовала с Банком по трудовому договору и оказывала услуги и получала вознаграждение по гражданско-правовому договору.

Как следует из п.2.2.1 трудового договора, заключенного с истицей, она обязалась соблюдать ПВТР, действующие в Банке. С ПВТР истица ознакомлена при заключении трудового договора, что подтверждается подписью, проставленной ФИО2 в листке ознакомления с данным документом.

Для учета рабочего времени по трудовому договору в Банке велся соответствующий табель, из которого следует, что истица выходила на работу ежедневно, 5 раз в неделю, кроме выходных и праздничных дней. Ей в соответствии с трудовым законодательством предоставлялись отпуска.

Вместе с тем, если применять к гражданско-правовым отношениям ПВТР, то вопреки положениям пунктов 3.2.2, 5.2, 5.5.1, 5.6 ПВТР деятельность истицы по программе "Мобильный агент" осуществлялась лишь по 5-6 дней в месяц, то есть она работала не каждый день, в выходные и праздничные дни, что видно из актов выполненных работ и противоречит ПВТР и табелям учета рабочего времени, в которых проставлялись рабочие дни по трудовому договору. Это обстоятельство еще раз подтверждает наличие двух договоров, по которым истица взаимодействовала с Банком.

В сложившихся между истицей и Банком правоотношениях была важна оказанная услуга, которая оценивалась по количеству и качеству, а не сам процесс исполнения работы. Предметом договора являлась конкретная деятельность, которая оплачивалась за каждую успешно выполненную единицу, а не за определенные трудовые функции.

По вышеуказанным причинам схожесть некоторых функций между трудовым договором и Стандартами, правового значения для определения характера правоотношений не имеет. Кроме того, обязанности у истицы по гражданско-правовому и трудовому договорам различались, что видно из сравнительной таблицы, имеющейся в материалах дела.

- Судом исследованы штатные расписания отделения Банка, в котором работала истица по трудовому договору за период с 2018 по 2021 гг., из их содержания следует, что в организационной структуре ПАО "Восточный экспресс банк" отсутствовали такие штатные единицы и должности, как мобильный агент. К представленной истицей копии штатного расписания на период 13.12.2021 суд относится критически и в качестве доказательства не принимает, поскольку данное штатное расписание действовало после увольнения ФИО2 (после 01.10.2021) и по другому филиалу Банка, по Сибирскому, то есть к личности ФИО2 никакого отношения не имеет.

Таким образом, интеграция истца в организационную структуру Банка также отсутствует.

- Вопреки доводам истицы руководителя у нее не было. По гражданско-правовому договору ей назначен куратор, который не являлся руководителем. Куратор (от лат. Curator – "опекун") – тот, кто наблюдает за ходом определенной работы или иным процессом. Как следует из позиции представителя ответчика, не доверять которым у суда оснований не имеется, куратор занимался организацией работы по Проекту "Мобильный агент", общался с агентами, в т.ч. с ФИО2, отвечал на вопросы, помогал сотрудникам лучше понять, как достичь результата для Проекта. То есть назначенный куратор не являлся руководителем истицы. Рабочее место истицы не определялось, она работала в удобном для нее месте; табель учета рабочего времени не составлялся.

Работа же по трудовому договору организована обратным образом: у истицы был руководитель, она подчинялась графику работы, составлялся табель учета рабочего времени, заработная плата была регулярной и фиксированной.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу о том, что правоотношения между истицей и Банком по программе "Мобильный агент" не соответствуют критериям, определяющим трудовые отношения.

Так, истица не подчинялась правилам внутреннего распорядка Банка; график выхода на работу не составлялся; оплата не была регулярной и ее размер не оговаривался в соглашении о присоединении в качестве участника проекта "Мобильный агент" ПАО КБ "Восточный экспресс Банк"; руководителя у истицы не было, назначенный куратор не являлся ее руководителем; рабочее место не определялось; табель учета рабочего времени не составлялся.

Гражданско-правовые отношения сторон осуществляемые на основании соглашения о присоединении истицы в качестве участника проекта "Мобильный агент" ПАО КБ "Восточный экспресс Банк", не изменялись, то есть изначально истица оказывала услуги по гражданско-правовому договору, а в последующем истица одновременно работала в ПАО КБ "Восточный" по трудовому договору, а также оказывала услуги по гражданско-правовому договору.

