Дело № 2-1258/2022
УИД 42RS0001-01-2022-001744-68
РЕШЕНИЕ
ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
Анжеро-Судженский городской суд Кемеровской области
в составе председательствующего судьи Шандрамайло Ю.Н.,
с участием прокурора Шульц И.Н.,
при секретаре Телешевой А.А.,
рассмотрев в открытом судебном заседании в г. Анжеро-Судженске Кемеровской области
26 октября 2022 года
гражданское дело по иску ФИО1 к Государственному бюджетному учреждению здравоохранения Кемеровской области "Анжеро-Судженский психоневрологический диспансер" о взыскании компенсации морального вреда,
УСТАНОВИЛ:
Истец ФИО1 обратился в суд с исковым заявлением к ответчику ГБУЗ КО «Анжеро-Судженский психоневрологический диспансер» о взыскании компенсации морального вреда.
Требования мотивированы тем, что СО по г. Анжеро-Судженску СУ СК РФ по Кемеровской области - Кузбассу <дата> окончено производство следственных действий по уголовному делу № №, возбужденному <дата> по ч.2 ст. 109 УК РФ, по факту смерти <дата> С.В. в медицинском учреждении МАУЗ «ЦГБ» Анжеро-Судженского городского округа.
С.В., <дата> года рождения, уроженец <адрес>, являлся его родным отцом.
<дата> он признан потерпевшим по уголовному делу.
Согласно заключению комиссионной экспертизы № от <дата>, проведённой в <...>, медицинская помощь С.В. <дата> в Государственном бюджетном учреждении здравоохранения <адрес> "Анжеро-Судженский психоневрологический диспансер" оказана ненадлежащим образом, при этом оказание медицинской помощи в условиях ГБУЗ КО "Анжеро-Судженский психоневрологический диспансер" было возможным. Дефект оказанная медицинской помощи находился в прямой причинно-следственной связи с развитием <...> <дата> у С.В. и квалифицируется как причинивший тяжкий вред здоровью, повлекший в конечном итоге <...> и смерть С.В.
Наступление смерти С.В. было событием невозможным в отсутствие выявленных недостатков (дефектов) оказания медицинской помощи и состоит в прямой причинно-следственной связи между недостатками (дефектами) в оказании медицинской помощи и смертью С.В., при этом именно прямая, а не косвенная (опосредованная, не прямая) причинно-следственная связь, имеет очень важное юридическое и процессуальное значение.
С рождения и до совершеннолетнего возраста он воспитывался в полной семье отцом С.В. и матерью С.Л. при совместном проживании, в том числе с родной сестрой С.О. Между ним и отцом С.В. на протяжении всей жизни были очень хорошие, тёплые, близкие и доверительные отношения, в целом как и в их семье. Все семейные праздники они непременно проводили вместе. В 16 лет он уехал на учёбу в Омскую Академию МВД России, с этого момента и до момента смерти отца С.В. они в обязательном порядке, если не находились рядом, как правило разговаривали по два, три раза в день по мобильному телефону.
Работая в <адрес> с <дата> годы, имея возможность проживать в служебном жилье, он в поддержку родителей, хороших семейных отношений и радости пребывания вместе в кругу семьи, проживал совместно с родителями в их частном доме по <адрес>, в то же время отец лично для него являлся значительной моральной опорой в жизни.
Указывает, что смерть отца повлекла для него значительные моральные и нравственные страдания, явилась тяжелым и необратимым по своим последствиям событием, повлекла глубокие переживания и ряд негативных жизненных последствий. После смерти отца его здоровье ухудшилось, на фоне переживаний развилась бессонница, периодически были <...>, ему приходилось принимать успокаивающие препараты, значительно снизилось настроение, появилась <...>, он чувствовал, что находится в каком-то депрессионном состоянии. Тяжелые переживания и апатия его родных, вызванных смертью отца, еще более усиливали вышеуказанные чувства и переживания.
В процессе доказывания вины в рамках уголовного дела ему приходилось многократно подготавливать юридические документы для защиты интересов умершего отца, его личных интересов и интересов родных и близких, изучать в этих целях причинно-следственные связи наступления смерти и вникать в неприятные, душераздирающие подробности всего произошедшего на протяжении более 5 лет расследования уголовного дела.
После смерти отца С.В. не было ни одного дня, чтобы он не вспомнил об отце, о его нелепой смерти вызывающей глубокую обиду, боль души по необратимой утрате близкого родственника и разочарование в системе Здравоохранения РФ.
Смерть отца С.В., а фактически «убийство» вызывает у него глубокие моральные переживания, значительно омрачает жизнь ему и его близким, значительно ухудшает жизненный настрой.
Просил взыскать с ответчика в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 2000000 (двух миллионов) рублей.
В судебном заседании истец ФИО1 исковые требования поддержал в полном объеме по доводам, изложенным в исковом заявлении.
Представители ответчика ФИО2, действующий на основании доверенности, ФИО3, действующая на основании приказа о назначении и Устава, заявленные исковые требования не признали, по доводам, изложенные в возражениях на исковое заявление, так же просили применить последствия срока исковой давности и отказать в удовлетворении исковых требований.
Третьи лица ФИО4, ФИО5 заявленные исковые требования не признали, просили отказать в их удовлетворении.
Выслушав лиц, участвующих в деле, изучив письменные материалы дела, материалы уголовного дела, допросив свидетелей, с учетом заключения прокурора, полагавшего необходимым требования в части компенсации морального вреда с учетом принципа разумности и справедливости удовлетворить, суд приходит к следующему.
Согласно п. 1, 2 ст. 1064 ГК РФ, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.
В силу п. 1 ст. 1068 ГК РФ юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.
Согласно ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.
При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.
Согласно ст.1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными настоящей главой и статьей 151 настоящего Кодекса. Моральный вред, причиненный действиями (бездействием), нарушающими имущественные права гражданина, подлежит компенсации в случаях, предусмотренных законом. Компенсация морального вреда осуществляется независимо от подлежащего возмещению имущественного вреда.
Пунктом 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994 № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» установлено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина. Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий.
Согласно разъяснению, содержащемуся в п. 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина", ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. В случаях, специально предусмотренных законом, вред возмещается независимо от вины причинителя вреда. Обязанность по возмещению вреда может быть возложена на лиц, не являющихся причинителями вреда.
Установленная статьей 1064 ГК РФ презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья (например, факт причинения вреда в результате дорожно-транспортного происшествия с участием ответчика), размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.
Статьей 41 Конституции Российской Федерации закреплено, что каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь.
Отношения, возникающие в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, регулирует Федеральный закон от 21 ноября 2011 г. N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации".
Здоровье - состояние физического, психического и социального благополучия человека, при котором отсутствуют заболевания, а также расстройства функций органов и систем организма (п. 1 ст. 2 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").
Статьей 4 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" установлено, что к основным принципам охраны здоровья относятся, в частности: соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий; приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи; ответственность органов государственной власти и органов местного самоуправления, должностных лиц организаций за обеспечение прав граждан в сфере охраны здоровья; доступность и качество медицинской помощи; недопустимость отказа в оказании медицинской помощи.
Медицинская помощь - комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг; пациент - физическое лицо, которому оказывается медицинская помощь или которое обратилось за оказанием медицинской помощи независимо от наличия у него заболевания и от его состояния (пп. 3, 9 ст. 2 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").
В п. 21 ст. 2 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" определено, что качество медицинской помощи - совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.
Критерии оценки качества медицинской помощи согласно ч. 2 ст. 64 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" формируются по группам заболеваний или состояний на основе соответствующих порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов лечения) по вопросам оказания медицинской помощи, разрабатываемых и утверждаемых в соответствии с ч. 2 ст. 76 этого федерального закона, и утверждаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.
Медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации (чч. 2 и 3 ст. 98 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").
Исходя из приведенных нормативных положений, регулирующих отношения в сфере охраны здоровья граждан, право граждан на охрану здоровья и медицинскую помощь гарантируется системой закрепляемых в законе мер, включающих в том числе как определение принципов охраны здоровья, качества медицинской помощи, порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи, так и установление ответственности медицинских организаций и медицинских работников за причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.
Из материалов дела следует и установлено судом, что истец ФИО1 является сыном С.В., указанное подтверждается свидетельством о рождении (л.д. 9).
<дата> около 16 часов для оказания медицинской помощи С.В. был доставлен в наркологическое отделение ГБУЗ Кемеровской области «Анжеро-Судженский психоневрологический диспансер», с диагнозом <...> В процессе оказания медицинской помощи состояния здоровья С.В. ухудшилось и <дата> в 07 час. 00 мин. в реанимационном отделении МАУЗ Анжеро-Судженского городского округа «Центральная городская больница» наступила его смерть.