Истица просит установить факт трудовых отношений в период с 01.06.2017 по настоящее время, вместе с тем, ФИО2 не пояснила, в связи с чем и на каких основаниях ею установлена дата начала действия трудовых отношений и их окончания. Из материалов дела видно, что гражданско-правовое соглашение между ФИО2 и Банком заключено 23.06.2018, а не 01.06.2018. Во-вторых, трудовой договор расторгнут по соглашению сторон на основании Дополнительного соглашения от ДД.ММ.ГГГГ и приказа № от 01.10.2021 по соглашению сторон. На всех указанных заявлениях и соглашениях имеется личная подпись ФИО2 Таким образом, с 01.10.2021 по в настоящее время правоотношения между сторонами отсутствуют. Требований о признании недействительным приказа об увольнении ФИО2 не заявляла, дополнительное соглашение не оспаривала. По этим основаниям у суда не имеется оснований для удовлетворения данных требований с заявленными датами.

Ответчик заявил о пропуске ФИО2 срока исковой давности для обращения в суд. Истица в исковом заявлении и уточнениях к нему указала, что срок ею не пропущен, поскольку о правовой природе правоотношений с Банком она не знала, а также ходатайствовала о восстановлении срока в случае, если суд сочтет его пропущенным.

Оценивая доводы сторон, суд принимает следующие обстоятельства.

В соответствии со ст.392 ТК РФ работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права, а по спорам об увольнении - в течение одного месяца со дня вручения ему копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки или со дня предоставления работнику в связи с его увольнением сведений о трудовой деятельности (ст.66.1 настоящего Кодекса) у работодателя по последнему месту работы (ч.1). За разрешением индивидуального трудового спора о невыплате или неполной выплате заработной платы и других выплат, причитающихся работнику, он имеет право обратиться в суд в течение одного года со дня установленного срока выплаты указанных сумм, в том числе в случае невыплаты или неполной выплаты заработной платы и других выплат, причитающихся работнику при увольнении (ч.2). При пропуске по уважительным причинам сроков, установленных частями первой, второй, третьей и четвертой настоящей статьи, они могут быть восстановлены судом (ч.5).

Как следует из разъяснений, содержащихся в п.3 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 № 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса РФ", заявление работника о восстановлении на работе подается в районный суд в месячный срок со дня вручения ему копии приказа об увольнении или со дня выдачи трудовой книжки, либо со дня, когда работник отказался от получения приказа об увольнении или трудовой книжки, а о разрешении иного индивидуального трудового спора - в трехмесячный срок со дня, когда работник узнал или должен был узнать о нарушении своего права (ч.1 ст.392 ТК РФ, ст.24 ГПК РФ).

Вместе с тем, согласно разъяснениям п.13 Постановления Пленума, по общему правилу, работник, работающий у работодателя - физического лица (являющегося индивидуальным предпринимателем, не являющегося индивидуальным предпринимателем) или у работодателя - субъекта малого предпринимательства, который отнесен к микропредприятиям, имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права (ч.1 ст.392 ТК РФ). К таким спорам, в частности, относятся споры о признании трудовыми отношений, связанных с использованием личного труда и возникших на основании гражданско-правового договора, о признании трудовыми отношений, возникших на основании фактического допущения работника к работе в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен. При разрешении этих споров и определении дня, с которым связывается начало срока, в течение которого работник вправе обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора, судам следует не только исходить из даты подписания указанного гражданско-правового договора или даты фактического допущения работника к работе, но и с учетом конкретных обстоятельств дела устанавливать момент, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своих трудовых прав (например, работник обратился к работодателю за надлежащим оформлением трудовых отношений, в том числе об обязании работодателя уплатить страховые взносы, предоставить отпуск, выплатить заработную плату, составить акт по форме Н-1 в связи с производственной травмой и т.п., а ему в этом было отказано).

По смыслу приведенных выше положений ТК РФ и разъяснений Верховного Суда РФ по их применению течение трехмесячного срока для обращения в суд по спорам об установлении факта трудовых отношений и производным от них требованиям начинается по общему правилу со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права.