<дата> следователем по особо важным делам следственного отдела по городу Анжеро-Судженск следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Кемеровской области возбуждено уголовное дело № по признакам преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 109 УК РФ, по факту причинения С.В. смерти по неосторожности вследствие ненадлежащего исполнения своих профессиональных обязанностей медицинскими работниками ГБУЗ Кемеровской области «Анжеро-Судженский психоневрологический диспансер» (т. 1 л.у.д. 1-2).
Постановлением следователя от <дата> по указанному уголовному делу потерпевшим признан ФИО1 (т. 1 л.у.д. 230-232).
Постановлением следователя по особо важным делам следственного отдела по городу Анжеро-Судженск следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Кемеровской области – Кузбассу от <дата> предварительное следствие по уголовному делу № по признакам преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 109 УК РФ приостановлено по основанию, предусмотренному п.1 ч. 1 ст. 208 УПК РФ (лицо, подлежащее привлечению в качестве обвиняемого, не установлено).
Актом № от <дата> судебно-медицинского исследования трупа С.В. установлено, что причиной смерти явилась <...>
Каких-либо телесных повреждений, кроме <...> при судебно- медицинском исследовании трупа не выявлено (т. 1 л.у.д. 110-113).
Из материалов уголовного дела усматривается, что в ходе проведения предварительного следствия постановлениями следователя неоднократно назначались различные судебно-медицинские экспертизы, производство которых поручалось экспертам различных организаций.
Согласно заключению комиссионной экспертизы Краевого государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Красноярское краевое Бюро судебно-медицинской экспертизы» № от <дата> эксперты пришли к следующим выводам:
Биологическая смерть С.В. наступила <дата> в результате <...>, что подтверждается результатами макроскопического исследования трупа С.В. №.
В ходе изучения представленных медицинских документов (медицинская карта стационарного больного №), экспертная комиссия приходит к выводу, что медицинская помощь С.В., в период <дата> в наркологическом отделении оказана ненадлежащим образом: нет информированного согласия на медицинское вмешательство, подписанного пациентом (при наличии контакта, ясном сознании, правильной ориентации в месте и времени); анамнез собран не полностью (<...>); не выяснена сопутствующая соматическая патология (пациент страдал <...>); при поступлении, в объективном статусе нет данных об исследовании частоты дыхательных движений; не проведено лабораторное исследование крови и мочи на содержание <...>); не проведено ЭКГ исследование; при поступлении имеется недооценка тяжести состояния больного при поступлении и в динамике: согласно имеющимся на момент поступления в наркологическое отделение данным, состояние пациента более характерно для <...> тяжелой степени, что является показанием для госпитализации в палату интенсивной терапии или отделение реанимации (токсикологическое отделение), дифференциальную диагностику данного состояния необходимо проводить с синдромом <...> тяжелой степени тяжести с высоким риском развитая <...>; необходимо было провести расширенную диагностику, с привлечением терапевта и реаниматолога; в ходе динамического наблюдения (17:00) имеется недооценка тяжести состояния, частоты дыхательных движений, аускультативных данных в легких, скудно расписан психический статус, не описан <...>; необосновано назначение <...>, введение <...> осуществлялось одновременно с <...>., что усиливает гипотензивный эффект; нет оценки гемодинамических показателей во время введения этих препаратов; состояние <...>, согласно представленным мед. документам имевшееся у С.В., является противопоказанием для введения <...>; имело место двукратное превышение дозы <...>, рекомендованной для купирования <...>, связанного с тревогой при алкоголизме (но не при <...>): рекомендовано однократно максимум 2мл. (10мг), тогда как С.В. в 17 часов было назначено 4мл. (20мг.); введение <...> в 17 часов было противопоказано, учитывая введённый в 16час. 20мин. одногрупный лекарственный препарат <...> усиливают токсическое действие друг друга); состояние алкогольной интоксикации, согласно представленным мед. документам имевшееся у С.В., является противопоказанием для введения <...> т.к. <...> усиливает токсическое действие алкоголя и наоборот (алкоголь усиливает действие <...>, который при этом был введён в максимально рекомендуемой разовой дозе: 4мл с содержанием 1 мг/мл).
В реанимационное отделение МАУЗ «ЦГБ» г.Анжеро-Судженск С.В. был доставлен 09.03.16г в 18:34 в состоянии клинической смерти. Реанимационная помощь оказана своевременно, в полном объеме. Запоздалая коррекция содержания сахара крови не повлияла на исход.