Истица просит признать факт трудовых отношений в период с 01.06.2017 по настоящее время, вместе с тем факт трудовых отношений в период с 06.04.2018 по 01.10.2021 на достигнутых сторонами условиях подтверждается материалами гражданского дела, не оспаривается стороной ответчика, следовательно, оснований для удовлетворения требований в указанной части у суда не имеется.

Из пояснений ответчика следует, что хронология правоотношений между истцом и Банком была следующая: 23.06.2017 заключено Соглашение об электронном взаимодействий гражданско-правового характера в рамках осуществления проекта "Мобильный агент", 06.04.2018 – заявление истца о приеме на работу по трудовому договору на должность специалист, заключение дополнительных соглашений об изменении окладов, 01.10.2021 – приказ о прекращении трудовых отношений.

Наименование должности и рабочее место в рамках трудового договора у истицы не изменялись, корректировке подлежал только размер ставки оплаты труда.

Ответчиком в материалы дела представлено соглашение об электронном взаимодействии ПАО "Восточный экспресс банк", согласно которому Заказчик (ПАО "Восточный экспресс Банк") и физическое лицо (ФИО2) имеют намерения заключать с Исполнителем в будущем любые гражданско-правовые договоры (оказание услуг, подряда, агентирования, поручения, комиссии, дарения и иных), (далее Договоры), не связанные с осуществлением Заказчиком банковских операций и с трудовыми отношениями, а также оформлять документы в рамках исполнения Договором (в том числе актов); Стандарты работы в рамках проекта "Мобильный агент" ПАО КБ "Восточный" версия 8.0.

Возражая против удовлетворения требований, представитель ответчика в своих пояснениях указал, что об условиях осуществления деятельности в рамках проекта "Мобильный агент" в качестве мобильного агента истица уведомлена с начала осуществления ею обязанностей участника проекта, т.е. с 23.06.2017, а также с даты заключения трудового договора, т.е. с 06.04.2018, в том числе в части, касающейся условий оплаты труда, т.к. данные условия включены в сам трудовой договор и при подписании трудового договора истица ознакомлена со всеми условиями. При этом, зная о том, что ею с 06.04.2018 одновременно осуществляется начисление платы по двум соглашениям с Банком – по трудовому договору, а также в рамках проекта "Мобильный агент" - по договору ГПХ, никаких возражений не высказывала.

Истица, обращаясь с иском, ссылается на уважительность пропуска срока, приводя доводы о том, что разумно полагала, что находится в трудовых отношениях с работодателем, что подтверждается заключением трудового договора; в факте того, что ее деятельность при этом никак не изменилась: она осуществляла те же самые работы, в том же самом порядке; в факте того, что, при отключении программы (через которую они осуществляли деятельность), она перестала осуществлять какую-либо деятельность.

Таким образом, истица изначально полагала, что ответчик, заключив трудовой договор, признал факт того, что они находились в трудовых отношениях с самого начала. О нарушении своего права истица узнала совсем недавно, и незамедлительно приняла меры к защите своих прав.

Истица приводила доводы в иске, что если же суд посчитает, что сроки давности для признания факта трудовых отношений за период с даты начала деятельности до даты заключения трудового договора пропущены, просила восстановить данные сроки, поскольку они пропущены по объективным данным, а именно: истица не знала и не могла знать о нарушении своего права. В последующем, после увольнения, истица длительное время оставалась без средств к существованию, в результате недобросовестных действий ответчика.

После того, как ответчик нарушил свои обязательства по оплате труда, истица оказалась в затруднительном материальном положении. При этом, не обладая необходимыми юридическими познаниями до момента обращения к юристу, не знала, что для защиты своих прав на заработную плату она должна установить факт трудовых отношений. Именно вследствие данных причин (материальное положение, отсутствие необходимых юридических познаний) не могла незамедлительно реализовать право на судебную защиту, и обратиться в суд за разрешением возникшего спора.

Вместе с тем, такую позицию истца суд находит ошибочной, поскольку несмотря на значительный объем документов, представленных истцов в материалы дела, ФИО2 не приведено доводов о том, когда же она узнала о нарушении своего права.