Экспертная комиссия обращает внимание на следующе: в представленной медицинской карте стационарного больного наркологического отделения №, отсутствует информированное добровольное согласие пациента на медицинское вмешательство, при том, что С.В. был доставлен в отделение в ясном сознании, с правильной ориентацией в месте, времени и личности, доступным для контакта; в ходе оказания медицинской помощи С.В. в наркологическом отделении, ЭКГ не производилась.
Отсутствие данных ЭКГ С.В. за период пребывания в наркологическом отделении и отсутствие возможности сравнения изменения показателей ЭКГ в динамике за время пребывания в реанимационном отделении, не позволяют экспертной комиссии установить точное время возникновения <...> (догоспитальный этап, пребывание в наркологическом отделении, пребывание в реанимационном отделении) и определенно высказаться о наличии/отсутствии причинной связи ненадлежащего оказания медицинской помощи и <...>, повлекшего наступление смерти.
Экспертная комиссия не исключает возможности ухудшения состояния С.В. в результате применения высоких доз одногруппных лекарственных препаратов - <...> (в дозировке двукратно превышающей допустимую) и <...> (в максимально допустимой дозировке), при наличии противопоказаний <...>, пожилой возраст, <...>) в сочетании с введением <...> одновременно с <...> (что усиливает гипотензивный эффект).
<...> С.В. был назначен неправильно. В данном случае, использование <...> было противопоказано.
Одним из эффектов быстрого струйного введения <...>, или передозировки <...>, или его использования в сочетании с другими <...>, производными <...>), или в сочетании с <...> является усиление угнетающего действия <...> на ЦНС, что может проявиться резким угнетением (вплоть до остановки) дыхания, сердечной деятельности (т. 1 л.у.д. 179-202).
Согласно заключению дополнительной комиссионной судебно-медицинской экспертизы№ от <дата> <...> комиссия экспертов пришла к следующим выводам:
Непосредственной причиной биологической смерти С.В. явился <...>, что подтверждается результатами макроскопического исследования трупа С.В. №.
Медицинская помощь С.В. <дата> в наркологическом отделении оказана ненадлежащим образом: нет информированного согласия на медицинское вмешательство, подписанного пациентом (при наличии контакта, ясном сознании, правильной ориентации в месте и времени); анамнез собран не полностью (<...>); не выяснена сопутствующая соматическая патология (пациент страдал <...>); не проведено электрокардиографическое исследование; не проведено лабораторное исследование крови и мочи на содержание алкоголя (этилового спирта); имелась недооценка тяжести состояния: согласно имеющимся на момент поступления в наркологическое отделение данным, состояние пациента более характерно для <...> тяжелой степени, что является показанием для госпитализации в палату интенсивной терапии или отделение реанимации (токсикологическое отделение); не обосновано назначение <...>, введение <...> осуществлялось одновременно с <...>, что усиливает гипотензивный эффект; нет оценки гемодинамических показателей во время введения этих препаратов; состояние <...>, согласно представленным документам имевшееся у С.В., является противопоказанием для введения <...>.
С.В. в 17 часов было назначено введение <...>. Однако, учитывая введённый в 16 час. 20 мин. одногруппный лекарственный препарат <...>, введение <...> в 17 часов было противопоказано.
Состояние алкогольной интоксикации, согласно представленным медицинским документам имевшееся у С.В., является противопоказанием для введения <...> усиливает токсическое действие алкоголя и наоборот (<...>).
Применение высоких доз одногруппных лекарственных препаратов - <...> (в максимально допустимой дозировке), при наличии противопоказаний (<...>, пожилой возраст) в сочетании с введением <...> одновременно с <...> (что усиливает гипотензивный эффект), привело к ухудшению состояния С.В., развитию побочных эффектов вышеуказанных препаратов и симптомов передозировки (<...>.). Данный дефект находится в причинно-следственной связи с развитием <...> <дата>.
При определении характера причинно-следственной связи доказыванию подлежит невозможность или возможность наступления неблагоприятного исхода в отсутствие выявленных недостатков оказания медицинской помощи. Экспертная комиссия считает наступление смерти С.В. событием невозможным в отсутствие выявленных недостатков (дефектов) оказания медицинской помощи, ввиду чего определяет характер причинно-следственной связи между этими недостатками и летальным исходом как «прямая».
В реанимационное отделение МАУЗ «ЦГБ» г. Анжеро-Судженск С.В. был доставлен <дата> в 18:34 в состоянии клинической смерти.