Напротив, судом установлено, что все документы, касающиеся трудовой деятельности подписаны ФИО2, истица в доводах иска приводит все обстоятельства, связанные с имеющимися трудовыми отношениями между сторонами. Трудовой договор, дополнительные соглашения подписаны ФИО2, при этом полагать, что она в силу каких-либо особенностей состояния своего здоровья или по иным объективным причинам была лишена возможности понимать существо заключенного договора и последующих дополнительных соглашений у суда не имеется, таких доводов стороной истца не приведено. Полагаю, что текст искового заявления подтверждает понимание истицей факта пропуска срока исковой давности, поскольку ни отсутствие необходимых юридических знаний, ни наличие финансовых трудностей, объективно не могут быть признаны уважительными причинами пропуска срока. Других причин, которые могли быть приняты во внимание, истица не указывает.

Ссылка истицы на обращение других сотрудников за защитой своих прав в трудовую инспекцию Амурской области и ожидание ответа данного органа не является уважительной причиной для восстановления пропущенного срока, поскольку с момента обращения в ГИТ до момента обращения ФИО2 в суд прошло более года, доказательств того, что она лично обращалась с заявлением в инспекцию не представлено. Ничто не мешало истице ожидать ответа из ГИТ на обращение других лиц и одновременно падать заявление в суд, являющийся единственным органом, наделенным полномочиями по разрешению подобных споров между работником и работодателем.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу об обоснованности заявленного ответчиком ходатайства о пропуске срока, поскольку истица не привела доводов относительно того, когда же она узнала о нарушении своего права, не обосновала уважительность причин пропуска установленного срока обращения в суд, начиная с 2017 г., в связи с чем в указанной части требования удовлетворению не подлежат.

Как предусмотрено в ч.7 ст.67 ГПК РФ суд не может считать доказанными обстоятельства, подтверждаемые только копией документа или иного письменного доказательства, если утрачен и не передан суду оригинал документа, и представленные каждой из спорящих сторон копии этого документа не тождественны между собой, и невозможно установить подлинное содержание оригинала документа с помощью других доказательств.

При этом, все письменные пояснения, представленные истицей в материалы гражданского дела документы, касаются имеющихся трудовых отношений с иными работниками ПАО "Восточный экспресс банк", истица в своих доводах ссылается на нарушение прав других работников, обосновывая относительно нарушения собственных прав через призму нарушенных прав всех уволенных работников, которые участниками данного процесса не являются, приобщая к материалам дела копии документов из других гражданских дел, судебных актов в отношении лиц, которые не привлечены к участию в деле, в связи с чем приведенные доводы к разрешению настоящих требований отношения не имеют и на существо постановленного решения не влияют.

Истица просит взыскать компенсацию за неиспользованный отпуск за период с 01.06.2017 по 01.04.2023 в размере 266968 руб. Данное требование удовлетворению не подлежит.

В обоснование данного требования истица ссылается на фактическое непредоставление отпусков, вместе с тем доказательств этому утверждению не представила.

Из Личной карточки работника, составленной по форме Т-2, утв. Постановлением Госкомстата России № 1 от 05.01.2004, в которой содержатся личные подписи истицы, видно, что за период действия трудового договора ФИО2 предоставлялись очередные отпуска:

- 13 дней с 03.06.2019 по 16.06.2019

- 14 дней с 14.10.2019 по 27.10.2019

- 1 день 09.12.2019

- 13 дней с 10.12.2019 по 22.12.2019

- 8 дней с 10.03.2020 по 17.03.2020

- 7 дней с 01.06.2020 по 07.06.2020

- 7 дней с 08.06.2020 по 15.06.2020

- 7 дней с 02.11.2020 по 09.11.2020

- 2 дня с 10.11.2020 по 11.11.2020

- 10 дней с 01.04.2021 по 10.04.2021

- 9 дней с 02.08.2021 по 10.08.2021

О предоставлении отпусков издавались соответствующие приказы, производились выплаты.

Фактическая оплата отпускных отражена в справках о доходах и суммах налога физического лица за соответствующие периоды работы.

Производя расчет и обосновывая доводы, истица ссылается на то, что размер заработной платы должен исчисляться исходя из фактического дохода, который она имела в период деятельности у работодателя, поскольку данный доход являлся заработной платой.

Вместе с тем, требования об установлении фактической заработной платы с учетом оплат по гражданско-правовому договору истицей заявлено не было.

Кроме того, договор "мобильный агент" не содержит специфических признаков, свойственных трудовому договору. По правовой природе указанный договор является договором гражданско-правового характера.

Поскольку истица являлась исполнителем в рамках гражданско-правовых отношений об оказании услуг, а не работником, то регулирование правоотношений сторон происходит на основе норм ГК РФ, а не ТК РФ. Ввиду чего, ФИО2, как исполнителю в рамках договора возмездного оказания услуг не предусмотрены дополнительные гарантии, установленные ТК РФ, в том числе предоставление отпуска.

Кроме того, поскольку трудовой договор с ФИО2 расторгнут 01.10.2021, оснований для предоставления ей отпуска после данной даты у ответчика не имелось. Истица не поясняет, по каким причинам она считает, что отпуска должны быть ей предоставлены после расторжения трудового договора и окончания между ней и Банком каких-либо правоотношений.

В период с 06.04.2018 по 01.10.2021 имелись трудовые отношения, однако оснований для выводов о нарушениях трудовых прав истца, о неправильных начислениях и выплатах в период работы и при увольнении истицы у суда нет.

Согласно предоставленным Справкам о доходах физического лица по форме 2-НДФЛ, а также расчетных листков за период с 2017-2021 гг. в отношении истицы установлено, что ответчиком производились выплаты за предоставленные календарные дни отпуска, указанные обстоятельства не оспаривались истцом.

Кроме того, при увольнении ответчиком произведена выплата компенсации отпуска при увольнении, что подтверждается копией расчетного листка за октябрь 2021 г.

Таким образом, ответчиком во исполнение требований ТК РФ истице были предоставлены дни отпуска, осуществлена их оплата, а также произведена компенсация за неиспользованные дни отпуска при увольнении.

Таким образом, заявленные требования истца о выплате компенсации за неиспользованный отпуск в размере 266968 руб., не подлежат удовлетворению.

Кроме прочего, истица просит взыскать средний заработок за период незаконного отстранения от работы с 18.06.2021 по 18.04.2023 в размере 1207863 руб.

Суд не находит оснований для удовлетворения данных требований, поскольку факта отстранения от работы истицы установлено не было.

Как видно из расчетных листков организации, истице выплачивалась заработная плата по день увольнения.

ФИО2 в иске указала, что деятельность полностью была приостановлена с 18.06.2021, программы через которые истица работала были полностью заблокированы. В результате чего, истица была лишена возможности осуществлять деятельность в интересах банка. При этом ответчик утверждал, что истица продолжала после приостановления деятельности, осуществлять деятельность по трудовому договору, ссылаясь на табели рабочего времени, и факт перечисления заработной платы после 18.06.2021.

Вместе с тем, истица не указала, каким органом в настоящее время установлено, что деятельность организации была приостановлена, не привела суду доводов о выполнении ею, как работником, обязанности об уведомлении работодателя о причине, которые делали невозможным продолжения выполнения работником его трудовой функции, при том, что в ходе рассмотрения дела таких обстоятельств судом не установлено.

Изложенное свидетельствует об отсутствии оснований для удовлетворения требований ФИО2 в указанной части.

Согласно материалам дела на основании дополнительного соглашения о прекращении трудового договора по соглашению сторон трудовой договор расторгнут на основании ч.1 ст.77 ТК РФ (соглашение сторон) 01.10.2021.

Ответчик полностью выполнил святые на себя обязательства по трудовому договору, что подтверждается материалами дела.

Вместе с тем, ФИО2 обязательства дополнительного соглашения к трудовому договору, которые заверены ее подписью, не выполнила.

Так из дополнительного соглашения о прекращении трудового договора по соглашению сторон к Трудовому договору видно, что стороны (истец и ответчик) договорились о нижеследующем:

п.1. Стороны расторгают договор 01.10.2021 по соглашению сторон на основании п.1 ст.77 ТК РФ. Указанная дата является последним днем работы Работника у Работодателя.

п.2. Работодатель обязуется выдать в день увольнения Работнику трудовую книжку и произвести расчет заработной платы за фактически отработанное время, денежную компенсацию за неиспользованные дни отпуска, выходное пособие в размере 30000 руб.

п.3. Работодатель обязуется произвести все причитающиеся выплаты согласно п.2 данного соглашения в срок до 01.10.2021.