При оказании помощи реанимационном отделении МАУЗ «ЦГБ» г. Анжеро-Судженск выявлены недостатки (дефекты): поздняя коррекция содержания сахара крови. Данный дефект не оказал влияния на исход; не проведена диагностика <...> (определение уровня <...>, электрокардиография, консультация врачом-кардиологом). Учитывая отрицательную динамику в клинических данных («<дата> 23:00... . Динамика отрицательная в виде усугубления сердечно-сосудистой недостаточности. Тоны сердца приглушены, аритмичные. <...>, требующая симптоматической поддержки (<...>), на этом фоне АД 90/60 мм рт.ст...»), результаты собственного судебно-гистологического исследования (<...>), комиссия приходит к выводу, что <...> у С.В. развился приблизительно за 6 часов до наступления смерти. Между данным недостатком и наступлением биологической смерти пациента экспертная комиссия усматривает наличие причинно-следственной связи.
При определении характера причинно-следственной связи доказыванию подлежит невозможность или возможность наступления неблагоприятного исхода в отсутствие выявленных недостатков оказания медицинской помощи. Экспертная комиссия считает наступление смерти С.В. событием возможным в отсутствие выявленных недостатков (дефектов) оказания медицинской помощи, ввиду чего определяет характер причинно-следственной связи между этими недостатками и летальным исходом как «непрямая».
Однозначно установить, введение какого из препаратов (<...>) привело к ухудшению состояния С.В., развитию побочных эффектов вышеуказанных препаратов и развитию <...> <дата>. не представляется возможным, так как развившиеся побочные действия характерны и для <...> и для <...>. Их применение было противопоказано в имевшейся клинической ситуации.
Применение высоких доз одногруппных лекарственных препаратов - <...> при наличии противопоказаний привело к ухудшению состояния, развитию побочных эффектов вышеуказанных препаратов, находится в прямой причинно- следственной связи с развитием <...> <дата>. и в соответствии с п. 6.2.4. Медицинских критериев определения тяжести вреда здоровью человека (Приказ Минздравсоцразвития №н от <дата>) квалифицируется как причинившее тяжкий вред здоровью.
Согласно записям в медицинской карте стационарного больного №, при поступлении ГБУЗ КО «Анжеро-Судженский психоневрологический диспансер» у С.В. было «состояние средней степени тяжести». Каких-либо клинических признаков <...> в медицинской документации не описано, в дальнейшем при проведении ЭКГ (электрокардиографии), описание которой имеется в медицинской карте стационарного больного из МАУЗ «ЦГБ» г. Анжеро-Судженск, не выявлено.
Экспертная комиссия считает необходимым отметить, что по морфологическим данным (результатам собственного гистологического исследования), <...> произошел приблизительно за 6 часов до наступления смерти С.В., то есть в ночь с <дата> на <дата>.
<...> С.В. был назначен неправильно. В данном случае, использование <...> было противопоказано (согласно инструкции к препарату, противопоказанием является, в том числе: состояние алкогольного опьянения различной степени тяжести, а в анамнезе при поступлении отмечено, что в день поступления С.В. принимал <...>). Кроме того, при поступлении был назначен одногруппный лекарственный препарат <...> (<...> усиливают токсическое действие друг друга, а также потенцируют действие <...>), <...>);
Одним из эффектов быстрого струйного введения <...>, его передозировки, использования в сочетании с другими транквилизаторами, производными бензодиазепина (в исследуемой ситуации - <...>), применения в сочетании с <...> является усиление угнетающего действия <...> на <...>, что, в том числе, может проявиться резким угнетением дыхания и сердечной деятельности.
Оценивая указанные заключения экспертов, суд исходит из того, что заключение судебно-медицинской экспертизы соответствует требованиям ст. 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, ст. 8, 25, 41 Федерального закона от 31.05.2001 № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», так как эксперты имеют необходимое образование, компетенцию и квалификацию, в экспертном заключении даны ответы на все поставленные вопросы в пределах компетенции экспертов и назначенного вида исследования, заключение основано на непосредственном исследовании материалов дела и медицинской документации, не содержит неясностей, эксперты предупреждены судом об уголовной ответственности по ст. 307 Уголовного кодекса Российской Федерации. В связи с этим признает их допустимыми доказательствами по делу.
Анализируя представление доказательства в совокупности, суд приходит к выводу о том, что в результате выявленных недостатков (дефектов) оказания медицинской помощи ответчиком наступила смерть С.В., тем самым ФИО1 имеет право на компенсацию морального вреда, так как смертью близкого человека, ему причинены нравственные страдания.
При рассмотрении дела ответчиком заявлено о пропуске истцом срока исковой давности.
Исходя из содержания ст. 195 ГК РФ, исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.
В соответствии с п. 2 ст. 199 ГК РФ исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения.
Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.
Статья 208 ГК РФ содержит перечень требований, на которые не распространяется исковая давность.
Согласно абзацу 2 статьи 208 ГК РФ, исковая давность не распространяется на требования о защите личных неимущественных прав и других нематериальных благ. В силу абзаца 4 статьи 208 ГК РФ исковая давность не распространяется на требования о возмещении вреда, причиненного жизни и здоровью гражданина.
Аналогичная позиция изложена в пункте 7 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20 декабря 1994 года N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда", в соответствии с которым в случае, если требование о компенсации морального вреда вытекает из нарушения личных неимущественных прав и других нематериальных благ, то на него в силу ст. 208 ГК РФ исковая давность не распространяется, кроме случаев, предусмотренных законом.
Учитывая, что требования истца основаны на нравственных переживаниях по поводу утраты истцом отца, то положения законодательства о сроке исковой давности применению в данном случае не подлежат.
В соответствии с п. 2 ст. 1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме.
Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.
Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.
Из п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20 декабря 1994г. № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» следует, что суду необходимо выяснить, чем подтверждается факт причинения потерпевшему нравственных или физических страданий, при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействием) они нанесены, степень вины причинителя, какие нравственные или физические страдания перенесены потерпевшим, в какой сумме он оценивает их компенсацию и другие обстоятельства, имеющие значение для разрешения конкретного спора.
Согласно п. 32 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26 января 2010 г. № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» при рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. Наличие факта родственных отношений само по себе не является достаточным основанием для компенсации морального вреда.
При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.
Определяя размер компенсации морального вреда, суд опирается на положение Конституции РФ, которая ставит право на жизнь, здоровье, честь и достоинство в ранг естественных и неотчуждаемых прав личности, что предполагает, в частности, эффективную охрану и защиту этих прав. Гибель близкого человека сама по себе является необратимым обстоятельством, нарушающим психическое благополучие родственников и членов семьи, а также неимущественное право на родственные и семейные связи, подобная утрата, безусловно, является тяжелейшим событием в жизни, неоспоримо причинившим нравственные страдания.
Допрошенный в судебном заседании свидетель С.Л. суду пояснила, что произошедшие события очень сильно повлияли на ФИО1, он впал в <...>, стал грубым, отстраненным, часто испытывал <...>, не спал по ночам. Отец всегда был для него примером.
Допрошенный в судебном заседании свидетель Д.П. суду пояснил, что после трагических событий ФИО1 сильно переживал утрату своего отца, с которым у него были хорошие, дружеские отношения. По нему было видно, что ему тяжело.
У суда нет оснований не доверять показаниям свидетелей, их показания последовательны, согласуются с показаниями истца и письменными материалами дела, свидетели предупреждены об уголовной ответственности за отказ от дачи и дачу заведомо ложных показаний.
Исследовав обстоятельства дела и представленные доказательства, суд, руководствуясь положением ст.ст. 151, 1099-1101 ГК РФ, учитывает фактические обстоятельства причинения морального вреда ФИО1, наличие недостатков (дефектов) оказания медицинской помощи, находящихся в причинно-следственной связи и повлекших наступление смерти С.В., и как следствие, причинение морального вреда сыну погибшего, тяжесть наступивших от действий ответчика последствий и степень причиненных нравственных страданий: неизгладимая боль утраты близкого человека – отца, лишения возможности общения с ним.
Суд так же учитывает степень родства и взаимоотношений истца с умершим, таким образом, исходя из требований разумности и справедливости, при указанных обстоятельствах суд находит требования истца о компенсации морального вреда подлежащим удовлетворению в размере 700000 рублей.
Руководствуясь ст. ст.194-199 ГПК РФ, суд
РЕШИЛ:
Исковые требования ФИО1 к Государственному бюджетному учреждению здравоохранения Кемеровской области "Анжеро-Судженский психоневрологический диспансер" о взыскании компенсации морального вреда удовлетворить.
Взыскать с Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Кемеровской области "Анжеро-Судженский психоневрологический диспансер" (ИНН <***>, ОГРН <***>) в пользу ФИО1, <дата> года рождения, уроженца <адрес> (<...> компенсацию морального вреда в размере 700000 (семьсот тысяч) рублей.
Решение может быть обжаловано в Кемеровский областной суд в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Анжеро-Судженский городской суд.
Председательствующий:
Решение в окончательной форме принято 02.11.2022.