п.4 Настоящим Стороны подтверждают отсутствие взаимных претензий друг к другу.

Суд отмечает нарушение истицей п.4 указанного соглашения, которая получив компенсацию при увольнении, заявив об отсутствии претензий к Банку, обратилась в суд с настоящим требованием. Данные действия истицы суд расценивает как недобросовестное отношение истицы к своим обязательствам, что в силу ст.10 ГК РФ является недопустимым.

Также в своем иске ФИО2 обосновывая наличие трудовых отношений с 01.06.2017 ссылается на уплату за нее страховых взносов Банком с 2017 года.

Данный вывод противоречит нормам действующего законодательства.

В соответствии с положениями п. 1 ст.420 Налогового кодекса РФ (далее – НК РФ) объектом обложения страховыми взносами для плательщиков, указанных в абзацах 2 и 3 пп.1 п.1 ст.419 настоящего Кодекса, если иное не предусмотрено настоящей статьей, признаются выплаты и иные вознаграждения в пользу физических лиц, подлежащих обязательному социальному страхованию в соответствии с федеральными законами о конкретных видах обязательного социального страхования (за исключением вознаграждений, выплачиваемых лицам, указанным в пп.2 п.1 ст.419 настоящего Кодекса), в рамках трудовых отношений и по гражданско-правовым договорам, предметом которых являются выполнение работ, оказание услуг.

Согласно положениям п.1 ст.424 НК РФ датой осуществления выплат и иных вознаграждений для плательщиков страховых взносов – организаций является день начисления выплат иных вознаграждений в пользу физического лица. Сумма страховых взносов, исчисленная для уплаты за календарный месяц, подлежит уплате в срок не позднее 15-го числа следующего календарного месяца (п.3 ст.431 Кодекса).

Согласно разъяснениям, содержащимся в Письме Минфина РФ от 21.02.2020 № 03-12-06/12725, суммы вознаграждений в пользу физического лица по гражданско-правовому договору, предметом которого являются выполнение работ, оказание услуг, включаются у плательщика страховых взносов – организации в базу для исчисления страховых взносов на обязательное пенсионное страхование и обязательное медицинское страхование в месяце, в котором данные суммы были начислены в карточке индивидуального учета сумм начисленных выплат и иных вознаграждений и сумм начисленных страховых взносов по каждому физическому лицу на основании акта приемки выполненных работ, оказанных услуг после окончательной сдачи результатов работы или оказанных услуг или сдачи отдельных этапов, независимо от даты фактической выплаты указанных сумм.

Таким образом, страховые взносы уплачивались за весь период действия проекта "Мобильный агент", так как данная деятельность ФИО2 осуществлялась по гражданско-правовому договору, которые облагаются страховыми взносами ПФР и ФОМС.

Довод ФИО2 о дистанционном характере работы также является необоснованным.

Ссылка истицы на положения Федерального закона от 22.11.2021 № 377-ФЗ "О внесении изменений в Трудовой кодекс РФ" не может быть принята во внимание, поскольку его действие на правоотношения между истцом и ответчиком, возникшие до вступления данного закона в законную силу, не распространяется (ст.2).

Также истица требует взыскать компенсацию морального вреда в размере 100000 руб.

В соответствии со ст.237 ТК РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Поскольку в судебном заседании факт причинения истице морального вреда неправомерными действиями или бездействием работодателя в процессе существующих между истицей и ответчиком трудовых отношений на основании трудового договора от 06.04.2018 не установлен, исковые требования о взыскании компенсации морального вреда также не подлежат удовлетворению.

Оценивая изложенные выше обстоятельства в совокупности, в соответствии с требованиями статьи 67 ГПК РФ, суд приходит к выводу об отказе ФИО2 в удовлетворении исковых требований в полном объеме.

Руководствуясь статьями 194-199 ГПК РФ, суд

решил:

Отказать в удовлетворении иска ФИО2 к ПАО "Совкомбанк" об установлении факта трудовых отношений, взыскании заработка за время вынужденного простоя, компенсации за отпуск, пособия при увольнении, компенсации морального вреда.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Краснодарский краевой суд через Центральный районный суд г.Сочи Краснодарского края в течение месяца со дня изготовления решения в окончательной форме.

Мотивированное решение составлено 19.06.2023.

Председательствующий